Чуфыр-р-рь!

Чуфыр-р-рь!


Стосковавшись по теплым, майским лучам солнца, Виктор Петрович, крепкий, седовласый мужчина, сидел в инвалидном кресле на открытой веранде и смотрел на дочку с зятем, на супругу и рядом с ней – внучку, Танюшку, которые возились на дачном участке. Убирали и сжигали мусор, перекапывали влажную землю и уже начинали делать многочисленные грядки.
Наконец-то, его привезли на старенькую дачу. Дочке удалось ее купить сравнительно дешево, да еще неподалеку от города, чтобы можно было быстренько до нее добраться. Пусть дача небольшая. Главное – внучка будет все лето на свежем воздухе проводить да его, хоть раз в месяц, но тоже сюда привезут. Устал, надоело постоянно находиться в душной квартире да еще на пятом этаже, откуда не спустишься на коляске на улицу. Вот и приходилось довольствоваться лишь видом из окна, а зимой, когда стекла покрывались слоем льда, он оказывался, как в клетке. Благо, что Танюшку приводили к нему, и он радовался ее приходу, как ребенок. Единственная внучка и ради нее, Виктор Петрович готов был превратиться в кого угодно, даже в колдуна.
Он сидел, радуясь солнечному теплу, терпкому запаху земли, изредка пролетающему прохладному ветерку, горьковатому дымку от костра, громкому чириканью неугомонных воробьев, взглядывал на яркое солнце и вспоминал, как в детстве ему говорила мать, будто солнышко играет в весенние дни. Посматривал на нежно – зеленые листочки на ветвях, прислушивался к первому редкому жужжанию пчел да поглядывал по сторонам, где на дачных участках вовсю уже кипела жизнь после долгой и холодной зимы.
– Деда, деда! – отвлек его звонкий голос внучки, и Виктор Петрович увидел, как Таня быстро мчалась босиком по дорожке.
Усмехнувшись, он достал незаметно из кармана заранее приготовленную конфету и положил ее под раскрытую книгу, лежавшую на стуле рядом с ним.
– Что, Танюшка? – спросил он, прижимая к себе чумазую, перепачканную землей, внучку.
– Дедуля, – взобравшись на колени, оглядываясь на родителей, шепнула она, – ты же у нас колдун, да? – и хитровато взглянула на него, – наколдуй мне что-нибудь. Ну, чуть-чуть, деда…, – и протянула маленькую грязную ладошку.
– Я учил тебя, – улыбнувшись, сказал Виктор Петрович. – Это же очень легко.
– Дедуль, у меня не получается чуфырлить, – картаво сказала она и нахмурилась. – Дома плобовала, а мама смеется. Сказала, что ты обманываешь меня. Ну, деда…, – обнимая за шею, попросила она.
Виктор Петрович засмеялся. Ой, хитра, внучка, хитра! Ну, как же откажешь любимице?
– Хорошо, Таня, поколдую, – притворно вздохнув, сказал он, – но потом будешь вместе со мной чуфырить. Согласна?
– Да, дедулька, да, – заерзала на коленях внучка, – а что ты наколдуешь мне? – спросила она, стараясь избегать слова с буквой «Р».
– Не знаю, Танюша, – пожав плечами, сказал мужчина. – Что получится. Смотри на мои руки внимательно. Видишь, у меня в ладонях ничего нет?
– Да, – тихо выдохнула внучка, глядя на него большими глазами.
Прижав ее к себе, дед тихонечко достал из-под книги большую конфету, спрятал между ладонями и шепнул Танюшке:
– Давай-ка, Танюшка, вместе будем колдовать. Зажмурь глазки и повторяй за мной: «Чуфырь»! Поможешь мне, а то я уже старенький. Ну, начали…
Обняв крепко за шею Виктора Петровича, внучка быстро сказала:
– Чуфыль, чуфыль, чуфыль! Деда, все?
– Эть, торопыга! – засмеялся Виктор Петрович. – Нужно медленно выговаривать каждую буковку, чтобы желание исполнилось. Понимаешь?
– Да, – сказала внучка и стала шептать, – чу – фыль, чу – фыль…
– Ладно, Таня, сейчас еще раз покажу, а потом начну тебя учить, – и, потерев ладони, он несколько раз произнес волшебное слово, прижал конфету к спине внучки и медленно провел ладонью. – Кажется, получилось. Таня, чувствуешь?
– Да, – тихо выдохнула она и, посмотрев недоверчиво, спросила, – дедуль, а что ты наколдовал?
– Сейчас посмотрим, – нахмурив брови, сказал Виктор Петрович и разжал ладонь. – Держи.
Внучка взяла конфету, повернулась и закричала:
– Мама, папа, бабуля! Мне дедулька конфетку начуфырлил!
– Эх, старый, старый! Зачем ребенка обма…, – начала говорить супруга и увидев, что Виктор Петрович тихонечко погрозил ей пальцем, осеклась и сказала, – Танечка, твой же дед – колдун. Попроси, пусть и тебя научит чуфырить.
Улыбнувшись, Виктор Петрович поднял голову и показал внучке:
– Танюш, смотри, как солнышко радуется, играет. А если прислушаешься, можно услышать, как поет жаворонок. Он ликует, что весна пришла, земля проснулась. Вон и травка появилась, вдоль дорожки одуванчики желтеют – это солнышкины дети. А когда вечер настанет, они прижмутся к теплой земле и спать будут. Но утром, когда солнце выйдет из-за горы, одуванчики проснутся, и снова поднимут головки, радуясь новому дню.
Сидевшая на коленях, Таня внимательно слушала деда. Смотрела, куда он показывал, что-то еле слышно шептала и, прищурившись, поглядывала на яркое солнце.
– Дедуль, научи меня чуфырлить, – не выдержав, сказала она. – Я тоже буду другим колдовать.
– Таня, колдовать нужно для того, чтобы польза людям была от тебя, а не вред, – сказал Виктор Петрович. – Чтобы люди радовались, а не огорчались. И перед тем, как чуфырить, ты обязана загадать то желание, которое должно исполниться…
– Деда, у тебя есть желание? – перебив, спросила внучка.
– Есть, Танечка, есть, – задумчиво сказал дед и взглянул в сторону гор. – Хочу, чтобы ты выросла хорошей и доброй девочкой, хочу на речку съездить, хочу подышать речным воздухом, хочу посмотреть, как рыбаки ловят рыбу и еще есть одно, но пока тебе не скажу. Видишь, сколько у меня желаний?
Заерзав на коленях, внучка нетерпеливо сказала:
– Деда, деда, научи. У меня тоже есть желание.
Притворно вздохнув, Виктор Петрович, удобнее посадил ее на колени, лицом к себе и сказал:
– Ну, ладно, внученька, буду тебя обучать своему ремеслу. Покажи-ка руки, – он взглянул на грязные ладошки. – Ага, понятно. Теперь закрой глазки, представь, что ты хочешь исполнить, растирай ладони так, чтобы они сильно разогрелись, и стали теплыми-теплыми. И говори при этом: «Чуфырь, чуфырь, чуфырь»! Если почувствуешь, что между ладошками что-то лежит, значит, желание сбылось.
Внучка, внимательно слушала деда, потом задумалась о чем-то, зажмурилась крепко, сложила вместе ладошки и быстро начала их тереть, приговаривая:
– Чуфырль, чуфырль, чуфырль!
Виктор Петрович с улыбкой смотрел на серьезное, сосредоточенное лицо Танюшки, искоса поглядывал на дочку с супругой, которые наблюдали за ними и взглядом показывал, чтобы они молчали, сам продолжая прислушиваться к внучкиному лепету.
– Деда, я устала, – вдруг сказала она, прекратив колдовать. – Лучки заболели.
– Танечка, если ты хочешь, чтобы твое желание сбылось, нужно много трудиться и тогда все получится, – сказал Виктор Петрович, посмотрев на покрасневшие ладошки. – Ты же у нас умница! Вон, как бабульке хорошо помогаешь. Исполнится желание, если представишь все, о чем задумала, и правильно будешь произносить волшебные слова. Учись, внучка, учись…
Вздохнув, Таня опять закрыла глаза, тихо что-то прошептала и снова начала тереть ладошки, и медленно говорить:
– Чу – фырль, чу – фырль, чу – фырль…
Покачивая головой, Виктор Петрович, вместе с Танюшкой шептал:
– Чу – фыр-р-рь, чу – фыр-р-рь, чу – фыр-р-рь…
Прошло немного времени и, вдруг, внучка остановилась, недоверчиво посмотрела на руки, перевела взгляд на деда и сказала:
– Дедулька, у меня получилось начуфыр-р-рить, – и, не обратив внимания на слова, кивнула головой, – там что-то есть…
– Что ты сказала? – спросил Виктор Петрович. – Повтори, я прослушал.
– Деда, я начуфыр-р-рила, – громче сказала Таня, осторожно раскрыла ладони, на которых лежали катышки земли, в которой возилась, и разочарованно протянула, – гр-р-рязь! Дедулька, я же др-р-ругое желание загадывала.
Виктор Петрович засмеялся, глядя на внучку, обнял крепко и тихо шепнул:
– Танюшка, наконец-то, у тебя все получилось. Это волшебная земля. Если ты будешь каждый раз колдовать, и в руках станут появляться катышки, складывай их в ящичек, а потом что-нибудь посадишь. Это же трудовая землица, волшебная, – повторил он и добавил, – вот и ты научилась колдовать.
– Пр-р-равда? – недоверчиво взглянула внучка.
– Танюшка, ты же знаешь, что я никогда не обманываю, – серьезно сказал дед и подтолкнул внучку. – Беги, скажи маме, что ты умеешь чуфырить, беги…
Обняв деда, Таня спрыгнула с колен и быстро помчалась по дорожке, громко и восторженно закричала:
– Мама, бабуля, я могу чуфыр-р-рить! Пр-р-равда-пр-р-равда! Папулька, я еще поколдую, и ты повезешь нас с дедом на р-речку. Мы будем смотр-р-реть, как р-рыбаки ловят р-рыбу! – и, оглянувшись на веранду, добавила, – а еще хочу, чтобы дедулька поднялся из кр-р-ресла, и повел меня кататься на кар-р-русели…
Виктор Петрович, взял в руки книгу, и чуть слышно сказал:
– Съездим, Танюшка, съездим и сходим… Главное – ты научилась выговаривать букву «Р», а остальное – подождет, – и, улыбнувшись, посмотрел на небо, где в весенней чистой синеве играло яркое солнце, и пели свою песню жаворонки…


Рецензии
Светлый, добрый и грустный рассказ, я читала и улыбалась и слезы подступили...Как хорошо было бы, чтобы у всех взрослых в душах всегда жили маленькие девочки и мальчики, которые искренне верят в чудо и искренне умеют радоваться...Хочу, чтоб желания главных героев сбылись и счастливы они были все вместе... и... тоже,присоединяю свои ладони.
Доброе утро, Михаил!!!Спасибо Вам!!!
С искренним уважением и пожеланием самого доброго, Каролина.

Вениславская Каролина   11.06.2015 07:57     Заявить о нарушении
Нет, все желания не могут сбываться. Будет скучно, если не мечтать. Чуфырить можно всегда, но, хоть одна мечта должна быть спрятана. Так, на всякий случай...
Доброе утро, Каролина!
Здоровья Вам, а остальное всё будет!
С уважением,
Михаил

Михаил Смирнов-Ермолин   11.06.2015 09:39   Заявить о нарушении
На это произведение написано 9 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.