В поиске истины. Иней

Иней.
Случается, что в душу закрадывается одиночество. Жаль, что его трудно изгнать. Так было и в один из дней октября. Как избавиться от этого скверного чувства? Я не знаю. Не хочу никуда идти и думать, что на самом деле все хорошо, тоже. Хочется поглубже зарыться в норку из одеял и тихо умереть. Сегодня родители и сестра уехали рано,  и обычно я радуюсь свободным минутам. Можно поваляться подольше, смотреть любимые фильмы и мечтать. Можно петь, намыливая посуду. Можно разгуливать,  в чем мать родила  по комнатам или примерять одежду. Можно читать вслух разными голосами.  Этих самых «можно» очень много. Возможно у меня депрессия? Я подхожу к зеркалу и смотрю на свое отражение. Точно знаю, что это лучший способ испортить настроение. Смотрю долго. Выискивая и запоминая каждый изъян.  Моя проблемная кожа, нечесаная голова, заспанные глаза – все это запечалиться на весь день. Я почувствовала странное удовольствие. Горькое, которое нарастает как снежный ком и, превращаясь в лавину, сметает остатки самолюбия. Горечь ощущается на языке, ледяным слизнем проходиться по внутренностям и погружает меня в омерзительную субстанцию полностью. Не остается ничего, что могло уверить меня в моем счастье. На его место приходит одиночество.  Я погружаюсь все глубже и глубже и уже не могу открыть глаза, боясь увидеть собственное одиночество без прикрас воображения. Глаза придется открыть когда-нибудь. Почему не сейчас?  Я смотрю на себя настоящую, уязвленную и беззащитную. Горечь эйфорией опрокидывает меня, и я лечу сквозь сон, в который раз. Вдох…  Я иду по укрытой  инеем земле. Он покрывает деревья плетеным кружевом, оставляет белесые  следы  на заборах и бревенчатых стенах домов. Я в деревне. В столь ранний час людей нет. Из печных труб дым уходит в обложенное белыми тучами небо. Деревня маленькая, домов в пятнадцать. Впервые, оказавшись здесь,  я вижу так много. Может быть, чем чаще я попадаю сюда, тем лучше приспосабливаются органы чувств? Во всяком случае, я перестала думать, что некоторые части моего тела отсутствуют. И была здесь целиком. Довольно сносная дорога  огибает деревню и резко уходить вниз. Значит, деревня стоит на холме или холмах. Чувствую запах блинов. Притянутая благоуханием я оказываюсь в доме рядом с печкой, пышущей жаром так, что заслонка напоминает огненный цветок.
Пышная женщина, вполне соответствующая своему занятию, достает из печи блины. Блины были небольшого размера. Хозяйка осторожно разрезала первый блин на четыре части и понесла одну в дальний угол избы. То же самой она сделала и с остальными. Похоже какой-то ритуал. Я вспоминаю, что нахожусь в другом времени. До сих пор остается загадкой, каким образом я попадаю сюда. Это точно мое больное воображение. Но я не могу вообразить то, чего не знаю. Жар от печи глубоко проникает под кожу, чувствую, вот-вот растаю. Не успела я насладиться теплом, выжигающим мое плохое настроение напрочь, как меня опять куда-то кидает.  Перемещение на этот раз вышло болезненным, перед глазами бешено вращалось небо. Мимо меня, лежащей на земле совершалось какое-то шествие. Толпа разряженных людей шлa в сторону «богатой»  избы. Там был большой хлев и резные наличники на окнах. Впереди шли мужчины, с повязанными полотенцами, вышитыми узорами. Позади всей процессии бежал в припрыжку лопоухий мальчишка и радостно выкрикивал: «Придёт Покров, девке голову покроет». Его шапка съезжала на лоб, но он продолжал с упорством тура бежать вперед. Пока я думала встать мне или еще полежать, то оказалась лежащей в сенях избы. Прошла в светлицу. Во главе стола сидели парень и девушка. Девушка с длинными русыми волосами.  Я ее видела. Конечно, эта та самая девица, что прыгала через огонь в ночь на Ивана Купалу. А это, стало быть, тот самый парень. Что ж, похоже, это сватовство. Я улыбнулась. И почувствовала грусть. Она была светлой, я уже кое-что поняла, как меня опять куда-то потянуло. Сумерки. Я чувствую, как морозный воздух прокатывается по легким. Вижу силуэт девушку, она выбегает за околицу. Слышу размеренное дыхание, вижу глубину ее синих глаз. Девушка остановилась, огляделась. Вздохнула. И поклонившись до земли, произнесла: «Покрой, Сварог, Мать Сыру Землю снежком, а меня женишком!» - она говорила это таким торжественным тоном, что мне захотелось смеяться. И я засмеялась заливистым смехом. Громко. Девушка огляделась, будто и в правду заметила мое присутствие. Резко встряхнула головой и убежала. А я все смеялась. Смех становился все громче, а воздуха оставалась все меньше. По щекам побежали злые слезы, вперемешку с отчаяньем. Я стала задыхаться, захлебываясь ими. Вдох. Я лежу все там же за околицей и смотрю, как звезды погасают, их укутывают облака, небо становиться блекло-серым. Облака становятся ближе и падают первым снегом на мои ресницы. Огромные белые пчелы садиться на руки, голову, губы. Я пробую их на вкус. Они мокрые, но не соленые. Чувствую, как губы растягиваются в улыбке. Наблюдаю, как снежные хлопья кружатся в воздухе, в медленном танце оседают на землю. Девушка надеялась, что так и будет. Так волшебно и красиво. Холодно. Снег быстро покрыл лицо , и  почему-то не растаял. Остался лежать мягким покрывалом. Я и снег. И нет одиночества.  Выдох…               
Вижу глаза в зеркале. Они мои, но в тоже время какие-то другие. Яркие, счастливые. Пойду, умоюсь. Оденусь и пойду. Мои тяжелые зимние сапоги оставляют следы на инее, укрывшем землю сизой  простыней.
Иду дальше и останавливаюсь посреди поля. Длинные желтые стебли трав покрыты бахромой инея. Он скоро растает, но земля надеется, что выпадет первый снег и согреет ее до весны. Сказать или нет. Я молчу. И улыбнувшись, иду обратно. Одиночество придумал какой-то злой гений. Его нет. И никакие поверья, и ритуалы не помогут узнать это. Мой первый след у калитки перечеркнут чужим. Пускай и у него будет теперь надежда. Зайду я в дом. Сделаю себе любимый какао в большой красной кружке. Помою голову, чтобы не пугать свое отражение. Включу комедию «Марли и я», хоть и не особо люблю животных. Скоро приедет семья, будем смотреть его вместе.
 Ночью пошел снег, что очень необычно в начале октября. Утром тонкий, как пуховый платок, настил покрыл землю. Деревья покачивали белыми веточками, приветствую зиму. У меня появилась надежда, что одиночество ушло навсегда. Потому что мы сами придумываем день, который проживем, людей рядом с нами, каждый год будущей жизни. Древние надеялись, что если снег кроет землю в Покров, то обязательно войдет в каждый дом благодать. Что ж буду надеяться.
 


Рецензии
Атмосферно и колоритно...
Хорошо пишите!

Саша Кметт   18.04.2012 07:53     Заявить о нарушении
Спасибо. :-)

Мария Грачева   18.04.2012 11:38   Заявить о нарушении