НЯНЯ

   
                Моя   приятельница  предложила   мне   поработать  вместо  неё  бебиситер  -  няней   в   израильскую  семью.   Она  нашла  другую  работу.  Двое  детей  -  мальчик  шести  лет  и  девочка  четырёх.   Дети  трудные,  предупредила  она.  От  них  уже  несколько  нянь  сбежало.   Работать  вообще  трудно,  но  детей  я  люблю.   Язык  иврит  я  ещё  совсем  плохо  знала,  учила    потихоньку.  Поэтому  я  была  желанной  дешёвой   няней.

                Хозяйка  дала  мне  ключи,  объяснила  мои  обязанности,  познакомила  с  детьми.  В  два  часа  я  забирала  девочку  Яэль  из  садика,  Галь  приходил  со  школы  сам.  Я  готовила  им  еду.  А  дальше  я  себя  чувствовала  как  гастербайтер ,  с  трудом  общалась  с  детьми  на  их  родном  языке.  Израильские  дети  свободны,  творят,  что  хотят,  с  ними  надо  договариваться,  как  со  взрослыми,   а  словарный  запас  у  меня  был  ещё  очень  мал.  Нас  из  России  приехало  много,  и  все  разные.  Кто-то  пил,  кто  матерился  и  вёл  себя  по-хамски,  кто  старался  жульничать,  особенно  по  отношению  к  своим  же.  Так  к  нам  и  относились,  считали  нас  необразованными,  глупыми.  Однажды  я  стояла  у  светофора  и  один  мудак  на  ломаном  русском  старался  объяснить  мне  что  такое  светофор  и  как  надо  переходить  улицу.  Я  огляделась.  Русских  не  видно.  Тогда  я  на  ломаном  ещё  иврите  стала  возмущаться:

-    Как  тебе  не  стыдно,  сам  уже  старый,  а  пристаёшь  ко  мне.  Ты  что  думаешь,  мы  из  России  одни  проститутки?!  Где  полиция?  Ты  сейчас  сядешь  у  меня  надолго!  -  и  добавила  по  русски,  -  увидишь,  придёт  время,  когда  наши  будут  командовать  вами  в  этой  стране.

Окружение  по  русски  не  понимало,  но  мой  иврит  поняла  и  стала  возмущаться  на  мужика,  что  он  ноги  в  руки - и  бегом.

                Ну,  теперь  о  моих  детях.  Особенно  трудным  был  мальчик.  Он  всё  время  приставал  к  сестре,  лупил  её,  мне  приходилось  просто  вставать  между  ними   и  прикрывать  собой  девчонку.   Галь,  старался всё  делать  мне  назло.  Например,  он   мазал  хлеб  маслом,  сверху  кусок  колбасы   и  запивал  молоком.  Это  категорически  запрещено  в  еврейских  семьях,  мешать  молоко  с  мясом.    Он  ждал,  что  я  стану  отнимать  у  него  такую  еду.  Глупенький  ребёнок.  Главное  для  меня  их  безопасность.   Придёт  мать  и  я  просто   расскажу  ей,   пусть  сама  разбирается.

                Однажды  я  поставила  перед  ними  тарелку  с  макаронами.  Мальчик  посмотрел  на  меня,  улыбнулся  и  смахнул  тарелку  на  пол.  Макароны  рассыпались  по  всему  полу.   В  чём  дело,  спросила  я  его  на  иврите.  Он  ехидно  посмотрел  на  меня,  кинулся  на  кухню,  полез  на  стол  взять  что-то  из  верхних  шкафов.  Я  кинулась  к  нему.  Только  чтоб  не  упал,  безопасность  -  главная  моя  задача.  «  Спокойно,  Майя,  -  шепчу  я  себе,  -   это  твоя  работа,  только  не  психуй.»  Галь  схватил  коробку  мюсли,  насыпал  полную  тарелку,  потом  засыпал    всё  сахаром,  залил  молоком,  всё  через  край.  Попробовал.  Не  понравилось.  Бросил  тарелку  с  едой  в  мойку,  тарелка  сломалась.   Сел  играть  на  приставке  у  телевизора,   я  с  облегчением  вздохнула.  Яэль  с  интересом  наблюдала.

                Я  старалась  быть  абсолютно  спокойной,  даже  безразличной  ко  всему.  Смела  макароны  в  совок,  прибрала  на  кухне.  Взяла  со  стола  тетрадки  Галя.  Примеры  небрежно  написаны  на  мятом  листке  без  линеек.   
  -  Неправильно,  -  говорю,  -    3 + 4 = 6     Это  неправильно.
  -  Нет,  правильно,  ты  ничего  не  понимаешь.

                Беру  3   и  4  карандаша.  Убедила.  Он  был  удивлён,  что  я  умею  считать.   Ну,  ребёнок.  Если  я  не  умею  хорошо  и  правильно  говорить  на  его  родном  языке,  значит  я  дура.  Одно  время  Галь  и  Яэль  говорили  мне    на  иврите   « дура»,  а   я   не  могла  понять,  что  они  хотят,   а  они  опять  говорили  это  слово,  а  я  не  могла  понять,  что  они  хотят.
               
                Вскоре,  когда  я  учила  иврит,  я  натолкнулась  на  это  слово.  Я  так  хохотала.   На  следующий  день  я  им    сказала,  что  это  слово  плохое  и  его  говорить  нельзя.   Я  старалась  пополнять  знания   иврита,  мне  помогало  в  этом  и  общение  с  детьми. Слова  прямо  сами  залезали  мне  в  голову  при  общении  с  ними.  Дети  были  такие  шумные  и  упрямые,  старались  делать  мне  что–нибудь  назло.  Я  чувствовала  себя  с  ними,  как  укротительница,  но  не  с  хлыстом,  а  добром, пыталась  понять  их характер,  играла,  баловалась  с  ними,  чтобы  быть  ближе   к  ним.   Пыталась  рассказывать  им  сказки  на  иврите,  вроде  получалось.
 
                Однажды  Галь  очень  плохо  себя  вёл,  швырял  еду,  разматывал  туалетную  бумагу  по  всей  квартире  и  нагло  наблюдал, как  я  реагирую.  У  него  явно  было  желание  вывести  меня  из  себя. А  мне  что  до  той  бумаги?  Мать  придёт,  пусть  разбирается.
 
   -   Хватит,  Галь,  успокойся,  надоело  уже,  -  пыталась  я  его  успокоить.

   -   Бат  зона,  -   прямо  в  глаза  крикнул  Галь.  И  это  слово  значит   проститутка.   Я  уже  неплохо   знала  иврит.

                Я схватила его за грудки и  по – русски  заорала  на  него:

  -   Ах,  ты  сволочь  такая.  Мамки-няньки  у  тебя!  Наши  дети  бегают  с  ключами  на  шее.  А  я  тебе  тут  служанка.  Марш   в  спальню  и  будешь  там,  пока  мама  придёт.
 
                Я   швырнула  его  на  кровать,  села  в  проходе  у  дверей
 и  не  выпускала  его  из  спальни.  Он  был  поражён  таким  обращением  к  нему, орал,  нельзя  детей  трогать,  тебя  в  полицию  заберут.  Рвался  из  спальни,  но  я  стояла  на  своём.  Я  знала,  если  мать  скажет  в  полиции,  что  я  так  наказала  ребёнка,  меня  может  даже  ждать  тюрьма.  Но  мне  уже  было  всё  равно,  я  решила  больше  сюда  не  приходить.

                Вечером  пришла  их  мама  и  я  ей  всё  рассказала.  Она  отнеслась  с  пониманием.
 
   -  Больше  этого  не  повторится.  Не  бросай  нас,  пожалуйста.

                Вы  думаете  она  наказала  ребёнка?   Когда  я  пришла  к  ним  на  следующий  день,  она  сказала,  что    ходила  с  Галем  к  психологу   и  он  теперь  будет  вести  себя  хорошо.  Целую  неделю  я  с  Галем  не  разговаривала,  играла  с  Яэль,  но  не  с  ним.    И  правда ,  Галь  стал  совсем  другим,  он  сам  стал  искать  контакта  со  мной,  даже  пригласил  играть  с  ним  в  приставку,   ласкался  ко  мне.  Они  говорили  мне,  что  я  им,  как  бабушка  и  стали  послушными  и  милыми  детьми.

                Я  им  много  рассказывала  о  России. 
 -   Россия  плохая ,-   говорил  Галь.
 -   Я  плохая?
 -   Нет,  ты  хорошая.
 -   Вот  такие  люди  живут  в  России.  А  ты  знаешь,  что  Россия самая  большая  страна ?               
 -  Нет,  самая  большая  Америка,  потом  Израиль.

                Пришлось   заняться  географией.  Принесла  книгу   «Карты  мира»   и   показала  на  картах    разные  страны.  Дети  были  очень  удивлены.   Они  с  удовольствием   учили  меня   языку. С  тех   пор  отношения  наши  стали  прекрасные.

                Два   года  я  у  них  работала.    Когда  у  меня  родился  внук  Саймон,  я  не  рискнула  приносить  к  ним  внука, как  мне  предложила  хозяйка,  больше  днём  не  ходила  к  ним,  разве  что,  когда  родители  уходили  куда  вечером,  на  ночь,  я  соглашалась  приходить.  Укладывала  их  спать  и  рассказывала  им  русские  сказки  на  иврите.   Их  бабушка  жила  рядом  с  нами.   Когда  они  приходили  к  бабушке,  обязательно  ко  мне  прибегали.

                Когда  мой  внук   в   шесть   лет   тоже  стал  капризный,  неуправляемым,   мы  отвели  его  к  детскому  психологу.   Как  они  там  разговаривают  с  детьми ?  Мальчик  стал  спокойный,  во  всяком  случае  стало  возможно  с  ним  договариваться.

                Слава  хорошей  няни   давала  мне  работу.  Летом  я   открыла  лагерь,  ко  мне  проводили   детишек,  а  одного  приносили  совсем  маленького  -  трёх – месячного.   Мать  боялась  потерять  работу,  не  могла  сидеть  с  ребёнком.

                Работа  с  детьми  -  это  одна  из  моих  работ  в  Израиле.  Я  занималась  уборкой  домов  и  квартир, ухаживала  за  пожилыми  людьми, занималась  шитьём  и  разной  "чёрной"  работой.

   Вот  так  проходила  эмиграция  первых  лет  жизни  в  чужой  стране.

    .................................................
               


Рецензии
Спасибо за рассказ, Майя!
Искренне удивлён тем, что в Израиле еврейские дети совсем другие, не такие как у нас. В моём представлениии еврейские дети были верхом послушания, их даже к нам мамы подпускать боялись: "Фола, не ходи с ними: это плохие мальчики, они будут драться!"
Впрочем, последних еврейских детей я помню лишь в те времена, когда начиналась алия. А до войны в нашем городке вообще половина жителей были евреи А сейчас, говорят, осталось человек 30.
С днём Победы Вас, Майя! Слышал, что в Израиле его стали отмечать. Сбывается Ваше предсказание: "...увидишь, придёт время, когда наши будут командовать вами в этой стране."
Ещё раз спасибо за великолепный рассказ!

Владимир Улас   09.05.2018 17:55     Заявить о нарушении
Да, в Израиле другие дети. Мне как раз такие нравятся -
Свободные, имеют своё мнение, не боятся взрослых, говорят, что думают.
Все тут называют друг друга по имени, и взрослых тоже. Мне сначала было так это странно, но привыкла. Кстати, я так была удивлена, когда моя 15 летняя внучка спела мне гимн Советского союза. Я ей сразу подарила 20 долларов, что порадовала меня.
С уважением. Заходите ещё.

Майя Стриганова   14.05.2018 19:11   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.