Путь в науку. Первый шаг

Владимир Крылов
     В конце четвёртого курса нас распределяли для преддипломной практики и последующей работы над дипломом. Я загрустил: в зачётке моей были, в основном, четвёрки, встречались тройки, и совсем изредка – пятёрки, и от распределения я не ожидал ничего хорошего. И вдруг услышал, что меня направляют в Физико-технический институт им. А.Ф.Иоффе АН СССР!!! В лабораторию оптики твёрдого тела, возглавляемую Е.Ф.Гроссом!!! К доктору физ.-мат. наук А.А.Каплянскому, которого очень хвалили!!!
     Это меня окрылило, и я решил накинуться на учёбу изо всех сил, чтобы не ударить лицом в грязь.
     В сентябре, на пятом курсе, вернувшись с очередной стройки, мы гуляли всем отрядом свадьбу в ДК им. Ильича на Московском проспекте. Парочка сформировалась летом в стройотряде, как часто бывало у нас на физфаке.  Жених был из зажиточной семьи и пригласил для музыкального сопровождения ансамбль. Это было очень необычно для наших студенческих свадеб: как правило, мы довольствовались магнитофоном.
     В то время в подобных ансамблях играли обычно парни лет восемнадцати – двадцати. На свадьбе же на сцену вышли с гитарами и барабаном мужчины лет около тридцати и очень интеллигентного вида. На барабане было написано какое-то странное название ансамбля: «МНС-105».
     Пока шло чествование молодожёнов и первые тосты, музыканты чего-то поигрывали. Но очень скоро алкоголь добрался до наших удалых молодецких голов, и нам захотелось самим показать, на что мы способны, благо, многие держали в руках гитару. Мы ринулись на сцену. Музыканты пытались сопротивляться, но что они могли против нескольких десятков разгорячённых алкоголем здоровых парней? Мы отобрали гитары и чуть ли не пинками выгнали их со сцены. Правда, тут же на сцене  было отключено электричество, и гитары замолкли.
     Примерно через месяц мне, наконец, оформили пропуск в Физтех, и  я с трепетом вошёл в жёлтое двухэтажное здание. 
     Александр Александрович Каплянский принял меня очень приветливо. Он выглядел вполне в соответствии с моим представлением о больших учёных. В процессе разговора деликатно спросил о моих оценках в зачётке. Я скромно ответил, что там не все – пятёрки. Он не стал уточнять. Я был впечатлён такой деликатностью.
     - Сейчас я познакомлю вас с вашим научным руководителем, – произнёс Александр Александрович, завершая беседу.
     Вошёл высокий молодой человек, и я, похолодев от ужаса, узнал в нём ритм-гитариста, у которого я в ДК им. Ильича отнимал гитару!
     - Володя, – демократично представился он, протянув мне руку. – Пойдёмте в нашу комнату.
     «Кажется, не узнал!» - пронеслось в моём мозгу.
     Мы вошли в комнату, заставленную приборами и какими-то большими стеклянными сосудами с двойными стенками (это оказались сосуды Дьюара для экспериментов с жидким азотом или гелием, с вакуумом между стенками  для уменьшения теплопроводности).
     «Вот как выглядит научная лаборатория!» - подумал я.
     Из комнаты дверь вела в соседнюю смежную комнату. Она открылась, из неё стремительно вышел бас-гитарист из ДК им. Ильича и на ходу сунул мне руку:
     - Слава. 
     Я обомлел. Но он тоже не узнал меня.
     Впоследствии я вошёл в качестве ритм-гитариста в состав «МНС-105» (я узнал, что МНС – это общеупотребительная аббревиатура названия должности «младший научный сотрудник», а 105 рублей – зарплата на этой должности).
На фото - автор.