Моисеенко Григорий Яковлевич

Мы — кузнецы, и дух наш молод,
Куем мы к счастию ключи!
Вздымайся выше, тяжкий молот,
В стальную грудь сильней стучи!

  Перед моими глазами пожелтевшие листки бумаги, страницы чужой памяти. Памяти человека, которого уже нет с нами, но его слова до сих пор можно прочитать. Он переживал, что о его родственнике и друге детства забудут,или исказят память о нем. В этом очерке я передаю всем его воспоминания.

 ВОСПОМИНАНИЯ
 О МОИСЕЕНКО ГРИГОРИИ ЯКОВЛЕВИЧЕ,
 ГЕРОЕ СОВЕТСКОГО СОЮЗА.



  "Деревня Тюлики, была небольшой, всего 35 крестьянских рубленых изб, в
большинстве, крытых соломой. Ютились на глинистом пригорке. Вокруг лежали
омшары и болота с чахлым кустарником. Их дополняли мелкие овраги, скупые
луга и нивы. Земля родила плохо, была усеяна булыжником. Крестьяне жили
бедно, у многих не хватало хлеба до нового урожая. Не все имели корову и
другой скот, нечем было кормить.
 
  Отдаленность от городов (62 версты от Смоленска и 25 верст от Поречья)
сказались на культуре людей. На всю деревню было только два человека,
умевших читать и писать. Яков Егорович-отец Григория Яковлевича и учитель.
Два класса церковно-приходской школы, ютившиеся в избе учителя, венчали образование мальчиков, но не всех. Что же касается девочек, то все они
оставались неграмотными. Считалось неприличным девочкам посещать школу,
им ни к чему грамота. Их удел, как и удел их матерей: жать жито, прясть пряжу,
ткать полотна, вести домашнее хозяйство, рожать детей и безропотно
повиноваться мужу.
  Всей духовной жизнью деревни занималась церковь, расположенная в пяти
верстах, в селе Преображенском. Газет никто не выписывал, радио не было. О
всех событиях узнавали из устных рассказов.
  Все религиозные праздники отмечали кутежами и драками. Особенно
престольный праздник "Спаса". Самогон и слезы лились рекой, единственная
гармонь надрывалась до хрипоты. Песни и стон стояли над деревней несколько 
дней, а то и всю неделю. Невежество и нужда, всю свою злобу вымещали на
ближнем.
 
  В такой окружающей среде начинал свою жизнь Григорий Яковлевич Моисеенков. Его отец, Яков Егорович имел в сравнении с другими крестьянами более прогрессивные взгляды. Одаренный острым и пытливым умом, он
самостоятельно научился читать и писать. Пользовался большим уважением односельчан, давал им советы, рассказывал о предстоящей неизбежности революции, конечно, интерпретируя отдельные события по-своему, как подсказывал ему его собственный разум.
   Земли у Якова Егоровича было мало, а семья большая: трое сыновей друг друга меньше, да он с больной женой. Жена умерла, когда самому младшему,Грише, исполнилось четыре года. Умерла она в Смоленской больнице и была похоронена на больничном кладбище. Муж узнал об этом через две недели, когда приехал в Смоленск навестить больную.
  Яков Егорович вторично не женился. Он всю жизнь посвятил детям, стараясь дать им образование. Но нужда сковала возможности, дети окончили только 2 класса церковно-приходской школы. Чтобы прокормить детей Яков Егорович
портняжил, лечил домашних животных, шил конскую сбрую, делал колеса. Сам готовил пищу, стирал о латал детскую одежду, шил обувь.
  Когда женился старший сын Герасим и подрос средний Демьян, Яков Егорович от непосильного труда заболел и вскоре умер, в возрасте 52 года. Григорий Яковлевич глубоко переживал смерть отца. Он сразу повзрослел. Он почувствовал, что лишившись отцовской заботы, надо самому. устраивать свою жизнь, самому выбирать дорогу.
 Шестнадцатилетним мальчишкой Григорий Яковлевич покидает деревню и уезжает на Урал. Там он работал рабочим на стройке.
  Григорий Яковлевич еще в раннем детстве мечтал стать военным. Он с
увлечением читал книги о подвигах русского народа. О великих полководцах, о
героических битвах. В кругу своих сверстников он предпочитал военные игры
всем другим играм и был великолепным организатором их. С "буденновским" и
деревянной шашкой  почти не расставался. Верхом на палке, с криком "Ура!",
размахивая деревянной шашкой он бросался в атаку на "противника". Его
голубые глаза горели, светлые льняные волосы выбивались из-под шлема, а
босые ноги, шлепая по лужам, комьями разбрасывали грязь. Сердце стучало
предчувствуя победу. Не знал он в те годы, какую судьбу уготовила ему жизнь.
  Когда подошел призывной возраст, Григорий Яковлевич возвратился в
деревню Тюлики. Призван он был Демидовским райвоенкоматом и зачислен в
кавалерию. Худощавый, высокий, с красивым и умным лицом, казалось, самой
природой был он подготовлен в эти войска
  Службу он проходил рядовым бойцом. Его часть стояла в городе Минске. Он
часто писал оттуда восторженные письма, слал фотографии, две из которых я
хорошо помню. На одной он был изображен верхом на лошади, в гимнастерке и
фуражке, на боку шашка в ножнах. На второй фотографии он был вдвоем с
товарищем, в гимнастерке, фуражке и сапогах. Правой рукой держал у ног
обнаженную саблю. Все его лицо светилось гордостью и торжеством, будто на
параде. Я тогда был еще ребенком и с завистью смотрел на фотографии.
  Как-то, в одно время, от него долго не было  писем. Наконец письмо пришло.
Он писал, что ему попалась неспокойная лошадь и во время чистки она сильно
ударила его по ноге. Пришлось побывать в госпитале. Сейчас все прошло и он
снова в строю. Видимо, травма была серьезной и он не хотел волновать родных,
не зная заранее результат исхода.
  Из армии Григорий Яковлевич не вернулся. Он остался на сверхсрочной
службе. Учился. Несколько раз приезжал в отпуск, но не часто. Первый раз
приехал в отпуск в звании зам. политрука. В петлицах гимнастерки блестели по
четыре треугольничка, а на правом рукаве-красная звездочка. Новые ремни
издавали скрип. "Вот бы мне так,"-думал я, восхищаясь военной формой.
  Через 2 года он приехал уже в звании командира. В петлицах гимнастерки
красовился уже один кубик, вместо треугольников. На ремне с одной стороны
висела планшетка, а с другой-"наган". Это было в 1934 году. Во время этого
отпуска Григорий Яковлевич женился на моей кузине Комаровой Матрене
Илларионовне и увез её в Минск. В этом же году наша семья переехала в село
Софиевку, Близнюковский район, Харьковской области.
  До 1938 года я не виделся ни с кузиной ни с Григорием Яковлевичем.
Переписка между нами оборвалась и подробных данных о них я не имел. Но
весной 1938 г., накануне первомайских праздников, Григорий Яковлевич вместе
с женой приехал к нам в Софиевку. Он за эти годы почти не изменился: такой же
веселый и жизнерадостный, такой же молодой и красивый. Звание он имел
политрука. Помню, утром 1 мая, мы отправились с ним на митинг в колхозный
клуб. Собрались колхозники. Сцена украшена флагами и портретами В.И. Ленина
и И.В. Сталина. Всюду Первомайские призывы и лозунги. На сцене за столом,
покрытым кумачёвой скатертью, руководство сельсовета и колхоза.  Доклад
делал председатель колхоза. Мы с Григорием Яковлевичем сидели на первой
скамейке. После доклада докладчик спросил: "Может кто желает выступить?" И
тут на сцену поднялся Григорий Яковлевич. Увидев военного, зал притих. 
Григорий Яковлевич совершенно спокойно, без бумаги, начал выступление. Его
приятный, немного высокий голос приковал внимание всех присутствующих в
зале. Он тепло и сердечно, от имени всех воинов Красной армии, поздравил
присутствующих с праздником, пожелал больших успехов в делах. Очень кратко
охарактеризовал международные события. Кратко, но емко рассказал о боевой и
политической подготовке в войсках. Заверил, что советские воины зорко стоят
на страже Родины и сумеют защитить её от любого врага. Речь его была логична,
содержательна и проста. Ничего, казалось, особенного он не сказал, а слушали
его с огромным вниманием. Когда он закончил речь и стал спускаться со сцены,
ему громко зааплодировали, а в его лице- всей Красной армии.
  Это была последняя наша встреча.
  В октябре 1939 года я был призван в ВМФ. Службу проходил на Севере и там
же участвовал в боях на Мурманском направлении. Там же в газете "Правда" я причитал Указ о присвоении звания героя советского Союза политруку Моисеенко Григорию Яковлевичу, посмертно.
  Я не мог поверить, что война лишила жизни такого замечательного человека,
пламенного патриота нашей Родины.
  Григорий Яковлевич обладал исключительными человеческими качествами. Он был общительный, любил людей, и люди тянулись к нему. Добрый по своей натуре, всегда готовый прийти на помощь, спокойный и рассудительный. Много
испытавший в жизни трудностей, он хорошо понимал людей. Был страстным
патриотом. Когда в узкой беседе высказывалась критика отдельных недостатков,
существовавших в стране порядков, он спокойно и логично разрушал взгляды
собеседника, и тот выходил из беседы переубежденным.
  Он многому учился самостоятельно. Много читал. Учился на курсах и в
вечерней школе. Он отлично понимал, что тот багаж знаний, которые дала ему
жизнь, надо неустанно пополнять. Комиссар должен постоянно учится, чтобы
учить и воспитывать других...
   После войны в 1975г. я поехал на Смоленщину, посмотреть на родные края,
которые не видел 40 лет. Все вокруг изменилось неузнаваемо. На месте деревни
Тюлики ничего не осталось. Оставшиеся жители переехали в соседнюю деревню.
(Паньково). Там меня уже никто не узнавал, да и я их тоже. Встретился там с
братом Григория Яковлевича Демьяном. Он с гордостью рассказывал о брате
герое, показывал книгу, в которой описывался подвиг Григория Яковлевича.
Вспоминал некоторые эпизоды из своей жизни.
  Демьян был болен и вскоре после моей поездки умер. Старший брат Герасим
погиб на фронте, а его жену немцы расстреляли как активистку колхозного
движения, по доносу.
  Уезжал я из родных мест с чувством неудовлетворенности. Стало жаль, что
ничего из детства не осталось, все изменилось, и лишь память крепко держит то
родное и близкое, что когда-то растило меня и питало духовно.
  На обратном пути в Смоленске я зашел в музей. Взял альбом, в котором
описывались подвиги и были помещены фотографии Героев Советского Союза,
уроженцев Смоленской области. Но среди них Григория Яковлевича не было Я
обратился к директору музея с вопросом почему в альбоме нет одного героя. Он
утверждал, что собрал данные о всех. Но потом я убедил его, дал данные Емельяна и жены После этого была восстановлена справедливость. Кроме Смоленска в Демидове на главной площади был помещен портрет героя и его
именем названа одна из улиц города. Но художник настолько исказил на
портрете черты лица, что он кажется совсем другим, хотя срисовывали с
фотографии.
  Вот и все, что мне известно о Григории Яковлевиче. Добавлю только, что его
далекие предки тоже были крестьяне. Основоположником нашей фамилии стал
Моисей, у которого был сын Елисей, у Елисея - сын Петр, у Петра - сын Егор, у
Егора - сын Яков, который и явился отцом героя. Мой дед Алексей был родным
братом Якова Егоровича, а отец мой, двоюродным братом Григория Яковлевича.
Они до революции жили одной семьёй и только после разделились. Но избы их
стояли рядом и они, почти каждый день, общались друг с другом.
  Сожалею о том, что утрачены фотографии и нет в живых более близких
родственников героя, которые знали его лучше. О его службе в Красной армии
может рассказать Матрена Илларионовна. Наверное, у неё есть и фотографии.
 
  Любимые песни Григория Яковлевича:
"Мы кузнецы",
"Мы красная кавАлерия"
"Там вдали за рекой..."

С уважением Иван Германович Моисеенко."

СПРАВКА

Григорий Яковлевич Моисеенко (1907 год — 26 февраля 1942 года) — политработник РККА, политрук, Герой Советского Союза (1942) 1.

Родился в 1907 году в д. Тюлики, Пореченского уезда, Смоленской губернии в крестьянской семье. Окончил среднюю школу во время службы в армии, работал на фабрике.
В РККА с 1929 года. Одновременно с несением службы учился в вечерней школе, окончил сначала 4, потом 7 классов вечерней школы, затем рабфак. В 1938 году стал политработником, вступил в ВКП(б). Был направлен в школу младших командиров.
В боях Великой Отечественной войны с 1941 года. Участник обороны Москвы. Воевал на Калининском фронте.
Политрук Моисеенко был назначен комиссаром 2-го стрелкового батальона 940-го стрелкового полка 262-й стрелковой дивизии 39-й армии.
В ходе Холм-Жирковской оборонительной операции 26 февраля 1942 года группа бойцов, среди которых был комиссар Моисеенко, попала в окружение.
Во время боя политрук Моисеенко получил тяжёлое ранение, но не оставил позиции, продолжил руководить обороной. 19 бойцам под руководством Моисеенко удалось 16 часов отбивать атаки немецких войск, а затем соединиться со своими частями. Во время прорыва политрук Моисеенко погиб.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 мая 1942 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистскими захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм политруку Моисеенко был посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Похоронен в деревне Макарово, Калининской области. По данным ОБД "Мемориал" в 1954г. перезахоронен на воинском кладбище в братской могиле д. Пятницкое, Ржевский район, Тверская область

Интересные факты: 1.Дивизия 262 носила звание Демидовская. 2.Григорий Яковлевич погиб рядом с местом своего рождения.


Рецензии
Спасибо, Акимъ, за эту публикацию и другие вещи.
Всего самого доброго Вам!
С уважением,
Виорэль Ломов.

Виорэль Ломов   21.07.2015 14:41     Заявить о нарушении
Спасибо,Виорэль.

Акимъ   22.07.2015 22:00   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.