Миссия Жанны д Арк и загадки истории

     Согласно официальной истории 30 мая 1431 года в Руане  на костре погибла Жанна д’Арк, Освободительница Франции, чья уникальная судьба  до сих пор будоражит умы и не дает покоя исследователям.  За пятьсот с лишним  лет Орлеанской Деве было посвящено множество книг, статей, пьес, кинофильмов и научных работ, и можно с  полной уверенностью сказать, что их поток не уменьшится, ибо ее удивительная история поражает воображение и полна загадок. Уникальность этой светлой исторической личности проявляется в каждом штрихе ее биографии и в огромных масштабах ее посмертной славы.  Достаточно сказать, что Жанна – единственная за всю мировую историю в 17 лет занимала пост главнокомандующего вооруженными силами страны, она единственная в истории жертва инквизиции, которую римская церковь оправдала и даже причислила к лику святых, она единственная женщина в истории, чье дело церковный суд разбирал трижды (и дважды оправдал).  Ее безупречные личные качества, полководческий талант,  патриотизм, личная храбрость, наконец, сама мученическая смерть ее сделала из Орлеанской Девы святую в народном сознании Франции за сотни лет до того, как  ее под именем Благочестивой Жанны  канонизировала католическая  церковь.  Церковь, которая осудила ее на смерть, выполняя политическую волю своих истинных хозяев, а затем оправдала, выполняя волю хозяев новых, уже ничего не могла ни добавить, ни убавить к ее образу.  Жанна д’Арк принадлежит не церкви и даже не Франции, она – законная гордость всего человечества. Вспыхнув звездой во мраке средневековой истории, она метеором пронеслась за два года перед глазами изумленных современников, исчезла в дыму костра и вскоре вновь зажглась на небосводе истории.

Историю Жанны при всем желании  нельзя отнести к разряду самосбывающихся пророчеств, хотя неграмотная пастушка из деревни Домреми,  старшая из четырех  дочерей простого крестьянина Жака д’Арка без сомнения знала о пророчестве жившего во времена короля Артура  волшебника Мерлина, предсказавшего, что Францию погубит порочная женщина и спасет невинная дева  из Лотарингии. И действительно, порочная женщина погубила Францию. С пророчеством  народ связывал имя распутной и продажной  Изабеллы Баварской, жены душевнобольного короля Карла VI, которая в мае 1420 года устроила подписание мирного договора с англичанами в Труа. Согласно этому предательскому договору французская корона после смерти короля переходила к Генриху V английскому, а сын короля и Изабеллы, Карл лишался прав на французский престол.

     Истерзанная Франция изнемогала в столетней войне, пылали деревни, большая часть страны была оккупирована, остальная подвергалась бандитским набегам и разграблениям вооруженных шаек. Измученный народ, деморализованная армия, патриотически настроенное дворянство – все ждали чуда, ждали Спасительницу, ждала ее и Жанна. До нее многие французские экзальтированные девушки объявляли себя Лотарингскими Девами, и проверка каждый раз показывала их  несостоятельность.  Но Жанна, учитывая ее светлый ум, присущий ей здравый смысл, природную скромность и здоровую психику, никогда бы не вообразила себя  Девой, если бы в этом ее не убедили «Голоса».   Девушке с 13 лет являлись святые Михаил, Екатерина и Маргарита и внушали, что она избрана Богом для великого дела спасения ее Родины.

      Голоса и видения Жанны д’Арк невозможно обойти вниманием при изучении ее истории.   С религиозной точки зрения они не вызывают никаких затруднений: разумеется, это были  названные ею святые, а сама ее миссия есть не что иное, как  промысел Божий. Но материалистически настроенных исследователей  они всегда приводили  в некоторое  смущение. Действительно, многое можно объяснить с позиции науки и здравого смысла. Хорошо известно, что слуховыми и зрительными галлюцинациями часто сопровождаются различные виды психических расстройств, таким образом и пытались объяснить феномен Орлеанской  Девы некоторые серьезные ученые в 20 веке.  Религиозная экзальтация, абсолютная уверенность в своем великом предназначении, передающаяся окружающим помимо их воли, сильная интуиция, дар внушения и самовнушения, и, наконец, наличие пророчества  и  общая мистическая настроенность общества того времени – все эти объективные факторы, безусловно, имели место и сыграли свою роль во всей этой невероятной истории. Но проблема для материалистов в том, что  никакой религиозной экзальтацией и самовнушением нельзя объяснить те ясные и четкие  указания, которые она получала от Голосов и полное подтверждение тех фактов и информации, которыми она от них располагала. Истории известны ее пророчества, которые исходили от нее при дворе короля Карла и во время судилища в Руане. Они полностью сбылись. Как же объясняли с  рациональной позиции  эти факты? Никак. «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам.» - оставалось повторить  вслед за Шекспиром  и признать, что наука не может пока дать  исчерпывающего объяснения феномена Жанны д’Арк. Как не пытайся объяснить эти Голоса, изначально именно благодаря им Жанне удалось выполнить свою  миссию. Нет сомнений, что она их слышала, ее посещали видения, и она была абсолютно убеждена, что они принадлежат святым Екатерине, Маргарите и архангелу Михаилу. 

      В январе 1429 года  Жанна тайком ушла из дома в Вокулер, пришла к коменданту крепости и попросила  доставить ее в Шинон ко двору дофина Карла, чтобы исполнить возложенную на нее Богом миссию: снять осаду с Орлеана, короновать дофина в Реймсе и изгнать английских захватчиков  из Франции. Нетрудно догадаться, какова была  первая реакция коменданта крепости  Робера де Бодрикура – он рассмеялся ей в лицо. Все последовавшие за этим события: куры, которые вдруг перестали нестись, паломничество жителей изо всех окрестностей и их твердая уверенность, что они видели Лотарингскую Деву, наконец абсолютная,  просто фатальная убежденность Жанны  в своей миссии заставили его изменить свое мнение о ней. 12 февраля комендант в сопровождении многочисленных слуг и охраны с факелами в руках лично явился в дом простого горожанина Анри Ле Ройе, предоставившего ей кров. Во время беседы Жанна сообщила ему, что в этот день французские войска потерпели поражение в битве за Орлеан, и виноват в этом он, Робер де Бодрикур, который задерживает ее в Вокулере.  Это открыли ей Голоса. Комендант был поражен:  известия из Орлеана могли прийти только за десять дней, откуда же девушка знает о поражении? Де Бодрикур поклялся, что если ее сведения подтвердятся, он немедленно предоставит ей вооруженную охрану и снабдит личным письмом к дофину. Ровно через десять дней он выполнил свое обещание, ибо информация Жанны  оказалась совершенно точной: 12 февраля 1429 года французы проиграли  битву  при  Рувре, которая известна истории как «селедочное сражение».  Горожане снарядили Жанну в путь, она  получила от коменданта  вооруженных провожатых (ее также сопровождали  братья и несколько односельчан)  и отправилась во главе своего маленького отряда в Шинон через Шампань, находившуюся в руках англичан, и Бургундию, союзницу Англии. В этом опасном и чрезвычайно трудном пути, их, как она потом говорила,  незримо сопровождал архангел Михаил, благодаря которому они благополучно прибыли ко двору дофина.

      Карл долго колебался, давать ли ей аудиенцию, часть придворных была настроена решительно против, другие советовали принять ее, коль скоро она утверждала, что была посланницей  Бога. Наконец решили выслушать странную девушку, но устроили проверку: Карл спрятался за спинами придворных, а на его место сел один из пажей. Вошедшая в зал Жанна, не  обратив никакого внимания на пажа, отыскала глазами Карла и поклонилась ему. На присутствующих это произвело огромное впечатление. Как она сама объясняла на суде, Карла указал ей  архангел Михаил. Дофин с Жанной отошли в сторону, где она предъявила ему некие доказательства  своей правоты, о которых впоследствии отказалась говорить на инквизиционном судилище. После  оправдательного процесса,  состоявшегося через 25 лет после  гибели Жанны, стало широко известно, что именно она ему сказала во время их первой встречи в Шиноне. Карл попросил знамения, знака, который бы указал ему на то, что ее Голоса идут от Бога, а не Сатаны. И тогда Жанна ответила  ему на мучивший  его вопрос о законности его рождения и  прав на французский престол. Она поведала ему,  что Бог внял его просьбе разрешить его сомнения, с которой он обращался в своей тайной молитве, и выполняет ее при помощи своей посланницы. Жанна подтвердила ему, что только он является законным государем, и ее миссия заключается также в том, чтобы короновать его в Реймсе, сделав таким образом дофина королем. Получив доказательства от Жанны,  дофин воспрял духом и обрел на какое-то время  мужество и решительность, но сейчас же определенная часть его окружения и, прежде всего, министр Ла Тремуйль и архиепископ Реймский,  известный современникам под прозвищем «святая лисица», постарались заронить сомнения и страхи в его слабой душе. «Вы сказали, Ваше высочество, что Голоса открыли ей тайну Вашей молитвы, но ведь эта тайна ведома не только Богу, но и дьяволу. Вам надо быть осторожным с этой женщиной!». 

      Следует отметить, что с самого начала появления Жанны в Шиноне при дворе дофина образовались две сильные партии сторонников и противников Девы. Последние еще сыграют свою роковую роль в ее судьбе, но в этот момент чаша весов склонялась в ее пользу. Итак, дофин проникся к Деве доверием, но свое слово еще должна была сказать церковь, и церковь его сказала  после окончания напряженной работы авторитетной комиссии в Пуатье.  Пятнадцать известнейших богословов своего времени в течение трех недель подвергали неграмотную девушку изнурительным допросам, расставляли ловушки, задавали такие казуистические вопросы, на которые трудно было правильно ответить даже искушенным в священном писании клирикам. Все  их ловушки и хитрости разбивались, как о каменную стену, об ее здравый смысл, искренность, убежденность в вере и в своей миссии. Вот один из наиболее известных эпизодов тех допросов, который прозвучал на Оправдательном процессе. Доминиканский монах, член комиссии, задал ей вопрос: «Ты говоришь, что Бог желает освободить Францию. Бог велик и всемогущ, не так ли? Зачем же тебе солдаты?», на что последовал немедленный ответ, который вызвал всеобщее восхищение:  «Бог помогает лишь тем, кто сам себе помогает. Солдаты будут сражаться, а Господь дарует им победу».
Объективная комиссия, состоявшая из верных слуг дофина, не нашла в девушке ничего подозрительного, и Карл распорядился допустить ее к армии.  Так начался  боевой путь Жанны д’Арк. Она  прибыла из Пуатье в город Тур, где ее снабдили  доспехами и боевым  конем, а затем в Блуа,  откуда должен был начаться поход на Орлеан. Во время подготовки кампании произошло еще одно событие, которое нельзя было объяснить ничем, кроме вмешательства высших сил: Жанна точно указала место, где лежит приготовленный для нее меч – в часовне Сент-Катерен-Фьербуа. Этим мечом был вооружен франкский король Карл Мартелл - победитель сарацинов в битве при Пуатье в 732 г., и он же должен быть у  Девы.  Весть о Деве стремительно разошлась по городам и весям измученной страны, под ее знамена собиралось народное ополчение, она окрылила  французов надеждой,  прогнала уныние и вдохнула в них веру в победу. При ней малодушные  становились мужественными бойцами, трусы – героями, солдаты  готовы были идти в бой за Францию и Деву. Она и была для них живым воплощением Франции - высокая стройная черноволосая и черноглазая девушка  на боевом коне в белых сверкающих доспехах со старинным мечом на поясе и победным знаменем в руках.

      Поразительно, но исторический факт: неграмотная деревенская девушка уверенно взяла в свои маленькие, но крепкие руки управление армией и добилась великолепных успехов, проявив незаурядный полководческий талант и организаторские способности. За короткий срок она добилась железной дисциплины в войсках, ликвидировала в них разврат и пьянство, заслужила непререкаемый авторитет у своих капитанов. Последнее было особенно сложно и непостижимо: опытные ветераны, закаленные в сражениях бойцы, известнейшие военачальники, наконец, бесшабашные «сорви-головы», не желавшие подчиняться ни Богу, ни дьяволу, ни королю, оказались в подчинении у  семнадцатилетней  деревенской пастушки, и она усмирила их, заставила поверить в себя и повела от победы к победе. Они были кумирами народа, надеждой Франции – капитан и будущий маршал Франции Этьен де Виньоль по прозвищу Ла Гир, молодой и талантливый граф Дюнуа, маршал де Буссак, сеньор де Сентрайль, адмирал  де Бруссак, еще один будущий маршал барон Жиль де Рэ, принц крови герцог Алансонский, исполнявший обязанности начальника ее штаба.  Их имена теперь хорошо известны истории лишь потому, что они были соратниками Орлеанской Девы. Все они далеко не сразу смогли принять Жанну как своего военного начальника.  Она была необходима им как знамя, как источник веры в победу, без нее они не могли ничего, с ней были способны на все, но планировать военные операции, руководить войсками, сражаться на поле брани должны они, а не хрупкая девочка, почти ребенок!  Но Жанна д’Арк  быстро дала им понять, что не собирается быть только номинальным главнокомандующим.  В этом набожном и кротком создании таились такая решительность и сила воли, соединенные со светлым  умом  и  здравым  смыслом, что самые  отчаянные  головорезы вынуждены были беспрекословно подчиниться и признать священной ее власть над ними – власть, которая была дана ей Богом и королем.

      Снятие осады Орлеана – первое из важнейших деяний Жанны, за которое она и получила имя Орлеанской Девы еще до того, как эта ее военная операция, великолепная по замыслу и исполнению, была успешно завершена. Осада началась английскими войсками под командованием герцога Бедфорда  осенью 1428 года, когда пятитысячная армия подошла к его стенам. Город был хорошо укреплен и занимал  ключевую стратегическую позицию. Южнее Орлеана у французов  не было крепостей, способных остановить английское наступление, а в Гиени находились вражеские войска. Фактически падение Орлеана означало неминуемое соединение войск Бедфорда с группировкой в Гиени и полную оккупацию Франции. Положение казалось безнадежным: после поражения при Рувре из города ушли наиболее боеспособные части, остался лишь небольшой гарнизон под командованием графа Дюнуа и городское ополчение. Англичане сжимали кольцо, осталась лишь одна ниточка связи с «большой землей» через восточные ворота, но дело шло и к ее потере. Над осажденным Орлеаном нависла угроза голода.

       Между тем в Блуа в конце апреля все уже было готово к походу, там собралась 6-тысячная хорошо вооруженная и экипированная армия, к ней присоединились отряды Ла Гира и де Буссака, которые оставили Орлеан после «селедочной битвы».  28 апреля 1429 года  французская армия выступила из Блуа в Орлеанский поход.
Военная кампания началась с обмана юного главнокомандующего своим собственным штабом. Жанна намеревалась выйти прямо к английским позициям, прорваться с боями к главным воротам сквозь линии английских укреплений  и снять осаду одним мощным ударом. Решительность, натиск, смелые тактические замыслы, глубокие охваты и умелое применение артиллерии, поистине суворовский стиль  – вот, что  отличало стратегическое мышление  Орлеанской Девы.  Откуда у неграмотной крестьянки был выдающийся военный талант, в котором она на голову превосходила  мужчин - и своих  и вражеских военачальников - остается только гадать. Впрочем, Жанна д’Арк  была загадочным и мистическим существом почти во всем. Однако ее капитаны не сразу привыкли к такой стратегии, страх перед англичанами был еще очень  силен.  План Девы показался им поначалу безумным, да и что можно ожидать от ребенка! Осадить вражеские войска,   перерезать коммуникации, взять измором – только к таким действиям они были способны после долгих лет военных неудач.
Не решаясь противоречить ей открыто, они решили сделать все по-своему и вывели войска к Орлеану безопасным путем вдоль левого берега Луары. Французские войска оказались напротив осажденного города, да только его разделяли с ним широкие воды Луары, а все мосты  между Блуа и Орлеаном были захвачены врагом. Не выполнив приказа главнокомандующего, капитаны поставили  армию в тяжелое и опасное положение: для переправы нужен был целый флот, а имелось лишь несколько лодок. Жанна д’Арк была в сильнейшем гневе, и он обрушился на голову графа Дюнуа, который с небольшим отрядом переправился ей навстречу из осажденного города. О своем первом разговоре с главнокомандующим Дюнуа рассказал под присягой на Оправдательном процессе.
- Ты и есть Дюнуа?
- Да, и я рад приветствовать тебя.
- Так это ты посоветовал завести меня на этот берег вместо того, чтобы идти прямо на Тальбота и англичан?
- Так решил совет из стратегических сображений.
- Тогда пусть твой премудрый совет, состоящий видимо из переодетых горничных, объяснит, почему армии лучше стоять здесь, чем, к примеру, на дне морском? Какой прок от армии на этом берегу, если мы не можем ее переправить?
Семнадцатилетняя девчушка сурово отчитывала знаменитого полководца за стратегический просчет, а тот запинался, краснел и не мог найти себе внятного оправдания.  Дюнуа и остальным пришлось признать, что единственный выход – вернуться в Блуа и оттуда двинуться к Орлеану по правому берегу в соответствии с первоначальным замыслом Девы. Войска под командованием Буссака и Жиля де Рэ ушли в Блуа, а Жанна, взяв провиант, с небольшим отрядом солдат, Ла Гиром и Дюнуа  переправилась на лодках к осажденному городу. 29 апреля 1429 года Жанна д’Арк через Бургундские ворота вошла в Орлеан. Это торжественное событие, сопровождавшееся безумным ликованием народа и всеобщим патриотическим подъемом, было множество раз описано в литературе и показано в кинофильмах.  Казалось, вместе с этой девушкой в город входит сама Победа.

То, что произошло потом, современники назвали чудом: французским  войскам  под командованием Жанны д’Арк за девять дней удалось полностью снять осаду Орлеана. Причем, чтобы одержать эту блестящую победу, Жанне пришлось еще раз преодолеть сопротивление  своих капитанов. Она лично возглавила атаки на крепости Сен-Лу, Огюстен и Турель – главный пункт неприятельской осадной линии. Во время штурма Турели неистовая Жанна сама приставила лестницу и стала подниматься на неприступную крепостную стену, но была ранена стрелой в ключицу. Это ранение, согласно свидетельству ее пажа Луи Ле Кута (прототипа персонажа Марка Твена Луи де Конта), она предсказала накануне.   В воскресенье 8 мая, англичане ушли из-под стен Орлеана. Поняв, что не смогут противостоять армии Девы,  они  постыдно бежали, бросив артиллерию и раненых, чтобы спасти остатки войск от неминуемого разгрома. Это была блестящая победа и жестокий разгром англичан, от которого они так и не смогли оправиться.  Снятие осады Орлеана кроме важнейшего  стратегического имело также огромное политическое  и  моральное значение. 

     После праздничных торжеств в Орлеане  была  триумфальная поездка в Тур для доклада дофину о победе. Вся страна славила Деву, в церквях проходили торжественные молебны в ее честь, высшие сановники церкви сравнивали ее со святыми подвижницами. Вдоль всей дороги теснился благодарный народ, люди почитали за счастье, если им удавалось дотронуться до ее доспехов или коня, иные становились на колени и целовали следы  копыт. Впоследствии все эти проявления народной любви были поставлены ей в вину. Стремительный взлет к вершинам власти и популярности за столь короткое время мог вскружить голову  кому угодно, но только не Жанне д’Арк.  Народ целовал следы подков ее коня, прославленные полководцы называли ее «Ваша светлость» и не смели в ее присутствии говорить без ее разрешения, но она, по многочисленным свидетельствам современников, ни разу не проявила и тени высокомерия и  самодовольства. «Господь избрал своим орудием ничтожнейшее из своих созданий» - не раз повторяла она в присутствии  Луи Ле Кута и добавляла, что охотнее находилась бы сейчас с прялкой возле своей матери, чем руководила военной кампанией.

    В Туре ее  лично встретил Карл, воздав ей королевские почести, усадил рядом с собой, как если бы она была королевой, и громко поклялся выполнить любую ее просьбу, даже если бы ему пришлось разорить все государство. Приближенные замерли в ожидании и были страшно разочарованы, когда Жанна ровным счетом ничего не попросила для себя. Где было этим мелким душонкам, упрятанным под роскошные одежды и драгоценности, понять движения величайшей души, чуждой всякому тщеславию и корысти!  Ее просьба заключалась в том, чтобы отправиться в поход на Реймс и возложить там корону Франции на голову дофина. Именно в Реймсе всегда происходила коронация французских государей. Коронация была необходима, чтобы лишить англичан той шаткой юридической основы для оккупации Франции, которая была создана договором в Труа.  Даже сторонникам Девы показалось тогда  ее просьба безумной, ведь для этого нужно было уничтожить английские укрепления на Луаре, взять Труа, Шалон и другие находившиеся  в руках англичан и бургундцев сильно укрепленные города Шампани. Карл был смущен и озадачен. «Мы подумаем над этим» - ответил он и тут же возвел ее в дворянское звание, хотя она об этом не просила. Карл даровал ей титул, равный графскому, и герб с изображением лилии, короны и меча. Дворянами также стали ее братья, отец и дядя, женщины ее рода получили привилегию  передавать дворянский титул свои супругам. Сама Жанна получила право именоваться отныне госпожой дю Ли.  Дофин, видимо,  до конца  не понимал, с кем имеет дело. Разве могла мишура дворянских имен и графских титулов сравниться с  простым и великим именем Жанны д’Арк?
Сомнения и страхи дофина, подогреваемые сановными предателями, не разделял французский народ. Во Франции усиливался небывалый подъем  национально-освободительного движения. Армия освобождения под командованием Орлеанской Девы росла с каждым днем и достигла численности в 12000 бойцов, при этом в ней поддерживалась твердая воинская дисциплина, решительно пресекались все попытки грабежей и мародерства. Во главе своей могучей армии Жанна д’Арк одержала ряд блестящих побед: взяла штурмом крепость города Жаржо,  пленив многих именитых английских военачальников, и, наконец, наголову разбила 18 июня вражеские войска в битве при Патэ, захватив грозу французов и гордость англичан сэра Джона Тальбота.  Слова «битва при Патэ» для истинного француза звучат примерно так же, как для нас  «Куликовская битва». Вся долина средней Луары было очищена от врагов, и тогда Жанна предприняла знаменитый «бескровный поход» на Реймс во главе своей армии вместе с дофином и его двором. Ей нелегко было убедить малодушного Карла и его приближенных отважиться на это: даже самые горячие ее сторонники были убеждены, что предстоит тяжелейшая военная операция, но Жанна говорила, что сопротивления не будет. И она оказалась права. Поход на Реймс оказался триумфальным маршем на две с половиной недели. Крепости сдавались без боя, английские гарнизоны складывали  перед Девой оружие, а население освобожденных городов восторженно ее встречало. 17 июля, в воскресенье, состоялась торжественная и величественная коронация Карла в Реймсском соборе, во время которой  Жанна находилась подле Короля в рыцарских доспехах, опираясь на свое прославленное знамя.  После коронации  король снова предложил Жанне награду, но она попросила  лишь освобождение от налогов в казну своей родной деревни Домреми. Ее просьба была выполнена.
      
       Коронацией в Реймсе закончилась миссия Орлеанской Девы, которую она сама не раз формулировала, и Жанна попросила  Карла отпустить ее домой. После официальной просьбы короля она согласилась остаться на посту главнокомандующего. В этот момент создалась чрезвычайно благоприятная ситуация для того, чтобы взять Париж:  дорога на него была открыта, и  находился в нем лишь относительно небольшой отряд бургундцев. Казалось, еще одно усилие, и столица Франции будет освобождена, но ей не дали этого сделать. Продажная и подлая, извлекающая доходы из войны придворная камарилья во главе с Ла Тремуйлем и архиепископом Реймским, пользуясь перемирием с герцогом Бургундским, убедили слабовольного короля не спешить с  походом. Она самостоятельно предприняла отчаянную и неудачную попытку  взять Париж, возглавив небольшой отряд, но была ранена и насильно увезена из Сен-Дени. Ни разу не потерпевшая поражение в открытом и честном бою Жанна была побеждена предательством. Французская армия была отведена на берега Луары и большей частью распущена. Дева формально сохраняла свой пост, ее удерживали при дворе, не отпускали домой и не давали действовать.  Так закончился период ее великих побед. Начались месяцы томительного бездействия.
      
        В марте 1430 года Жанна не выдержала. Тайком покинув королевский замок, она с отрядом верных ей людей присоединилась к защитникам Компьена, а 23 мая во время вылазки попала в плен к бургундцам. Пленение Девы было результатом еще одной  измены: комендант Компьена Гильом де Флеви приказал поднять подъемный мост и захлопнуть городские ворота перед ее отрядом, который отбивался от внезапно напавшего большого отряда бургундцев. Возможно, Жанну тогда просто выдали врагам: в то время при дворе ходили упорные слухи о тайных связях Флеви с Ла Тремуйлем. Было ли это прямой изменой или результатом банальной трусости, не так важно:  Флеви в любом случае оправдать невозможно. Это было второе, но не последнее предательство по отношению к Орлеанской Деве, а значит к самой Франции. Удача и счастье покинули ее.  Начинался первый акт зловещей драмы.   
Жанну еще можно было спасти. Она была пленницей командующего бургундских войск  в Пикардии Жана Люксембургского, а тот не был заинтересован в непременной выдаче ее англичанам, ему лишь важно было получить за нее хорошие деньги. Филипп Добрый, герцог Бургундский  и сюзерен Жана Люксембургского, отчетливо понимал, что полное освобождение Франции – лишь вопрос времени, и начал осторожный политический дрейф в сторону Карла VII.
Уже через день после пленения Жанны, он обращается к нему через посредника,  заявляет о своем желании мира и, между прочим, сообщает, что у него в руках находится “та, которую называют Девой”. Карлу стоило лишь проявить заинтересованность в  спасении той, которая возвела его на французский престол. Но он не сделал этого: в его ответном письме о Жанне не было ни слова. Фактически он дал понять, что ее судьба его не волнует.  Карл VII – неоднозначная фигура. Именно он впоследствии совместно с коннетаблем Ришмоном завершил дело  по освобождению Франции,  участвовал в тяжелых боях и проявил личную храбрость. Именно он добился реабилитации Орлеанской Девы и восстановления ее доброго имени, и все-таки ему не удалось отмыться от самого гнусного предательства в истории Франции, лежащего позорным пятном на всей династии Валуа. Герцог Бургундский, поняв, что у него развязаны руки, начал переговоры о продаже «лотарингской ведьмы» англичанам, а те, не торгуясь, выложили за нее 10 тысяч ливров. Эта астрономическая по тем временам сумма равнялась сумме выкупа за принца крови.  Деньги, впрочем, были французские - их собрали с оккупированных территорий.  Дева оказалась в руках своих злейших врагов, уже не раз объявлявших о своем намерении предать ее церковному суду как еретичку и колдунью. С этого момента ее уже ничто не могло спасти. Начинался второй акт трагедии.

      Руанское судилище над Жанной д’Арк  - один из самых известных  эпизодов, наряду с процессами над Жаком де Молэ, Яном Гусом  и Джордано Бруно, в нескончаемо длинном перечне злодеяний католической церкви. Впрочем, как и в случае с  тамплиерами, церковь выступала здесь лишь как послушное орудие политической расправы. Англичанам было недостаточно физически уничтожить Орлеанскую Деву, надо было опорочить ее имя  и все дело по освобождению Франции. Только публичная казнь после ее собственного признания связи с дьяволом и отлучения от церкви по приговору французского церковного трибунала могла отвечать этой цели. Нужно было найти авторитетного, преданного, беспринципного, искушенного в богословии французского прелата, который мог бы провести процесс так, чтобы придать гнусной расправе над беззащитной  девушкой видимость законности. И такой человек нашелся.  Пьер Кошон, старательный пособник оккупантов и законченный негодяй, бывший епископ города Бове и член английского королевского совета по делам Франции, имел личные причины ненавидеть Жанну д’Арк. Дважды ему приходилось бежать от ее армии – из Реймса и из Бове. Из-за нее он потерял состояние - его земельные владения в Бове были конфискованы. Интересно также, что этот клирик был личным представителем герцога Бургундского на Констанцском соборе в 1415 году, осудившем Яна Гуса, и он же участвовал в предательских переговорах в Труа. Одним словом, англичане знали, кому поручить столь тонкое и политически важное дело. За успешное проведение процесса ему была обещана митра архиепископа Руана. Архиепископом Кошон так и не стал, зато в результате процесса прославился на весь мир и на все времена как самый отъявленный и беспринципный мерзавец, когда-либо носивший сутану христианского священника. Именно на него персонально церковью впоследствии была  возложена вся вина за несправедливое и юридически неправомерное осуждение Орлеанской Девы, хотя его роль в расправе была не большей, чем роль киллера в заказном политическом убийстве.   Местом проведения трибунала был избран город Руан – столица Нормандии и центр английских владений на французской земле. Там в то время находился английский двор, который контролировал судебный процесс от первого до последнего дня.

       С декабря 1431 года Жанна находилась в Руане в невероятно тяжелых условиях – в кандалах, в железной клетке, затем в одиночной камере при постоянном присутствии английских солдат. Кошон же тем временем  лихорадочно формировал состав трибунала, в который только в качестве асессоров вошли 125 человек. Каждому было ясно, что готовится чисто политический процесс, что участь обвиняемой заранее решена, и суд менее всего интересует истинная степень ее виновности или невиновности. Среди множества самых уважаемых прелатов, богословов  и законников, привлеченных Кошоном к процессу,  нашелся только один руанский магистр, осмелившийся высказать сомнение  в правовой компетенции руанского трибунала, состоявшего из одних лишь политических врагов Орлеанской Девы. Он поплатился за это. Все остальные были послушными пособниками Кошона и соучастниками преступления.

      Для того, чтобы отправить Жанну д’Арк на костер, необходимо было доказать ее связь с дьяволом. Частично эта задача упрощалось самой Жанной, подчеркивавшей, что она действовала по заданию сверхъестественных сил. В этом никто и не сомневался, оставалось  только доказать, что она была во власти  дьявола. А каким образом  можно вообще было определить, от кого идут голоса и видения «контактеру», ведь ни Люцифера, ни архангела Михаила в суд не вызовешь? Только одним способом, по новозаветной формуле «по делам их и узнаете их». Если личность «контактера» добродетельна, а цели богоугодны, значит от Бога, в противном случае – от дьявола. Нужно было «лишь» доказать, что Дева – греховное и порочное создание,  а ее цели  преступны. Этого было достаточно. На деле же у трибунала не было никаких доказательств греховности и ереси Жанны кроме ношения ею мужской одежды, действительно запрещенного папской буллой. Однако и этот аргумент был весьма слабым, поскольку она получила на это разрешение от архиепископа Реймского. Поэтому трибунал и подвергал ее изнурительным многочасовым  допросам, по самым незначительным и мелочным вопросам, надеясь поймать на ереси или богохульстве. Особое внимание, разумеется, уделялось ее Голосам. Ее пытались запугать, запутать, заставить произнести неосторожные слова, на основании которых можно было бы обвинить ее.  Союзниками неправедных и бессовестных судей были голод, холод, изнурение, унижения, страх смерти и пыток. Но сломить и запугать Жанну д’Арк оказалось невероятно трудной задачей для  Кошона и других святейших убийц. Всеми преданная  и покинутая героиня Франции в одиночку вела свой последний бой со сворой изменников в сутанах, за которыми стояли оккупанты, сражалась не за свою жизнь, а за дело освобождения своей страны. Ей не пришел на помощь ни король, которому она вручила королевство, ни Орлеан, который она освободила, ни боевые товарищи, ни лояльное Карлу духовенство, еще недавно прославлявшее ее.  Только один ее капитан, отважный  рыцарь барон Жиль де Рэ,  впоследствии обвиненный в страшных преступлениях и казненный, снарядив за свой счет  отряд, отправился в Руан к ней на выручку. Не успел.

     Благодаря тому, что сохранились протоколы допросов и заседаний трибунала и показания участников и очевидцов событий, данные под присягой на Оправдательном процессе, истории очень хорошо известны все подробности руанского судилища и поведения на процессе Жанны д’Арк. Она держалась со спокойным достоинством и успешно противостояла искушенным в церковной казуистике клирикам, отвечая на их коварные вопросы с  непостижимой для юной неграмотной девушки мудростью,  часто вызывавшей  невольное восхищение судей. Многие ее меткие ответы и фразы стали крылатыми выражениями. Откуда же она черпала силы и мужество?  Она сама  не раз говорила об этом: ее не покидали Голоса и твердая убежденность в своей правоте и заступничестве Бога, волю которого она выполняла. Больше ей не на кого было надеяться. Бедняжка только забыла о том, как заканчивали жизненный путь очень многие  святые и все великомученники – Екатерина,  Маргарита, Георгий Победоносец,  сожженная  заживо святая Анастасия да и сам Спаситель, распятый на кресте. Голоса твердо обещали ей освобождение, которое она получит  в конце мая 1431 года «через большую победу», только до поры не открывали ей страшного способа,  каким она получит это освобождение. Но даже если считать, что мученический венец Жанне был предопределен свыше, это не снимает ответственности с ее убийц и мучителей, к которым относился не только Кошон. Огромную роль в процессе сыграли второй судья – инквизитор Жан Леметр и теруанский епископ Людовик Люксембургский. Был и свой Иуда – молодой руанский священник по имени Никола Луазелер подсаживался к ней в камеру в качестве «наседки», изображал ее друга и тайного сторонника Карла VII, принимал ее исповедь, которую подслушивал Кошон, давал ей «дружеские советы», как вести себя на процессе. Жанна держалась с удивительной стойкостью и мужеством. Ей безрезультатно угрожали пытками и костром, требуя  «покориться церкви» и признать себя виновной:
- Жанна, если ты не доверишься церкви и будешь упорствовать, тебя сожгут как нераскаявшуюся  еретичку.
- Даже когда я увижу костер и готового его поджечь палача, даже когда огонь охватит меня, я повторю то, что я уже вам говорила.

Ее привели в застенок и угрожали пыткой, но получили лишь презрительную усмешку:
- Поистине вы можете вывернуть мне все члены и замучить до смерти, но я не скажу вам ничего другого. А если и скажу, то потом заявлю, что это говорила пытка, а не я.

К ней не решились применить пытку, ее не удалось поймать на неосторожном слове,  потому волкам в сутане пришлось прибегнуть к обману и грубой клевете. Некий клирик мэтр д’Эстиве подготовил документ  из 70-ти пунктов, содержащий все мыслимые обвинения, но затем в виду  полной абсурдности, его забраковали  и составили новый, состоящий из 12 статей. Ее обвиняли в ношении мужской одежды, непослушании родителям, в связях с нечистой силой, попытке самоубийства, уверенности в спасении души и неподчинении церкви. Последнее обвинение основывалось на том, что  девушка отказала черному епископу и его подручным в праве судить об ее миссии, хотя охотно признавала это право за папой. Это и было по сути устной аппеляцией к папе, о которой можно прочитать в  учебниках по истории. 


     Более тонкая фальсификация была одобрена Парижским университетом, который признал Жанну виновной и даже назвал имена бесов, являвшихся к ней под видом святых: Велиал, Сатана и Бегемот.  Дело близилось к трагической развязке. 24 мая во время чтения приговора на кладбище аббатства Сент-Уэн судьи  угрозой немедленного сожжения вырвали у нее слова отречения и добились подписания ею документа, в котором она признавала себя виновной в ереси и связях с дьяволом.  Это было подлейшим обманом, ибо она не знала, что подписывает: ей зачитали совсем другой документ, в котором она всего лишь заявляла о желании подчиниться церкви и обязывалась переодеться в женское платье.  Вспомним, что Жанна не умела читать, а ночь накануне провела без сна по вине все того же священника-иуды. Отлучение от церкви заменили на пожизненное заключение. Теперь оставалось лишь поймать ее на рецидиве ереси, чтобы совершенно законно приговорить к лютой казни. Зная Жанну, Кошон расчитывал довольно легко это сделать, но она сама облегчила ему задачу, уже через два дня вновь надев мужской костюм. Своим инквизиторам она сказала, что по доброй воле опять надела мужскую одежду, вновь слышала Голоса и презирает себя за предательство, которое она совершила под страхом мучительной казни. Это были слова, несущие смерть. Голоса открыли ей, ЧТО она подписала, поддавшись страху и минутной слабости. Жанна  сознательно шла на внушавшую ей несказанный ужас лютую казнь за свою веру, убеждения и Родину.  Это и была та «великая победа», о которой ее предупреждали Голоса. Победа над  собственным страхом.  30 мая 1431 года Дева Франции взошла на костер. На реабилитационном процессе истинные или мнимые очевидцы казни говорили о редкостном самообладании и мужестве, с которым она встретила  ужасную смерть. В последние минуты перед казнью она молилась не о себе, а о Франции и недостойном ее молитв короле. Кошон мог торжествовать – ненавидимая им Дева умирала в страшнейших муках, а он мог рассчитывать на щедрую награду от своих хозяев. Отчего же он рыдал во время казни по свидетельству тех же очевидцев? Может быть, от радости, а может,  ему в этот момент открылась картина  его собственных адских мук, которые предстояли ему как истинная награда за его преступления.

      Ровно через 25 лет, когда исполнились все пророчества Жанны, и Франция была очищена от  захватчиков, состоялась реабилитация Орлеанской Девы, инспирированная Карлом VII, а формально по просьбе ее матери. Папа Каликст III назначил  реабилитационный трибунал,  состоящий из влиятельных римских прелатов, который начался в Париже в Соборе парижской богоматери. Еще были живы многие участники руанского судилища. Теперь они всячески превозносили ее и обеляли себя. Выступали с воспоминаниями ее боевые товарищи: граф Дюнуа, герцог Алансонский, Луи Ле Кут, д’Олон, Бертран де Пуланжи.  Виноватых не оказалось. Во всем обвинили  Кошона,  д’Эстиве  и  Луазелера, к тому времени уже отдавших души дьяволу, и безымянных «англичан». В том же 1456 году Кошон был посмертно отлучен от церкви, его родственники отреклись от него и прокляли его имя. Оглашение оправдательного приговора Жанне д’Арк состоялось в Руане 7 июля 1456 года, память ее почтили религиозными процессиями и проповедями, на месте казни воздвигли крест, а еще приблизительно через пятьсот лет она была причислена к лику католических святых. 
 
      Такова каноническая история Орлеанской Девы, и на этом можно было бы поставить точку, если бы не набирающая все большее число сторонников среди современных историков альтернативная  версия о ее чудесном спасении.  Ее уже обыграли в ряде исторических романов, а сейчас, как весьма вероятную, стали излагать уже и в школьных книгах для чтения по истории. Версия, главным образом,  основывается на том подтвержденном документами факте, что в 1439 году некая молодая женщина по имени Жанна д'Армуаз  посетила Орлеан, и в этой женщине горожане и ветераны, прекрасно лично знавшие Деву, безо всяких сомнений признали  … воскресшую Жанну д’Арк.  Более того, она сама всех называла по именам, в ее честь дали торжественный обед, а в подарок преподнесли крупную сумму денег, о чем имеется запись в городской счетной книге: «Выдано Орлеанской Деве 210 ливров за добрую службу, оказанную ею указанному городу во время осады». Ее муж, Робер  д'Армуаз, чье имя она и носила и которому родила двоих сыновей, был до конца своих дней убежден, что женат на Орлеанской Деве. Он дружил с родным братом Жанны д’Арк Жаном дю Ли. Ни Жан дю Ли, ни другие его знакомые, некоторые из которых участвовали в освобождении Орлеана, ни разу не усомнились в том, что его добродетельная супруга  и  Жанна д’Арк – одно и то же лицо. В 1440 году по дороге в Париж Жанну д'Армуаз арестовали и вынудили официально заявить, что  она   присвоила себе имя Девы. После этого она  была освобождена, и никогда больше  не называла себя Орлеанской Девой. Сами обстоятельства казни, дошедшие до наших дней по записанным воспоминаниям очевидцев, также вызывают сомнения в том, что  в Руане была сожжена именно Жанна д’Арк: лицо казнимой было закрыто, руанский палач якобы не узнал ее, выходившие на место казни окна домов  было приказано наглухо закрыть ставнями. Если  версия спасения верна, то каковы были обстоятельства подмены казнимой, и кем была  сожженная вместо нее женщина? Однозначного ответа быть не может, но очевидно, что в этом случае  все делалось с ведома руанских властей и самого Пьера Кошона, роль которого в судьбе Жанны выглядит уже совершенно по-другому. Возможно, ложная казнь была результатом некоего компромисса, результатом работы тайных механизмов большой политики. Одна из версий  заключается в том, что операцию организовал ее сподвижник, отчаянно храбрый  и  фантастически богатый барон Жиль де Рэ, впоследствии маршал Франции и … прототип «Синей бороды», казненный по приговору французского суда. Кстати, вопрос о его виновности –  еще одна неразгаданная загадка истории.  Таким образом, мы не знаем доподлинной правды о том, как окончился жизненный путь Орлеанской Девы, погибла ли она в ужасных муках в Руане или, отрекшись от своего имени, в благополучии и спокойствии дожила до преклонных лет. Конечно, официальная историческая наука категорически отвергает версию о чудесном спасении Жанны, но реальная жизнь иногда оказывается фантастичнее любого вымысла.

      Во времена буржуазной революции якобинцы, кровавые убийцы и достойные наследники  епископа Кошона, сожгли на костре ее церемониальные одежды и шапочку, хранимые как национальные святыни. Но ни они, ни другие вандалы не в состоянии  были  уничтожить память о народной героине. Во Франции, наверное, нет  ни одного города, где бы не стоял ей памятник, 8 мая ежегодно отмечают  день Жанны д’Арк, в Орлеане разыгрывают театрализованные представления, посвященные ее въезду в город.  История великой европейской страны, знавшей взлеты и падения, кровавую революцию, блистательные победы и трагические поражения,  не отделима от имени удивительной девушки из Домреми.

***

Уважаемый читатель!
Предлагаю Вашему вниманию книгу  "Русский Гамлет".

Книга написана в жанре художественно-документальной прозы и представляет собой сборник произведений, посвященных знаменитым деятелям и важным событиям в российской и зарубежной истории: Павел Первый и его реформы, Жанна д'Арк и Столетняя война, Максимилиан Робеспьер и Великая французская революция, Жак де Моле и разгром Ордена тамплиеров, Томас Торквемада и испанская инквизиция, папа Александр VI и его сын Чезаре Борджа, неистовый Савонарола и его борьба с Ватиканом, Охота на ведьм в обезумевшей Европе.

Центральным произведением является повесть о русском императоре Павле Первом, выдающемся и благородном человеке с трагической судьбой, которого еще при жизни его современники называли Русским Гамлетом.
 
https://ridero.ru/books/russkii_gamlet/


Рецензии
На это произведение написано 13 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.