Алкоголизм в СССР. 1

Рассказывая об СССР 70-х и 80-х годов нельзя не упомянуть об одном из самых существенных факторов тогдашней жизни – о пьянстве. Рассуждая на эту тему, я не хотел бы упрощать – вот проклятые ленинцы споили народ, чтобы он меньше думал.  Но ведь споили. Отчасти сознательно. Алкоголь и общество, алкоголь и власть – это сами по себе очень интересные темы.

Дело в том, что алкоголь единственный наркотик,  к которому белая раса относится вполне терпимо. Почему это так  - понять не сложно, алкоголь веселит, снимает стресс (на начальных этапах), а зависимость от него возникает у большинства отнюдь не сразу. Короче, «праздник, который всегда с тобой». Но действует алкоголь совершенно так же как другие наркотики.  Постепенно какая-то часть мозга не может уже существовать без «дозы», и мозг делает все, чтобы человек приложился и выпил.

И когда говорят, что есть сильные люди, которые могут контролировать себя и есть слабые люди, которые уступают пороку, то это смешно, конечно. Тут все зависит не от силы или слабости человека, а от  того, как успешно расщепляется алкоголь в печени, насколько «биохимия» мозга в состоянии «противостоять» алкоголю. Если не в состоянии, то человек будет пить все чаще и чаще с понятными последствиями.

Любопытно, что элементарные знания о действии алкоголя до сих пор не очень доступны потенциальным «клиентам», скажем, если  принимать алкоголь два раза в неделю (не подряд), то печень справляется, и зависимость не наступает, или наступает медленно.

Степень алкоголизации страны – это тест на психическое  здоровье народа. Психологически здоровый человек в алкоголе не нуждается. Психологически здоровое общество тоже не нуждается  в алкоголе.  Поздний СССР  страстно нуждался в алкоголе. Но дело в том, что алкоголь это мощнейший депресcант. Жизнь для пьющего человека становится все мрачнее и мрачнее. И  депрессивность позднего советского общества в очень большой степени была  усилена алкоголизацией населения.

Любопытно, что Николай II  сам выпивал изрядно, но тогдашнее гражданское общество вело яростную антиалкогольную пропаганду. Хотя по степени потребления алкоголя дореволюционная Россия в подметки не годится позднему  СССР. Но царская власть не  очень хотела бунтов пьяных мужиков, и вполне шла на встречу борцам за трезвость. И когда с началом войны 1914 года в России был введен сухой закон, это был  закономерный шаг для тогдашней власти.

Вожди большевиков - Ленин и Троцкий на дух не выносили спиртного, Ленин, правда, пытался пить пиво в Германии, следуя привычкам немцев (да и его кумир Карл Маркс любил выжрать), но алкоголь – это не то, что пьянило его.  Пьянство он терпеть не мог, то же самое и Троцкий. Поэтому эта пара и поддерживала сухой закон, хотя это было очень трудно.  В осатаневшей от боли и крови стране наркотики (в основном кокаин) и алкоголь (в основном  спирт и самогон) пользовались повышенным спросом.

Но сухой закон в  Красной Армии поддерживали изо всех сил, т.к. очень боялись восстаний и погромов, в том числе, еврейских погромов (а что было, то было), а вот в Белой Армии с трезвостью была беда.  Это не шутка воевать со своими, как выражались белогвардейцы: «болты слетали с резьбы», психика не выдерживала, белые пили. В Красной Армии были те же люди с теми же проблемами, но  за пьянку там могли и расстрелять. А трезвая армия воюет, конечно, лучше пьяной, хотя победа красных все равно была в достаточной мере случайной, что легко доказать, зная, как обстояли дела.

 Большевики пьяных мужиков и пролетариев боялись еще больше, чем цари.  К производству водки приступили уже тогда, когда Троцкий мало на что влиял. Не случайно, что отцом советской водки был  председатель правительства Рыков, сам человек весьма пьющий. Кстати, подлецы редко сильно пьют и спиваются. Рыков спивался. Он был самым порядочным человеком в советском руководстве, к примеру, категорически возражал против того, чтобы братские республики развивались за счет России.

Главной  причиной начала производства водки – была причина экономическая. Стране нужны были деньги, продажа водки это самый быстрый способ выкачать эти деньги, позиции в руководстве двух пьющих людей Сталина и Рыкова были сильны, и к радости широких масс, в СССР началось производство водки, которую прозвали  «рыковкой».

Доходы у людей были тогда очень небольшие, в 20-е годы еще и безработица в городах, после коллективизации опять ввели карточки, лучше стали жить только в конце 30-х годов, и тут же возросло потребление алкоголя.

Главный политический цензор СССР Солодин рассказывал мне о том, как жила их семья перед войной, он помнил, что в выходные обязательно покупали «Спотыкач»,  тридцатиградусную водку, и пили всей семьей за обедом. Потом война, потом нищета и разруха, и бутылку водки купить было очень дорого. Поэтому после войны водку продавали во всех магазинах в разлив.

Зашел человек в любой магазин, есть в кармане хоть что-то, брал сто граммов и выпивал, и жить  уже не так погано. На тридцать минут. В фильме  «Невеста с приданым» про колхозную жизнь пятидесятых, есть такая сцена. Героиня, которую играла Татьяна Пельтцер, пошла на  вокзал, что-то продать. Ну что тогда продавали?  Дары леса в основном. Продала, хотела домой  деньги принести, но по ее словам, «чтой-то в животе у нее так забурчало», что она не выдержала и купила на всю выручку  колбаски и выпила водочки.

По мере роста доходов – росло и пьянство. Значительная часть проблемы заключалась в том, что из всех сословий  дореволюционной России, по-настоящему пили только пролетарии. «Пьяная мастеровщина» - это один из признаков большого города начала ХХ века.

С победой пролетарской партии в России, пролетариат стал культивироваться, принадлежностью к пролетариату стали гордиться. Что само по себе  не плохо, если бы «мастеровщина» не несла в себе массу отрицательного. Тут были, конечно, и объективные причины. Жизнь в промышленном районе, изнурительная работа на заводе или фабрике, требовала какой-то разрядки. Ведь крестьянин мог восстанавливать силы примерно шесть месяцев в году, а здесь круглый год изматывающий, механический труд.

Пролетарские окраины всегда пили по-черному, не имея никакой культуры употребления спиртного. И постепенно, по мере формирования советского человека,  привычки  мастеровщины стали распространяться на все общество. Был некий идеал простого рабочего парня, который может подраться, может выпить, но он свой, она за советскую власть и никогда не предаст. И образ этого выпивающего парня, кочевал из фильма в фильм. Образ пьющего Вани Курского (Алейников) из фильма «Большая жизнь», это было близко к реальности. Ваня пьет, но советскую власть не предаст.

Постепенно употребление алкоголя, как единственный праздник в жизни, стало привычным для большинства населения страны. Это стало чем-то обыденным и естественным, хотя чего уж естественного  было в валявшихся на улицах городов и сел, пьяных мужиках.

Продолжение http://www.proza.ru/2012/11/10/844


Рецензии
О, да... Как Вы правы!

Мирра Снайпер   19.11.2012 19:51     Заявить о нарушении