Кавказское гостеприимство

 Моя первая,  по сути, единственная поездка в Азербайджан была связана с расследованием преступления. Край – не близкий от Тамбова, и преступление-то  не из разряда особо важных,  вполне рутинное. Хотя, как посмотреть.  В городе в то время ( это –середина 50-х годов  прошлого столетия)  действовала довольно устойчивая, молодёжная преступная группировка. Занимаясь оперативной работой, я получил от одного из своих агентов ценную информацию.
Для  оперативника это  всегда   большая удача -  важная,  конкретная  информация от   агента,  которую он  выдаёт, как говорят, «на тарелочке с голубой каёмочкой». Но  этот  агент  тем, что знал ,   обычно делился  очень неохотно. Нужные  сведения от него  приходилось, что называется, выцарапывать, клещами вытаскивать . Всегда темнил,  чего-  то не договаривал: мол, я «прокукарекал», а ты,  опер,  разбирайся, может, что-то у тебя и получится…
     На одной  встрече он,  как-то мстительно и торжествующе глядя на меня, без всяких вопросов с моей стороны разговорился сам:

     - Вот вы мне всё толкуете, какие вы хорошие,  всё про вашу долбанную соцзаконность  расписываете. А  мужика-то  вот  избили и  ограбили возле общежития одни люди, а  срок  за это - 10 лет - тянет парень, который там совсем не при делах, к уголовке  вообще отношения не имеет Я его хорошо знаю - это Бородин,  работяга с ТВРЗ.  ( Тамбовский вагоно-ремонтный завод)  А я - продолжал он -  точно знаю пацана, который того  мужика  ограбил,  даже  часы его  «Победу» и портсигар его   носит.
      Он рассказал ещё, что у них там большая «кодла», шайка, то есть,  что они творят «чудеса» - грабят, воруют , всё подряд. Назвал имя этого грабителя и его адрес. Но всё – только об этом случае. Позже выяснилось, что знал он значительно больше, но, как всегда, не договаривал.

   По  этой наводке я задержал в городском парке фактического грабителя. Он без особого сопротивления подтвердил своё участие в том ограблении. Портсигар и  часы, изъятые у грабителя, были  опознаны потерпевшим. У него даже паспорт  на эти часы сохранился.
 Эту информацию я быстро перепроверил в территориальном отделе милиции, ознакомился и с делом в суде. Действительно, осуждён был  рабочий ТВРЗ Бородин, ранее не судимый. Дело было построено  на категорическом опознании  его вахтёршей общежития этого завода.   В один из вечеров   Бородин, будучи под хмельком, рвался к   знакомой девушке в общежитие завода. Вахтёрша его не пропускала,  и он здорово поскандалил с  нею - дамой, как и полагается по этой должности, со сварливым и мстительным характером.  В этот же вечер  она издалека наблюдала за   грабёжом на улице, недалеко от общежития.  Грабитель был одет  в «москвичку»- модную тогда, ширпоребовского пошива курточку, какие  носили многие молодые люди.  Такую же курточку носил и  Бородин. На грабителя он был похож  и по росту,  и по комплекции.  Поэтому, когда  в очередной раз  он  пришел в общежитие к своей девушке, она решила, что он и есть тот самый грабитель, которого она видела издалека. Тут же  позвонила в милицию и сообщила, что опознала  грабителя. На основании этого опознания парня и осудили.   

     Но справедливость  восторжествовала: Бородин с извинениями был освобождён из колонии, где  отбывал наказание.

    Главное же, в процессе допросов арестованного грабителя  выяснилось, что он  состоит в молодёжной преступной группе. Её вожак -   некто Фетисов по кличке «Огонёк». Почти всю эту группу вскоре задержали. Выяснилось, что поначалу они грабили пьяных, которых подстерегали  на выходе из буфета при железнодорожном вокзале.   Сопровождали их,   и в удобном месте  ничего не соображающих «пьяндыл» просто обирали. Потом  стали уже не только грабить, но и избивать ограбленных.  Дальше – больше, вошли во вкус: под видом  знакомых  -, собутыльников подвыпивших мужиков брали их прямо на месте, в буфете, выводили наружу, избивали и грабили.  Фетисов уверял своих подельников, что это и не преступления вовсе.  Юморил:  «мы же, ребята, проводим педагогическую работу, воспитываем  пьяниц, отучаем  их  от  водки.   Да еще и лечим  от алкоголизма».

   Поднабравшись лёгкого преступного опыта по ограблению беспомощных людей,  эти «воспитатели»  стали совершать настоящие разбойные нападения на совершенно трезвых людей, обворовывать ларьки, киоски и небольшие магазины. Бог знает, до чего бы  дошли ещё, если бы мы их не «притормозили». Тем более, что главарь этой группы Фетисов – «Огонёк»  действительно был парнем с «огоньком». Нетипичной для центральной России внешности: цыганистого типа, с чёрными курчавыми волосами, гибкий, ловкий, одно слово, парень – огонь. И настоящий лидер - с сильным характером, смелый, жестокий. Дисциплину в группе держал крепко.
Но задержали  не всех. Скрылся второй по значимости в этой шайке – Валерий Травкин. Удалось установить, что сбежал он в город Сумгаит Азербайджанской  ССР. Обнаружить его не составило особого труда: он переписывался со своей подружкой, звонил ей, приглашал приехать.

      И вот с санкцией на арест и этапирование в Тамбов  Травкина я отправился в командировку в город Сумгаит.  Поездом до Москвы, там пересадка на Баку. Сумгаит, как мне помнится, немного  не доезжая  Баку.
 
     Из Москвы  выехал каким-то вечерним поездом. Обратил внимание, что  в вагоне как-то пусто, в моём купе  я  один.  Проснувшись утром,  обнаружил  в вагоне  ещё одного пассажира. Проводников тоже нет. Стало как-то не по себе,  жутковато. А ведь  на дворе лето, июль месяц,  курортный сезон, и поезд идёт на юг
!
       Пошел  по вагонам - та же картина. Только в двух  ехали небольшие группы,  похоже, спортсмены И только в одном  из вагонов  обнаружил шумную компанию:  проводники всего состава во главе с начальником поезда.  У них  пир горой. Увидев моё недоумевающее лицо, пригласили присоединиться. Разговорились. Оказалось,  этот поезд специально предназначен для   развозки  спортсменов с каких-то очень важных состязаний. Сейчас везёт остатки этой публики на юг. А поскольку пассажиров очень мало, вся обслуга свободна от забот и,  как всегда в дороге, пьют да поют. Начальник поезда, видать, расположился ко мне и говорит:

   -  Ты переходи в мягкий вагон, занимай там любое место, располагайся  поудобней.

        И, загадочно улыбнувшись, добавил:

   - Увидишь там интересного пассажира… Кроме него, там никого нет.

      Чего же отказываться от такого предложения?  Прихватив свои нехитрые вещички, я перешел в  комфортабельный мягкий вагон. Открыв из тамбура дверь этого вагона, увидел пассажира,   одиноко стоящего в проходе,  у окна. И сразу узнал его: маршал Советского Союза  Булганин! С 1955г. до марта 1958 г. он был председателем Совета Министров СССР  - второе лицо в государстве! А до этого, ещё при Сталине  - министр обороны.
Веки-вечные в партийно-советской номенклатуре.
 
      На фоне других  правящих государственных мужей он выгодно отличался: своей внешностью: импозантный мужчина,  лицо  интеллигентное, небольшая  «академическая» бородка, выхоленные усы, тщательно ухоженная причёска. Мундир или штатское платье на нём  всегда сидели, как влитые. Таким советские граждане привыкли видеть этого человека.
  Сейчас же, у окна вагона движущегося  поезда  стоял человек  без всяких  властных  регалий, в обычной, правда, модной тогда, полосатой пижаме.  Время от времени, к нему подходила молодая женщина, очевидно, его дочь.
       Больше в вагоне (кроме них и меня!) никого не было. Ни охраны,  ни проводников, вообще никого!

     Из официальных источников в стране уже все знали, что в 1958году    Булганин был лишен маршальского звания и всех своих высоких постов. Во главе страны воцарился  «дорогой» Никита Сергеевич  Хрущёв.
 
      На одной из станций, не то Кавказской, не то в Невинномысске,  Булганин вышел. Его встречал один человек. А в отдалении стояли две черные «Волги». Впоследствии стало известно, что Булганина «сослали» в Ставрополь, на должность  председателя  тамошнего Совнархоза. А через два года вообще отправили на пенсию. Он прожил ещё 15 лет  и умер в полной безвестности…

       Этот эпизод, хоть он  никак и не связан с темой моего повествования, я   не мог обойти молчанием. В те времена  увидеть воочию живого «вождя» (хоть и бывшего!) было событием неординарным, из ряда вон! О таком  взахлёб рассказывали всем знакомым и незнакомым. И  человека, который  вот так, на расстоянии вытянутой руки видел кого-то из «самых-самых»  слушали с большим интересом. Эти люди были  из разряда небожителей,  которые рядом с простыми смертными, типа меня,  никогда не  соприкасались.  Они вообще не появлялись среди людей – «великого советского народа».   Их видели только на фотографиях в газетах, на портретах, развешанных повсюду  да в кадрах кинохроники, которые демонстрировались перед началом кинофильмов. То есть,  когда  люди приходили  посмотреть  кино.  А это случалось не часто, ведь в  год выпускали не более 10 -20  новых советских фильмов. Иностранные были большой редкостью.  Так что,  впечатление, полученное от непосредственного общения с  одним из таких «великих»,  дорогого  стоило. Вот я и решил поделиться им с  «племенем младым, незнакомым».
 
   
   В Сумгаит   прибыл к вечеру и сразу – в горотдел милиции. Там у начальника как раз шло совещание, и собрался весь командный состав. Меня встретили с удивлением: к ним никогда не приезжали  коллеги из  далёкой России. Оттуда  приезжало  лишь грозное начальство из самой Москвы.
 
   Нудное совещание сразу полностью остановилось,  и  «аборигены»  стали искать на никому ранее не нужной карте СССР город Тамбов.   Чтобы ускорить процесс, я им помог.  Цокали языками и с интересом смотрели на меня. Я сообщил, что приехал с санкцией на арест преступника, который скрывается в Сумгаите.
 
 Начальник горотдела майор Али-Заде прервал совещание, отпустив всех, кроме начальника  уголовного розыска и начальника БХСС Гасанова. Не спросив у меня ничего о том, какие  есть  сведения о  месте, где скрывается разыскиваемый преступник, или о  каких-то других оперативных данных, он, прежде всего,  выяснил, как оказалось, самый важный для него вопрос: какой национальности преступник?  Несколько удивившись такому вопросу, я ответил:

   - Русский, фамилия Травкин.

       Али-Заде заулыбался, облегчённо вздохнул  и уверенно сказал:
 
-Не беспокойся дорогой! Завтра мы его возьмём. Сумгаит – город химиков. Здесь значительная часть химических гигантов СССР. У нас в городе проживают люди 22 национальностей.  Это – дружная семья народов. Но - тут он хитро прищурился - армянин всегда сдаст грузина. И  наоборот – грузин армянина. Евреи сдадут русских  (под русскими он,  скорее всего,  подразумевал   вообще славян).
Затем продолжил эту ниточку – кто кого сдаст.  Закончил торжественно:

- А вот русского сдадут  представители всех национальностей, проживающие в нашем  многонациональном городе! Так что, иди,  отдыхай, дорогой! Твоим устройством будет заниматься Гасанов. Завтра тебе будет помогать работник уголовного розыска Нариман Искендеров.
 
Признаюсь, впервые в жизни я услышал такое своеобразное понимание «всеобщего интернационализма», который всегда настойчиво декларировался в СССР.  Поблагодарив начальника горотдела,  я вышел из его кабинета в сопровождении Гасанова.

    С дороги  был конечно голоден,  и Гасанов без лишних расспросов повёл меня в какую-то столовую поужинать. Выпили там, видимо,  не мало, потому что продолжения этого вечера не помню.  Проснулся утром в огромной комнате на большой кровати. Первое, что увидел, открыв глаза,  небольшой столик на колёсиках, стоящий возле кровати. А на нём… как  на скатерти-самобранке: бутылка коньяка,  несколько бутылок разных вин и на огромном блюде – виноград  разных сортов, персики, яблоки, груши…  И цветы в вазе!

    Надо понять – я приехал из Тамбова.  Хоть там по соседству и есть город Мичуринск с его знаменитыми яблоками, но мы их никогда в глаза  не видели, а в местных садах и на рынках, кроме сезонных ягод да  обычных яблок ничего не появлялось.  Поэтому такой оживший натюрморт поразил моё воображение.

     Ничего не понимая,  стал озираться по сторонам. В этот момент  раскрывается дверь, и на пороге, сделав шаг вперёд,  вытянувшись по стойке «смирно» и приложив руку к  козырьку фуражки,  нарисовывается огромного роста фигура капитана милиции. Внешность славянская. Докладывает, что он -  местный участковый уполномоченный. Спрашиваю у него, где я нахожусь. Слегка улыбаясь, он добродушно объясняет, что поселили меня в  новом, образцовом общежитии комбината (какого - не помню). Общежитие в центре города. Показав рукой на столик, стоящий у кровати, предложил перекусить, чем Бог послал, отдохнуть слегка, а через часок-полтора он за мной зайдёт,  и мы пойдём завтракать.
    Я послушался и все его советы  выполнил. Привёл себя в порядок, «поправился», выпив коньячку и закусив  «заморскими» фруктами, которые нужно было не столько есть, сколько пить,  настолько они были сочные и сладкие. После чего отдохнул, как было велено. 

     Ровно через полтора часа заявился тот же самый участковый, и мы пошли завтракать  в какой-то большой гастроном. Там нас ждали  (разумеется, не в торговом зале, а в подсобном помещении - «подсобке»), где уже был накрыт стол. А на столе… несколько сортов тоненько нарезанных колбас, ветчины, солёная рыба, икра чёрная и  - для контраста –  красная. Джентельментский набор  советского дефицита! И, конечно же, ледяная водочка.

    Завтракали недолго, так как я рвался скорее в горотдел, надо же «брать» преступника, возвратиться без него я никак не мог!  В итоге, до горотдела   добрался лишь к обеду.  А здесь меня уже ждал обещанный  вчера «прикреплённый» опер из местного уголовного розыска Нариман Искендеров. Он только в прошлом году окончил 2-х годичное милицейское училище. Звание – младший лейтенант. На вид – совсем юный, но уже женат и отец 3-х детей. Высокий, стройный, жгучий брюнет, с выдающимся носом, быстрый, в том числе, и на принимаемые решения, стремительный в движениях. И очень доброжелательный – по крайней мере, такое впечатление он на меня произвёл.
 
      У нас сразу сложились отношения: гостеприимный хозяин – желанный гость, начальник – подчинённый. Я спрашиваю у него о Травкине, а он понятия не имеет, о чём речь. И сразу «по делу»: его жена сегодня приготовила обед специально для меня. Исключительно национальная кухня, чтобы я получил  представление о её особенностях.

      Мои энергичные протесты, что я не голоден, только от стола, и надо задерживать преступника, не возымели ни малейшего действия. Довод, не подлежащий обсуждению,  такой:

- Начальник собирает совещание вечером, там и будем решать вопросы, а сейчас – обедать!
  Прошу его хоть пройтись по городу. Я же тут впервые, надо же  представление иметь, куда попал. Нариман с неохотой согласился, и мы с часок погуляли. Город -  молодой. Дома современные, новые,  безликие. Толпа разношерстная, много молодёжи. Довольно широкие улицы, современные магазины. Зелени на улицах мало, много солнца,     жара.

      И вот мы в доме у Наримана. Новая 3-х комнатная квартира. Новая мебель. Ковры на стенах и на полу. Чисто. Трое прелестных черноглазых, черноволосых деток, мал - мала меньше. Жена – молодая, чуть полноватая, красивая  южной кавказской красотой. Молчаливая, с постоянно опущенными глазами. Накрывая на стол, двигается бесшумно. Нариман с нею подчёркнуто строг, говорит кратко, вроде бы в чём-то упрекая, а она послушно, безропотно выполняет все его указания. Общаются не по-русски,  на своём, непонятном мне, языке.
 
    Накрыв на стол, жена исчезает из комнаты и входит,  лишь чтобы заменить блюда, убрать и т.п. Для меня  - совершенно непривычный характер поведения.  Впервые (не в кино или в театре) воочию увидел восточные порядки отношений в семье.  И это – в советской стране! В семье молодого коммуниста Наримана Искендерова.

    К вечеру всё-таки попали в горотдел на совещание. Али-Заде о чём-то переговорил по- азербайджански с начальником  уголовного розыска. Нариман мне перевёл: уже установлено, что Травкин живёт в общежитии студентов,  его ещё не взяли, но вот-вот…
 Я немного запаниковал, выразил желание поучаствовать в задержании. Али-Заде говорит:

- Зачем тебе беспокоиться? Придёшь, увидят нового человека, всё  только испортишь. Ты наш гость. Отдыхай! У вас там суровый край, тяжелая работа. А здесь солнце, море, красивые женщины. Отдыхай. Нариман всё обеспечит.
После совещания - ужин с сотрудниками, снова  возлияния и снова обильная еда. В конце ужина начальник Нариману:

- Обеспечь гостю женщину!

   И тут же все наперебой: «Какой национальности хочешь?» Мой категорический отказ их здорово удивил, стали перечислять, каких национальностей есть женщины (азербайджанок не предлагали!), которые могут меня усладить.  С трудом отговорился тем, что  после такого радушного  приёма у меня уже ни на что нет сил. Это как-то  их убедило.
Наутро снова тот же участковый, тот же столик с фруктами и  - завтрак.

    Затем прибыл Нариман и с радостью сообщил, что Травкина уже задержали,   сегодня как раз есть этап, и его сразу же отправят в Тамбов. Так что, мне не о чём беспокоиться. Но в связи с успешным завершением операции  по задержанию преступника  начальник заказал шашлыки на пляже у моря, и в 13-00 весь оперативно-следственный состав горотдела во главе  с ним самим  выезжает на пикник, а  вечером   приём в мою честь организует директор самого лучшего сумгаитского  ресторана.

    В 13-00 на двух милицейских «раковых шейках» ( такое название  этих машин закрепилось за ними из-за  их своеобразной раскраски) едем на пикник. Запомнился водитель  машины, в которой я ехал. Очевидно, он был маленького роста. Может, это  ошибочное мнение, но стоячим я его  не видел, только за рулём. Главное – как он водил машину. Во-первых, по тем временам, на бешеной скорости – 100-110 км/час, в том числе, и по городу. Во-вторых, управлял машиной он  только одной,  правой рукой, левая рука у него  или лежала  на открытом окне машины , или он опускал её с внешней стороны дверцы. Глаза полуприкрыты, он,  как бы в полудрёме, корпус совершенно неподвижен. И при этом – бешеная скорость, в том числе, и на виражах.  И никто не нервничает, не обращает внимания на эту своеобразную манеру езды, ни пассажиры, ни прохожие.  Вначале я слегка напрягся, но быстро привык – уж очень уверенно и классно этот водитель  вёл автомобиль.   Не было страшно.

   На скорости мы въезжаем прямо на пляж, распугивая  растерявшихся  многочисленных  отдыхающих. Главный начальник пляжа нас уже ждал. Он тут же разогнал   всю эту публику, громогласно  объясняя, что будет  отдыхать  милиция.
 
   Никто не возражал, люди покорно вставали со своих подстилок и отходили в сторонку. Благо пляж громадный, места хватало всем. Из машин выгрузили  2 ящика водки и закуску. Пока готовились шашлыки,  под закусочку выпили за успех. Когда подоспели шашлыки, конечно же из баранины, я понял, что ничего подобного   раньше не ел.  Кроме необыкновенно  нежного вкуса и аромата, запомнилось, что на шампуры между кусками мяса были нанизаны  помидоры.

   Поразительно, что это пиршество происходило в рабочее время, многие  были в форме. Местная  милиция   в Сумгаите ничего не боится! Что называется, море по колено!

    А море на этой 30-ти градусной жаре, да после тёплой водки было спасением. Тихое, спокойное, мелкое у берега и с потрясающе гладким песчаным дном. Такого громадного песчаного пляжа,  тянущегося насколько глаз хватает, с белым, чистым, утрамбованным самой природой песком, я доселе  никогда не видел.
 
     Часам к 7-ми вечера,  уже в слегка сокращённом составе, вся компания  завалились в ресторан. Там  уже ждал директор, весь  светящийся радостью и гостеприимством.
 
    Когда меня ему представляли, конечно, не на русском,  явственно прозвучали слова «Москва» и «центр», при этом  глаза представлявших закатывались к небесам.
Стало  ясно, что мои сумгаитские «друзья»  представляют меня как высокого начальника из Москвы, из Центра, поэтому «принимающая сторона» должна была обеспечить  приём  на соответствующем уровне. Конечно же обеспечили… К месту обитания на своих ногах прийти я уже не мог. Коллеги доставили!

.   Очутившись в Азербайджане, совсем недалеко от Баку, я  втайне  решил  осуществить свою давнюю  мечту побывать в этом  интересном, старинном  городе.  Раз уж выпала такая оказия, думал: поеду  в Баку, а оттуда  прямо домой.  Такой у меня был план.  Да и эта непрерывная пьянка, которая  уже осточертела,  только укрепляла эту задумку.
 Утром  следующего дня сказал о ней.  Али-Заде. Его обиде не было предела:

    - Тебе что, у нас плохо? Что там делать в этом грязном Баку?  Отдыхай! Да и нам помоги.  В уголовном розыске нет ни одного юриста. Не умеют оформить первичные следственные материалы.  Пожалуйста, помоги им, а то они только и умеют, что бить задержанных, водку пить и бабами заниматься!

     Что было делать! Пришлось, скрепя сердце, уважить гостеприимного хозяина.

  Но для начала, прежде чем приступить к оказанию «юридической помощи»,  мы с Нариманом  прошлись по сумгаитским  магазинам. По сравнению с тамбовскими здесь было невиданное изобилие и продуктов, и промтоваров. В одном  магазине я увидел свою давнюю мечту - моднейший пиджак из ткани «букле» .В иностранных фильмах сыщики носили именно такие пиджаки.  Это был «высший класс».  Посмотрел на цену -  дорого! Таких денег у меня не было. Заметив мой интерес, Нариман скомандовал продавцу: «Заверни!»  Несмотря на мои категорические протесты, этот юный оперативник вынул из кармана такую толстую пачку  десятирублёвых купюр,. Столько  я никогда в руках не держал. Он расплатился за пиджак, да ещё и присовокупил к этому подарку щикарную  буклированную кепку!...

    Ко мне особенно расположился  начальник городского БХСС(отдел борьбы с хищениями социалистической собственности). Рассказал, как они здесь живут:

      -Понимаешь, чтобы не выгнали, прежде всего, нужно давать показатели, а главное в показателях – количество дел  на расхитителей социалистической собственности. Ну, ты  же знаешь, как сложно доводить до суда хозяйственные дела. Здесь выручают русские, они сплошь бесшабашные гуляки, пьяницы. У них любого проверяй – или недостача, или излишки. Воруют и продают в открытую, отчётности никакой. Вот я и отчитываюсь ими. А в основном, все живут спокойно: они меня благодарят, а я их не трогаю. Всем надо жить.  Иногда прихватываю армян. Нехорошие люди. Много о себе думают. Их сдают азербайджанцы, евреи,  и особенно, грузины. Так что всё в порядке.  Главное, чтобы показатели были  хорошие. Правда, начальство недовольно, что нет громких дел, не сажаю крупных расхитителей. А где же я их возьму? Русские не успевают разбогатеть…

    Такие вот откровения  об   этнической составляющей в борьбе с хищениями социалистической собственности!

    Через день я должен был уезжать,  забеспокоился о билете и попросил у Али-Заде машину – съездить на рынок, купить немного фруктов домой, в Тамбов.
    Он тут же позвонил в Баку (поезд шел оттуда) и заказал мне не просто билет, а полностью отдельное купе. Тут же позвонил какому-то директору совхоза. Мне сказал, чтобы о фруктах не беспокоился. Накануне отъезда был прощальный ужин прямо в райотделе.
 
     А утром следующего дня за мной приехал «прикреплённый» Нариман  вместе с довольно немолодым старшиной с пышными усами, в полной парадной форме с боевыми  орденами и медалями. Нариман в черном костюме, в ослепительно белой рубашке с галстуком и почему-то в чёрной велюровой шляпе (летом, в жару!). В машине было три больших ящика с фруктами и орехами. Все тщательно упаковано.
    И вот мы на вокзале. Подходит поезд Баку-Москва. Проводники предупреждены о Пассажире! Меня проводят в пустое купе по  коридору, заполненному другими пассажирами, Мои провожатые стоят на перроне напротив окна моего купе, поезд трогается и  - о,  ужас! -  старшина застывает в стойке «смирно», беря под козырёк и провожая вагон глазами, а Нариман снимает шляпу и, прижимая её к груди тоже провожает вагон глазами. Народ в вагоне, наблюдающий эту картину,  заинтригован: кто такой? Почему такая честь? Видать, б-а-а-альшой начальник!

    А мне – хоть сквозь землю провались!  Неудобно, неприятно перед людьми, чувствую себя  чуть ли не шулером каким-то. Проводники   мне первому принесли чай в купе. Полегчало, лишь  когда прибыли в Дербент, и проводники спросили моего согласия поместить в купе своего родственника. Я с радостью согласился. У того оказалось  чудесное вино и всё остальное, и мы развесело доехали до Курского вокзала  Москвы. Один из проводников помог мне с грузом добраться до такси. А там – Казанский вокзал и - Тамбов.  Фрукты раздарили друзьям –  на дворе жара, а холодильников ещё не было! 

     Потом несколько месяцев жили в тревоге,  во многом себя ограничивали. Дело в том, что Нариман обещал приехать в Тамбов на Новый Год, побывать в русской зиме. Вот мы и копили деньги для встречи богатого гостя из Азербайджана. В сравнении с южными коллегами мы были просто бедняками, жили, как и все, на зарплату, очень скромную даже по тем временам. Но, несмотря на эти трудности, я искренне хотел, чтобы Нариман  приехал.  Был уверен, что  он оценил бы другие наши достоинства. А  интересную программу я бы ему организовал – и зимнюю рыбалку, и охоту, и катанье на санях. Принимать гостей мы всегда любили и умели. И всегда находилось, чем вкусно накормить и напоить, и как развеселить. Словом, не посрамили бы  Расею!

    Но Нариман - человек южный, как быстро загорелся, так  быстро и остыл. Не приехал.

    Ну, а Травкин, благодаря  которому на меня свалились эти «сказки Шахерезады»?

  Он быстро прибыл по этапу в Тамбов, и я выудил из него ещё пару эпизодов, о которых его подельники «запамятовали».

    Мафиозный стиль жизни работников «органов» кавказских республик очень скоро докатился до России, Украины и «далее,  без остановок». Взятки, поборы. «крышевание» постепенно становилось нормой жизни.  Да мало ли что ещё появилось! Коррупция зацвела пышным цветом.
    Но всё это было уже не при мне.

   А тогда, много лет назад … Почти неделю гулял  Сумгаитский горотдел милиции по причине приезда коллеги из  Тамбова, которого они в «надлежащих» местах выдавали за  начальство из Москвы. А уж как мусульмане пили водку и другие горячительные напитки!

    Воистину освободила  советская власть все народы от «оков»…


Рецензии
Прекрасный анализ специфики Кавказа через незабываемых и колоритных персонажей.
Булганин, по моему, к месту, поскольку персонаж не из разряда обыкновенных, несмотря на опальный статус и вызывает интерес у многих. К тому же, Вы с ним ехали в одном поезде...
Вы совершенно правильно указываете между строчками, что кажущийся "перебор" с гостеприимством это дань традициям Кавказа. Желание воспользоваться ситуацией - это заодно, но не первично. Хотя, безусловно, столь плотное "сопровождение" гостя из России оправдано возможностью "списать грехи" перед начальством и оправдать немалые расходы, которые превращаются затем в те самые купюры,которыми "юный оперативник" Нариман расплачивается в магазине за пиджак с кепочкой.
Блестящая и умилительная концовка Вашего отъезда :"старшина застывает в стойке «смирно», беря под козырёк и провожая вагон глазами, а Нариман снимает шляпу и, прижимая её к груди тоже провожает вагон глазами".
Вся история похожа на спектакль гротеска, поставленный режиссером с супер богатым воображением.Однако, речь идет о конретной жизненной ситуации. Думаю, что великий Феллини был бы счастлив снять фильм по этому сценарию.

Спасибо за удовольствие от прочтения, Владимир.

Томас Памиес   04.09.2014 15:16     Заявить о нарушении
Уважаемый Томас!
Просто растроган Вашей рецензией! Редко всречаешь такое внимание и понимание.
Начал читать Вашу "Кубу". И сразу возник вопрос: "Кто Вы, доктор Зорге"? -:))) А по-серьёзному, хочется подробнее узнать о Вашей жизни. Подскажите, в какой последовательности лучше читать Ваши вещи?
С уважением!

Владимир Гугель   10.09.2014 19:31   Заявить о нарушении
Добрый день,Владимир

проще всего с первой главы мемуаров - Мексика

Томас Памиес   10.09.2014 21:01   Заявить о нарушении
На это произведение написано 17 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.