Благослови меня на боль. Часть третья. Глава 12

Глава 12
Пообещай мне…

- О чем ты, Конни? – тихо спросил мужчина, и по спине пробежался холодок.
      Он и сам придерживался такому мнению, но почему-то слова невестки его испугали.
- О том, что все его любят, все от него в восторге, а отец родной – нет, - объяснила леди.
- Ты меня пугаешь, - честно признался свекор. Голос его прозвучал тише, чем обычно, и в них так и сквозил...испуг. Необычный для гордого, благородного аристократа, но Констанция не предала тому значения. Вслушиваясь в песню поленьев в камине, женщина ответила:
- Да я саму себя пугаю, откровенно говоря. Мне просто иногда так кажется. Нет, любит, конечно, тут я уж загнула. Но по-своему любит. А для меня любовь…это такое чувство… Понимаете, мне все говорили: «Что ты нашла в этом Джерри?!», а я просто его любила, и все! И неважно было, какой он: слабый или сильный, тряпка или нет, решительный или робкий… Для меня любовь – это любовь, а когда это своеобразно, по-своему, я не понимаю. Как можно искренне тепло относиться к человеку, тосковать по нему, стремиться к нему, а в то же время чуть ли не убить только за то, что тебе что-то там показалось? Знаю, я не должна вам все этого говорить ведь откровенно говоря, мне самой хочется вернуть Адриана.
- Милая моя Констанция… В том-то и дело… Вы все хотите его вернуть, а я хочу вернуть его к нормальной жизни. Я хочу, чтобы он был счастлив. Я хочу вновь научить его улыбаться. Я хочу, чтобы он радовался жизни. Я хочу, чтобы он всему научился. А вы хотите, чтобы Адриан был рядом и радовал вас своим присутствием.
- Сэр Гарольд, я хочу быть с вами предельно честна. Тут я только из-за приемного сына. Вы подали в суд на моего мужа, как на врага, вы отняли у него ребенка, даже не потрудившись понять, в чем причина его ужасного поведения, а я пришла к вам после этого в гости. Это нехорошо с моей стороны по  отношению к Джерри, но я очень хотела увидеть Адриашу.
- Конни, Конни… - вздохнул Гарольд, - Спасибо тебе за честность и…и за то, что так любишь моего бестолочь-сына. Но подумай о себе. Я люблю тебя, как дочь, как родную дочь, и потому беспокоюсь. Джеральд – не благородный преступник, не поборник веры, не защитник угнетенного народа, не борец за справедливость, гонимый всеми, не отважный революционер, который видит дальше всех… Он – мерзавец, и не стоит того, чтобы ты его любила.
- Нет, Джерри – не последняя скотина, он просто несчастный человек…
- Если бы самый несчастный человек в мире вдруг вздумал отыграться на других, то и мира бы уже не было. Нельзя ломать жизнь другим, потому что считаешь, что тебе  простительно.
- Я понимаю… Но… Скажите мне, сэр Гарольд, а какова вероятность, что Джерри выиграет дело?
- Очень мала, - честно признался свекор, - Ее почти нет. Все доказано.
- Но… но… - по щекам Констанции потекли слезы, - Как вы можете так поступать со своим родным сыном? Неужели Джерри был прав, и вы действительно безжалостны и жестоки?
- Разве я  отдавал приказ три дня подряд издеваться над ним, пытать, бить до полусмерти…? Нет. Тогда, если это не безжалостно и жестоко, тогда что…?
- Не три дня…
- Три, Конни, три! Если бы Фил не остановил, было бы три, как было и приказано.
- Но неужели вам совсем не жаль Джерри? Неужели вы его совсем не любите?
- Люблю, - после долгого молчания признался Гарольд, - И потому так и поступаю. И жалко его. Но Адриана люблю больше и жаль мне его сильнее. Мой сын должен ответить за все свои злодеяния, и пусть его накажу лучше я, чем кто-то другой. Откуда ты знаешь, что было бы дальше? Может, Джерри продолжил бы свои издевательства…. И уже бы возмутился кто-то другой… Даррен вдруг получил вольную? И вдруг бы объявился? Он бы его жалеть не стал! Откуда ты знаешь, какие покровители могли появиться за это время у бывшего раба? А если бы умудрились добиться и вовсе смертной казни? Лучше я посажу Джеральда в тюрьму, чем это сделает кто-то другой. Но делаю это в первую очередь ради спасения любимого внука.
- Вряд ли Адриан этого хочет…
- А он не хочет, - подтвердил Гарольд, - Но я его спрашивать не стану, как бы сильно не любил. Я хочу, чтобы Джерри наконец осознал, что нельзя так поступать. Я не хочу, чтобы дальше без зазрения совести, он подвергал насилию родного сына, оправдываясь своей болью…
- Мне кажется, что моя жизнь сломана.
       Его Светлость вздрогнул. Понимал ли он, о чем она? Понимал. Гарольд и сам недавно думал о том, что будет с этой женщиной, если ее муж  сядет в тюрьму…. Воцарилась гнетущая тишина, поленья в камине трещали, тикали часы…. Нужно что-то ответить. Нужно что-то сказать. Косой свет струился из окон, украшая стены тенью от узоров на тюле. На  мягкий ковер на полу, подобранный в тон немного старомодных обоев, из тонких пальцев женщины выпала салфетка.
- Прости меня, Конни, что я причинил тебе такую боль. Ты не виновата в том, что творил твой муж. Мой дом всегда открыт для тебя. Я тебя не брошу, ты всегда можешь рассчитывать на меня… Только о Джерри не проси. Но подумай о себе. Адриан почему-то к тебе очень привязан. Он очень скучал, рассказывал много хорошего. Ладно о  Фелиции – она его тетка, и никогда не скрывала, что любит племянника! Но ты ведь бывшая хозяйка…
Она же упрямо твердила, что Адриан – ее  приемный сын, и  очень любит его. Отберет ли его дедушка,  или нет, он навсегда останется им для Констанции.
- Я ни у кого его не отбираю, - тяжело вздохнул Гарольд, - Он не вещь, чтобы его отбирать. Кто захочет быть с ним, тот будет. Только Джеральда к нему не подпущу! Но скажи мне, Конни, зачем тебе Адриан?
Невестка подняла на него глаза и, глубоко вздохнув, ответила вопросом на вопрос.
- Он мой сын, и я его люблю. Зачем вам Фелиция?
- Адриан – сын твоего мужа, - однако ж отрезал мужчина, что ее малость покоробило, -  Не ты родила его. Почему так прикипела к нему? Зачем он тебе? Ты отделяешь его от Джеральда, или любишь его только за то, что тот его отец?
Вдохнув аромат чая, пытаясь согреть руки о давно остывшую чашку, она прошептала, что не совсем понимает. Лицо женщины вспыхнуло. Тихим, дрожащим голосом, попросив простить ее за такой вопрос, она спросила, не хочет ли он сказать, что не верит ей. Ожидая его ответа, Конни отчего-то задрожала и поставила чашку на столик, боясь разбить ее. Гарольд, бросив нервный взгляд на руку невестки,  на пальце которой сверкало обручальное кольцо, тихо ответил, стараясь делать это деликатно:
- Я верю, но не могу понять, как так получилось. Другая  бы никогда не смогла смириться, что у ее мужа есть дети на стороне. А ты, мало того, что смирилась, да и еще полюбила его сына как своего родного, едва ли не сильнее, чем любит его отец!
- Тут другая ситуация. Не «на стороне», а до меня. Джерри не при мне же изменял и с кем-то родил! Это было еще до встречи со мной. А почему я люблю  Адриана как сына, вам, мужикам, это в жизни не понять.
- Хорошо, - тихо засмеялся Гарольд, - Я попытаюсь это осмыслить. Но что делать тебе? Ты про это думала?
Констанция, стараясь сдержать слезы, сказала нервным голосом, что уже устала думать! Она вообще ничего не понимала! Мужа посадят. Объявившийся дед отнял у них сына. И леди бесило, что, судя по всему, свекор прав. Как ни крути, но Джерри бесчеловечно обращался с Адрианом.  Отец Геральдины вернулся из плаванья. Девушка не может к нему уехать, так как ее вызывают в суд, их вообще всех трясут, вплоть до Эвелины! Тогда мистер Ральф, отец Геральдины, сам решил приехать поддержать дочь. У другой приемной дочери тоже объявился отец, и та сейчас все время проводит с ним. Приемная мама ее не судила, но за Джерри становилось обидно. Эйлин тоже на него рассердилась из-за того, что ей не удалось защитить Адриана. Закончив свою нервную исповедь, женщина, глубоко вздохнув, заявила:
- Я вообще подозреваю, что дочка к нему неравнодушна, но не как к брату.
- Не как к брату? – удивился Гарольд, - А сколько ей лет? Он же маленький для нее!
- Она на год старше, – как бы между делом ответила Конни и продолжала, - Геральдина, видимо, тоже в него влюбилась! В кого влюбился он, для меня так и осталось загадкой! Филипп у нас не появляется вообще! Его мать про него говорить даже не хочет! Эвелина вся на нервах. Один Мартин ведет себя как мужик! Один держится достойно и еще нас всех поддерживает. Спасибо ему за это! Хотя самого допрашивают – во время следствия узнали, что он чуть не убил человека! Да Стюарт еще! Но тому легче, ведь в этом не участвовал, хотя не знаю, что придет в голову судье, и, может, его тоже вызовут! Но Стюарту еще тоже тяжело: он и Джеральду благодарен за то, что воспитывал его дочь, а в то же время, являясь бывшим рабом, сочувствует Адриану! Он мне об этом не говорил, но я так думаю. И вот среди этого ада я живу. Вроде бы не должна с вами общаться: вы, подав в суд, мне это и устроили, но не могу не делать этого из-за сына… Ему тоже тяжело, едва ли не тяжелее всех нас, и я не могу его бросить в такой момент… Скажите на милость, - Конни закрыла лицо и заплакала, - Что мне теперь делать?
      Сердце Гарольда вздрогнуло. Он поднялся с кресла, подошел к ней и обнял за плечи.
- Милая моя, не плачь. Что бы ни случилось, я не разлучу тебя с…сыном.
       Ему, честно говоря, не очень-то это нравилось… Его Светлости было не до конца понятно, с какой стати Констанция так привязалась к Адриану. Он видел в этом проблему…. У внука с ней близкие, теплые отношения, и Гарольду не хотелось его ранить. Привязанность юноши ему была понятна – мачеха, так сказать, добилась любви и доверия. Может быть, как и любому, кто потерял мать, ему хотелось  заботы и тепла…. И если подумать, зачем это надо Конни, то  тоже можно объяснить  - ради мира в семье,  ради мужа и что-то в этом духе. Но Гарольда угнетала эта игра в родственные связи, которых нет… Или он был неправ? Мужчина так и обнимал ее за плечи, не в силах вымолвить ни слова, а она тихо плакала, прикрыв ладонью глаза.
- Я сама во всем виновата! Фелиция не стеснялась своей любви, - будто б прочитав его мысли, призналась невестка, - А я до того, как узнала правду, тянулась к нему, сочувствовала, искала повод помочь, но жутко этого стеснялась, что иной раз грубо попрекала его. Раньше надо было думать!
 Свекор сказала, что Адриан ее любит…
- Он всех любит, всех, вплоть до церковных голубей! - не без раздражения на саму себя, отмахнулась Конни, - Даже Джеральда. Адриаша добрый. Любому найдет оправдание.
Гарольд возразил на это, с легкой улыбкой:
- Но тебя все равно особенно.
- Думаете? Я этого не достойна.
- Я очень благодарен тебе, что в это трудное время ты не бросила моего внука, поддержала его. Ты всегда можешь на нас рассчитывать. Когда все это кончится, ты всегда сможешь видеть его, и до этого – тоже. Обещаю тебе, Конни – все будет хорошо. Но скажи мне,  зачем тебе все это? Джеральд – скотина.
- У меня больше  ничего нет… Давайте оставим этот       разговор, сэр Гарольд.  Спасибо вам за все. Я вам очень благодарна за добрые слова и поддержку. И за…за…то, что помогли Адриану – тоже, хотя мне тяжело далась разлука с ним. Но прошу вас, давайте забудем об этом. И так тяжело сейчас - еще перемывать это….
- Хорошо,  Констанция, - и Гарольд сел обратно на свое место.
- Вот  и славно, - улыбнулась леди, - Давайте лучше чаю    попьем.
- Давайте, - засмеялся мужчина.
      И как во время, в этот момент кто-то постучал в дверь.  Это был Фред.
- Добрый день, сэр Гарольд. Добрый день, леди Констанция! Прошу прощения за то, что так долго не заходил к вам.
- Фред, здравствуй! Садись. Я сейчас велю заварить чай.
- Добрый день, мистер Фред, - поздоровалась леди, - Как ваши дела?
- Хорошо. А ваши?
- Наши? По судам ходим.
- Ну, и мы – тоже.
     Конни была слишком вежлива, чтобы показать, что ей неуютно. И Фред, кажется, тоже. Он прекрасно помнил, что во многом благодаря ей, «Ангела» удалось спасти. Если бы в тот страшный вечер эта женщина сама не пошла за врачом, может быть, все сложилось бы намного трагичней.

 ***


     Стояла чудесная погода, и воздух в саду был наполнен ароматом цветов. Ветерок доносил сюда запах морского бриза. Нагулявшись, Адриан и Рози возвращались из парка в замок.  Там юноша и маленькая леди  прогуливались по тропинкам между розовыми кустами, ходили к маленькому прудику и кормили лебедей и уток. А потом он катал ее на качелях, она рассказывала ему о своих детских делах. Немного устав, друзья решили возвращаться домой и медленно направились к замку, как вдруг девочка остановилась.
- Могу я попросить тебя кое-о-чем? – тихо и взволнованно спросила она.
- О чем? – улыбнулся ее взрослый друг.
- Пожалуйста, не возвращайся к сэру Джеральду – он тебя бьет. И не верь ему, что больше не будет.
       Адриан не знал, что ей ответить. В глубине души юноша сознавался себе, что и сам бы не хотел этого: чего хорошего, когда тебя лупят «только так», как мистер Томас выразился однажды, а за что, не говорят?! Но как он мог так думать? Джеральд все же его отец… И каким бы тот ни был, этого не изменить. Имел ли молодой человек права не желать вернуться к нему? Он сам думал, что нет. Ему была не совсем приятна эта тема, но не мог обижать ребенка. Юный милорд спросил, разве это от него зависит.
- Я не знаю, но пообещай мне, - взмолилась девочка, - Между нами, детьми, это ведь очень нехорошо, когда тебя бьют, тем более, если это «не заслужено»! Я готова отдать сэру Джеральду свой самый любимый кукольный домик, только пусть  тебя больше не третирует! Как ты думаешь, он согласится?
- Вряд ли, - улыбнулся Адриан, - Отец не играет в куклы.
Она, широко раскрыв серые глаза, взглянула на него снизу вверх и спросила с надеждой в голосе:
- А ты…?
- И я тоже не играю, - засмеялся он, -  Пошли, принцесса. 
- Пообещай мне, - стояла на своем «принцесса», - Пообещай, что хотя бы постараешься…пообещать.
      Он снова ласково засмеялся:
- Хорошо, обещаю постараться пообещать. Только как это сделать? Ты мне объясни. 
       Рози рассмеялась:
- Кажется, как выражается моя бабушка, я  переволновался  и уже заговариваться стала! Пожалуйста, пообещай, что постараешься меня понять и подумать над моими словами.
- Обещаю, - улыбнулся тот.
       Эта маленькая девочка всегда разговаривала как большая: было видно, что она много времени проводит среди взрослых людей и копирует их выражения.
    Пообещай мне…

http://www.proza.ru/2014/05/05/66


Рецензии
Рози мудрая не по годам!

"хочу вновь научить его улыбаться. Я хочу, чтобы он радовался жизни. Я хочу, чтобы он всему научился. А вы хотите, чтобы Адриан был рядом и радовал вас своим присутствием. " - очень трогательна забота дедушки и сильная вышла у него беседа с Конни.

спасибо, Мария! Так увлекательно и ярко все!!!

С теплом от души,

Добра, счастья и всех благ,

Ренсинк Татьяна   23.05.2015 23:43     Заявить о нарушении
Сердечно благодарю Вас, Татьяна! Для меня важно читать Ваши отзывы. Невероятно Вам счастлива!
Рози - умница! :) Не знаю, почему. Может быть, потому, что со взрослыми часто, или благодаря здоровой обстановке дома (без "рабов").
Гарольд очень любит Адриана. Я до сих не могу понять, думали Конни с мужем об его будущем.

Счастья Вам, радости и всего самого прекрасного!

с теплом и благодарностью,

Мария Шматченко   24.05.2015 16:45   Заявить о нарушении