Эпизод 4. Планов громадьё

—  От вида этого стола у меня уже аппетит разыгрался, —  произнесла Лена. —  За что пьём?
—  За нашу любовь.
—  А она уже есть?
—  Ты сомневаешься? —  спросил я и посмотрел таким взглядом, что она смутилась и протянула ко мне бокал. Мы чокнулись со звоном, и отпили по половине.
—  Вкусное вино. Впервые такое пью.
—  Не бойся, пей. От него пьяной не будешь. Лишь мысли игривые появятся. Мир станет проще, терпимее. Смотри на меня, как я чищу креветку, и так же делай. Запачканные пальцы можно ополоснуть в плошке с водой, для того там и стоит.
—  Я не сразу поняла, для чего стоит вода. Думала, что ты свечи туда запустишь.
—  Ты романтичная?
—  Не знаю. А ты?
 —  Всё зависит от настроя. Ты хотела свечей? Они у меня есть. Если поискать, найти можно… Но в квартире и без того душновато.
— Не стоит. Я просто подумала.

Некоторое время молча ели вкусные креветки, запивая вином. Незаметно допили всю бутылку.

—  Нет-нет, вторую не открывай, я уже пьяная.

Отнёс в мойку опустевшую грязную посуду, и заодно сделал четыре маленьких бутерброда с чёрной икрой. Поставил на стол.

—  Если ещё захочешь —  сделаю.
—  Лёня, я уже сыта! Но от бутерброда трудно отказаться. Не помню, когда в последний раз ела чёрную икру. Как вкусно!
—  Ещё сделать?
—  Тогда я не смогу встать из-за стола.
—  Мороженое будешь? Какое? Крем-брюле, шоколадное, ванильное, с глазурью.
—  Крем-брюле. Ты волшебник. Только мороженого мне и не хватало для полного счастья. Как я тебе завидую! У тебя всё есть. И талант.
—  Потому и есть, что талант в наличии.
—  А у меня ничего нет, кроме красоты, которая счастья не приносит.
—  Зато ты приносишь счастье другим.
—  Ты же ещё не знаешь, будешь ли счастлив со мной?
—  Я уже счастлив. Ты сидишь рядом, неземной красоты… Я могу дотронуться до тебя, поцеловать.
—  Ты знаешь, в твоих глазах я вижу отражение своей красоты. Это так приятно! Быть любимой.  Как мне нравится, что ты не куришь! Ненавижу табачный запах.
—  Я тоже его не люблю, и особенно, от женщин. Ещё мороженое принести?
—  Нет. Слишком хорошо, тоже не хорошо.

Я встал и подошёл к Лене, которая меня правильно поняла, поднялась, и мы начали танцевать. Мне ли не знать, из чего складывается женская красота? Из непередаваемо изящных линий. Смогу ли передать на холсте это волшебство?

Лена вдруг фыркнула смехом.

—  Я чувствую себя Ивашечкой, которого баба-яга накормила, напоила. Осталось спать уложить.
—  За этим дело не станет, —  я поцеловал её в податливо открывшиеся губы. Поднял на руки и понёс в спальню, страстно целуя.
—  Подожди. Ты же не мальчик, а я не девочка.

Лена встала и, прихватив свою сумочку, пошла в ванную. Я застелил кровать свежей простынёй и скрылся в душевой. Удобно иметь два туалета и два душа, один завис над джакузи, куда и направилась Лена. Здесь тоже лежала зубная щётка с пастой. Тщательно омылся. Лёгкая щетина некоторым женщинам даже нравится, можно не заморачиваться, за ночь ещё отрастёт. По-моему, времени прошло достаточно, чтобы Лене управиться со своим туалетом. Обмотал банное полотенце вокруг чресл и отправился к ней. Она как раз выходила в моей рубашке, едва прикрывающей её темнеющее лоно. Улыбнулась моему виду.

—  Как ты успел?!

Подхватил на руки и снова отнёс в спальную, которую заливали краски закатного солнца. Снял с неё свою рубашку и начал, оглаживая ладонями, покрывать её совершенное тело частыми поцелуями.

Искал ли я в ней разгадку её красоты? Кто знает. Может быть, это и поможет узнать. Скоро она начала дрожать  в страстном оцепенении, притягивая меня к себе, и я вошёл в её лоно. Теперь только страсть жила в наших телах. Я кусал её плечи, целовал груди, и она отзывалась пением удовлетворяемой самки. Мы были созданы друг для друга, это узнавалось по допускаемым извращениям. Никто над нами свечку не держал, и мы позволяли себе всё.

Наконец я поднялся, включил люстру, принёс заранее приготовленный переносной мольберт с новым холстом и начал делать набросок карандашом. Все творческие люди немного не в себе. Борис рассказывал, как его друг-поэт в первую брачную ночь до утра читал свою поэму, ещё не изданную — невеста была первым ценителем.

—  Зачем? —  произнесла Лена. —  Я не хочу, чтобы меня видели в таком виде.
—  Никто тебя не увидит. Лишь я буду тобой любоваться. Хочу понять секрет твоей красоты.
—  Он в твоей голове, а не во мне. Я обычная женщина, которая хочет, чтобы её любили. Ты —  сатир, всю меня изломал. Можно мне винограда?
—  Лежи, я принесу.

Принёс вазу с фруктами, ножик на подносе. Сменил лист бумаги и начал делать новый набросок. После пяти эскизов, отложил мольберт и снова принялся ласкать желанное тело. Её ногти до крови царапали мою спину, но и это было приятно, знал, что эту страсть я принёс, и она изливается от моих усилий, и кричит от моих поцелуев и толчков моего лона.

Незадолго до полуночи я поднялся, выключил свет, и лёг к Лене, укрыв нас свежей простынёй, потому что ночной ветер лёгкими порывами проникал в спальню и шевелил сверхчувствительные волосы на теле. Не знаю, как Лена, но меня от этого ветра било током, поэтому я и укрывался. Мы лежали вжатые друг в друга —  это было новое ощущение, которое тоже было нам приятно. Так мы и заснули. За всю ночь мы даже не сменили позу, хотя рука и занемела, на которой лежала Лена.

Мы проснулись одновременно, чувственно поцеловались и поспешили по разным туалетам.

—  Я всю жизнь мечтала  о двух туалетах! —  выкрикнула Лена на бегу. —  Мой брат часами там сидел с книгой. Ох, я и бесилась!

После утренних процедур Лена села за стол в моей рубашке, хотя и сказал ей, что я балдею, когда она обнажённой ходит по квартире —  это очень сексуально, заводит, будоражит, греховные мысли появляются.

—  Мне нравится ходить в твоей рубашке, словно ты постоянно меня обнимаешь, я чувствую твоё тело, и, кажется, даже твой запах, хотя рубашка чистая.
—  Но я часто моюсь, потом не должно пахнуть.
—  Ты и не пахнешь потом. Но мне приятен даже запах твоего пота, когда ты на мне. Это непередаваемое чувство!
—  Мне тоже люб аромат твоего тела. Патрик Зюскинд, конечно, ерунду написал о парфюмере, но талантливо. Ты не читала Зюскинда? Он написал роман о маньяке, который из девичьих тел делал прекрасные духи.
—  Как можно из тела делать духи?
—  Он их расчленял, вываривал.
—  Фу, какая гадость!
—  Ты права! Но на читателей какой-то морок нашёл, роман шёл на ура, даже фильм поставили. И фильм ты не видела? Ну да, тогда девчонкой была. Нет, фильм был отвратительным. Я уже начал понимать, что даже представить подобное —  это ни в какие ворота не лезет. У автора явно с психикой нелады, если такое придумал.
—  И у тебя есть время читать эту гадость?
—  Нет. Но было любопытно. Все тогда говорили об этом романе, ну, я и оскоромился, прочитал. Мороженое принести?
—  Ты хочешь, чтобы я стала квадратной?
—  До толстушки тебе, как до Пекина … Я не стану возражать, если ты наберёшь немного вес. Ты, всё равно, будешь восхитительна!
—  Лёня, ты не пользовался резинкой, а если я понесу?
—  Что за печаль? Родишь Оленьке сестрёнку, или братика. Всё ей будет веселее.

Я не стал объяснять, что принимаю специальные гормональные таблетки. Как-то Валентина Сумина попыталась меня шантажировать своей беременностью, но я объяснил свою методу, что даже по суду она не сможет выиграть, новые тесты на ДНК беспроигрышные, хотя и дорогостоящие. А все судебные, да и моральные издержки падут на её хрупкие плечи. Сразу успокоилась, хотя и ругала меня по-матушке. До чего же неприятно слушать мат из девичьих уст! И где они успевают всей этой пакости наслушаться? Мы же и обучаем, ругаемся при них.

Мы вместе собрали посуду со стола, и Лена начала её мыть, обычно я это делаю, гостьи боятся попортить лак на ногтях, кожу на руках пересушить. Потом подал ей полотенце с вешалки.

— Ну что, будем собираться?
— Да.

Лена подошла к шкафу, сняла с себя мою рубашку, чтобы повесить её на вешалку. Обнажённая натура действует на меня как кнут на жеребца, подошел к ней и обнял. Вошёл легко, меня уже ждали. Мне было приятно носить её по студии и ощущать всю с моими картинами, имеющими свою историю, энергетику. Лене тоже это нравилось, откидывалась на моих руках и смотрела на меня затуманенным взором, который я старался запомнить, чтобы точнее передать на холсте.

—  Ты, словно поручик Ржевский, ищешь люстру, на которой можно остановиться, —  севшим голосом произнесла она. —  Нет, только не на лоджию, увидят.
—  Пусть видят и завидуют. С этой стороны за нами некому наблюдать, лишь чайки летают. Зато днём я смогу более спокойно смотреть на тебя, не рычать от вожделения. Ты хочешь, чтобы я закончил твой портрет? Тогда пошли, попозируешь. Да, лучше оденься, чтобы я не отвлекался от лишних деталей.

Два часа пролетели для меня одной минутой. Смог прорисовать лишь лицо, но взгляд не давался, потому что я был всё ещё переполнен ею, не мог отстраниться. Поняв тщетность своих усилий, я тоже оделся, и мы вышли из дома. Я выкатил из подземного этажа «Ниссан» и поехали в торговый центр, где снова загрузились пакетами с продуктами и фруктами и направились к дому Лены, которая жила через квартал от меня, семь минут неспешной езды, и столько же стояния перед светофорами, перед зебрами.

Ивану Григорьевичу шёл пятьдесят первый год, Ларисе Семёновне —  сорок четвёртый, тоже весьма привлекательная женщина, можно позавидовать её мужу. Работали в торговых промтоварных организациях. Выглядят бодро. Встретили дружелюбно, ахали при виде обилия продуктов, выгружаемых из пакетов.

—  Ну, зачем же вы, Лёня так тратились? Нам много не надо, —  причитала Лариса Семёновна.
—  Это не траты, лишь забава. Одевайте Оленьку, мы собрались в Аквапарк. Нам не составите компанию?
—  Я и забыла, когда в последний раз купалась. Гуляйте без нас. Ваше дело молодое.

День пролетел почти незаметно. Пообедав в ресторане, мы заехали в Торговый центр, где Лена накупила одежды себе и дочке, потом вернулись домой ко мне. Оленьку мои картины привели в восторг, с круглыми, от восхищениями глазами, ходила по студии. Особенно ей понравилась мама Лена. Успокоилась лишь, когда я дал ей в руки этюдник и акварельные краски, тут же принялась малевать.
 
—   С понедельника бери расчёт, будешь работать нянечкой при дочке, и по-совместительству моей натурщицей.
—  Я ещё стаж не наработала, пенсия будет маленькой.
—  Ты сама себе будешь платить пенсию. Хватит сидеть на шее государства, мы сами себя обеспечим. Вот тебе кредитка, распоряжайся по своему усмотрению, и желаниям тоже. Завтра подадим заявление в загс.
—  Но ты меня совсем не знаешь!
—  Ты думаешь? Иди ко мне, я буду узнавать получше.
—  Осторожно, Оля увидит.
—  Ей не до нас, тебя рисует.
—  С этой стороны ты меня уже знаешь. Как облупленную.
—  А с какой —  не знаю? Подскажи.
—  Признаю свою ошибку, ты меня знаешь со всех сторон.

Тихо посмеялись. В глазах промелькнули весёлые огоньки знания предстоящих вечерних утех.

Вот так вот я и потерял свой холостяцкий статус. Дни были заполнены любовью, позированием, моей работой, вечером выезжали на загородную дорогу, где движение минимальное, и Лена училась управлять автомобилем. Когда освоилась, перебрались на автотрек автошколы в те часы, когда он был свободен. За месяц Лена вполне освоилась с управлением. Подарил ей маленькую  «Renault», чтобы не испытывала затруднений при парковке, на стёкла прилепили предупреждающие знаки «чайника на дороге». Учил всем премудростям, в том числе и автоматическому выниманию ключей на остановках, если собиралась, хотя бы на минуту покинуть салон. Ушлых ребят много, только и жду зевак, чтобы усесться за руль и моментально укатить.

Лена с удовольствием следовала всем моим советам, видела и знала, что не желаю ничего плохого.

Свадьбу отметили в ближайшем ресторане, чтобы не было затруднений при транспортировке грузных тел, почти все мои друзья и коллеги жили поблизости. Кортежа из автомобилей не устраивали, веселья и без того хватало. Борис, увидев Лену, восхищённо зацокал языком:

—  Почему-то я был уверен, что ты так и останешься холостяком, но теперь вижу, кого ты ждал. Чистый ангел во плоти.
—  Я её называю, леди совершенство.
—  Ты прав. Не могу найти в ней ни одного изъяна. Жаль, её мать не овдовела, отбивать —  не корректно по отношению к тебе. Но, всё же, уговорил на сеансы позирования.
—  Но ты…
—  А это уже наше дело, как сговоримся. Посвящать тебя в наши отношения не стану, молод ещё. Развлекай свою супругу и окучивай так, чтобы никто другой не подступился.

Продолжение следует: http://www.proza.ru/2013/10/21/2041


Рецензии
Здравствуйте Вячеслав! Прочитала несколько глав рассказа, - нравится, читается легко. В первой главе, я бы картинку поставила согласно описываемому персонажу: платье в горошек, маленький каблук... Но это ваша задумка.)
Все так стремительно и гладко происходит у героев. Наверное это хорошо.
Только вот слишком - все это хорошо. За этим всегда следует что-то..., посмотрим...

Белозерская Любовь   15.03.2015 16:01     Заявить о нарушении
Дорогая Любовь, спасибо за внимание и приятные слова!
Я вполне согласен с Вашими словами: именно так и надо, как Вы написали.
Но я смог найти лишь такую фотографию.
Рад, что Вы написали, не промолчали, как обычно это делают другие читатели.

Вячеслав Вячеславов   16.03.2015 06:50   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.