Телекинетик

Капитан контейнеровоза «Рыжий Роберт» Торберн Макалистер не любил загадки. В свои пятьдесят с небольшим он изрядно повидал на этом свете и считал себя человеком знающим. А приняв на грудь немного лишнего, даже готов был поделиться знанием с другими. Хотя, к тому времени за столом никто уже не сидел — либо дрыхли на полу, либо убрались от греха подальше, так как перепить Торберна было под силу лишь старому коку Хеки. Но Хеки уже два года как сошел на берег, попрощавшись с морской романтикой, а с сухопутными капитану пить было зазорно.

Низкорослый, широкоплечий, красномордый Торберн самому себе напоминал предводителя яростных викингов, ведущего своих берсерков к славе через грабежи и насилие. Команда же считала его тираном и сукиным сыном, но помалкивала, так как жалование Торберн всегда платил вовремя, а на спиртное на борту смотрел сквозь пальцы. Наконец, контейнеровоз «Рыжий Роберт» был едва ли не единственным крупным судном, заходившим в городок Кансо в Новой Шотландии и позволявшим его жителям подзаработать. По крайней мере, той их половине, которую не брали на нормальную работу из-за проблем с законом или выпивкой. Торберн привечал всех, хотя и выгнать мог так же легко — стоило лишь разозлить его неисполнением прямого приказа или ленью. Безделье капитан ненавидел почти также люто, как загадки, но последние все же больше. Старый морской волк не терпел рядом с собой вещи подозрительные и таинственные, стараясь обходить любые непонятки стороной. Поэтому команду подбирал себе насквозь простую, с плавающими на поверхности не обремененных извилинами мозгов мыслишками. Потому и пассажиров брал на борт лишь понятных да простецких.   

Один лишь раз Торберн поступился собственными принципами, польстившись на щедрое вознаграждение, но вскоре жалел о содеянном, словно пьяница о разбившейся бутылке первосортного виски.

По мнению Макалистера, все самое таинственное — а значит, отвратительное — случается на закате: недаром воспевают это время многочисленные певцы, поэты и прочие тунеядцы, не державшие в руках ничего тяжелее бутылки. Вот и пассажир пришел в порт, когда заходящее солнце окрасило водную гладь в так любимый вшивыми романтиками багрянец. Игривый ветер, пропитанный соленым духом моря, гулял по открытому пирсу, ероша нечесаную бороду капитана, вздорные чайки ругались мерзкими голосами, а над ухом у Торберна раздалось:

- Добрый вечер, уважаемый. Вы берете пассажиров?

Макалистер поднял на незнакомца хмурый взгляд. Маленькие глаза капитана были посажены очень глубоко, а сверху прикрывались густыми черными бровями, напоминающими ожиревших мохнатых гусениц, отчего взор морского волка всегда вгонял в трепет. Но нежданный гость не испугался.

Выглядел он почти обычно. Довольно высокий, одет непритязательно, но добротно: защитного цвета брюки и жилет из прочной влагоустойчивой ткани, крепкие кроссовки, небольшой рюкзак за спиной. Действительно примечательной деталью была лишь прическа незнакомца, а вернее — полное ее отсутствие. Однако, не парикмахер обрил мужчину, а огонь: на коже виднелись следы заживших ожогов, которые незнакомец частично спрятал под кепкой.

- Берем, - сплюнул на доски пирса Торберн. - Да только не в этот раз.
- Отчего же?
- В Португалию пойдем, а значит — Атлантику пересекаем, мать ее. Черт знает сколько на воде пробудем, на самолете все быстрее. 
- Я заплачу, - коротко отозвался незнакомец и полез в один из многочисленных карманов своих брюк.

Спустя мгновение в его руке оказался перетянутая простой желтой резинкой пачка стодолларовых. У капитана аж дух перехватило. Даже навскидку в пачке было тысячи три, не меньше. Мужчина же спокойно протянул деньги Торберну, заметив, между делом:

- Это задаток. Столько же получите, когда я сойду в португальском порту.
- Так ты же... вы же не знаете, куда пойдем-то, - прохрипел капитан.
Деньги, однако, взял, спешно припрятав за пазухой. Карманам такое богатство битый жизнью капитан не доверял. Однако, даже с тремя тысячами, гревшими волосатую грудь, настороженность Торберн не утратил.
- Запрещенные грузы не возим. Наркотики, оружие лучше сразу выбросить за борт. Иначе есть шанс самому оказаться в воде, - предупредил он.
- Меня это вполне устраивает, - кивнул пассажир, изобразив легкое подобие улыбки. - Можете проверить мой багаж, если хотите.

С этими словами он стянул рюкзак со спины и протянул его капитану.

- Проверим, - согласился Торберн, но рюкзак не взял. - На корабле. Есть там у меня пара спецов, которые всякую дрянь за версту чуют. И собачка одна умная.

Пассажир пожал плечами и послушно направился вслед за капитаном, бодро шагавшим по скрипящим доскам пирса. Вскоре мужчины покинул его и продолжили путь по бетонной набережной, покрытой многочисленными трещинами. Их конечной целью был громоздкий неповоротливый «Рыжий Роберт», у чьего сиротливо спущенного стального трапа дежурил худощавый матрос в вязанной шапочке и с огромным красным носом. 
    
Контейнеровоз Макалистера был под стать своему капитану. Потрепанный, но еще очень крепкий корабль, способный выдержать не один десяток затяжных морских путешествий. Длиной более двухсот ярдов, он за раз мог перевозить более двух тысяч двадцатифутовых контейнеров. «Рыжий Роберт» был выкрашен в два цвета: черный и, что характерно, рыжий.     Причем, последний определенно преобладал.

- Моя гордость, - не удержался от комментария Торберн, вновь ощутив прилив сил при виде корабля.

Почти десять лет ходил он на нем в море и успел сродниться с контейнеровозом. «Рыжий Роберт» был Макалистеру настоящим другом, а для своих друзей всегда стараешься выбирать все самое лучшее. В том числе и пассажиров.

Пара спецов, о которой говорил капитан, оказались прожженными типами, которым нельзя было доверить даже медный грош. Один из них прибился к команде в Мексике, где погорел на фальшивомонетничестве. Второй приторговывал автоматическим оружием здесь, в Новой Шотландии. Ничего серьезного, просто снабжал автоматами охотников, но полиция посчитала иначе. Умной собачкой же был блохастый и слепой на один глаз спаниель, умеющий чуять наркоту за милю. Все трое тщательно обследовали чужака и вынесли вердикт: парень абсолютно чист. Не было при нем даже банального ножа, который в таких путешествиях и за оружие-то не считается. В рюкзаке же лежал небольшой запас еды и три книги, одна из которых явно была очень древней. Тогда Макалистер решил, что имеет дело  контрабандистом, доставляющим книжную реликвию какому-нибудь ценителю из Европы. Но против такого заработка капитан ничего не имел. 

Покончив с проверками, Торберн выделил пассажиру небольшую каюту и посчитал себя выполнившим все требования морского этикета. Немного раздражало, что мужчина не спешил назвать своего имени, но капитан не настаивал. В конце концов, документов со своих случайных попутчиков он не спрашивал, а на словах можно назваться хоть Джеймсом Бондом, хоть принцем Уэльским. Поэтому Макалистер  решил называть незнакомца просто пассажиром и на этом успокоился.

Странности начались через день после того, как контейнеровоз покинул порт. Первым на себе их почувствовал известный корабельный задира Маркас по прозвищу Костолом. Этот здоровенный британец в обычное время был тихоней, но стоило ему приложиться к спиртному — превращался в настоящего дьявола, желающего набить морду всему, до чего дотянется. Поэтому в плавании ему старались не наливать, да разве за всем уследишь? Маркас умудрился где-то раздобыть бутылку дрянного виски, осушил ее в одного и стал шариться по каютам в поисках приключений. На беду, ему попался давешний пассажир. Он-то потом и пришел в капитанскую каюту, сообщив, что ненароком вырубил одного из членов команды в целях самообороны. Торберн сначала ушам своим не поверил. Маркас был мужиком очень крепким, в свое время служил в Королевской морской пехоте Великобритании и в драке равных среди всех знакомых старого морского волка не имел. Однако таинственный пассажир действительно вырубил его. Причем, судя по всему, очень быстро и без каких-либо последствий для себя лично. Костолома подняли с пола, привели в чувство, отряхнули и препроводили в капитанскую каюту на допрос. Но сконфуженный протрезвевший Маркас не мог вспомнить ничего дельного. Да, увидел чужака, попытался схватить за грудки, а потом — темнота. Бывший десантник припоминал, что его словно швырнуло в стену, а еще что-нибудь в памяти не воскрешалось. С тех пор команда стала опасаться чужака, а костолома бояться поменьше.
Но незнакомец словно не замечал косых взглядов. Днем мужчина спокойно прогуливался по палубе, разглядывая однообразный морской пейзаж или немного помогая матросам. Вечерами же запирался в каюте и читал свои странные книги. В задушевные разговоры с командой не вступал, в нехитрых азартных играх деньги не тратил, а на редкие вопросы отвечал односложно, хотя и без лишней агрессии. А потом спас от верной смерти кока.

Шотландца Бакстера — настоящего, а не из Новой Шотландии — взяли на место старого Хеки год назад, но он все не мог прижиться на новом месте. Блюда у него выходили хоть и питательные, но вечно с каким-то изъяном. То пересоленные, то недосоленные, то вовсе тухлой рыбой воняют. Нового кока за это периодически били, но невысокий толстяк никак не желал исправляться. Весь он был какой-то несобранный, растяпистый, невнимательный. Совокупность всех этих качеств сыграло с коком злую шутку. Бакстер брел вдоль борта, таща перед собой массивную кастрюлю со свежей рыбой, когда одна из жительниц моря решилась на дерзкий побег. Однако, глупая скумбрия выпрыгнула не за борт, а прямо под ноги коку. Тот наступил на вероломную рыбу, да так неудачно, что сверзился с корабля, лишь чудом не разбившись о достаточно далекую водную гладь. Инцидент видели многие, поэтому на палубе тут же закричали, забегали, а какой-то матросик проорал сакраментальное: «Акулы».  Положение у несчастного Бакстера было аховое. Кока сильно приложило при падении, поэтому он едва держался на воде, а неподалеку действительно прорезали океан плавники морских хищников — извечных спутниц крупных судов.   

И в этот момент всех поразил таинственный пассажир, сиганувший вслед за Бакстером. Без страха он спрыгнул с немаленькой высоты и некоторые матросы готовы были поклясться, что перед самой гладью падение чужака словно замедлилось: недаром поднялось совсем немного брызг, когда мужчина вошел в воду. Беготня на палубе усилилась. Кто-то швырнул людям за бортом спасательный круг, закрепленный тросом, но промахнулся.   

Акулы же, словно почуяв легкую добычу, устремились к барахтающимся в воде людям. Вернее, барахтался кок. Пассажир спокойно обогнул его, перегородив дорогу двум самым ретивым хищницам. И с тем произошло что-то странное. Акулы будто наткнулись на невидимую стену, после чего поспешно удалились, обиженно покачивая плавниками. Остальные, видя такое дело, поостереглись нападать с ходу, стали кружить вокруг добычи, наблюдая. Но и здесь их ждало разочарование. Понукаемая хлесткими приказами капитана команда споро вытащила утопающих. Бакстер стучал зубами и пованивал свежими экскрементами. Загадочный пассажир реагировал на похвалы скупыми кивками, лишь один раз проронив:

- Ну а как же без кока?

С тех пор его не просто побаивались, но еще и уважали.

Вот только капитану от этого было не легче. К концу третьего дня плавания несчастный Торберн весь извелся, стараясь разгадать непонятного попутчика. Однако, тот упорно не шел на контакт. Лишь один раз капитану удалось затащить пассажира в свою каюту, но хитрый план опоить мужчину не сработал. Тот не без удовольствия осушил целый стакан виски, но от продолжения отказался, сославшись на больной желудок. Капитану лишь оставалось скрежетать зубами.

Наконец, терпению Торберна пришел конец и на пятый день он проник в каюту пассажира, пока тот прогуливался по палубе. Какое-то время капитан, презирая себя за подобное поведение, рылся в вещах мужчины, чая найти что-либо, утаенное во время проверки, но ничего не обнаружил и взялся за книги, первым делом ухватив старинный фолиант, надпись на обложке которого гласила: «Способы преобразования магической энергии в чародейство». Автором значился некий Арчибальд Байингтон. Взор старого морского волка с жадностью впился в мутные строчки на случайно открытой странице.

«Магическая энергия повсюду и вы наверняка задавались вопросом: «Отчего огненные реки не рождаются сами собой, а земля не встает на дыбы подобно норовистому коню?» Ответ прост — сама по себе магическая энергия (мана) не может видоизменяться, принимая какую-либо конечную форму. Для этого ей необходим толчок, который дает колдун. И чем сильнее чародей (чем выше его ступень просвещения), тем мощнее толчок может получиться».

Торберн помотал головой, отказываясь понимать написанное, перелистнул несколько страниц, вчитался вновь.

«...поэтому настолько тонкое управление потоками магической энергии подвластно лишь Магистрам или магам высших ступеней. Для обращения маны в чародейство им достаточно лишь краткого мысленного приказа. Чуть менее сильным колдунам доступно управление с помощью взгляда. Те, что послабее, используют жестикуляцию, а самым ничтожным волшебникам приходится сопровождать ее речевыми командами...»

- Бред какой-то, - пробормотал капитан. - Сказочки про очкастого Гарика (разумеется, речь идет не о персонаже одной известной английской писательницы, так как Торберн Макалистер в жизни не видел ее книг, да и вообще последний раз читал художественную литературу в школе. Капитан упомянул известного в кругу моряков Гарика Уиз, ходившего на балкере «Сириус». Парень это был талантливый, но сумасбродный, легко поддающийся разным сумасшедшим идеям. То бросит морское дело и займется поиском алмазов, то разводит чрезвычайно опасных, но дорогих змей, от яда которых люди впадают в оцепенение. В конце концов он связался с каким-то мутным лысым парнем по имени Том и без вести пропал вместе с недавно приобретенной яхточкой «Снег»)...

Он собирался взяться за те книги, что поновее, но в дверь каюты три раза постучали. Это означало, что пассажир возвращается к себе и Торберн поспешно покинул помещение. Быть застигнутым на «месте преступления» ему категорически не хотелось.

А на следующий день «Рыжий Роберт» прибыл в португальский Портиман и загадочный пассажир навсегда покинул борт контейнеровоза. Торберн не собирался провожать клятого попутчика, но случайно столкнулся с ним у самого трапа. Сначала капитан хотел молча пройти мимо, но, пересилив себя, процедил, остановившись:

- Счастливого пути.
- Вам того же, капитан, - мягко отозвался пассажир. - И не читайте больше чужие книги. Так вы можете нарушить инкогнито стихий, чего вам никогда не простят.

Сказав это, загадочный мужчина развернулся и легко сбежал вниз по трапу, оставив Торберна Макалистера в полнейшем недоумении.   

P.S. Вы прочли начало моего романа в стиле городского фэнтези. Скоро он будет закончен... если соберет достаточно средств на проекте Boomstarter. Я решил сократить цепочку "автор - издатель - читатель" до "автор - читатель" и верю, что вместе мы сможем воплотить эту идею в жизнь. Если вам понравилось то, что вы прочитали до "P.S." - поддержите проект. И огромное вам спасибо.


Рецензии
Интересный рассказ Прочла с удовольствием. Желаю успехов.

Люся Веретенникова   02.12.2013 15:01     Заявить о нарушении