Прекрасная Флоренция!

Юрий Бутунин
Уважаемый читатель!
Прежде, чем взять пьесу к постановке- получи от автора разрешение!
Или прочти вначале мое обращение к тебе:

Уважаемые читатели!
Прежде всего, обращаюсь к профессионалам,  имеющих непосредственное отношение к театру, будь то профессиональному, частному, любительскому.
Все, что Вы прочитали на моей странице- это результат моего интеллектуального труда, за который приходится вам платить. Но согласитесь, придя в магазин, у вас не возникнет желание взять палку колбасы и спокойно выйти на улицу. Ну, во-первых, вас задержат за воровство, а, во-вторых, у вас сработает инстинкт -красть опасно, плохо!.. Есть деньги- куплю, нет денег, придется обойтись без колбасы. И это правильно. Вы платите, прежде всего, за труд, за услугу. Кто-то водит автобус-он водитель, кто-то учит детей -он учитель, кто-то лечит людей- он доктор. А кто-то пишет о людях по законам театра- я  драматург. И каждый получает за свой нелегкий труд денежное вознаграждение, зарплату, гонорар. Так и мои стихи, пьесы, это мой труд, интеллектуальный труд, и за него необходимо платить. Каждый труд охраняется законом. Мой труд охраняется законом об авторском праве. Гражданский Кодекс Российской Федерации ( часть 4).Обращаю внимание тех, кто считает себя художественной самодеятельностью, любительским театром, студией или иным творческим коллективом, не преследующий коммерческие цели во время исполнения авторского произведения, якобы не обязаны спрашивать  разрешение у автора, и не обязаны платить автору! Разочарую вас. К счастью, нужно! И если платите не вы, то платить вынуждена будет та контора, которая организовала ваше выступление. Почему я пишу об этом. Лишь только потому что, те лихие руководители, которые задумали без потерь проскочить  правовую полосу " препятствий" сталкиваются с блюстителями закона. Приход прокуратуры с комплексной проверкой к вам, в данной ситуации, обеспечен! И вот тут-то, как-то сразу, ко мне начинают приходить письма-раскаяния. От 10.000 то 5.000000 руб. за незаконное использование произведения без согласия автора, платить неохота. Слезлывые строки раскаяния пишутся , как под кальку, и мной, как аргумент правдивости таких писцов не принимаются!
Спасибо, что вы воспользовались моими произведениями. И убедительно прошу Вас, напишите мне, попросите разрешение на их исполнение. Уверяю, Вы такое разрешение получите. Это лучше, чем получить повестку в суд и ознакомиться  с судебным иском в качестве ответчика. Каждое опубликованное здесь произведение внесено в Единый реестр авторского права РФ.
С уважением, Юрий А. Бутунин
yuri@butunin.ru

Ю. Бутунин

ПРЕКРАСНАЯ  ФЛОРЕНЦИЯ!

комедия в 2-х действиях

(ПРЕМЬЕРА СОСТОЯЛАСЬ В ФЕВРАЛЕ 2018 г. в Павлодарском облдрамтеатре

им. А.П. Чехова)

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ВИНЧЕНЦО.

КЛОДИЯ-  или, просто Кики.

ХАДВИН-  хозяин ресторана «Бедная овечка».

НЭД- официант ресторана «Бедная овечка».

ХАРРИС- хозяин ресторана «Хромой попугай», прихрамывает.

ДОННА СЕМПРОНИЯ- мать Венанцио.

ЧЕЛОВЕК,  НЕНАВИДЯЩИЙ  бездомных  КОТОВ.

ЧАСТО   ОГЛЯДЫВАЮЩИЙСЯ  ЧЕЛОВЕК.

КОДИ- посыльный.



КАРТИНА 1.
 
Нью-Йорк. Середина 30-х годов прошлого столетия. На улице то ли конец января,

то ли начало февраля. Третьесортная гостиница в  Бруклине. Крохотный номер, с

плохо закрываемым окном. Из  щелей окна во все стороны торчат клоки грязной 

ваты. Потертые обои. Железная кровать. Небольшой столик. Рядом  мизерная

однорожковая газовая конфорка, на ней  можно приготовить утренний кофе. Вешалка

с крючками, прибитая  к стене, с верхним отделением для шляп.  В углу

умывальник с одним краном. Только холодная вода. Над умывальником маленькое

зеркало. Остальные удобства в коридоре. Единственный  стул завален

разбросанными вещами.  Тут же стоят чемоданы, забирая у постояльцев почти все

свободное пространство номера. Им постоянно приходится переставлять, двигать, 

разворачивать, закрывать, открывать, переступать и совершать с чемоданами какие-

то замысловатые маневры, разруливая препятствия  бытования  в номере. На

кровати лежит  Венанцио в легкой пижаме. Он поеживается от холода.  Рядом с ним

лежит Клодия, она укутана в одеяло с головой. В руках у Венанцио альбом и

карандаш. Он занят решением двух задач. Первая: найти подходящую рифму к

слову «факт». Вторая: отвоевать  у Клодии хоть маленький кусочек одеяла. Все

права Венанцио на часть одеяла, пресекаются  недовольным брюзжанием и  по-

детски капризным хныканьем Клодии.  В какой-то момент,  Клодия просыпается,

высунув голову  из- под одеяла.

Клодия.  Доброе утро!

Венанцио (недовольно). Доброе.

Клодия.  Скажи мне это тихо на ушко своим горячим дыханием, а?

Венанцио. Я скажу это, застыв от холода…

Клодия.  Жаль. Здорово, но не ласково.

Венанцио. Не грубо, я бы так сказал.

Клодия.  Мужественно, но с двойным смыслом. Мог бы еще через паузу

сказать: "крошка"! Ты опять чем- то занят?

Венанцио. Хочу отыскать к слову «факт» неизбитую рифму.

Клодия.  Есть успехи?

Венанцио. Пока не особенно. Все как- то получается казенно, коряво... 

Всю ночь  лежал возле тебя, холодея и  тупея. 

Клодия.  Еще бы не тупеть. Я обиделась бы, скажи мне что-то другое.

Венанцио. Как насчет  завтрака?

Клодия (пытается вновь задремать). Не буду тебе  мешать. Надеюсь, что твои

мучения скоро закончатся. 

Венанцио (раздраженно). Послушай, Кики, тебе  пора уяснить, что успех

задуманного не всегда зависит  от автора.

Клодия.  Прости, но мое глупое бормотанье  зарождается обычно по утрам. В такую

рань я не способна запомнить даже простенького словечка.

Венанцио. Верю. Я и сам  битый час бестолково клюю носом. 
 
Клодия.  Дорогушечка, ты не забыл, что в твоем мюзикле я должна несколько раз

переодеваться.
 
Венанцио. Успех мюзикла и твоих переодеваний как раз во многом зависит  от моей

сытости. 

Клодия.  Ну да!.. Уже утро, и тебя надо накормить. Завтрак  я сейчас

приготовлю. Ты же сам знаешь, это дело всего нескольких минут.
 
Венанцио. Завтрак, как всегда, будет примитивным?

Клодия.  Угу...

Венанцио. Концентрат из кленового сиропа?

Клодия. И овсянка.   

Венанцио. Брр!
               
Клодия.  А что еще может себе позволить настоящий флорентинец, живущий  в

Америке. К тому же, если у него  в кармане каждый цент на счету.

Венанцио (мечтательно). Паста с соусом из креветок. Кофе с молоком и много-

много сахара для моих мозгов!..

/Клодия вылезает  из- под одеяла. Набрасывает на себя яркий пеньюар.

Готовит  завтрак./

Клодия.  Дорогуша, определись, пожалуйста,  с завтраком. Если ты предпочитаешь 

утренний американский ланч, то повседневный  перечень блюд я тебе уже

напомнила. При  желании можно, конечно, расширить свой ассортимент,но

тогда тебе придется  возвратиться в родовой палаццо  своей матери донны 

Семпронии.  Первое блюдо из ее меню  заранее известно: «О, Мадонна,  как ты

похудел, мой мальчик»!..  Весь  остальной список держать в голове бессмысленно.

В родительском арсенале наверняка немереный перечень  негодований. ( Несет ему

поднос с едой.) Но это всего на всего моя фантазия.  Ты сам хорошо знаешь, что

с твоей матерью я не знакома.  

Венанцио (вскакивает, опрокидывая поднос с завтраком). Я нашел! Нашел! Нашел!

Но, как же,  все оказалось просто!

Клодия (оценивает свой пеньюар). О-о-о! Только не это! Олух! Хам! Бездарь! Мой

новый пеньюар! Ты его чуть было не испортил!

Венанцио. Кики, крошка, извини!..

Клодия.  Я купила его в лавке на улице Алессандро   у тетушки  Эрминии 

специально для тебя... Зря только потратилась!

Венанцио. Твой пеньюар ничуть не пострадал.

Клодия.  Ты ни разу не обратил на него  внимания. Интересно,  где все это время

были твои глаза?

Венанцио. Я смотрел всегда только на тебя, а не на твой пеньюар. Надеюсь,

ты простишь  меня за такую оплошность.

Клодия.  Я сейчас же собираю свои вещи и ухожу от тебя!..
       
Венанцио. Кики, твой поступок не обдуман и тороплив.

Клодия.  Запомни, такие шаги  делаются раз и навсегда!..

Венанцио. Кики, не дуйся, прошу тебя. Как только я закончу писать свой мюзикл,

то клянусь тебе, ты сможешь, хоть каждый день покупать себе новый пеньюар.
 
Клодия.  Ну, ты наглец!

Венанцио  (садится на кровать).  Прошу тебя, не сердись!..  Ну, иди сюда. Кики,

я скажу тебе кое- что по секрету.

Клодия (подходит к Венанцио, садится с ним рядом). Ну, говори свой секрет...
 
Венанцио. Моя работа  вот-вот  закончится.

Клодия.  Венанцио, милый, это правда?

Венанцио. Мне осталось написать самую малость.

Клодия.  Мой талантливый зазнайка! Я тебя обожаю. Найди поскорее  живенькую 

рифму, и мы начнем репетировать твой феерический мюзикл.
 
/Неожиданная пауза./Венацио, вообрази себе, я опять забыла, как он называется.

Венанцио  (обидчиво). «Если б у бабочек не было крыльев». Пора бы и запомнить.
 
Клодия.  Дорогой,  не обижайся. Из моей головы выветрилось лишь одно название

мюзикла. Ну, а дальше я все хорошо помню. Там звучат изящные  слова. Я готова 

их спеть хоть сейчас. Напомни мне, пожалуйста, первую строку.

Венанцио. Она так и есть.

Клодия.  Ты зря сердился. Конечно, я вспомнила прекрасный пролог твоего

мюзикла. Ах, как здорово зазвучат после увертюры, виртуозно написанные тобой

стихи! (Поет.) «Она так и есть. И есть и есть»!

Венанцио. Немедленно прекрати!

Клодия.  Я что неправильно взяла тональность?

Венанцио. Ты неправильно исполнила мои стихи! Первая строка песни  звучит так

же, как называется мюзикл: «Если б у бабочек не было крыльев».

Клодия.  Милый, пожалуйста, не бубни об одном и тоже. Я, как школьница,

вызубрила их на «отлично».  Хотела распеться. А твое нетерпение сбило меня с

решительного настроя!    

Венанцио. Прости. Мое раздражение было неуместным.
Клодия.  Я готова спеть еще раз.               
Венанцио. Я просто обалдею от счастья.
Клодия.  Но умоляю тебя! Не забывай подсказывать мне следующую строку.

Венанцио. Хорошо.               
Клодия (начинает петь). «Если б у бабочек не было крыльев»,
Венанцио  (шепотом). «То у людей не осталось бы снов».
Клодия (поет дальше). «То у людей не осталось бы снов».  
Венанцио  (шепотом). «Всем известен этот факт».
Клодия (поет дальше). «Всем известен этот факт».
Венанцио  (шепотом). А дальше!.. А дальше у меня затык.
Клодия (поет дальше). «А дальше! А дальше у меня затык». 
Перестает петь.
Венанцио, здесь у меня какой-то затык!..  Ты разве не слышишь? В этом месте

нет  рифмы.  
Венанцио. Временно... Я ее уже нашел. Она выскочила у меня из головы в ту самую

секунду, когда я опрокинул поднос с завтраком!..
Клодия.  Послушай дорогой,  мне надоело видеть в ресторанах зевающую публику.

Едва я начинаю петь,  как позевывание среди клиентов приобретает повальную

эпидемию. 

Венанцио. Кики, дорогая, не отчаивайся! Клянусь тебе, что все знаменитости

Бродвея начинали свою карьеру  в неприглядных ресторанах. Они  продирались

сквозь шипы унижений к вершине славы.   
Клодия.  Вчера вечером я была вся исцарапана колючками презрений. Публика меня

освистала  за бездарную песню. Нам указали на дверь, не заплатив ни цента.
Венанцио. Не смей при мне бросаться оскорбительным словом -  бездарность!   
Клодия.  Прости, но на каждом выступлении у нас случаются  скандальные

провалы.  Мы обошли все рестораны Бруклина. Остались всего два: «Бедная 

овечка» и «Хромой попугай». 
Венанцио. Мы не должны терять надежду. Нью-Йорк большой город. Наш талант

вполне  пригодится  в других ресторанах. 
Клодия.  Венанцио, если честно, то  у меня почти не осталось веры в твои

творческие способности.
Венанцио. В моих плодах вдохновения временно завелся червь неудач.
Клодия.  Я помню нашу первую  близость в саду поместья твоей матери. Была ночь.
И ты крепко обнимал меня!.. А  между нежными поцелуями ты еще умудрялся читать 

мне стихи. Я плакала от восторга, думая, что ты сам их сочинил для меня. Но как

оказалось,  стихи были не твои, а какого-то  всеми забытого поэта Аббона

Горбатого. Ты совершаешь неслыханную дерзость:  оставляешь во Флоренции свою

мать донну Семпронию и уговариваешь меня бежать с тобой  в Нью-Йорк. Клянешься,

что я стану звездой Бродвея!..    

Венанцио. Кики, крошка! Еще  немного терпения, и на Таймс-сквере вывесят

рекламные афиши  моего мюзикла с твоим именем в главной роли. 
Клодия.  Браво, дорогой! Браво!..  Но вместо славы и успеха к твоим сладким

мечтам подмешалась  горечь унижения и нищеты. Венанцио, по-моему, тебе стоит

исповедоваться в своем творческом бессилии.   
Венанцио. Ты хочешь услышать от меня унизительное покаяние? Не рассчитывай на

мою душевную слабость.
Клодия начинает одеваться, чтобы  идти на поиски ресторанов. Вспылив.
Клодия.  Мне ничего не остается,  как самой написать мюзикл.
Венанцио. Слабо верится. 
Клодия.  Это будет комедия.
Венанцио. Ах, ах! Какая диковинка для мюзикла!
Клодия.  Да! Веселая итальянская,  старая добрая, позабытая всеми комедия.
Венанцио  (себе). Главное, не поддаваться приходящим неудачам. И внушить  себе,

что я талантлив!
Клодия (мечтательно).  Венанцио, послушай! Я так думаю, что Она, то есть я, 

буду певичкой, то есть Она будет неизвестной певичкой.
Венанцио (себе). Я -  умница!               
Клодия.  В моем мюзикле Она будет петь в небольшом  городском театре во

Флоренции.  Этот уютный театр с давних пор прижился в забытом уголке векового

парка.  Когда-то в нем собирались элитные гости и через лорнеты пристально

смотрели на сцену.   

Венанцио  (себе).  Я-  искра божья!
Клодия.  Но прошли годы, и театр запустел. Его двери некогда широко открытые

для зрителей теперь с трудом поддавались тому, кто хотел бы  протиснуться в

темные чертоги закулисья. О-о-о!.. Но когда богатые господа узнавали, что буду

петь я. То есть, когда знатные господа узнали, что будет петь Она... Венанцио,

представь себе, я начинаю уже с ней родниться...
Венанцио (себе). Я – исключительно талантливый парень!  
Клодия.  Милый,  а тебе не кажется, что все наши неудачи  как- то связаны  с

моим глуповатым  именем Кики?  Нет? И все же не выносимо иметь такое монотонное

имя! «Ки-Ки…Ки-ки»! Оно напоминает мне звук шейного колокольчика сельской

коровы, когда та тяжело плетется домой к дойке. Он так же противно бряцает:

« Ки- Ки! Ки- Ки»! 

Венанцио (себе). Я- золотая голова!
Клодия.  Всё, я решила! Я расстанусь  с этим именем и  найду себе другое.

Сначала оно будет не  броским, незаметным. Милое,  юное. В нем будет  привкус

парного  молока, запах  скошенного сена  и аромат спелых плодов обильного

сада!..  Ой, Венанцио! Я уже представила себе,  как выхожу на сцену театров

Бродвея!..  Понятное дело, что и в этот раз я поменяю себе имя. Оно будет

ниспадать, как водопад, сверкать, как звезда, а таинственный женский магнетизм

притянет  ко мне успех и славу!.. (В раздумье.)  И все же, как меня зовут?! 

Венанцио!
Венанцио (себе). Я-  дарование!
Клодия.  Венанцио, ну, извини. Я была неправа!  Я не сдержалась и наговорила

тебе столько обидных  глупостей! Но ты сам знаешь, женщины нетерпеливы,

темпераментны, и хотят все сразу! Венанцио, не грызи карандаш!  Это тебе не

морковка. Помоги найти для меня новое сценическое имя. 
Венанцио (увлеченный  работой). Ах, да! Прости, Кики! Но я помню, что 

последнюю пуговку  на твоем платье я застегнул несколько минут  назад.    
Клодия.  Венанцио, я спросила тебя совсем о другом?
Венанцио. Прости, дорогая, но я с нетерпением жду, когда мне подвернется 

рифма  к слову «факт»!  У  тебя что? А-а! Съехала подвязка на ноге? «Факт-

рад».  Нет, это не рифма… «Акт»! По-моему, это то, что нужно! Нет. Еще

подумают, что я фривольничаю!   

Клодия.  Венанцио, дорогой, оставь в покое  мои ноги!
Венанцио. Ты сама просила тебе помочь. Насколько я помню, у тебя вечно проблема

с подвязкой на левой ноге. Или на правой? 
Клодия.  Дорогой! Все признаки таковы, что ты истязаешь себя!  
Венанцио. Извини, но я должен когда-нибудь раскопать эту ненавистную рифму к

слову «факт».               
Клодия.  Выбрось, пожалуйста, ее из головы!
Венанцио. Как ее выбросить? Она мучает меня уже пятые сутки! 
Клодия.  Венанцио, послушай меня. Если сегодня нам не удастся заполучить

работу, то на завтрак у тебя останется один кленовый сироп. Я объявляю твоим

творческим изысканиям антракт. 
Венанцио. Хорошо, пойдем! Что мы ищем?
Клодия.  Ресторан «Бедная овечка».  А где-то рядом примостился и

ресторан «Хромой попугай».
Венанцио. Мы там еще не были? 
Клодия.  К счастью, нет.               
Венанцио. Стоп, Кики! Я услышал  рифму! Это ты недавно что- то сказала  об

антракте? 

Клодия.  Извини дорогой, но я не помню, что я говорила!
Венанцио. Ну как же!  Вот она моя  рифма -  рифмочка: « факт- антракт»! Как

прелестно звучит гармония  этих двух слов! Прости, Кики, но рестораны временно

отменяются! Я сажусь за стол и тотчас допишу первую песню для нашего мюзикла.             
Клодия.  Отлично! Рифма найдена и мы, наконец-то, отрепетируем ну хоть

что-нибудь! 

(Снимает пальто, шляпку.)
Венанцио. Ты хочешь  начать репетировать прямо сейчас?..
Клодия.  Конечно!
Венанцио. Но у меня загвоздка с рифмой к другому слову!..
Клодия.  Ну, знаешь ли! 
Венанцио. Кики, не сердись!
Клодия.  Это вообще  запредельно!
Венанцио. Кики, в любом деле главное терпение!.. И тогда  все получится!..
Клодия.  Я не уверена.
Венанцио. Ты сама знаешь, как у меня родилась чудесная  рифма:  «факт –

антракт».

Клодия.  Смело, нечего сказать!   
Венанцио. Вот послушай, как мило получилось: « И вот случился этот факт,

закрылся занавес-  антракт»!  Вот, пожалуйста,  в этом месте ты можешь

очаровательно  спеть. (Фальшиво поет.)  « И вот случился этот факт! Пошли все

вон вы на антракт»! Согласись, хорошо же?
Клодия.  Просто победительно!
Ложится на кровать.
Венанцио. А что? Свежо! Необычно! Современно!  Кики, зачем ты опять легла на

кровать? Быстро, быстро вставай, мы пойдем искать рестораны!
Клодия.  А стоит ли?
Венанцио. Еще бы! Там я постараюсь найти рифму к следующему слову. Она так и

вертится у меня в голове:  « А счастью нет конца,  а счастью нет конца, а

счастью нет конца»!..  Кики, ну что же ты лежишь?  
Клодия.  Послушай! Ты что со мной делаешь? Издеваешься!
Венанцио. Кики, посмотри на меня внимательно. Разве ты не видишь, что я весь в

мучительных поисках!               
Клодия.  (нехотя встает, приводит себя в порядок). Ну что ж, дорогой,  через

несколько секунд  я  буду готова.
Подмазывает губки, надевает пальто, шляпку,  перчатки, берет сумочку.
Пошли?
Венанцио. Да! Да. Да…               
Что-то начинает писать в альбоме, не обращая внимания на Кики.
Клодия.  Дорогой, скажи мне только честно-честно! Мне опять распаковываться? 
Венанцио. Итак,  и так….               
Кики хватает Венанцио и выталкивает его за дверь. Через несколько секунд дверь

распахивается, вбегает Венанцио. Он берет карандаш, альбом и принимается

писать. За ним вбегает  Кики. Начинает  бросать в Венанцио туфли, сумочку,

шляпку! Пытается  его колотить.   
Венанцио. Кики, перестань! Перестань! Ты убиваешь гения! 
Клодия.  Боже мой! Какая же я идиотка! Надо же мне было ляпнуть пустячное слово-
«антракт»!
Венанцио. Кики, не будь такой недружелюбной! Прошу тебя! Рифма найдена, и мы

сможем отправиться на поиски  ресторанов. Все в порядке, честное слово. Нам

повезет! Кики, я уверяю тебя! Ты можешь одеваться.
Клодия.  Не дождешься! В ресторан я пойду в пеньюаре! Там уж точно,  хоть кто-

нибудь, но  обратит на него  внимание!    

Венанцио. Кики, на улице холодно. Прошу тебя, накинь на себя пальто!..


КАРТИНА  2.
Ресторан «БЕДНАЯ  ОВЕЧКА».
Холл  ресторана. По обе стороны двери. Они ведут  в курительную комнату, на

кухню ресторана, в рабочую  комнату хозяина ресторана  мистера  Хадвина. Тут же

дверь из матового стекла телефонной каморки. На стекле изображено счастливое

лицо молодой  дамы, разговаривающей по телефону. В центре холла двустворчатая, 

массивная дверь; она  ведет в обеденный зал.  На каждой ее половинке нанесен

барельеф морды овцы. Из  ее глаз катится застывшая слеза. В холле где-то еще

уместилась софа, кадка с пальмой.   При входе в ресторан стоит конторка, за

которой  встречают  посетителей. Везде висят копии картин в жанре  пасторали. 

Входят Венанцио и Клодия.  Венанцио в  костюме. Лишь теплый  шарф прикрывает

его шею от холода. Клодия в пальто. На голове шляпка с пристегнутыми меховыми

наушниками.  К ним подходит Нэд, официант ресторана.               
Нэд. Добрый день!
Венанцио. Привет!               
Нэд. Простите, мадам? Мадемуазель?
Клодия.  Мадемуазель.
Нэд. Мадемуазель, позвольте, я вам помогу.  Разрешите ваше пальто.
Кики демонстративно снимает пальто и остается в одном  пеньюаре. Нэд оторопело 

не может отвести  взгляд от Клодии.
Простите, мадемуазель, но наш ресторан не обслуживает клиентов в таком

сногсшибательном  прикиде.
Клодия.  Вас что-то смущает, мой милый?
Нэд. У нас строгие требования  к одежде посетителей. Если вы пройдете по этой

же улице два  квартала,  то там вы увидите ресторан «Хромой попугай». В этом

сомнительном  заведении можно присутствовать в любом  виде.  
Клодия.  Ах, извините! Я забыла переодеться.  Это мой сценический костюм.   
Нэд. Вы артистка?   
Клодия.  Да. Разве вы не знаете, что  вскоре на Бродвее  состоится премьера

моего нового мюзикла?               
Нэд. Если  честно, не знаю. Но готов поклясться, мне не хотелось вас обидеть.

Лично я обожаю пение. Благодаря  прошлой  певичке у меня  неплохо шел бизнес!
Клодия.  Интересно! В чем же была ваша выгода?  
Нэд. К моему счастью, певичка  великолепно фальшивила, и спрос на мои услуги

всегда был на хорошем уровне.
Клодия.  Ваш бизнес так высоко ценился?  
Нэд. О-о-о! У  меня всегда были припасены очки с очень темными стеклами, а к

ним еще прилагался  набор затычек для ушей.  Клиенты предпочитали сразу же

затыкать себе уши, а на глаза надевать очки, едва она открывала рот.  Поверьте,

это были для меня счастливые дни!  
Клодия.  Верю! Но я так поняла, что ваше дельце лопнуло.        
Нэд. Вы правы, мадемуазель! В прошлую субботу хозяин ресторана мистер Хадвин 

без жалости уничтожил его!
Клодия.  Это  ужасно!
Нэд. Из-за певички мы стали терять клиентов, и терпение мистера Хадвина

лопнуло.  Он выставил ее за дверь, и теперь поспешно ищет другую.
Клодия.  Какая приятная новость! Ты слышал, милый?
Венанцио. Ну да! У меня как раз наклюнулась очень интересная рифма!..        
Нэд (тихо Венанцио). Сэр, могу ли  я узнать,  как зовут вашу спутницу?
Венанцио. Что? Ах, вы про Кики! Ее зовут Кики.
Нэд. Фи! Почти такое же имя, как и у прошлой певички. Ее звали  Кити!..
Клодия (Венанцио). Дорогой, твои шутки сейчас стопроцентно неуместны!        

Венанцио. Что?
Клодия  (Венанцио, натянуто улыбаясь). Все в порядке, дорогой!.. 

( Нэду, тихо.) Это мой импресарио. Его зовут Венанцио. Оцените этого

затупленного типа! На меня никакого неврубанта! С ним смехотворно даже

разговаривать! А все потому, что  сказываются последствия страшной 

автомобильной катастрофы. В ней все погибли, кроме него!
Нэд. Везунчик!
Клодия.  И заметьте, он все время пишет, пишет!
Нэд. Последствия аварии?               
Клодия.  Ничего подобного! Он составляет отчет в стихах о своих убытках в 

страховую компанию!..
Нэд. Отчет об аварии в стихах?
Клодия.  Ну да. Он же поэт! Он постоянно ищет рифмы к бюрократическим словам и

никак не может их найти. Ничего удивительного. На него недавно упал мешок со

строительным мусором. Судя по всему, он то и гарантировал ему провалы в

памяти.  Скажу вам откровенно: это похуже, чем любая автокатастрофа!..
Нэд. Примите мои сочувствия!
Клодия (начинает нарочито хныкать). Благодарю вас! Меня зовут. Меня зовут!..

Да, меня зовут…да… да…
Нэд. Класс! Какое необычное и редкое у вас имя!
Клодия.  Благодарю вас! (Перестает плакать.) И как, по -вашему, меня зовут?    
Нэд. Вы сами только что  произнесли свое имя. Вас зовут - Да?  Мадемуазель - 

Да! Правильно? Я не ослышался?
Клодия.  Ну да! Меня зовут - Да.
Венанцио. Да?
Клодия.  Да, да! (Нэду.) Меня зовут - Да. (Венанцио.) Дорогой, отвлекись на

секундочку от своего отчета или ты опять не вспомнишь, что меня зовут  Да- Да!    
Венанцио. Да-Да?..  Что за нелепое имя!     
Снова углубляется в поиски рифмы.  
Клодия.  Ну, что я вам говорила? Мой импресарио слегка двинутый!
Нэд. Бедный парень!
Клодия (Нэду). Не обращайте на него внимания. Лучше подставьте свое ухо к моим

губам.
Нэд. С удовольствием!
Клодия.  Я бы попросила вас, придвинуться ко мне еще ближе.
Нэд. С радостью!
Клодия.  Вот так! Хотите услышать, о чем будет новый мюзикл?
Нэд. Охотно!
Клодия (шепотом). Дорогой мой, он будет о лучших моментах из жизни бедных…

овечек! Он будет  о любви!               
Нэд (радостно).  Про овечек? О любви! Как это кстати!
Клодия.  Тссс! Иначе начнется буря негодований, если об этом узнает мой

импресарио. 

Нэд (шепотом). Уговорите его, чтобы  он вам позволил спеть в

нашем  ресторане.  

Клодия.  Ха! Разве он согласится  ухлопать свой талант в какой-то  забегаловке?     
Нэд. Ваша песня стала бы пикантной приправой для  здорового  аппетита наших

клиентов.   
Клодия.  О чем вы?  Ему нужен Карнеги-холл! Ему требуется  Бродвей!  
Нэд. Для  вашего имени-  это неплохая  реклама. 
Клодия.  В чем проблема? Приду и спою!       
Нэд. Вряд ли мистер Хадвин к сегодняшнему вечеру найдет новую певичку... 

Мадмуазель Да-Да, я готов взять на себя смелость и пригласить  вас спеть  в

ресторане «Бедная овечка».  Про любовь!..  
Клодия   (радостно). Ах, дорогой, ты слышал? Твои песни зазвучат  перед

солидной публикой!
Венанцио  (зло зачеркивает в блокноте). Блин! Я все равно тебя найду!             
Клодия (преднамеренно пускает слезу. Нэду). Вы видите, как негодует мой

импресарио?  А мне  хочется дарить радость не только людям, но и бедным

овечкам! Кто кроме нас… Я забыла, как вас зовут?   
Нэд. Нэд.               
Клодия.  Да, Нэд! Кто еще кроме нас позаботится о них?
Нэд (растроган до слез. Венанцио). Вы жестоки, сэр!     
Венанцио  (возмущенно). Что? Кто, я?   
Клодия (Нэду). И он еще возмущен!
Нэд. Но это не удивительно! Столько катастроф свалилось на его голову, а он до

сих пор держится молодцом!
Клодия(Венанцио). Дорогой, разреши  мне исполнить песню о бедной овечке из

твоего нового мюзикла.
Венанцио(удивленно). Что? Я? О какой овечке ты говоришь, дорогая?
Нэд. Нельзя быть таким бессердечным, сэр!
Клодия.  Дорогой, будь милосердным к невинным существам! Позволь мне выступить

сегодня вечером в этом ресторане. Я умоляю тебя!
Венанцио. Что ж, выступай! (Нэду.) Сколько заплатите?
Нэд. В первый раз, как и во всех ресторанах, выступают за ужин. А  там уж как

пойдет.   

Венанцио. Стоящее предложение! Дорогая, соглашайся не раздумывая.  Ну вот!
Вы меня сбили! Эта строптивая рифма, как кость застряла у меня в горле!
Клодия.  Что я вам говорила, милой мой Нэд. Я с ним живу в состоянии 

постоянного поиска рифм. Ни любви, ни ласки! Одни рифмы, рифмы!.. А так

хочется, чтобы хоть кто-то тебя приласкал, полюбил!..
Нэд. Сегодня  в 11 вечера я буду с нетерпением вас ждать!.. Что вы будете петь?
Клодия.  О-о-о! В этот вечер я буду петь только о  любви, мой милый Нэд! А

теперь идите, идите и не теребите мне сердце!               
Нэд (шепотом  Клодии). Быть может, вы хотите…
Клодия (шепотом, заигрывая). И это непременно тоже!..
Нэд. Как надумаете, позовите меня!..
Клодия.   А сейчас я хочу заказать яблочный пирог и кофе.               
Нэд отходит.
Дорогой, отвлекись от своих чудовищных рифм. Через пару часов  ты должен 

сочинить мне песню о любви бедной овечки. Это наш последний  шанс. Ты понял?
Венанцио. Я буду стараться!..  Кики, объясни мне, почему этот официант тебе

корчит лицо?  Ты успела завести с ним интрижку?
Клодия.  Дорогой, о чем ты? Какая может быть интрижка с мужчиной  на голову,

которому  падают мешки со строительным  мусором!  
Венанцио. Однако я не ожидал,  что внезапно пришибленные все-таки остаются в

живых!    

Клодия.  У парня начались провалы в памяти. 
Венанцио. Бедняга! Он так  кривляет лицом, что, глядя на него, можно подумать,

что он подает кому-то знаки?
Клодия.  Дорогой,  все его кривляния  адресованы  исключительно тебе.  
Венанцио. Да ладно! Я что давал ему какой-то повод?
Клодия.  Ага! Ты заказал для меня чашку кофе и яблочный пирог.
Венанцио. Я?!
Клодия.  Не спорь, дорогуша,  и не удивляйся! Ты забыл о пироге, когда  искал 

оригинальную  рифму. Вот он и привлекает твое внимание, чтобы ты разрешил ему

принести заказ.
Венанцио. Но, Кики, наш скудный бюджет не потянет на яблочный пирог. Достаточно

и одной чашки кофе.
Клодия.  Не пыхти! Лучше подумай, как я буду непристойно выглядеть в глазах

окружающих без яблочного пирога!    
Венанцио. Твой десерт проглотит уйму денег! А мы решили наконец-то

расплатиться  за газ.  В гостиничном номере очень холодно.
Клодия.  Тем лучше! Мне так нравится, дорогой,  когда ты согреваешь меня своей

любовью!


КАРТИНА 3.
Номер в гостинице.

Все чемоданы пусты. Все вещи кучей лежат на кровати. ВЕНАНЦИО выдергивает из

кучи то один, то другой предмет одежды. Мужскую одежду он складывает в чемодан,

что стоит слева от него. Женскую одежду бросает  в чемодан, что стоит справа от

него.
Венанцио. Послушай, Кики, оказывается,  у тебя нет ни одного приличного платья

для роли овцы. И совсем непонятно  для чего ты перетащила через океан 14

шляпок, пять пар перчаток, кучу газовых шарфиков и одни туфли на очень высоких 

каблуках?

Клодия.  Я забрала все, что хранилось в моем гардеробе.
Венанцио. Так, это мое. Мое!..               
Клодия (роется в одежде). Это твое. Твое. Тут все твое!
Берет  в охапку  вещи и бросает их в сторону Венанцио. Освободив  место на

кровати,  Кики уткнулась в подушку, переживая  ревизию своего скудного

гардероба.

Венанцио. А вот эту вещь ты напрасно переместила в мой чемодан. Что это, Кики? 
Клодия (лежит в той же позе). Не знаю. Сам реши. Можешь считать, что я ее тебе

подарила.
Венанцио (вертит в разные стороны). Сразу трудно определить, что это за

вещь...  Судя по всему, это какая-то старомодная дамская накидка из каракуля.
Клодия.  Я бы предпочла иметь в своем гардеробе манто из горностая. Но, увы!

Эту накидку мне подарила бабушка на мои крестины.  
Венанцио. По-моему, ее стоит выбросить. От дряхлости накидка расползлась  по

швам. Кики, посмотри же, я прошу тебя.
Клодия (радостно вскакивает с кровати). Дорогой, дай я тебя обниму и поцелую.

Ты мне подал отличную идею!  
Венанцио. Я? Идею?
Клодия.  Я немедленно беру ножницы, нитки, щетку и делаю из накидки моей

бабушки костюм нашей сельской овечки. Вот здесь разрежем, уберем, ушьем,

загладим! Часть шкурки пойдет на талию, часть годится на грудь, а сзади

пристроим  шлейф из газовых шарфиков.  А ты, дорогой,  не теряй время. Садись и

пиши песню о несчастной любви бедной овечки по имени « Да - Да».  Но

обязательно со счастливым концом! 

Венанцио. Кики, я никогда не писал песни о животных.  
Клодия.  Не говори  глупости! Эта песня будет не об овце, а о девушке с

горячим  сердцем и открытой  душой. Но пришли невзгоды, готовые ее погубить.

И лишь искренняя любовь помогает ей остаться в живых. Как тебе сюжет?
Венанцио. Трогает!..
Клодия.  Тогда начнем восхождение  к нашей славе! Держи свой  альбом, карандаш.
За работу!
Интермедия. Кики  мастерит костюм овцы. Венанцио лежит на кровати и что- то

пишет. Быстро наступает вечер, усталый Венанцио засыпает. Кики примеряет

готовый  костюм. Ее фантазия и умелые руки сотворили чудеса. Она прелестно

выглядит в костюме овцы. Крутится возле малюсенького зеркала, пытаясь 

разглядеть себя в нем.  

Клодия.  Венанцио! Венанцио! Я кого зову?  Как твои успехи? Наметилось, что-

нибудь с текстом?  Не молчи! Посмотри на меня, и у тебя сразу появится

вдохновение. Что ты сказал?  Ах, ничего!  Это просто твой храп!..  Хорошо!.. 
Подходит к кровати. Венанцио, укутавшись одеялом, счастливо спит. Из-под одеяла

торчит лишь его рука с альбом. Она пытается взять у него альбом, но он  крепко

его держит.
Венанцио  (сквозь сон). Ты кто?

Клодия.  Твоя муза! Дай посмотреть, что ты успел написать.
Венанцио выпускает из руки альбом.  Кики листает его, в поисках песни. 

Наконец находит две строки:               
Город грехов он жесток и опасен!               
Нету там жизни для бедных овец…

И это все? Венанцио! Венанцио, проснись!  Я отказываюсь петь твои временные

затыки! (Венанцио спит.) Ну, нет! Так просто я не сдамся! 
Кики садится за стол и быстро  пишет слова песни. Закончив  писать, она

вырывает из альбома лист, прячет его в сумочку. Тихо  прикрыв  за собой дверь,

она  уходит.


КАРТИНА 4.

Ресторан  « БЕДНАЯ ОВЕЧКА».
В холл ресторана неуверенно входит Венанцио. Внешний его вид напоминает жалкого

бродяги; заспанный, помятый, небритый,  и голодный. Он осторожно идет на звук

незатейливой веселой мелодии. Дверь ведущая на кухню ресторана неожиданно

открывается. В холл входит официант Нэд. Венанцио тут же принимает вид

созерцателя  картин, висящих на стене.
Нэд (не узнав Венанцио). Сэр, сегодня в ресторане свободных мест нет. Но если

вы хотите, то  я могу зарезервировать вам столик на завтра. Осталось всего два.

Один прямо возле эстрады. У нас выступает молодая певица с потрясающей песней о

любви бедной овечки! 

Венанцио. Как зовут поющую?       
Нэд. Да-да!
Венанцио. Что да? Я спросил, как зовут певицу?  
Нэд. Да-Да.
Венанцио. Боже мой! Отчего на свете столько бестолковых людей! А-а-а! Я же

совсем забыл!  Кики мне говорила, что  этот несчастный парень страдает 

провалами в памяти. Я спросил у вас…               
Нэд. О-о-о! Простите, сэр!  Я сразу  вас не узнал. Сэр, хочу вас обрадовать -

у мадемуазель Да-Да полный успех! А слова вашей  песни так растрогали  наших

клиентов, что некоторые плакали от жалости и умиления! 
Венанцио. Плакали от  моей песни?
Нэд. Конечно!  Вы что не помните, что написали песню о бедной овечке?
Венанцио. Что? Я?
Нэд. А-а-а! Я забыл! У парня же провалы в памяти!  (Венанцио.) Мадемуазель 

Да-Да до мелочей  поведала нам как вы не жалея себя отчаянно укрощали рифму!
Венанцио. Кто? Я?
Нэд. Глядя на вас, можно смело сказать, что в борьбе между вами и рифмой вы

одержали блестящую победу! Поздравляю вас, сэр!
Венанцио. Благодарю!  Э-э…
Нэд. Нэд. Меня зовут  Нэд, сэр!
Венанцио. Вот и я об этом же, Нэд! Раз уж вы меня признали… Не могли бы вы

принести мне кофе.
Нэд. Без проблем, сэр! Вам эспрессо и без сахара?
Венанцио. Нет! Пожалуйста, в большой стакан с горячим молоком влейте кофе в

пропорции  3 к 1, пока на молочной пене не покажется  маленькое пятнышко кофе.
И  больше, пожалуйста, как можно больше,  положите туда сахара!
Нэд. Странный рецепт кофе. Впрочем, если пришибленному чудику нравится такая

фишка, то мне то что? Пожалуйста!
Уходит. Из двери  обеденного зала появляется Кики в костюме  овечки. Рядом с

ней  Хадвин хозяин ресторана. Они не замечают Венанцио.  
Хадвин.  Моя ошеломляющая мадемуазель! Ну как же трогательно вы исполнили 

незабываемые песенку о любви бедной овечки!
Напевает:
Я бедная овечка,
Зовут меня: «Да- Да»!
Поет мое сердечко-
То «Нет», то «Да»!
Сказочно! Как раз то, что надобно для жующей и пьющей публики. Слова этой

веселой  песни вызывают здоровый  аппетит!  
Клодия.  За это стоит благодарить моего импресарио.
Хадвин.  Прекрасно! Я бы хотел  немедленно с ним встретиться и договориться о

нашем дальнейшем сотрудничестве.
Клодия.  Если вы позволите, я позвоню в гостиницу. Портье ему передаст вашу

просьбу. 

Направляется к телефонной будке. 
Хадвин.  Вам помочь?
Клодия.  Благодарю! Я справлюсь сама.
Клодия скрывается за дверью. Венанцио кашляет, привлекая к себе внимание

Хадвина. Хадвин  неодобрительно смотрит на него.
Хадвин.  Сэр, простите, но вам придется уйти  из ресторана. Он уже закрывается.
Венанцио направляется к двери. Вбегает Нэд  с подносом, на нем стоит большой

стакан с  кофе для Венанцио.
Нэд. А вот и я! Ваш кофе, сэр.
Хадвин.  Нэд, я надеюсь, что  кофе для этого  господина  будет оплачен из

твоего кармана.               
Нэд. Нет, сэр. Кофе как раз за ваш счет.
Хадвин.  За мой счет? Я не давал тебе такого распоряжения.  А кофе… (Берет

стакан и делает глоток.) О-о-о!  Какой у него приятный и притягательный вкус.

Просто не оторваться!  Это новинка нашего повара?
Нэд. Нет, сэр! Автор рецепта  как раз этот господин. (Тихо Хадвину.) Но только

имейте ввиду, сэр, он  с большими  закидонами!..
Хадвин.  Ты уверен?
Нэд  (тихо Хадвину). Сэр, у  него случаются провалы в памяти.
Хадвин.  По его удручающему виду можно сказать, что это именно так.
Нэд  (громко). Сэр, этот  господин не кулинар! Он  импресарио мадемуазель

Да-Да! 

Хадвин.  О-о-о, Нэд! Ты обязан был сразу предупредить меня о том, что господин

импресарио  у нас в ресторане!
Нэд. Извините, сэр, но в тот момент вы наслаждались песней о бедной овечке. Я

не решился вас побеспокоить.
Хадвин.  Хорошо, Нэд, иди! (Венанцио.) Дорогой сэр, примите мои поздравления!

(Венанцио тянет руку за стаканом с кофе.)  Ах, извините, ваш кофе. Вы уж

простите, но я сделал несколько глотков. Не удержался! Чудесный вкус!  С вашего

позволения, отопью еще пару раз!  (Пьет, наслаждаясь.) Браво! Потрясающе!

Неповторимо! Ошеломляюще!

Клодия (выходит из телефонной будки, подходит к  Венанцио). Молчи и улыбайся.

(Хадвину.) Дорогой мистер Хадвин! А вот как раз и мой  импресарио!
Хадвин.  Ах, мой уважаемый синьор…
Венанцио. Венанцио …
Хадвин.  Да, Венанцио. Я так счастлив с вами познакомиться! Давайте присядем и

обговорим условия нашего контракта. (Садятся.) Для начала мадемуазель Да-Да 

будет получать за каждый выход по пять долларов. Плюс бесплатный  ужин. (Кики

хлопает в ладоши.) Вы, уважаемый синьор Венанцио, будете получать за каждое

исполнение своей песни  по семьдесят пять центов.  
Венанцио. Что?! С вашей стороны,  это откровенное  мародерство!
Хадвин.  Ну, хорошо! Хорошо! Восемьдесят пять центов. Вы меня убедили!    
Венанцио. Не-а! Восемьдесят пять  центов и бесплатный ужин.

Хадвин.  Восемьдесят пять центов и стакан кофе!
Венанцио. Ну, хотя бы прибавьте еще и слабо прожаренный бифштекс!
Хадвин.  Выбирайте: или восемьдесят пять центов или бесплатный бифштекс?
Венанцио. А- а! Пусть будет бифштекс и кофе!
Хадвин.  Отлично! Контракт мы заключим с вами на два дня.
Венанцио. Как? Всего на  два дня?!
Клодия.  Мы согласны, господин Хадвин. Просто Венанцио почувствовал себя

несколько уязвленным.  Пойдем, дорогой. До завтрашнего вечера, господин Хадвин!  
Берет под руку Венанцио и уводит его.
Хадвин.  Счастливо! (Допивает кофе.) А кофе недурен! Нэд!
Нэд. Я здесь, сэр!               
Хадвин (в мечтах). Иди, Нэд, не теряй время. (Нэд, пожимая плечами, уходит.)

Назовем его…(Зовет.) Нэд!
Нэд (вбегает). Да, сэр!
Хадвин.  Да! «Да»!
Нэд. Сэр, вы  мне что-то хотели сказать?
Хадвин.  Нет, Нэд.  (Нэд уходит. Хадвин громко.) Да!
Нэд (возвращается). Слушаю вас, сэр!
Хадвин.  Нет, Нэд! Это я не тебе!
Нэд. Как скажите,  сэр!
Хадвин.  «Да»!
Нэд (стоит в нерешительности). Сэр, вам что выгоднее: «Пошел вон, Нэд! Или да»?
Хадвин.  Пошел, Нэд...
Нэд. Слушаюсь,  сэр! 
Ставит поднос, снимает фартук.
Хадвин.  В чем дело, Нэд?

Нэд. Вы же сами сказали: «Пошел, Нэд!»               
Хадвин  (крайне удивленно). Я сказал тебе: « Пошел, Нэд»?!

Нэд. Так оно и было. Я и пошел…
Хадвин.  Я хотел сказать: « Пошел, Нэд…» (Нэд направляется к двери.) Стой, Нэд!

И выслушай до конца, что я тебе хотел сказать. «Пошел, Нэд…» Стой! Я хотел

сказать: «Пошел,  Нэд на кухню и пусть повар  приготовит  в предостаточном

количестве такой кофе». Ручаюсь, что небывалый успех ему обеспечен.
Нэд. Уфф! Сэр, теперь мне стало ясно, что вы от меня хотите. Но позвольте

узнать,  у вас есть официальное разрешение от создателя  рецепта на

приготовление кофе?

Хадвин.  Не стоит беспокоиться, Нэд. 
Нэд. Сэр, но вы нарушаете закон.
Хадвин.  Запомни, Нэд, бизнес это коварная штука!..  И главный успех в нем это

как раз    несоблюдение закона!  
Нэд. Как скажите, сэр!
Хадвин.  Начнем с того, что мы всячески будем  умалчивать имя автора  или лучше

авторство я присвою себе!  Дадим кофе какое-нибудь неожиданное название, и

тогда сам автор не сможет утверждать, что это его изобретение.  А потом ты же

сам сказал, что у парня не все в порядке с головой. Будем надеяться, что

провалы в памяти у синьора Венанцио  надолго,  и он не вспомнит о такой мелочи,

как кофе.  Я хочу дать ему короткое и ясное имя: «ДА»! Согласись, Нэд, звучит

отлично! 

Нэд. Феноменально! Блистательно! Офигительно! Возбуждающе!


КАРТИНА 5.

Номер в гостинице.

После выступления в ресторане. На кровати  сидит счастливая  Кики и слегка 

грустный Венанцио. Кики считает деньги.
Клодия.  Дорогой, мы заработали с тобой двадцать три доллара. Целое состояние!

Венанцио. Кики, и не забудь, пожалуйста, из  общей суммы выделить мои

восемьдесят пять центов. Впрочем, нет! Правильнее будет один доллар и

семьдесят  центов. Тебя вызывали дважды.
Клодия.  Ах, вот как? Хорошо. Произведем взаиморасчет. Десять долларов сюда -
это за два моих выхода. Затем я отказалась дважды от бифштекса и фруктового

коктейля в твою пользу. Это еще ко мне два доллара и семьдесят центов. И потому

один доллар и семьдесят  центов я забираю себе. Ты сам согласился их променять

на бифштекс.

Венанцио. Но я съел всего три  бифштекса.
Клодия.  Четвертый  бифштекс я попросила завернуть домой,  и мы сейчас как раз

его уплетаем.
Венанцио. Хорошо, милая. Восемьдесят пять центов делим  пополам… и  выходит

сорок два цента и пять сантимов за полбифштекса. В такую кругленькую сумму

образовался твой долг.
Клодия.  Прекрасно! Ты сам знаешь, дорогой, что без единого сантима чаевых в

ресторане тебя никто нормально не обслужит. А потом где ты видел, чтобы

официант разрезал посетителю бифштекс пополам. Извини, но  твои претензии на

содержимое нашего кошелька я не беру во внимание.
Венанцио. Но в кошельке еще остались почти семь долларов. Откуда они?
Клодия.  Это мои собственные средства, полученные от благодарных посетителей

ресторана.
Венанцио. Что это значит, Кики?
Клодия.  Это, значит, что наш бессодержательный бюджет получил заметную

прибавку.

Венанцио. Так!.. Я словно  раб на сахарных плантациях гну спину, сочиняю  для

тебя песни к мюзиклу, а ты в это время с кем-то амурничала?!
Клодия.  Дорогой мой, твоя ревность меня удивляет. Я - женщина! А настоящую

женщину природа наделила флиртом. Да, я заигрывала! Но кокетничать  со всеми

мужчинами сразу была моей непростительной глупостью. И первый результат не

заставил себя ждать. Хуже не бывает! Я не  набрала даже семи  долларов!..
Венанцио. Вот уж не ожидал, что  ты так дешево стоишь!
Клодия (отвешивает пощечину Венанцио). Можешь не умолять меня остаться! В этот

раз я всерьез собираю свои вещи и ухожу от тебя. Запомни, что такие шаги

делаются раз и  навсегда!
Венанцио. Извини, Кики! (Пытается ее обнять.) И не надо, прошу тебя, не надо

отталкивать мои объятия!  Я уверен, ты все равно меня любишь. Кики, крошка,  и

я люблю тебя!               
Клодия.  Так я тебе и поверила! Ну, отпусти! Отпусти меня!..
Венанцио. Правда, Кики. Я люблю тебя!
Клодия заплакала.
Прошу тебя, не дуйся!
Клодия.  Я старалась!.. Я очень старалась быть с ними любезной. Мне хотелось,

наконец-то расплатились с долгами. А тебе на завтрак приготовить пасту с

креветочным соусом...  Венанцио. Спасибо тебе, Кики, за пасту с креветочным

соусом. Это заманчиво. Но я, пожалуй, откажусь от нее. Потерплю. У нас в

комнате очень холодно. И  если бы ты согласилась часть своих денег потратить на

отопление номера…

Клодия  (сквозь слезы). Давай не будем расплачиваться за газ. Ты так хорошо

меня греешь!..
Бросается к Венанцио на шею.
Венанцио. Но я оказываюсь всецело в объятиях холода, когда  тебя согреваю. 
Клодия (покрывает поцелуями лицо Венанцио). Хорошо, дорогой. Хорошо. Мы

заплатим за газ.
Венанцио. Спасибо за бережное отношение  ко мне, любовь моя!
Долгий поцелуй.
Клодия.  Дорогой! Ах, если бы ты согласился  полоски прикрывающие грудь бедной

овечки, сделать еще поуже! Я уверена, что кроме истерик и скандалов женской

половины зала, наш кошелек  значительнее оттопырится. Венанцио, дорогой,

главное ты пиши новые песни.
Венанцио. Я буду стараться. Если сегодня ночью меня опять посетит муза.
Клодия.  Она обязательно к тебе придет! (Взаимный долгий поцелуй.) Мы должны

отметить наш первый успех.
Венанцио. Чем мы его отметим? Кленовым сиропом?
Клодия.  Нет. Как настоящие флорентинцы -  «Просекко  спуманте»!
Достает бутылку с шампанским.
Прости, но это еще не учтенные пять долларов.
Венанцио  (целует Кики).  Какое расточительство пить дорогое  шампанское не имя

денег для согрева тела!..
Открывает  бутылку.
Клодия.  Послушай, дорогой! А что если мы съедем из этой дешевой гостиницы? У

нас появилась работа. А?  Ты мне сам говорил, что восходящая звезда не может

жить в убожестве!
Венанцио (разливает шампанское). Кики, дорогая, Америка не любит суматошных

людей  при восхождении на вершину славы.  Ей нужен человек с именем, с ореолом

знаменитости, дышащий успехом! Но главное, Америка  любит деньги. И куда бы ты

ни  поднялась: на кочку, по лестнице  на следующий этаж или на сцену Бродвея,

все сначала посмотрят не на тебя, а на твой кошелек, чтобы оценить, насколько

он толст.

Раздается стук в дверь.  
Клодия  (подходит к двери). Кто там?    
Посыльный (за дверью). Посыльный. Письмо из ресторана «Бедная овечка». От

мистера Хадвина для мадемуазель Да-да.    
Клодия.  Подсунь его под дверь.
Посыльный (за дверью). С вас восемьдесят пять центов чаевых. Подсуньте их под

дверь.

Клодия.  Дорогой, я никогда не подозревала, что  ты так дешево стоишь.
Подсовывает деньги  для посыльного под дверь. Забирает письмо. Читает.  
Венанцио. Сейчас мне нанесли оскорбление, вопиющее ко всему миру! Мое

вдохновение втоптали в грязь, прировняв его к услуге посыльного!
Клодия.  Дорогой, все пропало! Наш контракт сегодня, может быть, расторгнут. 

Венанцио.  (в растерянности). Почему? Мистеру Хадвину чем-то не угодил  текст

песни или твое выступление?
Клодия.  Мистер Хадвин как раз доволен. Но во время исполнения песни о бедной

овечке в ресторан зашел их постоянный клиент,  председатель «Общественной

организации по защите прав парнокопытных животных». Он был глубоко возмущен

тем, что в Америке, оказывается,  есть овечка, о которой они не знали. К тому

же, он был взбешен, когда выяснилось, что эта овечка  не внесена в Генеральный

реестр парнокопытных. Он выразил решительный протест по поводу того, что без

решения всех членов Общества кто-то посмел дать ей имя!..  О своем яростном 

негодовании в связи с  притеснениями прав парнокопытных, он обещал организовать

дебаты в Сенате.  Мистер Хадвин и весь персонал ресторана валялись в ногах

перед этим борцом за права парнокопытных, чтобы погасить сквернейший скандал!

Они смогли его утихомирить лишь благодаря кофе, сваренному по твоему рецепту.
Венанцио. В тот момент я был очень голоден...  И заставил официанта добавить в

кофе много молока  и сахара. Но я так и не сумел его выпить. За меня это сделал

мистер Хадвин.
Клодия.  Дорогой, тебе стоило  бы получить патент на рецепт твоего кофе, раз он

пользуется неплохим спросом.
Венанцио. Я пока соображаю. И что дальше?
Клодия.  Выпив пять стаканов кофе, господин председатель сменил гнев на милость

и ушел из ресторана весьма довольным. Правда, в знак протеста он не заплатил

ресторану за ужин.
Венанцио. Прости, Кики,  но я никак не могу въехать в тему. За какую овцу идет

битва?
Клодия.  Ты не поверишь, дорогой, но эта овца-  я!..
Венанцио. Какая чудовищная наглость! Сравнить тебя с какой-то  безмозглой овцой!
Клодия.  Что поделаешь? Я готова терпеть. Дорогой, они умоляют к сегодняшнему

вечеру написать новую песню, где не будет ни слова о парнокопытных.
Венанцио. Хорошо, я напишу песню о птице.
Клодия.  О ком?
Венанцио. О  птице.
Клодия.  Милый, а ты подумал, как птица, то есть я, будет выглядеть в наряде

овцы?
Венанцио. Сейчас это не самое главное.  (Быстро пишет в альбоме.)  Песня 

готова. Слушай.               
«Я маленькая птичка,

Зовут меня: «Да- Да»!
Сладка я, как клубничка,
Не - «Нет»! А- «Да»!
Тут необходимо тебе еще дать одну ремарку. После слова «нет», ты должна игриво

погрозить публике пальчиком.
Клодия.  И эту полную чушь я должна петь  в костюме овцы.
Венанцио. Послушай, Кики, если тебя смущает костюм овцы, то в образе птицы ты

будешь отлично смотреться в своем пеньюаре. Широкие рукава создадут иллюзию

крыльев. А яркая расцветка пеньюара придаст птице,  то есть я хотел сказать

тебе, экзотичность и диковинку тропической  страны. Кстати, у тебя есть туфли

на очень высоких каблуках. Их непременно нужно надеть. И вот  тогда ты будешь

похожа…
Клодия.  И я буду похожа на дуру- цаплю! Ты это имел в виду?
Венанцио. Вовсе нет. Ты будешь похожа на прекрасного фламинго.

Клодия.  На прекрасного фламинго...  Хм… Ну, это еще, куда ни шло!


КАРТИНА 6.

Ресторан «БЕДНАЯ ОВЕЧКА».

Харрис. Зачем же, старина Хадвин, ты решил так грязно посмеяться не только над

моим рестораном «Хромой попугай», но и надо мной?
Хадвин.  Но дорогой, старина Харрис! Это всего лишь глупая песенка. Чем она

может повредить лично тебе и твоему бизнесу?
Харрис. Я и мои друзья сочли как раз все  наоборот. Не случайно твоя певичка

так по попугайски ярко разоделась. Но, видимо, тебе показалось, что не все

поймут твой скрытый  намек и на меня лично. Ты заставил ее  еще хромать на одну

ногу!..  
Хадвин.  Перед самым выходом на сцену у нее сломался каблук. Я не стал отменять

выступление из-за досадной случайности.
Харрис. Предупреждаю тебя, старина Хадвин. Если через десять секунд ты не

прекратишь свою возмутительную издевку, то мои ребята откроют  огонь по твоим

кривлякам. Они ждут только моей команды.  
Хадвин.  Прекратив  выступление мадемуазель Да-Да, мой  бизнес понесет

невосполнимый урон. Посетители ее  обожают.
Харрис. Как скажешь, старина Хадвин. Время пошло.
Шевелит губами в счете.
Девять. Десять.
Снимает шляпу. Раздаются автоматные выстрелы. Панические крики людей. Мистер

Хадвин спокоен, так же, как и мистер Харрис. Вбегает испуганный  Нэд.
Нэд. Сэр, у нас, по-моему, есть убитые: мадемуазель Да-Да и ее импресарио! 

Остальные выпрыгнули из окон или убежали через черный ход. Подозреваю, что к

нам скоро нагрянет полиция!
Хадвин (очень спокойно). Нэд, сообщи кассе, что пять долларов сегодня выдавать

никому не нужно.
Нэд. Как скажите, сэр.
Хадвин.  Предупреди на кухне, чтобы они не трудились жарить бифштекс для

синьора  Венанцио.               
Нэд. Что мне  объяснить  шеф-повару, сэр?
Харрис. Скажи, что бедняга им объелся.
Нэд. Приколисто, сэр!
Хадвин.  Репортеры уже здесь?
Нэд. Пронырливые журналисты с нетерпением ждут  вашего комментария о кровавом

преступлении.
Хадвин.  Мне не стоит светиться в криминальной хронике. Нэд, заявление для

прессы сделаешь ты.
Нэд. Я? Нет уж!  Таким журналистам  не свойственна жалость. Они просто разорвут

меня на части, как кусок мясо, брошенный в аквариум с пираньями.
Харрис. Послушай, малый! Тебе дают шанс остаться в живых. Но если ты и дальше

будешь упрямиться, то окажешься среди тех, о ком будут давать комментарий. 

Считаю до десяти. 
Нэд. Сэр, не надо во всем видеть проблему! Подобные комментарии я даю ежедневно

и по несколько раз в день. Это мое самое любимое занятие!..
Харрис. Выйди  к ним и заговори зубы…этим зубастым акулам пера.
Нэд. Убойная рекомендация, сэр!
Убегает.
Харрис. На тебя, старина Хадвин, я не держу зла.
Хадвин.  Так же, как и я на тебя, старина Харрис.  Будь здоров!
Вой сирен полицейских  машин. 
Харрис. По-моему, мне пора попрощаться.
Торопливо уходит. Вбегает Нэд.
Нэд. Сэр, в общей  суматохе тела мадмуазель Да-Да и ее импресарио исчезли!  
Хадвин.  Вот как? Это осложняет наше положение!..
Нэд. Сказать повару, чтобы он начал жарить бифштекс?
Хадвин.  Бифштекс может и подождать, а вот репортеры нет.
Нэд. Они меня предупредили, сэр, что если через пару минуту, вы не дадите им 

комментарий, то они выломают двери и растерзают  вас своими вопросами.
Хадвин.  Послушай, Нэд, выйди к прессе  и постарайся  быстрее  разделаться со

всеми сопутствующими процедурами.
Нэд. Что я им должен сказать, сэр?
Хадвин.  С прискорбием сообщи, что после зверского и чудовищного преступления,

организованного по указанию  хозяина ресторана «Хромой попугай», главой местной

мафии мистером Харрисом…
Нэд. Извините, сэр, но так много слов мне не запомнить. Позвольте, я это все

запишу. Берет столовую салфетку и записывает на ней слова Хадвина.
Хадвин.  Далее, Нэд. Возмущенно спроси, почему так вяло отзываются на подобные

злодеяния полиция и мэр города. Принеси наши соболезнования близким и родным

погибших. Отметь, что певица Да-Да и ее импресарио Венанцио  были  выдающимися

и талантливыми людьми. У нас случайно не найдется  каких-нибудь их фотографий?
Нэд. Расстрелянных?
Хадвин.  Конечно, нет. Они должны выглядеть счастливыми!.. Рядом помести мой

комментарий о том, что не каждому выпадает честь выступать  в ресторане

« Бедная овечка».
Нэд. Простите, сэр! Вам  не кажется, что такое заявление сейчас  не к месту?
Хадвин.  Что поделаешь, Нэд!..  В бизнесе везде  надо искать выгоду. И еще не

забудь добавить, что мы скорбим по невозобновляемой утрате. 
Нэд. Какой, простите, утрате?  Я  не успел записать на салфетке.
Хадвин.  На салфетке? Какой салфетке?
Нэд. На обыкновенной салфетке с вензелем ресторана «Бедная овечка».
Хадвин.  Нэд, я не желаю, чтобы мою салфетку использовали в качестве блокнота.

Если только за счет твоего кармана? Поверь мне, я не скажу против и слова.
Нэд. Вы очень строги ко мне, сэр.
Хадвин.  А что поделаешь, Нэд. Бизнес не терпит милосердия. Тебе придется

возместить ущерб, нанесенный моему заведению.  Ты сам знаешь, что почти каждый

посетитель считает своим долгом унести салфетку домой. И никто из них не

задумывается, что она стоит целых 10 центов. Унеси с десяток, и вот тебе уже

нанесен убыток в один доллар!  

Нэд. У меня есть один доллар, сэр.  Я с удовольствием отдаю его вам.  
Хадвин.  Очень похвально, Нэд.       
Нэд. Сэр, я могу рассчитывать, что салфетка перешла  ко мне в частную

собственность?

Хадвин.  По закону, Нэд, теперь она  твоя.
Нэд. Я с большим удовольствием забираю салфетку себе.
Хочет уйти к репортерам.
Хадвин.  Остановись, Нэд!

Нэд. Но, сэр, за дверью меня ждут репортеры с вашим комментарием.
Хадвин.  Ничего подождут! Итак, Нэд, объясни мне, пожалуйста, почему вдруг у

тебя стала такая довольная физиономия?
Нэд. У меня  появился неплохой бизнес, сэр.
Хадвин.  Вот как? Отвечай, Нэд, в чем тут выгода?
Нэд. С удовольствием, сэр. На салфетке я успел записать ваши обвинения в адрес

мистера Харриса. Они станут настоящей сенсацией!.. 
Хадвин.  Нэд! Немедленно верни назад салфетку моего ресторана!
Нэд. Поздно, сэр! Теперь это моя личная собственность. Хищные до «жареных»

фактов репортеры,  а уж тем более хозяин ресторана «Хромой попугай», отвалят

мне круглую сумму со многими нолями за эту десятицентовую  салфетку.
Хадвин.  Но так не честно, Нэд!..
Нэд. Главный успех в бизнесе не честность, а коварство, сэр!
Хадвин.  Ты оказался хорошим учеником, Нэд!..
Нэд. Спасибо, сэр! А, может быть, и вы поучаствуете в аукционе за эту

салфетку?

Радостно убегает.
Хадвин.  Остановись, Нэд! У меня к тебе есть деловое предложение!
Убегает вслед за ним.
КОНЕЦ 1  АКТА


ЗАНАВЕС


II АКТ

КАРТИНА 7.

Нью-Йорк. Ночь. Отсек  с баками для мусора. В одном баке сидит Кики в другом

Венанцио.

Венанцио (выглядывает из своего бака). Кики, не пора ли нам  покинуть эти

вонючие баки?
Клодия   (выглядывает из своего бака). Венанцио, дорогой, давай хотя бы эту

ночь проведем здесь.  Я воображаю, как весь Нью-Йорк  гудит о нашем

безжалостном убийстве.  А первые полосы газет соревнуются в невообразимых

догадках исчезновения  наших тел!
Венанцио. Кики, объясни мне, пожалуйста, зачем мы должны  скрываться от людей,

менять свою одежду? И главное, зачем мы  создаем миф  о том, что мы с тобой

мертвы!..   

Клодия.  Все очень просто, дорогой!  Мы с тобой видели, кто нас расстреливал.

И когда мистер Харрис узнает, что мы живы, то сначала он прикажет ликвидировать

тех, кто в нас стрелял, но не прихлопнул. А потом прикажет прикончить  нас еще

раз, потому что мы знаем, кто отдавал команду отправить нас на  тот свет. 

Пойми, нам грозит смертельная опасность. Пошли всего лишь вторые сутки, как мы

с тобой покойники.

Венанцио. Ну, хорошо, а где мы возьмем другую одежду, если будем безвылазно

сидеть в мусорных баках среди отбросов?
Вылезает из своего мусорного бака.
Не проще ли  сегодня ночью, когда вокруг не останется ни одной живой души,

зайти в гостиницу и забрать свои вещи.  
Клодия.  Ну что же...  Давай  по рассуждаем. 
Вылезает из своего мусорного бака.
Ближе  к полуночи, к полусонному портье является  покойник, и  просит у него

ключ от своего номера. Оказывается,  мертвец желает забрать  свои вещи!  Ты

хочешь еще один труп? На этот раз портье гостиницы?  
Венанцио. Как все запутано!..
Клодия.  Венанцио, дорогой. Наберись терпения. В  конце концов,  кто-то  должен

выбросить в мусорный бак ненужные ему вещи.
Венанцио. Я  хочу есть! Мне надоело довольствоваться объедками со столов 

местных жителей. К тому же они такие прожорливые. Вчера мне посчастливилось

догрызть чье-то недоеденное яблоко. И как нам долго здесь еще оставаться? 
Клодия.  Дорогой, в нашем положении ответ может дать  лишь только

случай. Я предлагаю разделить наши обязанности.
Венанцио. Не смеши меня. Какие могут быть обязанности, если ты сидишь в

мусорном баке?
Клодия.  Я, например, пытаюсь собрать пазл  из сегодняшней вечерней газеты.

Кто-то  разорвал ее на мелкие клочки, пред тем, как выбросить. Возможно, нам

удастся узнать, что произошло после нашего убийства. Дорогой, а ты начни читать

молитву Святой Марте о ниспослании нам одежды.
Венанцио (недовольно).  Ну, что ж. Пусть будет так.
Садится возле своего бака. Слышится невнятное бормотание молитвы. Через

секунду. Мы можем просидеть здесь всю жизнь и умереть в мусорном баке, так и не

доказав, что мы живы. 
Клодия.  Венанцио, дорогой, не черни жизнь унылым настроением. Я думаю, что нам

повезет. Как повезло в  ресторане «Бедная овечка», когда ты от испуга замертво

упал под рояль, а я на удивление себе, спряталась в футляр от контрабаса!..  А

уже потом в общей суматохе мы смогли выбраться через черный ход на улицу.
Венанцио. Нам просто повезло.
Клодия.  Но повезло же! Я уверена, повезет и в этот раз. Бери пример с меня.

Когда я окончательно покину свой мусорный бак, то у меня появится интересная

профессия.

Венанцио (углубленный, в чтение молитвы). О чем ты?
Клодия.  Собирая из  обрывков, целую страницу газеты я так натренируюсь, что

смогу устраивать соревнования по сборке пазлов.
Венанцио. Не отвлекайся по пустякам. Что-то есть для нас интересное?
Клодия.  Пока не знаю. Мне никак не удается подобрать разорванные части  газеты

к одной любопытной фотографии. Так.  Ага! Вот. Получился шар. А впереди шара

видна чья-то ископаемая  шляпка. Вероятно, перед шаром стоит какая-то  дама... 

О-о-о! Венанцио, дорогой!..
Венанцио. Пожалуйста, не отвлекай меня. Я еще не закончил читать молитву.  
Клодия.  Венанцио, послушай, вот что у меня получилось в целом. (Читает обрывок

газеты.) «Сегодня утром в Нью-Йорк прибыла графиня донна Семпрония, мать

погибшего сына висконте Венанцио. Как нам любезно сообщила донна Семпрония, ее

сына из Флоренции в Нью-Йорк обманным путем заманила  жалкая певичка по имени

Кики»… Я потрясена талантом твоей матери. Она меня ни  разу не видела, но зато 

любезно выдала сенсацию обо мне!
Венанцио. Кики, отчего ты перестала читать? Что там дальше после слов о жалкой

певичке  Кики?               
Клодия.  Дальше страница оборвана! И она оборвана так, что собрать ее в целое

будет невозможно!
Зло комкает обрывки газет и швыряет в сторону от бака.
Венанцио. Дорогая, ты видимо неправильно собрала страницу. Насколько я помню,

нас расстреляли только два дня назад. А преодолеть такое расстояние на пароходе

из Италии  до Нью-Йорка просто немыслимо.

Клодия.  Ага! Только не для твоей матери!..
Венанцио. Там действительно моя мать?

Клодия.  Я с ней не знакома. Так пишут в этой газете. Это всего лишь мои

догадки.  Встает и поднимает  только что брошенный  комок с обрывками газет.

Начинает опять собирать клочки  газеты в единую страницу.
Вот! Есть полшара и полностью видна уродливая шляпка. Такую шляпку может носить

только твоя мать!
 
Венанцио. Кики, после  нападок на мою мамочку  ты говорила о каком-то шаре.

Здесь есть какая-то связь?

Клодия.  Еще бы! Вот, пожалуйста: «Как передает по своим каналам «Норфолк»,

донна  Семпрония прибыла  в Америку из Флоренции на воздушном шаре. Весь

перелет через  Атлантику занял у нее чуть более 16 часов».

Венанцио. Что за журналистская чушь! За такое короткое время невозможно

перелететь из Флоренции в Нью-Йорк.

Клодия.  Для твоей матери, как видно, это не расстояние! Я не удивлюсь, если

узнаю, что донна  Семпрония обладает некими колдовскими задатками. А для

чудодейки любой полет  раз плюнуть! Ну,  в этот раз  как я  понимаю, ей

пришлось потрудиться, чтобы оказаться в Нью-Йорке. Все-таки  16 часов!..  Это,

собственно говоря, и не газета, а только обрывки от нее.

Венанцио. Кики, крошка, нам надо перерыть весь бак, но найди газету, где более

подробно пишут о моей матери.

Клодия.  Так и быть, давай  поищем… (Роятся среди мусора.) Вот смотри! Нашла

целую страницу. И она вся посвящена  твоей матери. Ха-Ха!

Венанцио. А ну, дай сюда! Нечего смеяться над моей мамочкой. Это что такое? 

Где моя мамочка? Где текст? Один только заголовок! Здесь все залито кофе. О,

моя бедная мамочка! Как же эти скверные люди захотели, поиздевались над тобой.

Кто бы мог подумать, что на тебе разольют кофе, заляпают тебя с ног до головы

сырыми яйцами и прожгут сигаретой твое лицо так, что даже я не узнаю твой милый

облик!
Ну, ничего! Они заплатят! Заплатят мне за надругательства над тобой!

Клодия.  Кому ты решил грозить из мусорного бака?
Венанцио. Всем кто непочтительно отнесся  к моей мамочке!  Они, конечно, не

знают, что она происходит из знатной фамилии древнейшего римского рода.  Моя

пра-пра-пра... и так нужно  подряд произнести еще 56 раз прабабушка была

матерью Децима Брута, одного из убийц Юлия Цезаря!
Клодия.  Есть чем гордиться!  Тихо! Слышишь? Сюда кто-то идет… Ты видимо хорошо

молился, и  Святая Марта тебя услышала.  Быстро прячемся!
Прячутся  каждый в  своем баке.  Мимо проходит человек и бросает  издали 

сверток  с мусором.
Венанцио. Ай!
ЧНБК. Брысь! Я натурально удивляюсь  Обществу по защите домашних животных.

Неужели так  трудно потравить этих отвратительных бездомных котов!
Уходит.

Клодия.  О, дорогой, с тобой все в порядке?
Венанцио. Этот снайпер едва в меня не угодил! Пришлось уворачиваться. Кики,

быстро ко мне! Помоги мне распотрошить сверток. В этот раз я все-таки надеюсь

найти хотя бы  ломтик сыра!..
Потрошат сверток. Отчаяние на лице Венанцио.
Какие жадные, прожорливые люди! Ни одного кусочка съестного!.. Можно подумать,

что все то, что вышвыривается,  сначала пропускается через дробильную машину, а

потом просевается через сито. Дорогая, может быть, тебе  повезло больше? Нашла

что-нибудь из еды?
Клодия.  Нет. Слышишь. Сюда опять кто-то топает!

Венанцио. Ни секунды покоя! Не мусорный отсек, а бессонный Таймс-сквер!

Осторожно появляется Человек, ненавидящий бездомных котов. В руках у него

объемный пакет.

ЧНБК. Эти бездельники и не думают выполнять свои обязанности. Завтра же потребую  
с них отчет за те взносы, которые я  исправно плачу за ненависть к бездомным

котам! И для этого у меня будет серьезный повод. Как удачно, что еще на

прошлой неделе я купил  отравляющее средство. Хозяин ларька   заверил меня, что

это самый мощный и проверенный  многими веками яд. Так!.. Сначала прочту

инструкцию, приложенную к пакету. Что тут? Пункт первый. « Наденьте  резиновые

перчатки, чтобы между вами  и средством для уничтожения бездомных котов не было

контакта». Оригинально! Где я возьму на улице  ночью резиновые перчатки?   Ну,

хорошо. Что дальше? Пункт второй. « Найдите стойбище котов, подойдите к ним

тихо и незаметно». Стойбище! Хм... Можно подумать, что средство предназначено

не для уничтожения котов, а  для истребления мамонтов. Теперь мне становится

ясно, почему они вымерли! Недаром компания, выпускающая эту популярную  отраву

гордится ее результатом,   проверенный  многими веками.  Пункт

третий. «Насыпьте отравляющее средство на головы и спины котов». Странная

рекомендация… И наконец, пункт четвертый. «Дождитесь мгновенной смерти котов и

утилизируйте их в мусорном баке  согласно  установленному правилу». Ну, здесь

как раз все понятно. Осталось найти бездомных котов. (Из бака, где сидит

Венанцио раздается мяуканье.) Ага! Вот, значит,  где их сборище!  Сейчас вы у

меня побеснуетесь! Итак, отметаем пункт первый, все равно у меня нет перчаток. 

Приступим  сразу к реализации  пунктов третьего и четвертого. Насыпаем  на

котов отравляющее средство прямо в бак. (Злорадно смеется.) Там же они сами

себя и утилизируют, согласно установленному правилу! Как бы их не спугнуть?

Придется  снимать свои новенькие башмаки. Они- то, как раз могут меня подвести.

Боюсь, что заскрипят...

ЧНБК  снимает обувь. Открывает пакет и медленно идет к баку. Привстает на

цыпочки, поднимает пакет, чтобы засыпать отравляющее средство. Две сильных руки

хватают его за плечи, и он  летит в бак вниз головой вместе с отравляющим

средством. Из  соседнего  бака  выглядывает Кики.  
Клодия.  Ты как,  Венанцио?

Венанцио. Все в порядке, дорогая!
Довольный вылезает из бака, на ходу  застегивает пуговицы, подгоняет подтяжки

для брюк и примеряет  на себя пиджак ЧНБК.
Все в моем вкусе и по моему размеру. О! Пресвятая Марта! Спасибо, что ты

услышала мою молитву о ниспослании мне одежды.

Клодия.  А тот человек? Он что даже не сопротивлялся, когда ты забирал у него

одежду?  Венанцио. Даже не было попыток. К счастью, отравляющее средство попало

прямо на него.
Клодия.  Бедняжка!..
Венанцио. Отчего же? Судя, по его умиротворенной  улыбке, он всем доволен. 

Пока что он спит блаженным детским сном. И сдается мне, что вечным сном. Оцени

меня.

Клодия.  Классно выглядишь! 
Венанцио. Вот что бывает, если точно не выполняешь  инструкцию. Этот господин в

полной мере воспользовался только ее последним пунктом.

Клодия.  Каким? 
Венанцио. Утилизировал себя  согласно установленному правилу. Ну, все. Я

полностью готов. Ах, я ошибся. Этот идиот выполнил еще и пункт номер два.
Клодия.  Что за пункт? 
Венанцио. В Инструкции ему рекомендовали подойти к котам тихо и незаметно.
Он снял свои скрипучие башмаки и оставил их где-то возле  бака. Ага, вот они.

Не мог поставить поближе!..
Идет за башмаками. Но снова раздаются,  чьи- то торопливые шаги.
Клодия.  Ну вот, опять кто-то идет. Прячься!
Каждый  прячется в своем баке. Идет  ЧОЧ, нервно и постоянно оглядываясь по

сторонам. Не заметив  ничего подозрительного, он бросает объемный  тюк в бак,

где сидит  Кики. 
Клодия.  Ой!..
ЧОЧ  испуганно отшатнулся от бака и снова закрутил головой в разные стороны. 

Убедившись, что ему ничего не угрожает, он хотел было уже исчезнуть, но увидел

новенькие башмаки. Оглянувшись еще раз  по сторонам, ЧОЧ забирает  башмаки и

стремительно уходит  прочь.
Венанцио. У меня нет слов! В этом месте живут одни жадные люди! Норовят забрать

все себе!  Могли бы  оставить что-нибудь  и другим. Кики, ты как там?       
Вновь появляется ЧОЧ. Он держит в руках башмаки ЧНБК. Венанцио стремительно

ныряет в свой бак. 
ЧОЧ.  Маловаты!..  А так, неплохие башмаки. Жаль!
Бросает башмаки  в бак, в  котором прячется  Венанцио. ЧОЧ поспешно уходит,

поглядев еще раз  по сторонам.
Венанцио  (вылезает  из бака с башмаками в руках). Напрасно я обидел местных

жителей. Они оказались честными и отзывчивыми джентльменами.  (Надевает башмаки

ЧНБК.)  О-о-о! Башмаки, как раз мне впору.  Кики, что у тебя там происходит?

Клодия.  Ничего…
Венанцио. Я должен как можно быстрее повстречаться с моей мамочкой и утешить

ее. Она, конечно же, сразу бросится в ресторан «Бедная овечка», чтобы узнать

все подробности моего убийства. Кики, крошка, ты не обидишься, если посидишь у

себя в баке еще несколько часов, пока я не повидаюсь с мамочкой.  Кики,  ты

слышишь меня?

Клодия  (вылезает из бака). Знаешь, дорогой, ты можешь не спешить возвращаться

ко мне.
Венанцио. Идеально! Получается, что я смогу выяснить во всех подробностях наше

убийство, а затем пойти в гостиницу и забрать свои вещи.  
Клодия.  Мое пыхтение в  мусорном баке, оказалось неплохим занятием.  В нем

есть своя прелесть.
Венанцио. Что ты имеешь в виду?
Клодия.  У меня сразу же появилось уйма времени. Можно было не торопясь

подумать, и принять правильное решение. 
Венанцио. Кики, крошка, твое решение мы обсудим чуть позже вместе с моей

мамочкой. 

Клодия.  Венанцио, я помчалась за тобой в Америку в надежде, что ты поможешь

сбыться моей мечте: стать звездой Бродвея!
Венанцио. Кики, крошка, так оно и будет! Ты просто не знаешь способности моей

мамочки!
Клодия.  Венанцио, я сейчас говорю о твоих поступках...  И самым успешным твоим

делом в Нью-Йорке стало смешивание в большом количестве молока  малого

количества кофе...
Венанцио. Ты не справедлива ко мне. Я целыми днями пишу стихи для  твоих песен.

Они вскоре зазвучат на подмостках Бродвея! 
Клодия.  Я тебе верю. Ну, как же... Не покладая рук ты по несколько дней ищешь

к конторскому  слову «факт» свежую рифму!..
Венанцио. Но это временно!..
Клодия.  А мне надоело временно петь песни о глупых овечках и птичках похожих

на клубничку!..  Я хочу петь о любви, о человеческих чувствах, чтобы слова

затрагивали душу, оживляли сердца. Мне  же приходится петь о скрепках и

печатных машинках «Ундервуд»!..
Венанцио. Таким я вижу пролог моего мюзикла!
Клодия.  Не оправдывайся, Венанцио! Я больше не с тобой. Не в твоем проекте.

Венанцио. Но почему?
Клодия.  Так получилось. Моя мечта вместе с тобой, а теперь и с твоей

мамочкой,  не уживается!..
Венанцио. Кики, крошка! Ты слишком торопишь события. Я уверен в своем успехе.

Бродвейские продюсеры вскоре будут  умолять тебя выступить в моем мюзикле!
Клодия.  Венанцио, я так думаю, что тебе надо набраться мужества  и признаться,

что ты  вовсе  не поэт, не сценарист, не импресарио. Ты просто богатый

бездельник из Флоренции, живущий на подаяние своей знатной матери.
Венанцио (вскакивает, возбужденно). Зачем тогда мы стремились в Америку? Чтобы,

в конце концов, оказаться ее отбросами! Ненужным никому мусором? Кики, я тебя

решительно не понимаю! Не понимаю!  Отчего ты молчишь? Объясни мне! Не смотри

на меня такими грустными глазами!
Клодия.  Знаешь, Венанцио, женщина рождена все-таки не только для того, чтобы

ее лишь понимали…
Венанцио. А что ей еще надо?
Клодия.  Ей надо, чтобы ее еще и любили!..
Венанцио. Но, Кики, ты должна понять меня!.. 
 
Клодия.  Прощай, Венанцио! Ты так и не разгадал меня!  
Венанцио. Ах, вот как! Ну, хорошо! Ты сама захотела скандала! Твое желание

закончить  свою жизнь среди мусора меня не впечатляет. В конце концов,  ты не

заметишь, как и сама превратишься в отбросы!..  Сначала в отбросы  общества, а

затем в отбросы, которые выбрасывают в  мусорный бак!..
Клодия.  Там во Флоренции, я была уверена, что ты меня любишь. Я побежала за

тобой,  прежде всего ради нашей любви. Но оказывается, ты любишь только себя и

свою мамочку.  Ей мало было держать в подчинении своего ветреного сынка. Ей 

хочется  начальствовать  и над его любовью.
Венанцио. Кики, зачем ты  ищешь причины, чтобы позлить меня? Ты хочешь

расстаться со мной? Тебе это надо?  Кики, это не правильно.  Помимо нашей общей

мечты, нас всегда соединяла и взаимная любовь.  Но сейчас я чувствую как нашу

доверительную сопричастность, ты зачем-то разрываешь.  Кики, если я в чем-то

виноват, то я готов перед тобой извиниться!..
Клодия.  Мне не нужны твои оправдания, Венанцио. Прощай!
Венанцио. Ну что ж раз так.  Прощай, крошка!
Клодия.  Ну, иди! Уходи прочь!
Венанцио. Кики, а поцелуй?
Клодия.  Не подходи! Я боюсь, что ты подцепишь от меня мусорный запах. Зачем он

тебе стерильно чистому наследнику убийц  Юлия  Цезаря. Так что, прощай без

моего поцелуя! 
Венанцио. Ты вздорная  неблагодарная девчонка!
Кики скрывается за  мусорным баком. Венанцио некоторое время стоит в ожидании.

Прежде чем уйти, он несколько раз оглядывается  в надежде, что Кики его 

позовет. Но время затянулось, и он медленно уходит. Из-за  бака появляется 

Кики. Она блистательно выглядит. На ней новое платье, сшитое по оригинальному

фасону. 

Клодия.  Извини, Венанцио, но я должна была сделать выбор. И я его сделала! 

Достает газету. Быстро находит нужную ей страницу и, прежде чем положить ее в

сумочку, читает:
«Мюзикл «Прекрасная  Флоренция» на грани срыва! Все билеты проданы, а главной

исполнительницы до сих пор нет. Возможно, завтра  будет восстановлен 

мюзикл  «Твой храп чудесен, дорогой!», с участием неувядающей  примы Бродвея

Маргарет. По нашим сведениям, хотя она и претендует на роль девушки из

Флоренции, но ее категорически не хотят утверждать. Мы будем постоянно сообщать

читателям о развитии закулисного  скандала». Я сюда приехала покорять

Бродвей... И этот счастливый час для меня настал!

 
КАРТИНА 8.


Ресторан» БЕДНАЯ ОВЕЧКА».

Постоянно звонит телефон.
Нэд  (Хадвину). Сэр, ресторан подвергся нападению!
Хадвин.  Боже, милостивый! Прошел всего месяц после последнего убийства, а в

ресторане опять кого-то порешили?
Нэд. Хуже, сэр! Скандал!
Хадвин.  И все же скандал для бизнеса - это лучше, чем его некролог! Хороший

скандал нам бы не помешал для привлечения клиентов.
Нэд. С полудня  на людей внезапно напало желание посетить наш ресторан.
Хадвин.  Великолепно!
Нэд. Может быть.  И все же престранная картина вырисовывается, сэр!
Хадвин.  Ты думаешь, что такое затишье неспроста?
Нэд. Посудите  сами, сэр. За всю неделю я поменял всего лишь две скатерти на

столах. И вдруг!..  Вы слышите! Телефон все еще звонит. Наивные люди.  Они до

сих пор рассчитывают  забронировать места на сегодняшний вечер.
Хадвин.  Есть свободные места, Нэд?    
Нэд. Всего один столик, сэр.
Хадвин.  Прекрасно! Мне как раз и нужен один свободный столик.

Нэд. Но он занят, сэр.
Хадвин.  Кем?
Нэд. Донной Семпронией и ее  убиенным сыном.
Хадвин.  Разве?
Нэд. Вы распорядились ежедневно оставлять его для убитой донны Семпронии  и ее

убитого сына Венанцио, в  знак уважения к высокородному семейству.
Хадвин.  Так  значит, донна Семпрония тоже убита? Ну вот, к счастью, столик и

освободился.  Нэд, я надеюсь, что донна Семпрония убита не в ресторане «Бедная

овечка»?  Если кого-нибудь еще здесь кокнут, то мне придется распрощаться с

ресторанным бизнесом!..
Нэд. Донне Семпронии посчастливилось в вашем ресторане  умереть дважды.
Хадвин.  Нечего сказать, расторопная  дамочка! И когда она успевает находить

время для вечного покоя? Я удивляюсь. Всего месяц  в Нью-Йорке, а она уже

поспешила несколько раз усопнуть.
Нэд. Не стоит волноваться, сэр. Вначале  она решила испустить последний вздох

после горького известия  о смерти сына. Но не успела. Неожиданно возник ее

убитый сынок  и радостно бросился в ее объятия! 
Хадвин.  А я уже  подумал!..  А убитая певичка Да-Да?  О ней, что-нибудь

известно?  

Нэд. Увы, сэр. Она исчезла.  
Хадвин.  Нэд, немедленно забронируй этот столик для старины Харриса. А изящную

форму извинений перед убиенной парой я постараюсь найти.  
Нэд. Как скажите, сэр.
Хадвин.  И узнай, почему наша «Бедная овечка» вдруг стала такой знаменитой?

(Нэд уходит.) Интересно, а что происходит в   ресторане  «Хромой попугай»? Не

мешало бы разузнать.  (Входит в  телефонную будку, не закрывая дверь.) Алло,

соедините меня с рестораном  « Хромой попугай». Да. 23456023456. Алло! Это

ресторан «Хромой попугай»? Скажите, я могу заказать  у вас столик на этот 

вечер. Что? Я могу занять хоть весь ресторан! Ни одного посетителя? Спасибо. Я

подумаю или лучше пойду в ресторан   « Бедная овечка». Говорят, что сегодня

туда невозможно попасть Вы случайно не знаете, почему клиенты отдали

предпочтение не вам, а «Бедной овечке»?

Отставляет трубку от уха, из которой слышна громкая брань с проклятиями.
А, пожалуй, Нэд прав. Все это очень странно!..

Вбегает Нэд. 
Нэд. Сэр, мы попали в жесткую закрутку!
Хадвин.  Нэд, откуда у тебя такая убийственная  уверенность?
Нэд. Сэр, я стал листать утренние газеты и почти сразу наткнулся на объявление.
Хадвин.  Что тебя в нем так взбудоражило?
Нэд. Сообщение,  сэр. Сегодня вечером звезда Бродвея Анита собирается бесплатно

петь  в нашем ресторане.  (Хадвин  валится с ног на софу.) Сэр! Мистер Хадвин!

Очнитесь!  

Хадвин.  Нэд, ты не шутник. И не палач. Про тебя лучше сказать, что ты

жестокий  убийца! Ты говорил мне, что поднял цены за резервирование столиков?
Нэд. Да, сэр. Я  превысил обычный тариф в пятьдесят раз!..
Хадвин.  Хочу тебя огорчить, Нэд.
Нэд. Я что-то не так сделал, сэр?
Хадвин.  Нэд, неужели тебе непонятно?
Нэд. Честно говоря, нет, сэр.
Хадвин.  Нэд,  в  этот раз публика придет не пожевать, а поглазеть  на

бродвейскую звезду. Хотел бы я знать, кто та изворотливая свинья, которая

осмелилась нам подложить поющую свинью?
Нэд. Жестокую шутку решил кто-то сыграть с нами, сэр. 
Хадвин.  Ты прав, Нэд. Неужели сама Анита дала объявление? Разве звезда Бродвея

позволит себе из Манхеттена переехать Бруклинский мост и оказаться  в грязном и

небезопасном районе Нью-Йорка!.. (Нервный смех.) К тому же,  она еще собралась 

и бесплатно выступить в моем ресторане.
Нэд. Сэр, значит, это чья-то расчетливая и смертельная для нас затея. 
Хадвин.  Я начинаю догадываться, почему такое прицельное  желание появилось у

старины  Харриса, побывать у меня в ресторане  именно в этот день. Ему давно не

терпится заполучить  «Бедную овечку!»
Нэд. Что будем делать, сэр?

Хадвин.  Послушай,  Нэд. Наше положение отчаянное. Можно даже сказать, что оно

катастрофическое!  Но у меня, кажется, появилась одна забавная  идея как нам

выпутаться из неприятной ситуации...
Нэд. Клёво, сэр!  
Хадвин.  Сегодня во что бы то ни стало у нас должна выступить Анита!  Пусть это

будет другая Анита. Объявим нашим посетителям, что настоящая Анита заболела,  а

к нам пришла другая Анита, ее дублер.
Нэд. Круто, сэр! И кто будет та ненастоящая Анита?
Хадвин.  Ты -  Нэд.
Нэд. Простите, сэр. Я вас не понял. Если можно, повторите еще раз.
Хадвин.  Что тут непонятного, Нэд? Ты  переоденешься во флорентийскую девушку и

что-нибудь споешь о своей прекрасной  родине.
Нэд. Сэр, но такого позора мне не простят в семье. Особенно отец и шестеро моих

младших братьев. Если они узнают, что я кривлялся перед публикой в женской

одежде, то сначала отец крепко поколотит меня, а потом и вовсе выгонит из

дома!   
Хадвин.  Они тебя простят, Нэд. Если разразится  скандал, то мне придется

закрыть ресторан. Нэд, разве ты хочешь  оказаться на улице?
Нэд. Конечно, нет, сэр!..
Хадвин.  А твоя семья, для которой ты  являешься единственным кормильцем, она

останется  без куска хлеба.
Нэд. Я соглашусь, сэр. Но знайте, я иду на такое унижение, только лишь ради

семьи, сэр! 

Хадвин.  Кто бы в этом сомневался, Нэд! Мы постараемся превратить твой выход в

забавную невинную проделку.  Зайди  за эстраду и  поройся в шкафу с одеждой

бывших певичек. Короче, одевайся девушкой и сразу ко мне, я проверю все ли у

тебя в порядке.

Нэд. Простите, сэр. Что вы имели в виду, когда говорили, что вы проверите все

ли у меня в порядке?..
Хадвин.  Расслабься, Нэд! Стоит ли думать о пустяках.
Нэд. Я постараюсь, сэр!.. 
Уходит. Появляется Харрис.
Хадвин.  О, старина Харрис!  Рад  тебя  видеть. Как тебе удалось найти

свободное время, чтобы заскочить в мою «Бедную овечку»? Грешным делом,

позавидовал тебе. Говорят, что в «Хромом попугае» все столики заказаны на месяц

вперед.

Харрис. Не волнуйся, старина, Хадвин. У меня все отлично!..
Хадвин.  Я рад за тебя, старина Харрис! Извини, но сегодня в ресторане
небывалое  число посетителей. Я  должен их  всех встретить. Тебя проводить в

обеденный зал?
Харрис. Нет, спасибо, старина Хадвин. В твоем ресторане я чувствую себя, как

дома. Сначала я заскочу  в курительную комнату, попыхчу своей любимой

гаванской сигарой.  А уж потом пройду в зал.

Хадвин.  Как скажешь, старина Харрис.

Уходит.

Харрис. Пронырливый мошенник, этот старина Хадвин.  Странно... Надо бы узнать,

почему в его ресторане вдруг стали выступать бродвейские звезды. Ну, подожди у

меня! Все равно «Бедная овечка» скоро будет моей!
Уходит в курительную комнату.


КАРТИНА  9.

 
Входит Нэд. Он постоянно занят своим костюмом девушки: чулками, подвязками,

шнурками. Можно сказать, что он очень растерян. На голове женский парик, на

лице  грубый макияж. Входит Клодия и сталкивается с Нэдом.
Клодия.  Нэд?.. Что за странный у тебя вид!..

Нэд. Мадемуазель Да-Да? О-о-о!  Как я не рад вас видеть!
Клодия.  Оттого, что я тебя застукала  в девичьем  наряде.
Нэд. Именно поэтому, мадемуазель Да-Да!.. А если честно, то  я вам очень и

очень рад!

Клодия.  Нэд, объясни, почему ты так оделся?       
Нэд. От безысходности! Меня к этому принуждает мистер Хадвин...
Клодия.  Уморительно! Неужели ему решили мстить все женщины, растворившись

вокруг него?
Нэд. О, нет! Ему мстит всего одна женщина. Звезда Бродвея мадемуазель Анита.

Хочу вам сказать, что она порядочная свинья!
Клодия.  Ты так плохо о ней думаешь?
Нэд. Посудите сами, мадемуазель Да-Да. Сегодня наш ресторан превратился в

сумасшедший дом. Все хотят в него  попасть. Мадемуазель Анита  дала объявление

в  газетах, что она выступит у нас за спасибо. Отдуваться за ее шутку мистер

Хадвин назначил меня. Скажите честно, мадемуазель Да-Да, я, что  и в самом деле

похож на девушку из Флоренции?..

Беззвучно заплакал.
Клодия.  Не хочу тебя обидеть, Нэд, но ты  совсем не похож на девушку из

Флоренции.

Нэд. Спасибо за комплимент, мадемуазель Да-да!  Но мне не удалось убедить в

этом мистера Хадвина…  Увы. На меня у него имеются свои планы. Ресторан сегодня

полон, как никогда. Мы вынуждены были даже продать столик донны Семпронии и ее

сына Венанцио.               
Клодия.  Так, значит, их сегодня не будет?
Нэд. Боюсь, что нет. Столик этих господ перепродан  мистеру Харрису. Он давно

положил глаз на наш ресторан и ждет только повода, чтобы опять устроить

спектакль с кровавой развязкой!
Клодия.  Крепись, Нэд!
Нэд. В этот раз мне выпала участь выходить на расстрел!..
Клодия.  Очень жаль, Нэд, что так все печально складывается.
Нэд. Может быть, я разговариваю с вами последний раз. Так что прощайте, моя

милая мадемуазель Да-Да! И не забудьте, что я люблю гортензии.
Клодия.  Гортензии?
Нэд. Ну, это я к тому, что когда вы придете на мою могилку, чтобы  проведать

меня, то лучше приносите гортензии. Я обожаю эти цветы!..

Клодия.  Бедный Нэд!.. Хочу тебе сознаться, что я и есть та свинья.
Нэд. В каком смысле?
Клодия.  Это я дала объявление в газетах.
Нэд. Вы?
Клодия.  Нэд, я  и есть Анита, звезда Бродвея!..
Нэд. Но зачем вы дали объявление в газеты?
Клодия.  С того несчастного момента, когда мы расстались с Венанцио, я уже не

могла освободиться от вины, что причинила ему напрасное зло. Но я не теряла 

надежду, что он  все-таки  ждет меня.  И не для того, чтобы услышать от меня 

кающиеся слова. Он ждет меня, чтобы нежно сказать: « Кики, крошка, я люблю

тебя»!  Ради этих простых слов, так безрассудно потерянных мною, я решила дать

объявление в газеты о своем выступлении в ресторане  «Бедная овечка».  Думаю,

что Венанцио догадался бы, кто прячется  за именем Анита и непременно пришел бы

сюда.

Нэд. Я пойду к мистеру Хадвину и все ему объясню.
Клодия.  Подожди, Нэд! Я  умоляю, выслушай сначала меня!
Нэд. Хорошо, мадемуазель Да-Да. Я обещаю вам набраться терпения и побыть еще

некоторое время девушкой.
Клодия.  Спасибо, Нэд. Как ты знаешь, я и синьор Венанцио, мы родом из

Флоренции. В нашем маленьком городке есть старый заброшенный  театр. Иногда я

приходила туда и пела в свое удовольствие. Однажды в театр забрел Венанцио. Мы

с ним познакомились и  полюбили друг друга. Венанцио поклялся, что сделает из

меня звезду Бродвея. Мы  тайно уехали в Америку  в надежде обрести за океаном

свое счастье. Венанцио пытался сочинить для меня мюзикл, но он не был для этого

создан. Мне надоело ждать, страдать   и петь в ресторанах глупые песни. Я была

в отчаянии.  Но подвернулся случай, когда надо было сделать выбор: или моя

любовь к  Венанцио, или выступление на подмостках Бродвея. Я выбрала сцену. 

И теперь очень жалею об этом, Нэд!.. Престарелая певичка Маргарет никак не

хотела уступать свое место молодым артисткам. Когда начались репетиции  нового

мюзикла «Прекрасная  Флоренция», то на главную роль пригласили  молодую

очаровательную певицу из Макао. В Риме для нее  сшили  изумительные костюмы.

Маргарет была в бешенстве. Она приказала своему любовнику Алексу украсть

костюмы и уничтожить их. Алекс поленился точно выполнить ее приказание. Ночью

он просто выбросил тюк с костюмами  в мусорный бак, где по нелепой случайности

находилась я. Вместе с костюмами Алекс бросил и газету о закулисном скандале.

Оскорбленная интригами певица из Макао села на пароход и вернулась  к себе на

родину. Чтобы не срывать представление, дирекция театра объявила конкурс на

главную исполнительницу.  Я решила не упустить свой шанс. Участие в конкурсе

мне принесло удачу.  Мечта моей жизни, казалось бы, исполнилась!  Ко мне пришли

успех, признание, деньги!.. В прессе меня стали называть звездой Бродвея. Но

той чистой, простой и нерасчетливой любви, которая была между мной и Венанцио

не стало.  Я потеряла ее. И тогда я решила встретиться с Венанцио, попросить у

него прощения и, если он простит меня за причиненные ему страдания, то я готова

следовать за ним, куда он пожелает. Вот поэтому я  дала объявление в газеты о

моем выступлении.  Нэд, ты не переживай. Даже если он не придет, то я все равно

буду петь. Я буду представлять, что он сидит где-то в зале и слышит меня.
Нэд (утирает юбкой  слезы). Как трогательно!..  Но  только освободите меня от

обязанности быть флорентийской девушкой!
Клодия.  Непременно, Нэд. Но прошу тебя, побудь еще немного в этой одежде. Как 

только  объявят выход Аниты, на сцену вместо тебя выйду я.
Нэд. Хорошо,  мадемуазель Да-Да. (Тяжело вздыхает.) Ради  вас я еще пострадаю!..
Клодия.  Спасибо, Нэд. Можно я тебя поцелую.
Нэд. С удовольствием, мадемуазель Да-Да! Главное, чтобы нас никто не застукал

за такой любезностью.  А то получится полный набор бульварных комиксов. 

Девушка целую девушку. Парень переодет в девушку…  В общем сплошная мешанина!
Поцелуй. Входит  Хадвин.  
Хадвин.  Что происходит в моем ресторане?  Прочь отсюда!
Клодия убегает.
Нэд. Сэр, взгляните на меня. Вот такой девушкой  я получился…  И если вас не

стошнит, то мне придется выйти на растерзание публики.
Хадвин.  Браво, браво, Нэд!  Когда ты целовался с незнакомой девушкой, то я

тебя сразу не признал. Повернись  вокруг себя. Неплохо! Я так думаю, что если

поднапрячься, то  в тебе можно будет отыскать сходство с той,  другой

Анитой!..  Вот только почему-то у тебя правая грудь значительно меньше

левой. Подложи  туда что-нибудь для равновесия. 

Нэд. Мне и так сойдет, сэр.
Хадвин.  Ну, вот что, милая, прекрати упрямиться!  
Нэд. Что? Милая?! Не забываетесь, сэр, что я мужчина!
Хадвин.  О, Нэд, извини! Конечно же, я виноват перед тобой. Но это все нервы,

нервы! Иди, Нэд. Иди, репетируй. А я пойду встречать посетителей.
Нэд уходит.


КАРТИНА 10.

Входят  донна Семпрония и Венанцио.
 
Хадвин.  Добрый вечер, донна Семпрония и  синьор Венанцио! Вот уж не ожидал

вас  сегодня увидеть...
Семпрония. Я тоже не горела желанием вас лицезреть.  Но это было настоятельное

пожелание моего сына.
Хадвин.  Донна Семпрония, прошу меня извинить, но сегодня ваш столик  как на

грех вам не принадлежит.

Семпрония. С какой это радости. Позвольте узнать.

Хадвин.  Я понадеялся, что вы пропустите этот вечер и пожертвовал его

представителю ...э-э-э… благотворительной  организации.  На благотворительные 

э-э-э… цели.  Да...

Семпрония. Отдайте другой столик. В ресторане всегда полно свободных мест.

Хадвин (радостно). Вы правы. Не буду перед вами лицемерить. Но сегодня ресторан

переполнен. А мое сердце наполнено  радостью! У нас неожиданная гостья. Звезда

мюзикла «Прекрасная  Флоренция»!

Семпрония. Подумаешь! Я  тоже из Флоренции. Но ваше сердце, синьор Хадвин,

отчего- то не взвеселилось моему приходу.

Венанцио. Мама,  не стоит  спорить с синьором Хадвином. Раз нет свободных мест,
 
значит, судьба подсунула нам  очередную неудачу.

Хадвин.  Как вы правы, молодой человек!
            
Семпрония. Кому это  нам? (Венанцио.) Говори точнее. Это твой проигрыш. Что за

мужчины пошли в нашем роду.  Когда-то они  убивали самих цезарей.  А теперь,

стыдно признаться, не могут завоевать сердце любимой.  Ты сам виноват, что не

смог доказать ей свою любовь.
 
Венанцио. Я   люблю ее, как и прежде. Но она исчезла. Думаю, что она вернулась
 
во Флоренцию. Я много раз умолял  тебя покинуть Нью-Йорк и возвратиться домой.

Так может случиться, что  я ее там вновь встречу!..
 
Хадвин.  Роскошные  слова! И чтобы долгожданная  встреча быстрее состоялась,
 
я принесу вам расписание  пароходов  из Нового Света в Старый свет.
Семпрония. Знаю я вас! Дай вам волю, и вы сумеете выпроводить нас и  на «Тот

свет».  Но я отсюда не уйду, пока не увижу расфуфыренную звезду мюзикла.
 
Хадвин.  Но уверяю вас, донна Семпрония, она совсем - совсем не

привлекательна! 
 
Семпрония. Не хитрите, синьор Хадвин! Как бы то ни было, но в Нью-Йорке о ней

многие говорят.   (Входит Нэд.) Боже мой, что произошло с вашим заведением,

синьор Хадвин? У вас сменилась … вывеска ресторана?
Хадвин.  Просто Нэд решил сегодня покомедничить. Посмешить публику!..

Нэд. Да. Честно скажу вам, давно мечтал повыкобениваться! И наконец, такой

случай подвернулся. Как здорово, что вы, донна Семпрония и синьор  Венанцио

сегодня пришли посмотреть на мое выдрючивание. Я надеюсь, что вы будете

довольны моими кривляньями!.. 

Семпрония. Я должна восхищаться вашими отвратительными выкрутасами?

Нэд. Да, потому что сегодня Анитой буду я!..

Семпрония. Матерь Божья! И вы смеете  об этом мне говорить! 
 
Нэд. Ну да!  Настоящая  Анита заболела и не сможет у нас выступить.

Мистеру Хадвину ничего не оставалось делать, как заставить меня быть звездой

Бродвея!

Хадвин.  Совершенно верно, Нэд!

Семпрония. Венанцио!  Мы уйдем отсюда прочь!  Я вполне чувствую себя еще

женщиной, чтобы не смотреть на мужчину в девичьей юбке и с накладными грудями.

Нэд. Но мистер Хадвин утверждает, что во мне можно найти сходство с Анитой.    
Семпрония  (Нэду.) У вас, милейший, что …  больше нечего показать?    
Это  неслыханная дерзость! По правде говоря, я разочаровалась в вас синьор

Хадвин!

Хадвин.  Это всего лишь мой пиар- ход, донна Семпрония!

Семпрония. Только без моего участия! Венанцио, позвони по телефону и

прикажи прислуге, чтобы наши вещи  отправили в порт.  

Венанцио. Хорошо, мама.

Семпрония. А вас, синьор Хадвин, я  попрошу оказать мне последнюю

любезность.

Хадвин.  О! Ну зачем же так грустно!

Семпрония. Помолчите! Закажите нам две каюты первого класса на ближайший

парохода во Флоренцию. И чем быстрее мы покинем Америку, тем лучше будет это

для Италии!  
Венанцио и Хадвин  выходят.

Нэд. Я вас умоляю, донна Семпрония, останьтесь хотя бы  на полчаса.  Вы будете

в экстазе лично от меня  и в исступлении от увиденного номера!

Семпрония. Я не буду смотреть на ваше уродливое  фиглярство. Лучше выколите мне

глаза!

Нэд. Но зачем  мне вам выкалывать глаза? Будет выгоднее, если  я вам дам очки с

очень темными стеклами, и вы едва ли что увидите. К очкам прилагаются еще

затычки для ушей. Я надеюсь, что вы  ничего  не услышите. Такое удовольствие

вам обойдется всего в два доллара!

Семпрония. Какой вы, однако, предусмотрительный.

Нэд. Это всего лишь бизнес, мэм.

Хадвин (появляется). Ваш пароход отправится через час.

Семпрония. Благодарю, синьор  Хадвин. Придется здесь остаться, чтобы хоть как

то скоротать  время. (Нэду.) Ну, так и быть, воспользуюсь вашим предложением!..
 
Нэд (радостно). Однако мой бизнес может возродиться!

Семпрония. Венанцио, хоть ты уже и взрослый мужчина, но я бы тебе не советовала

глазеть на такое распутство.

Венанцио. Хорошо, мама.    
Венанцио послушно уходит за дверь.

Семпрония. Но прежде я хотела бы повстречаться с тем непочтенным господином из

благотворительного общества, который беспардонно захватил наши места.
Из курительной комнаты выходит Харрис и направляется в обеденный зал мимо донны

Семпронии.

Хадвин.  А вот и он!

Семпрония.. Синьор! Это вы позволили себе оттяпать мой столик?

Харрис. Мэм, я привык, что мне приписывают всякие нелепицы, но в этот раз

я выкупил его за пятьсот долларов.

Семпрония. Синьор Хадвин, так вот, значит, какие у вас благотворительные цели?

Хадвин.  Все эти деньги пойдут в фонд Общества по защите парнокопытных.

Семпрония (Харрису). Синьор, я надеюсь, что имею честь разговаривать с

настоящим джентльменом. И вам не составит  большого труда вернуть мне столик

обратно.

Харрис. Мэм, как я погляжу, вы самоуверенная дама.

Семпрония. А какой, по-вашему, должна быть  дама из семьи Децима  Брута?
 
Одного  из убийц Юлия Цезаря!
Харрис. Мэм, вы ничего не перепутали? Вы больше смахиваете на сельскую
 
тетушку. Поверьте мне, роль убийцы  это не ваше амплуа.  (Радостно.)  А-а-а!

Я понял! Вас нанял старина  Хадвин сегодня выступить на эстраде в роли

клоунессы?

Семпрония. Уважаемый синьор, не сочтите за честь назвать мне ваше имя.

Харис.  Старина Харрис.

Семпрония. Старина Харрис, вы нарушили кодекс чести благородных людей.

Причем, согласно дуэльному  Кодексу, вы нанесли мне оскорбление первой

степени. 

Харрис. Послушай, старина Хадвин, что за клоунаду ты здесь устроил?  А-а-а!

Так, значит, представление уже началось? Без меня. Ну, что ж, тогда и я вступлю

в игру, чтобы наверстать упущенное удовольствие! Начнем с невинной шалости!

Подходит к донне Семпронии и неожиданно срывает с нее шляпку; надевает ее себе

на голову. Корчит лицо и заразительно смеется.               
Ну, как вам мое начало? Молодец, старина Хадвин! Твое желание привлечь больше

клиентов меня радует. Но все равно твой ресторан рано или поздно будет моим!
Ха-ха-ха! Вот такой у меня прикол! А что?! Я тоже люблю иногда пошутить!

Семпрония. А теперь, старина Харрис, согласно дуэльному Кодексу, вы нанесли

мне оскорбление второй степени.

Стаскивает с головы Харриса свою шляпку.

Харрис. Потрясающе заумная  бабенка!  
Треплет донну Семпронию за  щеку.

Вы мне симпатичны! Так вы, в самом деле, из Италии? Похоже! 

Семпрония. Очень  жаль, старина Харрис,  но мне ничего не остается делать как

вызвать вас на дуэль!   

Харрис. Дуэль? Забавно, мэм! Вы еще помните дуэли?

Семпрония. О, да! В свое время мне приходилось наказывать десятки взорвавшихся

наглецов! Впрочем, рука у меня  до сих пор  еще крепка!

Харрис.  Забавно!.. Вы мне все больше и больше нравитесь!.. Но дуэль- это какая-

то драка на шпагах, пистолетные  выстрелы…

Хадвин.  Отступать некуда, старина Харрис. Затронута честь женщины. Перед

тобой графиня донна Семпрония!

Харрис (себе). По-моему, я допустил роковую ошибку. Ну что ж, я согласен на

дуэль. Будем стреляться из пистолетов!
Достает из кармана внушительного размера пистолет.

Хадвин.  Не торопись, старина Харрис. Выбор оружия принадлежит оскорбленной

стороне.

Харрис (себе).  Какое бы она не выбрала оружие, но я уже убит этой женщиной

прямо в сердце!..

Семпрония. Я выбираю помидоры.

Хадвин.  Что? Я не ослышался? Помидоры!

Харрис. Какие только не бывают капризы у знатных дам!

Семпрония. Если в дуэли повезет вам, старина Харрис, то сегодня я поужинаю

своей шляпкой, доставшейся мне от моих предков еще со времен Юлия Цезаря. Если

побеждаю я, то вы с извинениями лично приносите  сюда мой столик.

Харрис. Нэд, подай блюдо и столовые приборы. А впрочем, вилки и ножа

будет достаточно. Вы мне стали симпатичны, мэм! Мне очень жаль, но  сегодня
 
у вас на ужин будет ваша  собственная шляпка!

Семпрония. Не болтайте так много, старина Харрис, иначе у вас собьется дыхание.

Думаю, что на каждого по два выстрела вполне достаточно. Синьор Хадвин,

принесите сюда помидоры. Желательно, чтобы «патроны»  были перезрелыми!
 
Нэд сочувственно  раскладывает вокруг блюда столовые приборы. Семпрония 

снимает  шляпку и кладет ее на блюдо. Хадвин принес помидоры. Харрис 

решительно снимает пиджак, закатывает рукава на рубашке. Донна Семпрония и

Харрис  пристально смотрят друг на друга.   

Харрис. Нэд!

Нэд. Да, сэр.

Харрис. Принеси  бутылку  самого дорого вина.

Нэд. Слушаюсь, сэр!
Уходит за вином. 

Харрис (себе).  Она потрясающая женщина!.. Как же я сразу не заметил. (Всем.)

Возьму на себя смелость предложить после дуэли отметим нашу общую победу.

Кто бы ни победил   в этом эксцентричном поединке. Вы не будете против, мэм?

Семпрония. Старина Харрис, вы начинаете мне тоже нравиться. И все же, начнем

нашу дуэль.

Хадвин.  Напоминаю вам, что стреляться можно только после счета «Три».

Сходимся. «Раз, два, три»! 
Харрис преднамеренно бросает помидор в Хадвина. Донна Семпрония 

демонстративно  бросает помидор вверх, который невероятным образом  тоже

попадает в Хадвина.
 Что-то,  Нэд задерживается с бутылкой вина… Остался последний выстрел.

Харрис (улыбаясь).  Не торопись, старина Хадвин. Это была всего лишь игра.

Не буду же я и впрямь сражаться  на помидорах с женщиной.
Семпрония. Вы правы, старина Харрис. Это была игра и с моей стороны.
 
Радостно вбегает Нэд, поднимает вверх бутылку с вином.
Нэд. А вот и вино, мистер Харрис!

Хадвин.  Подожди, Нэд! Дуэль еще не закончена. Итак, выстрел второй
 
и последний. Только позвольте мне сначала отойти в сторонку. Сходимся. «Раз,

два, три»!

Харрис бросает помидор в Хадвина. Донна  Семпрония бросает свой помидор в

Нэда. 

Семпрония. В свое время я была лучшим стрелком  помидорами среди  женщин

Флоренции.

Харрис. Наша  дуэль закончилась в вашу пользу, донна Семпронии. Открывай вино,

Нэд.

Нэд (радостно). С большим удовольствием, сэр!

Семпрония. Подождите, Нэд. Старина Харрис, не стойте возле меня. Я жду, когда

вы выполните условия дуэли и принесете из зала мой столик.
Харрис уходит в обеденный зал и, пыхтя, выносит стол. За ним следом  несет два

стула Нэд.

Мой высокий статус не позволяет мне публично присутствовать на столь

сомнительных  мероприятиях. Я буду сидеть здесь. Старина Харрис, на правах

победительницы, я попрошу вас присесть рядом со мной.  Как мы и решили, все

вместе отпразднуем мою победу.   

Харрис (робко садится возле донны Семпронии). Кто бы мог подумать, что я еще

способен так обезумить  от  женщины. Но какова бабенка!..

Хадвин.  Как я вижу, все готовы. Иди,  Нэд, дружище, и начинай ломать комедию… 

то есть я хотел сказать… начинай  комедничать… то есть, одним словом, начинай!

Нэд. С удовольствием, сэр! Вы будете  все очарованы и потрясены моей  Анитой!

Семпрония. Где-то здесь были очки, и затычки для ушей!

Торопливо надевает очки и вставляет в уши затычки.

Хадвин.  Да уж... Единственно, что мне осталось так это найти безопасное место,

чтобы спрятаться от разъяренной публики!..

Хадвин уходит. Раздается мелодия. А потом голос Клодии.  В какой-то момент

двери обеденного зала открываются, а следом открывается и дверь, куда уходил

Венанцио. Клодия и  Венанцио сближаются, раскрыв  свои объятия,  друг  для

друга.

Семпрония (встает между ними). Эй-эй, мой мальчик, Венанцио, опомнись!  Ты 

разве  уже не любишь и не тоскуешь по  своей флорентийской девушке.

Венанцио. Это и есть моя девушка!

Харрис. Я впервые радуюсь, что они живы!

Семпрония. Ты мне даже не намекал, что у тебя в Нью-Йорке есть девушка.

Клодия.  О, Венанцио! Ты и вправду ничего не говорил обо мне своей матери?

Венанцио. Нет. Честно говоря, моя мамочка день и ночь требовала от меня, чтобы

я немедленно женился и подарил ей продолжателя нашего знаменитого рода. Я устал

обманывать свою мать, что я скоро представлю ей свою невесту. Я все время искал

девушку, которую я буду любить больше жизни. Однажды я познакомился с Клодией,

простой флорентийской девчонкой. В голове у нее были розовые проекты и голубые

мечты стать звездой Бродвея!.. Я воспользовался ее фантазией, и мы сбежали с

ней в Америку. Я хотел найти свою настоящую  любовь. И я ее нашел!

Семпрония. Так вы звезда Бродвея Анита? Или флорентийская девушка моего

ветреного сына?

Нэд (в своей одежде). Точнее, пришибленного! 

Хадвин.  Пришибленного?

Нэд. Что вы от него хотите? Парень  чудом выкарабкался из автоаварии, причем,
без единой царапины!

Харрис. Аварии? Клянусь, это не моя работа! 
Семпрония. О, мой бедный мальчик! Почему ты не сказал мне об этом?
Нэд. Здесь нет ничего удивительного, донна Семпрония, у него провалы в памяти.

Синьор Венанцио, вам удалось сочинить отчет в стихах  для страховой компании?

Венанцио. Не  обращай  на него внимания, мама. На Нэда  упал мешок со

строительным мусором и у него начались провалы в памяти.
Нэд. У меня? Как мне сказала  мадемуазель Да-Да, это у вас  провалы в памяти.
Венанцио. Вот уж не думал, что ты такой фантазер, Нэд! Кики утверждала, что как

раз на тебя упал мешок с мусором. И это у тебя начались провалы в памяти.
Семпрония. Еще чуть-чуть и у меня самой начнутся неполадки с головой!  Здесь

упоминали двух дам. Одна имеет для меня знакомую кличку  Кики, а вторая

вульгарное  имя мадемуазель Да-да!  Кто эти дамы? Они пытаются, как видно, нас

одурачить. Где я могу их встретить?

Клодия.  Простите,  донна Семпрония. Мое имя Клодия...

Семпрония. Очень красивое имя! Многих девушек так зовут у нас во Флоренции.
А вы здесь причем?

Клодия.  Мое имя Клодия. Венанцио зовет меня Кики. Нэд меня знает как

мадемуазель Да-Да.  На сцене Бродвея я получила прозвище Анита. Это я, чтобы

меня взяли петь в ресторан  «Бедная овечка», вынуждена была придумать слезливую

историю про Венанцио для  Нэда. А для Венанцио о Нэде. Он стал ревновать меня к

Нэду, и  я повторила ту же историю, но только поменяла местами пострадавших.

Там у меня был Венанцио, а здесь жертвенной фигурой стал Нэд. Мне остается лишь

только молить бога, чтобы Венанцио и Нэд простили меня за такую несуразицу. Я

люблю вашего сына Венанцио, донна Семпрония. И я  буду его умолять, забыть наш

раздор, чтобы он простил меня. Венанцио, наше  размирье  закончено! Я  готова

оставить  здесь в Нью-Йорке  все свои имена, чтобы я вновь была для тебя ни

Анита, ни мадемуазель Да-Да и, даже ни Клодия, а так, как ты всегда меня 

называл -  Кики!

Венанцио. Кики, крошка, я люблю тебя!

Раскрывает руки для объятия. Кики бросается к нему. Поцелуй.

Семпрония. Ну, вот и отлично! Кстати, и вино как раз пригодилось. Я предлагаю

поблагодарить старину Харриса. Это была его отличная идея заказать  вино!
Харрис. Ах, мэм, я так польщен вашим вниманием! Нэд, открывай бутылку. Есть

повод выпить.

Нэд открывает бутылку, разливает вино. Все пьют.
Семпрония. Будем считать, что помолвка состоялась.
 
Все поздравляют молодых.

Сегодня мы, наконец-то, отправимся домой во Флоренцию, и там отпразднуем

свадьбу.

Клодия.  Донна Семпрония, я вам безмерно благодарна за ваш великодушный 

поступок. Я искренне вас буду любить. У меня уже давно нет родителей. Я

потеряла их еще в раннем детстве!..

Семпрония. Милое мое дитя… Могу ли я после свадьбы вас называть дочерью?

Клодия.  Я буду счастлива, донья Семпрония! В  свою очередь, вы разрешите

мне звать вас мамой.

Семпрония. О, лишь только за одно это слово я буду всю жизнь благодарить

святую Мадонну, покровительницу Флоренции, что она ниспослала мне еще и дочь.

А может быть уже и?..

Венанцио. Все может быть, мама!

Клодия.  Мы будем очень стараться, чтобы вас не огорчить!

Семпрония. Наш пароход отходит через полчаса. Синьор Хадвин, вы разрешите

на несколько минут воспользоваться вашей личной комнатой? Нам нужно привести

себя в порядок и отправляться  в порт.

Хадвин.  Буду только вам признателен, донна Семпрония!
 
КАРТИНА 11.

 Все уходят, кроме Хадвина, Харриса и Нэда.

Хадвин.  Я надеюсь, старина Харрис, что ты доволен сегодняшним вечером?

Харрис. Все в свое время, старина Хадвин. Но у меня не пропало желание отобрать

ресторан «Бедная  овечка», а потом выбросить  тебя на улицу!

Хочет  уйти.

Нэд. Мистер Харрис, сэр! У меня к вам есть деловое предложение.

Харрис. Что у тебя?
Нэд. Сэр! У меня есть письменное признание мистера Хадвина, в котором он

обвиняет вас, что вы отдавали команду своим молодчикам  убить синьора  Венанцио

и мадемуазель Да-Да.

Харрис. Ты хочешь сказать, что старина Хадвин подписал себе смертный приговор.

Нэд. Вероятнее всего, сэр.  Но если честно, меня нисколько не волнует судьба

мистера Хадвина.

Харрис. А что тебя волнует?

Нэд. Деньги, сэр! А точнее, какова цена вот этой салфетки?  На ней  подробно

записаны все слова мистера Хадвина, направленные против вас, сэр.

Хадвин.  Я думаю, Нэд, что ты по старой дружбе уступишь мне салфетку за сто

долларов. Насколько ты помнишь, она стоит всего десять центов.

Нэд. Сэр, но вы с меня взяли один доллар.

Хадвин.  Нэд, я стыжусь за свой необдуманный поступок.

Харрис. Дружище, вот тебе тысяча долларов. И постарайся  слинять из Нью-Йорка.

Хадвин  (быстро). Десять тысяч, Нэд. Давай салфетку сюда!

Харрис. Пятнадцать!

Хадвин.  Двадцать!..

Харрис. Вот возьми чек, Нэд!  И закончим этот не нужный торг. Здесь сто тысяч

долларов. Старина Хадвин, у тебя есть чем ответить?

Хадвин.  Нэд, и ты согласишься передать салфетку старине Харрису? Твой поступок

подл и ужасен!

Нэд. Что поделаешь, сэр.  Говоря вашими словами: « Бизнес не терпит

милосердия». Прощайте, сэр!

Достает салфетку и плачет, укрыв ею лицо.

Харрис. Не надо! Не надо запугивать бедного Нэда, старина Хадвин. Он даже

посинел от страха. Держи чек, Нэд. Он твой. Не думай о совести. Ты  можно ее

купить за те деньги, которые я тебе только что  отвалил. И давай сюда салфетку.

Происходит быстрый обмен. Нэд берет чек, а Харрис салфетку. Оба  прячут

обменные предметы во  внутренний  карман своего пиджака.

Торг закончен, господа!

Нэд. Прощайте навсегда, мистер Хадвин!.. Скажу честно, вы были для меня не

самым худшим хозяином.

Заходит в телефонную будку и плотно закрывает дверь.

Харрис. Я думаю, что у тебя не осталось выбора, старина Хадвин  как собрать

вещи и покинуть мой ресторан. Даю тебе десять секунд. Ну, так и быть…  На

прощание даю тебе двадцать  секунд. А я пока выпью твой чудесный кофе. Хотя, я

ошибся. Он уже мой!

Хадвин.  Хочу тебя разочаровать, старина Харрис. Синьор Венанцио успел 

запатентовать свой рецепт приготовления кофе. Все права  на него он увозит с

собой.

Харрис. Тем более, дай мне в последний раз насладиться его чудесным вкусом. Так

что время пошло, старина Хадвин!

Хадвин.  Придется, старина Харрис, тебе самому спуститься на кухню. 

Харрис. Как скажешь, старина Хадвин.

Хадвин исчезает за дверью обеденного зала, Харрис за дверью, которая ведет на

кухню. Входят донна Семпрония, Венанцио, Клодия.  Из телефонной будки выходит 

Нэд.

Венанцио. Мы уезжаем, Нэд. Прощай!

Нэд. Не подскажите, какие у вас номера кают?
Семпрония. 35, 36. Первого класса.
Клодия.  О, Нэд, как любезно с твоей стороны, что ты решил нас проводить.

Нэд. Вы правы, мадемуазель. Я решил вас проводить прямо до Флоренции!

Удивительное совпадение. У меня тоже билет в первом классе, а номер каюты 37.
Семпрония. Нэд, но что ты собираешься делать во Флоренции?

Нэд. Я тут чуть-чуть разбогател. И теперь в мои планы входит купить 

заброшенный театр, о котором так трогательно мне рассказала мадемуазель Клодия.

Я устрою в нем первоклассное шоу и назову его «Бродвей». Мадемуазель Да-Да, я 

приглашаю вас стать  звездой «Бродвея»!

Клодия.  О, Нэд! Я тебя обожаю!

Венанцио. Нам надо поспешить, до отплытия парохода остались считанные минуты.

Семпрония. Ариведерчи, Америка!
Венанцио. Прощай, Нью-Йорк!
Клодия.  Чао, Бродвей!

Нэд. Привет, Флоренция! Привет, «Бродвей»!

Все поспешно уходят. Входит Хадвин с вещами и  Харрис со стаканом кофе.

Харрис. Раз ты уже здесь, старина Хадвин, то я займусь своим любимым делом.

Начну считать  до десяти.

Достает из кармана салфетку.

Я думаю, старина Хадвин, что тебе не придется утирать слезы этой салфеткой, где

ты так  неосторожно  разоткровенничался обо мне? Что это такое!? Одно сплошное

чернильное пятно! И больше ничего не осталось?!
Хадвин.  На салфетки остались слезы Нэда, когда он прощался со мной. Вот

почему  его лицо посинело! И вовсе не от страха, как тебе показалось, старина

Харрис. Браво, Нэд! Я всегда знал, что он пронырливый малый!

Харрис. Я его поймаю и заставлю съесть эту паршивую салфетку, а уж потом….

Хадвин.  Не отчаивайся, старина Харрис. Ты войдешь в историю Америки, как самый

безумный посетитель моего ресторана, заплативший за десятицентовую салфетку сто

тысяч долларов!

Харрис. Я его живым сброшу со сто второго этажа  Импайр стейт  билдинг!

Гудок парохода.

Хадвин.  Поздно! Слышишь! Это прощальный сигнал подали с  парохода

« Беренгария ». Он вышел из нью-йоркской гавани  и взял курс на Италию!

Харрис. И я за ними в Италию!

Хадвин.  Ха! Не будь младенцем, старина Харрис! Местная мафия своих героев в

обиду не даст!
Харрис. И все же я поеду  в Италию. Старина Хадвин, я закрываю свой

ресторан «Хромой попугай» и немедленно уезжаю во Флоренцию! Брошусь к ногам

донны Семпронии и буду умолять ее, чтобы она взяла меня в мужья! Ну не сможет

такая женщина мне отказать!

Харрис быстро  уходит из ресторана.

КАРТИНА 12.

Хадвин.  Напрасно суетился. Собирал вещи. Хотя видимо, придется сворачивать

свой ресторанный бизнес. Все разбежались. Кофе «Да», ради которого многие

посетители  приходили в «Бедную овечку»,  теперь без разрешения синьора

Венанцио я не смогу предложить своим клиентам. (Стук в дверь.) Кто там?
Посыльный (за дверью).  Пакет мистеру Хадвину от синьора Венанцио.

Хадвин.  Подсунь пакет под дверь, парень.

Посыльный. Подсуньте под дверь один доллар чаевых за доставку пакета.    
Хадвин роется в карманах.

Хадвин.  У меня набралось только 85 центов…

Посыльный. Подсуньте 85 центов под дверь. Будете мне должны еще 15 центов.

Зайду за ними в следующий раз.

Обмен. Хадвин вскрывает пакет.

Хадвин.  Что тут? О Боже! Это патент на кофе «Да» на мое имя!  Эй, парень, ты

еще здесь?

Посыльный. Конечно! Не могу же я сразу исчезнуть, не пересчитав  чаевые. У меня

деньги счет любят.

Хадвин открывает дверь. Перед ним стоит посыльный,  как две капли воды, похожий

на  Нэда, но только он  одет по- другому. 

Хадвин.  Послушай, а тебя как зовут? Нэд!

Посыльный. С чего вы взяли, сэр? Меня зовут Коди.

Хадвин.  Послушай,  Нэд, то есть, Коди!.. Я хочу предложить тебе место официанта

с хорошим жалованьем.  Ты, согласен?

Коди.  Еще бы, сэр! Заполучить такую классную работу- это мечта любого парня.
Хадвин.  Держи тогда фартук, Коди.  Приступим к работе прямо сейчас.

Коди.  Есть, сэр.
Хадвин.  Мы должны с тобой все привести в порядок, чтобы к завтрашнему

дню «Бедная овечка» выглядела  привлекательно.
Коди.  Скажу вам откровенно, сэр, с таким грустным названием не очень- то

хочется заходить в ваше заведение.

Хадвин.  Пожалуй, ты прав, парень! Завтра возьмешь из кассы  пять долларов  за

хорошую идею.

Коди.  Отличное начало мой карьеры, сэр!

Хадвин.  Мы с тобой, Коди, сегодня ночью закроем ресторан «Бедная овечка».

Коди.  Как же так, сэр. Вы только что наняли меня на работу.

Хадвин.  Не волнуйся, парень. Мы завтра  утром откроем наш ресторан, но только

под другим именем.

Коди.  И как он будет называться, сэр?

Хадвин.  «Прекрасная Флоренция»!      
©
ЗАНАВЕС

E- mail: yuri@butunin.ru