Игорь Григоров - Талант и ум усилием совместным

Талант и ум усилием совместным
Рецензия  на стихотворения из книг И. Григорова

Пожалуй, ни один человек по жизни не встречается случайно, точно так же приходит информация – словно сама находит нас. Так в моих руках появилась вторая книга Игоря Григорова «Тёплое время жизни», изданная с изумительным вкусом в редком, особенно для стихов, дизайнерском исполнении. Оказалось – содержание гармонирует с отменным оформлением.

Начнем по порядку, с рассмотрения стихотворений из первой книги Григорова. Даже название ее мне неизвестно, имеются 32 стихотворения, неожиданно присланные в письме Татьяной Серафимовной Полежаевой вместе с новой книгой.  Стихи – одно другого лучше. Рифмы хорошие: «страх» – «мирах», «осенней» – «откровений», «пучину» – «причины», «ново» – «слово». Примеры можно продолжать дальше, такая рифмовки – особенность стиля поэта, которую в новой книге он доведет до большего совершенства. Чем-чем, а графоманией такие стихи никак не назовешь. Чувствуется рука зрелого мастера по образам («Без усталости, сна не зная,/ Бродит миром печаль земная,/ Так легко от любого сердца/ без ключа отмыкая дверцу»); по осознанию творчества: «На бумагу случайно/ Я роняю слова, /Их рождения тайну/  Понимая едва».

Темы многих стихов – раздумья о смысле жизни и творчества, поиск вечных истин, вначале – тоска неверия, потом – через усилия и муки – выход на путь к Богу.   Это легко показать сравнением логической канвы нескольких стихотворений Григорова. «Как последний шанс/ Принимаем веру./ На цепи душа,/ Чтобы знала меру!// И в конце зимы/ Мы не рады лету./ Не боимся тьмы/ И не верим свету». Как говорит автор в другом стихотворении: «В боге себя – не видел,/ Богу в себе – не верил».  Это путь, свойственный многим мыслящим.

Конечно, по верному пути всякого человека вначале может вести его близость к природе. Григоров говорит: «Заброшу свой бумажный беспредел/ И сапоги болотные надену.// Не торопясь войду в осенний лес./ Как в светлый храм». Поэту-мужчине на пути к Богу часто помогает женщина, раскаяние и любовь, в которой обретается цельность: «Светит в ночи звезда./ Пусть далека дорога/ Cлавно прийти сюда,/ Тихо встать у порога// И, не стуча, войти,/ Чуть наклонившись, в двери./ Я опоздал. Прости./ Я торопился. Верь мне.» Потрясающий лаконизм, истинные чувства. Отличный поэт, который владеет словом настолько, что «словам тесно, мыслям просторно». Это вторая особенность стиля поэта. В каждом слове чувствуются талант, глубокий ум, высокая внутренняя культура, тонкость чувств.

Продолжая прослеживать логическую канву стихов на пути поэта к познанию Бога, встречаем такие строки: «В небесах пылающими знаками/  выведены правила игры./  Но горят, я знаю, одинаково/ Города, лампады и костры.// Шпорами к вершинам мироздания/ Cилимся направить бег судьбы…/ Отыщите в мирозданье здание/  Выше Авакумовой избы.» Пример святого подвижника впечатляет поэта в его поисках. В первой книге он еще на полпути к Богу.

Чтобы не отвлекаться от основной мысли, вскользь скажу о других стихах в ней, которые, конечно же, значительны лаконичным показом жизни, «плоского мира» в провинции: «Там такое захолустье,/ Что порою в огороде/ Огородницы в капусте/ До сих пор детей находят.// Только дети, вырастая,/ Будто вешняя вода/ Неизменно уплывают/ Вдаль, в большие города» или разрушением природы: «Жизни не боимся и не ценим,/ Ведь еще не строят гильотины –/ Просто рубят лес для этой цели». Глубина словотворчества, доступная поэту с кажущейся легкостью, делает предельно ясным смысл его произведений. И последние строки из его первой книги: «Преисполнен добра/ Путник на берегу:/ Ты утомился, брат,/  Я тебе помогу».

Итог продвижения по пути поиска вечной истины на этом этапе находим снова в стихах Григорова: «Вдруг у святого вызнал/ То, что давно не ново: В слове – не много смысла, C мыслью не вровень слово». Толковать эти строки можно по-разному, но, пожалуй, отметим стремление поэта понять явления мира в их сути, а не просто поддаваться влиянию авторитета. Григоров все пропускает через себя, все проверяет, даже такие аксиомы как «И слово было Богом…». Это его метод. Лирический герой в первой книге состоялся как мыслитель, мужчина, поэт,  но путь познания продолжается.

В начале «Тёплого времени жизни» Григоров обращается к детскому восприятию мира, которое помнит в себе и видит, наверное,  в своих детях и внуках.

По тропинке золоченой
Я брожу котом ученым:
Сказку – влево, песню – вправо,
Вместе – дело и забава.

Надо мной гирлянды виснут
Вечных истин, хрупких истин, –
Я жонглирую словами,
Ни одной не задевая.

 Вывод из этого мировосприятия, к которому приходит автор через несколько стихотворений: жить надо так: «Находя и вновь теряя/ К счастью тоненькую нить,/ Доверять, не проверяя/ Только так и можно жить». Другими словами, веру нельзя, не нужно проверять, она выше анализа самого тонкого ума. И тогда начинает приоткрываться смысл названия книги: «тёплый ветер приходит с востока», потому что «прихожане склоняют колени/ На восточную сторону света» в утро Троицы.
 Внешне книга построена по смене времен года: весна, лето, осень, зима. Второй слой композиции тоже временной: лирический герой вырастает из ребенка вначале в зрелого мужчину.  Так выстроил автор стихоряд.

Мужчина понимает, что печаль увядания и холода не вечна: «мир в порядке,/ Только солнце вечно – тучи зыбки!». И эта мысль гонит неверие из ума и сердца человека со светлой  душой. Привкус горечи в стихах делает эти мысли больше пожеланием, чем действительностью.

Другая тема – поэт и публика. Одиночество усталого поэта: «Лебедь умирает./ Публика ликует». Спасение поэт снова находит в природе, «выбирая ночлег там, где искрится снег». «Прогонит ель мохнатой лапой/ Все тени зла». Недаром он «городам предпочитал веси, с миром был одной крови». А душа просится на бумагу, ведь это его призвание.

…От бессердечия сугробов,
Шепнув заветные слова,
Уйти в придуманное лето –
Чтобы безмятежно, как индус,
Лежать на берегу рассвета
И рифмы пробовать на вкус.

Герой Григорова ищет через сомнения и разочарования свою веру: «Гомер цитировал богов, а мы – Гомера»:
 
Снова к берегу Трои спешат паруса.
Я на флагмане. Я возвращаюсь к себе.
Это все, что осталось – мои корабли
И Вселенная, с Господом наедине.


Он еще не обрел во время написания этой книги связи с Богом, но надеется обрести ее. Успеха ему в этом поиске, поддержки более удачливых! Все у него еще впереди – обретение веры и знания.
Как поэт он нашел себя, стихи хороши. «Талант и ум усилием совместным» – цитата нарьянмарца Сергея Тарабукина – приложимая к творчеству Игоря Григорова, вплотную причастного к стихии поэзии.
                  

                            
16.11.09


Рецензии
Интересный поэт. Легкость удивительная письма сочетается с философским
сложным содержанием.

Надя Сорокина   27.10.2014 08:30     Заявить о нарушении
А какую книгу издал! Дизайн обалденный))).

Любовь Царькова   27.10.2014 23:16   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.