Деревенские перемены

Наталия Еремина
         Пашка, как узнал, что Юрка приедет к бабе Лиде на каникулы, целыми днями околачивался возле ее калитки в ожидании приятеля. Поэтому, когда к дому подъехала незнакомая машина, мальчик не отошел далеко, а наоборот бросился к ее дверям и сразу оказался в объятиях друга.

         - Пашка! Привет! Я так по тебе соскучился! Знаешь, в городе таких ребят,  как ты, нигде нет: ни в детсаде, ни во дворе. Мне с тобой весело было и интересно, а наши ребята скучные какие-то. Они только про тачки и футбол говорят.

         - Про тачки? Здорово! У нас вот нет никакой, так мне и говорить о них ни к чему, - с грустью ответил Пашка.

         - Ну, так твой папка собирался покупать? Ты же еще тем летом говорил!

         - Ну да! Он и купил, а потом с тачкой вместе и ушел к чужой тетке. Мамка плакала потихоньку, думала, наверное, что я не вижу. А я видел. Мне ее жалко стало, и я с папкой даже в город не поехал, чтобы мамку не обижать. Она теперь со мной и бабой Мусей здесь живет.

         Юрка, не зная, как и что говорить в таких случаях, все-таки попытался утешить друга:

         - Ничего! Папка твой посмотрит, что у него такой сын есть, еще подумает хорошенько и вернется к тебе и маме.

         Пашка тяжело вздохнул, но тут же, как в первый раз, схватил Юрку за рукав и потянул за собой в сторону своего дома:

         - Айда ко мне! Я тебе такое покажу!

         Мальчишки бежали по пыльной дороге, а им наперерез, шипя и распростав в стороны крылья,  устремилась соседская гусыня, видимо решившая, что они хотят причинить вред ее несмышленым гусятам. Юрка от неожиданности остановился и уставился на нападавшую птицу, а Пашка, схватив большую хворостину, валявшуюся под ногами, отогнал гусыню прочь.

         Ребята беспрепятственно продолжили свой путь. Но тут Юрка вновь встал как вкопанный: перед ним вместо маленького обитого доской и покрашенного голубой краской домика бабы Вари тянулся высокий металлический красный забор с узорными коваными воротами, за которыми был виден двухэтажный новый дом из красного кирпича, увенчанный маленькими круглыми башенками.

         - Ты чё?! Мы так до вечера до моей хаты не доберемся! – крикнул ему Пашка, резко развернувшись и подняв под собой столб пыли.

         - А где бабы Вари дом? – тараща глаза на новостройку, спросил Юрка.

         - Нет ни дома, ни бабы Вари – умерла…

         - Как умерла? А Анютка? Как она? Кто ж ей с дочкой помогает?

         - Анютка жива-здорова! К мужу в город уехала! И ничего, баба Муся говорила, что живет себе припеваючи и очень даже сама справляется!

         - Как припеваючи?! – удивился Юрка.

         - Ну, здорово, значит, живет! – ответил Пашка. – А здесь теперь буржуи живут.

         - А зачем здесь буржуи? И какие такие – буржуи?

         - А это никто не знает. Приехали сразу, как дом купили, и за год построились. Вот с этой весны уже и живут.

         Тут скрипнула боковая калитка и со двора вышла небольшого роста девочка, видимо, их ровесница или чуть старше. Юрка хотел что-то у нее спросить, но нетерпеливый Пашка снова увлек друга за собой.