Гадкий, мерзкий, развратный

     Толя Воронин рос, как все дети в их селе. До школы он и его младший брат Миша жили без забот. Днём за ними присматривала бабушка. Но лишь дома. На рыбалку, понятно, с внуками не ходила.
       На речке Толик не только ловил рыбу. Оставив брата присматривать за удочками, он убегал подглядывать за купающимися девчонками. Девочки-то купались голыми, и Толе нравилось наблюдать за ними.
       В десять лет он был пойман матерью, когда подглядывал через небольшое окошко, как купаются в бане мать и её сестра. Младший братик Мишка слышал, как матушка отчитывала Тольку, но не мог понять за что. Мать говорила негромко, но потом крикнула: «Какой же ты гадкий, мерзкий, развратный! И в кого только уродился?»
       Мама работала учительницей, а отец шофёром в колхозе.
       Не смотря на то, что отец хорошенько отстегал Толика ремнём, интерес у того к обнажённым женским телам не пропал. Только теперь Толя бегал во двор одинокой соседки Анны, завидев, как та направляется в баньку.
       Время шло. К четырнадцати годам Анатолий сдружился со старшими ребятами. Его приняли в свою компанию, потому что парнишка таскал для новых друзей наливку из черноплодной рябины, которую с осени впрок заготавливал его отец. Толя пробирался в подвал и отливал из разных бутылей (чтобы родитель не заметил убывания жидкости) напиток в пару поллитровок.
       За деревней ребята распивали спиртное. Оно быстро ударяло в голову. Крепкое. Отец всегда добавлял в «черноплодку» спирт.
       Иногда компанию ребятам составляли две девушки Катька и Маринка. Выпив, кто-нибудь из парней утаскивал Катьку в кусты. Та же участь ждала и Маринку. Бесшабашные девахи не отказывали никому.
       Дошла очередь и до Анатолия. Он впервые вкусил радости секса с Екатериной. И так ему понравился сей процесс, что Толя решил пользовать девчонку один, без «живой очереди». Толик являлся домой к Катьке днём, когда родители находились на работе. Они вдвоём  выпивали принесённую Толяном бутылку, после чего грешили напропалую.
       Однако Катька по-прежнему встречалась и с другими ребятами. От кого-то подцепила гонорею, которой вскоре и «наградила» Тольку. Когда тот почувствовал признаки заболевания, то сразу рванул к Володе Пестрякову. Пестряк учился в областном центре в медицинском училище. На каникулы приехал к родителям.
       Осмотрев Толю, он констатировал:
       - Триппер ты поймал. От Катьки?
       - От неё, - вздохнул Анатолий.
       - Нашёл с кем путаться. Её вся деревня, считай, оприходовала.
       Будущий фельдшер умолчал о том, что и сам неоднократно развлекался с Екатериной.  Однако подумал: «Хорошо, давненько к ней не заглядывал, иначе тоже пришлось бы лечиться». А вслух сказал:
       - Таксу за лечение знаешь?
       - Нет. Я же впервые...
       - Двадцать рублей. Я достану уколы у знакомого из райбольницы. Ну, и ему часть денег отстегну, конечно.
       - Понимаю. Десятка есть у меня. Придётся пару пластинок толкнуть пацанам. Давно просят. По пятёрочке завтра же сдам.
       - А что за пласты?
       - Тухмановский «По волне моей памяти» и «Весёлые ребята».
       - Откуда? Я в городских магазинах не мог купить. Их влёт расхватывают.
       - Двоюродный брат из Ленинграда привёз.
       - В Питере, конечно, проще достать. А ты не запилил диски?
       - Ты что? Берегу. Никому не даю слушать. Правда, переписывать на магнитофон со своего вертака разрешаю.
       - Что за вертушка?
       - «Вега», стерео.
       - Угу... Тогда давай так решим. Завтра притащишь десятку и оба диска. Договорились?
       - А куда мне деваться?
       На другой же день Анатолий принёс обещанный «гонорар» и лечение началось.
       Незаконно врачуя, Пестряков говорил Воронину:
       - Катюша, наверное, не одного тебя заразила. Ты поспрошай у пацанов. Кто нуждается - вылечим. Иначе пусть в больницу идут. Их там на учёт поставят. На всю округу прославятся. Сумму знаешь. Подзаработать тут хоть немного. А то в городе рестораны, девушки... Мы там культурно общаемся. Не то, что вы здесь. Закажешь винца хорошего и впитываешь этот... Ну, парни девкам на свиданиях дарят цветы в целлофане... Тфу ты! Забыл, как называется.
       - Букет, что ли?
       - Да, точно! Букет впитываешь.
       Толик не понял при чём тут вино и букет, но промолчал. Не хотелось показаться полным невеждой.
       А Володька всё врал. В ресторане ему удалось побывать лишь разок. На танцах, после посвящения в студенты, городская девчонка Лена из его группы предложила нескольким соученикам съездить в кабак.
       - Что мы на сухую-то отмечаем? - обратилась она к однокашникам. - Кто со мной в ресторанчик, поднять руки!
       Голосовать не стали, дабы не привлекать внимания преподавателей, а шестеро человек потихонечку смылось с праздника.
       В питейном заведении ребята заказали себе водки, а для девочек взяли недорогого портвейна.
       Когда Ленка выпила простенького вина, то, рисуясь, произнесла:
       - Чудненько. Какой букет, аромат. А вы, мальчишки, только свою водку и пьёте. И чего в ней хорошего?
       В тот вечер Володька сильно потратился. Ему пришлось отвозить Ленку домой на такси. А потом пешком шагать по ночному городу в общежитие.
       Лишних денег родители Володе не давали. Старший сын, окончивший это же училище и проходящий службу в Советской армии, уведомил их, какую сумму достаточно добавлять Вовке к стипендии, чтобы тому хватило на обеды в столовой и посещения кинотеатров.
       Зато Володя каждый раз привозил из дома провиант: картошку, сало, масло... Наличие  припасов и выручило его. До следующей стипендии Пестряков не ходил в столовку. Но после занятий досыта наедался в общаге.
       Вовка запомнил: в ресторане парни приглашали девушек на танцы, потом подсаживались к ним за столики, взмахом руки подзывали официанта и заказывали шампанское. Чуть позже уходили с новыми знакомыми.
       Захмелевший Пестряков с завистью поглядывал на них и думал: «Везёт же людям. Деньги есть и лучшие девахи уезжают с ними на хату... отдыхать».
       Тогда и появилась у Вовки мысль об устройстве на работу. Его приняли дворником в  жилищную контору. Как назло, участок Володи оказался недалеко от педагогического института, в котором училось несколько девчонок из его родного села. Пестрякову не хотелось, чтобы родители через студенток узнали о его заработке. Поэтому Володьке приходилось раным-рано, до занятий бежать подметать улицу, а потом дремать на лекциях. Через месяц он уволился, получив 80 рублей. Деньги приберёг, так и не сходив в ресторан. Началась сессия и Пестряков засел за конспекты. Не хотелось вылетать с первого курса. «Ничего, - размышлял он. Устроюсь потом на вахту в общежитии. К началу нового учебного года освободятся места, занимаемые выпускниками».
       И уж никак не ожидал Володька, что на родине лёгкие деньги побегут в его карман. Он вылечил ещё нескольких пострадавших от Катьки. Потом и та заявилась к нему. Первым делом спросила:
       - Расчёт как, натурой?
       - Когда вылечу, поиграем. А пока выкладывай двадцатку, а то я живо сообщу в ментовку, кто пацанов заражает.
       - От них же и получила, - сказала Екатерина, но безропотно выдала Вовке два новеньких червонца.
       А что Толя? Избавившись от заболевания, он решил больше не связываться с Катькой. Тяги к женщинам он не утратил. И, казалось, нашёл выход из положения.
       Ещё по весне Толя засёк, что его отец посещает ту самую одинокую соседку Анну, за которой он когда-то подсматривал в бане.
       Женщина она стройная, грудастая (уж Тольке ли не знать о том?). Значительно старше Толяна. Года тридцать два тётке. Но зато под боком.
       «Зашантажирую её, - решил наглый Анатолий, - никуда не денется. Добьюсь своего».
       Однажды, когда отец укатил на машине в район, Толя перескочил через знакомый заборчик и вошёл в избу.
       - Здорово живём! - бодро произнёс Толька, увидев Анну, сидящей за столом.
       - Здорово, коль не шутишь, - несколько настороженно ответила та.
       - Не до шуток, - и Толик выставил на стол бутылку с наливкой, как обычно, похищенной у родителя.
       - Ого, знакомое винцо, гляжу, - произнесла Аннушка.
       - А чё, папка тебя тоже угощал?
       - Выследил, гадёныш! - грозно вскрикнула женщина. - Ну, иди, закладывай матери.
       - Зачем? - немного стушевался Толян. - Я же это... хотел миром.
       - Что миром?
       - А чем я папки хуже? И бабы у меня уже были.
       - Ты про Катьку, никак? Тоже мне... нашёл. Проститутку из проституток.
       - Я завязал с ней.
       - И решил на меня переметнуться?
       - Я же тебя ещё в детстве в банное окошко рассматривал. Ты - ништяк! Такая, что вообще, - выдавил из себя попытку комплимента юный «кавалер».
       - Да знаю, видела. Спецом к тебе поворачивалась. Пусть, думаю, полюбуется парнишка. Может и сгожусь когда, - рассмеялась Анна.
       - Так и я о том же.
       - Цыц! Пошутила... А он обрадовался.
       - Ну и хрен с тобой! - психанул Толька, забирая бутылку со стола и собираясь уйти.
       - А чё наливку-то схватил? - неожиданно улыбнулась женщина. - Наливай, если принёс.
       Волна счастья накатила на пацана. «Неужто согласится?» - думал он, ставя бутыль обратно. Аннушка подала посуду: два стакана. Толя наполнил их вином. Выпили. Женщина закурила. Толька тоже взял сигарету.
       - Ну, что, давно на меня глаз положил, признавайся? - спросила опьяневшая соседка.
       - Ой, давно, Аннушка. Ты мне очень нравишься. Красавица просто, - тараторил Анатолий, разливая остатки наливки.
       - Не надо, - взяла его за а руку соседка, - а то облажаешься.
       - Да ты что? У меня Катька, знаешь, как кричала? В натуре, рот зажимал, чтоб с улицы не услыхали.
       - Твоя Катюха никакого толку в удовольствиях не понимает, вот и орёт. Слышали. И на улице у её дома, и на речке. Её противный визг не перепутаешь.
       Тут Анна быстро села на колени к Анатолию. Тот, аж, обалдел.
       - Ого, чувствуется мужичонка. Ладно, айда за мной...
       С тех пор Толик стал регулярно навещать похотливую соседку. Она много чему его научила. Опытная женщина. И Толик... В 16 лет у юноши взрослая любовница.
       Вроде бы, всё шло хорошо. Для визитов Анатолий выбирал моменты, когда его с Анной никто не мог бы застукать.
       Однажды, ополаскиваясь после утех из умывальника на кухне, Толя услышал шаги. Он еле успел присесть, чтоб его не заметил входящий. А вошёл его родитель! Он сразу прошёл дальше. Толька же моментально выскочил из укрытия и рванул домой, услышав знакомый голос: «А ты чё, Нюрка, днём в постели?»
       Вбежав в свою комнату, Анатолий отдышался. Подумал: «Удачно оторвался. Можно не переживать, батя не раньше, чем через полчаса появится. Ничего себе, семейный подряд. Причём, подряд», - и Толька рассмеялся, довольный собственной шутке.
       Мельком глянув в окно, Толька обомлел - отец возвращался!
       Анатолий мгновенно схватил с полки первый попавшийся учебник и открыл его посредине. Уткнулся в книгу.
       Батя Толи зашёл в комнату, присел рядом с сыном и поинтересовался:
       - И чем ты, дружок, занимаешься?
       - Так, уроки учу, историю...
       - Да? - недобро улыбаясь, продолжал мужчина. - И что там написано в учебнике? Мужик с бородой на картинке, надо же...
       - Про него, папа, и рассказывается. О Емельяне Пугачёве и восстании. Я и кино о нём видел. Ох, интересное, батя.
       Отец встал, ещё раз глянул в учебник, зачем-то ткнул пальцем в текст, а потом крепко ухватил сына за ухо.
       - Н-е-е-т, Толенька, здесь написано: маленький е*а***ко и потаскун!!!
       Толька вздрогнул, но, молча, выдержал пытку.
       Не догадывался он, что отец успел обернуться и узнать своего отпрыска, когда тот выбегал из соседской избы. Увидев Анну на кровати, всё понял. Врезал соседке по лицу и пошёл вслед за Анатолием.
       Отец орал на сына, а тот думал: «Теперь придётся гораздо осторожнее действовать. И двери закрывать изнутри. Пути отхода тоже надо предусмотреть...»


         
    
 
         
          
         
       

               

      


Рецензии
Очень хорошо пишете, Игорь. Класс чувствуется!!!
Алексей.

Станов Алексей   24.10.2018 10:19     Заявить о нарушении
Да ещё о прекрасных людях.)

Спасибо.

Игорь Исетский   24.10.2018 10:24   Заявить о нарушении
На это произведение написано 79 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.