ОН И ОНА 3

               

                ИЛИ НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ВЕЧНОСТИ


                Они сидели за столом в большой комнате дома.  «ОН» и «ОНА». Сестра  только изредка появлялась около них и потом опять исчезала. Дом был для них уже чужой.  В нем даже посуды уже не было. Поэтому приготовить элементарный чай или современный новомодный   кофе, они не могли.  Они просто сидели и разговаривали. Точнее  беседовали друг с другом. Но беседовали больше глазами, чем словами.
                «ОНА» для него была такая же, какой была и раньше. «ОН» не видел морщин на ее лице, не видел седины в ее подкрашенных волосах, не видел четких  гусиных лапок в углах ее слегка подведенных черной тушью глаз, не замечал бледности ее губ и  одутловатости кожи. Не видел и все тут! Не видел потому, что даже  и сейчас, после стольких лет разлуки,  не мог смотреть на нее равнодушным, оценивающе пустым  мужским  взглядом.  «ОН» смотрел в ее глаза и через них - сразу же в ее душу. И видел, что и «ОН»  для нее не чужой,  посторонний мужчина,  когда-то даже и любимый. А сейчас всего лишь   знакомый. Что-то от их прежней любви, от их прежних отношений осталось и у нее.
                А «ОНА»  смотрела на него совсем по другому.  «ОН»  выглядел хорошо,  молодо, хотя и по «женски» несколько запущенно.  Выбрит  «ОН» был тщательно  и подстрижен тоже хорошо.  Хотя подстригался давно, не меньше месяца назад – вон какие уже завитки на  шее сзади. Да и рубашка была не слишком свежая, хотя и  отглаженная. На перегибах воротника и в лацканах  рукавов  видны были  затемненные полосы. Значит,  «ОН» ее носит уже не один день.  Галстук тоже не новый, а уже поблекший  и не слишком хорошо завязанный.  Да и не так уж  подходит к его рубашке и костюму.  А костюм современный, строгого, классического покроя. Но тоже не новый.  Это что, следы командировки или же  здесь прячется нечто  другое?  Когда любящая жена собирает мужа в командировку, она обязательно позаботится о его внешнем виде не на один день, а на  все время командировки.
                И «ОНА» неожиданно для самой себя вдруг спросила:
            -- Ты здесь один или с женой?
               «ОН»  искоса глянул на нее, немного помедлил, затем   ответил:
             -- Жена у меня умерла два года назад. Умерла от инфаркта.
           «ОНА» в изумлении подняла брови. Странное совпадение! У нее муж ушел два года назад и у него жена тоже. Из ее губ  невольно вырвалось:
             -- А в каком месяце она умерла?
               «ОН»  удивленно глянул на нее и пожал плечами:
             -- В сентябре! А что?
             -- Фу, ты! – мелькнуло у нее в голове, -  Слава богу, что не в один месяц с ее мужем!  А то уж бог знает что полезло в голову!
               И «ОНА»  сказала:
           -- Да нет ничего! Извини за глупый вопрос.  У меня муж тоже два года назад умер. Точнее  - погиб! Только с ним это произошло в августе.
                И «ОНА»  тут же перевела разговор на другую тему:
              -- Я читал твой роман в интернете «За собственной тенью».  Мне сестра показала. Она и днюет и ночует в интернете.  И тебя нашла.  Я иногда захожу на твои страницы.  Насколько я понимаю, это  твой  биографический роман.  Или близкий к биографическому.   И  я поняла, что тогда с тобой произошло.  Я  не виню тебя. Просто,  сама судьба была тогда  против нас.
                «ОНА»  помолчала немного и добавила:
             --  А ты хорошо пишешь. Тебя легко читать. За душу сразу берешь. Остановиться трудно.  И стихи у тебя хорошие.  Почти все про любовь. Про несчастную любовь. В тебе, наверное,  писатель пропал.
              «ОН»  не нашел ничего другого  сказать ей, кроме элементарного «Спасибо»!
               «ОНА»  рассмеялась. Но рассмеялась легко  и радостно:
              -- За что спасибо?
               «ОН»  неожиданно посерьезнел и глухо сказал:
               -- За то, что не забыла меня.
                «ОНА»  пожала плечами:
             -- А что, это сейчас имеет хоть какое-то значение?
                «ОН»  вздохнул и ответил:
               -- Для меня – да!
              -- Почему?  - удивленно вскинула брови «ОНА».
                «ОН»  пожевал в раздумье губами и ответил:
               -- Потому что я все эти годы  редкую ночь не видел тебя во сне!
                «ОНА»  неожиданно вздрогнула,  судорожно втянула в себя воздух, всхлипнула и сквозь всхлипы невнятно произнесла:
               --  Я тебя тоже очень часто во сне видела.
               «ОНА»  закрыла лицо руками и замолчала. Молчал и «ОН», пораженный вырвавшимся у нее неожиданным  признанием. Так что же  теперь делать им, всю жизнь любившими друг друга, но разлученными  судьбой на тридцать с лишним лет?  Что?!
              Они сидели и молчали, искоса поглядывая друг на друга. Смущенные и взволнованные. После такого, невольно вырвавшегося из их губ взаимного признания во взаимной любви, надо было идти дальше. Сказав букву  «а», надо иметь мужество и на  букву «б». Но мужества этого почему-то  ни у кого из них не нашлось.  И никто из них не решался сделать следующий шаг. Слишком много лет разлуки стояло между ними. Слишком уж много.
                Выручила их сестра.  Она зашла в комнату и сказала ей:
             -- Звонили новые хозяева дома. Они буду здесь через полчаса. У нас все  готово?
               «ОНА»  пожала плечами:
            -- Да вроде все. Документы вот в папке. И ключ здесь. А все остальное, нужное, мы  с тобой уже забрали.
               И тогда «ОН»  решился. Ведь нельзя же, чтобы эта их нечаянная встреча вот  так, ничем и закончилась! Нельзя! И он  спросил ее:
            -- У тебя «электронка» есть?
               «ОНА»   смущенно покачала головой:
             -- Нет. Компьютером я мало занималась. В основном муж. Меня  даже в одноклассниках нет. И, честно говоря, я эти два года почти не подходила к нему совсем. Только иногда. На твои страницы.
            -- У меня есть! – сказала сестра, -  Дай записную книжку.
               «ОН»  достал из внутреннего кармана костюма записную книжку с ручкой, раскрыл ее на чистом листе и подал ей.
              Она присела на стул, записала несколько строчек в записной книжке  и обратилась к нему:
            -- Вот смотри! Я написала на странице «Воронеж», чтобы не забыл и не  перепутал. Это моя «электронка». Это ее   телефоны, это мои телефоны. И домашние, и мобильные.  Листочек отсюда  можно вырвать?
              «ОН»  улыбнулся. Его позабавила решительность сестры. Опять она между ними  в качестве их связного.  Опять она их связующая. И «ОН»  сказал:
            --  Конечно можно! Но лучше визитка. У нее  другая  сторона  чистая. Можно записать.
             «ОН»  достал из кармана визитки. Одну дал сестре, другую протянул ей. «ОНА»  взяла визитку и кивнула головой:
              -- Спасибо!
                Сестра посмотрела визитку, громко прочитала название  фирмы, его фамилию, имя отчество,  занимаемую должность, насмешливо  хмыкнула  и сказала ему:
           --  "Шишка", значит. Ну, ладно, "шишка", диктуй  свою «электронку».  Только не рабочую, а домашнюю. И телефоны: домашний, мобильный, все, что есть.
            «ОН»  продиктовал ей. И  усмехнулся. Ее сестра мало изменилась с годами. Она  всегда вносила в их отношения некую живую струю, буквально переворачивающую и будоражащую все вокруг и  превращающую их  жизнь в некую пеструю мешанину  непредсказуемых событий и непредвиденных решений.
              Она записала его данные на обороте визитки, прочитала вслух написанное, глянула на него, погрозила пальцем и полушутливо, полусерьезно   сказала:
          -- Учти, я теперь тебе покоя не дам! Хватит тебе сидеть у моря и ждать погоды. Я ей сделаю «электронку»  и сброшу тебе. И только попробуй мне не ответить! Из под земли найду!
              «ОН» поднялся.  Делать ему здесь больше нечего. Самое главное «ОН»   сделал. «ОН»  увидел и поговорил с ней, взял ее телефон.  Теперь же здесь   « ОН» просто станет им мешать. «ОН» посмотрел на сестру, на нее. Подошел к ней, взял ее  руку, наклонился и поцеловал в раскрытую ладонь. Затем выпрямился и сказал ей, глядя в ее глаза:
           --  Я очень рад, что пришел сегодня сюда! Можно, я  позвоню тебе?
             «ОНА»  кивнула головой и улыбнулась:
          -- Конечно! Конечно же позвони!  Я буду ждать твоих звонков.
             «ОН»  попрощался с женщинами и вышел. В гостиницу «ОН»  летел, как на крыльях!  Сегодняшнему дню «ОН»  был рад до невозможности.  Где-то там наверху, в небесной канцелярии,  в отделе,  где ангелы ведают нашими судьбами, кто-то из  них по какому-то своему уразумению или же элементарному любопытству   взял,  да и свел вместе на одно лишь  мгновение  эти два любящие когда-то  друг друга сердца.  Свел и увидел, как эти два сердца вновь  потянулись друг к другу.  Увидел и не стал мешать естественному в таких случаях ходу событий.

**

                А события  произошли  такие. В их жизнь вмешалось само Чудо. Я не оговорился.  Именно Чудо!  Причем,  Чудо с большой буквы, ибо  ничем другим происшедшие в дальнейшем  с ними события  объяснить невозможно. Мне, во всяком случае! Судьба  пошла им навстречу.  Судьба дала им  «карт-бланш» на выполнение их несбывшихся еще, но таких  затаенных желаний. И все получилось так, как надо, как было запланировано свыше.
                Я не буду здесь говорить о том, как они через интернет осуществили связь между собой и по вечерам часами разговаривали друг с другом. И как «ОН»  приобрел специальные устройство к  компьютеру, через которые они могли видеть друг друга во время общения. Одно «ОН» приобрел для себя, а другое выслал ей в Воронеж по почте. Это все -  мелочь! Хотя и очень существенная мелочь, способствующая  дальнейшему упрочнению их вновь наметившейся   и все более  усиливающейся взаимной связи.
                Чудо произошло на совете директоров их предприятия, точнее их фирмы.  Но это чудо, как ни что другое, было направлено  именно на их взаимное сближение  и в дальнейшем поспособствовало соединению их судеб в одну.  Дело в том, что хозяева их фирмы приобрели в Воронеже обанкротившийся завод по производству тяжелых прессов, так называемый «ТЯЖМЕХПРЕСС». Зачем они приобрели этот завод – вопрос сложный. И мы его здесь не будем рассматривать.  Это к делу не относится.
                Но этот завод обладал приличными мощностями  собственного литейного производства, а их родной завод  «Криогенмаш» располагался слишком близко от  Москвы и его экология  была уже настоящей «притчей во язытцах» на  всех производственных совещаниях, как Правительства  самой Москвы,  так и Правительства Московской области. Были выделены деньги на перевод  вредных производств завода в другие места области или страны. Вопрос оставался лишь за тем – куда их перевести?
               И здесь появился обанкротившийся «ТЯЖМЕХПРЕСС», который можно было приобрести практически задаром. Как не воспользоваться таким выгодным предложением?  И руководство «КРИОГЕНМАША»  с удовольствием  им воспользовалось. Они разместили все свое литейное производство  в  литейных цехах  «ТЯЖМЕХПРЕССА .  Руководству фирмы всерьез думалось, что дело простое – приказал и все пойдет! Но вместо продукции пошел сплошной брак. В чем дело? Почему? Никто ничего вразумительно им объяснить не мог. А причина была простая! Не было специалистов рабочих, не было специалистов инженеров, разбирающихся в литейном деле.  То есть, не было тех, кто разрабатывает технологию литья и осуществляет ее на практике
               Тогда они собрали расширенное совещание  совета директоров фирмы  непосредственно на площадях нового своего приобретения. В числе приглашенных были все Главные специалисты фирмы, включая и  его,  Главного  сварщика фирмы.  Они посмотрели все на месте, потом собрались в директорском кабинете на совещание. После долгих разговоров «ОН» попросил слова и сказал, что весь этот литейный брак можно спокойно будет исправить методами сварки, если  организовать для того специализированное производство в виде цеха по заварке дефектов литья методами сварки.  То есть, наладить на заводе централизованное исправление дефектов во всех видах  литья, выпускаемого заводом, в одном специализированном месте. По типу того, что было ранее  в «термообрубном» цехе «Криогенмаша», но на более высоком техническом  уровне.
               Председатель совета директоров поймал его на слове и тут же приказал в срочнейшем порядке оформить приказ на его перевод  в Воронеж в виде специального  представителя  Генерального директора с особыми полномочиями. Для создания нормальных условий  для работы и жизни на новом месте  ему представлялся номер люкс в лучшей гостинице Воронежа   с персональной машиной  и ежемесячной  оплатой услуг за проживание через заводской расходный счет.   
               Так «ОН» оказался в Воронеже. Поселили его в отеле «Воронеж» на третьем этаже в двухкомнатном номере с отдельным туалетом и ванной. Отель имел свой гаражный блок,  куда поставили его машину. Точнее, машина была заводской, да еще вместе с шофером.  Но от шофера он скоро  отказался. И стал ездить сам. По доверенности.  Так удобнее.
              Надо сказать, что «ОН» был хорошим специалистом в своей области.  Дело свое «ОН» знал до тонкостей. Ведь «ОН» начинал с  рабочего сварщика. Да еще несколько лет проработал в таком цехе, в котором именно заваривали дефекты в отливках.  В отливках из стального литья, из чугунного,  из алюминиевого,  из титана и  нержавеющих сталей. Полномочий у него было много, никто ему не мешал,  и «ОН» с удовольствием делал то, что считал нужным делать. 
              Но я не буду рассказывать о его деятельности на заводе. Зачем? Здесь слишком много профессиональных тонкостей, которые интересны лишь специалистам. Скажу лишь одно – дело у него пошло. Количество готовых отливок все более и более увеличивалось.   А это уже есть  чистая прибыль заводу. Которая, в свою очередь,  все более и более  росла.
               Но это дело требовало его постоянного присутствия в Воронеже. Ведь надо было  на площадях  существующего уже  завода  организовать совершенно новый для этих мест  вид производства. Потому что надежды на улучшение качества  литья в ближайшие годы не предвиделось. Здесь ощущалась  полнейшая безнадега. Поэтому волей-неволей приходилось  делать ставку на исправление дефектов методами сварки. А для этого надо было   расширять и совершенствовать уже существующую  сварочную  технологию исправления дефектов. Но без него  этого было сделать  невозможно.
              И Генеральный директор на одном совещании как-то полушутливо-полусерьезно сказал:
             -- Слушай, (он назвал его по имени отчеству),  я смотрю ты в Воронеже  совсем начинаешь обживаться.  Мне передали, что  тебя там уже и женщина появилась. А ты в гостинице  практически  и не живешь совсем. Так? Или меня обманывают?
              Выкручиваться перед Генеральным смысла не было никакого.  Да и зачем?  Служба безопасности у него работала прекрасно.  «ОН» пожал плечами и просто сказал:
              -- Я никогда не распространяюсь о своих отношениях с женщинами. Не имею такой привычки.
             Генеральный развел руками:
              -- И правильно делаешь! Но я о другом. Ты сильно выручил нас  в трудную минуту. Если не сказать прямо – спас завод! А за хорошие дела надо награждать. Поэтому мы решили помочь тебе  обосноваться попрочнее в Воронеже.  Все равно тебе там работать не один еще год.  Мы вот тут посовещались на совете директоров и  решили подарить  тебе современную квартиру в одном из новых домов Воронежа с пожизненной оплатой  за ЖКХ. Вот документы на твою квартиру!
                Так «ОН» стал воронежцем.  Сначала временным, гостиничным, а потом уже и постоянным. И вообще, надо сказать, что судьба теперь к ним была очень даже милостива.  Во всем милостива.  Его гостиница  оказалась недалеко от ее дома. И «ОН» стал часто бывать у нее после работы.  А потом и вообще переехал к ней. И ничего такого в этом не было. Люди они взрослые, свободные, неравнодушные друг к другу еще с юношеских лет.  Так чего им притворяться-то друг перед  другом? Наоборот, им надо было попытаться хоть на чуть-чуть  восполнить упущенное.  Что они и делали.  И им было хорошо вдвоем.
               А потом у него появилась еще и эта Воронежская квартира. Квартира была хорошая, трехкомнатная, современная. И «ОН» ее принял.  А чего бы ее не принять? Но у него была еще своя  трехкомнатная  квартира в Балашихе.  С ней-то что теперь делать? Во истину, не было ни гроша, а теперь алтын! «Везуха» пошла у него на недвижимость.  Но с Балашинской квартирой  «ОН» решил очень просто.  На нее он оформил дарственную для своей внучки.  Она уже и так жила в гражданском браке с одним молодым человеком. Так пусть теперь у нее своя квартира будет. Пусть живет себе на здоровье.  Может еще и  правнуков удастся понянчить!  Кто знает?
               Подаренную квартиру «ОН» сдал молодым специалистам, закончившим Воронежский технический Университет и работавшим у него в цехе. И сдал за божескую плату, гораздо ниже рыночной.  Мелочиться не стал.
                Они и сейчас живут в Воронеже. Они  расписались и стали официально мужем и женой. А не просто сожителями. Своих детей решили не заводить. Годы уже не те. Ведь детей не только родить надо. Их еще и воспитать и поднять необходимо. А времени у них впереди было уже в обрез. Поэтому они взяли близняшек из детского дома.  Мальчика и девочку шести лет. На этих ребятишек времени у них должно было хватить. «ОНА» рассчиталась с работы и занялась детьми. «ОН» же продолжал работать. И работает до сих пор. У них все хорошо.  Мир, покой и согласие в их семье. Ребятишки называют их мамой и папой.
 Порадуемся за них. Ведь не так уж и много у нас счастливых семей.

                КОНЕЦ








ОН И ОНА


Рецензии
Хороший рассказ с хорошим концом. Пусть все найдут свою любовь, хоть через года. Счастливых людей станет больше. Всего Вам доброго!

Нина Джос   25.02.2019 22:42     Заявить о нарушении
Хороший конец в этой истории обязателен. Иначе - какой смысл в ней?

Виталий Овчинников   26.02.2019 10:22   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 54 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.