Всадник на Кочерге

   -А что тебе, кстати, сказал барон?- спросил Чапаев.- Судя по тому, что ты вернулся в жёлтой папахе, у вас с ним был довольно эмоциональный разговор.
Виктор Пелевин
"Чапаев и Пустота"

   ПРОЛОГ.
   1.РАЗГОВОР У КОСТРА.
   2.ПОДВИГУ- МЕСТО.
   3.СВАДЬБА.
   ЭПИЛОГ.


   ПРОЛОГ.
   -Могу ли я вспомнить нашу первую встречу? Да! А почему ты сомневаешься в моей памяти? Возможно, что искажённые геофизические поля и воронки во времени и имели своё воздействие на восприятие. Но всё же, прежде чем выдвигать свои сомнения в истинности этой были, подумай, разве кипение времени и материи, по сути дела сотворившее и продолжающее творить наше бытие и мироздание не подразумевает сюрреальность, виртуальность и супраментальность всех понятий, определений и идеологий? Знаешь, эта твоя заскорузлость напоминает мне историческую слепую глупость инквизиторов средневековья. Ваши сиюминутные расчёты и близорукопонятая коньюктура отталкивают ход развития цивилизации на столетия назад.
   Реальность? Так будь же сам реалистом и рассуди, что реально для каждого из нас только то, что пожелает его модератор. Наука? Да многие научные данные исследователи получали либо, читая надписи на камнях, либо из своих алкалоидных сновидений, взбудораженных либидо.
Поэтому, просто подлей мне пива и слушай далее.

   1.РАЗГОВОР У КОСТРА.
   Впервые, я увидел его на противоположном берегу небольшой речушки, рассекающей смешанную рощицу, куда я поехал солнечным сентябрьским утром, чтобы дать душе и телу отдохновение от пыльного загазованного города и насладиться поиском грибов и ягод в золотисто-багряном царстве заповедной природы в пикантную, волнующую чувства пору бабьего лета.
   Он стоял по колено в воде, с удочкой в правой руке и озарял своей улыбкой и без того солнечный сентябрьский денёк. За спиной его, на берегу дымил костерок, украшенный сверху парящим котелком. Почувствовав родственность душ, я как вкопанный встал напротив него и задумался о том, к чему же высшие силы добра ниспослали мне эту встречу, каков поворот судьбы уготован мне?
   Я взмахнул правой рукой, и открыл, было, рот, желая спросить, не угостит ли меня свежей ушицей человек с противоположного берега. Но человек, находящийся на другом берегу, мудро улыбнулся и предостерёг меня от крика указательным пальцем левой руки, поднесённой к губам. Затем он указал на меня и пальцем прочертил мысленный полукруг, уходящий от меня влево, вверх по течению речушки и заканчивающийся на его костре, увенчанном парящим котелком.
   В тот же миг я отправился вверх по течению речушки, по траектории мысленного полукруга и через пару сотен метров обнаружил мосток, перекинутый через речушку. К тому же перейдя через мосток, мною была обнаружена живописная полянка, изобилующая грибами и ягодами. Поглядывая в сторону, поднимающегося над деревьями столба дыма я добрал свою поклажу, два ведра и рюкзак, дарами леса и уже вскоре прикуривал от костра, разведённого моим новым знакомцем.
   Он пока только на миг повернул голову в мою сторону, всё также с улыбкой приложив палец к губам, и продолжал рыбачить.
   Я уже немало побродил по лесу, достаточно усладившись поиском и сбором даров леса, потому присел у костра, достав из рюкзака хлеб, луковицу, походную фляжку коньяка и две серебряных кружки. Я отпил из фляжки коньяка, зачерпнул из котелка ухи и блаженное тепло стало разливаться по телу.
   Прилёгши на траву, я курил. Пуская в облака клубы дыма, я погрузился в мысли о том, не является ли наша встреча предзнаменованием какой-нибудь гигантской стройки века, важного научного открытия или эволюционного прорыва. Должно быть, по грандиозности венец нашего сотрудничества не будет уступать строительству Беломорканала, искоренению натуральной оспы или даже происхождению человека из обезьяны.
   Вскоре дрёма, одолев меня, навеяла мне целый калейдоскоп видений… Литераторы, космонавты, королевская конница, увековеченные на денежных купюрах США, американские президенты, увековеченные на денежных купюрах России, цветущие русские города, Волгоградская Родина-Мать, соревнующаяся в пластике, изящности, грациозности и красоте с Нью-Йоркской Свободой. Сонмы и парадигмы физических, химических и математических формул и уравнений, компьютерная материнская плата, имеющая дополнительные контроллеры, которые дополняли базовые возможности основного набора. В общем, моё подсознание явно и настойчиво сигнализировало мне о важности встречи…
   Вскрикнув, я проснулся, разбуженный вылитой мне на грудь кружкой речной воды.
   -Я - Тимоха! А  тебя я буду звать Пегасом!
   Он стоял надо мной с перевёрнутой вверх дном кружкой и смеялся. Хотелось оттолкнуть его ногой, ведь прохладная речная вода, внезапно вылитая мне на грудь была довольно таки шокирующая для заспанного организма. Но в следующую секунду, взглянув в его пронзительные глаза, мне в голову пришла мысль о том, что ушат холодной воды, внезапно, вылитой мне на тело, был вполне логичным дебютом для переосмысления многих далёких от логики, жизненных процессов и разрушения многих далёких от истины жизненных догм. Потому я встал на ноги и, желая казаться человеком тактичным и чутким, сказал:
   -Знаешь, Тимоха, а ведь я и сам порою действительно чувствую себя Пегасом, несущим Земле некий луч истины.
   -Знаю, знаю, лошадиный размах вселенской правды виден в тебе. Не венецианский лев, конечно,- Тимоха хлопнул меня по плечу.- Но связи реваншистов и сионистов, вижу по глазам, не одобряешь.
   Удивившись проницательности и прозорливости моего нового товарища, я от всей души протянул ему руку. И вскоре процесс переосмысления сути бытия начался. Когда крепкое рукопожатие, предрекавшее надёжную и бескорыстную мужскую дружбу, разомкнулось, то я обнаружил в руке свою серебряную кружку с заманчиво плещущейся на дне кружки беленькой. Рука Тимохи, вооружённая такой же кружкой встала у меня перед глазами.
   -За этот день в истории!
   Тимоха поднял свою кружку высоко над головой, я последовал его примеру. Затем он поднял глаза к солнцу, улыбнулся, сощурившись, и произнёс:
   -Да сохранят наше здоровье любовь, верность, ответственность за свои поступки, средства индивидуальной защиты, буквально и метафизически.
   Мы испили и присели к костру.
   -Вижу, ты грибник знатный,- Тимоха протянул мне миску луково-грибной ухи.
   -Такой же, видимо, как и ты повар.
   Мы переглянулись и тот запал энергетики, который возник в точке пересечения наших взглядов, немедленно возбудил в нас мощный позыв выпить по второй. Учитывая тот факт, что вкус ухи был безудержно хорош, по второй нам приходилось испить безотлагательно, причём, что интересно, никто из нас не разливал.
   То есть, допив первую порцию, благословенно бодрящего тело и дух напитка, мы поставили кружки на траву. Когда же наши руки потянулись к кружкам повторно, то порции весело манящей беленькой, уже ожидали нас вновь.

              *       *       *
   Эти кружки я привёз из экспедиции по американским континентам: Северному и Южному. В одном уютном ресторанчике в Мехико мне поднёс одну из них гарсон, доверху наполненную текилой.
   -С пожеланиями высокого полёта и целью завязать с вами знакомство.
Гарсон кивнул за соседний столик. За ним я увидел рыжеволосую зеленоглазую красавицу, элегантно поглаживающую мизинцем локоны своих солнечных волос и сложившую губы бантиком, кончик которого был направлен в мою сторону.
   -Это- Анна!- пропел гарсон.
   Я взял кружку, поднял её над головой правой рукой, поднеся левую руку к груди, и благодарно кивнул девушке, всё более вдохновлено, оглядывая её чарующие формы и красивое лицо. Затем я испил и, мелькнувшие перед глазами четыре разноцветных круга, начиная с головы до пят нежно, расслабляющее промассировали моё тело. Я глубоко вздохнул и захотел торжествующе окунуться в океан её глаз, но девушка к тому времени уже покинула зал ресторана.
Внимательно оглядев кружку, я обнаружил внутри неё четыре разноцветные полосы, отмеряющие четверть, половину, три четверти и ободок кружки, соответственно синего, зелёного, жёлтого и красного цветов. Затем вдруг из кружки выпорхнули четыре разноцветных круга, синий, зелёный, жёлтый и красный, которые вскоре трансформировались в другие фигуры: синий цилиндр, зелёный куб, жёлтая пирамида и красный шар. Прокружившись несколько кругов над моей головой, они остановились у меня перед глазами и слились в сияющий параллелограмм. Сияющий параллелограмм погрузился мне в лоб, опустился до живота и овеял внутренности благословенно освежающим теплом.
   Полный одухотворённости, я вышел в вечерний Мехико. Ощущая себя на крыльях вдохновения, долетел до отеля, принял ванну, заказал в номер шампанского и сказочно крепко уснул, по всей видимости, зависнув где-то под потолком. Потому, что утром я пробудился оттого, что со вполне ощутимой высоты шлёпнулся на кровать.
   В Мехико я был, переезжая экспедицией из Северной Америки в Южную. Наутро наша экспедиция отправилась в Бельмопан. А моя коллекция вещей со смыслом пополнилась серебряной кружкой, украшенной изнутри четырьмя разноцветными полосами, проходящими кругами по боковой части. Снаружи на кружке были изображены ящер, дельфин, аист и медведь.
   Через пару недель экспедиция была завершена в Буэнос-Айресе. Предстоял перелёт по маршруту Буэнос-Айрес- Москва.
   Я занял место у иллюминатора, вспоминая с лёгкой грустью завершившееся путешествие экспедиции. После того, как последовательность моих воспоминаний дошла до случая в Мехиканском баре, к горлу вдруг подкатил ком тоски по рыжеволосой красавице и кудеснице. Ком стал всё более разрастаться и вскоре слёзы застлали мои глаза. Пытаясь скрыть слёзы, я вплотную уткнулся в иллюминатор, устремив свой взор строго на север, делая вид, будто всерьёз занялся разрешением конфликта на Фолклендских (Мальвинских) островах между Великобританией и Аргентиной. На минуту я закрыл глаза, утирая их платком, и в отчаянии подумал, что теперь буду соглашаться только на Арктические и Антарктические экспедиции.
   Как вдруг кто-то сзади коснулся моего плеча. Обернувшись, я увидел… Анюту! С полминуты я мог только хлопать глазами, открыв рот. Дыхание парализовало, я почувствовал озноб.
   -Мне холодно,- произнесли мы с Анютой одновременно.
   Я тут же стал стягивать с себя пиджак, чтобы обогреть им Анюту. Навстречу моей руке с пиджаком в ней, протянулась её рука с точно такой же кружкой текилы, которую мне пришлось продегустировать в Мехико. Заворожено глядя в зелёный океан Анютиных глаз и солнце Анютиных волос, я взял кружку из рук девушки и испил, ожидая целительного действия разноцветных кругов, ну или может быть каких-то других геометрических фигур.
   На этот раз круги остановились у меня перед глазами, внутри синий, затем зелёный, жёлтый и снаружи красный. Я замер, ожидая их кружения и трансформации в объёмные фигуры.
   Но неожиданно из кругов выскочил ящер, вонзившись мне прямо в лоб. Дыхание ящера обогрело голову, начиная ото лба и до шеи. Обогрев горло, дыхание ящера растопило ком тоски и тогда мне захотелось петь. Набрав воздуха в лёгкие, я затянул, было, что-то душевно проникновенное. Но тут из кругов выпорхнул аист, он клюнул меня в лёгкие и мощный импульс ударил мне в живот. Энергия наполнила огромной силой руки и ноги. Я согнул руки в локтях и напряг кулаки, упояясь своей силой. В это время из кругов выбежал медведь, покружил меня за руки и вторгся в мой живот. Удар немедленно свибрировал в пах, и стальная эрекция дала мне возможность почувствовать себя властелином мира.
   После того, как я почувствовал себя властелином мира, я вдруг также ощутил какое-то воздействие на эрекцию из вне. Пах был прикрыт пиджаком, украдкой заглянув под него, я с удивлением обнаружил, что Анюта принимает действия по вкушению лавров моей эрекции. Закрыв золотистую копну волос пиджаком, я в томном наслаждении уставился на круги, ожидая, по всей видимости, дельфина.
Но дельфина я так и не увидел, однако очень ярко прочувствовал его выход, ибо он вышел не из кругов, он вышел из меня, вместе с эякуляцией. Анна, не дав ему никаких шансов кануть в безвестность, поглотила его вместе с семенем.
Будучи в состоянии сладостной эйфории, я сначала думал, было воспарить в астрал и воспеть благодарственную хвалебную оду возлюбленной. Но свинцовая тяжесть навалилась на мои веки и, будучи обессиленным таким громадным выплеском сил, я по-младенчески сладко уснул.
   На подлёте к Москве, я был разбужен стюардессой. Пиджак мой всё также лежал у меня на пахе. Я откинул пиджак, мечтая вновь встретиться глазами со своей возлюбленной, но под пиджаком было пусто и одиноко. Однако к радости своей в кармане брюк, я обнаружил открытку, на глянце которой были изображены белые крылья, растущие из яркой звезды, а на оборотной стороне надпись, оставленная мне Анютой:
   «Возлюбленный мой Гаспар! Порою кажущаяся на первый взгляд противоестественность, на самом деле только ставит некоторые вещи с головы на ноги. Корка закостеневшей заскорузлости не даёт должного для организма процесса развития осознанности. Но если человек не закрывается от солнца панцирем лживых и оттого подлых догм, если он даёт солнечным лучам проходить сквозь тело, то судьба его - исполнять мелодию гармонии. Борьба за гармонию - есть борьба за любовь. И она ожидает тебя, возлюбленный мой Гаспар! П.С. Я ощущаю внутри себя дельфина. Как прекрасно быть женщиной!»
             *         *        *
   Я удивлялся ещё одному свойству этих кружек солнечным сентябрьским днём, переводя взгляд с Тимохи на костёр с котелком, с серебряных кружек на красоты речки и рощицы в пору бабьего лета, времени обострения сентиментальных чувств.
   Выпив по второй, мы утоляли нагулянный на природе аппетит, восторженно наслаждаясь комфортностью сентябрьской погоды. Кружки в третий раз наполнились по самую нижнюю синюю полосу. После третьей порции беленькой, довольно усладив аппетит вкуснейшей грибной ухой, я, будучи заинтересован необычными метаморфозами с кружкой, потянулся к научно-философским измышлениям:
   -Видимо всё дело в диффузии.
   Я кивнул на кружки и наши руки, не сговариваясь, потянулись по четвёртую порцию.
   -Возможно, совсем рядом под землёй проходят благодатные источники, вот вода и диффундирует в них и меня это вовсе не удивляет.
   Тут же я подумал, что верно любовь моей Анюты помогает этой диффузии, но не сказал об этом вслух.
   Боясь показаться человеком недалёким, я пытался не выказывать своего удивления, делая вид, будто самонаполняемость кружек беленькой, мне кажется чем-то вполне обыденным. Но, когда я поднёс кружку к лицу, брови мои всё-таки невольно вздрогнули. Потому, как четвёртая порция беленькой заполняла кружку на половину, по зелёную полосу.
   Тимоха видимо заметил мою удивлённую реакцию и не стал скрывать усмешку.
   -А каково твоё мнение, почему например, действуют именно те, а не иные правила орфографии или дорожного движения.
   Тимоха задорно кинул в меня ягодкой ежевики, после чего мы испили, и я задумчиво устремил свой взгляд на костёр. На миг мне показалось, что я увидел в одном из языков пламени ящера.
   -Как думаешь, допустим, почему букву Ы, не при каких жизненных обстоятельствах нельзя ставить в слово после Ж и Ш? Почему трамвай пользуется приоритетом перед другими транспортными средствами?
   -Всё проще простого, эти правила придумали филологи и гаишники, видимо для того, чтобы…
   -Кто? Филологи и гаишники?
   От смеха Тимоха упал на спину и около минуты гомерически хохотал, покатываясь по траве с бока на бок.
   -Да, Пегас, с тобой пить опасно. А если бы я беленькой хлебнул перед тем, как ты хорошо взвесив все аргументы, решил бы эрудицией блеснуть, да на костёр бы прыснул? Штаны запалить мог бы. Филологи и гаишники… Да уж… Хм…
   -Чтобы держать свой коготок в пироге финансовых потоков,- настойчиво заключил я.
   -Какая недальновидная, приземлённая чушь. Неужели ты не можешь мыслить глобальней, широкомасштабней.
   Тимоха провёл над собой полукруг, заканчивающийся на кружках. Я опешил, было, но, выпив по пятой, мне показалось, что есть верное решение, озарившее мой разум, возможно Тимоха имеет в виду, что бал заправляют не теоретики, а практики.
   -Ну, тогда литераторы или вот, точно- литературные критики!
   Я не исключал вероятности того, что Тимоха хотел бы, чтобы я обратил внимание на тот аспект обсуждаемой проблемы, что различного калибра серые цензоры всегда подавляли, подавляют и подавлять будут любое начинание, сколь нибудь выпадающее из их безликой затхлой массы. Что же касается гаишников, то здесь я понял, что слишком мало знаю обо всех хитросплетениях метафизики, соответственно чёткого ответа на вопрос, какие же силы руководят гаишниками и устанавливают контролируемые ими правила, дать не могу.
   Тимоха же не разделил моей сосредоточенной задумчивости и только хохотал, продолжая обкидывать меня ежевикой.
   В конце концов, мне это надоело:
   -Думаешь, твоё гротескное обплёвывание воздуха имеет такое же значение в становлении цивилизации, как ирригация в жизни древних народов? Скорее за этим хохотом стоит онтологический слом.
   -Мне всё понятно,- Тимоха сурово исподлобья смотрел мне в глаза, протягивая шестую порцию беленькой.- Здесь ты прав, если я буду продолжать надменно насмехаться над тобой, вместо того, чтобы спокойно всё растолковать, то будущее наше - падение бытия в бездну. Ты умеешь мыслить, но приземлено.
Проанализировав содержимое кружки, а затем свои последние умозаключения, я терялся в догадках. Где же? Где я упустил нить логики?
Тимоха зачерпнул горсть ежевики, но на это раз не кинул в меня одну из ягод, а сосредоточенно около минуты прожёвывал их, устремив взгляд в заросли за моей спиной.
   -Я обучу тебя мыслить глобально, выходя за пределы околоземной орбиты и тут же возвращаясь назад. Потому, что твоя помощь нужна мне, да и не только мне по большому счёту. Всему человечеству. Да и не только. Понимаешь, Пегас, ты проявился здесь, чтобы реализовать свою космическую сущность и сотворить здесь красоту, радость, счастье. Но прежде нам нужно немного выпить и пойти подсобрать валежника для костерка, да ещё раколовки у меня там стоят,- Тимоха кивнул на речушку и сосредоточенно посмотрел на меня.- Предстоит очень серьёзный разговор. Бери! Выпьем за всё прекрасное и наши мыслеформы реализуются!
   Тимоха указал на кружки. В предвкушении серьёзного разговора мы подняли кружки к солнцу. На этот раз они были наполнены по жёлтую полосу, на две трети объёма.
            *       *       *
   Прибыв самолётом из Буэнос-Айреса в Москву, наша экспедиция покушала хычынов с пивом в привокзальной закусочной и совершила  посадку на поезд "Москва-Желановск". Я спокойно расположился в купе и, выпив из походной фляжки коньяку, углубился в чтение сборника рецептур блюд и кулинарных изделий. Читая о подготовке сациви из курицы до того места, где яичные желтки растирают в небольшом количестве соуса сациви и постепенно вводят в горячий соус, я уснул.
   Проснулся я через некоторое время от резкой остановки поезда. Видимо кто-то использовал стоп-кран, подумал я и вышел в тамбур. На улице было очень красиво. Живописный холм, раскинувшийся за окнами тамбура, побуждал непреодолимое желание выйти и прогуляться, что я и сделал.
   Сквозь розовый, с янтарными блёстками туман, на вершине холма я увидел резвящуюся самку белого единорога. Она скакала по цветущей благоухающей зелени холма и в погоню за ней мчались бабочки и кузнечики. Увидев, издали меня, она сначала встала на дыбы, но тут же немедленно спряталась в траве. Подбежав к тому месту, где самка единорога припала к траве, я увидел там бьющий из-под земли родник, с прозрачной водой, манящей прильнуть и освежиться. Я испил несколько глотков волшебной влаги и с восхищением окинул окрестности, поражающие своей живописностью, сопоставимой с магией цвета и красок фламандской живописи. Оказалось, что вечные сюжеты гармонично сочетаются с многогранным земным миром.
   Конечно мне тут же захотелось прильнуть к источнику повторно, но когда мои губы вновь потянулись к свежему, бодрящему ключу, то на его месте неожиданно оказалось влагалище. Удивлённо ведя страстным взглядом от влагалища к лицу девушки, я неожиданно обнаружил божественный, солнцеподобный лик Анюты.
Радуясь представившейся мне возможности припасть к святая святых любимой женщины, я с пролетарским энтузиазмом целовал Анютину вагину, запах которой у меня ассоциировался с запахом сациви. Делая Анюте куннилингус, я представлял, как мелко нарезанный лук пассируется на масле, добавляется мука, куриный бульон, измельчённые орехи, толчёный чеснок, соль, шафран, перец, корица, гвоздика. Я доводил до кипения эту массу языком и губами около суток и всё никак не мог оторваться от пылающей в судорогах оргазма Анюты.
   На следующий день, когда Анюта уже была не в силах сжимать меж ног мою голову, она произнесла:
   -Хватит, Гаспар, теперь ты ложись на спину.
   Я лёг на шелковистую траву холма и начал собирать со своих губ лобковые волоски Анюты, глядя в небеса. Пришёл Анютин черёд приблизить свой взор к моему фаллосу, сравнивая его с различными зверями и птицами.
Пылая от любви к Анюте, я собирал её лобковые волосы со своих губ в блокнотик, чтобы в любой момент иметь возможность согреть своё сердце, созерцая их. Я еле успел закрыть блокнотик и положить его в нагрудный карман, за миг до того, как волна оргазма отбросила меня вниз спиной, на дно прохладного водоёма. И тут из меня вместе с эякуляцией вышел ящер. Через толщу воды я видел солнцеподобный лик Анюты, которая тут же поглотила ящера, осознававшего, благородство своей миссии.
   Я воодушевлённо устремил свой взор в небо, благодарственно раскинув руки, и стал всплывать, проходя сквозь Анюту, ставшую вдруг всем вокруг, водой, воздухом, землёй и даже гудком электровоза, призвавшего меня занять своё место в поезде.
   В поезде я подружился с проводницей Таней, которая угостила меня чаем, и предложила сыграть в шахматы на желание. Когда Таня в очередной раз, стоя на коленях, исполняла моё желание, я спросил её:
   -Таня, как ты думаешь, одни ли мы во вселенной удастся ли нам установить контакт с внеземными цивилизациями, сможем ли мы, прислушиваясь к радиосигналам из глубин Космоса, уловить в них признаки чужого разума?
   Получив бурный оргазм, я обессилено утонул в подушке, Таня же, облизав мой член круговым движением, произнесла:
   -Поисками контактов с инопланетянами занимаются две совершенно разные группы людей: с одной стороны это астрофизики и радиоастрономы, которые надеются приборами перехватить сигналы, посылаемые в Космос разумными существами. С другой стороны - много простых граждан, которые уже якобы контактировали с пришельцами и тех, кто верит их сообщениям. Если первые ещё только спорят о том, существует ли где-то далеко во Вселенной разумная жизнь, то вторые уверены, что инопланетяне уже достигли Земли. Просто осознать это мы не можем в силу ограниченности нашего интеллекта. Пришельцы ставят нас в тупик, как приматологи обезьян, которых изучают. Мы всё видим, но не понимаем происходящего.
   -Интересно, как считаешь, Таня, возможен ли диалог с пришельцами, сможем ли мы понять мысли и желания друг друга?
   -Сложный разговор!- Таня шлёпнула языком по головке члена.- Даже если мы установим контакт с инопланетянами, как с ними общаться? Оптимисты утверждают, что разумные существа всегда сумеют понять друг друга, несмотря на любые различия. Что же до людей мыслящих реально, то они тут же укажут на до сих пор нерасшифрованные письмена этрусков и древних жителей острова Пасхи. Освоение межгалактического языка вряд ли будет лёгкой задачей.
Таня провела по головке моего члена несколько круговых движений языком и вновь погрузилась в  минет. А я же глядя за окно, в ночное небо, мчащееся навстречу скорому поезду, погрузился в мысли о том, как всё же мало в пролетающем мимо нас за окном безбрежном океане пустоты, звёздных огоньков, чтобы они освещали наши ночи.
   Таня, будто прочитав мои мысли, на минуту оторвалась от минета и сказала:
   -Да, кстати, знаешь, почему татаро-монголы никому свою религию не насаждали и с религией завоёванных народов не боролись? Потому, что были уверены, что всякая религия - всего лишь вера в пустоту. Татаро-монголы верили в пустоту и насаждали её. Но не в ту пустоту, что верят буддисты и прочие философы. Не в ту, что созерцает и творит, а в ту, что замирает, поглощая в себя всё и вся вокруг. А наш европейский разум не способен идентифицировать веру в пустоту, как религию. Вот так!
   Таня оттянула мне член, и прикусила его, заставив меня немного вскрикнуть, и, улыбнувшись, вновь окунулась в минет. А я вдруг начал многое понимать.
              *       *       *
   Испив по седьмой, мы отправились на сбор валежника среди окрестных деревьев.
   -Знаешь,- рассказывал мне Тимоха, когда мы бродили в поисках веток и сучьев.- В одной из параллельных реальностей есть цивилизация, все религии народов которой основаны на поклонении транспортной технике, пропавшей из этой реальности, в которой я сейчас говорю с тобой. Довольно таки примитивная цивилизация. Не умеющая, и не желающая развивать науку, искусство и культуру. Не знающая даже такого понятия, как культура пития. Оккультная система, научившаяся только активизировать пространственно- временные порталы и похищать транспортную технику. Поклоняясь ей, в различных своих ритуалах, они надеются, что транспортная техника поможет им сделать  их общество более технократичным. Таким образом,  разрешив проблему производства благ цивилизации, разрешённых скажем в вашей реальности. Представь себе, плохо проветриваемая пещера.... На огромном валуне, в пещере стоит трамвай, недавно пропавший в одном из городов современной России. Жрецы в медвежьих шкурах, солдаты в волчьих шкурах, паства в холщовых накидках. Вокруг пещеры лачуги, более или менее жалкие и примитивные. Ритуальные песнопения, плясы вокруг валуна. Всё это в надежде, что трамвай им поможет продвинуть развитие цивилизации. Цивилизация настолько примитивно мыслит, что не только считает технократию благом, но и уверена в том, что трамвай порождает технократию, а не наоборот.
   Я прижал к груди охапку валежника, опершись на дуб. Тимоха не давал мне повода не верить ему, но человека, побывавшего в параллельной реальности, я встречал впервые.
   -Впрочем, о параллельной реальности и том трамвае мы поговорим позже, а пока о том, какую ты помощь можешь оказать мне. В общем, слушай. Букву Ы никогда нельзя вставлять в слово после Ж или Ш, равно, как и то, что трамвай всегда должен иметь приоритет перед другими транспортными средствами, потому, что в противном случае может быть нарушена мелодия гармонии.
Видимо мой вид был слишком озадаченным и удивлённым, потому Тимоха хлопнув меня по плечу, предложил:
   -Пойдём, дружище, выпьем, да раколовки посмотрим.
   Мы принесли к костру валежника и подбросили в огонь веток.
   -Прислушайся, как вся природа наполнена гармонией трамвайных трелей.
   Тимоха рассмеялся, протянув мне кружку беленькой. Выпив по восьмой, мы вошли в воду.
   Мы бродили в воде, собирая раков, Тимоха распевал восторженную песню о красоте родного края. А я, взглянув на нашу стоянку, на берегу, увидел медведя, допивающего сваренную Тимохой уху. Вдруг, провалившись в яму на дне, я подумал, как всё же в наше драматичное по проблемам экологии время быстро исчезают многие виды животных, прежде распространённых в нашем ареале. Когда же я вынырнул из ямы, то медведя у костра уже не было. Вот к чему, видимо, мне в голову пришли такие мысли.
   Собрав раков, мы вновь присели к костру, обогрелись, выпив по девятой, и бросили раков в кипящий на костре котелок.
   -Так ты просил о помощи, брат?- спросил я.
   -Да. Но прежде попытайся понять, судьба каждой сущей твари, вещи обихода, вещества и явления - вносить свой резонанс в звучание Вселенной, создавая мелодию. Мелодия может быть гармоничной, сеющей разумное, доброе, вечное и тогда имя ей – гармония и дисгармоничной, несущей разрушения, это- какофония.
Я завороженно слушал речь Тимохи. Вот ведь как просто; судьба. А ведь я первым делом подумал о том, чего же хочет от меня судьба, посылая мне эту встречу.
   -Тимоха, ведь я и сам первым делом подумал о судьбе.
   Неожиданно Тимоха взял горсть ежевики и запустил ею в меня.
   -Глупец! Судьба - не предопределённость, назначенная свыше. За всё хорошее в этой жизни надо сначала выпить.
   Сделав жест, призывающий к молчанию, Тимоха продолжил речь:
   -Все материальные и нематериальные обыденные сущности, будь то хоть ёжики и картофель, всего лишь струны и клавиши инструмента Вселенной. И всё их существование зависит напрямую оттого, в каком оркестре они играют, в оркестре гармонии или какофонии.
   Тимоха схватил горсть ежевики и, прожевав, продолжил:
   -Высота, тембр и длительность звучания этих сосудов,- Тимоха направил указательный перст правой руки в сторону серебряных кружек.- Такова, что если бы их пришлось наполнять вручную, то ни о какой абсолютной гармонии не могло бы быть и речи. Лад мелодий этих сосудов гармонический, понимаешь? А  я тебя призвал в этот лес именно для того, чтобы поговорить конкретно об этом, об абсолютной гармонии.
   Тимоха протянул мне кружку в десятый раз, и она была абсолютно полна, по красный ободок.
       *       *       *
   Приехав поездом "Москва-Желановск", я забрёл в привокзальное кафе "Экспресс", где работала моя одноклассница Дарья. Я заказал канапе с севрюгой, волованы с кетой и бочонок пива. В утреннем кафе посетителей было немного, и Дарья имела возможность присесть ко мне за столик.
   -Как дела в кафе? Есть ли прибыль, Даша?
   -Итогам работы я уделяю большое внимание. Именно итогам, а не процессу,- девушка взглянула за окно, на привокзальную площадь, на снующих вокруг людей и автобусы.- Большинство же тонут в бумагах, кроме текущей работы ничего не видят и не знают. Всегда так заняты, что не успевают даже задуматься о том, чего же они добились и добиваются. Кафе "Экспресс", как и все иные организации и учреждения, не существует само по себе. Поэтому очень важна польза, приносимая им обществу,- Дарья хитро улыбнулась.
   Один из посетителей побеспокоил Дашу своим заказом. Она грациозно поднялась из-за стола и, направляясь к клиенту кафе, обернулась и кокетливо пропела:
   -Как много людей тратят силы, заботясь о сущих пустяках, забывают о настоящей причине существования своего предприятия и думают о том, как, а не что они делают.
   Запивая пивом канапе и волованы, я любовался, как легко Даша выполняет свою работу. Когда она, вновь улыбаясь, присела за мой столик, я продолжил разговор:
   -Как ты, Даша, в личной жизни счастье обрела ли?
   Даша приосанилась, сверкнула глазами из-под чёлки и соблазнительно улыбнулась:
   -Любовь?!- она романтично вскинула брови к вентилятору под потолком.- Любовь есть не что иное, как необходимое каждому человеку чувство, орган его индивидуальности, которое делает наше постижение мира, наше приобщение к нему более богатым и совершенным. Лиши человека этого органа, и все краски мира поблекнут, исчезнут восходы и закаты, пение птиц, короче мир для нас обеднеет. Это вовсе не означает, что мир действительно потеряет краски и лишится своего очарования. Но наш внутренний мир, лишённый любви, безусловно, очень много потеряет. Любовь совершенно не страшится идеализации партнёра, напротив ей скорей может пойти во вред излишняя заземлённость.
   Даша несколько секунд рассматривала потолок и улыбалась, а затем спросила:
   -Хочешь, фокус покажу?
   Отхлебнув пива из моего бочонка, она залезла под стол, расстегнула мне брюки и довела меня до оргазма.
   -Ну ладно, заходи почаще,- произнесла она, поднявшись из-под стола, и, поцеловав меня в щёку.- А мне пора дичь, тушёную в красном вине готовить.
Какая красивая стильная и самоуверенная женщина, подумал я, и, доев свой завтрак, пошёл на троллейбусную остановку. Восхищаясь тем, как расцвёл город за последнее время, я доехал до остановки Римский Парк. Совсем недавно здесь был пустырь, но благодаря спонсорским вливаниям итальянцев, работающих над модернизацией желановского трубного завода, пустырь преобратился в красивейший парк.
   Римский парк изобиловал скульптурами великих итальянцев древности: Ромул, Нума Помпилий, Марк Фурий Камилл, Тиберий и Гай Гракхи, Марк Красс, Гней Помпей, Гай Юлий Цезарь, Марк Туллий Цицерон, Октавиан Август, Овидий.
Прогулявшись по центральной аллее парка, я забежал за кусты сирени, находившиеся за статуей поэта Овидия, по малой физиологической потребности. Облегчаясь, я зажмурил глаза, а когда открыл, то вдруг оказалось, что я нахожусь на холме, невдалеке от побережья Тибра. С хлыстом в руке, окружённый коровами, козами и овцами.
   Вдруг, я увидел внизу, у воды корыто с двумя младенцами. Увидел я также и волчицу, подошедшую к этому месту, чтобы напиться. Думая вначале броситься на помощь младенцам, из опасения, что зверь сожрёт их, я вдруг остановился, поражённый необыкновенным зрелищем. Волчица, подойдя к детям, ласково их облизала и стала кормить своим молоком.
   А потом она увидела меня и бросилась в мою сторону. Подбежав, она подпрыгнула, устремляясь к моему горлу, и на лету превратилась в Анюту.
Анюта, сидя у меня на груди, зажала между ног мою голову, схватила руками за шею и заставила поцеловать свой клитор. Затем она полностью сев мне на лицо, погрузила мой язык в преддверие влагалища, которое чутко отреагировало на прикосновение языка и налилось кровью.
   Я конечно мог бы ещё долго не вытаскивать язык из Анютиного влагалища, но мне наконец-то захотелось войти в возлюбленную, генитально. Анюта с силою вдавила мой затылок в траву, но мне все же удалось, приподнять с лица её бедра и сказать, трясясь от страсти:
   -Анна, встань, пожалуйста, с лица и ляжь спиною на холм. Я очень хочу, чтобы ты испытала оргазм и нашла счастливую разрядку в генитальном половом акте.
   Анюта легла на спину, широко раскинула бёдра и великодушно позволила мне войти в неё. Благодарно проделывая череду фрикций, я в восхищении целовал её лицо, шею, грудь, живот и даже бёдра. Удивившись тому, как это у меня получается, одновременно входить в Анюту генитально и целовать внутреннюю поверхность её бёдер, я внимательно огляделся вокруг. Оказалось, что я уменьшаюсь и меня, закручивая по часовой стрелке, втягивает благословенная вагина Анюты. Вскоре я уже во всю мощь своего магнетического резонанса вибрировал в её влагалище.
   Я восхищённо глядел из влагалища Анюты на то, как ярко Луна освещает её холм Венеры волшебным светом. Освещённые Луной волоски на холме, сказочным лесом стояли до наружных краёв больших половых губ. Розовые малые половые губы, восхитительной горной грядой сходились у набухшего бордового клитора, вершину которого венчала Луна. Освещённый Луной, холм Венеры Анюты казался мне вечным и неизменным.
   И вдруг я задумался, а что мы, в сущности, знаем о Луне? Кто она по сути своего происхождения? Сестра, пленница или дочь Земли, то есть, образовалась ли она, оторвавшись от земли в виде гигантской капли, была захвачена притяжением Земли, будучи до того независимой планетой, или же под действием сил гравитации образовалась из камней и пыли, распавшихся астероидов.
   Множество научных версий происхождения Луны, воцарившейся на Анютином холме Венеры, возникало в моей голове, при наблюдении за ней из преддверия влагалища Анюты. Равно, как и множество оргазмов удавалось принести мне Анюте своей вибрацией в её влагалище. Она   сжимала наружными половыми губами мою шею, так что я видел не только Луну, но и всё звёздное небо. И тогда мне в голову приходила мысль, что Аристотель был не прав, ибо у Вселенной нет границ и количество звёзд бесконечно.
   Неизвестно сколько это продолжалось, но когда я, в конце концов, засыпал, лёжа на Анютином холме Венеры, после того, как из меня вместе с эякуляцией выпорхнул аист и, совершенно не опасаясь микросреды влагалища, устремил свой красивый полёт в матку Анюты, сквозь сон я услышал:
   -Веста, здравствуй Преподобная, если ты закончила, то позволь нам здесь на Палантинском холме начать строительство твоего храма.
   -Здравствуй, Нума Помпилий, не устаю восхищаться трудолюбию и мудрости строителей Рима. Конечно, этот холм к Вашему усмотрению.
   Открыв глаза под кустом сирени, за памятником Овидию, в Римском парке, я подумал о том, как не хватает мне Анюты в моей повседневной жизни и грустно поплёлся на троллейбусную остановку.
       *       *       *
   Десятая порция беленькой приятно обжигала желудок  и я с умилением внимал повествованию Тимохи об абсолютной гармонии.
   -Ведь ты не являешься ортодоксальным католиком, правильно?
   -Нет, думаю, моей конфессии вероисповедания нет, ни в одном справочнике. Мало того, думаю обсуждать подобные метания души так же глупо, как и пропагандировать те или иные сексуальные позиционирования. Слишком уж непостижима истинная суть мироздания.
   -Угу. Как всегда приземлённо, но ближе к истине, чем большинство. Ладно, значит, ты не попытаешься подбросить меня в костерок, и я не оскорблю твоих религиозных чувств, заявив, что Земля имеет форму неправильного шара, а вовсе не покоится на черепахе и трёх слонах?
   Тимоха тревожно оглядел окружающий нас лес и продолжил:
   -Много ребят добрых пожгли огнём, да железом порезали, цинично судом божьим злодеяния свои, называя, те, кто душой своей разрушительный звукоряд издают, те, чьи октавы духа дышат какофонией.
   Тимоха некоторое время сидел, закрыв ладонями лицо. Затем некоторое время качал головой, не отрывая рук от лица:
   -Занимают подлецы положение в обществе и вершат, разрушая не только судьбы конкретных людей, но и гармонию всей Вселенной, вплоть до Ноосферы. Понимаешь?
   -Ноосфера? Что-то знакомое. Один из слоёв атмосферы, да?
   Тимоха поднялся на ноги, сделал картинно мудрое лицо и картинно пророческим жестом вознёс правую руку над головой, направив указательный палец в сторону Урана, и торжественно произнёс:
   -Я - оттуда!
   Я взглянул на Уран, окружающие его Юпитер, Сатурн, Нептун, скользнул взглядом даже по Плутону, хотя знал о нём очень мало. Слишком низкая концентрация вещества не позволила разглядеть мне, что- либо далее Плутона. И тогда я взглянул на Тимоху, в поисках объяснения своего жеста вверх.
   Но Тимоха уже изготовил для меня пару ягод ежевики и в ответ на мой вопросительный взгляд залепил мне по ягоде в глаз. Затем повалился на спину и вновь начал хохотать, как безумец. В конце концов, мне это надоело:
   -Знаешь, Тимоха, ты, наверное, загадочный обитатель чёрных дыр космоса. Ты привык к деформированному вокруг себя пространству, с остановленным ходом времени. Да?
   -Так я...
   -Всё понял, Тимоха ты или Орфей или...,- я усмехнулся.- Антей.
   -Что?- Тимоха вскочил на ноги, потрясая кулаками.- Антей? Маменькин сынок, потерявший девственность, лёжа на брюхе под Гераклом? Вот Орфей- да. Он был из наших, равно как и Гермес, Гильгамеш, Осирис, Заратуштра, Деметра, Кибела, Исида, Митра, Будда, Христос. Вот люди моего лада, моей гаммы гармоничности. Но моё имя- Тимоха и искать, то место, откуда я ты должен намного ближе, чем, кажется.
   Тимоха с хитрецой переводил взгляд с меня на небо, не давая мне возможности по его взгляду определить, откуда же он, отводя глаза вверх, как только я пытался встретиться с ним взглядом.
   -Сам указал на Уран,- сказал я.
   И вновь я устремил взор ввысь, но уже не за Уран, а ближе к Меркурию, Венере и наконец, к Марсу. Вдруг я поймал взгляд Тимохи на кружках и мы, не сговариваясь, протянули руки к ним. Выпив по одиннадцатой, наполненной по красный ободок, я заявил:
   -Тимоха, если ты позиционируешь себя, как вселенского пророка, то может, хватит уже кривляться и объясни мне, пожалуйста, всё толком. Не думаю, что твои шутовские ужимки совпадают по звучанию с гармоничными гаммами.
   -А вот и совпадают,- Тимоха вновь кинул мне в лицо пару ягод ежевики.- И это также верно, а значит гармонично, как и то, что квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов. Сам потом убедишься.
   -Хватит! Объясни нормально, где эта Ноосфера?- я вскочил на ноги.
   Тимоха тоже поднялся.
   -Ноосфера? Она скорее относится к ипостасям внутреннего космоса.
   Он поднял руки вверх и несколько секунд стоял не шелохнувшись. Потом вдруг неожиданно резко ткнул рукой в мою сторону, остановив её у живота.
   -Я прибыл оттуда.
   Я тревожно сглотнул и почесал живот.
   -Чувствовал, иногда я могу воздействовать на тебя прямо, то есть непосредственно словесно; и косвенно, указывая на положительное влияние той или иной, назначенной тебе процедуры.
   Я продолжал чесать свой живот, недоумевая, о чём это Тимоха. Внимательно прислушавшись к своим ощущениям, я задумался, не является ли он моей фобией, навязчивым состоянием или даже, одухотворившимся вдруг кариесом или геморроем.
   -Однако, опять же не пойми всё слишком буквально я не из твоего рта и не из твоего прямого кишечника. Внутренний космос- это не кишечник, и не сердце, и не мозг, как таковые. Это кишечник, сердце и мозг в метафизическом плане, а местонахождение метафизического кишечника неисповедимо. Ну, то есть он может находиться одновременно у тебя в животе, в твоей комнате, здесь в лесу,- Тимоха оглянулся и обвёл руками вокруг себя.- На полуострове Юкатан или даже на Уране- планете парадоксов и полного обнажения.
   Тимоха вновь указал на Уран.
   -Метафизический кишечник, он же метафизический мозг, он совершенно не должен выглядеть, как реальный кишечник или мозг. Он может выглядеть, ну как, например, представь; духовность цзен-буддизма, телесная сила кунг-фу и всё это при посредничестве китайской медицины. Кроме того, для него не существует такой категории, как время. Время придумали люди только для того, чтобы условиться, когда сходить в поликлинику, а когда в столовую. Метафизический кишечник, он же метафизический мозг находится в полном покое, если попытаться объяснить его с точки зрения физики, но он реален и подчиняется тем же законам физики, что и другие сущности. Ибо покой этот обладает энергией и энергия этого покоя равна произведению массы покоя на квадрат скорости света в вакууме. Понимаешь? Диффузия тоже, конечно имеет место, но не только. А ещё и вот что...
   Тимоха поднялся на ноги и подошёл к кустам шиповника, в нескольких метрах от нас. Из-за кустов выпорхнул аист, а Тимоха достал тряпочный свёрток продолговатой формы.
   -Вот, Пегас, вот ключ внутренней гармонии, устанавливающий ритм и соотношения в частях произведения, несущего имя- Бытие!
   Тимоха развернул свёрток и достал на свет кочергу чистого серебра.
   -В Ноосферу и обратно к поверхности Земли- верный мой помощник в перемещении. Да!
   Серебряная кочерга, как и положено, имела загиб с одной стороны и ручку с другой и была украшена орнаментом в виде лежащей на боку восьмёрки, обозначающей бесконечность по всей поверхности.
   Тимоха, держа кочергу над головой, выставил вперёд правую ногу.
-Итак, Пегас, ты готов поработать для созидания и увековечивания гармонии, устанавливающей ритм и соотношение мировых процессов и явлений? Ибо хватит уже довольствоваться блужданием во мгле.
   Я уже не знал, что тут и думать, всегда считал себя человеком трезвомыслящим и потому, вспомнив опыт прозрения Джордано Бруно, уточнил:
   -Тимоха, надеюсь- это не подстава? Надеюсь, будучи занятым абстрактными теоретическими научными проблемами, я не попаду в жернова государства, и не буду делать выбор между жизнью и служением режиму?
   -Да нет же! Нет!
   Тимоха подложил кочергу под бёдра, присев у костра, и, одухотворённо оглянулся.
   -Мы, там, откуда я прибыл,- Тимоха указал за горизонт в сторону полуострова Юкатан.- Заботимся не только об иллюзорности объекта осознания, но и о том, чтобы наши сподвижники отсекали мир культуры, политики и социума, сливаясь с мирозданием. Понимаешь? Нет, не навсегда, конечно и не насильно. Ты можешь опять возвращаться в мир культуры, политики и социума, когда захочешь, лишь бы это не вредило делу, но и зато уходить из мира культуры, политики и социума ты можешь в любой момент. И моя рука, тому порука.
   Тимоха протянул мне одиннадцатую порцию беленькой. Мы испили.
   -Звучит заманчиво, но мне хотелось бы всё- таки узнать детали. Мне, прежде всего, интересен такой вопрос; если я буду работать под твоим началом, то сумею ли я испытать прилив положительных эмоций, безграничную любовь к человечеству и необычайное знание истинной природы явлений?
   Тимоха привстал на колени, положил мне кочергу на правое плечо. В другой его руке томились две кружки. Я взял одну из них, а Тимоха ударив своею кружкою по моей, и исполненным государственного величия голосом, торжественно произнёс:
   -Пегас, если ты и дальше будешь мыслить в том же ключе, то ты и сам когда нибудь займёшь просторный кабинет в Ноосферическом Мистериате.
   И мы испили по двенадцатой. Выпив, и, отведав пару раков, я устремил свой взор в сторону Юкатана.

       *       *       *
   Выйдя из троллейбуса, я решил заглянуть в продовольственный универсам, чтобы приобрести к обеду зефиру, кефиру, пива и настойки медовой с перцем. Проходя вдоль прилавков, я встретил продавщицу Ирину. Я сразу же подметил, что за последнее время мода на подчёркнутую талию сделала широкий ремень главным аксессуаром сезона, а приятного спокойного цвета ботфорты, надетые поверх брюк, придают девичьему телу более чёткий силуэт, подчёркивая талию.
   Ирина раскладывала по полочкам макароны и крупы и была, как обычно интеллигентна, скромна и исполнена достоинством, с одной стороны. Но мне хотелось, глядя на неё, оценить её с другой стороны. А с другой стороны, самые странные выдумки креативной Ирины часто неожиданно становились тенденцией моды.
   -Привет, Ирина, каковы последние тенденции моды в этом сезоне. Да, кстати, взвесь мне зефиру полкило.
   Ирина развернулась, одарила меня снисходительным взглядом тигрицы на охоте, поддерживая победоносный, агрессивно-сексуальный образ и ласково улыбнулась:
   -Вкус у меня развит с детства, а с другой стороны я спокойно отношусь к вещам, не делая из них фетиш. Но в последнее время предпочитаю шить себе сама. Вот пошила себе платье. Ты удивишься, но у меня нестандартная фигура- очень тонко здесь и очень много тут,- Ирина указала сначала на талию, а затем на грудь.- Знаешь, возможно, у меня свой взгляд на моду, но самым важным признаком того, что я одета стильно и современно для меня является лёгкая фиксация взгляда мужчины с расширением зрачков и появившейся во взгляде дымкой, затем замирание в спокойной позе, даже с замиранием дыхания, и, наконец, покраснение или же побледнение лица мужчины. В этот момент глаза у мужчины становятся такие влюблённые. Вот зефир.
   Ирина протянула мне пакет зефира, и я отметил, как кулончик на её шейке отлично дополняет завязки ботфортов на бёдрах.
   -И что, Ирина, видны ли тебе эволюции тенденции моды на будущее?
   -Прежде всего, не рекомендовала бы девушкам легкомысленно увлекаться бантиками на заколках и ободках. Да ещё, пожалуй, невидимки и заколки с бабочками не для взрослых зрелых дам. Они делают их инфантильными. Но любому мужчине понравится, если дама привлечёт собой его внимание жестом, взглядом, прикосновением, зафиксирует это внимание, углубившись в подсознание и, наконец, зафиксирует и закодирует его транс. Такие приёмы позволят девушке всегда выглядеть стильно и сексапильно.
   Девушка такого чувственного, высокого образа не могла не вызвать во мне эрекции. И она, воспользовавшись моей предсказуемостью в этом плане завела меня за стеллаж с печеньями, и, бросив на мешки карамелей, сделала мне потрясающий, по своему взлёту, минет, подарив на прощание пакетик фисташков.
   Выйдя из магазина, я покурил и попил пива на лавочке у подъезда. Моя ностальгия по родному двору, вызванная долгим переездом от Желановска до Нома на Аляске, затем до Буэнос-Айреса в Аргентине, и назад в Желановск, наконец, была утолена. Я с наслаждением смотрел на воробьёв, купающихся в пыли; ласточек, кружащих над крышей дома; голубя, в брачном танце, воркующего вокруг голубки; собак, слипшихся задами и с глупым видом, глядящих перед собой; ворон, разделывающих дохлую кошку. Ах! Нет ничего более экологически очищающего, чем медитация, на лавочке у родного подъезда, с бутылкой пива, под лучами согревающего, но не палящего солнца.
   Допив пиво, я вошёл в подъезд и собрался на свой двенадцатый этаж, посредством перемещения в лифте. Нажав на кнопку вызова лифта, я размышлял о плодотворном вкладе нашей экспедиции в мировую науку. Шагнув в салон лифта, и, обернувшись назад, я не сразу, но всё же заметил то, что я вначале принимал за дверцы лифта, были половые губы. Значит в мире существует некий основополагающий закон периодичности. Половые губы сомкнулись, отделяя меня от мира сансары. Таким образом, я оказался наглухо запертым во влагалище. И я сразу же догадался в чьём.
   -Ну и пусть уже, в конце концов, все мы- единое целое,- подумал я и расслабил своё тело.
   Но потом, осознав свою миссию, всё же напряг.
       *       *       *
   Тимоха проследил за моим взглядом в сторону Юкатана.
   -Да, кстати, как тебе моя секретарша?
  -Анюта?- догадался я и прикусил щёку.
   -Да, грамотный работник, никаких нареканий по службе, одни благодарности, вместе работать будете. А насчёт Юкатана,- Тимоха тоже взглянул в его сторону.- То эти кружки- Причины расцвета древней цивилизации  майя. Давным-давно загадочные для непосвящённых бородатые люди, прилетев на крылатых змеях, вручили их наиболее подготовленным представителям той цивилизации. Но слишком уж много пролили там крови, мы в Ноосфере против нетерпимости и кровопролития. Как бы то ни было, но сила равная энергии расцвета могущества государства майя в наших руках.
   Тимоха держал в руках две серебряные кружки-артефакты. В тринадцатый раз бугорок беленькой в виде пирамидки возвышался над кружкой. Я взял свою кружку из рук Тимохи и стал внимательно разглядывать этот бугорок. Он был плещущийся, посредством ныряния в кружке ящера, дельфина, аиста и медведя и переливающийся, посредством кружения пирамиды синих, зелёных, жёлтых и красных геометрических фигур.
   Мы залили в метафизический кишечник сначала бугорок, а затем и остальное содержимое кружек. Мне показалось, будто метафизический кишечник сначала загорелся, а потом запылал.
   -Это психотропные биогенераторы включились в нас.
   Тимоха хлопнул себя по животу и подпрыгнул.
   -Вначале ты увидишь страшные вещи и будешь содрогаться, но затем чудный свет и неведомое блаженство овладеет твоим существом. В конце концов, ты испытаешь прилив положительных эмоций, безграничную любовь к человечеству и необычайное знание истинной природы явлений.
   -Тимоха, я чувствую, как у меня в желудке метафизики появился целая страна гармонии, потом ещё одна. Это была сначала Норвегия, а потом Нидерланды. Норвегию обогревал Гольфстрим, а Нидерланды шёпот кофешопов и мастерство профессионалов футбола и парусного спорта. Но с другой стороны, я уже начинаю чувствовать внутри себя покой. И, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям, я твёрдо заявляю: энергия этого покоя равна произведению массы покоя на квадрат скорости света в вакууме. 
   -Да, ты абсолютно прав. Да, если серьёзно, какие у тебя планы на Весту?
   -Ты про Анюту, я мечтаю о свадьбе.
   -Здорово! Я буду твоим свидетелем, а свидетельницей Весты наверняка будет Деметра. Ах! Как кружится голова при взгляде в атмосферу. Представляешь, мы мчимся сейчас со скоростью 70 тысяч миль в час, вместе со всем этим сказочным пейзажем.
   Тимоха обвёл руками облака, лес и речушку с костерком. Затем он задумчиво поглядел на Уран, на Юкатан, на мой живот.
   -Так, ну, наверное, ещё по одной, да мне пора уже. Хотя нет...
    Тимоха задумчиво посчитал что-то на пальцах.
   -Хотя нет, ещё по две.
   Мы в четырнадцатый раз взяли по кружке, и испили, начиная с волшебной, бурлящей пирамиды. Тимоха съел горсть ежевики.
   -Значит так, как ты понял я из Ноосферы и мне очень нужна твоя помощь. Слушай внимательно, сегодня я отправляюсь в офис, а ты будешь моим телохранителем. Буквально, я отправляю туда только метафизическую составляющую, свой разум, тело же останется на земле. Попытайся сохранить его во здравии до моего возвращения в виде тонкой энергии. До того момента позаботься лично о ритме моего сердца, тонусе сосудов и нормальном функционировании всего желудочно-кишечного тракта. Это я уже не о метафизике. Береги мои почки, печень, следи, чтобы одинаково хорошо дышали обе ноздри. Да и не впускай в мой мозг гадкие, завистливые мысли. Следи за гармоничным соотношением ядов и вирусов, гормонов и стимуляторов. Думаю, тебе это будет несложно, ведь я- то уникальное существо, каким ты себя чувствуешь в своей глубине. Потому, обо мне можно сказать, как то, что я- оттуда, так и то, что я- оттуда и даже оттуда.
   Тимоха указал сначала на Уран, затем на Юкатан и, наконец, на мой живот. И мне стало так легко на душе, что я пожалел, что под рукой нет дельтаплана.
   -Я вернусь и объясню, как дальше жить будем.
   Тимоха взял кочергу в руки, прижал щеку к ней и несколько минут я наблюдал за бликами костра в его глазах, пока он мудро не протянул:
   -Да, вот так ведь бывает, живёшь, живёшь, стараясь со всеми сущностями по доброму. И вдруг твоё существование нарывается на каменную стенку грубой кладки. Как тут быть? Динамит Гармонии нужен! Вот как!
   Тимоха доверительно посмотрел на меня и протянул кружку с пятнадцатой порцией беленькой. Теперь бугорок был конусовидный, четырёхцветный, на красной вершине которого восседали ящер, дельфин, медведь и аист.
       *       *       *
   Итак, будучи закалённым в различных походах, для начала я попытался решить, суть и смысл своей миссии во влагалище Анюты. Сначала было темно. Но потом, нежные запахи дурманили мне голову, красота и благоухание Анютиного влагалища, напоминали мне красоту и благоухание орхидеи офрис-вальдшнеп. Напоминало, но я бы не сказал с точностью, что всё окружающее меня в точности повторяло вид орхидеи офрис-вальдшнеп, может повторяло, может нет. Поэтому, я понял, что мне нужно сориентироваться. Проведя руками перед собой, я наткнулся на внутренние половые губы, а прямо над моей головой находился клитор Анюты. Я обрадовался этому, ибо и клитор, и нимфы изрядно снабжены нервами и кровеносными сосудами.
   Вполне очевидным для меня стало, что в моём положении я в первую очередь должен вызвать у Анюты распрямление и набухание клитора. Я поднял руки кверху, ласково обхватив клитор, и решил сублимироваться в солнцепоклонника, держащего в руках раскалённую звезду. Решив создать новое время и пространство, я лизнул клитор языком, надеясь совершить мощное космическое событие- Большой Взрыв. И за моим желанием стояло намного более благородное и возвышенное желание, чем рождение Вселенной. Ибо мной руководили намного более великие помыслы, чем рождение Вселенной. Цель эта- удовлетворение Анюты, дарение ей наибольших сладострастных ощущений, создавая мощные космические события в области клитора.
   К тому же я не думал останавливаться в своём творчестве, в моём разуме уже зарождались планы зарождения мощных космических событий в зоне Анютиных губ, языка, шеи, мочек ушей и ямочек за ними, затылка, груди, особо сосков, средней линии спины, живота, передней и задней областей бёдер, ну и, конечно же, ягодиц.
Ещё несколько раз облизав Анютин клитор, сияющий прямо над моей головой, я вдруг обнаружил, что он начал представлять из себя исключительно плотный сгусток. Тогда я вздумал обласкать губами, закрывающие меня от внешнего мира внутренние и затем наружные половые губы. Сначала ничего не происходило, но по мере того, как я превращался в язык создателя, ласкающий Анютин клитор и половые губы, то мир Анютиного влагалища достиг космических температур, и тогда он начал расширяться и остывать. То есть Анюта, наконец- то распахнула свои ноги, наполнив мир своего влагалища живительным кислородом. 
   Мельком глаза, взглянув из влагалища, я увидел солнце, светившее в форточку и понял, что во первых я уже дома, во вторых, тот термоядерный синтез, который создаёт трение моего языка о потайные уголки Анюты, создают в мироздании те процессы, что способны осветить дорогу всем, жаждущим света и тепла.
Затем мой язык, пройдя от наружных половых губ Анюты через язык, губы, шею, мочки ушей, ямочки за ними, затылок, груд, особо сосков, среднюю линию спины, живот, бёдра дошёл до Анютиных ягодиц, создавая на всём своём пути скачки магнитного поля.
   И тогда я, наконец- то вошёл в неё генитально. Шепча на ухо любимой слова нежности и страсти, я пытался проникнуть в неё существом, пропитаться её Божественным Духом. И тогда изменения магнитной полярности заставляли меня крутиться вокруг своего фаллоса, находящегося в Анюте. Я понимал, что, таким образом, выполняю роль ротора, крутящегося вокруг статора, который был Анютиным влагалищем. Нам нужно было выработать, как можно больше энергии и я самозабвенно кружился, по назначенной мне доброй судьбой, окружности.
   Перелётные птицы сбивались с пути, радиосвязь прерывалась, ночное небо переливалось синим, зелёным, жёлтым и красным. После огромной череды фрикций, я подлетел к потолку своей комнаты и некоторое время по инерции ещё продолжал крутиться под потолком. По мере того, как скорость кружения уменьшалась, я заметил, как Анюта высоко поднимает ноги, всё более крепко держа их руками.
   И тут из меня вырвался медведь, сопровождаемый гигантской порцией эякулята, он ринулся во влагалище возлюбленной. Меня же с такой силой вжало в потолок, что я провисел так около суток, до следующего утра, только изредка приоткрывая глаза, глядя сверху на пустую постель. Падая через сутки на постель я лишь на миг был застигнут мыслью о том, что к сожалению Анюта вновь куда-то убежала по своим метахозяйственным делам. А потом я вновь уснул, уже на постели, отдавший себя добру полностью. Но только на сегодня, а в будущем же готовый к новым подвигам ради любви и любимой.
   Проснувшись через пару недель, я первым делом вышел на балкон, город утопал в зелени и дыму. Какое-то неведомое чувство, неописуемо восторженный позыв толкал меня к свершениям. Я сходил в туалет, в ванну, выкурил папиросу, выпил бутылку медовой с перцем, но ни одно из этих действий не только не утолило этого позыва, но наоборот распалило его сильней. Позыв тянул меня куда то прочь из этого пыльного, загазованного города. Тогда я бросился в кладовую, чтобы взять сачок и воздушного змея. Но обнаружил открытку, приколотую булавкой к неразобранному ещё после экспедиции рюкзаку:
   "Возлюбленный мой Гаспар,- гласила надпись на открытке, на глянце которой был изображён щит, мчащийся с небес на белых крыльях, и украшенный одной из позиций сексуального блаженства.- Знаю, что тоска по мне лишает жизнь твою смысла. Но знай, мы увидимся и не раз. Теперь, любимый, когда и дельфин, и ящер, и аист, и медведь во мне, механизм гармонии не остановить. Ступай же по грибы и ягоды, любимый, это приблизит нашу встречу. Я жду тебя, возлюбленный мой, Гаспар!"
Недолго думая, я пополнил походную фляжку коньяком, добавил в рюкзак хлеба и луковицу, прихватил с собой пару вёдер и поехал в лес, воодушевлённый предстоящим приключением.
       *       *       *
   -Выпьем, Пегас, да мне, пожалуй, пора. Да, совсем забыл, у тебя на примете случайно нет пары надёжных ребят с транспортом?
   -Пары надёжных ребят...?

   Мой родной город Желановск, красивейший мегаполис не только вдоль реки Итиль, но и вдоль реки Танаис. Желановск славен гигантами химической промышленности, металлургии и высшего образования.
   Обучаясь некогда в Желановской Академии Крестьянского Быта и Городского Видения Сути, я подружился с двумя братьями, Гришей и Мишей. Дружба наша зародилась на фоне душевного пристрастия к футболу, рок-музыке, гетерам и алкалоидам. Мы посещали ночные сауны, рок концерты и стадион, где выступала наша любимая футбольная команда "Додекаэдр- Желановск". На досуге мы спорили с друзьями о политических и правовых учениях Древних Индии, Китая, Греции и Рима. Восхищались политической концепцией Филофея о предназначении Москвы бать третьим Римом. Относились со скепсисом к социалистической революции и диктатуре пролетариата и категорически осуждали идеологию национал- социализма.
   Перед матчами "Додекаэдра" мы запасались пивом, вяленой рыбой и шли наслаждаться комбинациями и проходами звёзд футбола, выпивая пиво и поедая рыбу на листах футбольных газет.
   Гриша любил мыслить глобально; доставая из зубов обмусоленную косточку чехони, он рассказывал о том, что у глубоководных рыб ужасные пасти, вооружённые шиповидными зубами, и встреча с ними также опасна, как и встреча команды гостей с "Додекаэдром". Миша любил мыслить широкомасштабно; когда дело заходило об обсуждении проигравшей команды гостей, то он проводил аналогию с неандертальцами, не выдержавшими в своё время конкуренции с кроманьонцами и потому, загадочно вымершими множество тысяч лет до нашей эры.
   После окончания матчей мы с Гришей и Мишей любили подняться на крышу одного из близлежащих высотных домов, чтобы глядя на побоище футбольных фанатов (в которых мы не участвовали не из страха, а по причине духовности), выкурить папиросу и ощутить себя древнегреческими богами, наблюдающими на трагические разрушения греками Трои. Когда же жандармы вмешивались в эти побоища, то мы превращались в индейские божества и видели со своих брёвен; вот идут благородных кровей испанские конкистадоры, готовые покорить дикие индейские племена.
   С Гришей и Мишей мы были добрыми друзьями и я, порою желая скрасить серые будни, сигнализировал им. И тогда они, будучи знатоками различных транспортных средств, весело смеясь мчали меня куда-нибудь на мотоцикле, тракторе, катере, или паровозе, оставляя на своём пути лишь взбудораженную пыль и гильзы от папирос.
   Однажды, уже не так давно, а минувшим летом, когда благодаря широкой губернаторской поддержке, "Додекаэдр", выигравший кубок Европы готовился к выступлению против победителя Лиги Чемпионов амстердамского "Аякса", в борьбе за футбольный суперкубок, я зашёл в гости к Грише и Мише.
   Они жили в пригороде Желановска в посёлке Остров Фиолетовый. Братья всегда тяготели к различным транспортным средствам, но в этот раз я был удивлён винтажности их транспортного парка. Кроме мотоцикла, трактора, катера и паровоза у моих друзей были конка, фуникулёр и дирижабль. Дирижабль был привязан к столбу внизу которого стояла собачья будка, в которой жил пёс Ротор. Ротор был чёрным ротвелером. На крыше деревянного сарая спал белый котёнок Ферзик.
   Гриша усадил меня на софу, принес мне большой бокал зелёного чая и сунул в руку папиросу.
   -Вызовем девчонок?- Гриша взял у меня из рук папиросу, пару раз затянулся и передал её обратно.
   -Хорошо бы конечно, но...
   Я хотел поделиться своими мыслями о том, что сегодня вечером в Амстердаме играет "Додекаэдр" и попасть туда священный долг любого желановца.
   Гриша не дал мне договорить и, махнув рукой, убежал в коридор к телефону. Я включил телевизор и вскоре по нему показали сюжет о том, что "Додекаэдр" уже приехал в Амстердам и провёл там свою первую тренировку на шелковистой, зелёной травке амстердамского стадиона Арена. С грустью я смотрел сюжет, завидуя олигархам и дипломатической миссии, имеющим достаточные материальные средства и административные ресурсы, для похода на матч "Аякс"-"Додекаэдр".
   Через некоторое время мои мысли были прерваны весёлыми ручейками девичьих голосов, радостным лаем пса Ротора и не менее радостным мяуканьем котёнка Ферзика. Я вышел на крыльцо, Гриша уже стоял там. А с белоснежного склона холма, напротив крыльца дома спускался фуникулёр и одинокий лыжник. Дома у братьев было так уютно, что я совершенно не задумывался о том, от чего среди лета, напротив дома моих друзей, взялся этот белоснежный холм. Ротор отвязался от будки и с радостным лаем побежал к подножию холма, за ним, соскочив с сарая, ринулся котёнок Ферзик.
   Лыжником был Гриша, а весёлые ручейки девичьих голосов раздавались из фуникулёра. Вскоре из него вышли наши подруги: Лора, Лаура и Лолита. Я почувствовал мощный импульс , исходящий из их тел, особенно грудей и ягодиц. Импульс продолжал усиливаться, мы покурили на крыльце и импульс, закружившись в винтовую линию, увлёк меня на подушки с одной из подруг, Лорой. Братья, Лаура и Лолита, шумно пыхтя, веселились где-то за стенами. Ротор и Ферзик спокойно смотрели телевизор, а потом вздохнули и пошли во двор.
   Затем мы дружно собрались перед телевизором, в частности я занял место на кресле, у окна. Гриша принёс ещё чаю, а Миша папирос.
   -Вот бы на футбол, в Амстердам съездить...- задумчиво протянул я, не надеясь на чей-то вразумительный ответ, скорее сам себе, под нос.
   -Вяленой чехони только взять надо, а пиво в Амстердаме неплохое.- ответил Гриша.
   -Да, поедемте, девушки в Амстердам!- вторил ему Миша.
   Они схватили девчонок за разные места и все пятеро охотно повалились на ковёр и начали перекатываться и лобызаться. А я осуждающе глядел на них и думал, как Гриша и Миша с таким циничным сарказмом могут относиться к предстоящему футбольному матчу. Пытаясь отвлечься от солнечных зайчиков, пускаемых мне в глаза девичьими ягодицами и грудями, я грустно начал глядеть в окно, на привязанный к столбу дирижабль и, задумчиво ловящего пастью мух, Ротора. Вскоре к Ротору подбежал белый котёнок Ферзик и они с радостным лаем и мяуканьем побежали скатываться с вершины холма на санях.
   -Нет, ребята...- я взял ещё одну папиросу и, пустив в потолок три кольца дыма, пронзил их дымовой стрелой.
   -Если мы пролетим на дирижабле, нас собьют уже над Польшей; для поездки на конке потребуется большой запас овса, да и цыгане-конокрады не дадут покою. Фуникулёром бы неплохо, но кто ручается в том, что Амстердам находится на вершине холма,- я взглянул на снежный холм за окном.
   Я посмотрел на Ротора, он положил морду на лапы и задумчиво уставился на сарай. На крыше сарая спал белый котёнок Ферзик. "Какие несбыточные собачьи мечты тревожат служивого?"- подумалось мне. "Снятся ли котёнку мыши или сирень?"- подумалось ещё раз.
   Я пил чай, курил папиросы, переводя взгляд с телевизора, на резвящихся на ковре и на Ротора, задумчиво глядящего на сарай, со спящим на нём Ферзиком. До тех пор, пока одна из подруг не пустила своими ягодицами слишком яркий солнечный зайчик, вынудив меня войти в себя, оторвав от мыслей о футболе.
   Гриша и Миша только изредка посмеивались над моей, как я впоследствии понимал, недальновидностью. Мне же не давала покоя мысль о предстоящем матче. Я вышел на крыльцо, закурил папиросу и задумался о том, что же ждёт меня вечером; логичная гармоничность или хаос неустроенности.
   Голос Миши вывел меня из задумчивости:
   -Гаспар, если взгрустнулось, возьми мотоцикл, съезди на базарчик за чехонью, да в принципе и пива можно купить, хотя бы на дорогу. Там-то купим.
   Ни слова не спрашивая, радуясь возможности с ветерком прокатиться на мотоцикле, я запрыгнул в седло и дал по газам, стараясь по дороге не раздавить ёжиков, перебегающих мне дорогу. Потому, как в гостях у Гриши и Миши, я особо остро чувствовал своё единение с природой.
   Заготовив пива и рыбы, я вернулся в дом друзей и несколько удивился увиденному. Девушки раскрасили свои лица в оранжево-фиолетовые цвета "Додекаэдра". Гриша и Миша надели на себя додекаэдровские шарфы и дали мне один. Я с радостью повязал его, но что задумали друзья, я пока недоумевал.
   -Вот!- В руке у Гриши была папироса, которую он тут же зажёг.- Это нечто особенное.
   -Да. Но причём тут этот маскарад?
   -Как бы то ни было, а любимую команду мы должны поддержать. А поместье Ротор с Ферзиком постерегут.
   Я недоумевал. Гриша протянул мне папиросу, я затянулся и Гриша вдруг так улыбнулся, что я задумался, откуда у него такая улыбка, не от солнца ли.
   -Ну, всё пора!- приказал Миша.- Берём пиво, рыбу и идём!
   Мы взяли назначенные нам поклажи, кроме того братья взяли с печки котелок с вареной картошкой и мясом, хлеба и банку томатного сока.
   -По дороге пообедаем ещё,- прокомментировал Гриша.
   С папиросой мы закончили уже в сарае. Ротор и Ферзик, оставленные в поместье за главных, радостно мурлыкали и скулили с другой стороны двери сарая. Гриша поднял крышку погреба. Я полез первым, затем принял за ягодицы спускающихся Лору, Лауру и Лолиту и, дождавшись спуска Миши и Гриши, был готов к дальнейшим распоряжениям.
   На одной из стен погреба висел холст. На нём были изображены полки со стоящими на них банками с вареньями, компотами и овощными салатами. Миша и Гриша с двух сторон аккуратно сняли и свернули холст. За ним находилась массивная железная дверь. На двери висела медная табличка с надписью: "Мы никогда не познаем реальные вещи в себе."
   За дверью был небольшой лестничный пролёт и ещё одна массивная дверь с медной табличкой: "Отныне, пространство само по себе, и время само по себе, должны обратиться в фикции и лишь некоторые соединения обоих должны ещё сохранить самостоятельность".
   Миша и Гриша аккуратно открыли и закрыли все двери и вскоре мы вышли на полутёмную платформу. С одной стороны платформы был проложен железнодорожный путь, а с другой выложена мозаика с изображением Орфея, очаровывающего своей игрой на арфе диких зверей и деревья.
   -Себастьян, нам на футбол нужно ехать, в Амстердам!- закричал вдруг Миша в другой конец платформы.
  На другой стороне платформы открылась дверь, из- за неё на платформу плеснулся слепящий луч блаженно-яркого цвета, который вскоре трансформировался в седого старика с длинной бородой, одетого средневековым странствующим философом.
   -Начальник станции,- пояснил мне Гриша.
   В руках Себастьяна была ступка с крутящейся ручкой. Он подошёл, пристально разглядел нас всех, вытер пыльное лицо пыльной ладонью.
   -А что, корень души с собой?
   Миша протянул Себастьяну спичечный коробок. Себастьян высыпал содержимое в ступку, перемолол, вытащил из ступки ручку, вставил металлическую трубку, чиркнул огнивом снизу ступки. Затянулся и, немного погодя, выпустил клубы дыма.
Когда клубы дыма, выпущенного Себастьяном, развеялись, то я увидел в конце тоннеля свет и услышал нарастающий шум. Ступка пошла по кругу и в тот момент, когда я втягивал дым в себя, на станцию вошёл поезд. К счастью, он пронёсся, не сбавляя скорости, потому, как в окнах вагонов мелькали злобные татаро-монгольские лица, измождённые завоевательными походами, бившиеся даже в Швеции.
   На платформу посыпались обглоданные конские черепа и кости.
   -Татаро-монголы об Швецию зубы обломали. Вот, убирай здесь потом за такими,- констатировал Себастьян.
   Затем, когда я затягивался во второй раз, то мимо платформы вновь пронёсся поезд полный викингов, рыцарей и прочих воинов, в различной форме всех времён, три последних вагона занимали наши коллеги, шведские футбольные болельщики в жёлто-синей форме.
   -Вот это уже серьёзней. Шведы монгола догнать и добить в его логове решили,- вновь пояснил Себастьян.
   После третьей затяжки к платформе подошёл бронепоезд, проехал было мимо, но вернулся и остановился. На броню вышли великий командарм гражданской войны  Василий Иванович Чапаев и его комиссар Пётр Пустота.
   -Вот, полюбуйтесь, Пётр! Только, что о таких явлениях вам говорил, вот явные вам доказательства моих выкладок. Экие симулякры, право! Что будем делать? Может глиняным пулемётом их?
   -Пустое, Василий Иванович, едем скорее на водопады.
   Чапаев махнул рукой, они скрылись за бронёй и умчались.
   -Часто здесь проезжают, всё воюют. Ну, вот, ещё по одной затянетесь, и ваш поезд будет.- сказал Себастьян.
   И действительно, после четвёртой затяжки к платформе подъехал небольшой, но уютный мотор-вагон. Себастьян подошёл к улыбчивому, усатому машинисту, передал ему какой-то корешок и мы тронулись, поспав с Лорой, Лаурой и Лолитой и, пообедав по дороге хлеба, картошки с мясом и томатным соком. У Лауры в сумочке ещё оказалась сочная и довольно сладкая луковица.
    Амстердам встретил нас вечной юностью и свежестью. Гуляя по Амстердаму, мы наслаждались каждым квадратным дециметром Амстердамского воздуха. Футбольный стадион Арена сиял. Футбол был динамичным. Дриблинги, фланговые проходы, навесы в штрафную, угловые. В общем, удары... Удары в штангу, перекладину, выше ворот, но самые завораживающие удары были в створ ворот. А мы с друзьями пускали дружную и радостную волну на стадионе, пили пиво с чехонью и заливались: ДО-ДЕ-КА-ЭДР Чемпион!
   Футбол Аякс- Додекаэдр завершился боевой ничьей: 3:3. Амстердам ликовал!
       *       *       *
   Тимоха внимательно слушал меня, держа в левой руке кружку беленькой, увенчанную конусом, а правой рукой, вооружённой веточкой, он рисовал, что-то на земле.
   -Ну что, похож?
Тимоха кивнул на рисунок на земле. На нём была изображена ритуальная шаманская маска. Что-то подобное я уже видел во время в одной из своих экспедиций то ли в Гватемале, то ли в Эвенкии. Затем Тимоха кивнул на конический бугорок в моей кружке, в котором я увидел своё отражение. Что-то вроде кокошника на голове, выпуклые фиолетовые лоб, щёки и нос, чёрная повязка на уровне глаз с прорезями для них, линия губ подобная старому месяцу.
   Всё это так удивило меня, что я уронил кружку на траву. Упав, кружка не только не пролила ни капли своего содержимого, но, твёрдо встав на дно, аккуратно взлетела и подошла пунктуально к моей руке.
   -Как же это я так стал похож на ритуальную шаманскую маску. Да и этот кокошник, у меня ведь вроде бы ничего подобного на голове нет.
   Я провёл по голове свободной от кружки левой рукой и ничего не обнаружив на голове, вопросительно взглянул на Тимоху. Он жевал ежевику и улыбался.
   -Помнишь, я обещал тебе объяснить гармоничность моего обкидывания тебя ежевикой и высмеивания. Так вот, на самом деле это нужно для повышения твоих магических сил, ведь ты должен мне помочь и для этого сам стать посредником между этим миром и Ноосферой. Ежевикой я пытался сделать тебя похожим на доброго духа, а высмеиванием отогнать от тебя злых духов. А это,- Он указал на кокошник на своём рисунке.- твоя антенна в Ноосферу.
   -И она у меня есть?- Я вновь провёл левой рукой по голове.
   -Вот, болван!- Тимоха вновь расхохотался, кинул в меня одну ежевику, но по траве кататься не стал.- Ведь я же тебе объяснял понятие метафизики. Ну конечно же есть, иначе мы не взяли бы тебя на работу.
   -Да...- я завороженно переводил взгляд с рисунка Тимохи на своё отражение в кружке.
   -Всё хорошо получается и думаю дальше будет продолжаться на том же уровне, высоком уровне.
   Тимоха поднял кружку ввысь, но тут же опустил назад.
-Да насчёт Гриши и Миши- потрясающие ребята, деловая хватка, уважаю. Послушай, Пегас, вот что! Они, несомненно, подходят нам для дела и звать мы их теперь будем Сфинкс и Кентавр. Хорошо? Отлично! Да, а что кто-то из них был в Перу?
   -Из них? Да вроде нет. Я был. А что?
   -Ну откуда то они взяли кактус Сан-Педро. Только Сан-Педро даёт человеку такую решимость и отвагу, чтобы последовать за своей светлой мечтой, своей верой в логичность гармонии. Жаль только, что в научной среде такие случаи находят понимание только через долгие годы.
   Будучи всю экспедицию занятым мыслью о любви к Анюте, я совсем и забыл о том сухоньком старикашке, который возник передо мной в зеркале туалета одного из ресторанов Лимы, когда я умывал голову, утомлённый пышным банкетом. Он протянул мне клочок бумаги с каким то московским адресом, затем поднял вверх указательный палец правой руки и изрёк что-то торжественное на незнакомом, наверняка давно вымершем языке и вышел из туалета.
   Прогуливаясь затем по Москве, после прибытия из Буэнос-Айреса, я нашёл по этому адресу, организованную в подвальчике тепличку, где тот же старик вновь встретил меня длиннющей тирадой на странном, вымершем языке, лишь на прощание, протягивая мне росток, упакованный в полиэтиленовый пакет сказал:
   -Воронки во времени и пространстве, а также искажение геофизических полей помогут тебе на пути к обострённому восприятию сути гармонии. Как бы странно это не звучало. Впрочем, если задуматься и вслушаться, то любой звук довольно странен. Отдай его своему другу завтра и тебе удастся овладеть временем и пространством вчера.
   С тем я и ушёл, на следующий день, прибыв в Желановск, передал с оказией этот росток братьям, а тремя месяцами раньше поехал на футбол в Амстердам.
   -Что выходит мы реально воспользовались воронкой во времени и пространстве?
   Только сейчас я понял какую мину под материалистическую доктрину, исповедываемую партийной верхушкой, передал мне тот старик.
   -Наверное это старый шалун Титикака. Наш человек. Скажи, а этот белоснежный холм перед крыльцом, конка, фуникулёр, дирижабль; всё это было у них до твоего им щедрого дара?
   -Припоминаю, что вроде бы нет. Хотя сам уже точно сказать не могу, так всё реально было. Что за чудеса?
   -Всё очень просто, им удалось уловить и трансформировать идеомоторную реакцию своих же грёз, ну и плюс смелость последовать за своими грёзами. Теперь им под силу даже красивейшее озеро Констанца, на границе Австрии и Швейцарии, у себя перед домом организовать. Да и холм этот они в любой момент могут зелёным и цветущим сделать. В общем нам на работу именно такие ребята и нужны.
   Я слушал Тимоху и смотрел на него сквозь переливающийся конус беленькой и тогда он начинал казаться мне морским змеем. Когда доходило до того, что змей широко открывал пасть, пытаясь схватить меня, то я убирал кружку от уровня его лица ниже, к груди и вдруг вполне реально видел, как у Тимохи растут крылья, белоснежные и шелковистые. Так я щекотал себе нервы, пока Тимоха не сказал приближаясь губами к бугорку своей кружки:
   -База, база, я первый, приём!
   Я удивлённо взглянул на него, убрав от глаз кружку. Тимоха улыбался:
   -Это я к тому, что пора уже мне, Пегас. Кочерга зовёт.
   Я взглянул на кочергу, которую Тимоха вытащил из под ног. Знак бесконечности переливался разноцветьем.
   -Давай поднимемся, Пегас.
   Тимоха встал, за ним и я. Он зажал кочергу между ног, придерживая её левой рукой.
   -Так, камней сзади нет?- Тимоха оглянулся, травка манила зелёным шёлком.- Ну, Пегас, знаешь, что делать. Я постараюсь быстрее вернуться. Теперь пора. Да не будет у тебя других богов.
   Тимоха выпил, я быстро последовал его примеру. Ящер, дельфин, аист и медведь приятно щекотали пищеварительный тракт. Тимоха протянул мне пустую кружку и тут же упал на спину. В речушке шумно плеснулся дельфин. Кочерга же пустилась в полёт. Кружа через деревья и кустарники, срывая с веток птиц, ныряя в воду, оставляя меня в полном неведении насчёт местонахождения Ноосферы. Затем она на несколько секунд зависла в воздухе и растаяла, как улыбка чеширского кота. В то время, когда кочерга металась по лесу Тимоха стонал и корчился, покрываясь испариной. Теперь же он затих, задрав подбородок вверх и умиротворение разлилось по его челу.
   Вечерело и оставаться в лесу становилось опасно, беспомощное физическое тело Тимохи, наверняка представляло бы большой интерес для гнуса и хищника. До автобусной остановки дойти с неодушевлённым телом было нереально, к тому же наше перемещение могло бы привлечь внимание жандармов. Что могло быть крайне нежелательно, во первых потому, что телу Тимохи нужен покой, во вторых властным органам, наверняка захотелось бы устроить нам жернова, узнав о величественности нашей миссии. Такие мысли одолевали меня, глядя на костёр и Тимоху, в испарине лежащего у костра.
   Однако совсем стемнело и, оторвав взгляд от костра, я увидел, как вокруг нас мелькают тени. Зловещих и коварных теней вскоре стало вокруг нас великое множество. Они устроили вокруг костра гул и свистопляску. Они подхватили тело Тимохи и, оперируя им, как тряпичной куклой, заставили принять его тело эту свистопляску и пуститься в пляс. Я схватил из костра головёшку, пытаясь разогнать эти исчадия. Но силы были неравны. И когда я уже почти совсем отчаялся, раздался рёв мотоцикла.
   -Пегас, бросаем его в люльку, быстрее!
   С сиденья соскочил Гриша, отныне, названный Кентавром. Он помог мне справиться со зловещими и коварными тенями. Мы бросили Тимоху в люльку, Кентавр сел за руль, я за ним и вскоре мы мчались в Желановск, ко мне домой. Я радостно кричал, раскинув руки, и звёзды на нашем пути складывались в простое и ёмкое слово, которому отныне будет посвящена вся наша жизнь: ГАРМОНИЯ.

   2.ПОДВИГУ- МЕСТО.
Затем, уже приехав ко мне, мы постелили Тимохе на раскладушке чистую постель с матрасом, тёплым ватным одеялом и подушкой. Сначала мы хотели постелить ему в комнате, но, не зная всех перипетий метафизики и связи с Космосом, решили, что на балконе он будет ближе к Ноосфере. Створки балкона мы оставили открытыми, потому, что точку времени возвращения Тимоха не обозначил точно. А сможет ли он вернуться из Ноосферы сквозь стёкла и стены мы в точности знать не могли. Мы- это мои друзья Миша и Гриша, то есть Кентавр и Сфинкс. Кентавр забрал нас С Тимохой из леса, а Сфинкс ждал нас у подъезда с тремя трёхлитровыми банками яблочного вина.
Наконец, когда опасности были позади и Тимоха дожидался своего метафизического начала в комфорте и уюте, я выпив стакан яблочного вина (кружки я конечно же не забыл в лесу, аккуратно доставил домой и убрал в шкаф), почувствовал как чудный свет и неведомое блаженство овладевает всем моим существом. Сфинкс и Кентавр сидели рядом со мной, на моей кухне.
-Ну, ребята, ну, молодцы! Как же поняли, что нам нужна ваша помощь? Как нашли нас?
Видимо утомлённые не столько физически, сколько морально, осознавая видимо ответственность, ложащейся на их плечи миссии, братья смаковали вино.
-Как тебе вино, Пегас?
Яблочное вино было искристо-янтарного цвета, со вкусом ушедших летних деревенских закатов и рассветов и послевкусием летних любовных утех на природе.
-Вино прекрасно. Ощущается гармоничная суть весеннего цветения садов. Откуда столько вкусного? Эх, хорошо на душе...
-Да, Пегас, и вот так вот у нас на душе хорошо с самого утра, а как по банке вина одолели, так и чувствуем- сверхсознание какое-то космическое открывается. Ты об этом ничего не знаешь? Такая мудрость и гармоничность вдруг снизошла, как будто от всех четырёх стихий, что решили мы поутру на дирижабле подняться, да земной шар сверху понаблюдать. Поднялись. Да только красивей холма зелёного перед крыльцом ничего не сыскать. Решили на вершине холма приземлиться, чтобы воспеть о любви к отчему краю Лоре, Лауре и Лолите. С девками потому, что гуляли в отчем краю, оттого с мирозданием слиться чувствовали позыв душевный.- объяснил Кентавр.
-Тогда я,- добавил Сфинкс.- Кричу девкам:
                -Лора, раскрой рояль!
                -Лаура, лиру дай!
                -Лолита, хлопай в литавры!
Девки заиграли, а мы поём о природе цветущей, о животных мудростью уникальных, о том, как парень с девкой, красотой небес, да земли налюбовавшись, возлюбили друг друга, о том, как дети здоровьем, да умом, ввысь устремлённые от того союза любящих сердец, жизнь начали плодотворную, о Солнце и Луне, о зное и дожде, о снегах и таянии их.
Песня закончилась и тут мы обнаружили, что у нас есть зрители; карлик и пони. Карлик был одет в чёрную шёлковую тунику, чёрные яловые сапоги и чёрную фетровую шляпу с белым пером, а пони же была белоснежна, кроме чёрного кончика гривы, на затылке.
-Вот, Пропо, наши воины гармонии,- сказала пони.
-Да, Рция,- ответил карлик,- вижу, что окрестности в ближайшее время наполнят исключительно гармоничные информационные процессы. Песня выполнена по всем законам Ноосферы.
-Кто вы, персонажи каких мифов?
-Я карлик- Пропо, а это пони- Рция. По-моему очень просто.
-Пропо, но ведь ты совершенно забываешь о субъективности восприятия. Если люди не готовы эмоционально к встрече здесь странно одетого карлика, в компании говорящей белоснежной пони, то тот факт, что мы просто карлик и пони, им ничего разумно практического не даст.
Рция улыбнулась.
-А абстрактное мышление? А тайные мистерии? А трансовые молитвы?
Пропо топнул, задрал голову, уперев левую руку в бок и обнажил ножны, висевшие на поясе, откинув полу туники.
-Что ты, Пропо, не будь строг с адептами- ефрейторами.
-Хорошо, тогда объясняй им всё сама, а я взберусь на берёзу, взгляну, не приближается ли сюда какой-нибудь дракон.
Пропо взобрался на берёзу и, сев на ветку, поигрывая кортиком, устремил взгляд вдаль.
-Объясни им природу магнетических волн,- крикнул он с берёзы.
-Ах, Пропо, вечно ты не можешь смириться с трансцендентностью иллюзорности объекта осознания.
-Трансцендентность? Вот ещё! Имманентность важнее!
Пони махнула правым копытом.
-В общем, слушайте, ребята, вижу, что тяготеете вы к добру, песня ваша наполняет Вселенную Мелодией Гармонии, потому, если не хотите, чтобы пропал этот живописный холм перед вашим крыльцом, надлежит вам явиться...
-Вот!- перебил Пропо, слез с берёзы и подошёл к нам.- Для удержания искусства гармонии в сегодняшнем воздухе, стихи:
       -В саду цветущем ночью бродили мы вдвоём...
       -Любви искали вотчину, любви искали дом...
       -Всё ждали мы рассвета, казалось нам тогда,
       -Что мы найдём Нирвану под ивой, у пруда...
       -Обломана сирень и одуванчики разнесло,
       -Осыпались тюльпаны и роз нет, как назло...
       -Любви, что до могилы с тобой нам не найти, 
       -Вино и куннилингус на том конце пути!
Пропо вытащил кортик из ножен и поднял его над собой, подобно факелу, приняв выражение и позу помпезного оратора, затем вновь полез на берёзу.
-Неплохо, Пропо, когда мы выполним сегодняшнюю миссию гармонии, я навею на тебя волшебные чары и мы ещё обсудим тему куннилингуса.
Пропо расхохотался на берёзе.
-О, Рция, я даже думаю, что если мы с тобой не сложимся в знак сияния и поглощения сегодня вечером, то у ребят может ничего не получиться с делом.
-А что, собственно, мы должны сделать-то?
-Ну, для начала осознать, что вы проникли силой трансового мышления, в гениальный транс для мобилизации резервных возможностей вашего организма. Это нужно силам света для соблюдения внутренней гармонии, устанавливающий ритм и соотношение во всех частях Вселенной!- ответил Пропо, строго поглядывая на нас с ветки.
-Понимаете,- продолжала Рция.- Силы гармоничности, мудрости и добра зависимы от процессов, происходящих в мозгах людей. Именно содержание мыслей людей и наполняет объективность осознания гармонии. Нам нужны люди, мыслящие, исходя из истинной безграничной любви к человечеству. И сегодня один из духовнодейственных чинов Ноосферы собеседует с вашим другом Гаспаром, на предмет его пригодности служению силам света и блаженства. Поэтому, не сейчас, но ближе к вечеру вы должны прибыть к месту их собеседования на транспорте. А пока,- Рция принюхалась.- Та гамма запаха, которая исходит от вас, разливает по телу блаженное тепло. Ты чувствуешь, Пропо?
Карлик вновь спустился с берёзы.
-Не стану ничего отвечать, Рция, опасаясь того, что ограниченность слов не сможет описать ту явно нереальную, волшебно-сказочную атмосферу гармонии, которая наполняет моё тело, когда я вдыхаю этот запах от вас, ребята. У вас ещё вино есть?

-Ну, в общем, мы пригласили карлика и пони к себе в дом. Они конкретно объяснили, где вас искать, ориентируясь на костерок со зловещими и коварными тенями вокруг. Мы угостили их вином, налив каждому по ведру. Затем они сложились в знак сияния и поглощения, с белой точкой на чёрном фоне и чёрной точкой на белом фоне и закружившись, исчезли.
Друзья рассказали мне эту, воодушевляющую историю и через некоторое время, допив вино уехали домой, пообещав вернуться по первому вызову сил тепла и света.
          *       *       *
Я же пошёл на балкон, чтобы покурить и посмотреть, не раскидал ли постель Тимоха. Шагнув через порог балкона, я вдруг полетел вниз и свалился в пыль. Поднявшись на ноги, я отряхнулся и сквозь синий туман на вершине холма увидел загадочный силуэт.
-Всадник на кочерге!- пронеслось в моём сознании.- Тимоха зажигает.
Неожиданно это открытие не обрадовало, а испугало меня. Силуэт же тем временем стал быстро надвигаться на меня, ужасно скрежеща доспехами. Движение силуэта в мою сторону сопровождал нарастающий, прерывистый и пронзительный ветер. Ветер нёс камни, обломки деревьев, обрывки плакатов, детали мебели и бытовой техники. Грохот железных копыт был оглушительным, земля ходила ходуном.
Я вновь свалился на землю, зажмурился, закрыл уши руками и молился только об одном- выйти живым из этой ситуации. Как вдруг, я подумал, что проявляю малодушие, уткнувшись носом в пыль и, встав на ноги, пожелал своими глазами проследить за дальнейшими передвижениями всадника, в полную силу своего разума, надеясь на гармоничное слияние с мирозданием.
И вдруг грохот стих и пыль улеглась и, как не странно, я обнаружил Тимоху мирно, посапывающим в коридоре, на ковре. Коридор вдруг предстал очень длинным и светлым, украшенным стоящими вдоль стен скульптурами купидонов и принцесс и освещаемый факелами. А рядом с Тимохой лежала его серебряная кочерга. Я поднёс к носу Тимохи зеркало, оно запотело и я почему-то, в эйфорическом неведении откинул кочергу подальше от него. Наверное, потому, что скучал по его мудрому видению жизни и не хотел, чтобы он нечаянно убыл назад в Ноосферу.
Полёт кочерги, плюс, я думаю ветерок из открытой форточки создали небольшой, размером с холодильник вихрь. Вихрь окружил меня и вскоре, я был неожиданно застигнут ярким оргазмом. Настолько мощным, что потеряв ориентацию в пространственно-временном континиуме, без сознания свалился на пол. Приходя в себя, я вновь и вновь входил в этот вихрь, терял сознание, измождённый красочными, восхитительными оргазмами. Вихрь доводил меня до оргастических разрядок и я, будучи в состоянии блаженства получал от него разрядку и становление духа. Иногда в виде стигмат, транса и левитации, иногда же в виде эякуляции.
Я чувствовал, что это какой-то знак свыше. Знак, который я должен был принять близко, для того, чтобы в конце концов научиться уметь озвучивать то, что ещё до конца не осознано мною самим. По прошествии некоторого периода того, что принято называть временем, я наконец, будучи совершенно опустошённым оргастическими разрядками, осознал визуально- то, что я принимал за вихрь, размером с холодильник, была обнажённая Анюта.
Я пытался сделать несколько шагов навстречу любимой, чтобы заключить её в объятья и уже никогда от себя не отпускать, но тело обессиленное многочисленными оргазмами не подчинялось командам нервных рецепторов.
Я вдруг почувствовал, что отрицательная энергия, испускаемая соседями, людьми с грубой вибрацией, спутала мои руки и ноги. Взглянув в потолок, я понял, что тело на время утратило способность питаться тонкими энергиями Космоса. Образ ненаглядной рыжеволосой, зеленоглазой Богини поплыл у меня перед глазами.
-Анюта, любимая моя, пожалуйста позволь мне набраться сил для следующей эрекции.
Прошептал я из последних сил и свалился на ковёр, головой в сторону коридора. Последнее, что я увидел перед собой, кроме проплывающего образа Анюты, был находящийся прямо перед глазами, затылок Тимохи, измождённого походом в Ноосферу.
Проснулся я по утру от бодрящего запаха беленькой и голосов, раздававшихся на кухне, любезных моей душе голосов Анюты и Тимохи. Я, искренне радуясь, пошёл на кухню.
-Пегас, отдохнул, брат? Ну присаживайся же скорее к столу.
Тимоха кушал борщ со сметаной, а Анюта хозяйничала у газовой плиты, как всегда обнажённая и сияющая. Мы поцеловались с Анютой, Тимоха с хитрецой улыбался. Анюта налила мне тарелку борща, поставила передо мной и Тимохой по кружке беленькой, подогретой и сдобренной чёрным перцем.
-Кушай скорее, дорогой, я в спальне тебя жду.
Анюта потрепала мне затылок и сияя формами удалилась с кухни.
Голос Анюты был настолько возбуждающим,нежным и ласковым, что мне хотелось овладеть ею прямо на кухонном столе. И в этот момент я пожалел, что Тимоха уже не в Ноосфере. Но помня, что дело прежде всего, я с восхищением проводив взглядом Анюту, взял, пышущую целебностью кружку беленькой. Отведав по кружке Тимоха произнёс:
-Я ненадолго сегодня, пришёл только задание тебе передать и опять в офис уйду.
В руке Тимохи возникла вторая кружка, полная беленькой, я взял незамедлительно свою и, учтя, что Тимохе нужно скорее на работу, а в спальне меня ждёт Анюта, мы немедленно испили. Тимоха с аппетитом кушал борщ, доев его он поставил на стол пару тарелок жареного картофеля с мясом. Насытившись, он заговорил:
-Пегас, ты отлично справился со своей задачей.
Тимоха хлопнул ладонью левой руки по столу и ткнул в меня вилкой, которую он держал в правой руке.
-Моё тело в полном порядке: дыхание ровное, стул твёрдый, кожа чистая.
Тимоха провёл ладонями по лицу, пробежал пальцами по туловищу, похлопал по ногам и протянул мне третью кружку беленькой. Испив, он продолжал:
-Семь основных чакр работают, как автомат. Да что там говорить, сработано профессионально, молодец. И Сфинксу с Кентавром благодарность объяви от моего имени. Я сам с ними пообщаюсь ещё конечно, но не сегодня. Сегодня только позавтракаем и мне на работу бежать надо.
Мною овладевало желание скорее заключить в объятия Анюту, поэтому я молча слушал Тимоху, мечтая, чтобы он скорее покушал и отправился бы уже на службу.
-Да, тёмные видения к сердцу близко не принимай. Содрогаться, конечно не запрещу, содрогайся, но помни- добро всемогуще. А все эти страшные видения не более, чем твоя инициализация, причастие, гениальный транс для мобилизации резервных возможностей. А это знаешь, тут дело такое, что чем суровей, тем более впоследствии будет надёжней, что чудный свет и неведомое блаженство снизойдёт на твоё существо.
Я представил, какое блаженство мы подарим друг другу с Анютой, когда сольёмся воедино.
-А с Вестой, смотрю у вас всё всерьёз.
Тимоха покосился на дверь и продолжал доверительно тёплым отеческим голосом:
-Ох, девка, видимо, совсем от тебя без ума. И не знал, что способна на такие темпераментности, право.
-Да, Тимоха,- решил таки вставить я.- Сам только о ней и думаю, но работе это не мешает.
Тимоха в четвёртый раз взял кружку, я тоже последовал за ним.
-Вот, правильно. Потому, что работа наша наполнять Вселенную добрыми, мудрыми эманациями, а что может быть положительней любви. Давай, за любовь, святое!
Вознеся кружки кверху, мы испили.
-А, насчёт твоей Анюты скажу, знаешь у нас в Мистериате такая холодная, строгая, неприступная, как скала, на уме одни расчёты, протоколы, инструкции, акта, накладные. Постоянно одевается в серьёзных платьях, от подбородка до туфель закрытых. Шутя как-то за ногу укусить хотел, так такую пощёчину влепила.
Тимоха погладил левую щёку.
-А сейчас, с тобой так романтикой озарилась, совсем одежду не признаёт, даже туфель. Ну да ладно, ваше дело молодое. Ох, ну рад, рад за вас.
Тимоха озарённо оглядел потолок.
-Ну, Пегас эмоции радости за вас просто переполняют. Давай ещё раз за вашу с Анютою любовь.
Тимоха указал на кружки, улыбаясь, мы испили по пятой.
-Да, про третье-то совсем забыли.
Тимоха поднялся к плите и налил два бокала компота. Присев на стул, Тимоха отхлебнул несколько глотков компота.
-Ну, ладно лирики. Теперь слушай задание. Итак, Пегас, Ноосферический Мистериат, Вселенский орган по контролю за гармоничностью жизнеустройства приказывает тебе. Вот, что сделай, друг! Недалеко от Желановска, в Среднетанаисском районе, у села Великий Октябрь, что-то с радугой над прудом неладное происходит. А радуги, я тебе поясню выполняют роль гидролокационных антенн. Они одновременно, навевая установку гармоничности на окрестности, передают информационные процессы, исходящие из головных мозгов населения окрестностей прямиком в Ноосферическую Диспетчерскую, отфильтровывая серую грязь подсознания, наполняя её мудрой многоцветностью сверхсознания. Что в свою очередь наполняет искусством гармонии Идеомоторную Генераторную Ноосферы, которые проецируют мудрые установки на население. Понимаешь? Круговорот эманаций в природе. Потому, дело очень серьёзное, но тебе я доверяю.
Тимоха хлопнул меня по плечу и взглядом призвал испить по шестой. Испили.
-Так, вот значит, с радугой что-то нехорошее происходит. Цвета то тускнеют, то мигают, фиолетовый уже трое суток, как погас. Оттого в связке между землянами и Ноосферой много проблематики возникает. Электрическая активность коры головных мозгов населения контакты замыкает в Генераторной, проводка горит. Потому, Ноосферные эманации не всю поверхность Земли покрывают. А там, где идеомоторные генераторы не работают- хаос и какофония. Расстройство метафизического желудка, понимаешь? Метафизическая рвота и диарея. Блуждание во мгле, в поисках кумиров, придуманных беспринципными любителями наживы. В общем, так: в Ноосферу грязь поступать не должна! И всё тут!
Тимоха хлопнул кулаком по столу.
-Генераторы гармонии барахлить не должны, народ без царя в голове жить не должен. Сегодня человек трактор в пруду утопит или в свидетели Иеговы запишется, а завтра вспышка на солнце, а за ней цунами в Тайланде, землетрясение в Китае, финансовый кризис в США. И пошло, поехало... Не должен человек быть отгорожен от восприятия благодати истины.
Тимоха взглянул на кочергу, начинающую всё ярче и ярче блистать. Затем взял в седьмой раз свою кружку, взглядом велев мне сделать тоже самое. Внутри кружек плавали, держась за красный ободок уже давно знакомые мне ящер, дельфин, аист и медведь.
-Так, значит я сейчас в Мистериат. Ты меня на диване в зале положи и денька три-четыре меня не будет. А ты, Пегас, возьми своих ребят, поезжайте в Великий Октябрь, да разберитесь там, что к чему. Но чтобы к концу недели радуга сияла ярко, красочно и бесперебойно. Понял задачу? Справитесь?
-Понял, Тимоха, сделаем, не беспокойся.
-Надеюсь, ну мне пора, да и ты с делом долго не затягивай. С Вестой оно конечно побудьте вместе, но потом сразу за работу.
Мы испили по седьмой, физическое тело Тимохи свалилось под стол, а разум вознёсся в Ноосферу. Кочерга в этот раз, видимо не желая разрушить микроклимат моего дома, не стала разбивать посуду и бытовую технику, а ровно повисла под потолком, испарившись секунд через десять.
       *       *       *
Отнеся тело Тимохи на диван, стоящий в зале, я накрыл его пледом и в предвкушении любовных услад с Анютой устремился в спальню. Возлюбленная возлежала на подушках, широко раскинув сочные бёдра, пышущие истинной любовью.
-Гаспар, поцелуй меня сюда, срочно!
Анюта в любовном изнеможении выгнула спину, приподняла ноги, ещё шире раскинув бёдра. Я коснулся языком её колена и стал вести им во святая святых рыжеволосой зеленоглазой Богини. Коснувшись языком Анютиного клитора, я вдруг увидел на его месте светящийся, сияющий знак сияния и поглощения. И тогда меня начало стремительно кружить вниз, в центр Анютиной вагины, куда я незамедлительно и полетел. Следом за мной спускался знак слияния и поглощения.
Я приземлился на кукурузное поле.
-Добро пожаловать в сложные иерархические отношения общества, зависящего от производства кукурузы!
Предо мной стоял карлик в чёрной шёлковой тунике, чёрных яловых сапогах, чёрной фетровой шляпе, украшенной белым пером.
-Представляешь, Пегас; система оброка требует от крестьян содержать непроизводительную часть населения, включая ювелиров, зодчих и учёных. Ты удивишься, но серебряные кружки сейчас у меня. Да, меня зовут- Пропо. И я хочу выпить с тобой кукурузной настойки.
Пропо протянул мне кружку, наполненную по красный ободок. Аист, ящер, медведь и дельфин стояли на ободке по стойке смирно.
-Почему эти кружки у меня? Потому, что это я их отлил из серебра совершенствования моральных и нравственных качеств.
Мы испили.
-Где мы, Пропо?
-Это- Юкатан. А в Копане есть стела, изображающая моё восшествие на трон, в сопровождении духов огня, воды, земли и воздуха. Я не хвастун, не подумай, просто я очень нежно отношусь к Мексиканскому заливу и Карибскому морю. Это государство майя и когда-то оно процветало, благодаря этим кружкам. Но эти непрочные политические союзы, засуха и мятежи скоро всё разрушат. Вернее уже почти всё разрушили. Поэтому кружки теперь твои. Давай ещё выпьем!
Испили.
-Всё здесь прогнило; междоусобные распри, ритуальные кровопролития, инцест, педофилия, гомосексуализм. А отсюда- засухи и наводнения, нашествия варваров и саранчи. Эти кружки долгое время находились в центральном храме, в Тикале, но тамошние жрецы коварные и развратные. Их дух дисгармоничен, а душа диспропорциональна. Поэтому пользу для Земли государство майя может принести только если перегниёт. А здешняя кукурузная настойка... Ах! Она безумно хороша, но алкогольные традиции многих народов и многих времён заслуживают своего внимания. Ну да что там? Прощай цивилизация майя. Выпей ещё и к делу.
Мы испили и вдруг я начал отрываться от земли. Пропо же подпрыгнул и разорвался ярким взрывом, превратившись в знак слияния и поглощения, и тоже полетел вверх, обгоняя меня. Поднимаясь, я заметил яркую и красочную радугу, к которой я приближался. Она была такой огромной, что с земли её верхушки не было видно, а концы уходили далеко за горизонт.
Подлетая к вершине радуги, я заметил, что знак слияния и поглощения с громким хлопком превратился в белоснежную пони с чёрным кончиком в белоснежной гриве. Она встала на радуге и, свесив голову, наблюдала за моим приближением. Подлетев к радуге я со спокойным сердцем встал на неё.
Я всегда считал себя трезвомыслящим реалистом, никогда не был легкомысленным романтиком и мечтателем. Потому, осознавая всю абсурдность своего стояния на радуге, в связке с реальностью современности, я решил, что видимо просто уснул в полёте от кукурузного поля. Тогда я решил внимательно разглядеть свой сон, чтобы затем обратиться к соннику и узнать о будущем, о его технических аппаратурах и социальном устройстве. Пони же внимательно разглядывала меня, свесив свою гриву с чёрным кончиком, то на одну, то на другую сторону. А я просто лёг на радугу и закрыл глаза, рассуждая так, что если это сон, то я увижу всё и лёжа с закрытыми глазами. Но зрелище и ощущения, оборвавшись темнотой, так и не возобновилось. Зато в голове наконец-то всё прояснилось. Ведь это же наверняка те карлик и пони, что осветили путь Сфинкса и Кентавра.
-Вы, Рция?- спросил я у пони поднявшись на ноги.
После того, как я встал с радуги она вдруг начала блекнуть.
-Да, Пегас, и ты на радуге над Юкатаном. И мы здесь, чтобы скоординировать твои дальнейшие действия. Ведь тебе нужно починить одну из гидролокационных антенн. Для человека неподготовленного миссия невыполнима. Ты наш человек, но думаю принцип работы радуги тебе всё же должно объяснить.
-Вот, смотри,- сзади меня раздался голос Пропо.- Только что я был в Ноосфере и искусственно из идеомоторной генераторной поддерживал, чтобы радуга была яркой и красочной. А сейчас погляди.
Пропо указал под ноги, на радугу. Та была очень блеклая, сероватых оттенков.
-Вот теперь её сияние не поддерживается искусственно и сам видишь, что с ней происходит. Потому, как радуга должна питаться естественно, за счёт эманаций населения. Идеомоторные генераторы могут поддерживать её сияние искусственно, но если от населения нет гармонически-мелодической отдачи, то генераторы работают на износ. Мы долгое время работали на Юкатане, но мягко говоря, слишком уж тут всё запущено. Потому, пусть лучше живописные джунгли покроют государство майя. Я ещё немного поддержу всё искусственно, пока Рция тебе всё объяснит. Ну, а потом, прощай, Юкатан. Увидимся. Да, Пегас, давай с тобой выпьем. Ты такой душевный.
Пропо протянул кружку, мы испили и он вновь растаял в воздухе.
-Главное здесь то, что каждый цвет питает и питается определённые аспекты человеческого бытия. Поддержав и подняв у окружающих определённую сферу их жизнедеятельности, можно насытить и цвета радуги. Итак,- Рция тряхнула белоснежной гривой с чёрным кончиком.- Красный цвет- его яркость синтезируется человеческими эманациями любви, продолжения рода. Оранжевый- тем ярче, чем более подвержен объективизацией счастья, радости. Жёлтый- мудрость, понимание сути бытия. Зелёный- удача, материальное благополучие. Голубой- питается и питает сбывание всех самых заветных мечтаний, так называемая мечтосбываемость. Синий- трудовые свершения, учёба, научные открытия. И, наконец- фиолетовый- несёт ответственность за здоровье. Вот и всё, Пегас. Запомнил?
Я кивнул.
-Идеомоторные генераторы нельзя больше перенапрягать. Пропо, возвращайся!
Тут же рядом с Рцией возник Пропо, после чего радуга тут же вновь поблекла, до серых оттенков, слабо различимых друг от друга.
-Выпьем на дорожку!
Пропо протянул мне кружку, мы испили и он отдал мне вторую.
-Пока, дружище! Анюта вон за тем облаком. Иди!- произнёс Пропо.
-До свидания, Пегас, империи майя не помочь, а окрестностям Желановска возможно, сказала Рция.- Нам пора. Нужно сделать ещё очень много добра.
Пропо лёг на радугу, подняв полу туники. Рция встала над ним и они начали страстно ласкать гениталии друг друга. После чего они закружились, превратившись в знак слияния и поглощения, и, пролетев над моей головой удалились в облако, в котором меня верно ждала Анюта.
Засунув голову в облако, в желании увидеть любимую, я увидел свою спальню; шкаф, дверь, обои, шторы, гладильную доску, комод с магнитофоном и пальчики Анютиных ног. Слева и справа от меня находились бёдра Анюты, гладкие и мясистые.
"Но почему же, как не разглядываю я ноги любимой я нигде не нахожу влагалища? Где оно? Что с ним?"- думал я.
-Гаспар, как хорошо мне с тобой!- услышал я голос возлюбленной позади себя.
И тут же я догадался, что на Юкатане я находился только с одной стороны, с другой же стороны я был в Анютином влагалище.
-Всё понятно, дорогая,- с иронией в голосе нежно прошептал я, выбрался из влагалища и сел между ног любимой.
-Твои передвижения по Юкатану доставили мне столько удовольствий,- Анюта обняла меня бёдрами и ласково прижала к себе.- А теперь, пожалуй моя очередь доставить тебе удовольствие, любимый Гаспар. Ложись на спину.
Анюта разжала бёдра и я покорно лёг на спину и она страстно начала целовать меня с головы до пят.
-Здравствуйте, у нас интервью. Как вы относитесь к тому, что одна из линий гигантских рисунков на перуанском плоскогорье точно указывает на место захода солнца в день летнего солнцестояния?- Игриво и кокетливо пропела Анюта, поднеся мой член к своим губам.
Затем она погрузила его в сладкий омут своего рта и я, трепеща закрыл глаза. Я извивался и стонал, под воздействием ласк своей любимой. А когда на миг приоткрыл глаза, то увидел, что член находится в эпицентре рыжеволосого, зеленоглазого вихря, размером со стиральную машину.
Вихрь довёл меня до серии живописных оргазмов, а затем растаял.
"Видимо, Анюта уснула."- подумал я.
И прошептал:
-Безмятежности тебе.
       *       *       *
-Выпьем, Пегас, да мне, пожалуй, пора. Да, совсем забыл, у тебя на примете случайно нет пары надёжных ребят с транспортом?
-Пары надёжных ребят...?

Мой родной город Желановск, красивейший мегаполис не только вдоль реки Итиль, но и вдоль реки Танаис. Желановск славен гигантами химической промышленности, металлургии и высшего образования.
Обучаясь некогда в Желановской Академии Крестьянского Быта и Городского Видения Сути, я подружился с двумя братьями, Гришей и Мишей. Дружба наша зародилась на фоне душевного пристрастия к футболу, рок-музыке, гетерам и алкалоидам. Мы посещали ночные сауны, рок концерты и стадион, где выступала наша любимая футбольная команда "Додекаэдр- Желановск". На досуге мы спорили с друзьями о политических и правовых учениях Древних Индии, Китая, Греции и Рима. Восхищались политической концепцией Филофея о предназначении Москвы бать третьим Римом. Относились со скепсисом к социалистической революции и диктатуре пролетариата и категорически осуждали идеологию национал- социализма.
Перед матчами "Додекаэдра" мы запасались пивом, вяленой рыбой и шли наслаждаться комбинациями и проходами звёзд футбола, выпивая пиво и поедая рыбу на листах футбольных газет.
Гриша любил мыслить глобально; доставая из зубов обмусоленную косточку чехони, он рассказывал о том, что у глубоководных рыб ужасные пасти, вооружённые шиповидными зубами, и встреча с ними также опасна, как и встреча команды гостей с "Додекаэдром". Миша любил мыслить широкомасштабно; когда дело заходило об обсуждении проигравшей команды гостей, то он проводил аналогию с неандертальцами, не выдержавшими в своё время конкуренции с кроманьонцами и потому, загадочно вымершими множество тысяч лет до нашей эры.
После окончания матчей мы с Гришей и Мишей любили подняться на крышу одного из близлежащих высотных домов, чтобы глядя на побоище футбольных фанатов (в которых мы не участвовали не из страха, а по причине духовности), выкурить папиросу и ощутить себя древнегреческими богами, наблюдающими на трагические разрушения греками Трои. Когда же жандармы вмешивались в эти побоища, то мы превращались в индейские божества и видели со своих брёвен; вот идут благородных кровей испанские конкистадоры, готовые покорить дикие индейские племена.
С Гришей и Мишей мы были добрыми друзьями и я, порою желая скрасить серые будни, сигнализировал им. И тогда они, будучи знатоками различных транспортных средств, весело смеясь мчали меня куда-нибудь на мотоцикле, тракторе, катере, или паровозе, оставляя на своём пути лишь взбудораженную пыль и гильзы от папирос.
Однажды, уже не так давно, а минувшим летом, когда благодаря широкой губернаторской поддержке, "Додекаэдр", выигравший кубок Европы готовился к выступлению против победителя Лиги Чемпионов амстердамского "Аякса", в борьбе за футбольный суперкубок, я зашёл в гости к Грише и Мише.
Они жили в пригороде Желановска в посёлке Остров Фиолетовый. Братья всегда тяготели к различным транспортным средствам, но в этот раз я был удивлён винтажности их транспортного парка. Кроме мотоцикла, трактора, катера и паровоза у моих друзей были конка, фуникулёр и дирижабль. Дирижабль был привязан к столбу внизу которого стояла собачья будка, в которой жил пёс Ротор. Ротор был чёрным ротвелером. На крыше деревянного сарая спал белый котёнок Ферзик.
Гриша усадил меня на софу, принес мне большой бокал зелёного чая и сунул в руку папиросу.
-Вызовем девчонок?- Гриша взял у меня из рук папиросу, пару раз затянулся и передал её обратно.
-Хорошо бы конечно, но...
Я хотел поделиться своими мыслями о том, что сегодня вечером в Амстердаме играет "Додекаэдр" и попасть туда священный долг любого желановца.
Гриша не дал мне договорить и, махнув рукой, убежал в коридор к телефону. Я включил телевизор и вскоре по нему показали сюжет о том, что "Додекаэдр" уже приехал в Амстердам и провёл там свою первую тренировку на шелковистой, зелёной травке амстердамского стадиона Арена. С грустью я смотрел сюжет, завидуя олигархам и дипломатической миссии, имеющим достаточные материальные средства и административные ресурсы, для похода на матч "Аякс"-"Додекаэдр".
Через некоторое время мои мысли были прерваны весёлыми ручейками девичьих голосов, радостным лаем пса Ротора и не менее радостным мяуканьем котёнка Ферзика. Я вышел на крыльцо, Гриша уже стоял там. А с белоснежного склона холма, напротив крыльца дома спускался фуникулёр и одинокий лыжник. Дома у братьев было так уютно, что я совершенно не задумывался о том, от чего среди лета, напротив дома моих друзей, взялся этот белоснежный холм. Ротор отвязался от будки и с радостным лаем побежал к подножию холма, за ним, соскочив с сарая, ринулся котёнок Ферзик.
Лыжником был Гриша, а весёлые ручейки девичьих голосов раздавались из фуникулёра. Вскоре из него вышли наши подруги: Лора, Лаура и Лолита. Я почувствовал мощный импульс , исходящий из их тел, особенно грудей и ягодиц. Импульс продолжал усиливаться, мы покурили на крыльце и импульс, закружившись в винтовую линию, увлёк меня на подушки с одной из подруг, Лорой. Братья, Лаура и Лолита, шумно пыхтя, веселились где-то за стенами. Ротор и Ферзик спокойно смотрели телевизор, а потом вздохнули и пошли во двор.
Затем мы дружно собрались перед телевизором, в частности я занял место на кресле, у окна. Гриша принёс ещё чаю, а Миша папирос.
-Вот бы на футбол, в Амстердам съездить...- задумчиво протянул я, не надеясь на чей-то вразумительный ответ, скорее сам себе, под нос.
-Вяленой чехони только взять надо, а пиво в Амстердаме неплохое.- ответил Гриша.
-Да, поедемте, девушки в Амстердам!- вторил ему Миша.
Они схватили девчонок за разные места и все пятеро охотно повалились на ковёр и начали перекатываться и лобызаться. А я осуждающе глядел на них и думал, как Гриша и Миша с таким циничным сарказмом могут относиться к предстоящему футбольному матчу. Пытаясь отвлечься от солнечных зайчиков, пускаемых мне в глаза девичьими ягодицами и грудями, я грустно начал глядеть в окно, на привязанный к столбу дирижабль и, задумчиво ловящего пастью мух, Ротора. Вскоре к Ротору подбежал белый котёнок Ферзик и они с радостным лаем и мяуканьем побежали скатываться с вершины холма на санях.
-Нет, ребята...- я взял ещё одну папиросу и, пустив в потолок три кольца дыма, пронзил их дымовой стрелой.
-Если мы пролетим на дирижабле, нас собьют уже над Польшей; для поездки на конке потребуется большой запас овса, да и цыгане-конокрады не дадут покою. Фуникулёром бы неплохо, но кто ручается в том, что Амстердам находится на вершине холма,- я взглянул на снежный холм за окном.
Я посмотрел на Ротора, он положил морду на лапы и задумчиво уставился на сарай. На крыше сарая спал белый котёнок Ферзик.
"Какие несбыточные собачьи мечты тревожат служивого?"- подумалось мне.
"Снятся ли котёнку мыши или сирень?"- подумалось ещё раз.
Я пил чай, курил папиросы, переводя взгляд с телевизора, на резвящихся на ковре и на Ротора, задумчиво глядящего на сарай, со спящим на нём Ферзиком. До тех пор, пока одна из подруг не пустила своими ягодицами слишком яркий солнечный зайчик, вынудив меня войти в себя, оторвав от мыслей о футболе.
Гриша и Миша только изредка посмеивались над моей, как я впоследствии понимал, недальновидностью. Мне же не давала покоя мысль о предстоящем матче. Я вышел на крыльцо, закурил папиросу и задумался о том, что же ждёт меня вечером; логичная гармоничность или хаос неустроенности.
Голос Миши вывел меня из задумчивости:
-Гаспар, если взгрустнулось, возьми мотоцикл, съезди на базарчик за чехонью, да в принципе и пива можно купить, хотя бы на дорогу. Там-то купим.
Ни слова не спрашивая, радуясь возможности с ветерком прокатиться на мотоцикле, я запрыгнул в седло и дал по газам, стараясь по дороге не раздавить ёжиков, перебегающих мне дорогу. Потому, как в гостях у Гриши и Миши, я особо остро чувствовал своё единение с природой.
Заготовив пива и рыбы, я вернулся в дом друзей и несколько удивился увиденному. Девушки раскрасили свои лица в оранжево-фиолетовые цвета "Додекаэдра". Гриша и Миша надели на себя додекаэдровские шарфы и дали мне один. Я с радостью повязал его, но что задумали друзья, я пока недоумевал.
-Вот!- В руке у Гриши была папироса, которую он тут же зажёг.- Это нечто особенное.
-Да. Но причём тут этот маскарад?
-Как бы то ни было, а любимую команду мы должны поддержать. А поместье Ротор с Ферзиком постерегут.
Я недоумевал. Гриша протянул мне папиросу, я затянулся и Гриша вдруг так улыбнулся, что я задумался, откуда у него такая улыбка, не от солнца ли.
-Ну, всё пора!- приказал Миша.- Берём пиво, рыбу и идём!
Мы взяли назначенные нам поклажи, кроме того братья взяли с печки котелок с вареной картошкой и мясом, хлеба и банку томатного сока.
-По дороге пообедаем ещё,- прокомментировал Гриша.
С папиросой мы закончили уже в сарае. Ротор и Ферзик, оставленные в поместье за главных, радостно мурлыкали и скулили с другой стороны двери сарая. Гриша поднял крышку погреба. Я полез первым, затем принял за ягодицы спускающихся Лору, Лауру и Лолиту и, дождавшись спуска Миши и Гриши, был готов к дальнейшим распоряжениям.
На одной из стен погреба висел холст. На нём были изображены полки со стоящими на них банками с вареньями, компотами и овощными салатами. Миша и Гриша с двух сторон аккуратно сняли и свернули холст. За ним находилась массивная железная дверь. На двери висела медная табличка с надписью: "Мы никогда не познаем реальные вещи в себе."
За дверью был небольшой лестничный пролёт и ещё одна массивная дверь с медной табличкой: "Отныне, пространство само по себе, и время само по себе, должны обратиться в фикции и лишь некоторые соединения обоих должны ещё сохранить самостоятельность".
Миша и Гриша аккуратно открыли и закрыли все двери и вскоре мы вышли на полутёмную платформу. С одной стороны платформы был проложен железнодорожный путь, а с другой выложена мозаика с изображением Орфея, очаровывающего своей игрой на арфе диких зверей и деревья.
-Себастьян, нам на футбол нужно ехать, в Амстердам!- закричал вдруг Миша в другой конец платформы.
На другой стороне платформы открылась дверь, из- за неё на платформу плеснулся слепящий луч блаженно-яркого цвета, который вскоре трансформировался в седого старика с длинной бородой, одетого средневековым странствующим философом.
-Начальник станции,- пояснил мне Гриша.
В руках Себастьяна была ступка с крутящейся ручкой. Он подошёл, пристально разглядел нас всех, вытер пыльное лицо пыльной ладонью.
-А что, корень души с собой?
Миша протянул Себастьяну спичечный коробок. Себастьян высыпал содержимое в ступку, перемолол, вытащил из ступки ручку, вставил металлическую трубку, чиркнул огнивом снизу ступки. Затянулся и, немного погодя, выпустил клубы дыма.
Когда клубы дыма, выпущенного Себастьяном, развеялись, то я увидел в конце тоннеля свет и услышал нарастающий шум. Ступка пошла по кругу и в тот момент, когда я втягивал дым в себя, на станцию вошёл поезд. К счастью, он пронёсся, не сбавляя скорости, потому, как в окнах вагонов мелькали злобные татаро-монгольские лица, измождённые завоевательными походами, бившиеся даже в Швеции. На платформу посыпались обглоданные конские черепа и кости.
-Татаро-монголы об Швецию зубы обломали. Вот, убирай здесь потом за такими,- констатировал Себастьян.
Затем, когда я затягивался во второй раз, то мимо платформы вновь пронёсся поезд полный викингов, рыцарей и прочих воинов, в различной форме всех времён, три последних вагона занимали наши коллеги, шведские футбольные болельщики в жёлто-синей форме.
-Вот это уже серьёзней. Шведы монгола догнать и добить в его логове решили,- вновь пояснил Себастьян.
После третьей затяжки к платформе подошёл бронепоезд, проехал было мимо, но вернулся и остановился. На броню вышли великий командарм гражданской войны  Василий Иванович Чапаев и его комиссар Пётр Пустота.
-Вот, полюбуйтесь, Пётр! Только, что о таких явлениях вам говорил, вот явные вам доказательства моих выкладок. Экие симулякры, право! Что будем делать? Может глиняным пулемётом их?
-Пустое, Василий Иванович, едем скорее на водопады.
Чапаев махнул рукой, они скрылись за бронёй и умчались.
-Часто здесь проезжают, всё воюют. Ну, вот, ещё по одной затянетесь, и ваш поезд будет.- сказал Себастьян.
И действительно, после четвёртой затяжки к платформе подъехал небольшой, но уютный мотор-вагон. Себастьян подошёл к улыбчивому, усатому машинисту, передал ему какой-то корешок и мы тронулись, поспав с Лорой, Лаурой и Лолитой и, пообедав по дороге хлеба, картошки с мясом и томатным соком. У Лауры в сумочке ещё оказалась сочная и довольно сладкая луковица.
Амстердам встретил нас вечной юностью и свежестью. Гуляя по Амстердаму, мы наслаждались каждым квадратным дециметром Амстердамского воздуха. Футбольный стадион Арена сиял. Футбол был динамичным. Дриблинги, фланговые проходы, навесы в штрафную, угловые. В общем, удары... Удары в штангу, перекладину, выше ворот, но самые завораживающие удары были в створ ворот. А мы с друзьями пускали дружную и радостную волну на стадионе, пили пиво с чехонью и заливались: ДО-ДЕ-КА-ЭДР Чемпион!
Футбол Аякс- Додекаэдр завершился боевой ничьей: 3:3. Амстердам ликовал!
       *       *       *
Тимоха внимательно слушал меня, держа в левой руке кружку беленькой, увенчанную конусом, а правой рукой, вооружённой веточкой, он рисовал, что-то на земле.
-Ну что, похож?
Тимоха кивнул на рисунок на земле. На нём была изображена ритуальная шаманская маска. Что-то подобное я уже видел во время в одной из своих экспедиций то ли в Гватемале, то ли в Эвенкии. Затем Тимоха кивнул на конический бугорок в моей кружке, в котором я увидел своё отражение. Что-то вроде кокошника на голове, выпуклые фиолетовые лоб, щёки и нос, чёрная повязка на уровне глаз с прорезями для них, линия губ подобная старому месяцу.
Всё это так удивило меня, что я уронил кружку на траву. Упав, кружка не только не пролила ни капли своего содержимого, но, твёрдо встав на дно, аккуратно взлетела и подошла пунктуально к моей руке.
-Как же это я так стал похож на ритуальную шаманскую маску. Да и этот кокошник, у меня ведь вроде бы ничего подобного на голове нет.
Я провёл по голове свободной от кружки левой рукой и ничего не обнаружив на голове, вопросительно взглянул на Тимоху. Он жевал ежевику и улыбался.
-Помнишь, я обещал тебе объяснить гармоничность моего обкидывания тебя ежевикой и высмеивания. Так вот, на самом деле это нужно для повышения твоих магических сил, ведь ты должен мне помочь и для этого сам стать посредником между этим миром и Ноосферой. Ежевикой я пытался сделать тебя похожим на доброго духа, а высмеиванием отогнать от тебя злых духов. А это,- Он указал на кокошник на своём рисунке.- твоя антенна в Ноосферу.
-И она у меня есть?- Я вновь провёл левой рукой по голове.
-Вот, болван!- Тимоха вновь расхохотался, кинул в меня одну ежевику, но по траве кататься не стал.- Ведь я же тебе объяснял понятие метафизики. Ну конечно же есть, иначе мы не взяли бы тебя на работу.
-Да...- я завороженно переводил взгляд с рисунка Тимохи на своё отражение в кружке.
-Всё хорошо получается и думаю дальше будет продолжаться на том же уровне, высоком уровне.
Тимоха поднял кружку ввысь, но тут же опустил назад.
-Да насчёт Гриши и Миши- потрясающие ребята, деловая хватка, уважаю. Послушай, Пегас, вот что! Они, несомненно, подходят нам для дела и звать мы их теперь будем Сфинкс и Кентавр. Хорошо? Отлично! Да, а что кто-то из них был в Перу?
-Из них? Да вроде нет. Я был. А что?
-Ну откуда то они взяли кактус Сан-Педро. Только Сан-Педро даёт человеку такую решимость и отвагу, чтобы последовать за своей светлой мечтой, своей верой в логичность гармонии. Жаль только, что в научной среде такие случаи находят понимание только через долгие годы.
Будучи всю экспедицию занятым мыслью о любви к Анюте, я совсем и забыл о том сухоньком старикашке, который возник передо мной в зеркале туалета одного из ресторанов Лимы, когда я умывал голову, утомлённый пышным банкетом. Он протянул мне клочок бумаги с каким то московским адресом, затем поднял вверх указательный палец правой руки и изрёк что-то торжественное на незнакомом, наверняка давно вымершем языке и вышел из туалета.
Прогуливаясь затем по Москве, после прибытия из Буэнос-Айреса, я нашёл по этому адресу, организованную в подвальчике тепличку, где тот же старик вновь встретил меня длиннющей тирадой на странном, вымершем языке, лишь на прощание, протягивая мне росток, упакованный в полиэтиленовый пакет сказал:
-Воронки во времени и пространстве, а также искажение геофизических полей поможет тебе на пути к обострённому восприятию сути гармонии. Как бы странно это не звучало. Впрочем, если задуматься и вслушаться, то любой звук довольно странен. Отдай его своему другу завтра и тебе удастся овладеть временем и пространством вчера.
С тем я и ушёл, на следующий день, прибыв в Желановск, передал с оказией этот росток братьям, а тремя месяцами раньше поехал на футбол в Амстердам.
-Что выходит мы реально воспользовались воронкой во времени и пространстве? Только сейчас я понял какую мину под материалистическую доктрину, исповедываемую партийной верхушкой, передал мне тот старик.
-Наверное это старый шалун Титикака. Наш человек. Скажи, а этот белоснежный холм перед крыльцом, конка, фуникулёр, дирижабль; всё это было у них до твоего им щедрого дара?
-Припоминаю, что вроде бы нет. Хотя сам уже точно сказать не могу, так всё реально было. Что за чудеса?
-Всё очень просто, им удалось уловить и трансформировать идеомоторную реакцию своих же грёз, ну и плюс смелость последовать за своими грёзами. Теперь им под силу даже красивейшее озеро Констанца, на границе Австрии и Швейцарии, у себя перед домом организовать. Да и холм этот они в любой момент могут зелёным и цветущим сделать. В общем нам на работу именно такие ребята и нужны.
Я слушал Тимоху и смотрел на него сквозь переливающийся конус беленькой и тогда он начинал казаться мне морским змеем. Когда доходило до того, что змей широко открывал пасть, пытаясь схватить меня, то я убирал кружку от уровня его лица ниже, к груди и вдруг вполне реально видел, как у Тимохи растут крылья, белоснежные и шелковистые. Так я щекотал себе нервы, пока Тимоха не сказал приближаясь губами к бугорку своей кружки:
-База, база, я первый, приём!
Я удивлённо взглянул на него, убрав от глаз кружку. Тимоха улыбался:
-Это я к тому, что пора уже мне, Пегас. Кочерга зовёт.
Я взглянул на кочергу, которую Тимоха вытащил из под ног. Знак бесконечности переливался разноцветьем.
-Давай поднимемся, Пегас.
Тимоха встал, за ним и я. Он зажал кочергу между ног, придерживая её левой рукой.
-Так, камней сзади нет?- Тимоха оглянулся, травка манила зелёным шёлком.- Ну, Пегас, знаешь, что делать. Я постараюсь быстрее вернуться. Теперь пора. Да не будет у тебя других богов.
Тимоха выпил, я быстро последовал его примеру. Ящер, дельфин, аист и медведь приятно щекотали пищеварительный тракт. Тимоха протянул мне пустую кружку и тут же упал на спину. В речушке шумно плеснулся дельфин. Кочерга же пустилась в полёт. Кружа через деревья и кустарники, срывая с веток птиц, ныряя в воду, оставляя меня в полном неведении насчёт местонахождения Ноосферы. Затем она на несколько секунд зависла в воздухе и растаяла, как улыбка чеширского кота. В то время, когда кочерга металась по лесу Тимоха стонал и корчился, покрываясь испариной. Теперь же он затих, задрав подбородок вверх и умиротворение разлилось по его челу.
Вечерело и оставаться в лесу становилось опасно, беспомощное физическое тело Тимохи, наверняка представляло бы большой интерес для гнуса и хищника. До автобусной остановки дойти с неодушевлённым телом было нереально, к тому же наше перемещение могло бы привлечь внимание жандармов. Что могло быть крайне нежелательно, во первых потому, что телу Тимохи нужен покой, во вторых властным органам, наверняка захотелось бы устроить нам жернова, узнав о величественности нашей миссии. Такие мысли одолевали меня, глядя на костёр и Тимоху, в испарине лежащего у костра.
Однако совсем стемнело и, оторвав взгляд от костра, я увидел, как вокруг нас мелькают тени. Зловещих и коварных теней вскоре стало вокруг нас великое множество. Они устроили вокруг костра гул и свистопляску. Они подхватили тело Тимохи и, оперируя им, как тряпичной куклой, заставили принять его тело эту свистопляску и пуститься в пляс. Я схватил из костра головёшку, пытаясь разогнать эти исчадия. Но силы были неравны. И когда я уже почти совсем отчаялся, раздался рёв мотоцикла.
-Пегас, бросаем его в люльку, быстрее!
С сиденья соскочил Гриша, отныне, названный Кентавром. Он помог мне справиться со зловещими и коварными тенями. Мы бросили Тимоху в люльку, Кентавр сел за руль, я за ним и вскоре мы мчались в Желановск, ко мне домой. Я радостно кричал, раскинув руки, и звёзды на нашем пути складывались в простое и ёмкое слово, которому отныне будет посвящена вся наша жизнь: ГАРМОНИЯ.

2.ПОДВИГУ- МЕСТО.
Затем, уже приехав ко мне, мы постелили Тимохе на раскладушке чистую постель с матрасом, тёплым ватным одеялом и подушкой. Сначала мы хотели постелить ему в комнате, но, не зная всех перипетий метафизики и связи с Космосом, решили, что на балконе он будет ближе к Ноосфере. Створки балкона мы оставили открытыми, потому, что точку времени возвращения Тимоха не обозначил точно. А сможет ли он вернуться из Ноосферы сквозь стёкла и стены мы в точности знать не могли. Мы- это мои друзья Миша и Гриша, то есть Кентавр и Сфинкс. Кентавр забрал нас С Тимохой из леса, а Сфинкс ждал нас у подъезда с тремя трёхлитровыми банками яблочного вина.
Наконец, когда опасности были позади и Тимоха дожидался своего метафизического начала в комфорте и уюте, я выпив стакан яблочного вина (кружки я конечно же не забыл в лесу, аккуратно доставил домой и убрал в шкаф), почувствовал как чудный свет и неведомое блаженство овладевает всем моим существом. Сфинкс и Кентавр сидели рядом со мной, на моей кухне.
-Ну, ребята, ну, молодцы! Как же поняли, что нам нужна ваша помощь? Как нашли нас?
Видимо утомлённые не столько физически, сколько морально, осознавая видимо ответственность, ложащейся на их плечи миссии, братья смаковали вино.
-Как тебе вино, Пегас?
Яблочное вино было искристо-янтарного цвета, со вкусом ушедших летних деревенских закатов и рассветов и послевкусием летних любовных утех на природе.
-Вино прекрасно. Ощущается гармоничная суть весеннего цветения садов. Откуда столько вкусного? Эх, хорошо на душе...
-Да, Пегас, и вот так вот у нас на душе хорошо с самого утра, а как по банке вина одолели, так и чувствуем- сверхсознание какое-то космическое открывается. Ты об этом ничего не знаешь? Такая мудрость и гармоничность вдруг снизошла, как будто от всех четырёх стихий, что решили мы поутру на дирижабле подняться, да земной шар сверху понаблюдать. Поднялись. Да только красивей холма зелёного перед крыльцом ничего не сыскать. Решили на вершине холма приземлиться, чтобы воспеть о любви к отчему краю Лоре, Лауре и Лолите. С девками потому, что гуляли в отчем краю, оттого с мирозданием слиться чувствовали позыв душевный.- объяснил Кентавр.
-Тогда я,- добавил Сфинкс.- Кричу девкам:
                -Лора, раскрой рояль!
                -Лаура, лиру дай!
                -Лолита, хлопай в литавры!
Девки заиграли, а мы поём о природе цветущей, о животных мудростью уникальных, о том, как парень с девкой, красотой небес, да земли налюбовавшись, возлюбили друг друга, о том, как дети здоровьем, да умом, ввысь устремлённые от того союза любящих сердец, жизнь начали плодотворную, о Солнце и Луне, о зное и дожде, о снегах и таянии их.
Песня закончилась и тут мы обнаружили, что у нас есть зрители; карлик и пони. Карлик был одет в чёрную шёлковую тунику, чёрные яловые сапоги и чёрную фетровую шляпу с белым пером, а пони же была белоснежна, кроме чёрного кончика гривы, на затылке.
-Вот, Пропо, наши воины гармонии,- сказала пони.
-Да, Рция,- ответил карлик,- вижу, что окрестности в ближайшее время наполнят исключительно гармоничные информационные процессы. Песня выполнена по всем законам Ноосферы.
-Кто вы, персонажи каких мифов?
-Я карлик- Пропо, а это пони- Рция. По-моему очень просто.
-Пропо, но ведь ты совершенно забываешь о субъективности восприятия. Если люди не готовы эмоционально к встрече здесь странно одетого карлика, в компании говорящей белоснежной пони, то тот факт, что мы просто карлик и пони, им ничего разумно практического не даст.
Рция улыбнулась.
-А абстрактное мышление? А тайные мистерии? А трансовые молитвы?
Пропо топнул, задрал голову, уперев левую руку в бок и обнажил ножны, висевшие на поясе, откинув полу туники.
-Что ты, Пропо, не будь строг с адептами- ефрейторами.
-Хорошо, тогда объясняй им всё сама, а я взберусь на берёзу, взгляну, не приближается ли сюда какой-нибудь дракон.
Пропо взобрался на берёзу и, сев на ветку, поигрывая кортиком, устремил взгляд вдаль.
-Объясни им природу магнетических волн,- крикнул он с берёзы.
-Ах, Пропо, вечно ты не можешь смириться с трансцендентностью иллюзорности объекта осознания.
-Трансцендентность? Вот ещё! Имманентность важнее!
Пони махнула правым копытом.
-В общем, слушайте, ребята, вижу, что тяготеете вы к добру, песня ваша наполняет Вселенную Мелодией Гармонии, потому, если не хотите, чтобы пропал этот живописный холм перед вашим крыльцом, надлежит вам явиться...
-Вот!- перебил Пропо, слез с берёзы и подошёл к нам.- Для удержания искусства гармонии в сегодняшнем воздухе, стихи:
       -В саду цветущем ночью бродили мы вдвоём...
       -Любви искали вотчину, любви искали дом...
       -Всё ждали мы рассвета, казалось нам тогда,
       -Что мы найдём Нирвану под ивой, у пруда...
       -Обломана сирень и одуванчики разнесло,
       -Осыпались тюльпаны и роз нет, как назло...
       -Любви, что до могилы с тобой нам не найти, 
       -Вино и куннилингус на том конце пути!
Пропо вытащил кортик из ножен и поднял его над собой, подобно факелу, приняв выражение и позу помпезного оратора, затем вновь полез на берёзу.
-Неплохо, Пропо, когда мы выполним сегодняшнюю миссию гармонии, я навею на тебя волшебные чары и мы ещё обсудим тему куннилингуса.
Пропо расхохотался на берёзе.
-О, Рция, я даже думаю, что если мы с тобой не сложимся в знак сияния и поглощения сегодня вечером, то у ребят может ничего не получиться с делом.
-А что, собственно, мы должны сделать-то?
-Ну, для начала осознать, что вы проникли силой трансового мышления, в гениальный транс для мобилизации резервных возможностей вашего организма. Это нужно силам света для соблюдения внутренней гармонии, устанавливающий ритм и соотношение во всех частях Вселенной!- ответил Пропо, строго поглядывая на нас с ветки.
-Понимаете,- продолжала Рция.- Силы гармоничности, мудрости и добра зависимы от процессов, происходящих в мозгах людей. Именно содержание мыслей людей и наполняет объективность осознания гармонии. Нам нужны люди, мыслящие, исходя из истинной безграничной любви к человечеству. И сегодня один из духовнодейственных чинов Ноосферы собеседует с вашим другом Гаспаром, на предмет его пригодности служению силам света и блаженства. Поэтому, не сейчас, но ближе к вечеру вы должны прибыть к месту их собеседования на транспорте. А пока,- Рция принюхалась.- Та гамма запаха, которая исходит от вас, разливает по телу блаженное тепло. Ты чувствуешь, Пропо?
Карлик вновь спустился с берёзы.
-Не стану ничего отвечать, Рция, опасаясь того, что ограниченность слов не сможет описать ту явно нереальную, волшебно-сказочную атмосферу гармонии, которая наполняет моё тело, когда я вдыхаю этот запах от вас, ребята. У вас ещё вино есть?

-Ну, в общем, мы пригласили карлика и пони к себе в дом. Они конкретно объяснили, где вас искать, ориентируясь на костерок со зловещими и коварными тенями вокруг. Мы угостили их вином, налив каждому по ведру. Затем они сложились в знак сияния и поглощения, с белой точкой на чёрном фоне и чёрной точкой на белом фоне и закружившись, исчезли.
Друзья рассказали мне эту, воодушевляющую историю и через некоторое время, допив вино уехали домой, пообещав вернуться по первому вызову сил тепла и света.
          *       *       *
Я же пошёл на балкон, чтобы покурить и посмотреть, не раскидал ли постель Тимоха. Шагнув через порог балкона, я вдруг полетел вниз и свалился в пыль. Поднявшись на ноги, я отряхнулся и сквозь синий туман на вершине холма увидел загадочный силуэт.
-Всадник на кочерге!- пронеслось в моём сознании.- Тимоха зажигает.
Неожиданно это открытие не обрадовало, а испугало меня. Силуэт же тем временем стал быстро надвигаться на меня, ужасно скрежеща доспехами. Движение силуэта в мою сторону сопровождал нарастающий, прерывистый и пронзительный ветер. Ветер нёс камни, обломки деревьев, обрывки плакатов, детали мебели и бытовой техники. Грохот железных копыт был оглушительным, земля ходила ходуном.
Я вновь свалился на землю, зажмурился, закрыл уши руками и молился только об одном- выйти живым из этой ситуации. Как вдруг, я подумал, что проявляю малодушие, уткнувшись носом в пыль и, встав на ноги, пожелал своими глазами проследить за дальнейшими передвижениями всадника, в полную силу своего разума, надеясь на гармоничное слияние с мирозданием.
И вдруг грохот стих и пыль улеглась и, как не странно, я обнаружил Тимоху мирно, посапывающим в коридоре, на ковре. Коридор вдруг предстал очень длинным и светлым, украшенным стоящими вдоль стен скульптурами купидонов и принцесс и освещаемый факелами. А рядом с Тимохой лежала его серебряная кочерга. Я поднёс к носу Тимохи зеркало, оно запотело и я почему-то, в эйфорическом неведении откинул кочергу подальше от него. Наверное, потому, что скучал по его мудрому видению жизни и не хотел, чтобы он нечаянно убыл назад в Ноосферу.
Полёт кочерги, плюс, я думаю ветерок из открытой форточки создали небольшой, размером с холодильник вихрь. Вихрь окружил меня и вскоре, я был неожиданно застигнут ярким оргазмом. Настолько мощным, что потеряв ориентацию в пространственно-временном континиуме, без сознания свалился на пол. Приходя в себя, я вновь и вновь входил в этот вихрь, терял сознание, измождённый красочными, восхитительными оргазмами. Вихрь доводил меня до оргастических разрядок и я, будучи в состоянии блаженства получал от него разрядку и становление духа. Иногда в виде стигмат, транса и левитации, иногда же в виде эякуляции.
Я чувствовал, что это какой-то знак свыше. Знак, который я должен был принять близко, для того, чтобы в конце концов научиться уметь озвучивать то, что ещё до конца не осознано мною самим. По прошествии некоторого периода того, что принято называть временем, я наконец, будучи совершенно опустошённым оргастическими разрядками, осознал визуально- то, что я принимал за вихрь, размером с холодильник, была обнажённая Анюта.
Я пытался сделать несколько шагов навстречу любимой, чтобы заключить её в объятья и уже никогда от себя не отпускать, но тело обессиленное многочисленными оргазмами не подчинялось командам нервных рецепторов.
Я вдруг почувствовал, что отрицательная энергия, испускаемая соседями, людьми с грубой вибрацией, спутала мои руки и ноги. Взглянув в потолок, я понял, что тело на время утратило способность питаться тонкими энергиями Космоса. Образ ненаглядной рыжеволосой, зеленоглазой Богини поплыл у меня перед глазами.
-Анюта, любимая моя, пожалуйста позволь мне набраться сил для следующей эрекции.
Прошептал я из последних сил и свалился на ковёр, головой в сторону коридора. Последнее, что я увидел перед собой, кроме проплывающего образа Анюты, был находящийся прямо перед глазами, затылок Тимохи, измождённого походом в Ноосферу.
Проснулся я по утру от бодрящего запаха беленькой и голосов, раздававшихся на кухне, любезных моей душе голосов Анюты и Тимохи. Я, искренне радуясь, пошёл на кухню.
-Пегас, отдохнул, брат? Ну присаживайся же скорее к столу.
Тимоха кушал борщ со сметаной, а Анюта хозяйничала у газовой плиты, как всегда обнажённая и сияющая. Мы поцеловались с Анютой, Тимоха с хитрецой улыбался. Анюта налила мне тарелку борща, поставила передо мной и Тимохой по кружке беленькой, подогретой и сдобренной чёрным перцем.
-Кушай скорее, дорогой, я в спальне тебя жду.
Анюта потрепала мне затылок и сияя формами удалилась с кухни.
Голос Анюты был настолько возбуждающим,нежным и ласковым, что мне хотелось овладеть ею прямо на кухонном столе. И в этот момент я пожалел, что Тимоха уже не в Ноосфере. Но помня, что дело прежде всего, я с восхищением проводив взглядом Анюту, взял, пышущую целебностью кружку беленькой. Отведав по кружке Тимоха произнёс:
-Я ненадолго сегодня, пришёл только задание тебе передать и опять в офис уйду.
В руке Тимохи возникла вторая кружка, полная беленькой, я взял незамедлительно свою и, учтя, что Тимохе нужно скорее на работу, а в спальне меня ждёт Анюта, мы немедленно испили. Тимоха с аппетитом кушал борщ, доев его он поставил на стол пару тарелок жареного картофеля с мясом. Насытившись, он заговорил:
-Пегас, ты отлично справился со своей задачей.
Тимоха хлопнул ладонью левой руки по столу и ткнул в меня вилкой, которую он держал в правой руке.
-Моё тело в полном порядке: дыхание ровное, стул твёрдый, кожа чистая.
Тимоха провёл ладонями по лицу, пробежал пальцами по туловищу, похлопал по ногам и протянул мне третью кружку беленькой. Испив, он продолжал:
-Семь основных чакр работают, как автомат. Да что там говорить, сработано профессионально, молодец. И Сфинксу с Кентавром благодарность объяви от моего имени. Я сам с ними пообщаюсь ещё конечно, но не сегодня. Сегодня только позавтракаем и мне на работу бежать надо.
Мною овладевало желание скорее заключить в объятия Анюту, поэтому я молча слушал Тимоху, мечтая, чтобы он скорее покушал и отправился бы уже на службу.
-Да, тёмные видения к сердцу близко не принимай. Содрогаться, конечно не запрещу, содрогайся, но помни- добро всемогуще. А все эти страшные видения не более, чем твоя инициализация, причастие, гениальный транс для мобилизации резервных возможностей. А это знаешь, тут дело такое, что чем суровей, тем более впоследствии будет надёжней, что чудный свет и неведомое блаженство снизойдёт на твоё существо.
Я представил, какое блаженство мы подарим друг другу с Анютой, когда сольёмся воедино.
-А с Вестой, смотрю у вас всё всерьёз.
Тимоха покосился на дверь и продолжал доверительно тёплым отеческим голосом:
-Ох, девка, видимо, совсем от тебя без ума. И не знал, что способна на такие темпераментности, право.
-Да, Тимоха,- решил таки вставить я.- Сам только о ней и думаю, но работе это не мешает.
Тимоха в четвёртый раз взял кружку, я тоже последовал за ним.
-Вот, правильно. Потому, что работа наша наполнять Вселенную добрыми, мудрыми эманациями, а что может быть положительней любви. Давай, за любовь, святое!
Вознеся кружки кверху, мы испили.
-А, насчёт твоей Анюты скажу, знаешь у нас в Мистериате такая холодная, строгая, неприступная, как скала, на уме одни расчёты, протоколы, инструкции, акта, накладные. Постоянно одевается в серьёзных платьях, от подбородка до туфель закрытых. Шутя как-то за ногу укусить хотел, так такую пощёчину влепила.
Тимоха погладил левую щёку.
-А сейчас, с тобой так романтикой озарилась, совсем одежду не признаёт, даже туфель. Ну да ладно, ваше дело молодое. Ох, ну рад, рад за вас.
Тимоха озарённо оглядел потолок.
-Ну, Пегас эмоции радости за вас просто переполняют. Давай ещё раз за вашу с Анютою любовь.
Тимоха указал на кружки, улыбаясь, мы испили по пятой.
-Да, про третье-то совсем забыли.
Тимоха поднялся к плите и налил два бокала компота. Присев на стул, Тимоха отхлебнул несколько глотков компота.
-Ну, ладно лирики. Теперь слушай задание. Итак, Пегас, Ноосферический Мистериат, Вселенский орган по контролю за гармоничностью жизнеустройства приказывает тебе. Вот, что сделай, друг! Недалеко от Желановска, в Среднетанаисском районе, у села Великий Октябрь, что-то с радугой над прудом неладное происходит. А радуги, я тебе поясню выполняют роль гидролокационных антенн. Они одновременно, навевая установку гармоничности на окрестности, передают информационные процессы, исходящие из головных мозгов населения окрестностей прямиком в Ноосферическую Диспетчерскую, отфильтровывая серую грязь подсознания, наполняя её мудрой многоцветностью сверхсознания. Что в свою очередь наполняет искусством гармонии Идеомоторную Генераторную Ноосферы, которые проецируют мудрые установки на население. Понимаешь? Круговорот эманаций в природе. Потому, дело очень серьёзное, но тебе я доверяю.
Тимоха хлопнул меня по плечу и взглядом призвал испить по шестой. Испили.
-Так, вот значит, с радугой что-то нехорошее происходит. Цвета то тускнеют, то мигают, фиолетовый уже трое суток, как погас. Оттого в связке между землянами и Ноосферой много проблематики возникает. Электрическая активность коры головных мозгов населения контакты замыкает в Генераторной, проводка горит. Потому, Ноосферные эманации не всю поверхность Земли покрывают. А там, где идеомоторные генераторы не работают- хаос и какофония. Расстройство метафизического желудка, понимаешь? Метафизическая рвота и диарея. Блуждание во мгле, в поисках кумиров, придуманных беспринципными любителями наживы. В общем, так: в Ноосферу грязь поступать не должна! И всё тут!
Тимоха хлопнул кулаком по столу.
-Генераторы гармонии барахлить не должны, народ без царя в голове жить не должен. Сегодня человек трактор в пруду утопит или в свидетели Иеговы запишется, а завтра вспышка на солнце, а за ней цунами в Тайланде, землетрясение в Китае, финансовый кризис в США. И пошло, поехало... Не должен человек быть отгорожен от восприятия благодати истины.
Тимоха взглянул на кочергу, начинающую всё ярче и ярче блистать. Затем взял в седьмой раз свою кружку, взглядом велев мне сделать тоже самое. Внутри кружек плавали, держась за красный ободок уже давно знакомые мне ящер, дельфин, аист и медведь.
-Так, значит я сейчас в Мистериат. Ты меня на диване в зале положи и денька три-четыре меня не будет. А ты, Пегас, возьми своих ребят, поезжайте в Великий Октябрь, да разберитесь там, что к чему. Но чтобы к концу недели радуга сияла ярко, красочно и бесперебойно. Понял задачу? Справитесь?
-Понял, Тимоха, сделаем, не беспокойся.
-Надеюсь, ну мне пора, да и ты с делом долго не затягивай. С Вестой оно конечно побудьте вместе, но потом сразу за работу.
Мы испили по седьмой, физическое тело Тимохи свалилось под стол, а разум вознёсся в Ноосферу. Кочерга в этот раз, видимо не желая разрушить микроклимат моего дома, не стала разбивать посуду и бытовую технику, а ровно повисла под потолком, испарившись секунд через десять.
       *       *       *
Отнеся тело Тимохи на диван, стоящий в зале, я накрыл его пледом и в предвкушении любовных услад с Анютой устремился в спальню. Возлюбленная возлежала на подушках, широко раскинув сочные бёдра, пышущие истинной любовью.
-Гаспар, поцелуй меня сюда, срочно!
Анюта в любовном изнеможении выгнула спину, приподняла ноги, ещё шире раскинув бёдра. Я коснулся языком её колена и стал вести им во святая святых рыжеволосой зеленоглазой Богини. Коснувшись языком Анютиного клитора, я вдруг увидел на его месте светящийся, сияющий знак сияния и поглощения. И тогда меня начало стремительно кружить вниз, в центр Анютиной вагины, куда я незамедлительно и полетел. Следом за мной спускался знак слияния и поглощения.
Я приземлился на кукурузное поле.
-Добро пожаловать в сложные иерархические отношения общества, зависящего от производства кукурузы!
Предо мной стоял карлик в чёрной шёлковой тунике, чёрных яловых сапогах, чёрной фетровой шляпе, украшенной белым пером.
-Представляешь, Пегас; система оброка требует от крестьян содержать непроизводительную часть населения, включая ювелиров, зодчих и учёных. Ты удивишься, но серебряные кружки сейчас у меня. Да, меня зовут- Пропо. И я хочу выпить с тобой кукурузной настойки.
Пропо протянул мне кружку, наполненную по красный ободок. Аист, ящер, медведь и дельфин стояли на ободке по стойке смирно.
-Почему эти кружки у меня? Потому, что это я их отлил из серебра совершенствования моральных и нравственных качеств.
Мы испили.
-Где мы, Пропо?
-Это- Юкатан. А в Копане есть стела, изображающая моё восшествие на трон, в сопровождении духов огня, воды, земли и воздуха. Я не хвастун, не подумай, просто я очень нежно отношусь к Мексиканскому заливу и Карибскому морю. Это государство майя и когда-то оно процветало, благодаря этим кружкам. Но эти непрочные политические союзы, засуха и мятежи скоро всё разрушат. Вернее уже почти всё разрушили. Поэтому кружки теперь твои. Давай ещё выпьем!
Испили.
-Всё здесь прогнило; междоусобные распри, ритуальные кровопролития, инцест, педофилия, гомосексуализм. А отсюда- засухи и наводнения, нашествия варваров и саранчи. Эти кружки долгое время находились в центральном храме, в Тикале, но тамошние жрецы коварные и развратные. Их дух дисгармоничен, а душа диспропорциональна. Поэтому пользу для Земли государство майя может принести только если перегниёт. А здешняя кукурузная настойка... Ах! Она безумно хороша, но алкогольные традиции многих народов и многих времён заслуживают своего внимания. Ну да что там? Прощай цивилизация майя. Выпей ещё и к делу.
Мы испили и вдруг я начал отрываться от земли. Пропо же подпрыгнул и разорвался ярким взрывом, превратившись в знак слияния и поглощения, и тоже полетел вверх, обгоняя меня. Поднимаясь, я заметил яркую и красочную радугу, к которой я приближался. Она была такой огромной, что с земли её верхушки не было видно, а концы уходили далеко за горизонт.
Подлетая к вершине радуги, я заметил, что знак слияния и поглощения с громким хлопком превратился в белоснежную пони с чёрным кончиком в белоснежной гриве. Она встала на радуге и, свесив голову, наблюдала за моим приближением. Подлетев к радуге я со спокойным сердцем встал на неё.
Я всегда считал себя трезвомыслящим реалистом, никогда не был легкомысленным романтиком и мечтателем. Потому, осознавая всю абсурдность своего стояния на радуге, в связке с реальностью современности, я решил, что видимо просто уснул в полёте от кукурузного поля. Тогда я решил внимательно разглядеть свой сон, чтобы затем обратиться к соннику и узнать о будущем, о его технических аппаратурах и социальном устройстве. Пони же внимательно разглядывала меня, свесив свою гриву с чёрным кончиком, то на одну, то на другую сторону. А я просто лёг на радугу и закрыл глаза, рассуждая так, что если это сон, то я увижу всё и лёжа с закрытыми глазами. Но зрелище и ощущения, оборвавшись темнотой, так и не возобновилось. Зато в голове наконец-то всё прояснилось. Ведь это же наверняка те карлик и пони, что осветили путь Сфинкса и Кентавра.
-Вы, Рция?- спросил я у пони поднявшись на ноги.
После того, как я встал с радуги она вдруг начала блекнуть.
-Да, Пегас, и ты на радуге над Юкатаном. И мы здесь, чтобы скоординировать твои дальнейшие действия. Ведь тебе нужно починить одну из гидролокационных антенн. Для человека неподготовленного миссия невыполнима. Ты наш человек, но думаю принцип работы радуги тебе всё же должно объяснить.
-Вот, смотри,- сзади меня раздался голос Пропо.- Только что я был в Ноосфере и искусственно из идеомоторной генераторной поддерживал, чтобы радуга была яркой и красочной. А сейчас погляди.
Пропо указал под ноги, на радугу. Та была очень блеклая, сероватых оттенков.
-Вот теперь её сияние не поддерживается искусственно и сам видишь, что с ней происходит. Потому, как радуга должна питаться естественно, за счёт эманаций населения. Идеомоторные генераторы могут поддерживать её сияние искусственно, но если от населения нет гармонически-мелодической отдачи, то генераторы работают на износ. Мы долгое время работали на Юкатане, но мягко говоря, слишком уж тут всё запущено. Потому, пусть лучше живописные джунгли покроют государство майя. Я ещё немного поддержу всё искусственно, пока Рция тебе всё объяснит. Ну, а потом, прощай, Юкатан. Увидимся. Да, Пегас, давай с тобой выпьем. Ты такой душевный.
Пропо протянул кружку, мы испили и он вновь растаял в воздухе.
-Главное здесь то, что каждый цвет питает и питается определённые аспекты человеческого бытия. Поддержав и подняв у окружающих определённую сферу их жизнедеятельности, можно насытить и цвета радуги. Итак,- Рция тряхнула белоснежной гривой с чёрным кончиком.- Красный цвет- его яркость синтезируется человеческими эманациями любви, продолжения рода. Оранжевый- тем ярче, чем более подвержен объективизацией счастья, радости. Жёлтый- мудрость, понимание сути бытия. Зелёный- удача, материальное благополучие. Голубой- питается и питает сбывание всех самых заветных мечтаний, так называемая мечтосбываемость. Синий- трудовые свершения, учёба, научные открытия. И, наконец- фиолетовый- несёт ответственность за здоровье. Вот и всё, Пегас. Запомнил?
Я кивнул.
-Идеомоторные генераторы нельзя больше перенапрягать. Пропо, возвращайся!
Тут же рядом с Рцией возник Пропо, после чего радуга тут же вновь поблекла, до серых оттенков, слабо различимых друг от друга.
-Выпьем на дорожку!
Пропо протянул мне кружку, мы испили и он отдал мне вторую.
-Пока, дружище! Анюта вон за тем облаком. Иди!- произнёс Пропо.
-До свидания, Пегас, империи майя не помочь, а окрестностям Желановска возможно, сказала Рция.- Нам пора. Нужно сделать ещё очень много добра.
Пропо лёг на радугу, подняв полу туники. Рция встала над ним и они начали страстно ласкать гениталии друг друга. После чего они закружились, превратившись в знак слияния и поглощения, и, пролетев над моей головой удалились в облако, в котором меня верно ждала Анюта.
Засунув голову в облако, в желании увидеть любимую, я увидел свою спальню; шкаф, дверь, обои, шторы, гладильную доску, комод с магнитофоном и пальчики Анютиных ног. Слева и справа от меня находились бёдра Анюты, гладкие и мясистые.
"Но почему же, как не разглядываю я ноги любимой я нигде не нахожу влагалища? Где оно? Что с ним?"- думал я.
-Гаспар, как хорошо мне с тобой!- услышал я голос возлюбленной позади себя.
И тут же я догадался, что на Юкатане я находился только с одной стороны, с другой же стороны я был в Анютином влагалище.
-Всё понятно, дорогая,- с иронией в голосе нежно прошептал я, выбрался из влагалища и сел между ног любимой.
-Твои передвижения по Юкатану доставили мне столько удовольствий,- Анюта обняла меня бёдрами и ласково прижала к себе.- А теперь, пожалуй моя очередь доставить тебе удовольствие, любимый Гаспар. Ложись на спину.
Анюта разжала бёдра и я покорно лёг на спину и она страстно начала целовать меня с головы до пят.
-Здравствуйте, у нас интервью. Как вы относитесь к тому, что одна из линий гигантских рисунков на перуанском плоскогорье точно указывает на место захода солнца в день летнего солнцестояния?- Игриво и кокетливо пропела Анюта, поднеся мой член к своим губам.
Затем она погрузила его в сладкий омут своего рта и я, трепеща закрыл глаза. Я извивался и стонал, под воздействием ласк своей любимой. А когда на миг приоткрыл глаза, то увидел, что член находится в эпицентре рыжеволосого, зеленоглазого вихря, размером со стиральную машину.
Вихрь довёл меня до серии живописных оргазмов, а затем растаял.
"Видимо, Анюта уснула."- подумал я.
И прошептал:
-Безмятежности тебе.
       *       *       *
Проснувшись, я с некоторой ностальгией обнаружил, что Анюта убыла от меня по нуждам метафизики, но с кухни раздавался шум и бряцанья посуды. Тимоха жарил на кухне картошку с грибами, больше в квартире никого не было.
-С добрым утром, Пегас!
-Привет, Тимоха. Где все?
Как всегда после выполнения добрых дел я был несколько опустошён, грустен и немногословен. Я присел на табурет у окна и сквозь амулет с Анютиными лобковыми волосами, висевший на моей груди смотрел на Солнце.
-Анюта убыла в Ноосферу. О свадьбе я так понял вы договорились, ну вот она подготовительными мероприятиями заниматься убыла. Братьев я отпустил, Анюта настояла, чтобы следующее задание было твоим ей личным подарком к свадьбе. Я уж её уговорил, чтобы мне позволила с тобой на задание поехать, как будущему твоему шаферу. Два задания блестяще выполнили идеомоторные генераторы, как часики работают, без перегрузки, банки свои здания под центры социального досуга отдают. Но надо успех закрепить, вот пришло время параллельной цивилизацией заняться. Помнишь, я рассказывал о цивилизации, мечтающей о построении технократии и, крадущей трамваи из этой реальности.
Тимоха кивнул за окно.
-Сложи в рюкзак бутылку кукурузной чачи, да две кружки. Позавтракаем и устремимся.
Тимоха поставил предо мной тарелку с едой и кружку.
-Всё получается, как нельзя лучше, испьём!
Испив и откушав, Тимоха продолжал:
-Эту цивилизации не зря называют параллельными, не просто совместно существующими, а именно параллельными. Они действительно взаимосвязаны, потому, изменив вектор развития одной из них, изменяются вектора развитий всех цивилизаций, проходящих по соседним параллелям. Та примитивная цивилизация, исповедующая техноанство, самая курьёзная из всех существующих. Попав туда, мы сможем выполнить многолетнюю работу центров политтехнологий, институтов экономики, аналитических институтов и правительственных структур. Отказавшись от примитивно воинственного техноанства, та цивилизация может задать новый вектор и этой цивилизации. Оказав ей помощь в том, чтобы ввести систему лимитов верхних цен на основные виды продукции,- топливо, электроэнергию, железо, хлеб. Ну, то есть, понимаешь, чем более воинственного абсурдизма в одной цивилизации, тем более его во всех, связанных с ней единым направлением вектора развития.
-Спасти цивилизацию... Довольно какое- то священное чувство на душу нисходит... Ночью Анюта что-то мне шептала о трамвае №2. Мы действительно сможем попасть на нём в параллельную цивилизацию? Конечная этого трамвая- завод аналитического синтеза.
-Ну, а почему бы и нет? Нам нужно проникнуть в систему, блокирующую мысль. По дороге к заводу аналитического синтеза вполне реально попасть в эту систему. Ведь и эта цивилизация не настолько развита, чтобы иметь полное представление об аналитическом синтезе, только экологию загрязнять горазды. Потому, что сознание большинства остановилось или в догматизме или в скептицизме и многие даже не пытаются поставить своё сознание в режим критики чистого разума. Потому, эта дорога- довольно удобное место для активации пространственно временного портала и похищения трамвая. Мы с тобою переместимся в этом трамвае, но мы постараться должны не просто переходить из цивилизации в цивилизацию. Нам нужно прежде всего покинуть чувственно воспринимаемый мир, потому, как он ставит узкие рамки рассудку. А наша задача- отважиться пуститься на крыльях идей, в пустое пространство чистого рассудка.
-Динамит гармонии, как он выглядит?
-Сказать определённо это невозможно, всё зависит от конкретных хаотических вибраций. Но ни проводов, ни тротила точно не будет. Да и взрыва, как такового не будет. К взрыву приводит только ненаправленная энергия, направленная энергия может двигать прогресс. Мы проникнем в систему, блокирующую мысль и дадим мысли вектор развития. Впрочем, заболтались- картошка стынет.
Мы взялись за кружки и, испив, стали кушать картошку с грибами.
-Да самое важное не сказал, что касается нас обоих. Выполнив это задание, мы сможем переходить в Ноосферу в любое время, не только разумом, но и телом. Разблокировав эту систему, блокирующую мысль, мы сможем перемещаться в Ноосферу, не пролагая дороги своим усилиям. Так как мы уже не будем встречать никакого сопротивления, которое могло бы служить опорой для приложения его сил, чтобы сдвинуть разум с места. Ведь значительную энергию наш разум теряет на расчленение понятий, которые у нас имеются о предметах и явлениях. Не разделяя разум от тела мы тем самым не будем давать своему телу никаких преград, потому свадьба твоя будет вполне полноценной.
Тимоха некоторое время смотрел с улыбкой пред собой, а затем взял свою кружку и с умилением глядя в неё, произнёс:
-Эх, Пегас, всё это очень трудно осмыслить, даже я не до конца понимаю всё это...Но в Ноосфере вопрос о разблокировании мысли поставлен, нужно решать. Потом разблокируем, осознаем. Силы хаоса всё же сильны, слабее добра, но проделки кощунственные, неразумные любят устраивать. Ладно, доедаем, моем посуду и в путь. Пару кружек и амфору с настойкой не забудь только. Ну, испьём и на трамвай.
Мы испили, я пошёл собирать рюкзак, а Тимоха остался на кухне мыть посуду и вытирать кухонный стол. Положив в рюкзак кружки и амфору, я присел на трюмо в коридоре и, глядя на амулет с Анютиными лобковыми волосами явственно видел разблокирование мысли Ноосферы и расцвет Космоса.
Мы обулись и вышли из дома, направившись в сторону трамвайной остановки. Ласковое сентябрьское солнце освещало для нас безоблачное сияющее пространство. Пространство открывалось для нас, как бесконечная данная величина.
Тимоха некоторое время шёл молча, жадно вдыхая свежий сентябрьский воздух. Затем он направил свой нос в сторону солнца и вдохнул в себя несколько солнечных зайчиков.
-Знаешь, Пегас, заводы, автомобили и банки стали как- будто намного меньше чадить. Народ уходит осваивать землю, заниматься садоводством и огородничеством. Представь, тысячи людей покидают города и едут в поля, луга и леса пить водку и кушать шашлыки с помидорами, костры и запахи мяса всюду, в деревнях и садоводческих товариществах, в горах и вдоль побережий рек. И всё это мы с тобой. О, кстати, Пегас, смотри!
Тимоха указал мне на киоск с названием: "Цыпа".
-Давай перед долгой дорогой ещё подкрепимся, возьмём пивка и копчёную курочку.
Тимоха присел за столик и постукивая костяшками пальцев по столу, в ожидании своего стакана пива, переводил свой взгляд от яркого золота Солнца до спокойного изумруда Урана.
Я принёс  к столику пива и курицу. Тимоха отпил пол-стакана и пристально оглядел всю Солнечную систему,- от Солнца до Плутона.
-Эх, Космос...
Тимоха внимательно, с мудростью и состраданием оглядел Вселенную сквозь лучезарный  янтарь пива.
-Один сплошной водород и гелий. И знаешь, что приводит Космос в порядок? Только то, что водород и гелий эманаций мудрости усложняются до аминокислот красоты.
Тимоха опускал свой стакан пива и свой взгляд всё ниже, пока не довёл его до киоска.
-Кстати, симпатичный экземпляр.
Тимоха кивнул на продавщицу киоска и я понял по его взгляду, что так как  у меня скоро свадьба, то лучше бы мне уступить в этом случае инициативу. Тимоха допил своё пиво и пошёл в киоск, требовать долива.
Я один не спеша попивал своё пиво, когда вдруг на мои глаза не снизошли уютные и ласковые пальцы женских рук. Анюта, не дав мне сказать ни слова потянула меня за шею и, чуть не опрокинув вместе с креслом, остановила моё падение перед землёй. Затем, она поставила меня вместе с креслом в исходное положение и присела ко мне на колени.
-Анюта!
Левой рукой я обнял Анюту, положив её на Анютину грудь, а правую руку я положил на бёдра любимой. Затем я потянул её к себе, чтобы поцеловать, но она неожиданно положив мне на губы свою ладонь, вырвалась из моих объятий и, встав с моих колен, присела на соседний стул.
-Гаспар, хватит. Давай, после свадьбы. Я хочу всерьёз с тобой обсудить нашу будущую семью. Ведь наше будущее благосостояние начинается с того, какие взаимотоношения мы сами установим в своей семье. Сможем ли мы сохранить взаимопонимание и любовь. Ведь это, целиком и полностью зависит от того, кем мы с тобою будем себя осознавать, ощущать свою сущность, по отношению к Космосу. Мы можем представляться самим себе, как целый Космос или же сокращаться до малой частички, затерявшейся в бесконечном мироздании. Мы с тобою, Гаспар, можем ставить себя вровень со всемогущими богами, или же превращаться в беспомощное существо, послушное воле всесильной судьбы.
На этот раз Анюта не была обнажена, на ней была красная шёлковая туника и красные туфли. Я пил пиво и задумчиво разглядывал лучи Солнца, касавшиеся губ Анюты и, заливавшие светом её лицо. Анюта поправила локоны своих рыжих волос и с проницательной строгостью направила на меня зелёный океан своих глаз.
-Аристотель,- продолжила Анюта.- рассматривал человека, как живое существо, наделённое духом и разумом, а в представлении христианства, человек не более чем, внутреннее раздвоенное существо, несущее на себе первородный грех. Декарт ставил превыше всего способность человека мыслить и потому, видел в этой способности единственное достоверное свидетельство человеческого существования, а Кант же считал, что в вопросе, что такое человек, заключён основной смысл философии. Гегель объявлял человека носителем общезначимого сознания, всеобщего идеального начала- духа и разума, Фейербах же, споря с ним, видел в человеке чувственно-телесное существо, живую встречу Я и Ты в их конкретности. А ты как полагаешь, возлюбленный мой Гаспар?
Анюта нахмурила брови и крепко сомкнула губы, потерев переносицу, будто бы поправляя несуществующие очки. В этот момент Анюта представлялась очень строгой и даже суровой зеленоглазой, рыжеволосой Богиней. Но мне всё же удалось уловить лёгкую усмешку в потаённых уголках её глаз и губ. И я подумал, что смогу развеять эту её напускную строгость, подыграв ей.
-Здесь нетрудно заметить, что всем перечисленным взглядам недостаёт некой живой связи с окружающим обществом, с трудовой деятельностью, посредством которой человек может выразить себя. Только марксизм, впервые в истории, смог преодолеть эти ограниченные взгляды. Карл Маркс единственный из плеяды философов, сумевший заглянуть в глубины и, увидевший, что сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индивидууму, а совокупность всех общественных отношений.
Анюта покусывала губы и отводила в сторону свои, блестящие лёгкой лукавинкой глаза, явно пытаясь сдерживать смех. Я же продолжал восхищать любимую уровнем своего мировоззрения.
-Согласно теории марксизма, человек с самого своего рождения вступает во взаимоотношения с миром людей и вещей, с миром социальных образований, накопленных тысячелетиями. Даже наедине с собой, человек всесторонне включён в контакт с обществом. Мир в котором живёт человек,- это мир очеловеченный, то есть такой мир, в котором все предметы, процессы и явления заряжены человеческой энергией. Даже такое сокровенное чувство, как любовь, выступает, согласно теории Маркса, органом индивидуальности, который приобщает человека к миру.
Анюта закрыла лицо ладонями и всё же не смогла сдержать смеха, после чего встала со своего пластмассового кресла, вновь присела мне на колени и, обхватив меня за шею, с нежностью заглянула мне в глаза.
-Только с наступлением эры социализма, любовь вырвалась наконец из пут материальной и экономической зависимости женщины от мужчины. Любовь теперь стала смыслом, назначением и нравственной основой прочных брачных отношений.
Анюта, смеясь прислонилась своим лбом к моему и, распустив волосы, спрятала наши лица от окружающей среды.
-Гаспар, ну почему же ты не можешь быть серьёзен?
-Социалистическое государство стремится к созданию и укреплению гармонично развитых семей, оказывая им всемерную помощь. И тут уж ничего не попишешь!
Мы то целовались, спрятавшись в рыжих волосах Анюты, то не в силах сдержать реакции от абсурдности некоторых жизненных ситуаций, смеялись.
Я пытался проникнуть своими руками под Анютину красную тунику, но она кокетливо убирала мою руку, призывая набраться терпения до свадьбы. В глазах Анюты сияла надежда на то, что мы подойдём к свадьбе с хорошим настроением и наша любовь не разобьётся о повседневность.
Тимоха подсел к нам за столик, прервав наше воркование.
-Настоящие эмоции- это не умри или убей, это непрерывный контакт, осторожный, заботливый, тактильный. В серьёзных отношениях между мужчиной и женщиной очень важна взаимная доброта и понимание с обеих сторон.
Тимоха принёс ещё два стакана пива и, оперевшись подбородком на ладонь смотрел на нас.
-Ну, мальчики, вам наверное уже на задание пора... Вот пришла проводить вас...
-Правильно, Веста, Пегасу это очень поможет. Теперь приготовлением к свадьбе займись вплотную, всех наших пригласить не забудь. А нам наверное пора уже.
Мы с Тимохой допили пиво и пошли на трамвайную остановку. А Анюта некоторое время смотрела нам вслед, а затем воспарила.
       *       *       *
На трамвайной остановке Тимоха купил ещё по бутылке пива и почав, указал мне на Уран. Я взглянул ввысь и обомлел. Солнце, планеты земной группы, газовые гиганты и Плутон стройно стояли в ряд, но особенно блистал на небосклоне Уран.
-Присмотрись повнимательнее к Урану, Пегас! Что ты увидишь?
-Так... Уран... Ну, я вижу, что он совершает оборот по своей орбите за 84 года... Так, так... Ага... Его ось вращения наклонена на 98 градусов, оттого, думаю, 24-летний день чередуется с 24-летней ночью, а полюса получают больше тепла, чем экватор.
Я ошарашенно допил пиво, бросив бутылку в урну.
-Ну и какое впечатление производит на тебя это отклонение Урана?
Тимоха отпил немного из своей бутылки и мудро подтёр под носом пенные усы.
-Эти отклонения кажутся какой-то загадкой. Такое впечатление, что на Уран действует притяжение какого-то небесного тела, с массой, думаю, не намного меньше, чем у самого Урана. Но что же это может значить?
Устав задирать голову, я присел на скамейку на остановке и зажмурил, утомлённые созерцанием Урана, глаза. В закрытых глазах ещё некоторое время стоял тёмнозелёный урановый силуэт. Тимоха выкинув в урну свою опустошённую бутылку присел рядом.
-Вот, что в солнечной системе не 9, а 10 планет.
-Тимоха, но если таинственное небесное тело, то есть десятая планета солнечной системы существует, то как объяснить, что его до сих пор не обнаружили, даже с помощью астрономических приборов?
-Дело в том, что поиском и исследованием небесных тел занимаются астрофизики, а не метафизики. А это знаешь какие расстояния... Как минимум на 4 миллиарда километров дальше Плутона. Гигантские расстояния для астрофизики, но не для метафизики.
Я взглянул на крошечную точку Плутона, убедившись в том, что и до него-то далековато, не то, что на 4 миллиарда километров дальше него. Наблюдать за такими расстояниями было очень трудно.
-А ведь ты, Пегас, всё-таки смотришь на проблему с точки зрения астрофизики,  а не метафизики.
Я потирал уставшие глаза, мечтая о предстоящей после выполнения задания первой брачной ночи с Анютой, оттого пропустил слова Тимохи мимо ушей, да и вообще поначалу не обратил внимания на то, почему это Тимоха прытается обратить моё внимание на Уран и существование в солнечной системе десятой планеты. Я мечтательно закрыл глаза, представляя, как после выполнения поставленной задачи, я нырну лицом между Анютиных грудей. Но Тимоха хлопнул меня по плечу, прервав мои грёзы, и оптимистично произнёс:
-В общем ты, Пегас, не думай об Уране, как об водородно-гелиевом шаре. Думай о нём, как о некой сияющей, загадочной и манящей точке небосклона. Ну вот и трамвай номер 2, поехали.
Мы вошли в трамвай и, прокомпостировав билеты, начали глядеть в окно. Тимоха расспрашивал меня о пролетающих мимо нас магазинах и заводах. На последнем перегоне он крепко схватил меня за руку:
-Приготовься, Пегас!
Трамвай был почти битком наполнен рабочими близлежащих заводов и я спросил у Тимохи:
-Неужели, вся эта ничего не подозревающая толпа, тоже устремится с нами в параллельную цивилизацию.
-Нет. Им это ни к чему. Держись!
Вдруг все пассажиры, находящиеся в трамвае, слились в густой синий туман и мы с Тимохой, крепко держась за руки, как-будто куда-то полетели.
Сумбурные ощущения полёта резко отличались от тех, что я испытывал раньше. Не было того обзора панорамы, что я получал, летая самолётами, не было того парения духа, что посещало меня при катании в парке, на аттракционах. Чувствовалось, что этот полёт довольно таки метафизичен, но не было какого-то осознавания онтологической сути. Скорее всего, как обычно в последнее время, путешествуя вместе с Тимохой, я ощущал некое искажение и поглощение своего тела. Мы наконец-то остановились, трамвай был пуст.
-Не удивляйся, Пегас. Трамвай не пропал у всех на глазах, если бы трамвай отправился сюда вместе со всеми пассажирами, то это было бы слишком дисгармонично для Космоса. Правители, народы и цивилизации могут конечно сильно ошибаться, но нарушить космическую розу ветров гармонии кардинально не дано не кому. Образ трамвая ещё будет колесить по Желановску, до тех пор, пока не останется ночью в трампарке, без непосредственного присмотра. А там всё спишется на человеческий фактор разгильдяйства... А соблюдение розы ветров- космическое табу. Тебе может быть это незаметно, но всё пространство вокруг испещрено искажёнными геофизическими полями и воронками во времени, к тому же иллюзорность объекта осознания... Ну ладно заболтались, к делу. Теперь мы на месте и для работы...
Тимоха порылся в карманах рубашки и вытащил на свет папиросу.
-Вот что! Без Сан-Педро ничего бы не получилось. Восприятие слишком зашлаковано дуализмом. Настолько зашлаковано, что даже мне иногда кажется, что вся Вселенная- это огромная чёрная сфера, с закреплёнными на ней маленькими звёздочками и подвижным Солнцем.
Тимоха улыбнулся и занялся папиросой, а я посмотрел за окно.Небо было пурпурно-красным, с небольшими прожилками голубых облаков, почва также была пурпурно-красной, с жёлтыми вкраплениями.
-Тимоха, а что это за местность?
Тимоха поджёг папиросу и протянул её мне, я затянулся, сначала за окном мелькнули очертания желановского завода аналитического синтеза, конечная остановка трамвая, рабочие, заполняющие трамвай, кондукторша, настаивающая на покупке билетов, водительница трамвая, купившая в киоске сосиску в панировке.
Но после второй затяжки исчезли все желановские призраки и очертания и я вновь увидел перед собой пустой трамвай и, пускающего кольца дыма в потолок Тимоху. За окном же начали появляться очертания каких-то глинобитных построек с конусовидными крышами, покрытыми какими-то большими листьями местных пород деревьев.
-Не беру!- вдруг сказал Тимоха, когда я передавал ему папиросу.
Я был очень удивлён и одёрнул дающую руку назад.
-Почему это?
Я удивлённо смотрел то на Тимоху, то на огонёк папиросы.
Тимоха же цокнул языком и выхватил папиросу, сомнительно покосившись на меня.
-Сам же сказал, что не возьмёшь...
Тимоха затянулся в последний раз и отдал папиросу мне. После третьей затяжки я взглянул в окно и увидел, что мы находимся на вершине огромного камня-валуна, в центре освещённой факелами пещеры. Люди внизу производили что-то оккультное и торжественное, по всей видимости религиозное служение.
-Нибиру!- уточнил Тимоха.- Десятая планета Солнечной системы.
       *        *       *
Мы смотрели на людей, стоящих у подножья валуна, читая в их глазах благоговение и священный трепет по отношению к трамваю. Они в блаженном экстазе святили имя трамвая, сущего пред ними на валуне, пели псалмы, воспевающие пришествие царства трамвая, осуществление воли трамвая на планете и прощение трамваем всех своих грехов. Одеты они были примитивно и грубо и спасение им виделось в построении технократии.
-Вот, Пегас, посмотри! Мифология этой цивилизации внушила им всем то, что трамвай обладает некой магической силой, ведущих их всех к эволюции. Поэтому они считают, что трамвай должен воспринять и исполнить их просьбы. Целью их ритуальных, оккультных песнопений и плясов является постоянный мир на планете  и вечная жизнь для населения. Но как ты сам понимаешь, есть в их мировоззрении одна загвоздка,- поскольку цель их не возвышена, а иллюзорна, то путь их не сложен, а бессмысленен. Ну, да ладно, пускай пока... Давай выпьем, просмотрим на всё это дело, обсудим планы действий, а потом, наверное, сойдём к ним под видом апостолов. Доставай наши кружки и амфору чачи!
Мы испили и я вопросил:
-Тимоха, никогда не слышал о десятой планете Солнечной системы- Нибиру. Она хотя бы астрофизическому сообществу известна?
-Астрофизики выдвигают две кардинально противоположные версии. Так, одни из них не только признают факт существования Нибиру, но и приводят весомые аргументы в пользу своей теории. Другие же, наоборот, придерживаются той точки зрения, что планета Нибиру– это ничто иное, как просто выдумка, которая приносит своим идеологам огромнейшие капиталы. С фактом существования этой планеты связано не только множество различных домыслов, но и вполне обоснованных научных теорий, подтвержденных разного рода вычислениями, цифрами и данными. То и дело появляются всё новые и новые факты, фотографии, изображения, домыслы и предположения. Часть из них призвана доказать существование мифической планеты Нибиру, другая же, наоборот, свидетельствует о безосновательности идеи ее существования. Сегодня сторонники теории о существовании планеты Нибиру готовы в качестве подтверждения своих слов представить многочисленные видео на которых якобы видна загадочная планета. Однако утверждать однозначно, что на видео запечатлена именно она никто не берется. Поэтому, Нибиру самое благоприятное место для существования наиболее парадоксальных и ортодоксальных параллельных цивилизаций.
Люди внизу молились об освящении имени трамвая, ставя в своих молитвах имя трамвая на первое место. И эти факты вполне наглядно свидетельствовали то, что имя трамвая имеет для них решающее значение.
-Эта цивилизация,-пояснил Тимоха после того, как мы испили по второй.- Делится на множество враждебных племён, в зависимости от того, какому виду транспортных средств отдаёт предпочтение то или иное племя. Объединяет их лишь одно- для них в мире нет ничего священней важности имени того или иного вида транспортных средств. Их религия внушает им, что именно тот или иной вид транспортного средства повелел всем молиться об освящении его имени. Кроме племени верующих во всевышнюю силу трамвая здесь обитают троллейбусопоклонники, автобусопоклонники, фанаты железнодорожных дрезин и мотор-вагонов... Образовываются всё более новые религии, людьми жаждущими власти и наживы, которые в свою очередь поклоняются тем или иным маркам легковых автомобилей. Всё это, понятно, не приводит цивилизацию к какому-то развитию, но лишь к новым распрям и интригам. Глобальный дуализм мешает им правильно оценивать жизнь, не разменивая её по мелочам, одним мелочам слепо поклоняясь, другие начисто отвергая. И проблема дуализма существует во всех цивилизациях- бьют друг друга в надежде, что кроткие наследуют весь мир.
Мы вновь испили и я, глядя на гротескные, утрированные плясы и песнопения, думал о том, как всё-таки человек не задумывающийся о единстве всего сущего и, потому недалеко ушедший в своём сознании от животных легко может превратиться в монстра, не умеющего обращаться с Космосом внутри себя. Неожиданно я увидел на стене пещеры точку света, проникшую в пещеру через небольшое отверстие. Подняв голову вверх, я увидел светлое точечное отверстие в скале. Лучик, шедший сквозь пещеру, от отверстия до стены пещеры стал путём осознания.
-Тимоха, я считаю, что нам следует отыскать точку равновесия и двигаться к истине от неё.
-Правильно мыслишь, Пегас. В тебе видна изрядная способность к синкретному мышлению. Нам нужно воссоздать новое энергетическое состояние, тогда вся солнечная система, весь Космос войдёт в иное правдивое и красивое энергетическое пространство, возродив более цельные космические силы, которые приведут всё к Единству. И расчищать хаос, восстанавливая цивилизацию, нужно именно с точки.
Тимоха тоже увидел лучик света, проходящий сквозь пещеру.
-Да, этот лучик нам здорово помог. Созерцание его наводит на металогику. За это выпьем!
Мы испили и я с ностальгией вспомнил весь тот мистический опыт, который получил в общении с Анютой, и стал рассуждать:
-Ведь, чем меньше пространство, тем больше глубина. И если все осознают, что вечность и глубина важнее сиюминутного и поверхностного, то с подменой ценностей будет покончено. Кстати ты говорил о динамите гармонии. В чём суть?
-Суть... Да... Но сначала выпьем за суть, а потом перейдём к ней!
Испив, Тимоха продолжил:
-Да, теперь к делу! Нужно обсудить динамит гармонии и принципы его действия. Итак, начнём с уже озвученной нами точки.
Тимоха сосредоточился, закрыл глаза, потёр переносицу и продолжил:
-Дело всё в том, что мы бессильны перед космическим хаосом, то есть перед величием его взаимосвязанности и постоянной изменчивости. В Космосе же нет ничего случайного, но и предсказуемости в нём тоже нет. Основная же, на мой взгляд, проблема в том, что Вселенная зародилась от Большого Взрыва. Ну сам подумай, разве же можно требовать красоты и гармонии от взрыва. Единая потенциальная точка взорвалась, дифференциировавшись в конечном счёте в целый клубок проблем. Породив свей взрывчатостью невежественный и обманчивый взгляд на жизнь. Вот если бы вернуть весь Космос назад, к состоянию точки, а затем вновь воссоздать всё, но уже не посредством Большого Взрыва, но с помощью Большого Расцвета. Понимаешь? Нужен резонанс, необходимо синхронизировать процессы, нейтрализовав систему, блокирующую мысль. Но как? Надо подумать...
Тимоха прислонился носом к стеклу и некоторое время задумчиво наблюдал за происходящими внизу обрядами. Люди внизу славили трамвай, призывали имя трамвая, порицали тех, кто совершает служение ложным идолам, грозя им священной войной, которая непременно закончится царством трамвая.
-Тимоха, может быть тогда логичней назвать то, что мы хотим создать не динамитом гармонии, а зерном гармонии. Зерно прорастёт, разрушив систему, блокирующую мысль и совершится расцвет.
Тимоха убрал лицо от стекла и, хлопнув себя пальцами рук по лбу, несколько секунд сидел, закрыв лицо ладонями, затем хлопнул ладонями по коленям и ещё несколько секунд задумчиво смотрел пред собой, в конце концов, озарился своей божественной улыбкой, наполненной мудростью и состраданием.
-Вот ведь дуалистическая подмена понятий! В этих эгрегорах невежества и лжи даже я могу спутать сакральное с профанным, а видимое с реальным. И действительно, как динамит может нести гармонию, ну конечно же Зерно. Да, Пегас, свой экзамен на способность и готовность управлять мирозданием из просторного светлого кабинета Ноосферического Мистериата ты считай, что сдал. Отлично!
-Проблема остаётся, как я понимаю, только в том чтобы превратить вещество в антивещество огромнейшей плотности, то есть, как сжать весь Космос до состояния точки. А затем вновь возродить её, но не методом взрыва, а с помощью расцвета.
-Да, да, Пегас, с тобой становится всё более интересно пить.
Тимоха вновь взмахнул челом в сторону кружек и мы испили.
-Итак, Пегас, нужно сжать весь Космос в Единую Точку, хотя бы на несколько секунд и заложить в неё зерно. Затем Космос произведёт подъём, с этим подъёмом начнётся расцвет правды, красоты и мудрости. С дуализмом будет покончено! Мы должны разговаривать с Космосом своим недуальным сердцем и этот разговор не должен быть монотонным бормотанием, лишённым чувства и смысла. В конце концов нам должно сжать весь Космос в глубины своего сердца и там в сердце заложить зерно гармонии.
-Всё понятно. Но как же сжать Космос, Тимоха?
Тимоха кивнул на точку света на стене пещеры.
-Я вот, что подумал, Пегас, что если мы начнём с осознания того, что всё сущее можно представить в виде цифровых аналогий. Посмотри на эту точку света, ведь она и представляет собой мироздание, сжавшееся в точку. Ведь весь Космос это по сути дела совокупность времени и пространства, которые в свою очередь состоят из единиц измерения, выражаемых цифрами. А эта точка света- мироздание, отказавшееся от времени  и пространства, мироздание, свернувшееся в нолик. Да... И нам нужно завершить всё до темноты.
Я зачарованно наблюдал за точкой лучика, слушая Тимоху.
-Да, Тимоха, мне кажется, что я увидел смысл. И этот смысл не в арифметической сумме компонентов времени и пространства, а в их органическом единстве, которое наступает только тогда, когда время и пространство исчезают.
Тимоха, то задумчиво смотрел на точку лучика, то опускал свою голову на ладони, затем хлопнув меня по плечу, кивнул на точку.
-Эта точка- единая квантовая капля Космоса. Все пространственно-временные причины и все пространственно-временные следствия всего Космоса сжаты сейчас в этой капле истины. Ты только вдумайся в суть представленной пред нами красоты и гармонии: плотность Космоса, превысила все мыслимые критические значения. И вот уже совершенно отсутствуют время, пространство, а также поля, частицы и даже понятия распределения и принципы причинности. Как жаль, что их мировоззрение настолько фанатично, что они даже не пытаются разглядеть этот лучик, целиком увлёкшись трамваем.
Тимоха проследил взглядом от отверстия в пещере до точки на стене, а затем кивнул на людей, стоящих вокруг трамвая.
Люди внизу говорили о близости грядущего дня трамвайного суда. О том, что в день суда вся Нибиру познакомится с волей трамвая и люди смогут жить по его нормам, научившись правде. О том, что возможно не все захотят исполнять волю трамвая, о бесполезности помилования таких нечестивцев, не осознающих волю трамвая, в связи с тем, что подобный нечестивец всё равно не научится правде и будет злодействовать в земле правых, не взирая на величие трамвая. О том, что было бы очень полезным в течение дня суда навеки предать смерти всех нечестивцев, благодаря чему жители Нибиру избавились бы от греха и ожили бы уже, в полном смысле этого слова. Люди внизу радостно ликовали, слушая вести о том, что праведники, верные воли трамвая, наследуют Нибиру, благословляя грядущий день суда.
-Тимоха!- меня вдруг озарило.- Мы должны выпить этот свет, вобрать его в глубины своего микрокосмоса, прочувствовать всем своим существом эту световую волну бесконечной протяжённости, исходящую одновременно из всех уголков Космоса, концентрируясь в этой точке.
-Да, Пегас!- озарился вдруг Тимоха.- А потом мы прикурим от этой точки света и, благодаря нелинейности мироздания и эффекту бабочки, выпускаемого нами дыма, мы возродим из своего микрокосмоса палладиум новой эпохи гармонии, дающий более глубокое понимание вещей и событий.
-Таким образом, Тимоха, мы попав в систему, блокирующую мысль, выпив сможем добиться аддитивности этой мысли, а затем покурив и её мультипликативности. Мультипликативность мысли даст колебание для её флуктуации, что и станет зародышем и движущей силой зерна гармонии.
-Правильно, Пегас, ведь в состоянии флуктуации мысли, человек наиболее восприимчив к факторам Большого Космоса, будь то хоть уровень радиации, геомагнитных возмущений и изменения гравитации, хоть сам большой расцвет Космоса. Но всё же это будет второстепенным, а главное возлюбить недуальную истину Космоса всем сердцем, всей душой, всем разумом, пытаясь охватить своим сознанием и техногенный, и биологический, и политический аспекты, что даст возможность сознанию стать сверхсознанием. Понимаешь, Пегас?
-Понимаю, Тимоха. Программа действий определена. Пора снизойти к людям. Что думаешь?
Мы переглянулись и вновь посмотрели на людей внизу.
Большинство людей, участвующих в религиозном служении пустилось в торжествующий пляс, воспевая благую весть о скором сошествии духовных созданий, называемых сынами трамвая, что будет предвещать для них могущественное укрепление и защиту.
-Ни у одного из них нет антенны в Ноосферу,- с грустью констатировал Тимоха.- Глупо было бы начинать с ними разговор о синергетике и принципах универсальных, глобальных, самоорганизующихся систем. Даже культура пития у них в зачаточном состоянии. Зато, как я вижу у них есть твёрдые убеждения относительно религиозных вопросов. Единственное, разве что, пожалуй, стоит повелеть им пойти искупаться в реке, чтобы пещеру освободили. Ладно, Пегас, бери рюкзак и снисходим, если что, то поможешь мне донести до них благую весть.
Мы снизошли с трамвая на валун и предстали перед собранием праведными ангелами, якобы огорчёнными тем, что до сих пор ещё не вся Нибиру почитает и восхваляет истинного творца мироздания- трамвай.
       *       *       *
Мы с Тимохой стояли на валуне, оглядывая предстоящее поле борьбы интеллекта и древних могучих пластов бессознательного. К валуну примыкала плита, на ней стоял человек, видимо предводитель племени и одновременно главный шаман, на нём был головной убор, украшенный птичьими перьями, медвежьими когтями, собачьими зубами и инкрустированный медными шариками, одет он был в тигровую шкуру, вокруг плиты стояли шаманы в медвежьих шкурах и головных уборах без медных шариков, далее вдоль стен стояли солдаты и народ, в волчьих шкурах и холщовых накидках. По мере того, как все присутствующие в пещере успели нас заметить, пляс и песнопения прекратились. Тогда Тимоха поднял вверх правую руку, показав присутствующим ладонь, и воскликнул:
-Слушайте!
Тимоха воскликнул это так твёрдо и уверенно, но в то же время тепло и доверительно, что я тут же почувствовал, как приобретаю позиции в качестве всемогущего существа из верхнего мира, которое вмешивается в дела простых смертных людей, посредством священной сверхестественной силы. Потому я также решил поприветствовать и благословить, стоящих внизу.
-Приветствуем вас, радующаяся и благоговеющая пред нами толпа народа. Не ждите следующих, чтобы знать что делать, слушайте нас!
В глазах стоящих вокруг валуна читался вопрос о том, какие молитвы и обряды им надо совершить, чтобы добиться помощи свыше, лишь только в глазах предводителя племени я увидел желание плюнуть в свой кулак и бросить в нас концентрированный шар злобы.
-Мы- сыны трамвая!
Тимоха держал правую руку ладонью вверх, а левой указал на токоприёмник, находящийся сверху трамвая.
-Мы мессии народных теократических упований. Мы пришли совершить пантографление именем трамвая. И, да коснётся его пантограф чела каждого!
Тимоха был грандиозен, его понимание истины, его божественная стать производили благоговейное очарование страха и величия. В его голосе слышались раскаты единения формы и пустоты, в его взоре сливались восходящие и нисходящие потоки Космоса.
-Ваши благодатные песнопения и плясы нас премного позабавили.
В глазах народа была восторженная преданность. В глазах предводителя и шаманов ещё некоторое время читалось какое-то смятение, но слишком отчётливое понимание того, что в любой момент мы с Тимохой можем обнаружить чудесную силу, вселяло в их сердца политические опасения и, потому беспрекословную веру в нас с Тимохой. Оно и понятно, ведь не один себялюбивый грешник, даже если он является организатором религиозного служения, не смог бы бесстрастно, не волнуясь смотреть на божественное выражение лица Тимохи, полное истинной любви к человечеству и бытию. Думаю, я выглядел не менее возвышенно.
-Скоро начнётся светлое, полное надежд время!- рокотал Тимоха.- Мы низведём огонь небесный, разрушив грязные, полные преступления чертоги всех тех, кто не желает строить царствие трамвая. Силы зла, обманывающие людей и старающиеся отвести их подальше от трамвая будут уничтожены.
Тимоха взглянул на меня, кивнул головой в сторону толпы, призвав продолжить наставление. Я величественно выставил правую ногу вперёд и грандиозно подпёр руками бока.
-Люди, воля трамвая на всей Нибиру вскоре будет исполнена!- продолжил я.- Все те, кто не исполняет волю трамвая- устраивают беззакония, ведь чтобы угождать трамваю нужно узнавать о его требованиях и жить по ним. Те же религии, что поклоняются идолам других транспортных средств не имеют настоящей ценности и потому не смогут нам помочь построить технократию во всём мире, следовательно все другие религии несут в себе опасность. Вскоре на Нибиру будет построен вечный рай и трамвай даст каждому возможность обрести бессмертие в этом раю, для этого нужно правильно служить трамваю и стараться ему угождать. К сожалению, поклоняющиеся другим транспортным средствам не хотят угождать истинному творцу- трамваю. Истинная религия ведёт к вечной жизни, а ложная к гибели. Трамвай не хочет, чтобы кто-нибудь погиб, поэтому он дарует вам всем сегодня- пантографление.
Тимоха внимательно слушал меня, одобрительно покачивая головой, затем подав знак рукой, попросил меня прерваться. Я и сам уже давно посматривал на соблазнительно манящую точку лучика, на стене пещеры и понимал, что пора бы уже испить и прикурить от этой маленькой частицы истины.
-Но прежде,- громогласно продолжал Тимоха.- Ждёт вас омовение в реке, смывающее с вас всё несовершенство старого мира, не знавшего истины трамвая. Ибо, лишь совершив омовение, вы сможете войти в новый, праведный мир. Совсем скоро, очень скоро, практически через час наступит мир без зла и насилия, без голода и болезней. Нибиру станет раем, люди и животные станут жить в мире, все ваши умершие близкие будут воскрешены и все станут жить вечно. Теперь же, люди, ступайте к реке, а затем пантограф трамвая снизойдёт до чела каждого. И ждёт вас учение, проповедь и дела милосердия! Вперёд!
Не требующим отлагательства голосом Тимоха возвестил под сводами пещеры благую весть, а затем, не требующим отлагательства жестом указал на камень, закрывающий выход из пещеры. Потом он, начиная с предводителя племени, пристально стал смотреть в глаза каждого, до тех пор, пока всё же радостное шествие, исполненное высоких надежд, не покинуло своды пещеры, устремившись к реке. Последним выходил предводитель, напоследок он обернулся и мы заметили по его взгляду, что ему достаточно грустно и одиноко, в отличие от всех других. Я даже глубоко сочувствующе вздохнул, глядя в его печальные глаза.
-Не переживай за него так, Пегас, чувство одиночества очистит его, это одиночество среди людей станет экологическим состоянием его души. Но как бы то ни было, через считанные минуты мы перевоссоздадим Вселенную заново, давай только выход из пещеры камнем закроем, чтобы не помешали.
Выход из пещеры был закрыт, теперь нам ничто не помешает создать Космос заново.
Мы подошли к точке лучика, достали кружки, наполнили их кукурузной чачей и стали по очереди подставлять их под этот лучик, заряжая абсолютом, имеющим огромный энергетический потенциал, который очень пригодился бы нам для большого расцвета.
-Сейчас мы испьём, Пегас, заключив весь Космос в свою душу и сразу не будем выдыхать. Во-первых, потому, что Вселенная должна проникнуться нашим принципом синтетических мировоззрений, то есть к необходимости гармоничного совмещения функций интуитивного и логического начал. Во-вторых, мы должны удерживать мироздание как можно дольше в себе, чтобы флуктуации мысли имели стержневую, твёрдую форму, а не хаотическую. Ну и в третьих, для достижения мультипликативного эффекта действий и процессов воссоздания Космоса, нужно выкурить немного Сан-Педро.
Я утвердительно кивнул и поднял кружку кверху, предложив уже испить, но Тимоха с сожалением покачал головой и указательным пальцем.
-Ты что, Пегас? Я думал, что ты уже всё понял. Чача ещё недостаточно заряжена абсолютом, ведь ещё не соблюдён основной принцип пирамидальности жизнеустройства. Без соблюдения принципа пирамидальности нам не удалось бы использовать абсолют с полным коэффициэнтом полезного действия.
Мы ещё некоторое время продолжали по очереди держать свои кружки под лучиком Солнца, пока чача в них не поднялась бугорками пирамидальной формы, с четырьмя гранями. На вершине пирамиды, свесив ноги каждый на свою грань, сидели наши старые друзья: ящер, дельфин, медведь и аист.
-Вот теперь испьём, Пегас!
Мы поднесли кружки к губам, в это время медведь на моей кружке поднялся на ноги.
-Привет, Пегас! Я сначала пошучу, а потом дельфин и другие друзья дадут тебе серьёзное напутствие. Так вот, в правильном понимании вечной жизни очень важно знать собственное личное имя того, кого мы любим, с кем мы говорим и о ком мы говорим. В большей степени это относится в отношении человека и трамвая. Человек, который не знает трамвай как личность, не разговаривает с ним и не может любить его, если знает его только как безличную силу.
Медведь, аист, ящер и дельфин рассмеялись, после чего дельфин поднялся на хвостовой плавник и, взмахнув правым брюшным плавником, призвал своих друзей к тишине.
-Теперь серьёзно, Пегас! Большинство современных людей используют только аналитический ум, почти полностью пренебрегая интуицией. В результате все их реакции на внешние информационные раздражители становятся в корне неверными. Ты не такой, ты владеешь интуитивным мышлением и в силу своего художественного дара готов к осмыслению сфер метафизики. Поэтому, мы все от имени сил добра, просим тебя, получив весь опыт осмысления высших сфер и глубин мироздания, постараться переосмыслить всё происшедшее в плоскость печатного слова, осмыслив всё в образах и терминах книжного слога, чтобы максимально насыщенно изложить свой опыт для тех людей, что подобных перепетий и переживаний не испытывали. А теперь...
Дельфин дал мне знак поглотить содержимое кружки и когда я открыл рот, сам первый нырнул в недра моего желудочно-кишечного тракта. Вслед за ним направился медведь, молча, показав мне когтями правой лапы знак виктории.
Ящер направившись за медведем предостерёг меня:
-Пегас, ты поглощаешь в глубины своего сердца широкий спектр энергий и астрономические расстояния, поэтому, будь внимательней и сосредоточенней.
За ним воспарил аист.
-Пегас, ты сейчас вберёшь в себя всю эклектику мироздания, всю его электрическую активность, все процессы эманаций. Постарайся не выдыхать всё это как можно дольше, а мы здесь затем, чтобы поддержать тебя в этом.
Мы испили и Тимоха тут же достал из нагрудного кармана папиросу. Он быстро прикурил от точки солнечного лучика на стене пещеры и, глубоко затянувшись, передал папиросу мне, подав мимикой лица и жестами рук знак, о том, что я должен выкурить оставшееся за один вдох, закрыв глаза и активизировав трансовое мышление и психотропный биогенератор.
Закрыв глаза, мы с Тимохой вдохнули в себя весь Космос и затаили дыхание. Мы спокойно созерцали Космос внутри нас, насыщая космические субстанции, высокоразумной энергией мудрости. Я чувствовал, как грубые архетипы техносферы, сублимировались в трансперсональный мир Ноосферы. И это преобразование приятно щекотало лёгкие и согревало живот. Все мои субъективно истолковываемые ощущения, направленные на личность высшего космического разума, проходя через мудрость и сострадание моего недуального сердца, согреваемого к тому же амулетом из Анютиных лобковых волос, превратились в жемчужину, которая и стала зародышем зерна гармонии. Тогда я подумал, что осталось только выдохнуть и начнётся расцвет Космоса, несущий в себе правду, красоту, истину, гармонию.
Открыв глаза, я увидел, что мы с Тимохой стоим в Божественной Пустоте. Ослепительную белизну Пустоты озаряли радужные цвета, которыми вдруг засверкали жемчужины в наших сердцах. Пустота, проходя сквозь эти жемчужины, наполнялась силой гармонии и белоснежное сияние Пустоты преломлялось в этих жемчужинах, сияя всеми цветами радуги.
Тимоха подал мне знак выдыхать, одновременно и в одну точку. Он протянул перед собой указательный палец правой руки, дав понять, что потоки выдыхаемого Космоса, должны столкнуться в районе ногтя его указательного пальца.
Мы выдохнули и ярко-белоснежный шар, искрящийся тонкими лучиками всех цветов, завис над указательным пальцем Тимохи.
-Вот, Пегас, посмотри! Всё получилось! Вот зерно гармонии, великий палладиум мироздания новой эпохи разума и красоты, вселенский разум, великий творческий принцип и абсолютный повелитель, источник и творец всего сущего и непроявленного. Новый синергично функционирующий Космос. Космос в котором не будет места энтропии и дуализму.
От шара начали очень быстро расти цветущие побеги, которые всё более и более разрастались по всем направлениям, неся в себе архитектонический и синтетический процесс становления Духа, путём слияния и поглощения первозданной Пустоты с формой Зерна Гармонии.
По телу разливалось счастливое ощущение единства со всем миром, блаженные чувства покоя и удовлетворённости. Концентрация наших мыслей, воли и чувств создала свет, который стал энергией добра. Слияние формы и пустоты вскоре материализовалось в цветущие кругом магнолии, калины и сирень, взмывающие вверх кипарисы, платаны, каштаны и тополя, плодоносящие виноградные лозы и фруктовые деревья.
Космос продолжал расцвет, а я вдруг почувствовал, что очень утомлён сотворением мира. Я прилёг на пригорок, под сень кипарисов. Тимоха, устало вздохнув тоже прилёг на соседнем пригорке.
-Ну вот, Пегас, мы выполнили все поставленные задачи. Теперь можешь закрыть глаза и помечтать о предстоящей свадьбе. Теперь Космос свят, а значит он чист и праведен. Теперь в нём нет зла, а значит люди теперь не будут знать о том страхе и той ненависти, которые не позволяют им быть настоящими, открытыми, чувствовать себя счастливыми и ценить жизнь. Это был очень знаменательный и интересный день, Пегас. Теперь мы заслужили полюбоваться синтезом наших дневных ассоциаций- снами. Считай, Пегас, что ты уже в Ноосфере, на своей свадьбе, теперь только отоспимся и направимся туда. Туда... Там... Потоки Космоса управляют мировоззрением...
Тимоха пробормотал ещё что-то неразборчиво и уснул.
А я некоторое время думал о том тщательном мониторинге, которому я подвергну тело Анюты на свадьбе. Как вдруг в траве неподалёку от меня что-то блеснуло. Я приподнялся на локоть, это была серебряная кочерга, значит всё действительно удалось как нельзя лучше. Следовательно, проснувшись, мы отправимся в Ноосферический Мистериат, а у Анюты уже всё готово к свадебному торжеству. Взяв кочергу, я прижал её к груди и уснул, восстанавливая во сне высокий уровень морально-волевых и ценностно-мотивированных установок, осознавая себя не просто всадником, оседлавшим серебряную кочергу, связующую с Ноосферой, но всадником единым с этой кочергой. Всадником единым с Ноосферой.

3.СВАДЬБА.
На заре новой эры мне снился странный сон. Кричащая губная помада пыталась до меня о чём-то докричаться, длинные, накрашенные ногти на что-то мне указывали, резкий запах духов учил меня правильному дыханию, а сильно разрисованные глаза пристально смотрели за всеми моими действиями. Затем какие-то манящие и зовущие меня тени ласково и нежно, витая вокруг меня манили за собой и даже отговаривали от женитьбы на Анюте, предлагая мне пойти с ними, за край горизонта. Теней было пять.
Первая тень была в парике цвета воронова крыла, с чёлкой каре и лаково- блестящим виниловым ртом, в красном кожаном платье, с головокружительном декольте и чёрных туфлях на шпильках. Вторая тень имела безупречные волосы, цвета арктического снега, приподнятые шиньоном, розовую помаду, строгую одежду из шикарной ткани и отстранённое, холодное выражение лица. Третья, смотрела на меня своими пронзительными, тёмными глазами, ослепляя чёткими чертами лица и, сияя фарфоровой кожей, в струящемся платье, с заниженной талией и удлинённым силуэтом, с театрально- белым цветом лица и тёмным, чётко обрисованным ртом. Чётвёртая была с длинными, вьющимися волосами, медного оттенка, бледным лицом, с размытым макияжем, ясными глазами и ангельским взглядом, в длинном, чёрном платье с кринолином. Пятая имела сексуальную гриву чёрных волос, слой перламутровых теней для век, бархатный взгляд, украшенный бахромой ресниц, в высоких бежевых, замшевых сапогах, в муслиновом платье и шёлковой, воздушной блузке.
Тени отговаривали меня от свадьбы, прельщая красками мира глянца и гламура. Несмотря на то, что мир глянца и гламура был довольно манящ, он всё же не завораживал меня настолько, чтобы ради него я бы согласился отказаться от свадьбы на Анюте. И потому тени, слившись вскоре в кружащемся танце, рассыпались фейерверком из тысячи искр, оставляя моему восприятию лишь звёздное небо надо мной и нравственный закон во мне.
Затем во сне появилась Анюта и, ласково улыбнувшись пропела мне:
-Гаспар, хаос твоих эротических порывов помог возникнуть Космосу Любви. Пора, милый. К свадьбе всё готово.
Я проснулся, окружённый цветущей зеленью, присел, оглядывая сотворённое нами с Тимохой мироздание, сладко потянулся, думая о том, что этот прекрасный день я буду завершать на брачном ложе, с Анютой. Рядом со мной лежали две серебряных кочерги.
Тимоха бродил по окрестным зелёным зарослям, которые изобиловали животными, мирно сосуществующими хищниками и травоядными. Он поедал фрукты, ягоды и овощи, и играл ивовым прутиком с тигрятами и ягнятами. Заметив моё пробуждение, он вскоре подошёл ко мне, я поднялся на ноги, он поднял обе кочерги с травы и протянул одну из них мне.
-Поздравляю тебя, Пегас! Вот твоя серебряная нить, навеки связующая тебя с тонким слоем вселенской мудрости, парящей в метафизических глубинах. Теперь, Пегас, ты полноправный номерклатурный служащий пантеона богов, герой-победитель, твори! Пегас- теперь новый божественно-религиозный тренд. Знаешь, я раньше относился к пафосу с некоторым неодобрительным предубеждением, за пафосностью всегда чувствуется какая-то наигранная лживость. Но теперь, в новом мире гармонии, места для лжи попросту нет. Поэтому- то, я, Пегас, и могу себе позволить допустить в своих вербальных потоках немного позитивного пафоса.
Я взял кочергу в руки и с гордостью стал любоваться моим причастием к пантеону богов всех времён и народов. За тем я задумался, куда-бы её пристроить для лучшей сохранности, то есть каким образом сподручнее всего переносить кочергу.
-За сохранность кочерги не переживай, Пегас, положи её под любой кусток и она всегда появится у тебя, как только понадобится. А если кто-нибудь попытается её похитить, тому она не даст сдобровать. Хотя в новой эре, в свете истины, который мы сотворили, вряд ли у кого-то возникнет дурная мысль- похитить у тебя кочергу. Ведь это свет истины, что заставит всех жить по добру- сама совесть Космоса. Ну, так вот, Пегас...
Тимоха прихлопнул в ладоши, с умиротворённым благодушием осмотрел небосвод, широко улыбнулся и, поднимая нос к солнцу, глубоко вздохнул.
-Ну, так вот, на этой позитивно-пафосной волне, пожалуй грех тяжкий перед Космосом свершим, если не выпьем за рождение новой эры, появление нового божественно-религиозного тренда, да и за твою скорую свадьбу.
Тимоха указал на кружки, стоящие на траве, я положил кочергу, поднял кружки, передал одну из них Тимохе и мы испили. Испив, я вдохнул свежий, чистый воздух, оглядел живописный, красочный пейзаж, окружающий нас и спросил:
-Тимоха, как я понимаю, мы уже не на Нибиру?
-Что ты, Пегас, конечно же нет. Разве же такие творцы, как мы могли бы выдохнуть из себя Нибиру? Люди, отринувшие от себя догматы, мешающие творческому развитию могут сотворить только Ноосферу- область духовной жизни Космоса. Человек мудрый, гармоничный, с активным подсознанием, строящий положительные мыслеформы, выдыхает из себя собственный мир и осознание. То есть, если палладиум новой эры будет работать без сбоев, то Ноосфера будет теперь везде. А уж теперь, когда к пантеону богов всех времён и народов, присоединился ты, Пегас, я верую, в то, что управляя реальностью, ты сможешь уследить за тем, чтобы человечество жило по законам Космоса. То есть не позволишь, надеюсь, превратить Ноосферу в Нибиру.
-Тимоха, так если мы уже в Ноосфере, значит...
-Значит, Пегас, что свадьба твоя начнётся в тот момент, когда ты захочешь, в том месте, где ты укажешь.
Тимоха оглянулся и развёл руки в стороны. Осмотрев окрестности я впал в состояние сладостной эйфории, потому, чтобы закрепить это чувство, вновь взял кружки с травы и поднёс одну из них Тимохе. Испив, я собрал рюкзак, хлопнул Тимоху по плечу и указал ему путь, в сторону сияющего Солнца. Там, за опушкой сада, будет прозрачная, чистая река, изобилующая рыбой и раками, через реку будет проложен широкий мраморный мост, с хрустальными фонарями. А на другой стороне моста, на противоположном берегу реки будет выситься Административное Здание Ноосферического Мистериата и Коронационный Храм Ноосферического Мистериата. Коронационный Храм Ноосферического Мистериата сверху будет украшен башней пирамидальной формы, Теосферой.. В этой башне вся пирамидальность гармоничного жизнеустройства обретает начало и суть.
Анюта должна была ждать меня на крыльце Административного Здания Ноосферического Мистериата. Венчаться мы будем в Коронационном Храме, свадьбу гулять в актовом зале административного здания, а наша с Анютой спальня будет в самой Теосфере, чистая и просторная, с огромной кроватью, застеленной фиолетовым шёлком.
Так и оказалось. Мы с Тимохой, радостные и счастливые шли по широкому мраморному мосту, украшенному хрустальными фонарями. Здания Ноосферического Мистериата и Коронационного Храма были грандиозны, Теосфера уже издалека манила интимным светом. Анюта, одетая в ярко- красное свадебное платье стояла на крыльце коронационного храма, затмевая своим великолепием, окружающий её пантеон богов всех времён и народов. Уже издали, глядя на Анюту, я испытывал чувство душевного взлёта, прилив энергии и предвкушение сладкой, бессонной, брачной ночи. Анюта, заметив меня, побежала мне навстречу и, приблизившись крепко обняла меня.
-Гаспар, знаешь, если бы не пантеон богов всех времён и народов, стоящий за моей спиной, то я бы начиная с этой минуты уже никогда не выпускала тебя из своего влагалища.
Мы крепко поцеловались, я взглянул на интимно манящие огни Теосферы.
-Ладно, милая Анюта, сначала нужно отдать честь всем нашим товарищам из пантеона богов, затем уже мы с тобою сольёмся. Пойдём, дорогая.
Сфинкс и Кентавр, одетые в костюмы пиратов, тоже ждали меня у подножия Ноосферического Мистериата.
-Ох, ты!- удивился я.- Только подумал, что хорошо бы и моих старых друзей пригласить.
-Они уже предварительно произвели у пантеона богов мой выкуп, угостив их всех по доброй затяжке Сан- Педро, приобретя специально по случаю моей свадьбы золотую курительную трубку.- Рассмеялась Анюта.
Кто-то из пантеона держал в руках каравай.
       *       *       *
-Так, Пегас, тамадой на свадьбе у вас вижу будет Сварог, это он с караваем.
-Хлеб, да соль, Пегас!- приветствовал меня Сварог.- Добро пожаловать в Ноосферический Мистериат, пантеон богов всех времён и народов! Надеюсь, Пегас, что твой божественно- религиозный тренд не будет политизирован и идеологизирован.
Я отломил от каравая кусочек хлеба, посыпал на него щепотку соли и с благодарностью вкусил, затем приложив руки к груди,и поприветствовал окруживший меня многочисленный пантеон богов.
-Сварог, мы с Пегасом воссоздали Космос заново, ты должен был заметить. Посмотри какие ясные ныне все четыре стихии,- сказал Тимоха.
Все боги последовали взглядом за указующим перстом Тимохи. Среди ландшафтов, окружавших нас, Тимоха нашёл воду, землю, огонь и воздух и указал на них. И правда, стихии были более красочные, чем привыкли видеть боги до этого. Поэтому, они смотрели на нас с Тимохой с восторгом и почитанием.
-Поэтому, думаю, что люди больше не станут политизировать и идеологизировать божественно-религиозные тренды.
-Я полагаю, что и такое понятие, как божественно-религиозный тренд уйдёт в историю,- добавил я.
Боги окружили нас и загалдели:
-Тимоха, вам удалось произвести ребрендинг религиозно-божественного курса бескровно? Тимоха, теперь видимо Пегас будет иметь все преференции и тендер на создание своего религиозно-божественного курса?
Тимоха сделал жест в мою сторону, утверждающий, что со мной ему работалось легко.
-Что вы, боги?!- воскликнул я.- Забудьте о старых гротескных конфессиях. Теперь вы будете работать по всем направлениям не как антагонисты, но как синергетики. Теперь мы все не божественно-религиозные тренды, но лишь чуточку более мудрые, чем большинство, люди. В новой Вселенной уже больше никто не будет ждать милости мифических богов. Но каждый осознает своё истинное величие, каждый осознает свою обязанность следить и управлять бытиём по законам Космоса.
Я оглядел пантеон богов, видя понимание в их мудрых, сострадательных глазах.
-Да!- поддержал меня Тимоха.- Нам всё-таки удалось свести небо на землю и возвеличить землю до небес. Теперь весь Космос стал Ноосферой.
-Божественные мальчишки, ну хватит уже о делах. Дело сделано, теперь и о пире горой следует подумать. Пора начинать свадьбу.
Наш разговор прервала Деметра, выступавшая на предстоящей свадьбе Анютиной свидетельницей. Остановив разговор, она дала знак Сварогу взять инициативу.
-Теперь, Веста, возьми своего суженого под руку,- сказал Сварог.
Анюта в золотистых сандалиях и ярко-красном платье подошла ко мне справа и взяла меня под руку. Слева от меня встал Тимоха, а справа от Анюты Деметра.
Сварог хлопнул в ладоши и с крыши Ноосферического Мистериата вспорхнули сотни амуров. Амуры, спустившись к нашей свадебной процессии стали разбрасывать цветы. Сначала они осыпали цветами нас, а затем стали посыпать дорожку перед нами, ведущую к Коронационному Храму.
Сварог дал знак и наша свадебная процессия пошла вперёд. Впереди шёл Сварог, за ним мы с Анютой и наши свидетели, за нами шёл пантеон богов. Амуры вдоль нашего шествия устраивали фейерверки и фонтаны, салюты из бабочек, зерён злаковых и монет. Деревья вдоль нашего пути были украшены цветами и шарами. Вскоре пройдя сквозь цветочную арку и цветочный шатёр, мы вошли в двери храма, украшенного множеством душистых цветов.
Грандиозный храм встретил нас великолепной музыкой сфер. Эта чарующая музыка содержала в своём контексте истинную реальность четырёх стихий, наполняя всё пространство абсолютом, символизирующим гармонию всех сфер жизни.
За музыкальными инструментами были мои старые друзья,- ящер, дельфин, аист и медведь. Ящер играл на трубе, дельфин на скрипке, аист на саксофоне, медведь на контрабасе. Духовые инструменты имели фаллическую символику, струнные же олицетворяли женскую форму. Над оркестром в пируэтах парил знак слияния и поглощения, подмигнувший мне глазами Пропо и Рции.
Музыка сфер была настолько чарующая и завораживающая, что я не смог удержаться от того, чтобы не обнять и поцеловать Анюту страстно в шею и губы, и тогда пол храма стал вдруг зеркальной водной гладью. Мы стали совершать прогулки по каналам и заводям храма, освещённым фонарями. На берегах каналов и заводей росли берёзы и пальмы, украшенные гирляндами, нашим существом овладевала безмятежность и нега.
Вскоре лодка, нёсшая меня по заводи, причалила к большому плоскому камню. Через некоторое время моего ожидания к камню причалила Анюта, в своём ярко-красном платье с золотым обрамлением, богато украшенном изумрудами, рубинами и бриллиантами. Затем к камню причалил Сварог и попросил нас взглянуть друг другу в глаза.
Пристально взглянув в глаза друг другу, мы высвободили в окружающий ландшафт широкий спектр энергий, на энергетический резонанс наших взглядов нанизывались лады музыки сфер. Музыка, локализуясь в пространстве становилась восприятием. Меж нашими глазами был цветущий Космос, бесконечный, но единый информационно и энергетически. Частицы любви, излучаемые нашими глазами, проявлялись переносом отдельных элементов совокупностей мудрости и сострадания, что создавало мощный магнетический резонанс. Магнетический резонанс, возникнув на линии наших взглядов, спустился на камень и в центре камня загорелся огонь.
-Теперь, когда ваш первый взгляд состоялся, присядьте у огня!- сказал Сварог.
Присев у огня, мы некоторое время любовались ласкающими взор и согревающими душу, языками пламени. Вскоре знак слияния и поглощения, отделившись от оркестра музыки сфер, закружился над огнём. В это время костёр превратился сначала в фонтан, затем в камень и наконец в вихрь. Вихрь был очень похож на те в которых передо мной порою представала Анюта. Эти метаморфозы продолжались множество раз. Затем Сварог произнёс:
-Теперь встаньте и обойдите семь раз вокруг прибежища стихий. Продемонстрируйте тем самым готовность быть всегда открытым для Космоса и выполнять его волю.
Я и Анюта обошли семь раз вокруг прибежища стихий, принимавшего то облик огня, то облик воды, то облик земли, то облик воздуха. Когда же все семь кругов были пройдены, то прибежище стихий стало лучистым столбом, уходя в обе стороны в бесконечность и освещая всё на своём бесконечном пути. Боги, заполнявшие храм торжествующе ахнули:
-Сияющая Сила!
Сварог вознёс хвалу сияющей силе и выслушал нашу с Анютой клятву верности друг другу, после чего он соединил наши руки гирляндой из цветов. Сияющая сила перешла к месту соединения наших рук, освещая нам сказочные возвышенности и заоблачные великолепия.
       *       *       *
Свадебная церемония теперь должна была продолжиться пышным праздничным банкетом, поэтому наше шествие переместилось из храма в актовый зал Мистериата. Сияющая Сила теперь неотступно сопровождала нас с Анютой. Лучистый столб, находился между нами, нашим внутренним постижением, переместившись вместе с нами к нашему праздничному столу. Наш праздничный стол, за которым присели мы с Анютой, а также Деметра и Тимоха, стоял во главе двух других праздничных столов, за которыми расположились все остальные боги.
Праздничные столы изобиловали яствами. Боги услаждали себя многообразием холодных овощных закусок, в которые входила в первую очередь капуста, а также картофель, помидоры, репа, брюква, редька, огурцы, тыква, кабачки, баклажаны, зелёный салат.
Боги произносили здравицы и благословения, слова восхищения тёплой погодой, радующей буйством красок, урожайностью, связанной с оптимальными условиями хлебопашества и земледелия, создающих в свою очередь прекрасные предпосылки для охоты и скотоводства. Во славу урожайности боги кушали говядину, свинину, баранину, кур, гусей, уток, а также молоко, сливки, творог, сметану.
Огромные изобильные лесные массивы стали для нашей свадьбы источником разнообразной дичи, орехов, мёда, грибов и ягод. Глубокие прозрачные реки и озёра дали нашей свадьбе блюда из рыбы свежей, солёной, вяленой, копчёной.
Закуски, супы, блюда из рыбы и раков, мяса и птицы, овощей и грибов, яиц, а также выпечные изделия, в том числе сдобные с ванильной начинкой, боги запивали молоком, киселём, компотом, квасом, морсом, пуншем, грогом и кукурузной чачей.
Боги кушали и испивали с удовольствием. Позволяя во время пережёвывания и глотания, исчезнуть прошлому и будущему, давая возможность всей своей энергии влиться в еду и питьё. Они давали себе испытывать к еде и питью чувства любви, привязанности, благодарности. Потому пережёвывая и проглатывая каждый кусок, они наслаждались не только вкусом пищи, но и вкусом своей жизни, своего существования. Испивая каждый глоток, они позволяли каждой капле приносить огромное наслажденье.
Сварог был весел и приветлив, он устраивал богам весёлые конкурсы, те со смехом выполняли его задания и дарили нам драгоценные металлы и камни.
Тимоха весело наблюдал за задумками и прибаутками Сварога:
-Да, да... И богам тоже порой нужно расслабить напряжение электрической активности коры головного мозга. Забыть и о преображении, и о воскресении, и о вознесении и просто беззаботно повеселиться.
Сварог придумал для богов очень забавный конкурс с открытием четырёх дверей.
Первая дверь открывалась через становление целостности её открытия. То есть, если её открытие было полностью понятно и осознанно, то открывавшего её и всех окружающих ожидало чувство великой радости.
Вторая дверь открывалась только в случае, если открывающий верил в то, что видит и знает и не верит в то, что никогда не видел и не знает. То есть если верить и осознавать только то, что увидел в начинающую открываться дверь, в то же, что не видел- верить только узнав и увидев это, то удачно открывшего и всех вокруг ожидало чувство огромного счастья.
Третья дверь открывалась, если открывающий мог зафиксировать в настоящем времени тот или иной конкретный момент открытия двери, забыв обо всём, что было в прошлом и будет в будущем. То есть нужно было понять, что все решаемые задачи, в том числе и задание по открытию двери остались в прошлом или являются проекцией будущего, но только настоящий миг открытия двери- истинный момент реального времени, в отличие от воспоминаний прошлого и мечтаний о будущем, которые являются заблуждением, мешающим открытию двери.
По открытию двери открывавшего и всех, кто за ним наблюдал, ожидало чувство удовлетворённого  великолепия.
Четвёртую дверь возможно было открыть глубинным величественным жестом, жестом охватывающим всё величие Космоса. То есть открывающий должен был осознавать то, что всё пространство, и перед дверью и за дверью, едино. Единое ядро, единый центр колеса, центр циклона единства. Тогда чувство реального единения, сходное по ощущениям с оргазмом охватывало всех гостей свадьбы. Богини конечно же не имели возможности сдерживать восклицания восторга, в те моменты, когда их естество поглощалось этим ощущением, а некоторые из богинь даже падали в блаженном оргастическом бессознании на руки, окружающих их богов.
Боги распахивали эти двери, выполняя конкурсные задания, тогда за дверьми открывались виды Космоса в различных ипостасях и стихиях. Никто из свадебных гостей не скупился на эмоции, взахлёб смеясь, наблюдая за этой игрой.
Сварог же не скупился на свою фантазию, придумав для богов, гостящих на нашей свадьбе интересную игру на расслабление своего ума. Суть этой весёлой игры состояла в том, что боги отстранённо наблюдали за тем, как в их умах, заполненных мыслями, мысли превращались в тишину. Затем боги уже со стороны тишины в их умах наблюдали за собой, до тех пор пока не превращались в тишину, так же как и их мысли. Эта игра продолжалась до тех пор пока боги полностью не очистив свои тела, чувства и ум от подавлений, унылости и одержимости, не исчезали в пустоте.
Через несколько секунд после своего исчезновения, боги вновь появлялись на свадебном торжестве, смеясь и хлопая в ладоши. Богини же при появлении делали жест, подчёркивающий их грудь, затем бёдра, и наконец кланялись в изящном реверансе.
Ещё Сварог придумал для богов игру, смысл которой был в том, чтобы осознавая тотальную интенсивность своего существования здесь и сейчас, позволить спонтанно,не препятствовать тому, чтобы всё окружающее шло своим ходом. Позволяя всем мыслям исчезнуть, боги целиком проникали в своё сознание, не позволяя там быть ничему другому, но при этом не препятствуя верному течению природы, уступая ей.
Свадьба была весёлой, игры поражали своим мудрым задором, а гости то и дело кричали нам:
-Горько!
Тогда мы с Анютой поднимались со стульев и смыкали свои уста в луче Сияющей Силы, находившейся между нами. В это время свет истины внутри нас озарял Сияющую Силу, и озарение это быстро закручивалось в галактическую спираль млечного пути, освещая галактику праздничным свадебным фейерверком.
Вскоре пришло время танцев.
Танцуя, боги вовлеклись в бытиё и обретали сверхнормальные силы. Их личности в танце изменялись, танцы вызывали в богах транс, экстаз, опыт провидения, раскрытие внутренней божественной сущности и в конце концов- слияние с космическим единством. Каждый танец богов был актом творения. Эти танцы создавали вокруг новое пространство и вызывали в танцующих новую, более высокую индивидуальность. Пробуждая в себе дремлющие эволюционные энергии, боги творили свои танцы воистину космогоничными. То есть абсолютно любой узревший такое великое количество танцующих богов мог бы тут же целиком, а не частично осознать всю систему происхождения и развития космических тел и их систем,- звёзд, звёздных скоплений, галактик, туманностей, спутников, астероидов, комет и метеоритов.
Некоторые боги настолько были увлечены танцами, что со стороны казалось, что они в конце каждого танца уничтожали миры, вновь возрождая их в следующем танце. То как боги реализовали свои миссии в процессе танца, уничтожая всё старое и одновременно открывая новый цикл жизни, выглядело очень забавным.
Некоторые боги в своих танцах устраивали пантомимические миниатюры, вспоминая в них о своих прошлых делах, когда они творили чудеса, исцеляли больных, насыщали голодных, воскрешали мёртвых, покоряли силой любви, прощая грехи окружающих. Сопровождающий танцы оркестр музыки сфер, состоящий из дельфина, аиста, медведя и ящера, а также карлик Пропо и пони Рция, парившие в своём круге слияния и поглощения над танцующими, помогали им сливаться в своём танце с космическими ритмами и звуками. Тем самым давая богам возможность обрести защиту и благословение для преодоления страха и смерти, а также возможность спасения для каждого из танцующих богов от его иллюзорного восприятия реальности.
Создавая своими танцами динамическое эволюционное равновесие, боги открывали всем душам путь к освобождению. Освобождению к тому, чтобы овладеть всеми пятью элементами Вселенной,- землёй, огнём, водой, ветром и космическим пространством.
Тимоха, сидящий справа от меня, попивая грог и чачу, радостно и задумчиво прокомментировал, наблюдая за танцами своих сослуживцев.
-Да! Природа полна танца. Луна вращается вокруг Земли, Земля врашается вокруг Солнца. Морские волны отбивают нескончаемый ритм об острова и континенты. Даже смены времён года, смена времени суток- это тоже бесконечный, никогда не останавливающийся ритм. Всё это открывает богам простую истину- если желаешь жить в любви и гармонии- подключайся под общий ритм окружающего тебя Космоса. Эх, хорошо!
Тимоха выпил кружку чачи и бокал пунша и, встав из-за стола тоже устремился танцевать.
-Когда богу не хватает слов, чтобы выразить свои чувства, он начинает жестикулировать.
Тимоха очень зажигательно отплясывал гопака, очень высоко подпрыгивая. Затем он лихо подскочил к нашему праздничному столу, схватил за талию Деметру, поднял её высоко над своей головой и закружился с ней в танце, полном любви.
-Когда чувства достигают своего пика,- прокомментировал Тимоха.- Боги начинают изъясняться движениями тела, мимикой и жестами.
Тимоха прижал Деметру к груди, нежно поцеловал её в губы и в изящном импетусе подбросил её под самый свод Мистериата, быстро прокомментировав, пока Деметра была в полёте:
-Часто во время брачных игр, танцующие могут выделывать невообразимые акробатические трюки, что тоже вполне можно считать одной из форм танца. Нет более лучшего способа выразить переполняющие твоё существо эмоции, чем танец.
Тимоха поймал Деметру и, кружа её на руках, слился с ней в медленном танце, магия которого уходила глубоко корнями в разум, даруя танцующим власть и удовольствие. Боги, а особенно богини восхищались их танцем, полным страсти и смирения.
Мы с Анютой тоже восторженно наблюдали за танцем Тимохи и Деметры. В этом танце они актуализировались, реализовались и процветали, превращая танец в молитву, будто бы воспевая оду всему космическому естеству. Кружение их танца становилось всё более и более чистым, пока Тимоха и Деметра совершенно не растворились друг в друге, как возлюбленный в возлюбленном. После чего Тимоха что-то ласково шепча на ухо Деметре, увёл её в покои.
Кентавр и Сфинкс же не менее грациозно и чувственно протанцевали весь вечер, соответственно с Ладой и Авророй. Так же не забыв их затем увлечь в покои.
       *       *       *
Вскоре к праздничному столу был подан огромный свадебный торт, символизирующий семейный достаток и изобилие. Дав некоторое время на вкушение торта, Сварог объявил танец новобрачных. Осознавая то, что этот танец призван стать чудесным действием поиска ключа полного использования сексуальной энергии мироздания, я подхватил Анюту на руки и мы выпорхнули в самый центр зала. Боги и богини затаили дыхание, застыв с кусками торта и кружками чачи, поднесёнными ко рту. Мы с Анютой, улыбаясь смотрели друг на друга, понимая, что наши товарищи по работе ожидают от нас высшего осознания экзистенциальности сексуальной энергии, проявленной в танце.
-Моё сознание поёт и танцует, когда я свидетельствую твои формы, Анюта.
Анюта громко рассмеялась и пылко облизнула губы, взглянув наверх, в Теосферу, которая мерцала интимными, хрустально чистыми огоньками, распространяя своим волшебным сиянием истину и осознанность.
Я подхватил Анюту и закружил, наш танец заблистал элегантностью и романтизмом, движения его были изящны и плавны. В этом танце явно прослеживался момент единения душ, ведь он был частью общей симфонии божественной литургии. И этот момент единения был очень трогателен и красив. Вместе с нами в этом танце закружились все вселенские истины, хранившиеся в глубине моего сердца.
Анюта положила свою голову мне на грудь и, почувствовав кружение во мне этих истин, прошептала:
-Гаспар мой, я хочу получить от тебя ещё один подарок. Сегодня в Теосфере мы с тобой должны взрастить Лотос Оргазма. Для этого нужно замкнуть круг блаженного любовного объятия. Я знаю, ты сможешь.
-Конечно, нежная моя, ведь этот танец, предваряющий наше уединение в Теосфере, имеет глубокую духовную основу.
Я положил левую руку на плечи, а правую руку на ягодицы любимой, тем самым, решив уже начать замыкать круг блаженного любовного объятия, необходимый для рождения Лотоса Оргазма. Вдохнув в себя нежный, дурманящий запах Анютиных волос, я выдохнул в бесконечную пустоту светящееся осознание любви. Осознание любви вышло с выдохом ярким, всепроникающим свечением, заставив Теосферу над нашими головами вспыхнуть разноцветным фейерверком.
Это разноцветье объяснялось тем, что Анюта, в силу своей женственной эфемерности, вибрировала непостоянством и в каждом движении нашего танца растворялась в кружении чувственных переливов. Я провёл левой рукой от плеч до ягодиц зеленоглазой, рыжеволосой Богини, ещё крепче прижав любимую к себе, создав таким образом резонансно-вибрационную цепочку, чтобы Анюта перестала бы уже вибрировать женским непостоянством, а Теосфера перестала бы блистать разноцветьем фейерверка и загорелась бы ровным интимным фиолетовым цветом.
Мы с Анютой одухотворённо кружились по залу под музыку духовых инструментов, имевших фаллическую символику и струнных инструментов, олицетворявших женскую форму. Кружа возлюбленную по залу, я страстно поцеловал её. Как вдруг, восторженный возглас богов и богинь заставил нас оглядеться и торжествующе улыбнуться, глядя в глаза друг друга. Богам и богиням, окружавшим нас действительно было чему удивляться.
Потеряв своё я, став светом внутри себя, создав в своих мозгах физиологический фейерверк внутреннего постижения Сияющей Силы, мы с Анютой закружились в своём танце по галактической спирали Млечного Пути, прямо к Теосфере, манящей нас интимным ровным фиолетовым светом.
У входа в Теосферу, замыкая собой галактическую спираль Млечного Пути, нас с Анютой встретила улыбка Солнца и Луны, радостно сиявших слева и справа от входа в Теосферу.
-Здравствуйте, мудрые и сострадательные возлюбленные Гаспар и Анюта!- Дружно приветствовали нас Солнце и Луна.- Мы очень рады тому, что практически сейчас, благодаря вашей любви, наконец-то будут окончательно объединены имманентный и трансцендентный потоки Космоса и взрастёт Лотос Оргазма.
-Я,-продолжило Солнце,- буду символизировать духовное начало человека.
-А я,-поддержала разговор Луна,- физическую природу человека. Ваша же задача, Гаспар и Анюта, достаточно необычна, но вы справитесь, веруем. Вам нужно в половом акте, соединив духовное и материальное начала, нанести удар по ложным теологиям, порождённым помимо доброй воли, людьми алчными и властолюбивыми, с целью наживы. Ваша осознанность должна помочь божественной идее, пройдя через ваш разум, реализоваться через сексуальную игру на физическом плане.
-Интимные покои Теосферы ждут вас. Ведь самое подходящее время для Единения потоков Космоса и взращивания Лотоса Оргазма- сейчас. Ибо- этот момент необратим!- напутствовало нас Солнце, провожая взглядом в Теосферу.
-Там, в Теосфере вы можете желать и делать абсолютно всё, что покажется вам необходимым для взращивания Лотоса Оргазма. Ведь, замыкая круг блаженного любовного объятия, вы в принципе не можете совершить ни одного действия, которое было бы неэтичным само по себе,- заключила Луна, требовательно посмотрев сначала на нас, затем на роскошную кровать, стоящую в центре Теосферы.
Мы с Анютою, держась за руки, вошли в Теосферу, освещённую спокойным ровным фиолетовым интимным светом. Свет Теосферы, проходя сквозь нас, пробуждал в нас сверхсознание и понимание всего, это понимание побуждало в нас осознанность потребности немедленно раздеть друг друга и осыпать поцелуями.
-Гаспар, возлюбленный мой!- страстно шептала мне Анюта, увлекая на фиолетовый шёлк просторной кровати.- Теперь, находясь здесь, в Теосфере, в Пирамидальной Башне, на Куполе Храма Ноосферического Мистериата, осознавая то, что вся пирамидальность жизнеустройства обретает своё начало и суть здесь, мы должны быть особенно нежны и ласковы, по отношению к друг другу.
Мы коснулись своей кожей фиолетового шёлка просторной кровати, стоящей в центре Теосферы. Осознавая то, что наш акт любви проходит на самой вершине области духовной жизни, я пытался вложить в свои поцелуи каждого миллиметра Анютиной кожи и слизистых оболочек, максимум мудрости и сострадания.
Лаская кожу и слизистые оболочки Анюты, я восхищался её красотой и обаянием. Её проявленное законообусловленное существо нежно трепетало в моих руках. Я дотронулся своим пальцем до Анютиного клитора и в мою голову пришла мысль, что мне вряд ли удастся охватить его с помощью человеческих мысли и разума. Анютин клитор вдруг встал предо мной единым безграничным неизменным принципом, недоступным для моего постижения.
Анюта, видимо, почувствовав мои сомнения по поводу постижения и охвата её клитора, прижала сильнее мою руку к своему лобку, другою рукою обняв меня за шею, и прошептала, дрожа в любовном пылу.
-Ах, Гаспар мой, на заре расцвета Лотоса Оргазма весь Космос узнаёт себя более полно. Каждая малая частица Космоса дышит озарением и постижением. Ты, Гаспар мой прекраснейший, очень умело играешь своими пальцами с моим телом. Но для того, чтобы мои внутренние гармоничные эманации стали объективным положением вещей, ты должен поцеловать меня в нимфы. А я тебя...
Анюта совершенно неожиданно отпустила свои объятия, перестав целовать моё лицо, шею и грудь, а затем вдруг резко сев своими пылающими страстью бёдрами мне на лицо, принялась создавать своими губами и языком мощные космические события, в эпицентре которых находился мой фаллос.
Сделав несколько поцелуев в Анютин клитор и нимфы, я стал осознавать, что моё сознание стало расширяться, включая в себя всё вокруг. Сначала Анюту, затем Теосферу, а следом и весь Космос. Несмотря на то. что чувство расширения сознания всегда вызывало у меня эйфорию, я всё же довольно внимательно наблюдая за реакциями Анюты, стал замечать, что сознание Анюты, благодаря тому наслаждению, что получала она от минета, также расширяется, включая в себя меня. Причём, я входя в это единое Анютино сознание, очень ясно осознавал тот факт, что в нашем единении вечность воспевает хвалебные оды благородному времени. То есть непосредственно в тот момент, когда Анюта сладострастно услаждалась моим фаллосом, её подсознательные инстинкты сублимировали в творчество Космоса. Анютин минет стоял единым безграничным неизменным принципом, одной абсолютной реальностью, предшевствующей всему видимому, поддающейся постижению лишь для человека, ставшего на путь духовного постижения.
Та нежность, с коей Анюта создавала вокруг моего члена космические события, явно свидетельствовали о том, что она занялась дело взращивания Лотоса Оргазма с искренним сердцем и преданностью гармонии.
Я же, в свою очередь целуя Анютины клитор и нимфы, чувствовал, что нахожусь в процессе развития, а не в каком-то определённом пространственно-временном континиуме. Это было знаком того, что в числе моих интересов является процветание всего Космоса и космополитического пространства, вместе со всеми его поверхностнями и глубинами. Чувствуя в себе субъективное развитие сознания, я нежно и ласково провёл руками по Анютиным бёдрам и ягодицам. Как вдруг проведя рукой по особенно нежной и шелковистой коже внутренней поверхности Анютиных бёдер, наслаждаясь видом Анютиного влагалища и ануса, я неожиданно понял, что на пути моего сознания к сверхсознанию, я буду ещё неоднократно в изумлении останавливаться перед множеством потенциальных путей к истине. В это время мы с Анютой вдруг воспылали и озарились мощной взаимной оргастической разрядкой.
Оргастическая разрядка, стала настолько убедительной и проникновенной, что ей легко удалось пробудить в наших с Анютой душах способность реагировать на духовные импульсы. Эта оргастическая разрядка вдруг полностью открыла всему человечеству путь к становлению нового мировоззрения, основанного на пересмотре и обновлении концептуальных понятий. С осознанием этой оргастической разрядки ко мне пришло понимание того, что возможно всё это стало по той причине, что Анюта полностью отдала все свои ипостаси силе Оргазма, позволила Космосу сплошным потоком вливаться во влагалище.
Влагалище Анюты вдруг исполнилось святым серебристым божественным светом, Космос сплошным потоком вливал во влагалище гигантскую колоссальную силу жизни.
Свет Анютиного влагалища, благодаря мощной динамической ментальной концентрации вдруг озарил Великую Тёмную Бездну Пустоты. Озарившись Первоистоком, Бездна стала Изначальным Основанием. Сила оргазма уложила меня на колени Изначального Основания, но я всё равно продолжал своими ласками в отношении Анюты, раскрывать тему, рождающую Эволюцию Космоса.
Насладившись оргазмом, Анюта поменяла свою позицию, сев мне на живот и обняла меня за шею, слив свои страстные губы с моими и вскоре ласково шептала мне на ухо:
-Ах, Гаспар мой возлюбленный, ах как я рада тому, что встретила тебя на переплетении этих эклектичных космических потоков. Не могу нарадоваться, милый мой Гаспар, тому, что контент звучания твоей души гармоничный, а значит, способствующий единению восходящего и нисходящего потоков Космоса. А твой язык, ах Гаспар, он выводит за пределы трёхмерного видения мира, в поиске точки равновесия. Своим ласковым языком ты умеешь оперировать многопространственными понятиями пирамидального жизнеустройства. Оттого электрическая активность даёт моей коре головного мозга такие незабываемые ощущения, что я просто переполняюсь по отношению к тебе, дорогой мой Гаспар, бесконечной любовью и состраданием, заботой и участием, нежностью и милосердием. Ах, Гаспар мой, я с удовольствием ещё не раз склоню голову перед твоим совершенством и изяществом. Да, возлюбленный, склоню голову и разведу бёдра.
Анюта ещё некоторое время покрывала моё тело поцелуями, а потом возлегла на шёлк фиолетовой простыни, широко и радушно распахнув свои роскошные бёдра.
-Войди в меня, милый мой Гаспар! Войди осознанно, проникнув в самую глубину, помоги мне ощутить сияющее проявление Духа в каждом уголке моего тела. Этим актом Любви мы должны с тобою обогреть и спасти всё человечество. Люди будут реализовывать свои самые сокровенные благие мечты в интересах коллективизма. Реальность перестанет быть отягощена национальными, расовыми, коммерческими и гендерными конфликтами. Личные и коллективные ценности, а также технический прогресс будут устремлены к истине глобального объединения с Духом Космоса. Ах, Гаспар...
Анюта подняла свои бёдра к потолку Теосферы и, благословившись, обхватила меня руками и ногами и крепко прижала к себе. Оказавшись во власти высоких и глубоких вибраций, Анюта в блаженном постижении начала становиться Высшей Инстанцией Космоса. Я вполне явственно прочувствовал всем своим естеством, как из Анюты стали исходить основополагающие импульсы мироустройства трансперсонального мира и широкий спектр энергий Космоса.
Тот энергетический резонанс, что сливал воедино наши тела и души, приближал наше существо к Абсолюту, который был потенциально всем, но материально ничем. Сгустком энергии, готовящимся осветить Космос своим великолепным цветением, зарождающимся Лотосом Оргазма. Достигнув глубокой морали и истинной мудрости в познании жизни и мироздания, я входил в Анюту всё более и более напористо, потому наше сознание аккумулировало в себе всё большее количество потенциала искусства, морали и науки, постижение которого давало бы мощный рост Лотоса Оргазма.
Я воодушевлённо сливался с Анютой и наши тела и души восторженно проникались всеми морально- этическими установками бытия от сложных до простых, от сакральных до профанных, от политических до личных, от научных до романтических. Создавая тем самым мощную позитивную ауру над всем Космосом. Это позволяло нам гармонизировать техногенный, биологический и политический аспекты всего человеческого существования, ведь весь Космос наполнялся более глубоким пониманием вещей и событий.
Анюта, находясь в исступлении любовного экстаза, поднимала ноги к потолку Теосферы и её влагалище, обладающее изобилием энергий вызывало у меня чувство мудрости и сострадания. Этот мистический опыт, я принимал как знак единения имманентного и трансцендентного потоков Космоса. Знак заставлял меня действовать более детально и оперативно. Благодаря чему, Анюта выпускала своё блаженство в Пустоту в виде всполохов яркого света, и это блаженство, реализуя Пустоту, становилось осознанием единства всего сущего. Проникаясь этим осознанием, я растворялся в гармонии и сливался с Анютиным влагалищем, упояясь высокоразумной энергией любви, и высвобождая силы, необходимые для создания целостности мира, совмещения логики и интуиции.
Поиск ощущения прекрасного заставлял меня входить в Анюту всё более сознательно, с полным пониманием сути благодатного тёплого света, струящегося из влагалища любимой, оттого всё более глубже. Я проникал не только в плотные субстанции Анютиного тела, но и в её ментальную ауру, что переполняло моё существо чувством совмещения конкретного разума и абстрактно-интуитивного сознания души.
Все эти благочестивые преобразования нашего сознания в Сверхсознание, были возможны прежде всего потому, что я продвигался в Анютином влагалище, руководствуясь не личными амбициями, а бескорыстным желанием спасения человечества. Аспекты воли, мудрости и разума переполняли меня до тех пор, пока не озарили гигантским салютом единого Космоса Анютино влагалище.
       *       *       *
Яркий оргазм предстал предо мною и Анютой, символом Реальности. Наш с Анютою оргазм предстал перед нами божественным принципом, наивысшим из планов Космоса. Никакой человеческий разум не в силах был вообразить те состояния, что реализовались на этом плане между мной и Анютой в оргазме. Ведь мы с Анютой и сами блаженно не ведали о чём- либо, кроме собственного бытия. Мы растворялись в божественной Пустоте, яркой и ясной, сияющей и очевидной, в которой не было ни внутреннего ни внешнего. Пустота ласкала и нежила нас своим бесконечным светом великого совершенства. Сияющая Сила теперь радостно и счастливо искрилась по всей Пустоте.
Анюта сделала глубокий выдох, полный безусловного удовольствия от жизни. И, обогрев своим дыханием Млечный Путь, взяла в правую ладонь Землю и благословила её. Я водил руками по Анютиной коже и слизистым оболочкам, наслаждаясь глубокой гармонией, рождающихся в синхронности наших дыхания и импульсов.
Я задержал свою ладонь на Анютином влагалище- великой обители цельного сознания, абсолютно чистого интуитивного замысла, духовной любви и духовной мудрости, порождающих Сверхсознание и расцвет всего Космоса. Затем я нежно и трепетно погладил своим указательным пальцем Анютин клитор- источник чистой концентрированной энергии, духовной воли, цели и замысла Космоса в его изначальном основании. Из Анютиного клитора исходил эволюционный импульс первоистока. Динамический посыл этого импульса вёл всё живое к исходной точке рождения Духа Космоса. Эта точка невыразимо красочно засияла в великой тёмной бездне Пустоты.
Лотос Оргазма начал свой пышный расцвет на стене Пустоты.
В приоткрытую дверь заглянули возбуждённые нахлынувшими на них положительными эмоциями Солнце и Луна.
-Позвольте войти, возлюбленные! Ведь, Лотос Оргазма должен совместить в себе солнечный и лунный принципы. Ведь он является порождением не только вас, Анюта и Гаспар, он одинаково близок воде, огню, земле, воздуху, тьме и свету. Лотос Оргазма сейчас взрастёт особым универсальным принципом, управляющим Космосом и развивающейся в нём жизнью.
Солнце и Луна несколько секунд восторженно наблюдали за расцветом лотоса Оргазма, а затем растворились в Пустоте, заняв свои места на небосклоне, давая своё могущество и великолепие распускающемуся Лотосу Оргазма.
Лотос Оргазма осветил своими алыми лепестками Пустоту и она ещё больше заблистала разноцветьем духовной чистоты и святости.
Анюта, ликуя от переполнявшей весь Космос, в том числе и её любви ко всему живому, радостно вскочив на ноги стала прыгать по нашему ложу фиолетового шёлка, срывая из пустоты горсти звёзд и украшая ими, становящиеся бордовыми лепестки Лотоса Оргазма.
-Гаспар мой!- Анюта радостно огласила своим возгласом весь Космос.- Как прекрасен этот мир развивающейся жизни!
Анюта подпрыгнула повыше, подтянулась за бордовый лепесток Лотоса и, раскинув руки, возлегла на жёлтое цветоложе цветка.
-Гаспар мой, я наслаждаюсь своей божественностью в этом вихре перерождений. Ты только посмотри, Гаспар, какой прекрасный символ процветания и плодородия у нас получился.
Раскинув руки мы с Анютой возлежали напротив друг друга, я на фиолетовом шёлке Теосферы, Анюта на жёлтом бархате цветоложа Лотоса Оргазма, и блаженно наблюдали за радостью и удовлетворением друг друга. За тем, как в цветении этого дивного цветка актуализировались, реализовались и процветали самые светлые чаяния людей, ведущих постоянные диалоги со своей душой, обладающих целостным мышлением, не приемлющих различий, людей проникшихся чувством терпимости и желанием интегрального сотрудничества, людей, проявляющих готовность быть всегда открытым для Космоса и выполнять его волю, истинно мудрых людей, живущих по законам Космоса, отринувших догматы, мешающие творческому развитию, людей, осознающих свою взаимосвязанность, взаимозавистимость, взаимообусловленность.
-Гаспар, иди ко мне!- Анюта свесилась с Лотоса и протянула мне руку.
Я отвлёкся от своих размышлений и, протянув Анюте руку, взобрался на Лотос и, разместившись на жёлтом цветоложе, любовался бордовыми лепестками, украшавшими своим цветеньем весь Космос.
-Ах! Гаспар, ты моё сокровище! Сокровище, покоящаесе на Лотосе Оргазма.
Анюта сомкнула свои ладони на груди, затем положила ладони на свои щёки и, качая головой некоторое время любовалась мной. Я поднялся с цветоложа Лотоса, но только затем, чтобы обнять Анюту и уложить её рядом с собою.
-Наша любовь, милая моя Анюта, вот истинное сокровище, покоящаесе на Лотосе Оргазма. Сейчас мы с тобою вместе с нашей любовью покоимся во времени и вечности. Прошлое, настоящее, будущее,- всё это находится сейчас под твоей спиной и ягодицами, милая моя. Ведь Лотос имеет одновременно бутоны, семена и цветы.
Анюта радостно рассмеялась, став очень похожей на Солнце, озарившее Землю жёлтого цветоложа цветка, плавающую в бордовом океане лепестков Лотоса Оргазма.
-Милая моя Анюта, ты венец творения Космоса. Если корень Лотоса олицетворяет Материю, стебель- Душу, а цветок- дух Космоса, то ты Анюта есть одновременно и Благо, и Истина, и Красота мироздания. В тебе, божественная моя, Космос впервые соединил материю, душу и дух. Я теперь очень хорошо понимаю всё то, что существует. Я не хочу ни подавлять, ни расточать нашу любовь, я её просто понимаю. И ещё, знаешь что, Анюта...
Я погладил клитор и половые губы Анюты рукой и стал их массировать рукой.
-Наша любовь, Анюта, не эмпирическое понятие, выводимое из какого-нибудь опыта. Наша любовь, Анюта, есть необходимое представление, лежащее в основе всех созерцаний.
-Да, да, да! Гаспар мой! Наша с тобой любовь не есть что-то такое, что существовало бы само по себе или было бы присуще вещам, как объективное определение и, стало быть оставалось бы, если отвлечься от всех субъективных условий созерцания вещей.
Я глубоко и страстно поцеловал сначала одну Анютину грудь, затем другую.
-Однако, что же это выходит, драгоценная Анюта... Таким образом наша любовь эмпирически реальна, то есть объективно значима для всех предметов, которые когда-либо могут быть даны нашим чувствам...
-Да, Гаспар мой, наша любовь может быть осознана не только с помощью интерпретации постмодерна, но и эмпирически.
-Ах, милая моя Анюта!
Правой рукой я ещё более страстно объял Анютин клитор и половые губы, левой рукой обняв любимую за шею. Нежа Анюту в своих объятиях, я наслаждался изначальным основанием, духовным раскрытием, мудростью и нирваной, которые посещали моё сознание при возлежании с любимой в цветоложе Лотоса Оргазма.
Анюта провела мне рукой по груди и животу и, ласково сжав мой фаллос ладошкой, прошептала:
-Гаспар мой, сейчас я чувствую в себе любовь ко всему интегральному целому Космоса. Весь мир абстрактных мыслей, символов, безличных принципов и универсальных идей я люблю! Знаешь о чём я сейчас мечтаю, возлюбленный мой Гаспар,- я хочу возлежать на жёлтом цветоложе этого дивного Лотоса Оргазма и неустанно ублажать тебя, мужчина мой. Бордовые лепестки этого дивного цветка, украшающего Космос, будут раскрывать нас с тобой с рассветом и закрывать на закате, олицетворяя возрождение Солнца и Луны, да и всего Космоса, то есть возрождение, возобновление жизненных сил, вечную молодость и бессмертие всего и вся. Наш лотос должен давать синхронные импульсы гармонии всему Космосу. А для этого тебе, Гаспар пора бы тебе ещё одарить меня, наше цветоложе Лотоса Оргазма, да и всё мироздание высокими и тонкими вибрациями, благородными и драгоценными магнитными полями.
Анюта вновь оптимистично распахнула бёдра.
-Гаспар, я опять хочу соединиться с тобой в творении. Теперь наша жизнь должна стать вечным оргазмом, идущим вперёд и продолжающимся. Ах, Гаспар, так закружи же во мне свои ускоренные и усиленные торсионные процессы. Давай же останемся в Пустоте, но охватим все Формы. Пусть же Пустота охватит все Формы, как наши глаза, в которых отражается весь Космос. Как мои бёдра... Входи же в меня, возлюбленный мой Гаспар, до тех пор, пока моё существо не будет заполнено изначальными каноническими формами и основанием всего мира явлений.. Войди же Гаспар мой в мой мир внутреннего Бога, живущего в каждом из нас.
Страстно возбудившись от Анютиных благочестивых призывов и размышлений, я вошёл в её естество. Обняв её и поцеловав в губы, я занялся с чистым сердцем и преданность гармонии закреплением и фиксацией единения восходящего и нисходящего потоков Космоса. Мы с Анютой наслаждаясь яркими и красочными оргазмами, выводящими нас на связь с реальностью, дававшим силу для дальнейшего роста Лотоса Оргазма и насыщая Космос гармонией. Акты нашей любви продолжались вечность. Вечность поющую благодарственные оды времени во Вселенной Единого Вкуса. По окончанию вечности мы с Анютой сладко уснули в цветоложе Лотоса Оргазма, упояясь объятиями друг друга.
    

ЭПИЛОГ.
По окончанию вечности, укладывающейся в нашу с Анютой брачную ночь, я пробудился от восторженных восклицаний Тимохи:
-Ну, всё, больше никаких глобальных конфликтов и космических катаклизмов. Никаких больше монополий на духовную истину.
Укрыв Анюту пледом, я вышел из Теосферы на просторную террасу, с которой открывалось огромнейшее множество живописных видов Космоса. Тимоха стоял у перил террасы и, раскинув руки, благословлял мир и человечество.
-С пробуждением от физического сна, Пегас! Присядем, испьём кукурузной чачи! Причём заметь, Пегас, моё требование имеет индикативный, а не директивный характер. Благо, что интервенционный фонд кукурузного зерна обеспечен и мы должны девальвировать его в радость и счастье. Не нарадуюсь я той гармонии, что воцарилась в Космосе, особо с расцветом Лотоса Оргазма.
Тимоха сначала окинул Космос мудрым и сострадательным взглядом, затем гордо направил в Космос перст и величественно изрёк:
-Увеличено финансирование науки, восстановлены высокие стандарты всеобщего бесплатного среднего и высшего образования, обеспечена общедоступность и высокое качество здравоохранения, энергично развивается наукоёмкое производство, общество ограждено от пропаганды пошлости и цинизма в СМИ, введена гибкая налоговая политика, ведущая к экономической самостоятельности всех субъектов Космоса, разработаны реальные способы использования психической энергии. С диспаритетом цен, благодаря любви наших милых богинь тоже покончено. Теперь зло полностью развилось в добро, ведь теперь весь Космос отдан людям мудрым и гармоничным, то есть активизировавшим своё сверхсознание. Потому, как целью существования Вселенной, а следовательно всех существ, формирований и понятий, является создание всё более сложных химических элементов, благородных напитков, новых планет и информационных структур. В общем, Пегас, я предлагаю тебе выпить за твоё полное и окончательное обожествление!
Испив, мы с Тимохой положили руки на перила террасы, находящейся у входа в Теосферу, и стали наслаждаться разливающимся по нашим естествам теплом и светом. Это тепло и свет, обогревающие нас, были сам Дух Космоса, сама Пустота. Эти тепло и свет освещали сияющую бездну Космоса и охватывали весь мир явлений, унося нас к осознанию Души Мира.
Радуги, сиявшие над планетами исправно выполняли роль гидролокационных антенн Ноосферы, чистый и прозрачный Родничок Истины спасал население от кредитов, ипотек и шопингомании. Все цивилизации развивались по правильным векторам в сторону Гармонии, Правды, Любви и Красоты, Лотос Оргазма расцветал, даруя миру Мудрость и Сострадание.
Мы с Тимохой, наши друзья, коллеги, любимые и весь Космос наслаждались разливающимся вокруг теплом и светом.
Теплом и светом нашего внутреннего Бога и внешней Богини.


                2008-2011года. Прототип Желановска город Волжский.


Рецензии
Дерзновенно, дерзновенно, дорогой Пегас! Вам бы избавиться в довершение всего, от некоторых расхожих штампов, особенно, в описаниях природы...и Вы - далеко не в хвосте! Держа в одной руке, роман нобелевского лауреата Уильяма Голдинга "Шпиль", а в другой - Вас, я сделала выбор в вашу пользу и не раскаялась! :)

Виннета   14.09.2011 21:46     Заявить о нарушении
Спасибо Огромное, Милая Виннета...

Игорь Матляев   05.10.2011 10:13   Заявить о нарушении
Именно, мое мнение Вас возможно, интересует меньше всего ( я читаю ваш роман урывками), но, если Вы хотели утереть нос Пелевину, то обмахнули его очень изящно платком! :) Хотя, жанр мне этот до конца и не понятен, и я воспринимаю все, каким-то 25м чувством, написано блистательно, напоминает иногда Кастанеду- да и, Кастанеды не хуже..) и хочется иметь книгу под рукой. Увы, вертикальное чтение не проникает глубоко в мой мозг... (((

Виннета   28.10.2011 20:03   Заявить о нарушении