Кадавр

    Весна бурными потоками волновалась не только в ручьях, стремящихся пробить себе дорожки в сером лежалом снегу. Жажда любви бушевала во всём, особенно в молодых, напичканных тестостероном, организмах юношей. Вот и Серёженька Муравьёв влюбился сходу. Острой стрелой проказничавшего Амура парень был сражён окончательно и бесповоротно. Шустрые солнечные зайчики отскакивали и переливались от её модной коротенькой курточки, расшитой пайетками. Ласковый утренний ветерок нежно перебирал длинные рыжие кудри незнакомки. А её раскосые зелёные глаза призывно смотрели на Сергея, одуревшего от такой красоты. 
 
     С девушками ему не везло. Пухлый и розовощёкий Серёжа всегда оставался для них только хорошим товарищем. Ни в школе, ни в институте женская часть коллектива не воспринимала его, как объект противоположного пола, частенько посвящала в перипетии неудавшейся личной жизни и любила поплакаться в жилетку. На курсе за ним прочно закрепилось прозвище Апостол – по ассоциации с известным по школьной программе декабристом. А так же с юридическим термином, обозначавшим устаревшее название апелляции, по которой спорное дело решалось в высшей инстанции. Не зря же он учился на кафедре международного частного и гражданского права юридического факультета в одном из престижных институтов столицы.

Однако решение чужих проблем совсем не помогало ему справляться с собственными комплексами. Так и добрался он до двадцати трёх лет девственником. Учёба подходила к концу. На горизонте чётко просматривался блистательно защищённый диплом и стажировка в известнейшей французской юридической фирме. Они выбрали его, как перспективного молодого специалиста.

     Его любовь, приехавшая из маленького заброшенного посёлка под Москвой, закончила восемь классов сельской школы. Она обладала высоким сексуальным потенциалом и заоблачными амбициями. Антонина – иначе она просила себя не называть, в селе надоело навязшее на зубах Тонька, мечтала захомутать богатого лопуха. Быстро обобрать его и выписать из посёлка своего непутёвого любовника Пашку, имевшего уже одну ходку по малолетке.

     Первый сексуальный опыт сделал Серёженьку необычайно решительным. Он отмахнулся от плача и стенаний матери, угроз отца о лишении банковской карты и других денежных вливаний и, перелетая на крыльях любви через широко разлившиеся весенние лужи, через неделю устремился с возлюбленной к районному отделению ЗАГСа. Их расписали в тот же день благодаря протекции одной из сокурсниц, вечно плакавшей на его груди.  Мать билась в истерике, отец делал вид, что не замечает ни сына, ни блиставшей вульгарной красотой невестки. Молодые поселились на подмосковной даче, отдельно от непримиримо настроенных родителей.

     В сексуальных тренировках и подготовке к диплому стрижом пролетели весенние месяцы. Защитившись, Сергей с тоской ожидал отъезда в Париж. Он не представлял и дня без жарких и искусных ласк любимой Антонины. Жена могла приехать к нему только по истечении полугода стажировки, согласно контракту, заключённому им ранее. Только когда подписывался документ, так безжалостно разбивавший сердце пленённого любовью юноши, его эта графа не интересовала. Ведь он и представить не мог, что судьба выкинет такое коленце и подкинет ему счастье с грудью третьего размера и фигуркой манекенщицы. Опьянённый страстью, он не замечал цинизма, невоспитанности и алчности молодой жены.

     ***

     Из аэропорта Шарля Де Голля на экспрессе Серёжа добрался до центра города, затем нанял такси, которое доставило его к офису компании. Уладив все вопросы, он получил ключи от небольшой квартирки, расположенной в двух кварталах от офиса. Свободным оставался целый вечер дня прибытия, поэтому Сергей решил закинуть вещи в новую одинокую обитель и отправиться побродить по летнему Парижу. Он побывал на острове Сите и восхищался Собором Парижской Богоматери, прошёлся по Елисейским Полям, а к вечеру забрёл в Латинский квартал. Усталый юноша шагал по узкой улочке, не испытывая никакого желания общаться с кем-либо. Он мечтал, чтобы любимая оказалась рядом с ним. Вот тогда, заливаясь соловьём, он бы рассказал ей историю Франции, её обычаи и нравы.

     Он сам не мог вспомнить что именно, но ведь что-то заинтересовало его в витрине окна небольшого книжного магазинчика. Дверной колокольчик приветливо зазвенел, когда открыв дверь, Сергей шагнул через порог. За небольшим прилавком никого не было. Юноша пошёл вдоль стеллажей с книгами, рассматривая корешки обложек. Все они, по большому счёту, в основном были по оккультизму, хиромантии и всевозможным способам гадания. Серёженька, воспитанный родителями с чётким представлением о христианских заповедях, считал всю эту чушь грехом, поэтому не верил во всякие оккультные штучки.

Сзади послышался лёгкий шорох. Обернувшись, он увидел пожилого мужчину, пристально смотревшего на него. Сергей поздоровался и торопливо объяснил, что он просто зашёл посмотреть и ничего покупать не будет, потому что, по его мнению, гадание – это просто обман доверчивых простофиль. Старик иронично приподнял кустистую бровь и предложил ему сначала попробовать, а потом судить. Сам не понимая отчего, разгорячившийся Сергей решительно протянул ему руку. Старикашка крепко схватил её и близко поднёс к лицу. Внимательно всматриваясь в переплетение линий на ладони, он начал хмуриться и кряхтеть, косо поглядывая на Сергея. Потом решительно качнул седой лохматой головой и сказал тихо: «Сadavre». Сергей удивлённо уставился на него. Он что, смерть ему нагадал? Юноша только собрался открыть рот, чтобы расспросить старого чудака подробнее. Но тот замахал руками, показывая, что магазинчик закрывается, и ему надо спешно покинуть его.

***

     Сообщение об исчезновении отца заставило Сергея прервать стажировку и срочно вернуться в Москву. Мать не находила себе места от горя и неизвестности. Все застарелые болезни с особым ожесточением накинулись и терзали её ослабевшее от слёз тело. Не справившись с навалившимся на неё испытанием, она умерла от инфаркта через неделю после его возвращения. Только любимая жена казалась всем довольной. Ещё бы, ведь теперь препятствий к вожделенным деньгам не осталось. Сергей чувствовал себя потерянным. Только одно помогло справиться ему с отчаяньем и болью: Антонина ждала ребёнка.

     Прошли положенные месяцы срока беременности. Под Новый год у них родился мальчик, и Сергей, не ожидавший от себя такой твёрдости, вопреки желанию жены назвал сына Алексеем. В честь пропавшего полгода назад отца, которого так и не нашли. Уголовное дело, заведённое по его исчезновению, грозило стать одним из висяков.

     Тот Новый год они отмечали на даче. Компания подобралась даже слишком весёлая. Неприятные Сергею развязные девицы с молодчиками подозрительного бандитского вида – все, как один, знакомые жены. Его друзей она в доме не выносила. Антонину выписали из роддома без ребёнка. Неонатологу не нравились анализы малыша. И жена предавалась безудержному разгулу, вливая в себя коктейли с мартини и водкой и смоля сигареты. На неё не действовали увещевания Сергея, что она должна будет кормить сына. К слову, любящая его девушка, вдруг куда-то исчезла, и Сергей с ужасом осознал, что делит жизнь со склочной и жадной до денег хищницей.

     Тогда он первый раз и увидел нечто странное. Сначала Сергею показалось, что кто-то заглянул в окно. Он вышел из пропахшего едой, табаком, водкой и разгорячёнными телами дома на заснеженный участок, но тот был пуст. Ему ещё не раз до утра чудилось, что с той стороны на улице некто наблюдает за безобразной попойкой, происходившей в доме. Сергей, сам не пивший совершенно, тяготился пошлой компанией. К утру гости, наконец, устали и разъехались, оставив хозяев в одиночестве. Сергей уложил спать в усмерть пьяную жену и начал уборку. И каждый раз, проходя мимо окон, ему мерещилось неясное присутствие и движение за ними.

     У малыша врачи обнаружили врождённый порок сердца. Для операции потребовалась донорская кровь редкой четвёртой группы с отрицательным резусом. Сергей испытал шок. Из уроков анатомии в школе он твёрдо помнил, что у родителей с первой и второй группами крови никак не может родиться дитя с четвёртой группой. Это значило, что сын не его? Сколько ещё секретов скрывала от него Антонина?

     Ощущение чужого присутствия усиливалось с каждым днём. Теперь силуэт  мелькал не только в стёклах, но и в зеркалах, и других полированных поверхностях. Он возникал неожиданно, и от раза к разу изображение становилось чётче, и в нём просматривались неуловимо знакомые черты. А Сергею ни с того, ни с сего вспомнился старичок – француз, что в книжной лавчонке увидел в линиях его ладони мертвеца. Он полез в интернет, чтобы больше узнать, что могло означать короткое предсказание. Вот действительно: век живи, век учись. При неплохом знании французского языка, только тогда он узнал, что одно из значений слова кадавр – скрываемый грех, аналогичное нашему выражению «скелет в шкафу».

***

     Малышу сделали операцию. Состояние ребёнка врачи оценивали, как критическое. Только вот Антонину это абсолютно не волновало. Чем она занималась целыми днями, он не знал. Но то, что не просиживала в больнице рядом с сыном – это точно. Сергей решился на слежку за женой и нанял частного детектива. Тот установил в доме скрытые камеры и жучки для прослушки.

     Через неделю, расплатившись и получив отчёт на руки, он сидел в машине и не знал, как жить дальше. Его некогда любимая жена Антонина планировала снять все деньги с их общего счёта и вместе с поселковым хахалем, бывшим уголовником, уехать из страны. Конечно, больной ребёнок в далеко шагавшие планы криминальной парочки не входил. В постельных разговорах любовники радовались, что убийство его отца, тело которого они закопали на садовом участке их загородного дома, так и не раскрыли. А Антонина даже не попала под подозрение. Отец, чувствовавший, что шустрая девица, так быстро окрутившая его сына – аферистка, поехал поздним вечером на дачу, чтобы посмотреть, чем занимается новоявленная невестка в отсутствии молодого супруга. И застал голубков прямо в постели, где те предавались безудержному сексу.

***

     Следственная группа откопала останки отца, и после судебно-медицинской экспертизы их отдали Сергею для захоронения. Он похоронил отца рядом с матерью на Ваганьковском кладбищё. Антонину с подельником осудили на пятнадцать лет. Маленький Алёшенька поправился после операции, и врачи больше не опасаются за его здоровье. А кадавра не стало. Больше никакие силуэты и призрачные фигуры не преследовали Сергея.


      


Рецензии
Человечество со времен античных, ничуть не изменилось...

Все те же страсти, все те же скелеты...

Андрей Бухаров   17.03.2014 18:53     Заявить о нарушении
Вы абсолютно правы, Андрей. Спасибо за отзыв. С уважением, Елена.

Елена Хисамова   17.03.2014 20:26   Заявить о нарушении
На это произведение написано 20 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.