Сексотка

     - Ну и жара! - вытирая пот со лба, думает баба Зоя и направляется к своей сарайке.

     - Ну-ка, как здесь спал Мороз?  Дай-ка и я здесь полежу, отдохну маленько, дома хоть и ставни целый день закрыты, толку никакого, дышать нечем, а здесь всё попрохладней, - размышляет она, наваливая на сколоченную мужем деревянную скамейку старые пальто, да фуфайки.

    У мужа была фамилия Морозов, вот его все и звали Мороз, и она, с тех пор, как он стал постоянно выпивать, стала величать его так же. Взял и умер,  оставил её одну, кому она теперь нужна - старуха? Осиротела.
 
    Хотя она живая и бойкая, в свои шестьдесят семь бегает дай бог каждому, молодым нос утрёт, но всё равно - не девушка уже, силы не те.
    Вот сегодня встала в шесть, проводила квартиранта на работу, огород полила, дома прибралась, состирнула ему мало-мало, чего ни попадя, на верёвку развесила, почти сухое уже бельё, чистенькое. Картошки отварила, Гурген этот с работы придёт, она быстренько окрошки ему сообразит, в огороде всё есть, ничего покупать не надо. Он окрошку любит, хоть каждый день подавай!

     - И какой он есть на самом деле, этот квартирант? Чёрт его знает, может и хороший человек, но мало ли дураков на свете?! Хотя люди кругом, в обиду не дадут. Да если бы не деньги, зачем бы он ей сдался?! - вздыхает она и никак не найдёт себе места поудобнее.
 
     Почти два месяца он у неё уже живёт, Гурген этот, а по-русски Гена, всё молчком, ни про родину свою не расскажет, ни про родителей, упырь какой-то, нелюдь страхолюдная.  Но потерпеть как-нибудь надо. Хотела за месяц вперёд с него взять, да он клятвенно  пообещал, что товар попродаёт и рассчитается.
 
    - Я тэбэ щэдро награжу, хазайка! - заявил он. Вроде не жадный, то арбуз приволокёт, то яблок, то виноградику, оно, конечно, ему-то это задарма достаётся, но мог ведь и не приносить совсем, но угощает, уважает, значит.
 
     А кучкой оно и лучше, деньги целее будут. Говорила величать её Зоей Максимовной, так нет, всё хазайка, да баба Зоа, ну да пусть называет, жалко что ли!? Она на совесть ему и готовит, и убирает и стирает. В гостинице он бы ого-го сколько за эти услуги заплатил, а у неё по-божески, по-людски. Скоро Леночка с Максимом приедут, а она им подарочки приготовит, пусть не забывают, какая у них добрая и крепко их любящая бабушка, ей для внучат ничего не жалко.

      Эх, если бы не Валька! Ведь она сама, дура старая, сына Сашу ей в руки взяла, и отдала! Ведь был парень, как парень, скромный, всё никак не мог подходящую себе найти, стеснялся.  А эта Валька после ПТУ такая скромная  пришла к ним на мясокобинат, тихая, смирная, сразу видно,что деревенская, не то, что эти городские свирестелки. Уж больно Валька своей стеснительностью ей по сердцу пришлась, вот она и пригласила её в гости себе на голову, они махом взяли, да поженились.

     Как прописалась у них - всё, подменили человека! Начальницей себя возомнила,  краля городская стала! То то ей не так, то это ей не этак, всё ей Саша плохой, а сама-то чувырла, только что спасибо за внуков, а так и добрым словом не вспомнишь!

      У бабы Зои на глазах выступили слёзы.
      - Леночка - ну вся в Сашу, ну вылитая, и ножки так же ставит, и глазки такие же голубенькие, и характером вся в папу, умница, а не ребёнок! Смешно сказать, даже сушенки из носа так же, как он в детстве достаёт, рассматривает их внимательно, а потом отправляет в рот. Сколько она с Сашей маленьким воевала, стоит отвернуться - он опять за своё. И Леночка так же. Потешная! И не плакала никогда почём зря.
 
     Один единственный раз бабушка не успела внучке помочь - бежала та по ограде, да упала, лежит на асфальте и смотрит по сторонам, кого на помощь позвать, а тут баба Фрося выходит в туалет, так завидев её Леночка сразу в рёв ударилась, чтобы баба Фрося её подняла и пожалела. И правильно, чего зря плакать?
     А как Максима привезли из роддома? Леночке почти пять годиков было. Заходит баба Зоя в спальню, батюшки свет, ребёнку три недельки от роду, а она его на ножки пытается ставить и заявляет - Баба! Ну что он всё лежит, да лежит? Пусть ходить учится!

     Золотые дети! Вот Валька, зараза, что наделала, всю жизнь Саше испортила! Сбаламутила его ехать на заработки в Уренгой. Да чего они там не видели? Плохо ей здесь было? Ей гулять надо было, а не с законным мужем жить, вот что.

     И года не прошло, как Саша один вернулся домой. Ни жены, ни детей. Она буфетчицей устроилась на вокзале и спуталась с директором столовой, а Сашу выгнала. Змею пригрели. Сколько он ей развод не давал? Всё равно добилась своего, стерва, детей родного отца лишила. Что эти деньги? Пшик и всё, а детей у отца отнять последнее  дело.
     Сама как цесарка, очки напялила на нос, как будто учёная, выбражает, а смотреть-то не на что, худющая. Если бы не дети, выматерила бы её как следует!
    Да бог с ней, что теперь прошлое ворошить. Но через неё
Саша спивается, тоскует видать о детях, а может и о ней. Хоть бы с этой новой знакомой у него наладилось, на вид женщина серьёзная, - глубоко вздыхает баба Зоя и никак не расстанется с грустными мыслями.

       Вроде как задремала, но чутким ухом слышит, как шаркает ногами в сторону туалета и харкается Генка Уваров, ненавистный сосед.
      Вот ржавый гвоздь! Паразит, а не человек, это надо такое придумать, её, уважаемого человека, бывшего заседателя народного суда, обзывать сексоткой!
 
      Да у неё одних почётных грамот штук двадцать, и благодарственных писем немерено, а записей в трудовой о поощрениях премией - хоть отбавляй. Сексотка! Да хоть бы и так! Кому какое дело? Что в этом обидного? Сексот - это секретный сотрудник! Да он сам мечтал быть сексотом, да кто его возьмёт?! Алкаш проклятый! Мало она ему в шары плевала? Ещё добавить? Накурит в своей каморке, и двери расшеперит настежь, а ты иди по общему коридору и нюхай его вонь. Она раз прикрыла его дверь, он открыл, два прикрыла, он снова открыл, да сколько можно терпеть, в конце концов? Вот сволочь, алкоголик несчастный, но она его нисколько не боится, надо - и морду набьёт. Скотина безрогая, обзываться ещё будет, вставать неохота, а то бы она ему сказала сейчас пару ласковых.

      Через два дня Гурген в торжественной форме поблагодарил бабу Зою за её радушие, подарил  две дыньки колхозницы и вручил долгожданную бумажную купюру достоинством в тысячу рублей.
      - Я тебэ обэщал дэньги за твой трут? Вот твои дэньги!  Спасибо за хлэб-соль! Не обманул бабку, подлец такой! Не зря она над ним хлопотала, как над родным, не зря старалась.
     Она по-матерински обняла квартиранта, похлопала по плечу и пригласила приезжать к ней хоть каждый год, для хороших людей место всегда найдётся!
 
     Не успела за ним закрыться дверь, как она поспешила на базар. Вот сейчас она купит мяска и нажарит котлеток. Саша к ней придёт - а у неё его любимая еда. Вот он обрадуется! Не какие-то там шницеля по десять копеек ранешные, а настоящие, домашние котлеты!

      Баба Зоя с гордо поднятой головой ходит между мясных рядов и с видом знатока разглядывает мясо. Продавщицы видят в ней истинного покупателя и наперебой зазывают к себе, но баба Зоя не простафиля какая-нибудь, мясокомбинат даёт психическую закалку и физическую выносливость.

    - Эти кости ешьте сами! - морщится она от назойливых продавщиц. Уж она-то в мясе разбирается, как никто другой! Она его видела-перевидела! Готова выбирать хоть до вечера, но найдёт то, что ей нужно. И она нашла.
 
     - Девушка! Вот этот кусочек мне взвесьте, - ласково обращается она после недолгого раздумья к молоденькой продавщице. Девушка молча показывает пальцем на облюбованный бабой Зоей увесистый кусок мяса.

   - Да, весь возьму, взвешивайте, - улыбается она и в душе у неё всё поёт. Продавщица взвешивает товар, упаковывает его в пакет и называет сумму.

    Баба Зоя неторопливо, как будто это её повседневное занятие, отправляет покупку в сумку и кладёт квартирантовскую купюру на железное блюдечко.

    - Что это?! - вскидывает брови продавец.
    - Как это что? Не видите разве, тысяча рублей!
    - Вы что, смеётесь надо мной? Это же бумажка, а не деньги! - начинает повышать голос для привлечения всеобщего внимания продавщица.

    - Вы что, поиздеваться решили над старухой?! Давайте мне сдачу, или забирайте ваше мясо назад! - начинает кипятиться баба Зоя.

   - Давайте моё мясо назад и заберите свою фальшивку! Вот аферистка, порядочную женщину решила сыграть!-  набирая силу голоса, продавщица ищет поддержки у других продавцов.

   Возле прилавка сразу собралась толпа, всем захотелось посмотреть на фальшивомонетчицу. Контролёр, прибежавшая на крик, взяла в руки то, что причиталось от бабы Зои за покупку  и обращается к ней  - Бабушка! А что, разве у вас внуков нет?

   - Как это нет? Конечно, есть, скоро приедут из Уренгоя! - готовится вступить в перепалку уверенная в своей правоте баба Зоя.

    - Ну неужели вы не видите, что это закладка для книг? - удивляется контролёр.
 
    - Какая закладка? Для каких книг? - не верит своим ушам баба Зоя. Но когда до неё дошло, что происходит, что с ней вытворил этот Гурген, ей вдруг всё стало глубоко безразлично, и даже стала омерзительна сама мысль о каких-то котлетах. Да пропади они пропадом!

    
    


Рецензии
Здравствуйте, Алла! Хорошо написан рассказ, читаешь так, будто видишь всю эту жизнь и обстановку бабы Зои. Жалко её, но надобно быть умнее и брать деньги наперёд. Олег.

Олег Литвин 2   20.09.2019 18:37     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Олег, да, кто бы мог подумать, что такое может случиться, век живи - век учись, - спасибо большое!

Алла Марченко   20.09.2019 19:50   Заявить о нарушении
На это произведение написано 26 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.