По ту сторону

Бывает, умираешь.

Над тобой священник что-то говорит, ты читаешь про себя молитвы и готовишься встретить её… Смерть. Старуху в черном балахоне и с косой, которая отведет тебя к последнему речному пути, за которым вечность.
Всё благочинно и церемониально. Рядом родня. Серьезность и трагизм ситуации ощущается каждой клеткой, атмосфера пропитана мистическим чувством приобщения к неизведанному и потустороннему. Торжество неотвратимого довлеет и сжимает сердце, но остается надежда в другом мире увидеть то, что было сокрыто в этом. То, что другой мир существует, в такой атмосфере и в таких условиях кажется естественным и не подлежащим сомнению. Как будто половина тебя уже погружена в него, тогда как другая половина делает прощальный взгляд на то, что такими глазами больше никогда не увидит.

И всё. Нить жизни обрывается, душа видит мертвое тело, не способное больше служить ей вместилищем. Вокруг преображенный мир: все плывет в полутонах, контрасты размыты и сложно ориентироваться. Проходит минута, и приближается силуэт. Это она – смерть собственной персоной.

Подплывает какое-то разноцветное чудо с накладным красным носом, в дурацком колпаке с бубенчиками и с жизнерадостной улыбкой. «Привет!» - говорит – «Ты очень кстати, ещё вчера тебя ждали. Пошли».

Стою, как дурак. Смотрю на клоуна и пытаюсь себя ущипнуть. Бесполезно.
Тут, вдруг, начинаешь чувствовать себя обманутым. Какого хрена? Где старуха с косой, или, на крайняк, череп в балахоне? Кого за мной тут прислали? Где книга жалоб?

Но книги жалоб тут, почему-то, нет. Клиентский сервис вообще не развит. Самое время отвыкать от земных категорий и начинать мыслить категориями потусторонними. Дело за малым – понять, что тут за категории вообще.

Потом шагаешь вместе с этим радостным клоуном, портящим весь пафос ситуации, сквозь силуэты стен, плавающих в пустоте, и выслушиваешь его байки про то, как вчера были готовы встретить меня с ковровой дорожкой и фанфарами, но я опоздал. Теперь, дескать, дорожки и фанфары утащили к другим – которые идут четко по графику и не выпендриваются. Но и я не выпендривался – так случайно вышло. Да и дорожек с фанфарами я не рассчитывал увидеть, о чем ему и доложил.
«Ну, не знаю» - отреагировал клоун – «Позавчера встречали знаменитую актрису светскую львицу, так та ругалась и скандалила, мол, дорожку ей, и фанфары ей! И где толпы поклонников?!». Удивился я, но промолчал – всякое может быть.
«А где старуха с косой?» - спрашиваю.

«Вчера тебя встречала с фанфарами и дорожкой сквозь привычный вам тоннель. А сегодня занята, других принимает. Тоннель тоже свернули и унесли в силу твоей неблагонадежности. Так что никаких полетов со спецэффектами не будет, обойдешься. И вообще, пришлось мне к тебе тащиться, чтоб к речке проводить. Скажи вообще спасибо, что хоть я пришел!» - клоун комично задрыгал головой и зазвенел бубенчиками – «А то сам бы добирался. Ещё и не добрался бы, поди, до суда своего. Вот смеху бы было!».

«А я в рай попаду или в ад?» - осторожно задаю очередной вопрос.
«А я откуда знаю? Мне было велено тебя к переправе отвести да утешить, дав сполна погрузиться в мир послесмертия!» - важным голосом сообщил клоун и натянул идиотско-серьезное выражение лица. От такого «послесмертия» я схватился было за голову, но вовремя опомнился. Может, тут так принято просто…
«Так утешь меня. А то всё вышло не так, как я думал. Не могу теперь погрузиться сполна» - предложил я клоуну, но чувствовал, что это не очень ладная затея. Я из-за таких вот затей ещё при жизни настрадался.

Клоун моментально бросился в пляс, исполнил присядку, гопака, что-то ещё несуразно-странное, а потом, обессилев, свалился мне на руки как барышня. Я попытался поставить клоуна на ноги, но тот рухнул оземь и начал рыдать с причитаниями о своей горькой судьбинушке. В этот миг мне представилось, как там сейчас родня убивается над моим телом, как батюшка что-то говорит им в утешение, как там всё трагично и душераздирающе… А у меня здесь клоун прыгает танцует звенит бубенцами и валяется, всхлипывая навзрыд про судьбу-злодейку. А вокруг плавают колонны в серо-пепельном мареве, и посередке я – большой неудачник. За мной даже нормальную смерть не стали посылать, ограничившись каким-то клоуном-неврастеником. Обидно, блин.

Дальше клоун идти отказывался категорически, ссылаясь на страшную усталость и тяжелое психическое состояние. И как я его только не увещевал и не ободрял, боясь не успеть к суду надо мной, но всё тщетно. Пришлось взвалить его на плечи и тащить на себе, слушая его указания куда идти: правее, левее, туда, сюда, бла бла. Иногда клоун, не прекращая рыданий, принимался мне рассказывать, как тяжко встречать вот таких, как я – чёрствых, нечувствительных и только о себе думающих эгоистах. И что ему давно уже пора в отпуск. Интересно, чем они тут занимаются, когда ходят в отпуск? Поди пузо греют на живописных курортах реки мёртвых. Клоуна спрашивать не стал, ну его.

И как-то непонятно мне было, что тут, собственно, происходит и почему я вообще должен всё это выслушивать, да ещё и тащить провожатого на себе. Мне всё по-другому рассказывали. Однако деваться было некуда, и я решил, что потом всё обязательно прояснится. Надо только добраться до суда. Правда, меня начало грызть опасение, что с таким развитием событий есть вероятность на суде встретить тёщу в судейской мантии и свирепым взглядом. Если так, то суд обещал и правда быть «страшным», как гласят представления. В иных случаях всё могло и обойтись. Может, кстати, зачтут в добродетель, как я тут нянчусь с их клоуном. И вообще, мне теперь тоже есть, что им предъявить: отвратительная организация встречи, абсолютно не совпадающая с анонсированной в рекламных буклетах.

Впереди замаячило что-то вроде реки, мерцающей в серости психоделических кустарников. Клоун потребовал поставить его на место, а в противном случае пригрозил написать на меня жалобу. На моё недоумение клоун пояснил, что рассматривает моё поведение как насилие, прежде всего эмоциональное. И вообще он не просил его никуда тащить, а хотел лишь немного отдохнуть. Пришлось подчиниться, и дальше мы пошли каждый на своих ногах.

До переправы дошли молча. Встали в паре метров от угрюмого плечистого силуэта в балахоне и застыли. Клоун моментально спрятался за меня и стоял неподвижно, стараясь стать невидимкой. Мне тоже стало как-то прохладно и неуютно. Кажется, вот как-то так всё и должно было быть с самого начала. Фигура в балахоне медленно развернулась ко мне лицом, испещренном глубочайшими морщинами на фоне бездонных пурпурно-пронзительных глаз.

Я силился выглядеть спокойно и уверенно, но где-то в глубине зарождалась мыслишка сорваться с места и сбежать вон за те плавающие в пустоте безразмерные колонны, за которыми не найдешь и стадо коров. Фигура же, вдоволь на меня насмотревшись, медленно сделала шаг в сторону, открыв передо мной дорожку, ведущую в его ветхую разваливающуюся лодку. «Ну вот, началось» - подумал я, восстанавливая сбившееся от волнения дыхание. Путь назад был заказан. И я сделал шаг…


Рецензии