Жителям иорданских долин

ЖИТЕЛЯМ ИОРДАНСКИХ ДОЛИН
      
                Было трудно мне первое время
                Пережить свой позор и испуг,
                Став евреем среди неевреев,
                Не таким, как другие вокруг...
                Александр Городницкий
                ''Воробей''  1996.




     Сколько раз мне пришлось слышать в детстве обзывательства в свой адрес даже приблизительно невозможно сказать. Иногда - что-то ехидное, жгучее, скользкое; иногда - пустое, беззлобное, обиходное; иногда - обличительное, убийственное, приговорное слово из трёх букв. Из тех трёх букв, что на русском языке раньше произнозились почти так же часто, как и другие три буквы, всем хорошо известные. Теперь, как мне кажется, давно уже установился многократный перевес в пользу трёхбуквенного словечка без национального подтекста.
    
     У нашей старшей сестры была лучшая подруга, её одноклассница, Ира Елисеева. Ира проводила у нас дома много времени. Она часто приходила вместе с Маринкой после школы делать уроки, или просто так. И Маринка к ней частенько захаживала. Свои девичьи секреты они делили на двоих не мало лет и были очень привязаны друг к дружке.
     Как-то так получалось, что даже и мы с Оськой к Ире домой не раз попадали, знали её маму; а отца у Иры не было, обычное дело. Мама же у Иры была личностью своеобразной. Она работала таксистом. Точнее - таксисткой. Это - в Москве, где как всем понятно, водить машину - дело совсем не лёгкое. А, уж целыми днями сидеть за баранкой - вообще не женское занятие. Может, потому мама у Иры и была не очень-то женственной и даже довольно грубоватой, курящей и, знамо дело, выпивающей. Коллектив, в котором она работала, окружение, в котором проводила свою жизнь, наверняка играли здесь главную роль, что и отражалось на ее характере и манерах.
     Однако, эта женщина была вполне разумной, несмотря на свою необразованность. Она весьма сознательно желала своей единственной дочке совсем другой участи и поощряла её учиться, поступить в институт, добиться в жизни большего. Дружбу с Мариной она тоже очень поощряла, считая, что Ире нужен круг общения, состоящий из культурных девочек, с благородными целями в жизни. О мальчиках речь пока не шла. Во всяком случае открыто и гласно этот вопрос не поднимался.
    
     В тот вечер Маринка пришла домой в отличном настроении. Она сразу рассказала, что Иркина мама предложила покатать их по Москве на своём такси и нас с Оськой тоже звала. Мы поедем завтра днём, когда у неё будет время, а главное, увидим, как бьют часы на театре Образцова!
     Конечно же, многие знают, но я объясню для остальных: это был 1970-й год. Только что в Москве построили новое здание театра кукол. На его фасаде были установлены огромные часы. Каждые час, когда они отбивали положенное количество ударов, открывалась какая-то дверца или окошечко в домиках на циферблате, и оттуда появлялся персонаж одной из известных сказок. А в двенадцать часов все персонажи одновременно выходили из своих дверей  и устраивали целое представление под музыку. Даже для взрослых такой спектакль был удивителен, чего уж говорить о детях!
     Эта поездка у нас в памяти запечатлелась надолго. Именно благодаря ей мне запомнилась мама-таксистка. Но еще я навсегда запомнил слова, которые потом не раз довелось услыхать в жизни, но впервые для меня они прозвучали именно от Иркиной мамы: ''Хоть вы и евреи, но вы хорошие''.

                29.10.2010. Хайфа.


Рецензии
Упала... Встала... Отряхнулась (черт, вчера только пылесосила, откуда пыль-то?)...
Привет Вам, человек хороший, от полукровки!
Скажите-ка мне, как на духу: если я - только наполовину, значит, я и хороша только одной половинкой?
Кручусь у зеркала, решаю, какой...

Джулия Лу   29.01.2014 14:18     Заявить о нарушении
Кавдая Ваша половинка хороша по-своему! А две вместе = даже лучше!!!
С ув и ул! СВ

Семён Вексельман   29.01.2014 16:45   Заявить о нарушении
На это произведение написано 11 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.