Оно живое

Миша Волк
Говорят они пушистые, как всклоченная вата.

Седовласые старцы, косматые вассалы, мчащиеся по небу в поисках грозы, чтобы хлёстко извергнуть из недр искрящуюся плеть.

Странно я обратил внимание на особенность, самолёты, пролетая в пучинах неба, оставляют белёсую полосу.

Она заметна некоторое время, но вот она растворяется и превращается в перистые облака.

Будто кто-то летящий в серебристом авиалайнере оставляет вдохновением ли, мыслями ли, свой след на лазурной гжели небосвода.

Пусть ненадолго, не вечно, но частица его путешествует, подчиняясь заоблачным ветрам.

Много раз я наблюдал, как желтоватые в отсвете солнечного блеска облачка, вдруг приобретают форму концепт-кара, с огромными колёсами, будто Гелиос,приобнимая светило, сменил привычную колесницу, на модное фешенебельное авто.

Я удивлялся древним пейзажистам, ведь подойдя вплотную видны отрывистые мазки поблёкшей краски, но отойдя на почтительное расстояние, улавливаешь шевеление в недрах белоснежного парика.

Оно живое, терпит обиды, размусоливает боль.

Небо живое, оно не только растирается грозовыми каплями, которые гвоздями жидкими усыпают твердь.

Оно действительно живое, и рисует пуховой воздушностью, то молчаливые одутловатые лица, то пышные юбки, а то обнажает телеса и округлые формы вываливаются из тесного плена небесного корсета.

Ну как тут не влюбиться в эти чудные создания!