Если ты захочешь?

Елена Юковская
               

      Солнце весело заглядывает в высокие стрельчатые окна собора. Лучами золотит  большой деревянный крест, повешенный в простенке между ними. Крест изготовлен из древесины, многие годы пролежавшей в воде, и ее фактура неровными наплывами застыла на века. Искусный резчик лишь распилил бревно вдоль и отполировал поверхность, покрыл лаком. Древесина покорежена, искажена  судорогами  боли и напоминает душу человеческую, исковерканную грехом. Крест пуст и осознание этого факта, что  Спаситель умер на нем и воскрес, наполняет меня неземной радостью. Я слушаю слова проповедника. Он на примере истории из Нового Завета, рассказывающей, как ученики вместе с Иисусом плыли через море Галилейское, а учитель спал на носу лодки, и в это время налетел ветер и начался шторм.  Лодка начала зачерпывать бортами воду. Перепуганные ученики разбудили учителя, и Он, проснувшись, запретил ветру дуть, и море успокоилось. Пастор доносит до нас - слушателей мысль, что даже, если мы не видим Иисуса или нам кажется, что Он спит, всегда должны помнить, что Бог обещал нас не оставить и  Духом своим быть рядом с нами во всех наших странствиях по житейскому морю.
Внутри меня дух ликует, душа радуется, и даже тело не выдерживает, и губы сами собой расплываются в улыбке. Я сижу и  улыбаюсь.  Проповедник начинает поглядывать в мою сторону, и видимо не понимает, что такое веселое он говорит. А я от блаженства, истекающего из моего сердца, закрываю глаза и вижу…. океан.
Нет!… Я не стою на берегу, и не нахожусь в лодке - я плыву. Вода, как заботливая мать держит меня на руках, волны проходят одна за другой в равномерном своем беге, качают меня словно дитя в люльке. Вокруг никого. Я и океан. От радости начинаю резвиться в воде, изображая из себя дельфина. Выпрыгиваю корпусом немного вверх и плашмя падаю вниз, разбрызгивая вокруг себя миллионы хрустальных шариков- радужных брызг.
Вдруг внутри себя слышу Голос:
- Дитя мое! Опусти лицо в воду.
Я и раньше слышала этот голос, поэтому он меня не пугает, а вызывает трепетное почтение, желание слышать Его и слушаться, но здравый смысл говорит:
- Я не могу так сделать, я не умею задерживать дыхание, я не умею нырять!
- Погрузи лицо в воду! Она не причинит тебе вреда.
Я переворачиваюсь в воде и ложусь на нее плашмя, опускаю голову в воду. И, о,.. чудо! Я дышу так же ровно и спокойно, как дышала до этого воздухом.
Восторг переполняет все мое существо. Я уже плыву не по поверхности, а ныряю и плыву под водой. Солнечные лучи принизывают толщу воды, играют рассеянными бликами вокруг.
- Смотри!... Я покажу тебе прекрасное и недоступное, - продолжает говорить ко мне Голос.
И в этот момент я замечаю там, где-то на дне, до которого толи рукой достать можно, толи многие сотни метров или даже километров – груды жемчуга.
Громадные кучи, как пирамиды в Египте насыпанные из жемчужин разной величины.
Одни - огромные в диаметре больше пяти- шести метров. Другие - совсем крошечные, величиной с горошинку. Все эти сокровища переливаются  матовым перламутровым блеском в лучах, проникающего сюда  света.
У меня от этого захватывающего зрелища перехватило дыхание, и я прошептала:
- Ты из таких жемчужин сделал ворота в Небесном граде? Это твои сокровища?
- Если ты захочешь и приклонишь свое сердце, чтобы быть внимательной к Слову,  будешь искать Меня, как ищут хлеба, то получишь великую награду. Открой свои уста, и я наполню их.
- Конечно, хочу! Закричала я громко и…… открыла глаза.
Солнечные блики, по-прежнему, зайчиками скачут по окружающим  предметам. Я по-новому смотрю на это. Вот они достали руками-лучами висящую на стене, вырезанную из дерева мою любимую картину. Она изображает  Иисуса, стоящего на крыльце дома, увитого виноградной лозой, и рукой стучащего в дверь. В его позе есть некая напряженность, как будто он прислушивается к тому, что происходит там внутри.
Я тихо говорю:
- Господи! Ты постучался когда-то в дверь моего сердца, и я впустила тебя только в «прихожую». Но Ты проявлял столько любви и терпения, что мне со временем захотелось, чтобы ты жил во всех помещениях моего духовного дома. А сейчас прошу тебя, возьми ключи от него и Ты будь хозяином.
Радость уступила место благоговейному трепету перед Его личностью.
- Давайте все встанем и споем псалом,- сказал пастор.
Зазвучали аккорды оргАна и мы прихожане дружно запели:

Ах, не имеет царство Божье
Цены в глазах мирских людей!
Они проводят время праздно
За насыщением страстей,
В заботах века суеты
От Бога сердцем отошли.
Там пир для нас уже устроен
И брачный вечер в небесах,
Святые явства уж готовы,
Через Иисуса, Господа.
Наверно есть мечта у всех
На брачном пире с Другом сесть.
Но есть препятствия у многих,
Кто хочет осмотреть поля,
Кто занят домом и семьею,
Кто должен испытать вола.
У всех заботы вдруг свои,
И нет желания прийти.
Одумайтесь, пока не поздно,
Пока святой звучит призыв!
Спасение еще возможно,
Спешите, вход еще открыт,
А завтра будет затворен,
Иди же, призван ты Царем!
Напрасно будешь ты стучаться,
Когда закрыта, будет дверь.
Напрасно будешь сокрушаться,
Ты – отказавшийся теперь:
«Призвал Я многих в этот час,
Но мало избранных средь вас».
Дай, Господи, призыв Твой помнить,
Понять Твое желание,
Ведь кто его не принимает
На пир не допускается!
О, приготовь меня теперь,
Пока еще открыта дверь.

(Лютеранский гимн, 1880г.)