Последняя встреча. Вариант 18 плюс

Борис Леви
Настроение у Юли было скверным. Моросил нудный дождик, автобус, на котором она ехала с работы, попал в пробку, а тут еще муж очередным приступом ревности, как говорится, достал. Хорошо, что к родителям на дачу на уик-энд укатил и детей забрал. Хотя бы выспаться удастся…

На улице уже стемнело, когда Юлия вошла в квартиру. Заварила чай, сделала бутерброд. Включила телевизор. Сплошные сериалы… И вдруг из ящика раздался до боли знакомый голос… «Да, это он, мой когда-то такой любимый, такой желанный Толик…»

«Ах, как бы я хотела вернуться в то время, когда мы были молоды и счастливы, когда так любили друг друга!» И тут, в унисон с дождем, из глаз заморосили слезы, внутри все перехватило, заныла спина. Но Юленька усилием воли взяла себя в руки, вырубила ящик с не дающим покоя голосом и завалилась на нерасстеленный диван. Но тут же заставила себя подняться, достала белье, разделась и, совершенно обессиленная, положила голову на подушку. Сон долго не приходил, и все же к часу ночи измученной воспоминаниями  женщине удалось задремать…

Ей снилось, что она лежит на морском берегу… Огромные волны накатываются одна на другую, пока самая большая, видимо, Главная волна, не добралась до Юлиных ног и стала нежно ласкать их. «Так не бывает» - подумала Юленька. Ей вдруг стало томно и сладостно от теплой жидкости, обволакивавшей ее от самых пяток до роскошных бедер…

Постепенно волна поднималась все выше, мягко колыхала живот, нежно ласкала грудь. Через мгновение легкая, как пух, морская пена без усилий раздвинула ноги, и стало так приятно и легко, что Юля во сне подумала, что так божественно может быть только в раю. Хотелось, чтобы сон длился целую вечность, чтобы блаженство происходящего никогда не прекращалось...
И вдруг Юленька поняла, что это не сон... Она попыталась открыть глаза, но веки не желали слушаться...
 - Не пугайся, Солнышко, это я, - произнес до боли знакомый, такой ласковый и нежный, голос. Только теперь Юля очнулась и увидела силуэт мужчины, которого когда-то страстно любила и желала. Он так нежно гладил ее ноги, живот, грудь и плечи потрясающим, воздушным кремом, что Юленька едва не потеряла дар речи...

Впрочем, слова влюбленным были без надобности. Толик кончиком язычка начал слизывать вкуснейший крем с Юлиного тела. Начал он с белоснежных, пухленьких ножек. Затем перешел на плечи, грудь. Облизав соски, на несколько секунд задержался на любимом животике. У Юли побежала по телу необыкновенная дрожь, она обхватила руками немного поседевшую голову мужчины и притянула ее к себе.

Мужчина легонько поцеловал губы, после чего кончик его языка отправился по телу вниз, быстро прокатился по груди, животу, затем отправился в самое заветное для любого влюбленного место... Юленьке захотелось, чтобы он поскорее забрался туда, внутрь, но Толик медлил, будто нарочно дразнил ее. От прикосновений его языка она развела бедра, и язычок постепенно, лениво стал проникать в самую плоть. Пальцами, нежно он развел ее губки, и лизнул клитор. Юля задрожала, волны страсти охватили все тело. Она ласково подвинула мужчину к себе, взяла основной орган в руку и начала слегка поглаживать.

Под нежной кожицей женщина ощутила твердый, и в то же время гибкий кусочек такого любимого, такого желанного человека, что невольно застонала и стала аккуратно вставлять его меж своих разведенных бедер. Юленька крепко обхватила ногами тело любимого и ритмично задвигалась ему навстречу. Казалось, она находится в самом эпицентре землетрясения. Ее пронзила молния наслаждения, внутри закипела буря страсти и Юля закричала от блаженства, внезапно охватившего все ее существо. Ощущение было столь неземным, столь невероятным, что у Юленьки крик перешел в стон, а стон в плач...

Толик застонал ей в такт, потом вдруг затих, быстро задышал и кончил. Юленька почувствовала, как все ее существо наполняют энергия, любовь и сила. Через несколько секунд Юля ощутила, как на ее большую, мягкую грудь упали одна за другой две капли. Мужчина плакал, но делал это молча и беззвучно.

-Я все годы нашей разлуки мечтал об этом, - тихо сказал Толик.
- Я тоже, любимый мой мужчина!
- Милая моя, несравненная, единственная и неповторимая Королева! Ты совсем не изменилась, даже стала еще лучше и желаннее...
- Поверь мне, я всегда любила только тебя. Столько раз изводила себя мыслями, что не убедила тебя, что нам нужно всегда быть вместе. Думала, я сильная, а оказалось, что силы эти потрачены напрасно, не на то...
- Да, милая Солнышко, у нас хватило сил, чтобы причинить боль друг другу. Теперь она, эта боль, к нам вернулась...
- Милый, мы все исправим! Мы уже достаточно взрослые, чтобы хотя бы частично искупить обиды, которые нанесли нашей любви... Останься со мной, не уходи от меня никогда, слышишь?
- Прости, Юленька, не могу, милая. Меня ждут дома. Да, детки подросли, старшая вот-вот сделает твоего Толика дедушкой, но моя Аня... ты ведь знаешь Аню, она не переживет, если брошу ее. Знаешь, у нее больное сердце, мне, правда, надо идти. Прости, любимая, но мы не властны над Судьбой...
- Мы еще увидимся когда-нибудь?
- Вера в нашу возможную встречу – единственное, что дает мне силы, заставляет заниматься творчеством и испытывать вкус к жизни. Я верю, что когда-нибудь, может, даже не в этой жизни, но мы будем вместе... А теперь позволь  уйти и не смотри вслед, так будет легче нам обоим.
- Прощай, любимый!
- Прости меня, Солнышко!

Мужчина, немного сгорбившись, сделал несколько шагов, открыл дверь.
Через несколько секунд Юля услышала, как лифт поспешил вниз.
«Он постарел» - подумала она и легла. На улице светало, через стекло-пакеты доносились звуки проезжающих по улице машин.

Совершенно обессиленная, Юля уснула. А когда проснулась, маленькая стрелка часов указывала на единичку. Юля подумала, что все это ей приснилось. Но вдруг, взглянув на подушку, она увидела несколько седых волос. «Только бы муж ничего не заметил»,  - подумала Юленька, вытряхивая подушку в окно.
Она неожиданно заметила, что машины по улице передвигаются быстрее обычного. «Жизнь ускоряется» - озвучила мысли вслух уже немолодая, но еще красивая женщина. Она кинула взгляд на стол. В вазе из чешского хрусталя стояли ослепительно красивые голубые цветы. Рядом с вазой стоял фарфоровый корабль, который уносил в неизвестное плавание алое сердце из других цветов - засушенных. Глаза Юленьки застлал туман, и воспоминания стали накатываться на нее одно за другим, словно огромные волны, пока одна из них, видимо,  Главная волна,  не добралась до Юлиного сердца и стала нежно ласкать его...