Клинок генерала Бенкендорфа ч10 Донские командиры

         

           Ч.10   ДОНСКИЕ КОМАНДИРЫ - ГЕРОИ ГОЛЛАНДИИ

         А что же Наполеон? В предчувствии агонии он торопливо формировал свежеиспеченные войска, заталкивая в них всех! От сопливого юнца до полуслепого ветерана. В котел сражений гнали беспалых и беззубых призывников и дезертиров. Это была тотальная война – предтеча гибели его империи, как затем, в будущем, Гитлеровского Третьего рейха.

       Диктатор этот упрямо разжигал ненависть и страх перед армией России, запугивал жителей стран, что русские - это низкая раса азиатов, пропойц и людоедов. Что лютые казаки особенно любят пожирать мясо младенцев и молоденьких женщин. 
          Население забрасывалось на площадях, с повозок тысячами злоречивых прокламаций и карикатур, что нашествие орды русских оскверняет чистую и благородную кровь европейцев. Русские, башкиры и калмыки, и прочая нечисть опустошат благодатные земли и насильно превратят  всех в породу недочеловеков, какие они есть сами… Чуете, читатель, откуда несет вонью нацизма, и дымом крематориев Гитлеровского рейха!..

         А на чужеземных погостах Европы оставалось все больше русских военных могил,этих горьких отметин освободительного похода генерала Бенкендорфа.
        В крепости Бреда с участием Бенкендорфа, офицеров и бойцов отпели с прискорбием убитых и скончавшихся от ран. Гремели к небесам прощальные выстрелы, и стискивали зубы оставшиеся в живых.  Они, непокоренные, готовились стоять насмерть!

      В прохладном зале старинные напольные часы с громадным маятником неспешно отбивали удары. Бенкендорф воткнул гусиное перо в чернильницу, дважды перечитал письмо к Михаилу Воронцову. Глубоко задумался, как же неисповедимы дороги Судьбы. И как много надо преодолеть, чтобы воевать с честью!
 
      «Любезный, любезнейший друг, диктую это письмо, лежа в постели; вокруг меня крепостные стены Бреды, огромные рвы с водой… 
    Донские казаки еще вчера вечером были у ворот крепости,а сейчас неутомимые посланцы наших степей стоят на парапетах Бреды. Я нахожусь здесь со всем моим отрядом.
     Лорсэ, командир дивизии и комендант Гертруденберга, был так добр, что объявил о капитуляции этого города в то мгновение, когда подходила пехота, что проложило нам по-королевски широкую дорогу.
        ... Крепости, остававшиеся в руках неприятеля, да еще в столь тесной и разделенной на мелкие части стране, как Голландия, закрывали нам дорогу в Брабант.

         Генерал Бюлов и слышать не хотел о переправе через устье, однако я почтительнейше заметил ему, что правилам тактики следует иногда предпочесть гибкость, что мы должны согласовывать свои действия лишь в целом и для того только, чтобы усугубить беспорядок, нарастающий на границах Франции;
наконец, что две тысячи человек, действуя энергически сейчас, сделают больше, нежели целые армии в несколько месяцев.
          Впрочем, мне нечего жаловаться на Бюлова; он ко мне чрезвычайно добр и даже только что разместил свои части так, чтобы охранять мои отряды во время перехода через Хардингсвельд и не терять со мной связи.

        Если бы у меня было чуть больше пехоты, я тотчас отправился бы к Антверпену, а покамест постараюсь отойти от Берг-оп-Зоома и таким образом развернуть свою небольшую операцию. Я отослал сильный отряд к Хертогенбосу, но из пяти казачьих полков у меня, увы, осталось менее половины.
         Пока не хотят отзывать ни Гагарина, который с двумя полками осадил Наарден, ни Марклая, под чьим началом двести пятьдесят человек дерутся в Северной Голландии с адмиралом Вернхелем (Вергуэлем)…
        Бюлов стоит в Утрехте, а у англичан в Аейдене и Гааге пятитысячное войско, да и у голландцев должно уже быть десять тысяч под ружьем.

        Посылаю тебе, любезный, некоторые бумаги, захваченные там и сям; они кажутся мне интересными и представят тебе картину беспорядка и ужаса, охватившего провинции великой империи.

      …С каждым днем я все более доволен Жеваховым; повышение в чине еще более сделало ему пользы, и трудно пожелать кого-то лучше него.
       …Сейчас получил донесение о том, что мои казаки заняли Вильгельмштадт и неприятель с такой поспешностью ретировался оттуда, что не успел».

      Обратите внимание, что у Бенкендорфа в подчинении словно специально       подобрались кадровые командиры, ветераны, прошедшие пекло войн с Турцией и на Кавказе, в Польше…

      Когда я погрузился в сумерки дореволюционных материалов, то оказалось, что об этих командирах очень мало информации. Словно наших героев похода в Голландию вообще не существовало, и не жили они на белом свете в то бурное время замечательных российских полководцев.

     Бенкендорф в мемуарах называет несколько фамилий казачьих командиров и ряд событий с их участием. Потому пришлось вести дополнительный кропотливый поиск о конкретных казачьих полках, их делах и офицерах в этом молниеносной экспедиции. 

         Так, Бреду отважно оборонял донской казачий полк И.И. Андрианова, он же бился в Голландии и под крепостью Девентер. А командовал полком полковник Иван Иванович Андрианов из станицы Тишанской, (Нехаевский р-н Волгоградской области). Он после дошел до Парижа и закончил воинский путь генерал-майора в родной станице.
      За Бреду так же дрался Донской казачий полк Г.Г Мельникова 4-го.

         Блокаду крепости Девентер вели донские полки, которыми командовали  полковники И.И. Жиров и А.Е.Греков. Ветеран войны Жиров происходил из станицы Терновской, в крупных сражениях получил серьезные ранения, стал Георгиевским кавалером. Греков за время наполеоновских войн был награжден орденами, именным золотым оружием, получил звание генерал-майора.
      
      Полк известного Михаила Григорьевича Власова, находился в Голландии с 22 ноября по 9 декабря. При блокаде крепости Кувердер не допускал неприятеля  совершать грабежи окрестных поселений. Впоследствии Власов стал наказным атаманом Войска Донского. В борьбе с эпидемией холеры он заразился и умер в станице Усть-Медведицкой, (ныне г. Серафимович Волгоградской обл.), где погребен в ограде местной церкви.

        Войсковой старшина И.Д. Денисов из станицы Аксайской, «находился при осаде крепостей в Голландии и за отличие был произведен в подполковники». Слава не миновала его. Награжденный орденами и золотой саблей «За храбрость», он достиг звания генерал-майора.

          Сражался здесь и Донской полк Ф.А Барабанщикова 2-го, полковника, награжденного за войну с французскими частями золотым оружием и орденами. Казаки его полка бились храбро в боях при голландских городах Амерсфорте, Утрехте, крепости Нардек и других. О своем командире они говорили, что он всегда, в любых переделках спокоен, но спокойствие это блестящей стали, а не блескучего бархата. 
      
       Эти донцы, герои освобождения Голландии, выходят ныне из тени истории, будучи ранее нам неизвестными. 
   
        Донской казачий полк С.Ю. Балабина 2-го в этом походе блокировал крупную крепость Девентер, сковав ее силы с 5 ноября по 1 января 1814 года.   Впоследствии твердынь пала. Командиром полка был полковник С.Ф. Балабин,  уроженец станицы Раздорской, прошедший всю кампанию 1812 года. Балабин, имевший ранения, был удостоен ордена Св. Георгия 3-го класса и других наград,  произведен в генерал-майоры.

       С  20 декабря и по 6 января 1814 года блокаду крепости Везель вел донской казачий полк И.И. Лащилина 1-го. Мне хочется поподробнее остановиться на необычной судьбе этого донского офицера.

         Иосиф Лащилин был сыном офицера Войска Донского, станицы Михайловской. В восьмилетнем возрасте, в 1778 году чудом уцелел в пожаре, который спалил в станице сотни куреней. 
        Отец как-то сказал ему:
       - Сыне, думается мне,что ты рожден для риска, схваток и Викторий! Время ныне лихое, но с честью будешь выходить ты из самых острых дел! И порукой тому  судьба моя и твоих казачьих дедов!
       В четырнадцать лет Иосиф производится в сотники, зачисляется на  беспокойные рубежи в Крым. Крепчает в походах супротив турецких отрядов башибузуков.

         В это время в подчиненной России Польше вспыхивает вооруженный мятеж. В 1794 году Лащилин с казачьими полками направляется для усмирения повстанцев. Проявляет личную смелость, за что производится в есаулы, затем в поручики и капитаны. Он гордится своей боевой наградой - орденом святой Анны 3-го класса.
       Наделенного умом Лащилина назначают на Дону в 1798 году начальником Нижнеехоперского сыскного начальства по борьбе с разбоями, грабежами и беглыми.

        Просле он, подполковник, отправляется с донским  войском по приказу императора Павла Первого в секретный поход на Индию. Казаки выступали без достаточного запаса продовольствия, медикаментов, фуража и примерных карт маршрута. На глазах его войско истощало силы, здоровье и ресурсы. Холод и голод добивали слабых. Только трагическая гибель Павла Первого позволила вернуть казаков на Дон-батюшку.

      Закаленный невзгодами Лащилин затем отправляется на границу Финляндии, провинцию Швеции. Оттуда шведы зарились на северные окраины России – и открылась суровая война с ними.
      В заваленную снегами "страну Суоми" армия наша вступила в составе трех дивизий и трех кавалерийских полков. Один из них, Донской казачий полк, вел   Лащилин.

         Он с казаками, поди две тысячи, пробивались с боями сквозь лесные завалы и буреломы. И финны страшились несгибаемых, с заиндевевшими бородами, боевых казаков с пиками и ружьями. А жестокие холода отмораживали казакам руки-ноги, за скалами скрывались огневые засады. Лошади проваливались в глубокие снега. 
     Снега Финляндии  в волю обагрены русской кровью, - раздумывал над походной картой командир Лащилин. Рядом, отогреваясь у костров, вполголоса напевали служивые:

А там, за горами, где вьются метели
И страшны морозы зимою трещат,
Где сдвинулись дружно и сосны и ели,-
Там – кости казачьи под снегом лежат...

       Пора была заканчивать войну со Швецией, дабы освободить войска для баталий с подступающей к России армадой Наполеона. И Лащилин с полком, в отряде генерала Шевелева, срочно отправляется в спец экспедицию на Аландские острова. Перед казаками лежало вздыбленное в торосах, с коварными полыньями море, надо было пройти по льду с  тяжелыми пушками и обозами.
        Запланированную операцию подполковник Лащилин с казаками провели отлично.

          Выписка из приказа о награждении его гласит, что «В воздаяние отличных подвигов, оказанные против шведов (в 1809 году) во время экспедиции на Аландские острова» Лащилину вручен орден святого Георгия 4-ой степени, и он  награжден Высочайшим благоволением.

       Современники военную экспедицию в Аланды по трудности сравнивали со знаменитым переходом Суворова через Альпы. Русская армия форсировала замерзшее море и казаки загарцевали на конях под стенами Стокгольма. По заключенному миру шведы уступили русским Финляндию, которая в Российской империи получила широкую автономию и развитие. 

         А затем Иосифа Лащилина захватила эпопея борьбы с войсками Наполеона.
        Осенью 1812 года его полк на белоснежных парусниках прибывает в Ревель и дерется против французского корпуса Макдональда. Лащилин получает ранение в ногу, но полк не покидает. Он участвует в острых боях при блокаде Данцига, Торгау, других городов-крепостей. Производится в полковники, награждается орденом святой Анны 2-го класса. А затем принял участие в этой экспедиции Бенкендорфа. 

         В отставку генерал-майор И.Н. Лащилин ушел в блеске орденов, медалей и славы. Он оставался образцом ответственного, образованного и удачливого военачальника.

    Удивительно, что по прихоти судьбы пути мои не раз пересекались с родимыми местами, станицами, в которых родились, жили и уходили в голубую бездонную просинь мои герои.

      На берегах Волги-матушки, в бывшем уездном Царицыне, вижу я с набережной тень юного Александра Бенкендорфа, побывавшего здесь в 1802 году в секретной экспедиции.   
       Проезжая по г. Урюпинску, станице Михайловской и Тишанской, любуюсь лесной и речной благодатью отчего края военачальников Лащилина и Андрианова. С благолепием взираю на восстановленную в станице Усть-Хоперской  монастырь и церковь, где покоится прах генерала Власова… Незримые нити чести, достоинства и славы связывают нас с этими и другими освободителями Голландии.
     Посему желаю я, чтобы мы  и наши потомки сохранили в своих душах и сердцах светлую память о своих национальных героях.
 
       Однако, читатель, нас ждет упорная защита Бреды...   
 
     ПРОДОЛЖЕНИЕ Ч.11  На стенах Бреды  http://www.proza.ru/2014/02/09/1747


 
 


Рецензии
Хорошее произведение, нравится въедливая
обстоятельность автора (в хорошем смысле,
разумеется), достаточно лёгкий язык изложения
и отношение к описываемым событиям и личностям.
Спасибо, уважаемый Николай! Удачи Вам!

Эльвира Гусева   09.03.2014 20:39     Заявить о нарушении
Уважаемая Эльвира! От души благодарен Вам за наши совместные сопереживания по освобождению русскими войсками Голландии в повести КЛИНОК,.. Желаю вам доброго настроения и теплоты, которую Вы несете окружающим людям!... С уважением,..

Николай Бичехвост   11.03.2014 19:25   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.