22 ИЮНЯ 1941 ГОДА

             

         

              Я не воевал в Великой Отечественной войне. Не воевал по возрасту. И даже не принимал участие в Великой этой войне. Хотя, как сказать! Если по сути - то принимал самое непосредственное в ней участие. Даже больше - я дитя войны! Точнее, дитя 22 июня 1941 года.  А два моих старшщих брата принимали участие в этой войне. Причем, самое непосредственное. Хотя старшему из них было четыре годя в 1941 году, а среднему – всего два.  Поясню.
              Отец мой был военный. И войну он встретил в звании старшего политрука в одной воинской части, расположенной под Каунасом в Литве. В Литву их перебросили где-то в апреле месяце 1941 года.  Перебросили из Средней Азии. Поэтому у моих братьев местом рождения стоят города Кушка и  Андижан, где служил отец.  Что ж поделать – Советские военные!
             То, что война стоит на пороге наших западных границ,  для местных жителей было яснее ясного. Для жен офицеров комсостава Красной Армии и местных советских служащих это тоже было  более, чем очевидно. Поэтому народ где-то со второй половины мая побежал с границы. Из магазинов  стали исчезать  соль, спички, керосин, из аптек йод, марганцовка, бинты. 
            Но семьи офицеров комсостава Красной Армии  обязательно должны были быть со своими мужьями. Таковы были правила. И потому жизнь военного - это уже уже политика. И отец привез перед  майскими  праздниками свою жену с двумя малыми детьми к себе. Жили они все в военном городке Каунаса, в одном большом трехэтажном доме, называемом офицерским.
              Но к концу мая атмосфера вокруг гарнизона войск Красной Армии стала напряженнейшей. И офицеры начали отправлять свои семьи в глубь России. Местное командование Красной Армии смотрело на эти действия своих подчиненных сквозь пальцы. И отец тоже отправил свою жену с двумя маленькими ребятишками к его матери под Рязань.
             Но после сообщения ТАСС от 13-го иня 1941 года вышел приказ командующего Прибалтийского военного окуруга о немедленном возвращении    семей комсостава Красной Армии в места службы их мужей с целью пресечения паники и пораженческих настроений в войсках. И отец привез жену с двумя детьми в гарнизон  где-то в двадцатых числах июня.
              А вечером 21 июня по  приказу коменданта Каунасского гарнизона все  семьи  комсостава Каунасского гарнизона войск Красной Армии вместе с семьями Совслужащих были собраны на вокзале, посажены в вагоны реквизированного  им своей личной властью пассажирского поезда и отправлены в глубь страны.
               Поезд прошел всю Литву и часть Белоруссии, но  был под утро разбомблен фашистскими самолетами. Уцелевшие пассажиры этого поезда двинулись пешком на   Восток. Шли проселочными дорогами. Шли, кто, как мог. Часть оствалась в местных деревнях. Мать тоже просидела в одной белорусской деревне почти две недели из-за болезни младшего сына. Затем пошла дальше. Пошла с двумя своими детьми. Хотя местные жители просили детей  оставить у них.
            Но мать пошла дальше. Шли они группой из их поезда человек в тридцать – сорок, не больше.  Женщины и дети командиров Красной Армии и Советских служащих Каунасского гарнизона. Шли лесом. Кормились в белорусских деревнях. Народ к ним относился  хорошо и всячески поддерживал.
                А где-то в середине июля произошло невероятное. На них в лесу  наткнулась  воинская часть, пробивающаяся к своим от самой границы. Точнее, остатки воинских частей Красной Армии, собраннх группой офицеров из бродивших по лесам красноармейцев и офицеров. Эта группа офицеров оказалась из Каунасского гарнизона и среди них был мой отец. Так они встретились в фашистском тылу. А через девять месяцев, в марте сорок второго появился на свет я. Жизнь требовала своего. И даже в окружении, в нечеловеческих условиях, они нашли возможность дать ей продолжение!
              Вышли они к своим под Смоленском. Мать с двумя моими братьями уехала под Рязань к родителям отца,  а отец остался воевать. И воевал до последнего дня войны. И войну он закончил в звании полковника.  Но никому отец с матерью об этих события их  личной жизни, происшедших с ними в самом начале войны,  никогда не рассказывали.  Молчали. Рассказали лишь в начале шестидесятых, когда мы, их дети, съехались в родительский дом на юбилей отца. Я все собирался написать про их необычную военную историю что-то типа повести или романа, но так и не собрался. И вот сейчас  решил на семидесятилетие начала Великой войны все-таки поделиться этой историей с вами!

                КОНЕЦ


Рецензии
Спасибо, Виталий, за Вашу историю! Сколько было неразумных приказов!
Сколько людям пришлось пережить! А встреча Ваших родителей поистине невероятна!
Все события Вашей семьи - это история нашей страны.

С благодарным теплом - Людмила.

Людмила Дементьева   27.01.2019 15:38     Заявить о нарушении
Если взять историю СССР, то 41-й год - это именно то, за что мне, советскому гражданину, становится стыдно за свою страну. Не имел права Сталин допускать вероломного нападения фашистов. Не имел! Но так оно получилось.

Виталий Овчинников   28.01.2019 10:30   Заявить о нарушении
Да, Виталий, получилось то, что и случилось!
Желаю Вам Светлого настроения!!!
С теплом - Людмила.

Людмила Дементьева   28.01.2019 11:30   Заявить о нарушении
На это произведение написано 27 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.