Логово скорби

               

                1

     Джордж Винсент Замански, потирая узкий подбородок, скрупулёзно изучал последнюю сводку. Чем глубже он вникал в информацию, тем менее ему нравилась ситуация. Цифры неумолимо указывали на ошибку в первоначальных расчётах.  С группой испытуемых происходили малозаметные, но не запланированные изменения.
     В кабинет вплыла Джуди:
     – Может, наконец, примете этого чокнутого «федерала»? А то, ещё немного, и я побегу разводиться со своим мужем.
Джордж рассеяно посмотрел на секретаршу:
     – Разумеется, пусть входит, – он сменил файл секретной программы на незамысловатую голограмму.
     Джуди кокетливо пропустила посетителя и вышла, покачивая бёдрами. Вошёл средних лет «коммандос» в сером гражданском костюме. Он оценивающим взглядом обвёл кабинет и саркастически усмехнулся.  «Недавно в Управлении»,  – определил Замански. Гость отёр с лысины капельки пота и бесцеремонно развалился в кресле:
     – Эндрю Грайс – полковник ФБР и ваш новый куратор. Надеюсь, поведаете, почему застрелился мой предшественник?
Хозяин кабинета поморщился:
     – Некогда рассказывать сказки. Ваше присутствие может оказаться ещё более скоротечным.
     – Вы мне угрожаете? – полковник надел деланно свирепую маску.
     Замански предостерегающе взмахнул ладонью:
     – Ни в коем случае! Если подтвердится сбой параметров, то проект придётся сворачивать.
     Грайс расслабился:
     – Ну, и дыра этот ваш Мохаве, не смотря на близость с Лос-Анджелесом. Введите меня в курс дела – я неделю как с Ближнего Востока.
     «Не хватало мне, со скаутом возиться», – нахмурился Джордж, а вслух произнёс:
     – Очередная бессмысленная программа по созданию суперсолдат. Под видом всеобщей вакцинации мы провели отбор среди населения, и тридцати пяти мужчинам ввели препарат со стойкими ферментами. Кроме этого, всей группе сделали, якобы, прививку от столбняка, а на самом деле вшили под лопатки микрочипы. Люди продолжают жить своей привычной жизнью, не подозревая, что мы через компьютер регулярно получаем данные о процессах в их организмах.
Грайс поднял руку:
     –  Оставьте профессорский тон – говорите проще. Что за гормоны?
       – Ферменты гризли. Для увеличения физической силы, направленной агрессивности и укрепления иммунитета. До недавнего времени всё шло по намеченному графику. И вдруг… Вот, полюбуйтесь сами, – Замански, спрятав злорадную улыбку, протянул распечатку последних данных.
Агент ФБР с умным видом уставился в колонки цифр, читая в полголоса:
     – …Моноцитов – 4.7%, эозинофилов – 2,2%, сегментоядерных нейтрофилов – 63,1%… Это что?
     Джордж на мгновенье скривил губы:
     – Это кровь медведя. Вообще-то, гормоны не способны влиять на лейкоформулу! Тем не менее, это произошло. Эксперимент под угрозой срыва. Нужны срочные меры.
     Грайс флегматично зевнул:
     – Профессор, я не принимаю подобных решений. Моя компетенция – охрана. И у Вас, насколько мне известно, нет полномочий что-либо менять в рамках проекта.
     Замански не скрывал раздражение:
     – Я не собираюсь проводить реконструкцию, просто вношу коррективы. И Ваши обязанности не пострадают – нужно доставить всех испытуемых на базу. Раз возникла проблема, то её источник лучше держать под рукой. Сейчас дам адреса.
    
                2

  Мэгги прикинула на себя розовую блузку и повернулась к мужу:
– Пит, как думаешь, я ещё не выросла из неё? А ты чему это так загадочно улыбаешься?
Пит непринуждённо развёл руками:
– Детка, это не связано с твоим гардеробом. Я вспомнил утреннюю сцену с Тимом. Непривычно, что твой пятилетний племянник называет меня папой. Мне всего-то двадцать лет.
Мэгги склонила голову с короткой причёской и лукаво прикрыла один глаз:
– Только попробуй сказать, что ты не готов к появлению нашего ребёнка!
Пит мигом покинул софу и попытался обнять жену:
– Неужели, правда?!
– Правда, правда, – она игриво увернулась от объятий. – Кстати, Клэр заберёт Тима сразу после съёмок.
– Уверен, ненадолго. Светская жизнь несколько испортила твою сестру, – со второй попытки Пит настиг Мэгги и привлёк к себе. – Что-то я сегодня некомфортно себя чувствую.
– Во что вы играете? – оповестил о своём присутствие Тим.
– Кто-то обещал спать до вечера? – Мэгги высвободилась из цепких рук мужа и ласково потрепала племянника по всклокоченным волосам. – Пойдём на кухню, дам тебе тёплого молока…
Тим забрался на высокий стул и, болтая ногами, спросил:
– Когда я вырасту, тоже научусь так обниматься?
– Обязательно научишься!
Она достала из холодильника пакет молока, налила в кружку и слегка подогрела в микроволновке. Затем вернулась в комнату и обнаружила её пустой.
– Пит! Ты в ванной?
Вместо ответа мужа раздалась трель входного звонка.
Мэгги открыла дверь и с удивлением посмотрела на мужчину в сером костюме и двух солдат.
Опережая её вопрос, мужчина показал жетон сотрудника ФБР:
– Питер Корпунз здесь проживает?
– Здесь, – Мэгги растерянно посторонилась, пропуская гостей внутрь.
– Позовите его, пожалуйста.
– Пит, к тебе пришли!
Тишина.
Она прошла по всем комнатам в доме и бледная вернулась в прихожую:
– Его нет! Не понимаю, что происходит.
Мужчина не ответил. Он достал мобильник и сухо сказал в него:
– Корпунз тоже исчез.
Заметив, что Мэгги смотрит с недоумением, агент произнёс:
– Не волнуйтесь, мэм, мы найдём Вашего мужа.
После этого все трое покинули дом.

                3

Город превратился в призрак самого себя. Вот уже два часа Пит бродил по пустынным улицам. Когда Мэгги с Тимом ушли на кухню, у него вдруг закружилась голова, потемнело в глазах и заложило уши. Пытаясь на ощупь найти точку опоры, он споткнулся и упал на пол. Потом зрение прояснилось, и Пит недоумённо стал оглядываться – это был не совсем его дом. Обстановка, разумеется, была прежней, но краски исчезли, словно кто-то в мире включил чёрно-белый режим изображения.
Пит позвал Мэгги – голос прозвучал, как из глубокой бочки. В ушах стоял невероятный шум, но это были звуки его собственного организма. Он отправился на поиски жены и вскоре выяснил, что дом пуст. Кроме того, не работал ни один электроприбор. Было непонятно: то ли мир в одночасье исчез, то ли он сам очутился неведомо где.
Несмотря на отчаянное положение, Пит всё же не утратил способности размышлять. Если подобное произошло с ним, то могло произойти ещё с кем-нибудь. Он покинул дом, но за два часа не встретил никого.
Шуметь в ушах стало меньше. В какой-то момент ему показалось, что он слышит чей-то голос. Завернув за угол очередного дома, он нос к носу столкнулся со здоровяком в длинной футболке и спортивных штанах. Проявив доброжелательный интерес, здоровяк повернулся  в сторону входа в супермаркет:
– Билл, вот ещё один! Сколько нас стало?
– Девятнадцать, – последовал ответ. – Ещё шестнадцать человек нужно найти.
– Найдём, – заверил гигант. Затем обратился к Питу: – Меня Ханок зовут.
– Я – Питер.
– Корпунз? Пойдём, с остальными познакомлю.
Пит остался стоять на месте:
– Объясните, где я и что происходит?
– Здесь все, кому делали вакцинацию, – ответил Ханок. – А почему – мы обязательно разберёмся.
Народ в здании оказался разнообразным и по возрасту, и по национальностям. Одни были напуганы, другие нервничали, третьи озабоченно хмурились. Билл, невысокий ирландец, о чём-то вполголоса договаривался с высокорослым негром. Затем они вышли из супермаркета.
Ханок проводил их взглядом и спросил:
– Ты замечал последнее время в себе перемены?
– Да, – не задумываясь, ответил Пит. – Я стал физически сильнее и выносливей. Меня вновь пригласили в местную бейсбольную команду – сам Джимми Рэйли просил за меня. А ещё, я мало сплю, но усталости от этого не испытываю.
Здоровяк понимающе кивнул, а потом вытянул руку, показывая на трёх мексиканцев возле упаковочного стеллажа:
– У Лессио, который сидит на корточках, был рак лёгких. Сейчас не осталось и следа.
Не успел Пит задать напрашивающийся вопрос, как Ханок развернулся в другую сторону:
– Луи, вон тот увалень возле кассы, был практически слепым. Теперь может читать газету в безлунную ночь. Сэм, который вместе с Биллом пошёл на поиски…
– Подожди, – перебил собеседника Пит. – Не нужно рассказывать – я, ко всему прочему, научился чувствовать состояние людей. Только не понимал, с чем это связано. Думал, что дар во мне открылся.
Ханок сделал круговой жест рукой:
– Здесь у каждого подобный дар. Великая американская армия сделала из нас подопытных крыс. Но не удосужилась перед этим спросить нашего разрешения. И я чувствую, что появление этого бутафорского пустого города не последний сюрприз.
– Значит, нам нужно объединиться, чтобы совместно найти способ выбраться отсюда.
– Я как раз этим и занимаюсь. Когда Билл приведёт остальных, нам необходимо будет запереться на ночь.
– Зачем? Ты что-то ещё знаешь?
– На всякий случай, – уклонился от ответа Ханок. – А с утра займёмся самоспасением.
Билл привёл группу за полчаса до полночи и коротко отчитался:
– Мы не нашли только одного.
– Будем надеяться, что всё обойдётся, – ответил здоровяк. Он негласно становился лидером, и против этого никто не возражал.
Пит присмотрел себе место для ночлега возле стеллажа с игрушками, если сон, конечно, наступит. Вытянув на полу ноги, он подложил под голову поролоновую черепаху – точно такую же они с Мэгги недавно купили Тиму. Мэгги! Что произошло? Какая зловещая сила разрушила реальность, разлучив его с семьёй? Он отчётливо увидел лицо жены – острый подбородок, чуть припухлые губы, пронзительно светлые газа и ямочка на левой щёчке. Пит почувствовал, как она растеряна и находится на грани истерики. «Она думает обо мне и переживает».
Часы на руке мерно тикали, стрелки неизбежно смыкались в верхней точке. И тут внутри него словно включилась мясорубка. Боль пронзила все суставы, неведомая сила выворачивала их изнутри. Пит вскрикнул и потерял сознание.
 
                4

Гордон Оушли привык задерживаться в собственной аптеке. Его квартира находилась в доме через дорогу, но иногда он с удовольствием оставался ночевать здесь. Правда, на следующий день ревнивая жена закатывала истерику с неизменным битьём посуды.
Вот, и сейчас она, наверняка, металась по квартире, думая, что он привёл в аптеку молодую любовницу. Оушли усмехнулся: пусть лучше думает так. Незачем ей знать, что Серджио, местный наркоделец, пропускает через его аптеку часть наркотиков под видом анаболиков.
Гордон проверил решётки на окнах, включил сигнализацию и вышел. Было далеко за полночь, но он знал, что ему бояться нечего. Как-никак, под крышей у мафии. Однако, запирая внешнюю дверь, он услышал за спиной странные звуки.
– Что, уроды, повеселиться больше негде? – с нарочитой агрессивностью выкрикнул аптекарь, ловко вынул газовый пистолет и развернулся.
В ту же секунду ему захотелось очутиться в аптеке, за надёжной дверью. На него надвигался огромный гризли, сверкая глазами. «Я думал, только в кино у монстров глаза красные», – не к месту мелькнуло в голове. Зверь угрожающе зарычал. У Гордона на голове зашевелились волосы, а по ноге потекла тёплая струйка. Он инстинктивно вытянул руку с пистолетом навстречу опасности.
Медведь молниеносно приблизился и одним движением перекусил кисть. Оушли завопил от боли и ужаса. Он отчаянно рванулся в сторону, надеясь убежать. Гризли взмахнул тяжёлой лапой, распарывая аптекарю живот. Гордон сложился пополам и рухнул на землю. Он увидел, как из него вываливаются собственные внутренности. Животный страх сковал его сознание. Аптекарю уже было всё равно, что в окнах домов зажигался свет, что жена, выскочив в пеньюаре на балкон, истошно подхватила его крик.
Сам Оушли уже молчал. Он словно под гипнозом наблюдал, как медведь приближает к его голове свою окровавленную пасть.

                5

– Я так понимаю, Вы не собираетесь сегодня домой? – Грайс отхлебнул кофе и отставил чашку.
– Вы – тоже! – парировал Замански.
– Я, собственно, ещё нигде не устроился. Тем более, мне не даёт покоя вопрос: куда подевались все «кролики»? – полковник встал и опёрся руками о стол. – Вы их уничтожили? У Вас было на это время, пока я изображал конвой.
Джордж покачал головой:
– Нет. Я перевёл течение эксперимента в параллельное русло.
Эндрю присвистнул:
– Забавное шоу. Пока я пытался не запачкаться палестинской нефтью, тут уже научились воплощать в жизнь бред фантастов. Поделитесь опытом создания параллельных миров.
– Ваше позёрство неуместно, – взвился Замански. – Я учёный, и привык опираться только на научные аргументы.
– Зря кипятитесь, – Грайс опустился на своё место. – Я, всего лишь, жду объяснений по факту исчезновения людей. Людей, ради которых были вложены в этот проект миллионы долларов американских налогоплательщиков.
Джордж откинулся на спинку кресла и нахмурился:
– Значит, Управление прислало очередного шпиона? А мне тут не хватает специалистов, аппаратуры и, главное, времени.
Полковник вновь поднялся, подошёл к раскрытому окну и стал вглядываться в тёмные силуэты города.
Замански бесшумно открыл ящик стола и прикоснулся дрожащими пальцами к браунингу.
Грайс, не поворачиваясь, жёстко заговорил:
– Что ж Вы медлите? Стреляйте! – полковник развернулся. – Так, это Вы убили моего предшественника? Он не согласился потворствовать в Ваших закулисных экспериментах?
Профессор обмяк:
– Никого я не убивал, – он задвинул ящик. – Вас ознакомили не со всеми нюансами проекта. Попутно разрабатывалась программа, связанная с колебаниями времени.
– Так-так-так, – Эндрю вернулся и снова сел напротив. – Поведайте.
– Вы обращали внимание, что иногда предметы исчезают на мгновенье со своих привычных мест?
– Естественно. В армии это называется «замыленный глаз».
Замански вздохнул:
– Речь идёт не об усталости зрения, а о спонтанном торможении реальности. Объект, исключительно органического происхождения, на доли секунды остаётся в прошлом, но продолжает хронологический путь за основным течением времени с условным интервалом. Неорганические предметы остаются рядом с объектом в виде осязаемых фантомов.
– А органические?
– Там нет ничего. Даже инертны механические и электромагнитные процессы. Прошлое – миф. Всё живое движется строго со временем. А неживое является своего рода фундаментом.
Грайс вскинул брови:
– Тогда для чего это затевалось?
– Задача состояла в том, чтобы научиться контролировать подобные процессы. Представьте, что противник занимает территорию и не находит на ней никого. Когда из временной засады появятся основные силы, то исход противостояния будет предрешён.
– Как всегда – наивно и гениально. Америка – великая страна. Одному в голову приходят бредовые идеи, другой выкидывает на них бешенные деньги. И как? Вам удалось? Где же, в таком случае, люди?
– Здесь, в городе, только одну сотую секунды назад. В изолированной пустоте.
Внезапно через окно послышался отдалённый душераздирающий крик.
– А вот, и реле сработало, – побледнел профессор.
– Какое реле?
– В прошлом нельзя долго находиться. На шесть часов в сутки программный регулятор будет возвращать людей в обычное временное русло. Но…
Грайс напрягся:
– Очередные сюрпризы? Что происходит с людьми?
– Они трансформируются…

                6

Пит отрешённо смотрел перед собой. Суставы продолжало ломить, мышцы ныли, словно скрученные жгуты. Произошедшее казалось чудовищным недоразумением. Ночью, очнувшись, он увидел вместо рук звериные лапы. Пойдя к витрине, он долго не хотел верить, что видит своё отражение. Кроме того, вокруг него, в лунном свете бродило почти три дюжины медведей. Пытаясь что-то сказать, одни рычали, другие, более напуганные превращением, скулили. Шесть часов показались месяцем, а утром произошло обратное превращение.
Подошёл Ханок:
– Парень, нужна твоя помощь. В соседнем квартале обнаружили Джимми Рэйли, вернее, то, что когда-то было им.
Пит вздрогнул. Джимми был лучшим питчером в команде, а в жизни – угрюмым, замкнутым и неразговорчивым. Он был равнодушен даже к своей спортивной карьере. Пит вспомнил, как приезжал агент из лос-анджелесской команды  с выгодным предложением для Рэйли. Тот молча показал средний палец.
Посмотреть на труп пошли все. Пит только сейчас обратил внимание, что асфальт под ногами был словно пенопластовый – ни гулких шагов, ни привычной отдачи в пятках.
Бесформенную массу заметили издалека. Неестественно вывернутые части тела были наполовину человеческими, наполовину медвежьими.
Ханок подтолкнул Пита:
– Смотри. Что-нибудь почувствуешь? Видимо, он ещё был жив, когда началось перевоплощение.
Пит сосредоточился, потом стал отрывисто говорить:
– Удивление… растерянность… любопытство… убил человека… не хотел – была агрессия… крики… свет… машина, скорей всего, полицейская… выстрелы… ранение… он бежал… оторвался… устал… упал… а утром… Ну, вы сами видите.
Повисло молчание. Потом Ханок сделал шаг вперёд и встал рядом с искорёженным телом.
– Братья! – возвестил он громко. – Вот свидетельство человеческого равнодушия и предательства. Страна, орущая на каждом углу о грёбаной демократии, без угрызений совести сделала нас монстрами. Но монстры – не мы, а те, кто ради денег распорядился нашей жизнью и свободой.  Как нам поступить? Покорно пойти на поклон, в надежде, что кто-то вернёт наш прежний облик? Или мстить, чтобы те, кто нас сотворил, на себе испытали остроту наших клыков?
– Мстить, – прошелестело по толпе.
– Там же мирное население, – начал возражать Корпунз.
– Пит, – оборвал его Ханок. – Ты только что сам увидел, какое оно мирное. Джимми даже не попытались изолировать – сразу стали стрелять. Чёртово сафари посреди равнодушного города. Что нам остаётся?
– Мстить! – более стройно пронеслось по рядам.
– В конце концов, там наши семьи, – не унимался Пит.
– Нас лишили даже этого, – ставил последнюю точку лидер. – Сейчас наша семья – это мы все. Стоит ли жалеть тех, кто бросил нас на жернова своих интересов, и тех, кто даже не догадался этому помешать? Клянусь, они очень дорого заплатят за наши увеченные судьбы. А желающие вроде побитой собаки лизать руки своим обидчикам, пусть катятся к дьяволу! Так, что мы будем делать?
– Мстить!!! – раскатилось долгим эхом по пустынному городу.

                7

«…Вчера ночью разъярённый гризли совершил нападение на мирного жителя. Жертвой оказался всеми уважаемый аптекарь Гордон Оушли. Администрация и мэр выражают соболезнование семье погибшего. Правоохранительные органы занялись расследованием по факту появления на улицах города дикого животного…»
– А где папа? – плаксиво спросил Тим.
Мэгги вздрогнула и выронила утреннюю газету. Она привлекла к себе племянника и постаралась, чтобы голос не дрожал:
– Он уехал по очень важному и срочному делу.
– Более важному, чем ты и я?
– Да, – слёзы хлынули из глаз девушки, и она прижала голову Тима к плечу, чтобы он не заметил их.
Тиму было неудобно, он высвободился и просительно посмотрел на тётю:
– Можно, я погуляю?
– Нет, – выкрикнула Мэгги, а потом тихо добавила, – мы пойдём все вместе, когда… вернётся папа.
– Хорошо, – согласился племянник и поднялся в свою комнату на второй этаж.
Губы Мэгги дрожали. Она сдерживалась, чтобы не разреветься в голос. Ей не приходило в голову ни одного логического объяснения, куда подевался Пит. В том, что он её не бросил, она была абсолютно уверена.
Зазвонил телефон.
– Что там у вас происходит? – беспокойно назидательным тоном начала Клэр. – Подозреваю, что это проделки твоего непутёвого красавчика. Вот, не послушала старшую сестру – вышла замуж за бездарного молокососа. И не смей мне возражать! Я немедленно выезжаю. Не хватало, чтобы моим Тимоти  пообедал какой-нибудь дикий зверь.
Настроение было окончательно испорчено.  Мэгги подняла газету и продолжила читать утренние местные новости.
«…Из надёжного источника появилась информация об исчезновении сразу тридцати пяти человек. Среди них такие известные личности, как адвокат Ханок Пьезу, а так же звёзды местной бейсбольной команды Джимми Рэйли и Пит Корпунз. Предположительно, все они являлись членами тайной секты. Полиция отказывается давать комментарии по обоим последним событиям…»

Замански скомкал газету и швырнул на пол:
– Этого ещё не хватало. На базе завелась крыса.
Грайс достал сигарету и щёлкнул зажигалкой:
– Нет никакой крысы. Это я благоразумно слил информацию прессе. Чтобы отвлечь внимание от медведя. Кстати, его тело не нашли. Значит, он ещё жив.
– Допустим, – успокоился Джордж. – И перестаньте здесь курить.
Полковник проигнорировал последнее замечание:
– Вернёмся к нашим баранам, то есть, медведям. Армии нужны супервоины, вместо этого, на базе развели питомник оборотней. Говорите всё, что знаете. И, может быть, я помогу Вам выпутаться из этой ситуации.
Замански ладонью разогнал перед собой табачный дым:
– Наблюдая за графиком изменения в организмах испытуемых, я выявил двух наиболее, если можно так выразиться, способных. У каждого достаточно быстрым темпом развивался свой феномен.
– Корпунз и Пьезу?
Джордж кивнул и продолжал:
– Корпунз – сканер, умеет считывать информацию со всего живого и даже с того, что недавно было живым. У Пьезу преобразовательный процесс организма шёл ускоренным темпом, что является важным для эксперимента. Возможно, у него уже случалась трансформация. Он первым сообразил, что приобретённые таланты связаны с проводившейся вакцинацией. И отправился к Вашему предшественнику, полковнику Сморту, пытаясь у него что-нибудь выяснить. Сморт, в свою очередь. пришёл ко мне.
– И Вы его убили?
– Я защищался! – голос профессора сорвался на фальцет. – Повторяю, я – учёный! А ко мне врывается этот солдафон, тычет оружием в лицо и обвиняет в диверсии. Я всего лишь попытался отнять пистолет, а он выстрелил…
Грайс невозмутимо бросил окурок в чашку с недопитым вчера кофе:
– Мне знакома импульсивность Сморта. Он нарушил инструкции и поэтому получил то, что получил. Сейчас важно, насколько мы способны контролировать действия новоявленных оборотней и есть ли возможность, в силу необходимости, их ликвидировать?
– Я пытался вводить команды – они блокируются. А для ликвидации нужен резервный код. Он разделён. Одна часть у меня, а вторая в Управлении. И, чёрт возьми, где Джуди? Грязь в кабинете.
– Я располагаю этой частью шифра, – доверительно сообщил Эндрю. – Но спешить не будем. Нужно усилить охрану базы – монстры, рано или поздно, догадаются сюда прийти. – И добавил с улыбкой: – А с Джуди я разберусь…

                8

Супермаркет сейчас был похож на гудящий улей. Люди переговаривались, спорили, устраивали шутливые потасовки. Сэм, бывший баскетболист, играючи отражал нападения трёх соперников. Они потирали ушибленные места и, смеясь, призывали на помощь ещё, как минимум, двоих.
Пит стоял в стороне. Он понимал, что веселье, большей частью, искусственное. По сути, многие ещё не в полной мере осознали, что такое – устраивать жизнь не только в других условиях, но и в ином теле. Обыватель, вырванный из размеренного течения жизни, абсолютно непредсказуем в своих действиях, если его резко поместить в среду, с проблемами которой он даже не сталкивался. 
Сам Пит думал о Мэгги. Они познакомились три года назад. В тот год руководители трёх школ приняли совместное решение провести объединённый бал для выпускников. Накануне Пит повздорил с отцом из-за сущего пустяка, и теперь хмуро стоял у стены, не принимая участия в празднике. По соглашению школ королев бала было объявлено тоже три. Неожиданно одна из них подошла к нему и пригласила на танец. Тоненькая, с проникающим в душу взглядом, она мгновенно перевернула внутренний мир Пита. С этого дня они не разлучались, а четыре месяца назад поженились…
Подошёл Ханок, по своему поняв настроение Пита:
– Не дрейфь, парень. Можешь никого не убивать, но пойдёшь в паре с Сэмом. В случае необходимости, прикроешь его.
Корпунз огляделся. Не было сомнения, что многие зомбированы оптимизмом нового вождя, а точнее, вожака стаи. Хотя он не знал наверняка, есть ли у медведей стаи и вожаки.
– В революцию играешь? – ответил он Ханоку. – Какой смысл устраивать кровавый карнавал? Нужно найти, где у них база, и там искать спасения. В конце концов, нас могут просто уничтожить. Ты в курсе, что у каждого вживлён микрочип? Я почувствовал.
– Эх, и дел бы мы с тобой наворотили, парень, – мечтательно заявил Ханок, – если бы ты не был, по молодости, простодушен. Я знаю про чипы и мне известно, где база. Признаюсь, первое перевоплощение у меня было неделю назад, чем я до смерти перепугал своего кота. Они не смогут нас уничтожить – у нас выработался мощный иммунитет, который блокирует все внешние вмешательства.
– А база?
– Я же говорю, что ты слишком молод. Нам сначала нужно показать свою силу. В следующую ночь в городе будут все, кто научился держать оружие в руках. Тогда мы перевоплотимся непосредственно на самой базе. И будем диктовать свои условия, так как они уже удостоверятся, что через программу на нас невозможно воздействовать.
Пит удивлённо посмотрел на собеседника:
– Каким образом мы сможем что-то диктовать? Мы же будем в зверином обличие.
Ханок расхохотался:
– А ты на что? Мы все сознанием в этих мохнатых телах остаёмся людьми, а у тебя ещё и твой дар.
Пит смутился и отвернулся, а потом тронул Пьезу за рукав:
– Тебя не настораживает вон та троица?
Мексиканцы стояли обособленно от всех, перешёптывались и злобно поглядывали на остальных.
– Я давно за ними наблюдаю, – сказал Ханок. – Они не представляют опасности. Мышонка хоть в шкуру тигра наряди, он будет жалок и боязлив.
– Но им тоже идти ночью со всеми.
– Уверяю, они где-нибудь спрячутся, и будут дожидаться утра. Таков удел трусов.

                9

Серджио предпочитал сам вести свой джип.
– Что с курьером? – спросил он у Рамиреса.
Телохранитель, не поворачивая головы, ответил:
– Наши люди ведут наблюдение. За ним тянется мерзко пахнущий хвост.
– Копы?
– Скорее, конкуренты из Лос-Анджелеса.
– Следовало ожидать – кому понравится иметь под носом неконтролируемый канал сбыта. Но скоро эта возня закончится. Как только в руках будут необходимые ключи, я выпущу демона страха. Ты проверил эту шлюху?
– Да. Она ни на кого не работает.
– Тем лучше… А это что за чёрт? – Серджио свернул к тротуару и остановил машину.
Впереди, из-за угла четвёртого от джипа дома вынеслась орущая толпа. Последними бежали двое мужчин с карабинами, оборачиваясь и стреляя.
– Наверное, охотники за вчерашним медведем? Говорят, его так и не прикончили.
Серджио расхохотался:
– Вот, на охотников этот паникующий сброд меньше всего похож.
Часть людей бежала, куда глаза глядят, несколько человек остервенело стали стучать в двери ближних домов. Один из стрелявших споткнулся и упал, выронив ружьё.
Преследователи не заставили долго ждать. Следом за людьми показались два гризли. Мужчина успел подняться, но, увидев медведей, оцепенел, и был сбит мощным ударом лапы. Крик, полный безумия и отчаяния, огласил окрестность и тут же захлебнулся.
Тем временем, второй стрелок сам бросил своё оружие и стал карабкаться на фонарный столб. Гризли, не удостоив его вниманием, устремились в боковую улицу, преследуя основную группу спасающихся бегством.
К машине приближался один из спасающихся. Серджио покинул джип и неожиданно злобно оскалился навстречу бегущему. Тот, не сбавляя темп, свернул в сторону и скрылся между домами.
Мафиози повернулся к Рамиресу:
– Видишь, как легко манипулировать тем, кем овладел страх?
Помощник, однако, не стал выходить из машины:
– Уезжать отсюда надо.
Вдали были слышны полицейские сирены, беспорядочные выстрелы и крики обезумивших людей.
Серджио вернулся на место:
– Красавцы, ничего не скажешь. Мне бы в город таких монстров несколько десятков. Люди, объятые ужасом, легко расстаются с деньгами и со своим имуществом.
Рамирес покачал головой:
– Непросто управлять сворой разъярённых медведей, или кто они там.
– Оборотни это, – Серджио был в приподнятом настроении духу. – А управлять можно научиться чем угодно и кем угодно. Главное, вовремя сделать правильные выводы.
Телохранитель согласно кивнул и поинтересовался:
– Возвращаемся?
– Нет. Думаю, пора поторопить нашу пташку…

                10

 Мэгги в одном халате стояла у окна и вглядывалась в ночной город. От беспорядочных мыслей разболелась голова, а тело было нервно напряжено. Но она чувствовала, где бы сейчас не находился Пит, он думает о ней. А не подаёт о себе знать лишь потому, что ему кто-то или что-то мешает это сделать.
Внезапно за спиной включилось бра.
– Ах, как трогательно! – Клэр была в своём репертуаре. – Ты настолько безалаберна, что от тебя сбежал даже этот слизняк. Уверяю, он сейчас беззаботно нежится в объятиях более сообразительной красотки.
Возражать сестре не было никакого желания. Она прилетела через четыре часа после утреннего звонка и с порога начала устанавливать свои порядки.
– Милочка, что за бардак в твоём доме? Я всегда говорила, что ты не умеешь вести дела. Что это за чудовищный сервант? А софа? От неё на десять метров несёт плесенью. Я уж не говорю о безвкусной драпировке в вашей спальне на втором этаже.
За четыре месяца, как Мэгги с Питом переехали в этот дом, Клэр была здесь неоднократно. И каждый раз говорила о вещах, словно видит их впервые.
Вот, и сейчас она брезгливо обошла софу и расположилась в кресле, как раз за спиной у сестры.
– Вообще, как ты не боишься ночью спускаться на первый этаж. Здесь, наверняка, водятся привидения. А эта громоздкая решётка, которую установил на окна твой безрукий муженёк? Я чувствую себя запертой в тюрьме.
Мэгги не выдержала:
– Откуда в тебе столько желчи? Сама из-за своих рекламных съёмок лишена нормальной жизни…
– Не смей!  – перебила её Клэр. – Поживи с моё, да похлебай, а потом укоряй. Я же тебе добра желаю. Вышла замуж наперекор мне, а теперь звёзды за окном считаешь.
Где-то вдалеке послышался выстрел. Потом второй. Мэгги вздрогнула. Потом увидела, что кто-то движется к дому.
– Вот, – язвительно бросила сестра. – До войны дожили с беспутным отношением к себе. Отойди от окна!
Но Мэгги и без этого стала отступать вглубь комнаты – перед решёткой возник огромный гризли. Он попробовал потрясти неожиданную преграду, а потом мощно ударил по ней обеими лапами. Решётка устояла, зато лопнуло и рассыпалось стекло.
Клэр истошно завизжала и забралась на кресло с ногами.
Мэгги не менее испугалась, но паниковать себе не позволила. Она подошла к телефону, набрала «911» и сбивчиво стала объяснять ситуацию.
– Не волнуйтесь, мэм. Сейчас вышлем к Вам отряд спасателей, – ответил женский голос, и трубку повесили.
– Папа! – вдруг раздался рядом голос Тима.
– Где? – растерянно спросила Мэгги. Клэр продолжала беспрестанно вопить.
Вместо ответа Тим показал рукой на окно. Девушка перевела взгляд. За окном появился второй медведь и сильным ударом в грудь заставил первого отступить. Тот оскалился и злобно зарычал. В это время со стороны дороги начали стрелять. Одна пуля попала в раму, осыпая остатки стекла, вторая пролетела в полуметре от Мэгги. Девушка бросилась на пол, увлекая за собой племянника.
Вскоре выстрелы стали звучать реже и постепенно затихли вдали. В комнате стояла подозрительная тишина.
Клэр!
Мэгги вскочила и метнулась к сестре. Та неудобно откинулась на спинку кресла. На груди растекалось красное пятно. Клэр ещё дышала. Она открыла глаза и, увидев сестру, прошептала:
– Прости… Береги Тима…
– Что ты такое говоришь? – зачастила Мэгги. – Сейчас приедет служба спасения. Тебя увезут в клинику.
Клэр собрала последние силы, голос её звучал ещё тише:
– Я вижу… твой Пит вернётся…
Хрипло вырвался последний выдох, глаза закрылись, голова безвольно откинулась.

                11

Питу удалось обнаружить заброшенный склад. Он помог Сэму забраться внутрь и знаками показал, чтобы тот его дожидался. Израненный Сэм понимающе кивнул. Пит решил посмотреть, как идут дела у других. Определить место нахождения разрозненных групп было несложно – вокруг звучали выстрелы.
Питу вначале было непросто управлять своим массивным телом. Но затем он приспособился и быстрыми перебежками перемещался по узким улицам.
Выстрелы были рядом. Он осторожно высунулся из-за угла дома. В сорока метрах на маленькой площади перед банком три медведя напали на полицейскую машину, перевернув её. Перепуганные копы хаотично отстреливались. Один из гризли вырвал дверцу, второй когтями вытащил одного из копов и тут же разорвал его. Участь остальных была такой же.
Пита замутило. И не только физически. Даже на таком расстоянии от жертв исходил животный страх – люди не хотели умирать таким образом.
В какой-то мере, Пит тоже был жертвой. Волей обстоятельств он был брошен на перепутье. С одной стороны – противление насилию, даже при условии выживания. С другой: пока есть шанс спасти попавших в беду, нужно исчерпать его до конца.
Несколько часов назад он выпустил из поля зрения Сэма, а нашёл его нападавшим  на его, Пита, дом. Когда оттаскивал разъярённого товарища от окна, то явственно услышал голос Тима. «Папа!» Неужели у ребёнка дар видеть истинную сущность человека, невзирая на облик последнего? Бедный ребёнок. Какой неимоверный груз выпал на его долю.
А ещё он видел испуганную Мэгги. Что она делала ночью у окна? Какой нелепый вопрос. Конечно же, ждала его. Увидит ли он её когда-нибудь? Не в этом уродливом виде, а прежнем, человеческом.
Их разлучило желание властей создать живую машину для убийств. Завтра на базе он постарается получить ответы на многие вопросы.
Пита вернул к реальности визг тормозов. В тридцати метрах от растерзанной машины остановилась вторая. Корпунз чётко уловил своим сознанием: «Стрелять на поражение!» Забил пулемёт. Один гризли рухнул на месте. Пит выскочил из-за дома, громко издав рык. Оставшиеся медведи оглянулись и побежали в его сторону. Полицейские не спешили преследовать беглецов. Они подъехали к первой машине и осторожно вышли наружу.
Пит решил, что дальше наблюдать опасно, и повёл товарищей по несчастью в сторону склада. Он лишь оглянулся посмотреть на банковские электронные часы – «05.01». До утра оставался ещё час. Час, по истечении которого, оставшиеся в живых оборотни вернутся в пустой город. Невольно напрашивалось, как в логово. Логово, куда возвращаются после ночной охоты бывшие учителя, клерки, водители, торговцы… Возвращаются, чтобы зализывать раны и скорбеть. Скорбеть, одинаково, и об участи жертв, и о своей незавидной судьбе.


                12

Замански полулежал в кресле, прикрыв глаза. Голова раскалывалась, в ушах шумело, боль отдавалась в челюсть. За последние полгода это был не первый приступ неизвестной ему болезни. Джордж чувствовал, как полковник за ним наблюдает
– Что тебе удалось узнать? – спросил он Грайса.
Тот словно не заметил фамильярности:
– Девятнадцать погибших, среди них четыре полицейских. Почти тридцать человек госпитализированы: одни с ранениями разной степени тяжести, другие в шоковом состояние. Перед зданием мэрии с утра несанкционированная акция протеста. Люди требуют обеспечения безопасности в связи с ночными нашествиями гризли.
– А наши оборотни?
– Одиннадцать медведей убито, но в шесть часов утра их трупы исчезли. Пресса раздувает этот факт. Люди паникуют. Одни скупают в магазинах всё подряд про запас, другие громят мелкие лавки. Полиция разрывается между пикетом и мародёрами.
Дверь тихо скрипнула, и послышался шёпот Джуди:
– Эндрю, как он?
– Отстань, – грубо бросил Грайс и вновь повернулся к Джорджу. – Зря себя казните, профессор. Тут больше моей вины, а точнее, голов из Управления. Мне было запрещено осуществлять ликвидацию гомункулов. Даже теперь. Только что пришли инструкции: усиленно искать способ управления монстрами.
Джордж заставил себя открыть глаза:
– Боюсь, это уже невозможно. В экстремальных условиях у них увеличилась и без того высокая сопротивляемость. Наши чипы для них, как комариный укус слону.
Полковник развёл руками:
– В таком случае, исход для них предрешён. Memento mori. Следующей ночью они непременно появятся здесь. Я распорядился расставить энергетические ловушки.
– И что дальше?
– Ничего. На Ваше место пришлют нового «доктора Моро», а меня – обратно в сектор Газа. Радует то, что в Управлении так же полетят головы и регалии. Вопиющая халатность – проведение секретного эксперимента в свободном варианте. В данном случае организация вивария было необходима.
Замански кивнул:
– Меня даже не стали слушать. Сказали, что очень важна информация о поведении испытуемых в естественных условиях. Что ещё?
Грайс пожал плечами:
– Ничего особенного – кучка пронырливых корреспондентов осаждают ворота. Могу выйти к ним, замазать глаза.
– Я не против, но сначала успокой Джуди...

                13

Тело Клэр увезли.
Мэгги трясло. Она, так и не переодевшись, сидела на софе и безучастно отвечала на вопросы двух полицейских. В голове не укладывались недавние события. Она даже не заметила, как распахнулся халат, обнажая аккуратную грудь. Один из копов стал бесцеремонно разглядывать открывшуюся часть тела, второй тыльной стороной ладони хлопнул его по челюсти.
– Последний вопрос, мэм. Вы заметили что-нибудь особенное в поведении животных?
Конечно, она заметила. Вернее, не она, а Тим. Именно это её сейчас угнетало. Но вслух она отрешённо сказала:
– Я не разбираюсь в повадках диких зверей. И мне в тот момент было совершенно не до этого.
Полицейский поднялся со стула и вновь дал тумака напарнику:
– Благодарю Вас, мэм. Если что-то вспомните, позвоните по этому телефону.
Он положил на стол листок бумаги. После этого оба покинули дом.
Мысль перескакивали с одного на другое. Действительно ли она ночью видела Пита? Перед глазами вновь встала картинка: один медведь нападает на окно, а второй его отгоняет. Безумие какое-то! Может, это какой-то чудовищный маскарад? В газете упоминали секту. Но в это она не верила, потому что хорошо знала Пита. Может, у Тима случился стресс, а слово «папа» прозвучало как защитное?
– Тим! – позвала она и машинально запахнула халат.
Племянник спустился и сел рядом.
– Она умерла? – мальчик никогда не называл Клэр мамой.
– К сожалению, да, – вздохнула Мэгги. – Кого ты увидел за окном?
– Папу, – Тим поднял свои большие искренние глаза.
– Ты уверен? Там были только злые медведи.
– Папа не злой. Его обманули.
– А почему ты его папой называешь?
– Мне Он сказал, – Тим махнул рукой вверх. – Папа – мой ангел.
Мэгги сдержала слёзы и погладила мальчика по голове:
– Сегодня ты тоже не сможешь пойти погулять.
– Я знаю, – он встал с софы и начал подниматься в свою комнату.
– Тим, – окликнула его Мэгги и немного замялась. – Папа вернётся?
Мальчик пожал плечами:
– Не знаю. Мне не говорят.
– Кто не говорит?
Но Тим уже скрылся за дверью.
Мэгги сильно сжала виски ладонями. Куда подевалась реальность? Люди в медвежьем обличие, полиция, стреляющая в мирных жителей, ребёнок, разговаривающий с Богом… Нет, это всё от нервов. Нужно успокоиться или, даже, расслабиться. Кажется, в холодильнике есть виски…

                14

– Сукин сын, ты ударил меня ночью, – орал Сэм. Сквозь повязку на плече проступило розовое пятно.
– В этом доме живёт моя семья, – Пит был спокоен. – Не забывай, что я тебя спас.
– Поэтому я с тобой только разговариваю, – сбавил спеси негр. – Нет у нас больше семей! Мы такие никому не нужны, и наш конец предрешён. Почему же я должен кого-то жалеть? Спроси у Рэйли: кто встал на его защиту, когда первый же недоумок наставил на него пистолет. Где был хвалёный Гринпис, когда Джимми, вместо того, чтобы отловить и выпустить в заповедник, опять же, с оружием в руках стали травить? Стала бы твоя семья тебя оплакивать, если бы нас убили возле твоего дома? Поэтому я буду грызть и рвать равнодушных людишек, пока меня не остановит пуля.
– Остынь, Сэм, – подошёл Ханок. – Пит троих спас. А успех следующей ночи полностью зависит от него. Мы захватим базу и будем диктовать свои условия.
– Скажи это Великой Американской армии, – проворчал негр, но в сторону отошёл.
– Мы нужны армии живыми. Для этого они нас и создавали.
Но Пит почувствовал, что уверенность Пьезу ослабла. Видел он и то, что не все считали эмоциональную речь Сэма бесспорной. Не все прошли испытание злодейством. К тому же, оживились мексиканцы. Они ходили от человека к человеку, что-то нашёптывая. И многие согласно кивали.
Ханок тоже это заметил. Он отвёл Пита в сторону и вопросительно посмотрел в глаза.
Корпунз сказал правду:
– Люди чувствуют себя обречёнными. Ночью они вновь станут кровожадными, но будут намеренно лезть под пули. Я верю, что у нас есть шанс на спасение, а они – нет. Кроме того, трусливые мексиканцы подбивают их на саботаж. Одни пойдут умирать, а другие – прятаться. Людей нужно воодушевить, избавить от сомнений. Но вчерашний пафос уже не подействует.
Ханок понимающе кивнул и вышел на середину зала…

                15

Удар в челюсть свалил уругвайца.
Серджио был взбешён:
 – Что за фуфло ты мне принёс? Думаешь, я перестал разбираться в дури? Или ты за моей спиной нащупал другой канал сбыта?
Уругваец затрясся от страха и стал ползать в ногах главаря, плаксиво повторяя:
– Это не я… это не я… меня подставили.
Серджио пнул курьера в лицо и отошёл к бару:
– Рамиреса ко мне. И уберите эту падаль.
Бармен услужливо пододвинул двойную порцию текилы, стараясь не смотреть, как выволакивают обезумевшего курьера.
Телохранитель появился через полторы минуты.
– Она пришла, – зашептал он боссу. – Я провёл её в твой кабинет.
– Хвост не привела?
– Нет, всё чисто.
– Будь поблизости. Возможно, синьору придётся проводить, – главарь многозначительно повёл бровью.
– Понял. Сделаю, – Рамирес бесшумно отошёл.
Серджио допил текилу и отправился к себе. Как только он вошёл в кабинет, сидящая на стуле девушка откинула капюшон и бросилась ему на шею:
– Любимый, я соскучилась!
 – Не время, – грубо отстранил её Серджио. – Принесла?
– Да!
– Сколько?
Девушка вытащила из-под плаща пакет:
– Как договаривались.
– Молодец.
Посетительница вновь попыталась его обнять. На этот раз Серджио прервал её порыв немного мягче:
– Я действительно сегодня занят, Джуди. Завтра пришлю за тобой Рамиреса.
– Буду с нетерпением ждать! – девушка накинула капюшон и вышла.
Тут же появился Рамирес и вопросительно посмотрел на босса.
Серджио легонько похлопал по пакету:
– Скоро все наркобароны будут заглядывать мне в рот и умалять за бесценок взять их товар. Проводи синьору…

                16

В глазах у Мэгги двоилось. Напряжение росло и никак не могло найти выход. Даже напиться не получилось – бутылка так и стояла не раскупоренной. Она упустила что-то важное, не придала значения очевидному. И тут её озарило.
Она бросилась к столу. На листке, оставленном полицейским, были написаны номер и имя – Эд Бойнс. Она торопливо набрала номер.
– Третий полицейский участок слушает.
– Будьте добры, пригласите к телефону Эда Бойнса.
– Кто его спрашивает?
– Пострадавшая. Мэгги. Мэгги Корпунз.
Сердце успело сделать не один десяток ударов, прежде чем раздался знакомый голос:
 – Слушаю Вас, мэм.
– Утром Вы просили позвонить, если я что-нибудь вспомню.
– Мне приехать или по телефону скажете?
– Приезжать не обязательно. Два дня назад у меня таинственным образом исчез муж. Примерно в это же время приходил сотрудник ФБР – ему зачем-то был нужен Пит.
– Что-нибудь ещё, мэм?
– Подождите. Вы неправильно меня поняли. Это может быть связано с ночным происшествием.
– Каким образом?
Мэгги от волнения стала заикаться:
– Агент приходил в сопровождение двух военных. У нас есть военный гарнизон?
– Естественно. В городе несколько учреждений, где используется военная охрана. В том числе пара исследовательских баз.
– Вот! Именно об этом я и подумала. Медведи не могли сбежать оттуда?
В трубке воцарилось продолжительное молчание. Мэгги могла поклясться, что слышит, как Бойнс разговаривает по другому телефону. Наконец, он вновь появился на связи:
– Благодарю Вас, мэм, за своевременную информацию. Мы с Вами созвонимся.
Связь отключилась.
Вот, мерзавец. В полиции что-то знают! Она до них доберётся. Не знает как, но доберётся.
Что-то Тим давно не спускался.
Мэгги поднялась и открыла детскую. Пуста! Сбежал? Если она потеряет и Тима, то жить станет незачем. Нужно переодеться и пойти на поиски. Но, войдя в спальню, она замерла. Мальчик безмятежно спал на их с Питом кровати, прижав к себе поролоновую черепаху.
Мэгги спустилась вниз, села на софу и, наконец, разрыдалась…

                17

 
База – это громко сказано. Старое трёхэтажное здание, обнесённое двухметровым кирпичным забором. Поверху забора протянута в четыре нити проволока под напряжением. Вернее, она должна быть под напряжением, но в этой мрачной копии города не было электричества. Вход на территорию преграждали железные автоматические ворота. Поскольку они так же обесточены, поэтому группа беспрепятственно вошла внутрь.
Ханок стал грамотно рассредоточивать людей. Троих оставил у ворот. За основным зданием находились два барака для солдат – туда отправились по пять человек на каждый. Остальные вошли в главный корпус. Одна четвёрка осталась на первом этаже, вторая поднялась на третий. Питу и Ханоку достался второй этаж, где располагалось руководство базы.
Несколько часов назад лидер сумел найти нужные слова. Он прислушался к совету Корпунза и не стал усиливать эмоции, а лишь рассказал историю своей жизни с рождения. В конце Ханок добавил:
– Не знаю, насколько я правильно жил, но это было то, что я построил своими руками. Алчность власть имущих лишила нас возможности выбирать. Сегодня мы идём восстанавливать справедливость. Нам вновь придётся убивать, но для того, чтобы доказать право на человеческую жизнь.
Пошли все, даже мексиканцы…

Выбрав нишу в конце коридора, Ханок ещё раз повторил схему операции:
– Подождём, пока остальные организуют хорошую шумиху. Когда войдём в кабинет, я нейтрализую находящихся там, а ты найдёшь способ взломать программу.
Пит кивнул. Вообще-то, план придумал он, но разве это имеет сейчас значение? Его сознание уловило разговор, и он пытался вычислить, из какого кабинета.
Ночь наступала медленно, дразня воображение игрой причудливых теней. Своим неторопливым вступлением в права она давала понять, что у неё достаточно сюрпризов припасено за пазухой.
И точно, в полночь события стали развиваться неожиданным образом. После перевоплощения округа огласилась диким рычанием медведей и организованной стрельбой.
«Ловушка», – с досадой понял Пит и повернулся к Ханоку. Но тот уже выскочил из укрытия и мчался по коридору. Пит цепким взглядом окинул стены, потолок, пол. Есть – по полу поперёк коридора тянулось несколько проводов. Он издал рык опасности и рванул за товарищем. Ханок услышал предупреждение, но его лапа уже опускалась на смертоносную паутину. Мощный электрический разряд повалил гиганта. В воздухе запахло палёной шерстью и кожей. По телу забегали голубые искорки. Ханок сделал отчаянную попытку отползти из опасной зоны и замер.
План полностью провалился, но Пит решил не отступать. Он перешагнул через провода и направился в сторону кабинета, из которого он слышал звуки.

                18

Грайс развалился в кресле, положив ноги на один из стульев:
 – Управление недовольно Вашей самодеятельностью. Завтра из Вашингтона прибывает соответствующая   комиссия.
– С размахом, – спокойно произнёс Джордж. – Полагаю, с группой захвата?
– Не вижу повода для сарказма, – Эндрю опустил ноги и выпрямился. – Вы – отличный специалист, но слишком много в последнее время посторонних движений. На кого Вы работаете, Замански?
– Не беспокойся, полковник, мы на одной с тобой стороне. А вот, кое-кого следовало бы проверить, но, боюсь, поздно.
Грайс несколько секунд смотрел на Джорджа непонимающе, а потом сделал неуловимый кивок в сторону секретарской:
– Что произошло?
– Из сейфа исчезло шестьдесят ампул с сывороткой. Для дилетанта это всё равно, что держать в руках водородную бомбу. Вероятно, вскоре какой-нибудь сраный мафиози начнёт диктовать свои условия.
Эндрю присвистнул:
– Кто знал шифр от сейфа?
– Только я. Если Джуди была подсадной уткой, то вполне могла узнать код при помощи скрытой камеры. Я не воспринимал её серьёзно.
– Я тоже её посчитал набитой дурой. Кстати, она так и не вернулась с ленча.
– Пусть это разгребает завтра высокая комиссия.
Полковник не успел ответить – наступила полночь. Он вынул секундомер и стал невозмутимо наблюдать за стрелкой.
– Три минуты, сорок две секунды, – гордо сообщил он, когда наступила тишина. – Вот, и всё. А Вы распинались о их уникальности – попались, как крысы.
Замански пощёлкал клавишами и посмотрел на дисплей:
– Не все. Один жив.
– Видимо, это Ваш любимчик, Корпунз. Даю ему минуту, чтоб появиться здесь.
В приёмной раздался шум.
– Не убивай его, полковник, – закричал Джордж.
– Теперь он мне самому живой нужен, – ответил Грайс и взял в руку электрошокер. – Это мой льготный билет, чтоб остаться в штатах.

Пит толкнул дверь и вошёл. В кабинете было двое. Он уже знал из услышанного разговора – полковник и профессор. Он решил не проявлять агрессии, тогда будет шанс добраться до компьютера, чтоб попытаться взломать программу.
Полковник резко вскинул руку и ткнул ему чем-то в морду. Разряд тока был слабый, но заставил Пита присесть, кроме того, от вспышки перед глазами он перестал видеть.
– Замански, куда подевалось снотворное? – заорал полковник.
– Сейчас принесу, – послышался сначала звук отодвигаемого кресла, потом шаги, а затем Пит перестал что-либо понимать. Раздался воинственный рык, сильный удар, и чьё-то тело со стуком упало на пол. Потом шаги вновь удалились к столу.
Пит напрягся и сосредоточился. Через две минуты он открыл глаза – очертания предметов проглядывались, как в тумане. На полу, в луже крови лежал полковник, половина черепа была снесена. За столом активно стучал по клавишам профессор. В человеческом облике. А где второй медведь? Пит нюхом чувствовал его присутствие.
Профессор повернул голову:
– Пришёл в себя? Теперь расслабься. Я должен обновить твою программу. Не ворчи, доверься мне.
«Ты тоже оборотень?» – ворвалось в сознание Джорджа.
Замански нисколько не удивился:
– Я был первым, кому ввели сыворотку гризли. Свидетелем был полковник Сморт – пришлось от него избавиться. Я научился контролировать процесс превращения и уход во временную нишу. Сейчас я тому же самому обучу тебя через чип.  Затем мы скроемся в городе-призраке и станем готовиться к борьбе. Кто-то выкрал сыворотку, и через какое-то время здесь появится свора неуправляемых оборотней, сея ужас среди населения. А нам с тобой нужно выжить, чтобы однажды вернуться к своим семьям.
Пит уже полностью оправился и внимательно следил за действиями профессора. Внезапно над базой заработали мощные лопасти.
– Дьявол, – выругался Замански. – Вертолёты. А этот соглядатай утверждал, что прилетят только утром.
«Это полиция», – передал Пит, уловив мысли из вертолёта.
– Эти-то что тут забыли? Но, может, и к лучшему. Пусть по камешкам всё разнесут – вот, обрадуется комиссия. Но мы успеем. Пит, готовься. Максимально расслабься.
Пит представил, как он бросается в море. Волны подхватывают его и начинают медленно растворять в себе попавшее к ним тело. Под лопаткой кольнуло, по телу прошёл парализующий импульс. Пит понял, что сейчас наступит, своего рода, смерть. Смерть, для того, чтобы жить.

 


 



   
 

    


Рецензии
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.