Благослови меня на боль. Часть третья. Глава 16

Глава 16
Рука и сердца Адриана

      Геральдина наконец пришла в себя. Перед глазами все поплыло. В теле была непреодолимая слабость.
- Где я…? – прошептала девушка.
- Вы очнулись, мисс? – раздался обеспокоенный мужской голос, и она увидела над собой чье-то лицо, но не могла разглядеть его черты: перед глазами все плыло и двоилось.
- Адриан? А это ты?
- Нет, мисс… Я не…
- Ах, Адриан…!  - неожиданно заплакала несчастная и снова лишилась чувств.

 ***


     Время двигалось к обеду, когда в кабинет главного врача постучали.
- Да-да, войдите! – отозвался он, сосредоточенно рассматривая какие-то документы.
Леди Констанция и сэр Джеральд поздоровались и сказали, что сегодня утром получили печальную новость о нашей дочери.
- Аааа. Добрый день! Наконец-то вы пришли! Вернее, наконец-то мы установили личность этой несчастной девушки! Присаживайтесь, пожалуйста.
Садясь на стул, Конни, поблагодарив доктора, спросила все ли в порядке с ее девочкой. Голос шокированной матери звучал испуганно.  Спасибо. Врач ответил, что, к счастью, все обошлось, что скоро пациентка совсем поправится, и ее выпишут.
Джеральд, тоже прибывая в шоке, медленно опустился на стул и тяжело вздохнула. Он не мог поверить в то, что произошло. Как хорошо, что девушку удалось спасти, но все равно у ее приемного отца в голове не укладывалось то, что она сотворила.
- Что случилось? Как это произошло? – сорвалось с его губ.
- Вчера вечером ваша дочь… Простите, как ее зовут? Она нам так и не сказала.
- Геральдина, доктор.
И врач рассказал, что  мисс Геральдина вчера вечером за городом бросилась в океан с утеса. Ей повезло, и в том месте было глубоко, и не оказалось поблизости скал. Ее тут же спасли рыбаки, которые рыбачили неподалёку в лодке. Она была в шоке и потеряла сознание.- Боже… - прошептала Конни, - Почему она это сделала?
- Молчит как рыба. Но нашего молодого врача, который ждал, когда она очнется, девушка назвала почему-то каким-то Адрианом.
- Адрианом?! – воскликнули хором муж и жена.
- Да, Адрианом. И тут же потеряла сознание, когда доктор сказал ей, что он не тот человек. А бедняжка потом в полубреду постоянно звала этого Адриана. Кто это? Он ее бросил?
- Это…это…вообще-то… мой сын, - ответил Джеральд, - Странно… Никогда бы не подумал, что Геральдина решится на такое…
- Она ваша приемная дочь, как вы сказали?
- Да, доктор. Она – моя родная племянница. И когда ее мать, моя родная сестра, погибла, я взяла девочку к себе, так как отец ее – моряк дальнего плаванья, и его никогда нет дома.
- Понятно. А Адриан – ваш сын?
- Дд…дда…. – ответила Конни, но потом, подумав, решила сказать правду, - Мне приемный, но родной мужу.
- Я был вдовцом, когда мы поженились, - наврал Джерри.
- Значит, несчастная любовь! – вздохнув, заключил доктор, - Или не разделенная! Скажите, вы знали, что ваша дочь может испытывать что-то подобное к своему…не кровному брату?
- Нет, она ничего не говорила, - ответил Джеральд.
       «А я догадывалась» - подумала Конни и заплакала:
- Это я во всем виновата! Только я! Я не обратила на то внимания! Но у меня были подозрения.
- Не вините себя… Вы не доводили ее до попытки самоубийства. И никто не доводил. Это ее выбор. Но пойдемте. Я провожу вас к ней. Хотите ее увидеть?
- Конечно, доктор!

  Помещение было большим, светлым и чистым. В не стояло много кроватей.
- Геральдина, дорогая! Как мы беспокоились! – воскликнула Конни, когда забежала к ней в палату.
 Но  кто-то из других больных сделал ей замечание, призвав говорить тише. 
- Ой да, простите, пожалуйста…. – прошептала женщина и покраснела от стыда, - Дочка, как такое могло случиться?
- Адриан… - прошептала девушка.
- Что «Адриан»?
- Я люблю его…
- Бедняжка… - прошептал Джерри, - Кто бы мог подумать?
- Простите меня, что так поступила. Мне очень стыдно перед вами всеми и перед ним тоже. Я не должна была этого делать. Но в тот момент мне казалось, что другого выхода нет.
- Выход есть всегда, - сказала Конни.
- Но как мне жить без него?  Он  любит меня как человека. Для него я навсегда останусь сестрой. Адриан мне это сам сказал…
- Сам сказал? – удивилась мать.
       Дочка кивнула и рассказала, как ходила в замок Гарольда.
- Я больше не могла. Меня мучило чувство вины. Я должна была получить его прощение, - закончила девушка, - Но не выдержала и призналась ему в любви в самый последний момент. Сэр Гарольд утешил меня, сказал, что такое бывает, но надо жить дальше. Я все поняла, но возвращаясь домой, вдруг решила покончить собой.
     «Вдруг решила покончить собой»… И глупо, и горько, и даже не смешно… 
- Не плачь, все будет хорошо… - ласково уговаривала ее Констанция, - Тебе можно гулять? – девушка кивнула, - Пойдем на прогулку. В больничном саду очень красиво.

      Джеральд и Констанция долго утешали свою приемную дочь. Она плакала и без конца просила прощения, даже когда они в сотый раз заверили, что не сердятся на нее. Когда время подошло к концу, и все посетители пошли домой, так как началось время процедур, мать отправилась к Гарольду, а отец к Эйлин и Стюарту.

 ***


- Геральдина что…?! – воскликнул Гарольд, - Так ли я понял: она бросилась в океан из-за безответной любви к моему внуку?
Конни лишь кивнула.
   Его Светлость надолго замолчал, и по его лицу нельзя было сказать, о чем он думает. Мужчина был в шоке. Наконец Гарольд тихо прошептал:
- Бедная девочка… Она сейчас в больнице?
Ее  приемная мать снова лишь кивнула.
- Мне жаль, что так получилось. Я был уверен, что она ушла успокоенная. Но….но как Геральдина…. О, Боже! – милорд закрыл лицо руками и глубоко, устало вздохнул, - Но Адриан в чем виноват? Разве есть тут его вина, что он не может приказать себе любить тех, кто в него влюблен?
Невестка сразу же начала заверять, что они и не винят его, что сами не одобряют поступка Геральдины. Ни в коем случае! Констанция горячо просила свекра, так не думать! Ведь рядом могло не оказаться тех рыбаков… Какую боль она бы причинила своей семье? Но приемной матери, конечно же,  жаль  ее. Адриан после тех страданий, которые вынес, - а это тяжелее, чем неразделенная любовь! – и то такими делами не занимался!
- Адриан сильный, - нервно кивнув, ответил Гарольл, -  Хотя чувствительный и ранимый. Он переносит тяжелую, душевную травму. Попытка самоубийства Геральдины может стать ударом для него. Хотя он не любит ее как девушку, но она ему дорога как друг, как сестра. Но я не могу все это осознать. Еще перед Рождеством...
- Да, я тоже про это думаю. Скоро святой праздник, у нас столько проблем и без этого, а Геральдина, сама того не понимая, наверное, добавила ложку дегтя.
- А Адриан…? – осторожно спросил Гарольд, - Мы должны ему об этом рассказать?
Констанция испуганно взглянула в глаза свекру и медленно покачала головой, сказав, что не знает… Если и нужно так поступить, то она явно не хотела делать это сама.
- Думаю, лучше не надо, но с другой стороны мне бы на его месте не понравилось, что от меня такое скрыли.
- И мне тоже. Что, сказать ему? – спросила Конни тоном «А может, не надо?».
- Не знаю… А если, правда, не говорить?
- Я думаю, надо все-таки… Такое скрывать нельзя. Если они пересекутся, Адриан должен быть подготовлен к этому. Геральдина ему сама может сказать. Еще сама прибежит просить прощения. Она импульсивная.
- Я боюсь, что это станет для него ударом. Сколько можно его мучить? Удар за ударом ведь!  Бедняжка только от одного отойдет, как тут же следующая беда! Рано или поздно он узнает об этом: все равно как-нибудь всплывет, все тайное становится явным. Лучше пусть это случится скорее и пройдет побыстрее. Думаю, ты права, Конни. Скажи ему.
- Хорошо. Я пойду сейчас же найду его – тянуть не к чему… - сказала леди.
- Удачи!
     Констанция вышла из его кабинета. Ее сердце стучало от волнения. «И зачем я согласилась - пусть бы сам говорил это Адриану! Я разве нанималась делать за мужиков всю сложную работу?!» - думала она. А Гарольд меж тем только хотел пойти распорядиться, чтобы ему подали чай, как тут в двери кто-то постучал. «Войдите!» - позвал он и подумал, что хоть бы это был Морис с чаем. Но вошел его друг сэр Ричард.
- Ричи, привет!
- Привет, друг! Что тут у вас случилось? Я пришел проведать тебя, а мне сказали, что у тебя разговор с невесткой. Качают права на Адриана?
     Гарольд задумался. Он был частично прав, ведь в основном, дело было в Геральдине. Рассказать или нет? Ричард и Морис были его самыми лучшими, близким и верными  друзьями. Они всегда были рядом, всегда помогали и поддерживали, никогда не оставляя в беде. Может, друг ему что-то посоветует? И мужчина рассказал все. Тот внимательно слушал, а когда выслушал, задумался.
- Дураки вы! Уж прости меня за грубость, пожалуйста! – неожиданно заявил Ричард, - Это ж ясно! С чего бы вдруг утешенной девушке бросаться с утеса? Она решила взять его ни мытьем, так катанием!
 Гарольд удивился и тут же отсек эту версию, сказав, что девушка  вроде не такая…
Но Ричард стоял на своем. Он вовсе заявил, что Геральдина, значит, ненормальная! Нормальный человек разве будет сводить счеты с жизнью?
- Бедная девушка…
- Не знаю… Но мое мнение таково: она хочет вызвать его жалость, чувство вины в нем, и чтобы он сдался и был с ней. А о матери своей  подумала? Что бы чувствовала леди Констанция? Ведь могло получиться так, что ее вызвали бы не в больницу, а в полицию на опознание тела… Вскрылось, что приемный отец – мерзавец и сволочь еще тот, на него подали в суд, мать страдает, разлученная с сыном, скоро Рождество, которое они, наверняка, мечтали отпраздновать совсем не при таких обстоятельствах, а она решила на тот свет отправиться. Нет, чтобы поддержать родителей! А Адриан? Ему и так нелегко, а та решила вызвать у него вину и угрызения совести. Теперь он будет переживать, осуждать себя, думать, что не так ей что-то сказал…. Еще пусть его обвинит во всем! Он не виноват, что не любит ее…
- Неужели она это хотела?
- Этого, может, и не хочет, а замуж за него, думаю, точно хочет!
     Гарольд удивленно посмотрел на друга и даже не нашелся что ответить. Ричард кивнул, прикрыв глаза, мол, «да-да!». А потом сказал, все эти самоубийцы эгоисты, только о себе думают. Им плевать на других! Что бы там ни было, каковы бы ни были причины ее поступка, в любом случае это нехорошо с ее стороны. Жалко, конечно, девчонку: неразделенная любовь – это всегда печально, но не бросаться из-за этого в море, наплевав на родных и друзей! Тем более Адриан не женится, не родственник ей, не состоит во враждующей организации… Из-за чего сводить счеты с жизнью? Только из-за безответных чувств? Глупо это! Значит, решила добиться его сердца любыми способами!
- И руки! – добавил Гарольд.
- Да, и руки, - согласился друг, - Руки и сердца!
- Пойдем чаю попьем. Я уже не могу, если честно…
- Пойдем!
      На том они закончили этот разговор. И Его Светлость стал постепенно склоняться к версии друга. Вот только, что будет дальше?

http://www.proza.ru/2014/05/05/82


Рецензии
Какой ужас Геральдина сотворила! !! Любыми способами добиваться Адриана и даже попытками покончить с собой! !! Совсем она голову потеряла... образумится ли?!

Спасибо, Мария! Волнуюсь, как бы чего ужасного не случилось!

С теплом от души,

Добра, счастья и всех благ,

Ренсинк Татьяна   24.05.2015 20:53     Заявить о нарушении
Татьяна, от всего сердца огромное спасибо! Я очень благодарна Вам за отзывы то, что читаете! Всегда интересно и дорого Ваше мнение!
Да, Геральдина, кажется, голову потеряла. Она это специально сделала, к сожалению. Но с ней все хорошо будет.

Радостного настроения, вдохновения и всего самого прекрасного и доброго!

с теплом и благодарностью,

Мария Шматченко   24.05.2015 22:21   Заявить о нарушении