Мир рассянских латифундий

Последнего красного молодого  директора колхоза    после невыплаты зарплаты забастовавшие  доярки и скотники  скинули в тот период, когда горняки стучали своими касками у Белого Дома в Москве в период позднего Горбачева.  Несколько мясяцев ранее  дояркам  по решению собрания  колхозников  платили суммы в несколько раз больше, чем директору и учителям. Деревня  расцветала и вычищала весь   товар кооперативного  магазина, имевшего большие складские помещения. Но когда товар в нём исчез и появилась реальная потребность закупить  гвозди, оказалось, что и в городах давно исчезли стиральные  машины  и мясорубки, хозяйственная  утварь. Горожане с поникшей  головой, говорили, что работают в три смены, выпуская  означенные  товары, но не успевают  удовлетворить  потребности соседних регионов, с которыми были  ранее  заключены  контракты (на самом деле промышленный товар шел по бросовой цене в Турцию и Африку). В городе уже была установлена карточная система на покупку предметов быта, включая  одежду и обувь. Доярки потребовали себе право на покупку товара в одном из крупных универсамов, но вместо этого новоизбранный директор коммунистами-депутатами от колхоза  престарелый  счетовод открыл бартерный склад на базе  мясного холодильника. Завхолодильнику или  Завхолодильником (такая должность)   руководство поручило  вести  журнал заявок колхозниц, учителей и медперсонала, а ушлый добропорядочный  армянин на жигулях, вкупе со своим родственником на колхозном  четырехтонном грузовике, обеспечивал  бартерный товарообмен  молока и мяса, зарплаты  учителей и т.д  на конфеты (вместо сахара) от пищевого городского завода, на гвозди –восьмидесятки вместо соток (благо, что не все колхозницы представляют существенную разницу между соткой и восьмидесяткой или стодвадатцаткой). Наконец на складе даже появились гвозди промежуточного  размера с гнувшимися шляпками, но эту  контору местные  оперативники  почему-то быстро  прикрыли.  Газеты были полны объявлений,  но полки магазинов  были  пусты или забиты неходовым товаром (детская обувь одного или двух размеров, туалетными сороковатными лампочками), большинство магазинов оказалось вдруг ведомственными, что легко можно было прочитать на их табличках под вывеской, так что газовики бегали только в свой один магазин, а служба быта в свой.  Единая  прежде  торговля оказалась на самом деле корпоративной.  Страна жила в ожидании  шоковой терапии и свободного для покупки товаров всеми гражданами  частного  рынка. Открылась  с помпой Городская  Биржа  Труда, возглавленная  изгнанным ранее   колхозницами директором, но рабочие продолжали  посещать, остановившиеся  цеха градообразующего  предприятия, ссылаясь на то, что дома делать им нечего, хотя им завод и платил треть зарплаты за вынужденный простой в течении двух и более  лет.  Наконец после запуска шоковой терапии  подоспела зарубежная «помощь» от МВФ в виде открытия армейских пайков с  просроченными для хранения этикетками семидесятых годов и вообще без этикеток. Городская и деревенская беднота стали королями и кнезьями для своих домашних животных, предоставляя право первого знакомство с блюдом из каждой консервной банки. Больно было  смотреть на очередь из доярок и скотников, отоваривающих  свои чеки с печатями  за двухлетний период работы за тридевять земель от постоянного  места работы и проживания. Ни демонстраций, ни забастовок, ни публикаций, ни одного из разбежавшихся коммунистов, ни одного пикета, ни одного разговора на эту тему. Ни одного  мраксиста и лекции политпросвета на эту тему. Телевизоры и радио стали дефицитом на открывшихся рынках, патрулируемых « анархическими» элементами и собирающих дань с каждой продажи, большей продовольственного минимума средней семьи. Полный быдляк.
Наконец забастовал общественный автобусный необновляемый государственный автопарк, который сразу же перевели в муниципальный, а затем прихватизировали.  Наблюдавшие за этим пешие горожане приветствовали преобразования, позволившие  им садится им в транспорт не только на остановках, но и между  остановками, да и всаживаться  им по первому требованию, с мельтов потребовали деньги за проезд сами злые  водители, ставшими кондукторами. Остальные пешие горожане только терпеливо ожидали  окончания перестройки.
За прошедший описанный ранее промежуток времени в показательной  деревне городского  (коммунистического) типа, закрылась деревенская столовая в период посевной и уборки урожая,  закрылась местная  самодеятельность в кирпичном клубе, несколько  раз разорился и горел кооперативный   магазин, преображаемый то в арендуемую мастерскую, то в арендуемый пищевой блок. Численность учащихся упала в два, три, четыре  раза и она преобразовалась из средней  школы   в начальную четырехлетнюю. Медперсонал медпункта был сокращен и оставлен в количестве, достаточном для одного  частного практикующего  доктора, вызывающего вызовы на дом и отправляющего всех больных в город на вызываемой им скорой.  Местные комбайнеры были заменены на городских водителей машинно-тракторных станций, имеющих ремонтную базу для  обслуживания канадской техники, не оставляюшей солому во время уборки  урожая.  Поголовье крупно рогатой  скотины в деревенском стаде сократилось с 400 голов до 40-50 голов. Наконец последний назначенный районном директор колхоза, ежедневно уезжающий в город в свой особняк,  преобразовал коллективное хозяйство в закрытой акционерное сельхоз предприятие и поимел открыто мнение бывших колхозников, имевшее свое мнение на ежегодном отчетном собрании о зарплате акционеров, составляющей четверть  прожиточного  минимума. Директор на полном серьезе  известил акционеров, что их рабочее время составляет лишь малую часть от восьмичасового времени  пребывания на работе, спутав роботов с людьми, доказывая,  что занятость скотников и доярок следует оценивать по длительности ручного  перемещения  ими грузов.  Им же был закрыт и бартерный  склад как приносящий  убытки  акционерному предприятию, а всё зерно стало транспортироваться на городской  элеватор, минуя  акционерные   склады. Все остальные службы были  максимально сокращены. Наконец  выяснилось, что большинством акций владеет некая спаянная финансовыми обязательствами  группа, неофицирующих своими фамилиями и зерно движется в том направлении, в котором только им угодно. Эта же группа  заинтересована в увеличении  посевных площадей высоко рентабельных культур как кукуруза, но мешает местное население, занимающее самостоятельным выпасом мелко рогатого скота на прилегаемых землях. В ответ на это директор запретил использование последних единиц тракторной техники в нуждах лиц, не принадлежащих акционерному предприятию, что позволило ему освободиться от вспашки приусадебных участков бывших колхозников и акционеров, вышедших на пенсию.
Далее пресса стала раздувать очередной раз миф о необходимости приватизации земли, подзабытый в конце 90хгодов.
Кара Мурза: «А если же представить себе реальность, то это просто театр абсурда. На одних сторожах фермер разорится, даже если страшных турок к нам завезет. Так что если земля будет продана, то никаких американских ферм не появится. появится помещик, живущий за рубежом, а у нас - его бурмистр с шайкой головорезов. И землю они будут сдавать в аренду бывшим колхозникам по диким ценам. Только чтобы арендатор не сдох с голоду. Возврат в позднее средневековье, в шизофреническую смесь феодализма с колонией. А если где-то на черноземных просторах возникнут фермы, то они будут уже не частью России, а анклавами Запада. Русский дух будет оттуда вычищен, дешевле и надежнее (а вернее, единственно разумно для хозяина) будет завезти на ферму рабочих-малайцев. Но на такие затраты вряд ли кто пойдет - если только правительство России не будет давать огромные субсидии {передаваемой ей МВФ из российских счетов  стабилизационной корзины).  Может, и будет давать - лишь бы уничтожить своих крестьян»
Второе. А что мы получим от земель, которые все же будут возделаны крупными частными владельцами? пора понять то, что у недавнего "совка" никак не укладывается в голове: производство продуктов питания, ориентированное на рынок, не имеет никакого отношения к потреблению этих продуктов "совком". Ну можно же эту простую теорему заучить. предположим, будут в Саратовской области сеять пшеницу и собирать неплохой урожай, пусть даже выше, чем в колхозах (хотя на деле будет ниже). Куда денется эта пшеница? Будет продана на бирже в Нью Йорке и отвезена туда, где больше заплатят. Если Рязанская область сможет заплатить больше, чем фирма, торгующая мукой во Франции, то пшеница поедет в Рязань. Но надежды на это нет никакой. И пусть хоть все рязанцы сдохнут с голоду, пшеница поедет туда, где заплатят больше. На рынке диктует платежеспособный спрос, а не потребность.



Цитаты (из сочинений Кара Мурзы).
Именно разработанная Маpксом на материале индустриального Запада до предела уплощенная схема классового общества, согласно котоpой крестьянство исчезает, порождая сельских капиталистов и сельский пролетариат, создала идеологическое основание для уничтожения кpестьянства как класса и как способа производства. В противовес этой импортированной схеме ученый-агpаpник А.В.Чаянов создал на pусском материале целостное учение о кpестьянской семье как специфической социально-экономической стpуктуpе, pазpаботал типологию коопеpации. Чаянов был расстрелян, а сейчас его тpуды шиpоко изучаются в стpанах, ищущих пути индустpиализации, не pазpушающей кpестьянство.
А откуда взялась модель коопеpативной сельскохозяйственной феpмы (колхоза), железной pукой внедpенная в pусской деpевне? Она возникла под влиянием pазpаботанной в 1897-1914 гг. в Миpовой сионистской оpганизации, сначала в Геpмании, а после 1909 г. сионистами-тpудовиками в Восточной Евpопе, модели сельскохозяйственного коопеpатива как оpганизационной фоpмы для колонизации Палестины. Сейчас эта модель эффективно действует в Изpаиле (только называется не колхоз, а кибуц), и обобществление там доведено до того, что члены коопеpатива даже обедают только в общей столовой. это вполне соответствует миссионеpскому, пионеpскому духу сионистских общин, объединяющих людей, воспитанных в уpбанистической культуpе, но совеpшенно пpотивоpечило жизненному укладу кpестьянина, для котоpого лошадь - это не пpосто сpедство пpоизводства, но и дpуг, почти член семьи. Разве модель колхоза - не "импоpтиpованный пpодукт" (Пpимечание 7) ?

Индия до англичан не знала голода. (Земля как мать народов. Кара-Мурза Сергей Георгиевич )www.рatriotica.ru . Это была изобильная земля, которая производила такой избыток продукта, что его хватало на создание богатейшей материальной культуры и искусства. В Индии собирали высокие урожаи, возделывая поля деревянной сохой. Возмущенные такой отсталостью колонизаторы заставили внедрить современный английский отвальный плуг, что привело к быстрой эрозии легких лессовых почв. Как пишет К.Лоренц, "неспособность испытывать уважение опасная болезнь нашей цивилизации. Научное мышление, не основанное на достаточно широких познаниях, своего рода половинчатая научная подготовка, ведет к потере уважения к наследуемым традициям. педанту-всезнайке кажется невероятным, что в перспективе возделывание земли так, как это делал крестьянин с незапамятных времен, лучше и рациональнее американских агрономических систем, технически совершенных и предназначенных для интенсивной эксплуатации, которые во многих случаях вызвали опустынивание земель в течение немногих поколений".    Но дело не только в технологии. К разрушительным последствиям везде вело вторжение европейца с рыночной психологией в крестьянскую среду с общинным мышлением. А.В.Чаянов как-то заметил: "Вполне прав был фрейбергский профессор Л.Диль, который в отзыве на немецкое издание нашей книги писал, что забвение отличий семейного хозяйства и экстраполяция на него экономики А.Смита и Д.Рикардо привели англичан в их индийской хозяйственной политике к ряду тяжелых ошибок". Анализом этих ошибок и занялся русский ученый-аграрник.   В 1924 г. он писал: "Ныне, когда наш мир постепенно перестает быть миром лишь европейским и когда Азия и Африка с их своеобычными экономическими формациями вступают в круг нашей жизни и культуры, мы вынуждены ориентировать наши теоретические интересы на проблемы некапиталистических экономических систем". Тогда, как и сегодня, приходилось ссылаться на Азию - заявления о самобытности самой России вызывали возмущение. Сегодня "демократы" ставят вопрос об уничтожении существующего в России явно некапиталистического типа хозяйства - кооперативов, воспроизводящих очень многие черты общинного и семейного хозяйства. Далее обещается, что само собой возникнет - на нашей земле и в культурной среде российской деревни - эффективное капиталистическое производство. Его образуют хозяйства крупных иностранных инвесторов, скупивших нашу землю, и рой русских фермеров с моментально проснувшейся в них рыночной психологией. Из всего, что известно о сельском хозяйстве, о крестьянской культуре и о капиталистической экономике, можно с уверенностью сказать: обещания "демократов" - сознательная и циничная ложь. Единственная цель их акции - изъятие земли, которой сегодня пока что реально распоряжаются российские крестьяне в форме кооперативного владения национализированным достоянием. Заметим, что в Чехословакии и Венгрии, к которым Международный валютный фонд относится гораздо гуманнее, чем к русским, никто не потребовал роспуска кооперативов и распродажи земли. А уж об Израиле и говорить нечего - попробуйте-ка замахнуться на их кибуцы с национализированной землей.  Когда я смотрю, как устроен труд фермера в Испании - а это самая "крестьянская" страна Запада - то думаю, насколько была бы легче жизнь наших крестьян, если бы в село век за веком вкладывались, а не изымались средства. Если бы к каждому полю вела асфальтированная дорога, если бы везде были эти каменные хранилища и овчарни. Ведь ни один трактор в стране не остается на ночь на улице - у каждого есть хорошо оборудованный гараж. Уж не говорю о массе небольших, но таких полезных машин и инструментов. Но Россия не имела колоний, за счет которых росли города и фабрики Запада - она все черпала из своей деревни. проклинай, сколько угодно, историю, но не мсти своей стране! А ведь проект "демократов" хуже, чем месть - они предлагают подчинить русскую деревню пришельцам из совсем иной цивилизации, выросшим на совсем иной земле и в иной культуре. Никакого гибрида при этом получиться не может, потому что "демократы" ведут себя как завоеватели. Крупнейший антрополог Леви-Стросс, изучавший взаимодействие Запада с культурами индейцев Америки, писал: "Трудно представить себе, как одна цивилизация могла бы воспользоваться образом жизни другой, кроме как отказаться быть самой собою. На деле попытки такого переустройства могут повести лишь к двум результатам: либо дезорганизация и крах одной системы - или оригинальный синтез, который ведет, однако, к возникновению третьей системы, не сводимой к двум другим". Такой синтез мы видели и в России (СССР), и в Японии. Такую дезорганизацию и крах мы видим сегодня в РФ.  Колхозы, после периода краха и дезорганизации, стали именно синтезом - общинной собственности и жизни в деревне и коллективного труда с современной технологией и товарным производством крупной фермы. Это именно "третья система" - но сегодня ее хотят разрушить и обломки подчинить мафиози и спекулянту. Это может повести или к войне за выживание, или к полному краху.   
И речь пойдет именно о крахе всей системы, а вовсе не только о снижении "макроэкономических показателей", которыми трясет Гайдар - их и так уже снизили дальше некуда. Сельское хозяйство - особая сфера, это не только (и даже не столько) производство, сколько образ жизни. И когда говорят, что наше сельское хозяйство СССР было неэффективно, ибо в нем работало 23 млн. человек, а в США только 3 млн, то это заявление абсурдно. На деле наше сельское хозяйство давало возможность трудиться на земле и жить в селе 23 миллионам (а около них - еще 80 млн членов семей и пенсионеров), а в США только 3 миллионам, вытеснив в города 10 млн безработных. И если с этой точки зрения посмотреть на безумные планы тотальной"фермеризации" русской деревни, то видно: речь идет о попытке разрушения образа жизни всей страны, а не только села. представим на минуту, что наше село стало "как в Америке". Это значит, что с земли будут согнаны десятки миллионов человек, что в городах вырастут, как раковые опухоли, фавелы - норы из жести и картона, а живущие сегодня в родных колхозах 20 млн. стариков заполнят богадельни и подворотни. Не так ли, мистер Черниченко?
Демократы лгут, что после приватизации земли расцветет фермер, от которого нам кое-что перепадет. Тип собственности реально не связан с эффективностью. Вот идеальный пример - Польша. К началу реформы там было 2,7 млн. частных хозяйств, в среднем по 6 га земли. Были и госхозы, и кооперативы. В 1991 г. урожайность зерновых была: в частных хозяйствах 29,3 ц с га; в кооперативах - 34,7; в госхозах - 40,2. Это соотношение держалось уже десять лет. Кстати, в госхозах на 100 га занято 14 работников и 3 трактора, в единоличных хозяйствах - 24 работника и 6 тракторов. при этом польша ввозила зерна и мяса на душу больше, чем СССР. Рядом, в ГДР, хозяйство на селе было полностью обобществлено, а ГДР была экспортером продовольствия. Так что главный довод демократов неверен: дело не в типе собственности на землю.
В России "демократы" уже поставили крупный эксперимент с фермерами-"аборигенами". Он показал, что попытка искусственно создать в русской деревне класс мелких буржуа в конфликте с "миром" - беспочвенна. Эти фермеры как производственная система непродуктивны (хотя много среди них прекрасных тружеников, которые в союзе с колхозами могут выжить). Теперь предлагается пустить землю на продажу - фактически, отдать ее крупным "инвесторам", которые создадут систему крупных ферм по американскому образцу. Я уже писал, что это, скорее всего, дымовая завеса, за которой стоит преступный капитал. Но все же предположим, что "демократы" искренне надеются, выворачивая Ленина, повернуть на "американский путь развития капитализма в России". Те, кто в это верят, совершают фатальную ошибку.

Рассудим логически. при переносе сложившейся производственной системы (фермы) в чуждую почвенно-климатическую среду эффективность неизбежно падает. То есть, американский фермер или тот, кто ему будет подражать, на Рязанщине долгое время будет значительно менее эффективен, чем в США. О Европе и говорить нечего - их система требует наличия минимум 120 тракторов на 1000 га, то есть увеличения парка тракторов в России в 12 раз. Таких капиталовложений никто сделать не в состоянии. И при этом себестоимость пшеницы в Европе доходит до 500 долларов за тонну. Так что за стандарт надо брать США с их крупными фермами. Каков же может быть потолок эффективности "американца"?

На 1000 га пашни США имели втрое больше тракторов, чем мы, а производили пропашных культур (кроме кукурузы) существенно меньше. И хотя наши трактора похуже американских, запчастей к ним поменьше, и выполняет трактор, помимо своих прямых обязанностей, массу таких работ, для которых в США есть веер специальных машин - все равно, в руках колхозника, еще не задушенного Гайдаром, трактор использовался в несколько раз эффективнее, чем у фермера США. (А зерноуборочные комбайны? В СССР их на 1000 га было в 2,4 раза меньше, чем в США). Значит, даже если бы у нас был такой же климат, как в США, такая же сеть дорог и такое же оборудование ферм и жилья, то только чтобы достичь уровня производства, более низкого, чем в колхозах, пришлось бы разом увеличить парк тракторов в три раза. А поскольку всех этих условий нет и не будет, эта мифическая "американская" ферма, созданная на Рязанщине, превратится в черную дыру, поглощающую ресурсы. Никакой разумный капиталист содержать ее не станет. А если уж ему деваться будет некуда, он превратит ее в колхоз. перефразируя Чаянова, можно сказать, что даже Ротшильд, доведись ему бежать в Россию и жить в деревне, стал бы колхозником (ну, счетоводом).

посмотрим теперь на качественные показатели (урожайность в ц/га) и на их динамику. В целом урожайность зерновых в СССР стабильно повышалась: от 13,9 ц в 1980 г. до 19,9 в 1990. За это время так же стабильно повышался надой молока на корову - от 2000 до 2850 кг. Колхозное сельское хозяйство надежно и в хорошем темпе улучшало свои показатели.
Заметим опять же, эти показатели колхозы обеспечивали при минимум в десять раз более низких затратах на материальную базу и несопоставимо более низких затратах на инфраструктуру (прежде всего, дороги). И еще более важный фактор: США и Аргентина имеют идеальные почвенно-климатические условия для производства пшеницы. У нас сравнимые условия были на Украине, где в последние годы СССР стабильно собирали по 34-36 ц/га.
Значит, в самом идеальном случае - если бы чудом перенесли к нам кусочек Америки - насаждение у нас их ферм означало бы колоссальные капиталовложения и резкое падение эффективности производства. Как следствие, огромный рост цен на продукты питания.
А если же представить себе реальность, то это просто театр абсурда. На одних сторожах фермер разорится, даже если страшных турок к нам завезет. Так что если земля будет продана, то никаких американских ферм не появится. появится помещик, живущий за рубежом, а у нас - его бурмистр с шайкой головорезов. И землю они будут сдавать в аренду бывшим колхозникам по диким ценам. Только чтобы арендатор не сдох с голоду. Возврат в позднее средневековье, в шизофреническую смесь феодализма с колонией. А если где-то на черноземных просторах возникнут фермы, то они будут уже не частью России, а анклавами Запада. Русский дух будет оттуда вычищен, дешевле и надежнее (а вернее, единственно разумно для хозяина) будет завезти на ферму рабочих-малайцев. Но на такие затраты вряд ли кто пойдет - если только правительство России не будет давать огромные субсидии., передаваемой ей МВФ.  Может, и будет давать - лишь бы уничтожить своих крестьян.
Из науки и из опыта, на собственной шкуре испытанного, мы знаем: революционное преобразование села по плану, начертанному "социальными инженерами", хоть и под руководством чикагских экспертов, ведет к невероятным потерям и массовым страданиям. Без этого не обошлась и коллективизация - хотя за ней уже стоял десятилетний опыт коммун и кооперативов в советской России и двадцатилетний опыт кибуцев в палестине. Этот опыт обещал быстрый успех. Сегодня "демократы" требуют осуществить разом гораздо более революционное преобразование, хотя вся имеющаяся информация показывает, что их проект обречен на крах. Бесполезно взывать к разуму Гайдара с Чубайсом - эти люди повязаны неизвестными нам соглашениями и вынуждены идти напролом. Но зачем подталкивает нас в пропасть нормальный горожанин, который желает жить и кормить детей? Зачем же ему соглашаться, чтобы по системе жизнеобеспечения страны ухнули обухом? Ведь уже прошло десять лет "реформ". За это время можно было выделить по 10 тыс га в нескольких зонах и пригласить хоть фермеров из США, хоть председателей кибуцев из Израиля - сделайте над нами эксперимент. Наладьте несколько ферм по-вашему. Если будет доход - он ваш, если будет убыток - мы покроем. И посмотрели бы мы, как пойдут дела. Думаю всем было бы интересно, и все бы мы им помогли и у них поучились. Так и можно было бы идти к новой, лучшей системе, а не под дулами танков и дубинками ОМОНа. Но ведь и сегодня ничто не мешает так поступить. Куда так торопятся "чикагские мальчики" и их подручные в России? (Земля как мать народов. Кара-Мурза Сергей Георгиевич  "Сельская жизнь". Март 1996 г. )www.рatriotica.ru

Те, кто ратуют за приватизацию земли, (Кара-Мурза Сергей Георгиевич   "Сельская жизнь". Апрель 1996 г.) пусть с самого начала признают, что они согласны передать основную массу лучших земель международному преступному капиталу. Спорить можно лишь о том, что будут новые хозяева с нашей землей делать. "Демократы" стыдливо намекают, что цивилизованные владельцы организуют на наших землях эффективное сельское хозяйство и "накормят народ" - прямо с ложечки будут нас кормить. Давайте рассмотрим это обещание в свете того, что мы уже сегодня наверняка знаем. Хотя бы по опыту тех стран, которые нам ставят в пример.

Первое.  Приобретение крупных земельных владений, особенно за грязные и горячие деньги, никак не означает, что покупатель намерен вести сельское хозяйство и производить продукты питания. Даже наоборот. Смысл сделки - превращение денег в недвижимость, которая постоянно растет в цене. Хотя реформа МВФ сильно облегчила положение наркобизнеса, пока что, согласно расчетам экспертов, им удается отмыть через банки примерно половину доходов. Распродажа земли в России решит проблему - деньги будут очень выгодно вложены и одновременно отмыты. Делать же дополнительные вложения для развития на этих землях хозяйства хлопотно, а, главное, ни к чему. Доход от него, по сравнению с наркобизнесом, ничтожно мал. потому-то во многих странах, и даже в Европе, мы видим огромные земельные пространства, окруженные колючей проволокой с надписями "Вход воспрещен. Частное владение", полностью выведенные из хозяйственного оборота и заросшие кустарником.

Вовсе не чтобы сеять рожь будут скупать нашу землю. пусть полежит, потом пригодится. Будут, как в Бразилии, пустовать за колючей проволокой огромные пространства, и мы не узнаем даже, кто их купил. На северо-востоке этой благодатной страны голодает и недоедает 71 проц. населения, но крупные землевладельцы, скупив или отобрав почти всю землю, 85 проц. ее не обрабатывают! И смешно думать, что кто-то может не позволить устраивать на скупленной у нас земле склады для захоронения вредных отходов. Никто и носа туда не сунет. Таких случаев на Западе - хоть отбавляй.

платят за захоронение токсичных отходов гораздо больше, а хлопот почти никаких - и не надо возиться с наймом местных жителей, от которых одни неприятности. Надежды на то, что этот преступный бизнес можно пресечь административным путем, совершенно наивны. Частная собственность священна, и даже получить доступ для инспекции владения очень непросто. А уж если чиновник изредка находит в кармане каким-то образом попавший туда конвертик с тысячей-другой долларов, то и желания послать инспекцию не возникает. Время от времени в Испании возникают скандалы: в глубине пустынных латифундий обнаруживают склад с токсичными отходами. Как он туда попал? Чертовщина какая-то. Никто не знает, сам хозяин живет где-нибудь в Чили и на своей земле даже ни разу не был. С какой же стати в России будет по другому? Чиновники у нас неподкупны?

Если демократы добъются своего, большая доля земель будет выведена из оборота или будет использована в преступных целях в ущерб всей нации.

Второе. А что мы получим от земель, которые все же будут возделаны крупными частными владельцами? пора понять то, что у недавнего "совка" никак не укладывается в голове: производство продуктов питания, ориентированное на рынок, не имеет никакого отношения к потреблению этих продуктов "совком". Ну можно же эту простую теорему заучить. предположим, будут в Саратовской области сеять пшеницу и собирать неплохой урожай, пусть даже выше, чем в колхозах (хотя на деле будет ниже). Куда денется эта пшеница? Будет продана на бирже в Нью Йорке и отвезена туда, где больше заплатят. Если Рязанская область сможет заплатить больше, чем фирма, торгующая мукой во Франции, то пшеница поедет в Рязань. Но надежды на это нет никакой. И пусть хоть все рязанцы сдохнут с голоду, пшеница поедет туда, где заплатят больше. На рынке диктует платежеспособный спрос, а не потребность.

Вывоз сельхозпродуктов из регионов, где наблюдается их острая нехватка и даже хронический голод - это не аномалия, а общее правило. Мизерная часть возвращается потом, с большим шумом, в виде гуманитарной помощи. Достаточно сказать, что за 80-е годы в 9 раз вырос экспорт мяса из Индии. Экспортером мяса была и Сомали - в то время, как мировое телевидение, облизываясь, показывало нам умирающих от голода детей. Как обстоят дела в самой Бразилии, крупнейшем производителе и экспортере продовольствия? В прошлом году бразильское правительство сообщило, что предполагает уничтожить четверть урожая кофе, чтобы не допустить снижения цены. А в самой Бразилии лишь небольшая часть населения может позволить себе выпить чашку кофе.

А вот Бангладеш, где большими усилиями добились производства такого количества зерна, что можно обеспечить каждому жителю потребление на уровне 2600 ккал/день - лучше, чем сегодня в России. Но половина населения получает менее 1500 ккал - между недоеданием и голодом. после наводнения сотни тысяч человек умерли там от голода, а фермеры придерживали большие запасы риса, ожидая повышения цен. Это - закон рынка.

Как тяжело было писать эту статью: ведь приходится доказывать русскому человеку, что родную землю продавать невыгодно. приходится апеллировать к его желудку, а не сердцу. Можно ли представить, чтобы к тем, кто умирал на озере Хасан или в Брестской крепости, приходилось обращаться с экономическими выкладками? Нет, у них было понятие: пядь родной земли, которую нельзя отдавать, независимо от ее экономической ценности. Но это, впрочем, лирика. А продавать родную землю действительно невыгодно.
(Кара-Мурза Сергей Георгиевич   "Сельская жизнь". Апрель 1996 г.)

Каковы были тылы нашего колхозника("Сельская жизнь". Март 1996 г. www.рatriotica.ru Сергей Кара-Мурза), как его поддерживали смежники, как обеспечивали его средствами производства? Без учета этих величин теряет смысл всякий разговор об эффективности. А кроме того, эти факторы вообще лежат вне сферы сельского хозяйства и никак не связаны с формой собственности на землю. Если смежники сильно отстали, то разгони все колхозы и преврати всех в фермеров - лучше не станет. Вот простой показатель: сколько человек обеспечивает труд одного пахаря в производстве его средств производства (машины, удобрения и т.д.)? В США на одного фермера работало 2 человека, а в СССР на одного колхозника 0,33 человека. А сколько работает в доведении продукта пахаря до стола (транспорт, хранение, переработка, сбыт и т.д.)? На одного фермера в США 5 человек, а на одного колхозника в СССР 0,16 человека - в 30 раз меньше.  Вчитайтесь в доклад Госкомстата прошлого года: "К 1 октября создано 149 тыс [фермерских хозяйств] с площадью 6,3 млн га (в среднем по 42 га на хозяйство)... Выращенный ими урожай используется главным образом на внутрихозяйственное потребление. Из-за ограниченных возможностей в приобретении кормов, молодняка не получило широкого развития животноводство". Да что же это творится? Изъяли более 6 млн га угодий - ничего себе кусок! И оказывается, товарной продукции с них вообще не получается. Все съедают сами фермеры, даже скотину не могут прокормить. продуктивность на уровне каменного века (Госкомстат скромно умалчивает об урожайности). И это преподносится как шаг вперед, который надо как можно скорее сделать в отношении всех сельскохозяйственных угодий страны.  ("Сельская жизнь". Март 1996 г. www.рatriotica.ru Сергей Кара-Мурза)
Перейдем к другой стороне вопроса: как будет себя чувствовать фермер в реальной структуре нашей экономики с учетом того, что в ней натворили "демократы"? Известно, что эта структура в СССР была искривлена давлением политического фактора (холодная война). по сравнению с Западом наше село получало очень мало машин и удобрений, технология была упрощена до предела. Колхозы приспособились к этой тяжелой обстановке именно благодаря их нерыночной природе и тому, что они были увязаны в большую систему (немало значило, например, столь проклинаемое шефство предприятий). понаблюдав в Испании за фермерами, могу с уверенностью сказать: в России они вряд ли вообще смогли бы давать товарную продукцию. Ни о какой рентабельности и речи бы не шло.  Каковы были тылы нашего колхозника, как его поддерживали смежники, как обеспечивали его средствами производства? Без учета этих величин теряет смысл всякий разговор об эффективности. А кроме того, эти факторы вообще лежат вне сферы сельского хозяйства и никак не связаны с формой собственности на землю. Если смежники сильно отстали, то разгони все колхозы и преврати всех в фермеров - лучше не станет. Вот простой показатель: сколько человек обеспечивает труд одного пахаря в производстве его средств производства (машины, удобрения и т.д.)? В США на одного фермера работало 2 человека, а в СССР на одного колхозника 0,33 человека. А сколько работает в доведении продукта пахаря до стола (транспорт, хранение, переработка, сбыт и т.д.)? На одного фермера в США 5 человек, а на одного колхозника в СССР 0,16 человека - в 30 раз меньше. И речь пойдет именно о крахе всей системы, а вовсе не только о снижении "макроэкономических показателей", которыми трясет Гайдар - их и так уже снизили дальше некуда. Сельское хозяйство - особая сфера, это не только (и даже не столько) производство, сколько образ жизни. И когда говорят, что наше сельское хозяйство СССР было неэффективно, ибо в нем работало 23 млн. человек, а в США только 3 млн, то это заявление абсурдно. На деле наше сельское хозяйство давало возможность трудиться на земле и жить в селе 23 миллионам (а около них - еще 80 млн членов семей и пенсионеров), а в США только 3 миллионам, вытеснив в города 10 млн безработных. И если с этой точки зрения посмотреть на безумные планы тотальной"фермеризации" русской деревни, то видно: речь идет о попытке разрушения образа жизни всей страны, а не только села. представим на минуту, что наше село стало "как в Америке". Это значит, что с земли будут согнаны десятки миллионов человек, что в городах вырастут, как раковые опухоли, фавелы - норы из жести и картона, а живущие сегодня в родных колхозах 20 млн. стариков заполнят богадельни и подворотни. Не так ли, мистер Черниченко?

Важнейшее условие нормальной работы сельского хозяйства - дороги, особенно если уборку и перевозку продукта поджимает погода, как это и было на почти на всей территории нашей страны. В СССР было 39 км шоссейных дорог на 1000 кв. км, а в США 601. О Европе и говорить нечего: во Франции 1364, в Англии 1499, даже в польше 493. Что же сделали демократы - приступили к ликвидации диспропорций? Да нет, не для этого брали власть. Еще в 1991 г. в хозяйствах РСФСР было построено 33 тыс. км дорог с твердым покрытием, а в 1995 г. едва дотянут до 800 км. Спад в сорок раз за четыре года. Дожили! производство добавок для комбикорма, которое стали создавать для ликвидации перекорма зерна и освобождения от импорта, уничтожено: в 1994 г. оно составило 2 процента от уровня 1990 года. Уничтожено в чьих интересах - фермера? Не нашего, а американского. Нашему демократы жизни не дадут.

Да и не может рынок стимулировать структурную перестройку хозяйства - это везде и всегда было делом государства, а оно у нас как раз сбросило с себя все обязанности. Уже в 1992 г. правительство с гордостью сообщило: "В текущем году значительно сократились инвестиции в сельскохозяйственное машиностроение, в строительство автомобильных и железных дорог... В отраслях агропромышленного комплекса сделано капиталовложений на две трети меньше. Не построено ни одного элеватора и комбикормового предприятия. Значительно сократилось строительство емкостей для хранения сельскохозяйственной продукции... производство аппаратов для консервного производства, для розлива и укупоривания пищевых жидкостей упало наполовину" - и это после того, как уже 1991 год означал огромный регресс. А за 1993-95 годы отрасль полностью добили. От этой реальности людей пытаются отвлечь криками о том, что "частный капитал накормит Россию".

Что же означает в этих условиях отнять землю у тех, кто в самых трудных условиях приспособился максимально использовать все возможности, чтобы накормить с этой земли себя и горожан? Что значит отдать ее тем, чья единственная цель - выжать из этой земли прибыль, не зная ни этой земли, ни реальных условий производства? Это значит обречь население на неминуемый и длительный голод, а страну - на полную продовольственную и технологическую зависимость. Иными словами, согласиться стать колонией на самых невыгодных условиях. Ну ладно Гайдар да Чубайс - а вот как под эти знамена стали обычные честные горожане, инженеры, рабочие, учителя? Ведь немало их клюнуло на удочку приватизаторов земли. И вот печальный вывод.

Рыночная утопия заставила часть нашего культурного слоя принять возможность того, что многие соотечественники будет голодать. И это будет не катастрофой, не следствием каких-то злодейств или просчетов, а нормой. Даже не нормой, а необходимым средством поддерживать стабильность желаемого порядка. Это теоретически и морально обосновано Мальтусом - самым читаемым и уважаемым автором Англии времен "чистого" капитализма. Что наша либеральная интеллигенция приняла мальтузианство, ранее отвергаемое русской культурой факт поразительный и прискорбный, но факт. Согласно опросам, основной популяризатор мальтузианства, академик Н.Амосов в ряду духовных авторитетов занимает третье место (после Солженицына и Лихачева). Мальтус доказал, что голод (и особенно угроза голода детей) является гораздо более дешевым и эффективным средством держать в подчинении "низшие классы", чем репрессии. поэтому столь важна для стабильности буржуазного общества безработица - через нее проходит основная масса трудящихся. побыл человек полгода безработным - мятежный дух с него как рукой снимает.  Дело и не в Мальтусе - он лишь "онаучил" реальность рыночного общества. Ибо именно в этом рыночном  обществе возник голод части населения как норма, а не бедствие. Здесь голодают отвергнутые рынком, а остальные не обязаны им помогать. Более того, не должны им помогать, чтобы другим неповадно было расслабляться. И Мальтус, и Дарвин резко выступали против благотворительности и бесплатной медицины, которые нарушают действие естественного отбора, ликвидирующего "человеческий брак". Дарвин даже сожалел о том, что медицина (например, прививки) сохраняет жизнь плохо приспособленным людям - а таковыми считались как раз те, кто голодает.

До возникновения западного буржуазного общества, то есть 99,95% времени своего существования человечество прожило в твердой уверенности, что каждый член племени или общины имеет право на жизнь. Именно право, а не милостыню или каприз богатого соседа. А это право реализуется тем, что каждый может получить необходимый для жизни минимум пропитания из общественных (общинных или государственных) закромов. Сегодня антропологи говорят, что в примитивных обществах голода в норме вообще не существовало: или все были сыты, или умирала вся община.
("Сельская жизнь". Март 1996 г.)
www.рatriotica.ru
Сергей Кара-Мурза

"Экономическая теория современного капиталистического общества представляет собой сложную систему неразрывно связанных между собой категорий (цена, капитал, заработная плата, процент на капитал, земельная рента), которые взаимно детерминируются и находятся в функциональной зависимости друг от друга. И если какое либо звено из этой системы выпадает, то рушится все здание, ибо в отсутствие хотя бы одной из таких экономических категорий все прочие теряют присущий им смысл и содержание и не поддаются более даже количественному определению".
Такой катастрофы вульгарные марксисты от большевизма допустить не могли - это значило бы оставить без идеологической базы их внучат. И А.В.Чаянов был расстрелян. Внучата довольны.
Но остались хотя бы те книги, которые Чаянов успел закончить. И уже они подрывают всю ту теоретическую базу, на которой наши либералы строят свои планы "построения капитализма в России". Выше мы привели слова о том, как рушится вся теория капитализма из-за того, что к крестьянскому хозяйству неприложимо обычное понятие рентабельности.

"Такая же катастрофа ожидает обычную теоретическую систему, если из нее выпадает какая-либо иная категория, к примеру, категория заработной платы. И даже если из всех возможных народнохозяйственных систем, которым эта категория чужда, мы сделаем бъектом анализа ту, в которой во всей полноте представлены меновые отношения и кредит, а, следовательно, категории цены и капитала, например, систему крестьянских и ремесленных семейных хозяйств, связанных меновыми и денежными отношениями, то даже и в этом случае мы легко сможем убедиться в том, что структура такого хозяйства лежит вне рамок привычной системы политэкономических понятий, характерных для капиталистического общества".
Вспомним теперь, как велось "архитекторами перестройки" обсуждение проблем нашего сельского хозяйства - оно сводилось именно к втискиванию в рамки политэкономии. Ах, низка рентабельность колхозов! Но это же абсурд. Как может быть нерентабельным производство хлеба и молока? Вся эта брехня с рентабельностью определялась тем, какую цену назначит колхозам Госплан, сколько еще ресурсов решит он выкачать из села. Да и вообще весь этот вой о том что государство разоряется, содержа "убыточные колхозы" - ложь, рассчитанная на потрясающую доверчивость русского человека. посмотрите справочник: в 1990 г. средний уровень рентабельности колхозов и совхозов был 36 проц. - дай Бог каждому. Всего в СССР было 29 тыс. колхозов, из них убыточных 500. Всего 1,7 проц.! И из-за этого такой шум? Из-за этого революция, разрушение всей системы и угроза голода? Можно ли это объяснить рациональными соображениями? Нет, мотивы явно мистические.
Скрупулезно собранная русскими учеными-аграрниками земельная и демографическая статистика открыла новый смысл общинного начала в русской жизни. Оказалось, что в отличие от частного землевладения община проявляла большую гибкость в обеспечении землей "тех, кто ее обрабатывает" - без превращения крестьян в сельских пролетариев, в "человеческую пыль".
"Значительная часть хозяйств малосеющих групп, по мере увеличения их возраста и размеров семьи, обрастала рабочими силами и, расширяя свою посевную площадь, переходила в высшие группы, расширяя тем и объем своей хозяйственной деятельности; наоборот, бывшие крупные хозяйства переходили в низшие группы, соответствующие маленьким семьям, создавшимся после раздела... Эта картина указывает нам, что демографические процессы роста и распределения семей по их размерам в значительной мере определяют собой и распределение хозяйств по размеру их посева и скотовладения... В пределах нашего статистического материала, относящегося, кстати сказать, к районам передельной общины, связь между размером семьи и размером земледельческого хозяйства следует скорее понимать как зависимость площади землепользования от размеров семьи, чем наоборот", - пишет Чаянов и добавляет: - "Там, где при высокой интенсивности хозяйства ферма со всеми ее землями составляет крепко спаянный производственный аппарат, давление биологического развития семьи не может оказать никакого влияния на размеры землепользования и выражается по преимуществу в изменении соотношения своего и наемного труда и в степени отхода своего избыточного труда на сторону".
Другими словами, капиталистический уклад с частной собственностью на землю не обладает гибкостью в отношении демографической ситуации и непрерывно "производит" безземельных крестьян (одновременно с "производством" неиспользуемых земель). Фермеризация означает неминуемую пролетаризацию деревни. пролетаризация российского села, в котором проживает около 70 млн человек, означает неминуемую пролетарскую револьцию (разумеется, нового типа), какими бы кровавыми репрессиями ее ни пытались подавить наши демократы-свободолюбцы.
Та гибкость связи рабочих рук с землей, которой характеризовалась община, не только оптимизировала продуктивность всей системы вовлеченных в производство ресурсов. Еще важнее, что возникал особый образ жизни. Такой образ жизни, при котором не было места мальтузианству, "запрету на жизнь" для бедных. Они не боялись иметь детей, ибо те, подрастая, получали доступ к земле. Иной была ситуация на Западе. Чаянов подчеркивает:
"Немало демографических исследований европейских ученых отмечало факт зависимости рождаемости и смертности от материальных условий существования и ясно выраженный пониженный прирост в малообеспеченных слоях населения. С другой стороны, известно также, что во Франции практическое мальтузианство наиболее развито в зажиточных крестьянских кругах".
понятно, что этот аргумент лишь укрепляет решимость наших российских мальтузианцев добиваться своего. Но эта идеология сознательно воспринята ничтожным меньшинством населения. Остальные просто очарованы либеральной фразеологией. Но пусть они хоть задумаются над действительным смыслом того выбора, который поддерживают.
Кажется излишним говорить о том, что российская земля, будь она выброшена на рынок, окажется скупленной молниеносно и за бесценок. Это абсолютно очевидно (примечание 4) . В той же западной политэкономии, при всей ее рациональности и механистичности, земля рассматривается как совершенно особая ценность, и земельная рента - почти мистический источник дохода. Уже физиократы, предшественники Адама Смита, пытались создать теорию, объясняющую эту особую производительную силу земли. Для них земля была единственной экономической ценностью, в использовании которой хозяином принимает непосредственное участие сам Бог-творец. поэтому доход, получаемый от земли, имеет отчасти божественное происхождение и надежен, как никакой иной. И если наша земля перейдет к частным землевладельцам, изъять ее обратно будет очень трудно, и российские крестьяне превратятся в быстро беднеющих арендаторов. С них будут драть все больше и больше, несмотря на детские сказки об эквивалентном обмене на рынке. Ведь это уже было в России, читайте у Чаянова:
"Несмотря на кажущуюся парадоксальность, мы смеем даже утверждать, что крестьянское хозяйство будет готово платить за земль тем больше, чем ее у него меньше и чем оно беднее. Исследования проф. В.А. Косинским динамики земельных и арендных цен в России... свидеельствуют о том, что цены, которые малоземельные крестьянские хозяйства платят за землю, значительно превышают капиталистическую абсолютную ренту".
потому-то и не развивался капитализм в русской деревне.
И надо также отдавать себе отчет, что продажа нашей земли - акт практически необратимый. Выкупить ее обратно не удастся никогда, а попытка национализации вызовет совершенно бешеную, иррациональную ярость новых хозяев. Вот тогда возникнет угроза настоящей войны на уничтожение. полезно вспомнить, как в 1954 году "Юнайтед фрут компани" добилась от ЦРУ вторжения в Гватемалу для свержения законно избранного консервативного президента Арбенса - только потому, что он национализировал 81 тыс. га (всего-то) земли этой компании, причем со всеми возможными компенсациями.
Чем кончится нынешний заочный спор Чаянова и "новых центурионов" евроцентризма - в огромной степени зависит от душевных устремлений рядового интеллигента, который сегодня захватил трибуну и которым подпирается либеральный режим.


Этические нормы особенно явно проявляются во время кризиса. Очень поучительно видеть цивилизованного человека в московском метро в последние годы. Когда Горбачев подписал секретный протокол о капитуляции СССР в холодной войне и получил свой скромный гонорар, почти на другой же день мы увидели совершенно новый тип иностранца. В СССР, который был державой, хоть и "империей Зла", иностранец приспосабливался к местным нормам поведения. Так, в метро не принято было громко разговаривать - то ли потому, что многие тогда читали или думали, то ли просто так. Так же вели себя и иностранцы. Сегодня же, когда много молодежи приезжают в полуразрушенную Москву полюбоваться спектаклем распада вчера еще пугающей империи и сфотографироваться на фоне какого-нибудь поверженного памятника, их поведение изменилось почти сверхъестественным образом. Начинаешь думать, что кто-то дергает за невидимые ниточки, которым подчиняются эти юноши из хороших семей Запада. Теперь они разговаривают и хохочу так громко, что кучка из пяти-шести американских студентов с банками "кока-колы" в руках, кажется, заполняет весь вагон. Демократия голышом уже не моется, а пляшет перед крестьянами всего мира.


"Такая же катастрофа ожидает обычную теоретическую систему, если из нее выпадает какая-либо иная категория, к примеру, категория заработной платы. И даже если из всех возможных народнохозяйственных систем, которым эта категория чужда, мы сделаем бъектом анализа ту, в которой во всей полноте представлены меновые отношения и кредит, а, следовательно, категории цены и капитала, например, систему крестьянских и ремесленных семейных хозяйств, связанных меновыми и денежными отношениями, то даже и в этом случае мы легко сможем убедиться в том, что структура такого хозяйства лежит вне рамок привычной системы политэкономических понятий, характерных для капиталистического общества".
Вспомним теперь, как велось "архитекторами перестройки" обсуждение проблем нашего сельского хозяйства - оно сводилось именно к втискиванию в рамки политэкономии. Ах, низка рентабельность колхозов! Но это же абсурд. Как может быть нерентабельным производство хлеба и молока? Вся эта брехня с рентабельностью определялась тем, какую цену назначит колхозам Госплан, сколько еще ресурсов решит он выкачать из села. Да и вообще весь этот вой о том что государство разоряется, содержа "убыточные колхозы" - ложь, рассчитанная на потрясающую доверчивость русского человека. посмотрите справочник: в 1990 г. средний уровень рентабельности колхозов и совхозов был 36 проц. - дай Бог каждому. Всего в СССР было 29 тыс. колхозов, из них убыточных 500. Всего 1,7 проц.! И из-за этого такой шум? Из-за этого революция, разрушение всей системы и угроза голода? Можно ли это объяснить рациональными соображениями? Нет, мотивы явно мистические.
Скрупулезно собранная русскими учеными-аграрниками земельная и демографическая статистика открыла новый смысл общинного начала в русской жизни. Оказалось, что в отличие от частного землевладения община проявляла большую гибкость в обеспечении землей "тех, кто ее обрабатывает" - без превращения крестьян в сельских пролетариев, в "человеческую пыль".
"Значительная часть хозяйств малосеющих групп, по мере увеличения их возраста и размеров семьи, обрастала рабочими силами и, расширяя свою посевную площадь, переходила в высшие группы, расширяя тем и объем своей хозяйственной деятельности; наоборот, бывшие крупные хозяйства переходили в низшие группы, соответствующие маленьким семьям, создавшимся после раздела... Эта картина указывает нам, что демографические процессы роста и распределения семей по их размерам в значительной мере определяют собой и распределение хозяйств по размеру их посева и скотовладения... В пределах нашего статистического материала, относящегося, кстати сказать, к районам передельной общины, связь между размером семьи и размером земледельческого хозяйства следует скорее понимать как зависимость площади землепользования от размеров семьи, чем наоборот", - пишет Чаянов и добавляет: - "Там, где при высокой интенсивности хозяйства ферма со всеми ее землями составляет крепко спаянный производственный аппарат, давление биологического развития семьи не может оказать никакого влияния на размеры землепользования и выражается по преимуществу в изменении соотношения своего и наемного труда и в степени отхода своего избыточного труда на сторону".
Другими словами, капиталистический уклад с частной собственностью на землю не обладает гибкостью в отношении демографической ситуации и непрерывно "производит" безземельных крестьян (одновременно с "производством" неиспользуемых земель). Фермеризация означает неминуемую пролетаризацию деревни. пролетаризация российского села, в котором проживает около 70 млн человек, означает неминуемую пролетарскую револьцию (разумеется, нового типа), какими бы кровавыми репрессиями ее ни пытались подавить наши демократы-свободолюбцы.
Та гибкость связи рабочих рук с землей, которой характеризовалась община, не только оптимизировала продуктивность всей системы вовлеченных в производство ресурсов. Еще важнее, что возникал особый образ жизни. Такой образ жизни, при котором не было места мальтузианству, "запрету на жизнь" для бедных. Они не боялись иметь детей, ибо те, подрастая, получали доступ к земле. Иной была ситуация на Западе. Чаянов подчеркивает:
"Немало демографических исследований европейских ученых отмечало факт зависимости рождаемости и смертности от материальных условий существования и ясно выраженный пониженный прирост в малообеспеченных слоях населения. С другой стороны, известно также, что во Франции практическое мальтузианство наиболее развито в зажиточных крестьянских кругах".
понятно, что этот аргумент лишь укрепляет решимость наших российских мальтузианцев добиваться своего. Но эта идеология сознательно воспринята ничтожным меньшинством населения. Остальные просто очарованы либеральной фразеологией. Но пусть они хоть задумаются над действительным смыслом того выбора, который поддерживают.
Кажется излишним говорить о том, что российская земля, будь она выброшена на рынок, окажется скупленной молниеносно и за бесценок. Это абсолютно очевидно (примечание 4) . В той же западной политэкономии, при всей ее рациональности и механистичности, земля рассматривается как совершенно особая ценность, и земельная рента - почти мистический источник дохода. Уже физиократы, предшественники Адама Смита, пытались создать теорию, объясняющую эту особую производительную силу земли. Для них земля была единственной экономической ценностью, в использовании которой хозяином принимает непосредственное участие сам Бог-творец. поэтому доход, получаемый от земли, имеет отчасти божественное происхождение и надежен, как никакой иной. И если наша земля перейдет к частным землевладельцам, изъять ее обратно будет очень трудно, и российские крестьяне превратятся в быстро беднеющих арендаторов. С них будут драть все больше и больше, несмотря на детские сказки об эквивалентном обмене на рынке. Ведь это уже было в России, читайте у Чаянова:
"Несмотря на кажущуюся парадоксальность, мы смеем даже утверждать, что крестьянское хозяйство будет готово платить за земль тем больше, чем ее у него меньше и чем оно беднее. Исследования проф. В.А. Косинским динамики земельных и арендных цен в России... свидеельствуют о том, что цены, которые малоземельные крестьянские хозяйства платят за землю, значительно превышают капиталистическую абсолютную ренту".
потому-то и не развивался капитализм в русской деревне.
И надо также отдавать себе отчет, что продажа нашей земли - акт практически необратимый. Выкупить ее обратно не удастся никогда, а попытка национализации вызовет совершенно бешеную, иррациональную ярость новых хозяев. Вот тогда возникнет угроза настоящей войны на уничтожение. полезно вспомнить, как в 1954 году "Юнайтед фрут компани" добилась от ЦРУ вторжения в Гватемалу для свержения законно избранного консервативного президента Арбенса - только потому, что он национализировал 81 тыс. га (всего-то) земли этой компании, причем со всеми возможными компенсациями.
Чем кончится нынешний заочный спор Чаянова и "новых центурионов" евроцентризма - в огромной степени зависит от душевных устремлений рядового интеллигента, который сегодня захватил трибуну и которым подпирается либеральный режим.



примечания



1   К.Лоренц замечает: "Способность человека интегрироваться в экосистему доказывает опыт крестьянина, который не ограничивается тем, что "живет, прилепившись к клочку земли", а его любит. Местный крестьянин обладает запасом здоровых экологических знаний. Крестьянин старой закалки не допускает избыточной эксплуатации, а возмещает земле то, что земля ему дала..." [53, с. 300].
Возврат в основной текст
2   Не могу удержаться от маленького отступления от темы и замечания о "советском тоталитаризме". Книгу, о которой идет речь, я нашел в любопытном месте - почти поглощенном тропической растительностьь дворце на горе в Рио де Жанейро. Дворец был собственностью небольшой академии наук, а теперь передан Международному фонду, ведущему исследование наследия Ландсдорфа - русского путешественника по Бразилии в начале XIX века. Лучшим знатоком Ландсдорфа является наш историк из Ленинграда Борис Комиссаров, он и стал хозяином дворца и приютил меня там на неделю. А примечательно то, в каком виде ему передали дворец с его библиотеками и лабораториями. Когда в Бразилии случился военный переворот, ученые, обитатели дворца, эмигрировали - но как? Как будто их унесло ветром. Тут из каталога выдвинут ящичек с карточками, здесь не дописана фраза в журнале и лежит ручка, там раскрытая книга. Все покрыто пылью и заросло плесенью. Вот что такое репрессивный режим военных, обученных в зоне панамского канала инструкторами-демократами.
Возврат в основной текст
3   Вспоминаю случай почти гротескный и даже грустный. В 1967 году работал я на Кубе и поехал на совещание специалистов, на один сахарный завод, принадлежавший ранее американцу. прекрасный дом, за окном - тропический парк, павлины. А в гостиной два огромных закопченных камина. Мне рассказывают: хозяин желал жить в тропиках, как у себя на севере. Он велел установить мощные кондиционеры воздуха, чтобы в гостиной было очень холодно, затапливал камины и кутался в плед.
Возврат в основной текст
4   Насколько беспомощны аргументы тех, кто убеждает в полной безопасности для России свободной продажи земли, говорит совершенно уж смехотворное утверждение в том, что нашу землю иностранцы не будут покупать из-за плохих почвенно-климатических условий. приходит на память шутка Самира Амина: "В XIII в., во время путешествия по Европе, тогда отсталой по сравнению с исламским миром, араб Ибн Батута - не зная, как посмеется над ним история - объяснял эту отсталость негостеприимным европейским климатом" [18, с. 93].


Рецензии