Заслужил

Роман Янковский Палагин 2
               

Вечером я был на остановке.
Мимо снова люди.
Выше меня, ниже.
Старше и младше.
Пьянее и трезвее.
Прямо на скамейке сидели школьники. В руках стекло дешевого пива, в уже пожелтевших зубах бычки, в глазах стойкий интерес ко всему происходящему.
Что можно ждать от такого небольшого  городка, зажатого с четырех сторон полосами леса?!
Глухомань.
Здесь нет ничего и есть многое...
Здесь есть Люди!
Здесь  все виды слоев населения.
Девушки, катающие своих детей в пестрых колясках. Работяги с тяжелыми руками, на которых есть место мозолям и шрамам. Пенсионеры, их  больше всего...
Вот и сейчас из узких дверей старенького автобуса кряхтя и постанывая, выбирался один из этого многочисленного сословия.
В принципе на сегодня он последний в  моем списке. Можно не спешить, можно подождать...
Слабые ноги старика коснулись асфальта. Секунду казалось, что человек не удержится и упадет, лавируя, как канатоходец, ловя равновесие двумя увесистыми сумками.
Рядом терлась, виляя облезлым  хвостом, дворняга. Видно, учуяла что-то съестное.
-Рыжий,- просипел радостно старик и пес с удвоенной силой принялся выказывать свое особое расположение именно к этому двуногому.
Лицо человека было багровым от напряжения.
-Сейчас, хороший, сейчас,- старик согнулся над сумками,- встретил, не забыл... На, заслужил.
В грязь упал приличный кусок кровяной колбасы.
-Хрена се!- долетело до меня с остановки.
Голос был детским, непоправимо хриплым от постоянного употребления...
-Видал? Дед че вытворяет!
Старик насупился и сжал кулаки, но, словно, чего-то опасаясь не повернулся на звук.
Собака мигом умолола угощение и заискивающе смотрела в глаза доброму человеку.  Хвост опять начал свой привычный ход, пытаясь неудачно спародировать мятник.
-Он бы ещё деньги кидал, что б Шарик сам в магаз метался!!
Шутка по всей видимости удалась, потому, что привела всю компанию в почти осязаемый восторг. Подростки загоготали.
Автобус тронулся с места и, едва  не зацепив пенсионера, медленно потянулся в обратную сторону.
-Послушай ты,- резко обернулся старик,- шалупень, будь более почтительным, я тебе в отцы...
Но шутник не дал договорить. Он шагнул вперед и замахнулся.
Старик отпрянул назад, но медленно, неуклюже. Тело его сжалось, голова втянулась в плечи, а глаза в страхе закрылись.
Второй взрыв хохота сотряс остановку.
Вот сейчас!
Я делаю шаг вперед и ловлю оседающего пенсионера. Тело проскальзывает сквозь мои бесплотные руки, а вот душа, ещё сжавшаяся остается лежать.
Школьник с бледным лицом исступленно кричит, широко распахнутые глаза тупо смотрят на упавшего старика.
-Я не бил! Не бил!- орет он своим онемевшим дружкам и отходит спиной назад.
Сквозь бледное лицо у себя на руках вижу асфальт. Старик смотрит на меня -  в нем нет ужаса.
-Уже все?- спрашивает он.
Я киваю.
-Почему так?
-Не знаю.
-Я не хочу!
Однако и теперь в нем нет страха, только какая-то почти детская обида.
-Поверь, отец, я ещё не встречал никого, кто бы захотел...- говорю и быстро касаюсь лба.
Вспышка.
Яркая, снежно-белая. Короткая и резкая.
-Вот теперь точно все,- отвечаю я пустоте на руках и поворачиваюсь к школьникам.
Они меня не видят. Они даже не представляют, что завалившийся на бок старпер, уже не встанет.
Что старое сердце не способно биться ровно и гладко, как двадцать лет назад.
Собака скулит и лижет глубокие, гладко выбритые морщины доброго человека.


Я собираюсь уходить.
-Нет, ну, конечно,  мне влетит,- говорю и медленно поворачиваю обратно,- Я понимаю,   его срок  далек, но ... Может, Ты даже рассердишься...
Щелкаю пальцами первый раз - горло шутника пересыхает.
Школьник хочет пить.
Человеку страшно...
Он сгибается за пивом.
Щелкаю второй – мальчишка давится и быстро синеет.
Вся компания резко шарахается в сторону от него. Кто–то кричит, но мне не до них.
Он падает, часто и сильно бьет себя по груди, по щекам катятся слезы.
И именно в это мгновение я щелкаю третий раз – подростка рвет, легкие с шумом втягивают спасительный воздух. 
Лежит весь потный, бледный.
Он не пытается встать, приходит в себя, человек только что чуть не умер!
Я усмехаюсь и сгибаюсь над школьником:
-Будь Добром и Светом иначе, зачем тогда быть?!
И он меня слышит!
Широко распахнутые глаза шутника полны ужаса.
Вы слышите нас, когда этого хотим мы...