Жданные

Цикл "Заотнё". Новелла третья. Предыдущая: http://www.proza.ru/2011/11/17/1375

*** 

   Август хорош, зноя уже нет и не зябко пока. Митька и бабушка с раннего утра в лесу. Он ломает губки. Грибы то есть. За ними приходится бегать. Она собирает с кустов чернику да голубель. Тучи комаров и мошки гудят над ними, лезут в глаза, кусают. Внук сломал ветку с листочками,  отбивается от гнуса.  А  бабуля терпит. Жалко её стало:  - Баушка, пошто не хлопашь кровопивцев-то?

   Разогнула с трудом спину, улыбнулась: - Божьи они создания, любушка, не спроста дадены на бел свет. А руды от мя не убудёт, быват, не всю высуслят-то.

    Солнце повернуло на запад. Возвращаются по едва заметной тропинке с полными лукошками. У родника присели на резную скамейку, из берёзового туеска напились ключевой воды. Комары и здесь их нашли. Вспомнил Митька ответ бабули, не совсем он его понял, потому и спросил: - А зачем, баушка, люди живут на свете белом, нужны зачем?

   Пожевала губами, задумалась:  – Бат, свет добрый белу свету и добавить?  Ежели жил кто светло, то и другим от ево светлее было. Темень убиват день-то. Так и люди некоторы мраком своим заливают свет сушший. Для нужности и живём, белеюшко. Другим людям, свету белому.

     - А где ж тот свет, баушка? Не видел я светлых людей. Аль это белобрысые?

   - Нет,  дитятко, светлыми и чёрные руженьём могут быть. В душе свет тот. Лишь сведушши видят ево у кажного снаружи.

    - А у меня он есть?

   - Ох и порато богато, Нежданко! Сияшь весь, как самовар на печи.

    - А пошто меня так называете с мамой, Митькой меня кличут ведь все?

    - Большой ты уж парух-от, восемь лет. Быват, и поймёшь. Слушай тогда.
Иванушко - тата твой, младшой у мя. Трёх сыночков сподобил осподь родить. Двух девчушек ишо махонькими робёночками невея прибрала.  Всяко живали. Хозяин мой  -  твой деда Василий, громкий был. Партейный, всё в начальниках - то бригадир, то десятник. Детки в меня пошли, тихие, молтяжливые. А уж роботашшие, да дружные, один за другово. Младшенького любили без меры, он за ними, как нитка за иголками так и вился.

   Подросли, значит. Старший – Петечка, в армии отслужил, да и остался там сверх срока.  Лёня - средний, порато тракторы любил да железки всякие. От колхоза послали ево на учение в село, на курсы. Вернулся, в колхозе робил. А твой тата четыре класса закончил да в лесы со свояком подался. Охота для нево пушше неволи. Добычливый, страх.

   Оженились старшие, по ребоночку завели. Иванушко тоже привёл из дальней деревни девицу. В сельсовети записались, свадьбу ладили осенью играть. ...А чрез неделю война проклятушша началась.

    Васю мово в первый год на оборонны работы под Москву взяли. С неба бомба побила сердешного. Схоронили ево в могиле братской.  На второй год похоронка на Лёню пришла, чрез год на Петю, в последний на Ивана. А ишо в блокади умёрли семеюшка Пети и сынок евонный, дочка Лёни тож скончалась от болезни какой-то.

  Море слёз выплакала . А ишо и робить нать. Ночью реву, днём в назёми копаюсь да к Богу обрашаюсь: «За што мне тако горе? Сыночки мои, детки их чисто анделы. Бат, на небе таки и нужны? Ждут их там?».

    Закончилась война. Все Велику Верьхову празнуют, я пабеды свои оплакиваю. Вою в избе-то.   Да вдруг стук поблазнился. И ишо. Выскочила в сени….А там Иванушко!  Живой! На костылях только. Сомлела, пала, не поверила глазам своим. А уж открыла в избе-то, да родной дух втянула, дак уж и омалталась. Из гошпителя он, попал туда пришибленный да израненный. В себя пришёл, отпустили ево. Уж наплакались мы с им по родным своим. Потом уж спросил о жене своей. Не писала она ему ничего. Деток они не успели завести, в город она уехала, там и осталась. Бают деревенски, што валявкой стала, с асеями будто гулят. Ну да Бог с ней.

    Пожил Иванушко несколько месяцев, на ноги встал и в лесы подался. А потом и на острова полярные укатил.
 
     Марьюшка - матенка твоя, рядом росла. Девчушкой всё на Иванушку в окна выглядывала. А в войну-то потпоршицей мне была: за водой, дровами, в лавку, когда там бросали чего ли, всё она. Полюбила её, как дочку. Дал всё же Бог-то чрез неё. И так уж мне захотелось Ивана с ней свести.  Когда он с войны вернулся жила она в няньках в деревне дальней, не свиделись они тогда. А как Иванушко уехал, так и отпустили её. В письмах-то ему об ей всё намекала да нахваливала. А он в ответ шутил, мол лучше тебя мама женшин всё равно не быват.

   Приехал сынок на побывку чрез два года. В избу походит, Марьюшка ему навстречу - гостевала у меня. Сыночек взглянул только в глаза ей, так и вещи из рук выронил. Уж така любовь меж има проскочила. Беда!  Уревеласся глядючи на них. От радости тоже плачут.

  Поженились они. Деток бы. Да не могла Марьюшка родить: сено зимой везла по реке и под  лёд провалилась, насилу спасли. Застудила она женски дела порато. Доктор так и сказал: «бездетна будешь деффка».
     Иванушке она сразу же призналась в этом, посретник я. Он глазама сверкнул и ответил: «Люба ты мне Марьюшка всяка. Была бы коса иль крива всё равно душу твою и тебя всю любил бы. А нема деток, дак что ж, проживём без их».

     Стали они жить. Я нарадоваться не могу. Истовённо образа лучисты. Отец твой молчун, слова лишнего не услышишь, а как взглянет на Марьюшку так слов-то и не нать. Светиться весь. Самый ярый свет этот и есть.

     Прожили они так пять годков. Приснился мне как-то дедушко леший - тот, што голопка дарил.  Улыбнулся хитро и бает: «Готовь зыбку Степанида».
 
     Позабыла сон. Да как-то смотрю: Марьюшка на капусту солёну и рыбу кислу налегат. Раньше не ела она это.  Спросила её. …И заголосили мы обе. От радости великой.

    Выносила она. Родился ты - нежданный для нас, потому и Нежданко. Быват, отмолили тя деда Вася, дядья твои и други ближники небесные у Бога? За них, знать, и живешь всех. А уж Митяем назвали по имени таты мамы твоей.   

    Бабушка вытерла уголком платка слёзы и ласково улыбнулась:
    - Больно добро побаяли, светлеюшко. Походим к дому. Жданные мы ноньче-то.

 
 
 
 
Слова забытого русского языка, названого поморским диалектом, использованные в новелле и их значения.

Заотнё - отцово наследство
Руда – кровь
Быват, бат  - может быть
Высуслят – высосут
Сушший - сущий
Белеюшко - светлый человек
Руженьё- облик, наружность
Сведушши – сведующие, знатливые, ведуны, преемники волхвов
Порато – очень
Парух – парень
Невея – смерть
Молтяжливой – молчаливый
Семеюшка, семея – жена, супруга
Назём - навоз
Верьхова - победа
ПАбеда – неудача, горе
Поблазнилссе – послышался
Омалталлассе- опомнилась, пришла в себя
Бают – говорят
Валяффка – гулящая
Асей – иностранный моряк
Потпорщица – помощница
Посретник – свидетель
Истовённо - в точности
Леший – лесной
Голопок – щепная птица счастья, символ Святого Духа у поморов
Ближники – родные, родня
Зыбка - детская люлька, подвешиваемая за кольцо в потолке
Больно добро – очень хорошо.


Продолжение цикла - http://www.proza.ru/2011/12/10/1378


Рецензии
Чтобы мне не пришлось говорить почти все то, что Вам написали другие рецензенты, а Вам не пришлось повторяться в ответах, скажу только одно - очень рада встрече с Вами - как будто в лесу побывала и из родника напилась.

Спасибо Вам, Александр, большое.

С глубоким почтением, Лариса.

Лариса Хомутская   03.10.2014 10:12     Заявить о нарушении
Лариса, душевно благодарю!

Александр Чашев   03.10.2014 23:14   Заявить о нарушении
На это произведение написано 27 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.