Благослови меня на боль. Часть третья. Глава 14

Глава 14
У каждого ребенка должен быть плюшевый мишка

     Он застыл на месте, не зная, что ей ответить, что сказать, как реагировать. Разве девушки признаются сами в любви юношам? Адриан только начал жить как свободный человек, в его душе еще что-то осталось от раба (так быстро от этого не избавиться), и ему было трудно решить, как лучше поступить. К тому же, чувства Геральдины оставались к нему не взаимными. Юноша по-прежнему любил Эйлин, и только ее. По этой девушке он тосковал, и, глядя на звезды, перед сном, думал лишь о ней. Молодой милорд, все еще оставаясь невольником в своей голове, считал, что не достоен приемной дочери леди Констанции. Она не приезжала к нему, ничего не передавала. Наверное, забыла его. А ему становилось стыдно за самого себя — нельзя ее любить ограниченному, необразованному парню, ведь такая девушка достойна большего! Адриан запретил себе мечтать о ней, но в глубине души, даже в тайне от самого себя, молил Бога о любви Эйлин, о возможности соединиться с ней.
Но сейчас перед ним застыла, с немой мольбой во взгляде Геральдина... Что же делать?  Как ей объяснить, что не любит ее, как не обидеть при этом. Он не понимал, что будет все равно больно, хоть какие подбирай слова, хоть каким тоном произноси их, хоть каким добрым взглядом смотри...  Как вообще на такое отреагировал бы Фил? Сложно себе представить… Как подсказывает сердце?
     Адриан подбежал к Геральдине… В душе он еще раб, девушка признается ему в любви во всеуслышание, да и еще та, которую сам не любит. Как это сказать? Что делать?
- Я вас тоже люблю, но как человека, как сестру… Простите меня, я сам того не желая, причинил вам боль… Поймите, я не тот, кто вам нужен. Это невозможно. Уверяю, пройдет время, и вы сами это поймете. Вам кажется, что вы меня  любите.
- Нет, я люблю вас. Я вас сразу полюбила еще тогда на ранчо…
- Я очень благодарен вам за вашу любовь, правда, благодарен… И мне очень приятно, но…я не могу дать вам того же… И мне за вас обидно. Что же вы так?
-  Я вас люблю! – твердила Геральдина, - Люблю!
    Меж тем Гарольд, когда услышал это признание, сначала в душе возмутился в стиле «Да как же так? Вот молодежь пошла!» «В наше-то время такого не было!  - так думал он, - Это не принято так: чтобы девушки парням в любви признавались, да и еще так демонстративно!».  Потом ему стало ее жалко.
- Пусть вам кажется, что это невозможно, но это так! Меня бесило, что вас пытаются сделать моим братом, потому тогда на кухне я сказала про пепельницу. Потом очень винила себя….
      Гарольд испугался, что сейчас девушка скажет, что Адриан был рабом, и это услышит кто-то из слуг. Об этом никто не знал, кроме Мориса и сэра Ричарда (и то, так получилось, что те знали, потому что они помогали ему вернуться на Родину), это держалось в строжайшей тайне. Нет, Его Светлость не стыдился, просто…. Просто, если все будут знать и обсуждать за спиной, это может плохо отразиться на душевном состоянии любимого внука. Он боялся за него. Испугавшись, что в своей пламенной речи влюбленная упомянет этот факт, Гарольд тоже подошел к ним. Мужчина знал, что не очень хорошо встревать, когда один признается в любви другому, но иначе поступить не мог.
- Леди Геральдина, вы очень разволновались. Пойдемте отдохнем в каминный зал, и я велю подать чай, - он по-отечески обнял девушку за плечи и повел ее, - Успокойтесь, моя милая… Все хорошо… Ничего такого в этом нет… Идемте…
       Геральдина позволила себя увести. Морис  тоже по-отечески обнял Адриана.
- Мальчик мой, принц ты наш… - глубоко вздохнул он, - Не расстраивайся. Всегда приятно, когда тебя любят.
- Я не могу ответить ей взаимностью, и мне жаль ее.
- Не жалей. Тут ты не в чем не виноват. Сердцу не прикажешь. Не расстраивайся… Ой, не расстраивайтесь, Ваше Светлость! – Морис сам не заметил, как почти весь разговор обращался к нему на «ты», - Забудьте! Пусть это просто станет забавным случаем из жизни. Пройдет время, еще посмеетесь вместе, мол, а «А помнишь?». И в конце концов, это же хорошо, когда тебя кто-то любит!

     Где-то через сорок минут Геральдина и Гарольд вернулись. Девушка уже успокоилась. Она попросила еще раз прощения и, очень смущаясь, ушла. Его Светлость глубоко вздохнул:
- Но ведь бывает же! Пойдем, Адриаша. Жутко неудобно перед кучером и лакеем – они нас столько ждали.
- Ничего страшного, - сказал Морис, - Они поймут. Это их работа.
        Распрощавшись с дворецким, Их Светлости поехали за подарками для детей-сирот в город.
     В детских магазинах было очень здорово! А перед Рождеством их еще и украсили, и было вообще, как в сказке! Адриан игрушки-то никогда в жизни не видел, не то что игрушечные лавки: с другими детьми не общался, а в детстве у самого даже простого солдатика не было. Даже Рози потом  не показывала: у нее было не в уме, что взрослому такое может быть интересным. Так что об игрушках и детских забавах Адриан имел только смутное представление. Все ему было интересно, но виду и восторга не показывал. Наверное, из него бы вышел хороший актер (правда, дедушка будет против такой «неблагородной», не аристократической профессии).
     Продавцы упаковывали игрушки в коробки, а лакеи уносили их в коляску. Потом оказалось, что не хватит места для пассажиров, и сэр Гарольд отправил их домой, приказав прислать им другой экипаж.
- А это тебе! – сказал дедушка внуку и вручил тому плюшевого мишку.
- Мне? – удивился Адриан.
- Тебе-тебе!
- Спасибо большое, но я ведь уже взрослый для игрушек.
- У каждого ребенка должен быть плюшевый мишка, а каждый взрослый – это в прошлом ребенок. Это символический подарок, тебе не обязательно с ним играть. Посади его у себя в комнате, и пусть сидит.
- Хорошо, - улыбнулся Адриан.
- Пошли в кафе. Какао попьем, пока наша коляска в пути.
    Как же Гарольд любил его! Все эти годы любил. Скажите – невозможно, ведь практически не знал его? Но он же был его дедушкой, а как дедушка, нормальный, может не любить своих внуков, даже если волею судьбы они были разлучены? «Я помню, как перед Рождеством в Европе, когда весь город был уже украшен к празднику, я заходил в старое кафе попить какао, и деды приходили туда со своими внуками. Я смотрел на них и мечтал, что когда-нибудь наступит тот день, когда и я приду туда со своими… Сколько же мне пришлось ждать этого заветного момента!». Да, это были не Европа, и не то самое кафе, но мечта все равно сбылась. И сюда тоже приходили дедушки и бабушки со своими внуками разных возрастов, но на этот раз сэр Гарольд был среди этих счастливцев. Самое страшное, что может случится  - это разлучиться со своей семьей, и он знал это, как никто другой.
      Адриану хотелось отблагодарить как-то дедушку, но не знал, как, и из-за этого чувствовал себя слабаком. Ему было стыдно: тот так многое для него делает, а он не может его ни как отблагодарить. Юноша не понимал, что сможет это сделать в будущем, когда все будет позади. Но на самом деле Гарольд был счастлив, что внук с ним, и когда тот улыбался, чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. И пускай, что в свои восемнадцать Адриан не был похож на ровесников из аристократических семейств, но зато те не могли сравниться с ним  ангельской добротой, милосердием, умением прощать, понимать и сочувствовать и, конечно же, редкостной красотой, пленительной и очаровывающей. И Гарольд очень восхищался им и гордился.
     Когда они вернулись домой, то увидели, что в холле стоит елка.
- Эх, а я совсем забыл, что ее привезут!  - воскликнул Гарольд, - Морис, скажи, чтобы ее переместили в бальную залу, а сюда другую поставим. Мы сейчас переоденемся и пойдем ее наряжать.

     Игрушек было множество, и все они были ювелирными произведениями искусства из драгоценных металлов и камней. Герольд не признался, но в последний раз наряжал елку, когда был маленьким мальчиком. Ленточки от  Рождественских украшений путались, иглы  на ветках кололи пальцы… Ему казалось это невероятно трудной задачей. Внук же каждый год наряжал сад к праздникам, и ему это было не в новинку.
- Как красиво, Ваша Светлость! – восхитился дворецкий.
- Спасибо, мистер Морис! – поблагодарил Адриан.
- Не за что, Ваша Светлость! У вас хороший вкус!
- Да, чего не скажешь обо мне! – из-за  елки выглянул сэр Гарольд и рассмеялся, - Сразу видно, кто какую часть обвешивал!
- Да нет, дедушка, у тебя выходит очень красиво! – Адриан подошел к нему, Морис тоже.
- Ну, если ты так считаешь, значит, это правда, и я польщен!  Но у тебя все равно лучше! Ну, как у тебя это выходит?
- Это как сажать розы. По цветам, и что с чем хорошо смотрится, - улыбнулся молодой милорд и взял в руки золотого ангела, - Правда, красивый, мистер Морис?
- Правда, - улыбнулся тот, - Но не красивее вас, Ваша Светлость!    
        Адриан очень смутился:
- Спасибо большое. Вы меня совсем захвалили.
        Гарольд и дворецкий обняли его взглядами.
- Не захвалил, - сказал Морис, - А правду сказал!
- Спасибо еще раз. Мне очень приятно.
     В этот момент двери распахнулись, и в зал вошли леди Барбара, подруга сэра Гарольда, которая очень поддерживала в Европе. С его внуком она была уже знакома. Оглядевшись, дама увидела, что в помещении нет никого посторонних, и почти подбежала к ним. Все ее друзья всегда удивлялись: как она так бегает в своем возрасте (а была она ровесницей Гарольда).
- Добрый день! – весело сказала Барбара.
      Все поздоровались. Ей всегда были рады в любом доме. Эта женщина будто бы излучала радость. Когда близкие спрашивали ее, в чем секрет такого обаяния, она всегда отвечала, что нужно не унывать, а для этого всем сердцем верить в Бога и любить Его.
- Я недавно получила письмо из Европы от сестры! – сообщила Барбара, когда старинный друг спросил, что у нее нового, -  Она пишет, что весь город занесло снегом. Я сразу же обрадовалась, что приехала к вам к Рождеству!
- И как там у них дела?
- Пишет о балах, о Варшаве… Я так скучаю по Варшаве!
- Твоя любимая Варшава! – улыбнулся Гарольд, - Ну, бал тебе будет обеспечен, но ее, прости, не знаю, как организовать.
- По тебе я скучала даже больше. А балы я обожаю! - и Барбара, что-то напевая, увлекла  Адриана на танец, и они закружились в вальсе.
     Гарольд и Морис заулыбались, наблюдая за ними.
- Какой красивый танец! – сказал дворецкий.
- Да, очень. Не зря мы столько его учили… - тихо ответил Его Светлость, - Он танцует так, будто бы делал это всю жизнь. Молодец!
- Да, Ваша Светлость. Его Светлость так легко все схватывает. На Рождественском балу точно будет самым завидным кавалером.
- На рояле играть умеет, танцует потрясающе… Еще научится ездить верхом и точно будет принц на белом коне!
     Им пришлось замолчать, потому что Барбара и Адриан вернулись к ним.
- Потрясающе! – сказала леди.
     Она не стала расхваливать внука друга (чему тот был очень рад), потому что думала, что он давно умеет танцевать. Всего в подробностях женщина не знала. Барбара знала, что у Гарольда есть Филипп и Адриан, но была не в курсе, в каких условиях жил последний, думая, что там нормальная семья.
- С одним твоим внуком я познакомилась. Теперь буду с нетерпением ждать встречи со вторым.
- Филипп забегал вчера утром. У него там большая любовь! А сегодня поехал встречать ее на вокзал, потому его сегодня не было. На балу точно увидишь нашего старшего.
- Ааа, - протянула Барбара и умилилась, - Любви все возрасты покорны!
     Гарольд неожиданно подумал: «Интересно, а у Адриана есть возлюбленная, нравится ли ему кто-то?». Он хотел сказать, что у него отбоя нет от девушек на улице, все чуть ли не штабелями падают и, хотя это неприлично, оглядываются ему вслед. Но потом подумал, что, как мужчине, внуку это может быть неприятно – как к принцессе внимание.
- Ладно, дорогие мои, я побежала! – сказала меж тем леди Барбара, - Мне надо еще столько дел переделать!
      Мужчины пошли ее провожать. У дверей  в холле они все никак не могли расстаться, но леди, правда, надо было ехать, и даже на чай времени не было. Обняв всех поочередно, Барбара выпорхнула за дверь, но вдруг опять заглянула.
- Гарольд, а там какого-то сэра Джеральда охрана не пускает… Выйди, узнай, в чем дело…

http://www.proza.ru/2014/05/05/70


Рецензии
"И мне очень приятно, но…я не могу дать вам того же…" - да, насильно мил не будешь, тем более, когда в сердце уже кто-то есть!!!

и столько внимания, похвалы в адрес Адриана - ему, похоже, скоро надоест такое!

спасибо, Мария!!! Так сильно!

с теплом души,

мира, добра и вдохновения,

Ренсинк Татьяна   24.05.2015 10:30     Заявить о нарушении
Татьяна, спасибо огромное за добрые слова и за то, что продолжаете читать! У меня слов нет, чтобы выразить свою благодарность! Мне искренне приятно и важно получать рецензии от такого автора, как Вы.
Адриан попал в сложную ситуацию. Но насильно мил не будешь. Тем более любит он Эйлин. Но Геральдина так просто не сдаваться не хочет :(

Радостного настроения, добра и успехов во всем!

с теплом и благодарностью,

Мария Шматченко   24.05.2015 16:55   Заявить о нарушении