Мальчик из города Зима. Глава 7

ГЛАВА 7. СВОЙ СОБСТВЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК.

В ту ночь Андрей никак не мог уснуть. Он то проваливался в зыбкий лихорадочный полусон, то лежал с распахнутыми глазами, вглядываясь в тёмную синь за окном и чувствуя блуждающую на лице улыбку. Сознание и тело плавились в томительном огне. В каком-то полубреду мелькали события прошедшего дня, слова Дана, его лицо, руки, губы…
В глухих городках вроде того, где вырос Андрей, на людей с предпочтениями Данкевича по привычке глядели косо. Но в славийских мегаполисах они чувствовали себя, как рыбы в воде. Была некая пряная мода на эти новые отношения. Крупные политики и именитые артисты, не смущаясь, выводили любовников в свет, провожаемые лукавыми улыбками и пылким заинтересованным шепотком.
Сам Андрей никогда не озадачивался вопросом, как следует к этому относиться, бездумно восприняв установки среды. Но под руками и губами Данкевича его провинциальные предрассудки сгорели вчера ярким пламенем.
«Ну и пускай! Что здесь такого? Вот и Янош меня в тот раз нецивилизованным назвал», - стремительно цивилизуясь, размышлял в ночной тишине Андрей, полный непонятного томления и странной надежды.
Он уснул под утро, смятённый и совершенно счастливый.

Его разбудил яркий солнечный свет, ослепительным потоком лившийся в незадёрнутое окно. Прикрыв локтем лицо, Андрей ещё долго блаженничал в сладком тепле. Вместо мыслей в голове плыл золотой туман. Ночная лихорадка улеглась, успокоенная сном. Про одолевавшую его  последние недели арктическую меланхолию он и сам уже не вспоминал. Осталось лишь предвкушение наступающего дня, радостное и звонкое, как сыгранная горнистом заря.
Андрей наконец встал, выглянул в окно, невольно улыбнувшись роскошному безоблачному небу южной осени, и босиком пошлёпал в ванную.
Зябко переступив по прохладному перламутру кафеля, замер перед зеркалом. Ссадина на скуле была почти незаметна, но плечо, пострадавшее от Дана, чуть опухло и побаливало.
Андрей, не отрываясь, таращился на своё отражение, словно видел себя впервые. Худощавое тело его, с чёткой, но тонкой прорисовкой мышц казалось ему самым обыкновенным. Не раз, ловя свой образ в зеркале, он думал, что мог бы уродиться повыше и посильней.
Но сейчас Андрея занимали иные, более веские вопросы. Тело его, отражённое в гладкой поверхности, из знакомого и привычного враз стало непонятным, как не своё. Хотелось взять его и, хорошенько встряхнув, спросить: что это за полёт к «сотворению мира» ты мне вчера, подлое, устроило?! И где, блин, раньше прятало свои таланты?! Ведь не один раз оставались тет-а-тет за закрытыми дверями ванной…
Или - тут он задумался - существует некая принципиальная разница между его собственным кулаком и сильными губами Дана?
От всех этих философских размышлений низ живота сладко стянуло. Да и гипотеза требовала проверки…
Высунувшись наружу и воровато оглядевшись, Андрей убедился, что дверь его комнаты заперта и на всякий случай ещё закрыл на замок дверь ванной. Почувствовав себя в безопасности, положил горячую сухую ладонь на уже напрягшуюся плоть. Несколько привычных, всё убыстряющихся движений и, резко выдохнув, он привалился к прохладной стене.
Приятная разрядка, чего уж там… Но – ни криков, ни взрывов, ни обмороков, ни медовой тьмы. Ничего похожего на то ослепительное наслаждение, которое он испытал вчера. Значит, дело действительно в Данкевиче… Определённо в нём.

Умывшись и наскоро выпив чаю, Андрей начал торопливо собираться. Оставаться в Княжинке было свыше его сил. Сам не понимая толком зачем, он во что бы то ни стало хотел снова увидеть Дана.
Он вышел из комнаты в залитый  солнцем коридор. База «Орихалька», покинутая разъехавшимися к своим семьям игроками, была тиха и пустынна, и её редкие обитатели не подавали признаков жизни.
В главном холле уныло слонялся дежурный администратор. Вприпрыжку летя к выходу, Андрей весело поздоровался с ним:
- Доброе утро!
- Доброе утро, Андрей… - пробормотал мужчина, озадаченно глядя ему вслед и пытаясь вспомнить, когда в последний раз видел юную, но мрачноватую звезду футрана таким улыбчивым. И видел ли вообще…

Авиатакси стремительно мчалось в верхнем ярусе воздушной трассы, ловко маневрируя среди хищного потока стальных птиц.
Горизонт взламывали высотные башни Диаспара, сверкая парусами солнечных батарей. При виде приближающейся столицы у Андрея привычно сжалось сердце. Уже год он здесь, а так и не смог полюбить прекрасный и грозный мегаполис. И никогда, наверное, не полюбит. Заслонявшие небо высотки заставляли его чувствовать себя маленьким и беззащитным.
Небоскрёб «Плазмаджета» располагался в центральном округе Диаспара, где каждый квадратный метр земли стоил целое состояние. Над крышей здания пульсировало название концерна. Но в остальном высотка мало чем отличалась от других диаспарских строений. Те же устремлённые в зенит зализанные контуры, зеркальные грани, льдисто-изумрудные наросты оранжерей.
Выбравшись из авиетки, Андрей неуверенно замер посреди безлюдной стоянки, где притихшая стая металлических птиц грелась на сентябрьском солнце. Потоптавшись, двинулся к высоким зеркальным дверям входа. Створки тихо разъехались, и он вошёл внутрь. Никто не останавливал и не окликал его.
Он оказался в зале, таком огромном, что стоявшие у противоположной стены люди выглядели лилипутами. Пол блестел мозаикой из разноцветной смальты. Всё пространство зала было залито ярким солнечным светом, хотя Андрей не заметил окон.
Удивлённый, он поднял глаза и обомлел.
Высотная башня была полой внутри, словно из неё вынули сердцевину. Колоссальный полукилометровый атриум венчался прозрачным куполом, сквозь который падали вниз потоки света. Огромный колодец был заткан золотой паутиной скоростных эскалаторов. Их текучие спирали и изгибы, неся неподвижные силуэты людей, взмывали под самый купол, скользили вниз, ныряли в разверстые арочные зевы этажей.
У него закружилась голова.
- Здравствуйте, Андрей! Рада приветствовать вас в «Плазмаджете».
Андрей резко обернулся.
Смущённо улыбаясь, на него смотрела невысокая миловидная девушка. Забранные в хвост тёмно-русые волосы и серый брючный костюм делали её похожей на маленькую симпатичную мышку.
- Меня зовут Ванда. Я вас провожу.
- Куда? – насторожился Андрей.
- К Мстиславу Александровичу. Он вас ждёт.
Сделав приглашающий жест, девушка устремилась вперёд. Они вступили на золотую ленту эскалатора и вознеслись в солнечную высь.
Андрей знал, что упасть с эскалатора невозможно, но сердце всё равно забилось сильней от сладкой жути. Он посмотрел вниз и, поражённый, распахнул глаза.
Разноцветная мозаика пола, показавшаяся ему вначале простым переплетением абстрактного орнамента, с высоты в сто метров складывалась в изображение бегущего отрока в крылатых сандалиях. Персей…
Заметив его интерес, Ванда решила просветить Андрея:
- Интерьер башни «Плазмаджета» - один из лучших образцов техно-византийского стиля.
- О!..
Внезапно Андрей потерял интерес к окружающим диковинкам. На него навалились вопросы, прежде отчего-то не приходившие в голову. Как встретит его Дан? Обрадуется ли ему? Конечно, Данкевич сам пригласил его в «Плазмаджет», и Ванда сказала, что он его ждёт. Но вдруг Мстислав Александрович не забыл и не простил всех тех гадостей, которые Андрей наговорил ему вчера? Как-то теперь всё будет между ними…
На середине атриума эскалатор нырнул в арочный проём одного из этажей и зазмеился вдоль коридора, вынеся их в просторный холл. Ванда деликатно дотронулась до его руки, и они сошли с золотой ленты.
Кивнув секретарю, «мышка» решительно устремилась к высоким дверям. Андрей внезапно спросил:
- А чем сейчас занят Мстислав Александрович?
- Он проводит небольшое совещание с руководителями отделов. Но оно уже заканчивается.
- Совещание?! – Андрей встал как вкопанный. – Ну тогда я лучше подожду…
- Что вы! Не может быть и речи! Мстислав Александрович велел немедленно вести вас к нему.
С неожиданной силой вцепившись в Андрея, Ванда потащила его вперёд. Они вошли – или как с перепугу показалось Андрею, просто-таки вломились – в высокое просторное помещение. Группа мужчин, склонившихся над каким-то голографическим макетом, обернулась в их сторону.
Он увидел высокую широкоплечую фигуру Дана.
Чувствуя, как от смущения и страха индевеет лицо, Андрей сделал несколько неуверенных спотыкающихся шагов вперёд.
- Андрюша! Добро пожаловать! Я так рад, что ты пришёл.
Улыбка Дана могла растопить полярные льды. Андрей, немного оправившись, перевёл дух.
- Господа, - довольный Данкевич повернулся к своим топ-менеджерам, - думаю, нет нужды представлять Андрея Тобольского. Вы все и так наслышаны о нём. Андрей интересуется авиацией и захотел посмотреть наше хозяйство.
- Это честь для «Плазмаджета», - с улыбкой сказал один из мужчин.
 Андрей бросил на него подозрительный взгляд, но тот вроде бы говорил всерьёз. Все смотрели на Андрея с симпатией и интересом и, казалось, вовсе не возражали против его внезапного вторжения. Ну хоть какая-то польза от его славы…
- Закончим на этом. Детали можно будет обсудить на завтрашней планёрке. Все свободны, – бросил Данкевич, выпроваживая подчинённых.
Менеджеры, отвесив короткие поклоны, потянулись к выходу. Андрей наконец обратил внимание на единственную среди них женщину. Он сразу узнал её - Кора Антарова, вице-президент «Плазмаджета». Молодая и красивая. В густых тёмных волосах запутались льдинки аметистовых серег. Женщина улыбнулась ему, но её обращённый на Андрея взгляд был холоден и внимателен.
- Ванда, задержись, пожалуйста, - попросил Дан. – Поможешь мне провести экскурсию для Андрея.
- Конечно, Мстислав Александрович.
Андрей был рад, что не остался с Данкевичем наедине. Он чувствовал себя полностью выбитым из колеи. Блин, неужели этот влиятельный бизнесмен, большой начальник и правда швырял его вчера о стену, выламывал руку и… и… Немыслимо! Останься они вдвоём, и Андрей совершенно не знал бы, как вести себя с Даном. То ли бросаться тому на шею, то ли опускать в страхе глаза.
Зато Дан выглядел безмятежным и довольным, как кот. С самого утра он с нарастающим нетерпением ждал Андрея. И когда время приблизилось к полудню, всё чаще тревожно посматривал на часы. Накануне вечером, садясь в авиетку, мальчишка бросил на него потрясённо-восторженный взгляд, который до сих пор преследовал Дана. Но кто знает, какие химические реакции могли произойти в неокрепшем юношеском мозгу за ночь… Вдруг пацан передумает и не придёт?
И вот наконец его сокровище стоит перед ним, хлопая ресницами и неуверенно улыбаясь. Дан видел смятение Андрея и чувствовал привкус страха в его взгляде. Что ж, немного испуга тебе идёт, мой милый. Интересно, как ты будешь смотреть, когда я… Ладно, оборвал себя Дан. Пока надо придумать, чем развлечь мальчишку, а затем можно будет перейти к самому вкусному…
Куда бы его сводить? Не в бухгалтерский же отдел, ясен пень…
- Андрюша, давай посмотрим конструкторское бюро. Это сердце, мозг и душа «Плазмаджета», - Дан лукаво улыбнулся. – Такого ты ещё точно не видел.
- Да? Давайте посмотрим… - сомнамбулически кивнул Андрей.
Дан слегка загнул насчёт его страстного интереса к авиации. Но в другое время ему в самом деле было бы любопытно взглянуть на создателей знаменитых «персеев» и их работу. В другое время, но не сейчас, когда широкая спина Дана маячила перед ним на ленте эскалатора. И даже эта спина излучала какие-то странные, дурманящие голову волны. Чёрт, что с ним происходит…
Сойдя с эскалатора, они шагнули в арочный проём и оказались на какой-то галерее. Занятый своими переживаниями, Андрей без особого интереса взглянул вниз.
И вытаращил глаза. Дан не обманул, сказав, что такого он ещё не видел.
Галерея опоясывала по периметру большой овальный зал. Повернувшись лицом к его середине, сотня человек, мужчин и женщин, неподвижно лежали, откинувшись на приподнятые спинки странных коконов, обтекавших их тела, будто вторая кожа. Вокруг конструкторов, захватывая голову и грудь, светились голографические сферы, загадочно пульсируя схемами и формулами.
- Прямой интерфейс «мозг-компьютер», - шёпотом пояснила Андрею Ванда. – Требует огромной дисциплины мышления. Лишь пять процентов людей способны работать в таком режиме.
Сквозь прозрачную мерцающую плёнку голосфер, как сквозь толщу воды, можно было различить лица инженеров - отрешённые, грезящие наяву, с невидящими взглядами, устремлёнными, казалось, в иные миры…
Но не это прежде всего привлекло внимание Андрея.
Прямо в центре зала над полом парил огромный голографический макет стратосферного прыгуна. С него как будто содрали металлическую кожу обшивки, и были видны все  его внутренности механизмов и блоков. Одни узлы и агрегаты были едва различимы, подёрнутые мутной жемчужной дымкой. Другие, наоборот, ярко пульсировали изумрудным светом.
Андрей и без подсказки Ванды догадался, что так отображается уже проделанная конструкторами работа и то, что ещё предстоит сделать.
- А что это вообще будет? – с благоговением в голосе спросил он.
- «Персей» третьего поколения. Наша новая разработка, - ответил вместо девушки Дан.
Зрелище завораживало. Вопреки рациональному знанию Андрея не покидало впечатление, будто на его глазах древние маги-сновидцы ткут из ничего силой сознания грозный магический артефакт.
Вдруг его осенило. Ведь Дан говорил ему, что ещё до смерти отца несколько лет работал авиаконструктором в «Плазмаджете»! Выходит, и он был одним из этих магов, сновидчески грезил посреди огромного зала-святилища… Что там сказала Ванда? Только пять процентов людей способны на это…
Андрей не без трепета покосился на Дана. Каким же он был дураком, пытаясь вчера его оскорбить! Уж молчал бы лучше в тряпочку! Ему-то точно не светит оказаться в этих пяти процентах.
- Ну что, Андрюша, насмотрелся? Тогда идём дальше.
- Пойдёмте, - тихо произнёс он.
Они вышли из галереи и снова вступили на золотую ленту эскалатора. Обуреваемый мыслями и чувствами, Андрей запнулся, и Дан твёрдой рукой подхватил его под локоть, помогая устоять на ногах. Дан тут же убрал руку. Но от этого мимолётного прикосновения по спине Андрея пробежал сладкий озноб.
- Что мы теперь будем смотреть? – спросил он, пытаясь стряхнуть с себя наваждение.
- Инфоцентр, - ответил Данкевич. – Если конструкторское бюро – мозг «Плазмаджета», то инфоцентр – его глаза и уши.
Звучало не особо интригующе, но ведь и от конструкторского бюро он поначалу многого не ждал.
Инфоцентр располагался в огромном зале, размером, как прикинул Андрей, мало что не с футран-поле. В нём находилось несколько сотен человек. Пока ничего особо интересного Андрей не видел. Молодые люди и девушки работали за компьютерами, перед ними мерцали самые обычные голографические дисплеи, никаких тебе прямых интерфейсов. По экранам текли потоки непонятных цифр.
Его внимание привлекли два огромных – почти от пола до потолка – экрана в дальнем конце зала. Там находилось что-то вроде центра управления всем информационным хозяйством, и именно туда уверенно двинулся Дан.
Пожилой седоволосый мужчина вежливо поприветствовал Данкевича. До их прихода он о чём-то оживлённо беседовал с молодой темноволосой женщиной. Это была Кора Антарова.
Улыбнувшись одними губами, она поинтересовалась:
- Ну как проходит твоя экскурсия, Андрей? Интересно?
- О, всё замечательно… - пробормотал Андрей.
Странно, но эта знойная красотка вызывала у него безотчётную неприязнь. И кажется, их чувства были взаимными.
- Ванда, побудь пока с Андреем, расскажи ему об инфоцентре. Мне надо обсудить кое-какие вопросы, - обронил Дан и, бросив на него извиняющийся взгляд, отошёл в сторону с Антаровой и седым.
«Мышка» Ванда, поблескивая бусинками глаз, немедленно принялась исполнять поручение:
- В инфоцентр в режиме реального времени стекается информация со всех авиазаводов, технических станций и испытательных полигонов «Плазмаджета». Полный набор данных – от изготовления отдельных блоков до сборки готовых прыгунов и их лётных испытаний.
- Понятно. А это что такое? – Андрей кивнул на заинтересовавшие его экраны.
На одном из них в пересечении геодезических линий мерцала карта Земли, усеянная непонятными рубиновыми звёздочками. На другом – была изображена Солнечная система с гораздо более редкой россыпью алых точек.
- О, ну в данный момент здесь отображается расположение авиационных заводов «Плазмаджета». Всего их сорок три.
Сорок три авиазавода!.. Нехило.
- Сколько человек работает в концерне? – полюбопытствовал Андрей.
- Около двухсот тысяч, - ответил вместо Ванды Дан. Он наконец закончил свой разговор и неслышно подошёл к Андрею.
Ого! Четыре Зимы…
- Андрюша, ты уже видел, как проектируют «персеев». Хочешь посмотреть, как их строят?
- А это возможно?
- Конечно, - улыбнулся Дан. – Не беспокойся, никуда идти не придётся. Мы просто включим картинку с телекамеры в цехе одного из авиазаводов. Выбирай какого. Может быть, Иркутского?
Андрей задумался и перевёл взгляд на второй экран с изображением Солнечной системы.
- А у вас, значит, и во Внеземелье заводы есть?
- Да, на всех ближних планетах. Не везти же прыгуны с Земли.
Андрей молчал, не решаясь попросить. Дан догадался об обуревавшем его желании и, усмехнувшись, подбодрил:
- С технической стороны не имеет значения, откуда вести трансляцию. Меркурий? Венера? Марс? Решай.
- Венера, - пробормотал Андрей. Его глаза заблестели.
Дан, повернувшись к экрану компьютера, лёгкими уверенными движениями начал вводить команды. В углу голографического монитора запульсировал значок мгновенной космосвязи.
Экран на стене, мигнув, погас. Но через секунду вспыхнул снова, огромным окном распахнувшись  в просторное освещённое мягким серебристым светом помещение.
«Жучок» камеры медленно парил под потолком строения. А по цеху тёк огненный раскалённый стиснутый силовыми полями поток лавы. Растекаясь десятками ручейков, расплавленный металл  - ослепительно-яркий в рассеянном пепельном свете - неторопливо клубился, принимая под напором невидимых полей форму механических узлов и блоков.
Уже остывшие детали на ленте транспортёра скользили в сборочный отдел, где Андрей разглядел наполовину готовый «персей».
Камера заложила ещё один вираж, и на несколько мгновений он увидел неподвижные фигуры операторов силовых полей, их молодые, полные спокойной уверенности лица. Повелители огня.
- Где… - Андрей откашлялся, - Где всё это происходит?
- Авиазавод находится в Эосфоре, главной международной колонии на Венере.
Зрелище впечатляло. Но Андрей испытал лёгкий укол разочарования. Ничего особо «венерианского» в цехе не наблюдалось. Наверняка то же самое можно было увидеть и на земных заводах.
Словно прочитав его мысли, Дан небрежно предложил:
- Хочешь увидеть Венеру из космоса?
- Хочу! – вскинулся он. – Но как…
- Очень легко. Картинка с завода передаётся через наш спутник. Он, помимо прочего, ведёт и съёмку Венеры. Мы просто подключимся к его телекамере.
Андрей зачарованно наблюдал, как Дан уверенно вводит команды в компьютер, словно управлять спутниками было самым обычным делом на свете.
Экран снова мигнул, и Андрей едва сдержался, чтобы не отшатнуться, когда над ним навис гигантский золотисто-коричневый шар. Что-то ледяное сжалось в желудке. Казалось, охряная с бордовыми подпалинами бурь планета вот-вот продавит хрупкую плёнку экрана и обрушится на людей, давя и сокрушая всё на своём пути.
Боковым зрением Андрей заметил, что почти все работавшие в зале побросали дела и повернулись к экрану. Похоже, не он один впечатлился.
Поверхность Венеры не была видна. Только золотистая бурлящая атмосфера. То там, то здесь блестели непонятные белые вспышки.
- Что это такое? – спросил он, повернувшись  к Дану.
- Так выглядят из космоса молнии, Андрюша. В венерианской атмосфере молнии бьют в несколько раз чаще, чем на Земле. Почему – никто толком не знает. Физики предполагают,  это как-то связано с вулканической активностью. Придумали даже специальное название для этого явления. – Дан вдруг улыбнулся. – Очень красивое и поэтичное: «электрический дракон Венеры». Нам приходится учитывать этого «дракона», проектируя для Венеры прыгуны.
- А на Венере летают только «персеи»?
- Не только, - неохотно признал Данкевич. – Мы делим рынок с рохийскими «агилами».
Вдруг на золотой сфере планеты вспыхнула яркая рубиновая точка. И заскользила вбок, растягиваясь в линию.
- Это тоже молния?
Дан со спокойной гордостью покачал головой.
- Нет. Это стратосферный прыгун вошёл в верхние слои атмосферы. Наш «персей». Ведь так? – он повернулся к стоявшему рядом седоволосому мужчине.
Тот кивнул.
- Ежедневный рейс с Земли Иштар на маатанские рудники.
Рубиновый инверсионный след прыгуна загорался и медленно таял. А затем исчез, когда «персей» обрушился вниз, к поверхности планеты. Но перед глазами Андрея всё ещё стоял этот прямой, как по линейке проведённый карминовый штрих, уверенно перечеркнувший бури, грозы и всю ярость венерианской стихии. Словно отлитый из металла символ торжества человеческого разума…
Андрей с взволнованным просветлённым лицом смотрел на золотой шар планеты.
Дан смотрел на Андрея.
А Кора Антарова переводила взгляд с юноши на мужчину. И её губы болезненно кривились.

После инфоцентра Андрей вместе с Данкевичем и Вандой ещё около часа бродил по башне «Плазмаджета», любуясь тропической красотой оранжерей, разглядывая мозаики и фрески, так странно и гармонично сочетавшиеся с ультрасовременной  технической начинкой здания.
От новых впечатлений и ласкового внимания Дана Андрей разрумянился, но уже начал уставать. Заметив это, Дан решил, что экскурсию пора сворачивать.
- Ну что ж, Андрюша, всё самое интересное мы с тобой уже посмотрели. Почти всё. Осталось ещё одно место.
- Что за место? – заинтересовался Андрей.
- Мой кабинет, - с лукавой улыбкой ответил Дан. – Хотя, конечно, ничего особо интересного там нет. Но зато ты сможешь отдохнуть и выпить чаю.
Повернувшись к девушке, он произнёс:
- Спасибо за помощь, Ванда.
Поклонившись, девушка понятливо удалилась.
Они вступили на текучий поток скоростного эскалатора, который, закладывая спиральные виражи, вознёс их к самому куполу огромного атриума, где и находился кабинет Данкевича.
Стоя рядом с Даном, Андрей бросал на него внимательные задумчивые взгляды. Сегодня тот предстал перед ним в совершенно новом и ослепительном свете. Конечно, он и раньше знал, что Дан богат и влиятелен. Но он даже не предполагал, что настолько…
С робостью и смущением Андрей косился на Дана - владельца огромного роскошного небоскрёба, хозяина для двухсот тысяч человек, повелителя магов-сновидцев и огненных демиургов, отливающих грёзы в металл.
Сквозь сумбурные впечатления звонкой дурманящей нотой пробивалась мысль: и этот человек опустился передо мной на колени!..
Почему-то хотелось улыбаться глупой счастливой улыбкой.

Андрей ожидал увидеть в кабинете Дана ту же изысканную утончённую роскошь, к которой он уже привык в «Плазмаджете», но помещение оказалось обставлено очень просто и функционально: стол, пара кресел, мерцающий голографический экран компьютера, разноцветные кристаллы памяти. Строгую обстановку украшали несколько картин и фотографий на авиационную тему.
Тихо щёлкнул замок закрываемой Даном двери. Андрей поёжился от неожиданно нахлынувших неприятных воспоминаний. Он бросил на Дана нервозный подозрительный взгляд.
Но тот, и не думая до него домогаться, спокойно двинулся куда-то в сторону. Только сейчас Андрей заметил, что в кабинете имелась ещё одна, почти сливавшаяся со стеной дверь.
Они вошли в помещение меньше кабинета по размерам, но в отличие от него обставленное с роскошью и комфортом. Под дуновением климат-системы тихо колыхались листья цветущих растений. Посередине стоял изящный столик с чаем, вином и закусками.
- Садись, Андрюша, и угощайся, - Дан, обняв его за плечи, мягко подтолкнул вперёд.
Проголодавшемуся Андрею не пришлось повторять дважды.
Они ели, мирно и неторопливо беседуя. Дан расспрашивал его о клубных и школьных делах, о планах на будущее. Искреннее и ненавязчивое внимание Данкевича было приятно. Блин, ну хоть кто-то интересуется им не с точки зрения денежной выгоды, как Иржи Бенда или та женщина в Иркутске…
Но время шло, еда была съедена, а чай почти выпит, и Андрей начал испытывать растущее недоумение. Дан выглядел спокойным и невозмутимым, обращался с ним с той ласковой обходительностью, которую Андрей  привык видеть от него в первые дни их знакомства.  В общем, Дан вёл себя совершенно обычно, так, будто вчера между ними ничего – ну просто ничегошеньки – не произошло…
Андрей с непонимающим видом уткнулся носом в полупустую чашку. Так что же? Сейчас он допьёт чай и Дан просто-напросто выставит его за дверь? И это всё?!
Андрей хотел определённости, хотел понять, что значат вчерашние события и какие между ними теперь отношения. И хотел, ну, ещё кое-чего… Если  Дан после экскурсии по «Плазмаджету» решил  бы провести для него повторную экскурсию к «сотворению мира», то Андрей не стал бы возражать. Совсем.
Но Дан сидел смирно, улыбался ласково и даже ни разу не дотронулся до него.
Дан, конечно, давно заметил те растерянные, недоумевающие взгляды, которые бросал на него Андрей. С насмешливым сочувствием наблюдал он за ним, любуясь его порозовевшим, непривычно живым и выразительным личиком. Нет, мой милый, хотя роль агрессивного соблазнителя малолетних имеет свои прелести, но пока – хватит. И если мальчишка хочет продолжения, то ему придётся проявить хоть какую-то инициативу.
Но, похоже, всё-таки придётся его чуть-чуть подтолкнуть.
Погружённый в невесёлые мысли, Андрей  не расслышал вопрос.
- Простите, что? – вскинулся он.
И встретился взглядом с Даном.
- Я спросил, хочешь ли ты ещё чего-нибудь, Андрюша?
Речь вроде бы шла о еде и напитках, но, учитывая предыдущие размышления Андрея, вопрос прозвучал двусмысленно. Да и вид у Дана тоже был какой-то с подвохом…
Дан медленно прикусил нижнюю губу и так же медленно отпустил.
Андрей сглотнул, чувствуя внезапно разгоревшееся возбуждение.
- Если ты чего-то хочешь, тебе придётся попросить об этом, - с вкрадчивым нажимом произнёс Дан.
Андрей смотрел на него несчастными умоляющими глазами, не в силах вымолвить ни слова. Тишина в комнате сгущалась,  потрескивая копившимся электричеством.
И тут он, умирая от собственной наглости и бесстыдства, положил  руку на колено Дана.
Его рука тут же оказалась  накрыта горячей ладонью. Дан медленно, не отрывая смеющихся глаз от лица Андрея, перегнулся через стол и мягко поцеловал его в уголок губ.
Но этого лёгкого прикосновения оказалось достаточно, чтобы комната в жарком мареве закачалась перед глазами.
Дан резко поднялся на ноги и, мягко, но твёрдо обняв Андрея, перетащил его на диван. Втиснул в угол и склонился над ним, с пылкой нежностью целуя лицо, губы, горло. Андрей почувствовал, как горячая ладонь забралась к ему под рубашку, гладя его тело.
Андрей не отвечал на ласки, это ещё казалось ему немыслимым, но он терял последние остатки самообладания. Хрипло дышал и то жмурился, то широко распахивал глаза, вздрагивая и сладко ёжась от прикосновений Дана.
Это было так хорошо, что Андрей совсем забыл о своём первоначальном желании. Но Дан помнил. Он вдруг стащил его вниз, заставив лечь на диван.
Глядя ему в глаза, с шальной улыбкой положил руки на его брючный ремень. Андрей перестал дышать.  Дан неторопливо, будто смакуя каждое движение и оттенок чувства на его лице, расстегнул ему брюки. Пряжка ремня оглушительно звякнула в космической тишине.
Склонившись вниз, Дан вдруг замер и бросил на него быстрый насмешливый взгляд:
- Только за волосы больше не надо хватать. Хорошо, мой милый?
Андрей очумело затряс головой. Сил для слов просто не было.
Вначале он тянул голову вверх, пытаясь увидеть, как Дан делает это. Но шея быстро затекла, и он откинулся на валик дивана, глядя в испещрённый солнечными бликами потолок.  Его руки скользнули по тёмным густым волосам, но послушно миновали их и вцепились в плечи Дана, сминая ткань дорогого пиджака.
Он услышал собственный невольный стон. Потолок раскачивался, гипнотически мерцая золотыми отблесками. Андрей взлетал всё выше и выше. Казалось, ещё чуть-чуть и он опрокинется в этот перевёрнутый золотистый океан и растворится в нём.
Его тело изогнулось в сладкой судороге, и Дан с трудом удержал его.
Андрей ещё не успел прийти в себя после оргазма, когда почувствовал прикосновение губ Дана к своему лицу. Он ответил на поцелуй, разделив незнакомый горьковатый привкус.
Свернувшись на диване клубком, Андрей пытался восстановить дыхание и вернуть потерянный разум. Последнее удавалось плохо.
Наконец он, сделав усилие, принял вертикальное положение и взглянул на Дана. Тот стоял у стола, вытирая руки салфеткой. Увидев, что Андрей смотрит на него, Дан улыбнулся.
- Спасибо, - откашлявшись, выдохнул Андрей.
- Неужели только спасибо, Андрюша?
Андрей недоумённо воззрился на Дана, который, присев на стол, наблюдал за ним. Он явно чего-то ждал от него. Но вот чего?
Вдруг в сознании забрезжило смутное понимание. Дан ублажил его вчера и сегодня, но сам-то Данкевич… Нет! Он не может сделать для него это!
Андрей испуганно покосился на дверь. Лицо Дана потемнело.
- Уходи, если хочешь, - резко бросил он.
- Нет-нет, Мстислав Александрович! Я не хочу уходить! - запинаясь, выговорил Андрей.
Он чувствовал себя ужасно. Весь послеоргазменный хмель как рукой сняло. Врождённое чувство справедливости говорило ему, что Дан прав в своих ожиданиях. Но он не может этого сделать! Просто не может!
- Я… я не могу… - выдавил Андрей. Но вдруг ему в голову пришла спасительная идея. – Я рукой могу, если хотите…
- Рукой? – Дан на мгновение задумался и милостиво согласился. – Ну давай рукой.
Прислонившись к краю стола, он с нарочитой неспешностью расстегнул пиджак и откинул полы назад.
Чувствуя нереальность происходящего, Андрей встал и будто во сне приблизился к Дану. Словно со стороны увидел свои руки на пряжке его ремня. Холодное прикосновение металла вместо того, чтобы отрезвить, возбудило неожиданно и остро.
«Да что же я делаю?» - шепнули остатки разума. Он замер и посмотрел Дану в лицо.
Карий взгляд Дана плавился от желания, будто тёмная смола на солнце. Андрей понял, что в интересах не только абстрактной справедливости, но и его же собственной безопасности ублажить Дана.
Его пальцы, сжав язычок молнии, скользнули вниз.
Андрей застыл.
- Больше, чем у тебя, но не такой красивый, - нарушил его оглушённое молчание Дан.
- П-почему же… п-по-моему, очень красивый, - слегка заикаясь, вступился Андрей.
- Да? Ну тогда коснись его, - хрипло выдохнул Дан.
Не дожидаясь реакции Андрея, сгрёб его в охапку, притянул к себе, и, схватив за запястье, возложил его испуганно растопыренную ладонь на законное место.
- Сделай это, мой милый, пожалуйста, - жарко прошептал ему в ухо Дан. – Никогда не поверю, что ты с собой такого не проделывал.
Андрей проделывал… Жмурясь и глядя из-под ресниц, чтобы не было так страшно, он водил рукой по плоти Дана, всё убыстряя движения и почему-то возбуждаясь сам.
Дан прижимал его к себе и тяжело дышал. Вдруг он вскрикнул и, до боли стиснув рёбра Андрея, кончил.
- Ковёр испортился, - брякнул Андрей.
- Не испортился, - фыркнул в ответ Дан, приводя себя в порядок. – Это лучшее, что могло случиться с ним в жизни.
Дан опустился в кресло и, налив себе вина, выпил его как воду.
- Подойди ко мне, Андрюша, - мягко попросил он.
Андрей нерешительно приблизился. Дан схватил его за руку и дёрнул на себя. Андрей упал ему на колени, оказавшись в крепких объятиях.
- Ну-ну, мой милый, всё хорошо, - прошептал Дан, целуя его в висок и пресекая попытки вырваться.
Андрей затих. Было стыдно и сладко. Он не знал, куда деть руки и, как первоклассник, сложил их на коленях. Дан медленно целовал его и осторожно, словно ребёнка, гладил по спине.
Расслабившись, он наконец решился прижаться к груди Дана. От ласковых прикосновения накатывала томительная нега. С Даном хорошо. Дан не причинит ему вреда. Наоборот, защитит от всего. С Даном бояться надо только Дана. Да и это совсем необязательно, если не зарываться…
- Мстислав Александрович, - тихо позвал Андрей.
- Что, Андрюша? - сразу откликнулся Дан. Он чувствовал его губы на своём виске.
- Вы мне нравитесь.
- Ты мне тоже очень нравишься, мой милый.
Андрей не мог видеть лица Дана, но, кажется, тот улыбался.
- И мне понравилось то, что мы делали, но… - он замолк.
- Но?..
- Но я не девушка, - выдохнул Андрей.
- Я это заметил, - негромко рассмеялся Дан, не переставая его целовать.
Но Андрей продолжал упрямо гнуть свою линию.
- Я не девушка. Я… я не могу быть с вами так, как вы, наверное, хотите. Этого не будет, - тихо, но твёрдо закончил он.
- Не волнуйся, Андрюша. Я не буду настойчивым. Я дам тебе время.
- Время? – Андрей оторвался от груди Дана и сердито взглянул ему в лицо. – Вы меня не поняли…
- Я всё понял, мой милый, - ответил Дан, снова притягивая его к себе и закрывая рот поцелуем.
Андрей расслабился, подчиняясь. Они разрешат это маленькое недоразумение потом. А сейчас… Сейчас так божественно сладко было чувствовать сильные объятия Дана, его нежный уверенный поцелуй, вдыхать исходивший от него непонятный и тёплый смолисто-кофейный запах.
«Вот он – твой собственный человек», - прошептал кто-то невидимый, скрытый глубоко в душе.
И Андрей вдруг обнял Дана в ответ.


Рецензии
отлично описан "Плазмаджет" и полеты,неожиданно для девушки-автора=))

стесняшка Андрюша=))+"стальной" Дан = завораживающее чтиво=))вроде бы и банально,но красиво описано=))и,опять же, ловлю себя на мысли:а не мужчиной ли это надиктовано?

Юлия,мой вам респект=))и за орфографию - отдельно!


Эл Тиг   21.10.2013 20:13     Заявить о нарушении
Эл Тиг, рада, что глава показалась вам интересной. Но пытаться снисходительно похлопать по плечу "девушку-автора" не стоило. Качество текста от пола не зависит.

Юлия Андреева 3   22.10.2013 00:45   Заявить о нарушении
Юленька,это не снисхождение! ни в коем разе=)) это своего рода восхищение=))

Эл Тиг   22.10.2013 08:03   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.