На катамаранах по рекам Якутии. 1984

                По рекам  Якутии. 1984 г.
            

         Прошло 2 года после  Ии. За это время мало что изменилось, разве что ребятки мои подросли, Диме уже будет 9, а Елене Григорьевне – 6. Работа все та же, управляю диспансером уже 4 г. и кое-какой приобрел опыт. Когда много в коллективе женщин, в какой-то степени и мужчины становятся женщинами. Управлять бабами во много раз хуже, чем мужиками, эти  «отматюгаются», а все равно сделают как надо. Бабы «тихой сапой» молчат и гнут свое, делают так, как они считают лучше. Чтобы переубедить баб  нужно искусство  Я.И. Нестеровского. Объединение в коллективе многих баб и немногих мужиков опасно в квадрате, они, объединившись, могут договориться о совместных действиях, и тогда все пойдет наперекосяк.  Пока удается  обходить не только надводные, но и подводные камни, только на много ли меня хватит? Отдохнуть бы «человечески», уйти от всего, не видеть никого и ничего.
      Витя позвал в Якутию на Саганджу и Леписке. Да. Конечно и только – да!
      Вы были в Якутии?  Нет? А я был. Мне посчастливилось побывать в этом интереснейшем краю.  Якутия –  край коротких дней и  белых  ночей, суровых зим и жаркого скоротечного лета.  Край,  совместивший  красоту Саянских гор, прелесть Алтая,  суровость  Северного Урала, таежную глухомань Забайкалья и тундру Заполярья, мощь  многоводных рек Сибири. Якутия –  многонациональная  республика, это прекрасные,  отзывчивые, обязательные люди. Якутия – край  неисчерпаемых богатств и,  конечно,   привлекательное место для туристов. Якутия – это край холодов, вечной мерзлоты на всей ее территории.    Климат  Якутии  суров: зимой  морозы  в  40–50 гр.  далеко не редкость. Лето короткое  сухое и жаркое. Долгая ночь зимой, полярный  день летом. В столь суровом климате при продолжительном естественном дневном освещении успевает  вырасти   картофель на грядках, овощи в теплицах (огурцы, помидоры). Теплицы в Сангаре возле  каждого дома, а поселке авиаторов очень много цветов. Вся природа спешит за 1,5 – 2 мес. зародиться, отцвести, дать потомство. В конце июня все еще буйно  цветет, а через месяц уже появляются  плоды. Летом земля оттаивает всего на 1–1,5  м.  Общественные здания, жилые дома, даже 9–2-этажные ставятся на сваи, их  в грунт на несколько метров.  Для нас, жителей Урала,  это было чрезвычайно интересно и необычно.  Дома как в доброй старой сказке о бабе Яге и ее избушке стоят вроде как  на курьих  ножках. Глянешь под дом, а там просматривается противоположная сторона улицы. На завалинке не посидишь. Главная река Якутии  Лена.  Ее бассейн  2490 тысяч кв. км, длина реки  4265 км, ширина в районе Сангара от коренного до коренного берега 40 км. В солнечную и тихую погоду Лена спокойная, умиротворенная, течет плавно, набегает на берега мягкой ласковой волной. Видели ее и грозной,  штормовой, когда огромные волны с ревом  накрывают  галечниковые пляжи или с грохотом бьются о прибрежные  скалы. Большие  суда несут  грузы по Лене вверх и вниз. В ее русле большие и малые острова, мели, намывы песка и постоянно меняющийся фарватер.
      В июле 1984  г. туристы Серова  Свердловской области побывала в этих краях.  В группы 6 человек – Филимонов ВИ, руководитель; Никонов БИ, многолетний завхоз; Кошкин ВЕ, начальник снаряжения, Смирнов АВ, Шарковский ЭИ  Мирошин ГФ, эти все на подхвате.  Маршрут  составлялся так, чтобы побывать в отдаленном районе республики, познакомиться с ее своеобразной природой,  с  поражающей воображение силой и мощью рекой Леной, сплавиться на катамаранах по Сагандже и Леписке. Самый сложный участок сплава – Саганджа от  притока Тынгичан до Немичана, всего около  30 км. В этом промежутке Саганджа идет в глубоком каньоне, ее ширина всего 15-35 м.  и уклон на 1 км превышает 15 м.  Пороги и другие препятствия отделены друг от друга короткими плесами, много опасных прижимов. Весь участок можно просмотреть с берега. Затем предстоит переход от Саганджи по тропам вдоль восточного склона Тагинджинского хребта через перевал к реке Леписке. Сплав по Леписке проще, здесь основное препятствие завалы и подмытые берега реки. Всего –  335 км.
   До поселка Сангар, центра Кобяйского района, что на правом берегу Лены, добрались моментально: 6 ч. самолетом из Свердловска до Якутска,  потом  еще немного в Сангар. А вот  дальше потянулись 12 долгих суток  ожидания летной погоды. Исходная точка выхода на маршрут поселок Себян – Кюель, всего  в 1,5  часах перелета от Сангара. Но это  горы. А горы – это характер. В Сангаре  летная погода, в горах туман. В горах с погодой нет проблем, в Сангаре  низкая облачность.
   Двенадцать дней ожидания не прошли бесполезно, перезнакомились со  всеми службами  аэропорта от рабочих до начальника, много раз ходили в поселок Сангар, обследовали  ближайший лес и  прилегающий участок  Лены. Купались, загорали, ловили щук,  окуней.  Даже кое-кто начал для здоровья бегать трусцой по аэродрому. Это разве аэродром? Это стадион. На аэродроме самолеты взлетают и садятся, а здесь их нет. Стадион. Одно неудобство, мошка заедает. Когда бежишь,  еще как-то кровососы не так докучают (догнать не могут), но как только завершил пробежку и остановился, все – житья нет, заживо заедают, на потную кожу летят как бабочки на свет лампы.
Любовались Леной. За 12 суток она была всякая – спокойная, штормовая, ласковая, грозная, но что самое главное, Лена – река труженица.
Наконец 12-е сутки,  Ждать погоду отчаялись,   собрались возвращаться  на Урал. Узнали предварительный прогноз на неделю – никакого просвета и надежды на вылет нет.  Накануне вечером приняли по «наркомовской», утром сложили рюкзаки,  почистились, побрились, умылись,  искупались в Лене на прощанье, принарядились в «парадную» одежду, как вдруг, за 2 часа до  теплохода на Якутск, появилась диспетчер и...прости – прощай Сангар, до скорой встречи, Урал.  Погода летная, перевал открыт, взлет разрешен.
        Загрузились. и «Аннушка» взяла курс на Себян-Кюель. Погода – солнце. Под крылом скалы и пропасти. Самолет летит между скал и на самом деле при плохой погоде лететь здесь самоубийство.  Внизу показался Себян – Кюель. Идем на посадку, самолет пробежался по взлетной полосе  и замер. Взлетное поле в воде,  несколько дней  здесь дождь.  Вышли из самолета и едва выбрали сухое место, на которое можно было бы поставить рюкзаки. Колеса увязли в грязь по самые  оси и его едва  вытянули трактором на  место годное для взлета.
Себян-Кюель  в дословном переводе озеро,  где рыба лежит штабелями,  высоко в горах. Это центр Эвенского Наслега (Совета),  уютный поселок с домами из вековых лиственниц. Живут здесь 700 человек, есть средняя школа, интернат для детей из отдаленных мест, почта, магазины, медицинский пункт. В школу и другие здания общественного назначения подведено водяное отопление от местной котельной. Сообщение с большой землей только по воздуху (а это ох как ненадежно!). Но поселок не оторван от жизни, он ухожен, светел и чист и не навевает грустные мысли о затерянности. Живут здесь  коренные жители-эвены и русские, очень приветливые и отзывчивые  люди. Занимаются   оленеводством (здесь центральная усадьба   оленеводческого совхоза). Руководство  поселка оказало нам помощь – для транспортировки  груза  выделили 3  лошадей и дали в проводники  2 школьников – Николая и Петра. От Себян - Кюеля до реки Саганджа (место, откуда должен начаться  сплав) 40 км ходу по едва заметным тропам. Договорились, что на это уйдет 2 дня. В 1 день надо добраться до летнего выпаса оленей в горах, на другой – до Саганджи.
    После выполнения всех формальностей и сборов наш караван  из 3 лошадей и 8 человек   отправился в 23 ч. по местному времени в путь. Я  не ошибся – именно в ночь. И это  правильное решение. Днем жарко, а ночью прохладно и светло. По такой дороге идти  в жару тяжело. Это крайний  север и летом здесь долгий полярный  день. Дорога, если можно оленью тропу назвать дорогой, идет то в гору, то на гору, то болото, то переправа. Воды в этих краях избыток, она сочится, кажется, даже из камня. И, тем не менее, идем замечательно легко. Горит долгая вечерняя заря, чавкают по хляби копыта лошадей, на небе  чисто  и светло, кругом на горах – белоснежные поля сочного ягеля. Николай и Петр сели верхом поверх вьюков и спокойно трусят по тропе в полусонном состоянии. Мы попытались сесть как они на лошадей, но это оказалось настолько  непривычно, что большинство из нас шли пешком, ведя лошадь в поводу. Хоть и шли мы без рюкзаков, но тропа в горах это не городское шоссе. Бродов  множество через речки, ручейки, болота. К концу перехода устали. Добраться бы да отдохнуть. В пять утра были на  летнем стойбище оленеводов. Рано. Еще  все  спит: горы, озеро,  люди. Не спят только собаки,  мошка  и комары. На собачий лай из палатки вышел человек, встретил и сказал, в какой палатке  можно отдохнуть. Напились чаю и заползли отдыхать. Надо сказать об особенностях полотняного временного  жилья  эвенов-оленеводов. Обычная большая   двускатная брезентовая палатка с железной печкой, но внутри  ее еще несколько одноместных  пологов. Это защита от мошки и комаров. Я заполз в такой полог, устроился на постельном ложе, на своем спальнике. Ноги буквально стонут, просят отдыха. Снял сапоги, развернул портянки. Какое блаженство. Рухнул на постель и не помню, как уснул. 
     Очередной  день начался   с яркого солнечного утра. В стойбище находится  председатель исполкома сельского Совета Анатолий  Афанасьевич  Алексеев. Это человек, влюбленный в свой   суровый край, отлично   знающий свой народ, свои горы, болота, реки и хляби. Эвены – народ гостеприимный и обязательный. Пока собирались в путь, вьючили лошадей, Анатолий Афанасьевич знакомил с оленеводами, угостил свежими пантами, что были изготовлены на наших глазах. Попробовал и я. Знатоки говорят, что очень вкусно. Не знаю. Надо привыкнуть. Попрощались с оленеводами, и караван ушел  по тропе. Еще несколько часов и караван остановился у большой избы, рубленой из лиственницы на берегу реки Тынги-Чан, левого притока Саганджа.  Проводники  ушли обратно, и  мы остались  одни. Но прежде об избушке. Все, от пола до конька крыши, сделано  топором,  но  настолько добротно, хорошо, крепко и красиво, что только  приходится удивляться терпению и восхищаться мастерством строителей. В избе железная печка, стол и нары, покрытые  оленьими  шкурами, здесь же  бинокль, посуда, свечи, продукты. На полу возле  печки  сухие дрова, растопка.  Рядом  сделана добротная  кладовая, полная продуктов – мука, сахар, сгущенное молоко, разные крупы, соль, а  также меховые  спальные  мешки, утварь и т. д.
Изба в безлюдной  тайге – богатство для  путника. Я помню,  как в полярной тундре  уже затемно после дневного перехода в дождь со снегом мы ночевали  в большой  теплой  избе, в которой были приготовлены сухие дрова, и  какое это  было счастье. Изба в тайге сберегается и  всегда  готова принять гостей. Это  знают гости, это знают хозяева и действуют они по  неписанному закону, израсходовал – оставь после себя дрова, спички и продукты. Пусть человек, пришедший в непогоду после, помянет тебя добрым словом.  К сожалению  избушки охотников и покосников в наших лесах не столь счастливы в своей  судьбе. Случайные ее гости варварски  хозяйничают и уничтожают безвозвратно все – продукты, топливо, инструменты, не думая о тех, кто придет следом.
 По заключению командира и мнению участников сплава речка, на берегу которой стоит домик, вполне судоходная для катамарана. Поэтому начальником объявлен аврал, строительство судна, которое называется катамаран.
 Что это за судно? Мысленно представьте две большие  длинные резиновые емкости (гондолы), засунутые в обшивку из прочной ткани и  надутые воздухом. Обе гондолы соединены прочными жердями и веревками  в одну конструкцию. По каждому борту располагаются 3 человека не с ружьем, а с веслом. Если смотреть от носа к корме, то по левому борту управляют катамараном Шарковский, Мирошин, Кошкин, а справа – Никонов, Смирнов, Филимонов. Я впервые сел на подобное судно и поначалу оно  показалось  очень ненадежным  сооружением в сравнении с  мощным  плотом на автомобильных камерах или ПСН. На самом деле катамаран – отличное надежное и маневренное средство  сплава.  Это многократно  доказывалось прохождением очень сложных порогов в ущелье  Тынги-Чана  и  Саганджи. Настроение у группы бодрое, как выразился Володя Кошкин: «Наконец-то началось то, ради чего так упорно шли сюда». Ущелье потрясающе красиво. Нетронутая  красота гор, прорезанных  грозной, своенравной Саганджей, зачаровывает. Мощная река, мощные пороги,  мощные прижимы, перекаты,  шиверы, которые по сложности не уступают порогам. Участок Саганджи, прорезавший ущелье всего в 30 км, по сложности  не уступает  целой реке.
  Выйдя  из ущелья, Саганджа  смирилась, но все равно  мчится так, что бегом по берегу не догнать. На песчаных отмелях и на берегу  колоссальное количество следов разных животных. Видели с реки медведей, диких оленей, лосей, волков. В один из дней  попали в грозу, остановились как всегда на берегу близко к воде. Начавшийся дождь  перешел в сильный дождь, а потом в ливень. Саганджа на глазах стала мутной, и в ней  заметно прибавилось воды. Быстро снялись и ушли на высокое место, оно было выше отметки  подъема воды весной.  Наблюдали, как быстро  растет мощь реки  после дождя.  За 3–4 ч.  Саганджа поднялась на метр и из доброй, красивой, прозрачной речки превратилась в грязный  ревущий поток.  Можно себе представить, что делается здесь весной.  След весеннего половодья хорошо виден на высоте в 3,5-4 м.  от сегодняшнего течения.
      Завершена эта часть маршрута. Катамаран разобран, продукты распределены по рюкзакам. Группа готова к новому переходу. Этот  рассказ  об очередном  пешем переходе из долины Саганджи через перевал в долину Леписке. Переход занял ровно половину суток.  Вышли в 21.00 и в 9.00 следующего дня упали на берегу  Леписке без сил. Идти пришлось по компасу.  Дороги нет. Если есть попутная звериная  тропа уже счастье. Чаще приходится идти через бурелом, ерник, болото. Часа в 2 ночи попалась  тропа, она шла в нужном направлении.   Около  4 вдруг внеплановая остановка. Что бы это значило? Оказывается, навстречу вышел хозяин тайги.  Не  доходя метров  25–30,  косолапый  поднялся на задние  лапы и принялся внимательно рассматривать нежданных гостей на его охотничьем участке.  После  короткого раздумья он решил не связываться  и  ушел, рявкнув раз–другой  для острастки.  Правда, пришлось для этого сильно постараться: кричать,  стучать, греметь. Мы уж приготовились на всякий случай бежать в разные стороны. К сожалению, деревьев, на которые можно было бы влезть, в этих местах нет. Все хорошо, что хорошо кончается. После короткого обмена мнениями пошли дальше, спустились с перевала. Последние километры шли почти по тропе, по крайней мере, не по бездорожью. Вскоре  сквозь деревья заблестела вода. Это Леписке.  Большой ровный песчаный пляж. Уже утро. Тепло. Сбросили рюкзаки и упали в изнеможении на песок. На отдых ушло полдня. Разбудило солнце. Стало жарко.
   Леписке оказалась очень чистой, красивой и спокойной речкой, богатой рыбой. Приятно  было  по  ней плыть. Сплав по Леписке не представлял технической сложности – отдых в чистом виде. Спокойная река, обилие рыбы, великолепные берега, скалы, пляжи, нетронутый человеком окружающий мир.  Хорошая солнечная погода и безветрие доставляли истинное наслаждение. К концу сплава, правда, видимость  ухудшилась, где-то далеко внизу бушевали лесные  пожары, и перспектива оделась дымом, да и запах его ощущался весьма сильно. Рыбы, в основном, ленок (это  хищник,  крупный, сильный и потрясающе вкусный) было в изобилии. Пробовали ее в походном пироге, в ухе, жареную  под соусом, майонезом, запеченную в тесте, вареную целиком и кусками. Очень вкусна двойная уха. Деликатес – вареные  головы, на них устанавливалась очередь. Наконец, Леписке позади. Оставшиеся  50 км шли  на веслах – течения нет и встречный ветер гонит катамаран назад. Хорошая тренировка для рук. Но, однако, утомительно.  Не заметили, как Леписке влилась в Лену. 
     Вот и Елена Прекрасная. Боже! Насколько она мощна, широка и глубока. Другого берега не видно даже с горки. Сплавляться по ней на  катамаране, как наше суденышко, безумие. Легкое волнение для нас уже катастрофа. Когда вошли в коричневую воду Лены,  катамаран в ее масштабах казался скорлупкой.  Вскоре напросились на проходивший мимо танкер и еще 400 км шли по  Лене до Якутска. Капитан танкера оказался прекрасным человеком, простым, доступным и гостеприимным. Спали на палубе, грелись в душе, смотрели на Лену из кабины управления. Облазили судно по всем направлениям.
      Якутия – малообжитый  туристами и очень  перспективный в этом отношении район. Основное препятствие к туристскому освоению – отсутствие железной дороги и отдаленность от центра. С другой стороны это хорошо, очень мало следов человеческой деятельности, все пока так, как должно быть в естественной  природе.
Маршрут  закончен.
  До свидания, Якутия. Здравствуй Урал!
        В этом году осенью, в октябре,  я был участником научно-практической конференции фтизиатров РСФСР во Владивостоке. Нас поехало на конференцию от Челябинской области трое, главные врачи туберкулезных диспансеров из Магнитогорска, Коркино и я, из Катав-Ивановска. Летели самолетом. Лететь долго, с несколькими пересадками, голодно и холодно. Во Владивостоке золотая осень. У нас в это время уже предзимье, все голо и мрачно, а здесь все в багрянце и золоте, ярко, сочно, богато, тепло. По прилете  нашу делегацию встретили, прекрасно устроили в гостинице на берегу  в номере с видом на бухту Золотой Рог. Сам Владивосток раскинулся  на сопках. Улицы веером от центра уходят вверх. Из общественного транспорта ходят трамваи и автобусы. Город  не выглядит очень ухоженным, центр, как и во всех городах, вычищен, а чуть в сторону от центра – грязь. В порту масса всяких больших и малых кораблей, совсем недалеко от берега стоит какой-то военный корабль, весь в броне. По набережной все признаки морского портового  города. Стоит, например, подводная лодка как музейный экспонат, множество разных памятников.  В магазинах, я бы не сказал, что обилие всякой рыбы, может быть выбор лучше, чем у нас, но не настолько, чтобы глаза разбегались. Один день над Владивостоком бушевал циклон, ветер, ливень, по мостовой потоком вода, с моря накатываются на набережную громадные волны. Я специально ходил смотреть. Страшно. Вымок и замерз, зато посмотрел на бушующее море. Впечатление незабываемое. Я представил себе, что нахожусь на пароходе в открытом море, и  мне стало жутко на берегу. В один из дней хозяева подарили вечернюю прогулку на катере по бухте Золотой Рог, а в заключительный день состоялся вечер отдыха в плавучем ресторане.


Рецензии