Встречи. Сирена...

                СИРЕНА.

    – Это ваша горничная! Откройте, пожалуйста! Вы просили дополнительный комплект полотенец, – Марина терпеливо стояла перед закрытой дверью 620-го номера.
    – Ой, прошу прощения… – девичий юный голосок спешил из глубины комнаты, – телевизор громко сделала. Сейчас я… – стали возиться с замком. Справились. – Фуу… еле открыла.
    К изумлению горничной, на пороге стояла… старушка, божий одуванчик, с такими же пушистыми и взъерошенными волосиками!
    – А… полотенца… – проблеяла Мари, поразившись до глубины души: «По карте заселения один проживающий в номере. Откуда внучка взялась?» – Вы одни в номере? – всё-таки осмелилась спросить старушку.
    – Да. А… понимаю, – юно и трепетно рассмеялась. – Вас смутил мой голос. Но он мой, собственный, клянусь моей треуголкой! – из уст старушенции лет девяноста продолжали вылетать девчачьи слова! – Так уж причудливо распорядилась природа – оставила голос молодым, – забрав у опешившей девушки стопку полотенец, жестом пригласила в номер. – Пройдите, убедитесь – гостей не прячу, – голубые глаза смеялись так же задорно, как звенел юностью голосок.
    – Верю на слово, – горничная рассмеялась в ответ. – Сама частенько разыгрываю людей по телефону, но это дань нереализованной мечте стать актрисой!
    – Ооо… с телефоном у меня особые отношения, – занеся в душевую полотенца, постоялица вернулась к порогу. – Вы завтра в ночную? – увидев кивок, продолжила. – Тогда я Вам поведаю одну занятную и поучительную историю, – протянула ручку в приветствии. – Анна Аркадьевна я. Коренная петербурженка, хулиганка и бесчестный человек! – пожимая руки, рассмеялись. – Завтра покаюсь…
    – Согласна, – девушка умерила смех. – А я Марина. До завтра?
    На том и расстались.

    Вечером следующего дня в прохладном и полутёмном холле в правом углу, на группе кресел вокруг низкого столика, в мягком бежевом свете двух торшеров сидели четверо: Анна Аркадьевна – постоялица 620-го номера 6-го основного этажа гостиницы «Москва», Галина Горовая – дежурная по этажу, Марина и Евгения – две ночные горничные, оставленные бригадиром в виду возможного массового ночного выезда туристической группы путешественников из Вологды. Но, пока и намёка не было на столь массовый выезд, решили поговорить и выпить превосходного кофе, принесённого из знаменитого ресторана «Столичный».
    – …Так вот, Мариночка, возвращаясь ко вчерашнему разговору о юных голосах… – старушка приняла из рук Галины чашку свежезаваренного чая. – Спасибо, милая! Чудесно пахнет! Мёдом, липой и летом… – закрыв на мгновенье голубые глазки, даже раскраснелась от удовольствия. Поставила на столик, чтобы немного остыл. – Каюсь, я злобная и бесстыдная лицемерка, – сложив тонкие ручки на коленках, поникла седой головкой. – Начну, пожалуй, сначала…
    Откинулась на спинку мягкого массивного кресла, обвела красивыми миндалевидными глазами с тёмными ещё ресницами притихших девушек, вздохнула и начала рассказ.
    – Голос у меня – самостоятельное существо, и оно никак не считается и не считалось никогда ни с моим паспортным возрастом, ни с физическим состояние тела и здоровья. Он навсегда остался шестнадцатилетним. Пока я была относительно молода – это было не очень заметно. Потом люди вокруг меня то ли привыкли к нему, то ли из деликатности петербуржской не акцентировали на этом внимание. В общем, жила без проблем из-за него. Единственное, что раздражало – телефон. Всё чаще незнакомые люди стали говорить в трубку, чтобы я позвала маму, а потом, к старости – бабушку. Как могла, терпеливо объясняла, что это я и есть, только голос мой так искажает телефон. Так и жила, пока не случилось однажды непредвиденное, – сделав несколько глотков чая, продолжила. – Всё началось с новой квартиры. К зрелому возрасту, похоронив всех родных и любимых людей, мне стало одиноко в огромной трёхкомнатной квартире. Я обратилась к своему бывшему выпускнику, Саше Липовскому. Он вращался в среде маклеров – помог приобрести большую однокомнатную квартиру гостиного типа на Васильевском, а на разницу в цене обставил её и ещё на сберкнижку положил. Честный такой мальчик оказался! Его внучка часто у меня теперь гостит, присматривает. Лидочка… – тепло улыбнувшись, допила чай, села ближе к столику, положив на него сухонькие ручки с серебряными перстеньками. – Ей всё и оставлю. Мне осталось немного… Простите, отвлеклась, – окинула терпеливо слушающих девушек виноватыми глазками. – Так вот. Вскоре после заселения в квартирку, мне на телефон стали поступать разные ошибочные звонки; видимо, номер этот часто менял хозяев. Постепенно они схлынули, утратив ко мне интерес. И вот однажды телефон зазвонил вечером, часов в десять. Я уже смаковала последнюю чашку чая, помнится. Прошла в холл, села на пуфик, сняла трубку.
    – Алло, слушаю Вас!
    – Добрый вечер! А Инну можно к телефону? Это Олег её спрашивает.
    Голос был молодым и очень красивым. Настоящий такой, мужской, немного с хрипотцой, низковатый. В общем, заслушалась я.
    – Мне очень жаль. Но Вы, Олег, ошиблись номером. Извините, пожалуйста! – тянула разговор, стараясь ещё минутку послушать такой красивый мужской голос. Чем-то на моего покойного супруга тембром похож.
    – Ох… прошу великодушно простить меня! Видимо, неверно набрал комбинацию цифр. Лампочка в таксофоне не горит… – смутился, бедняга, так! – Надеюсь, я Вас не поднял с постели? Приношу свои глубокие и искренние извинения! – помолчал. – До свидания! Ещё раз прошу прощения…
    – Не стоит. Все мы живые люди. Не Ваша в этом вина, а халатность работников телефонного узла – не проверяют вовремя состояние оборудования, – рассмеялась. – И пора ещё совсем не поздняя – самое время поговорить с родными людьми. Всего Вам доброго, Олег!
    – Спасибо! – чувствовалось, что он не хочет прерывать разговор, но был воспитан и деликатен. – Спокойной ночи Вам! До свидания!
    – И Вам тёплых и нежных снов! До свидания! – помолчали и одновременно положили трубки.

    – …С того вечера я… стала ждать его звонка. Не поверите, девочки! Мне стал нужен этот голос! Я так и не смирилась с уходом моего Бориса и нашла вот такую замену его памяти – схожий голос. И знаете, что произошло? – Анна заалела нежным румянцем, стыдливо опуская глаза на стол. – Он раз в неделю обязательно опять «ошибался». Как это у него получилось, не знаю. Ведь ему пришлось перебрать не одну сотню комбинаций цифр! – девушки, улыбнувшись, согласно кивнули. – Но, видимо, Олегу так понравился мой голос, что он прозванивал всю цепочку, пока однажды не попал вновь ко мне. Когда позвонил опять, я старательно играла ту же сцену, что и в первый раз. Держалась дружелюбно и приветливо, ничем не привлекая, а просто слушая чудный и такой родной голос. Примерно на пятый раз «ошибки», Олег спросил моё имя и выпросил разрешение иногда звонить, – тихо и трепетно рассмеявшись, покачала головой. – Я себя ругала, понимая прекрасно, что парень заочно влюбился, а сказать ему правду никак не решалась. Да и не поверил бы он мне! Подумал бы, что хочу так отделаться от него и звонков. Не хотела травмировать душу милому человеку. Через пару месяцев нашего «голосового романа» он назначил мне свидание. Мне удалось вывернуть разговор таким образом, чтобы Олег описал себя и опознавательный знак, по которому его узнаю на довольно людной площади у Екатерининского сквера, – грустно вздохнула, кивком поблагодарила Галину за свежую чашку чая. Минуту нюхала его, закрыв глаза, но девушки понимали – ей трудно рассказывать дальше. – Я, надев новенький костюм от Шанель, приехала пораньше и заняла такую позицию на дальних скамьях, которая скрывала меня, но позволяла рассмотреть всех гуляющих милого уголка родного города. Он пришёл минут за десять до назначенного времени и встал у решётки, видимо, надеясь узнать меня самостоятельно. Олег был молод, высок, широк в плечах, темноволос, с красивым истинно русским лицом. Ох, девочки, какой же роскошный букет роз был в его руках! – даже прослезилась, вспомнив это. – Мало того, что роз было штук тридцать, никак не меньше, так они ещё и были рыночные, настоящие абхазские! И такого нежного розово-персикового оттенка, что я обезумела, точно… – покраснев, вздохнула. – Я же сказала, что бесчестна и бесстыдна. Что хотела-то… Увидеть обладателя чудесного голоса, так похожего на голос моего покойного Бореньки, и тихо уйти, потом попросить на телефонном узле сменить номер… – дрожащими ручками поднесла к губам остывший чай. Мари помогла деликатно, подала салфетку, когда Анна капнула на жакет. – Спасибо, милые. Я в порядке. Ему было тяжелее, уж поверьте… – виновато вздохнув, решила закончить рассказ. – Через двадцать минут поняла, что хочу получить эти розы. Ну, как девушка на настоящем свидании! Глупо, конечно, понимаю. И когда Олег сел на скамью, поглядывая на часы – я ведь на пятнадцать минут уже «опаздывала», тогда и подошла к нему сзади тихо.
    – Не оборачивайтесь, Олег, прошу! – мне нужно было ещё несколько минут, чтобы решиться на некрасивый поступок. – Всего пару минут!
    – Здравствуйте, Анна! – честно не поворачивал головы ни на сантиметр. – Рад, что пришли почти вовремя! Вы меня сразу увидели? Прошу прощения – только что сел, – поднял с колен букет роз. – Я же сказал, что буду с розами!
    – Вы сказали, что будете с розой! – рассмеялась от души. – А здесь – половина теплицы!
    – Только треть! – тоже так мило рассмеялся, и стал ещё больше похожим на моего мужа! Даже смех был схож. – Я оставил для следующего раза. Надеюсь, он будет.
    А я стояла и понимала, что заигралась. Как теперь прикажете выходить из тупикового положения? Повернуться и просто уйти – верх невоспитанности! Вздохнув, решила испить эту горькую пилюлю в одиночку и постараться не оскорбить чистых чувств мальчика.
    – Олег, Вы умеете проигрывать?
    – Терпеть не могу! – расхохотался, а потом вдруг насторожился. – Но умею держать удар, Анна. Не дитя давно. Понимаю, что чудес слишком мало в нашей жизни.
    – Вы можете мне обещать, что разочарование не сломает Вас? Если нет, я сейчас же уйду.
    – Клянусь.

    – Я уже не чаяла, как унести оттуда ноги, девочки! Но я хотела получить букет! – рассмеялись вчетвером. – Ради роз я оказалась способной на нехороший поступок, – поворчала на себя, залившись краской смущения и стыда.

    Подошла вплотную, закрыла руками его глаза.
    – Вы готовы, Олег?
    – Да, – положив букет на колени, медленно поднял руки и пальцами прикоснулся к моим кистям, обследуя. Они мало что могли ему сказать – я ухаживала за ними. – Можно уже открыть глаза? – голос его был так взволнован!
    У меня ушло сердце в пятки. Он подумал, что я – молодая девушка! Вздохнув, пока не снимая рук с его глаз, стала обходить скамью сбоку. Парень деликатно помогал мне, поворачивая руки, но не снимая их с лица. И вот когда оказалась прямо перед ним, мне… стало страшно. Набрав воздуха, решилась и медленно стала опускать руки. Не раскрыл сразу глаз. Дождался, когда совсем сниму ладошки, нежно их перехватил и, крепко сжав, открыл глаза.

    – Боже… девочки… как мне его в тот миг было жаль!
    Воспитание ему не позволило сразу убрать тёплую улыбку с лица и отбросить мои руки. Так их, бедный, и держал, только ещё сильнее сжал. Несколько раз переводил взгляд с моих рук на лицо, потом побледнел.
    – Я очень виновата перед Вами, Олег! – что мне ещё оставалось сказать? – Я не должна была Вас так бессердечно водить за нос! – заглянула в синие глаза. – Я хотела увидеть того, чей голос так похож на голос моего покойного супруга. Вы даже внешне многим на него походите, клянусь его памятью! Умоляю, не держите зла на старуху!
    – Анна! – смутился. – Не знаю, как Вас по батюшке? Я не сержусь. Я потрясён! Ваш голос…
    – Предатель, – поражённо только и выдохнула.
    – Нет, это не так! – замер, деликатно выпустил мои руки, встал и с поклоном преподнёс букет на раскрытых ладонях. – Они Ваши!
    – Я не могу их взять. Они приобретались для девушки Анны.
    – А я закрою глаза! – усмехнувшись, действительно их закрыл. – Анна, Вам нравятся эти розы?
    – Из-за них и осталась! – рассмеялась, не сдержавшись, от вида его озорного лица. – Хотела только посмотреть на Вас и тихонько уйти. Не устояла.
    Раскрыв глаза, Олег вручил букет и почтительно поцеловал мне руку.
    – Сирена!
    – Только сухопутная.
    – Мой корабль разбит вдребезги!
    – Петербург славен верфями – починим.
    Мы смеялись, касаясь друг друга плечами, а гуляющие люди оглядывались на нас и, наверное, думали, что бабушка с внуком анекдоты травят. Отсмеявшись, я попыталась уйти, но Олег предложил локоть, и мы пошли гулять. Шли медленно, что-то рассказывали, слушая с наслаждением голоса друг друга, останавливались, что-то рассматривали, опять шли дальше. Так и прошли сквер, площадь Островского, улицу Зодчего Росси, площадь Ломоносова, вышли на мост. Там долго стояли, не в силах расстаться. Парень часто закрывал глаза и слушал меня, загадочно улыбаясь, ввергая в краску смущения. Потом по моей просьбе проводил неспешно по набережной реки Фонтанки и Щербакову переулку к станции метро «Достоевская». Там и расстались, тепло обнявшись на прощание. Он вскоре уехал по распределению в Хабаровск…

    Старушка замолчала, загрустив, с трудом сдерживая слёзы, всё тяжело вздыхала и украдкой смахивала слёзы с уголков глаз.
    – Вот так мой голос стал проклятием и источником разочарования для людей. Мне скоро умирать, а он этого, кажется, делать не собирается! – рассмеялась сквозь слёзы. – А розы те стояли целый месяц. Никогда о таком не слышала! Стояли, пока он не покинул Петербурга…
    В уголке холла повисла пронзительная тишина, только со стороны мраморной лестницы ещё доносились голоса расходящихся из ресторана на седьмом этаже гостей и посетителей, да шумел лифт, развозя их по этажам старой столичной гостиницы…

               Апрель, 2014 г.                Дополнение к роману «Ждите ответа».

                Фото из Интернета.

                http://www.proza.ru/2017/03/12/1632


Рецензии
Ира, очень понравилось.

Надежда Байнова   23.08.2017 17:34     Заявить о нарушении
Спасибо сердечное, Надежда!
Старая история, но однажды вспомнилась уже не ушла. Пришлось написать и помянуть славных людей. Рада, что те события не потерялись за давностью лет. Тоже памятник эпохе и строю. )))

Ирина Дыгас   23.08.2017 17:47   Заявить о нарушении
Ира, а ведь неспроста мне попался ваш рассказик, что-то за ним последует. Со мной так часто случается, если что-то за душу берёт, то - жди продолжения.
С теплом,

Надежда Байнова   23.08.2017 17:59   Заявить о нарушении
Со мной та же петрушка. Сколько забытого навеяли чьи-то рассказы или стихи! Поражаюсь таким обрушениям и... лечу на крыльях вдохновения. Это и есть счастье - быть на одной волне, в одном информационном поле.

Ирина Дыгас   23.08.2017 20:08   Заявить о нарушении
На это произведение написано 15 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.