Эпи-Роман. Предпоследнее письмо

        Ну, вот и ещё одно письмо – апрельское. Похоже - там, в промежутке временном,
затерялось несколько писем. Но появилось и новенькое что-то – телефонное общение. А это
уже совсем новый этап – промежуточный такой, что ли.

       Вот в письме задаешь вопрос, а сам мысленно на него и отвечаешь, всякие там
варианты ответов так и роятся, друг друга отталкивают : Я! Нет – Я! А когда письмо с
реальным ответом притащится, наконец, ты уж и вопрос забыл… Неактуально уже это, вот в
чём дело-то! Такие вот неудобства эпистолярного жанра.

       И в какой-то момент, перед тем, как опустить конверт в почтовый ящик,
импульсивная милая дама вдруг взяла, да и написала заветные цифирки телефонные – прямо
на конверте, вместо обратного адреса…  Ай да умница!

       А потом – ожидание,  нетерпение, и вот – звонок! И голос - незнакомый,
непривычный, который совсем не ложится на строчки писем – не та интонация, совсем не
та…  А какая – та? Вот ведь глупости…  Как-то надо теперь соединить это – голос и
письма… Да, и перечитать письма – как они будут звучать теперь? Странно, как будто что-
то потеряла, не могу понять – что…

      А тут за разговорами да перепиской и март промелькнул незаметно, и апрель уже вот-
вот растворится в дымке воспоминаний…  И надо бы решиться на встречу, да боязно как-то
разрушить всё, что так зыбко сплелось из писем и звонков… И что же это такое на мою
голову…
         
ПРЕДПОСЛЕДНЕЕ ПИСЬМО:    

       Роман, здравствуйте!

       С первой грозой! 30-го апреля в 3 часа дня – первый гром и молния! Я представляю,
как весело и жутко сверкает молния в Ваши окна!

       Люблю грозу, люблю дождь – любой, а ссориться – не люблю. Когда на меня обижается
кто-то – не могу выносить, просто заболеваю.

       Вы можете не писать и не звонить, я постараюсь как-нибудь заглушить в себе
привычку с Вами разговаривать. Но ведь Вы на меня обиделись, я чувствую это очень сильно
и начинаю скулить пощенячьи. Я тоскую, как бездомный щенок, которого приютили,
приручили, и вдруг – бросили…

       Вы поймите, что это просто «пунктик» такой у меня – я не могу никому звонить
сама, особенно с наступлением весны. Боюсь оказаться некстати, ненужной, нежданной – и
вдруг услышать это, понять по голосу. Причина сидит где-то в детстве, я не хочу
доискиваться, потому что – больно.

      Я не оправдываюсь, а пытаюсь объяснить, как пыталась сделать это сразу – по
телефону, но Вы так сразу замкнулись, говорить было бессмысленно. Я тоже так реагирую на
удары по самолюбию.

      Но сегодня эта гроза будто расколдовала меня, и я пишу Вам, потому что всё равно
разговариваю с Вами постоянно. Надо же хоть как-то сойти с этого круга непонимания.

       Больше я ничего не могу сделать, и не буду. Вот только сейчас отвезу это письмо и
брошу его прямо в Ваш почтовый ящик.

       Но мне очень жаль, что всё так  получилось – это не прибавит мне уверенности в
себе. С таким характером надо сидеть, как мышка в норке, и не высовываться – до
следующей зимы.
      
       Всё-всё-всё.                А.


Рецензии