Прощай Школа

                Послесловие.

  Повесть "Школа" ( http://www.proza.ru/2010/06/13/607 ) опубликована с сокращениями. Она ограничена не объёмом, а личностью автора. Все имена героев изменены. Всякое совпадение случайность. Искренняя благодарность моим читателям за отзывы. Публикация произведения на других сайтах только с позволения автора. Ниже публикуется глава не вошедшая в повесть.


                Прощай "Школа".

 Маленький человечек, если не плачет, то живёт с удовольствием. Он каждый раз погружён в свои чувства, он переживает каждое своё ощущение, не отделяя себя от него.
* * *

 В конце февраля позвонила Римка и пригласила в школу на вечер встречи с выпускниками.
 Подходя к школе, я увидел, как от ворот отъехала серебристая "Тойота" с московскими номерами, из которой выходила Римка Король.
 Высокие ботфорты подчёркивали красоту её ног, а коротенький полушубок придавал солидности.
В фойе школы звучит музыка. При входе в школу выпускников встречают старшеклассники. Регистрируют и прикалывают на грудь эмблемку школы с годом выпуска. Стена коридора, ведущего в актовый зал, названа "Стеной плача по родной школе". На ней прикреплены листы ватмана, на которых бывшие выпускники могут написать свои пожелания родной школе.
 У гардероба увидев нас, подошла Наталья Николаевна.
  - Здравствуйте, ребята! Как я рада вас видеть.
  - Наталья Николаевна, наших много пришло?- поинтересовался я.
  - Я надеялась, что придёт больше. Они в кабинете физики. Я пригласила туда и паралллельный выпуск. Поднимайтесь, я сейчас подойду.
В аудитории было несколько человек из нашего класса и несколько из параллельного. Мы с Римкой сели за свой стол. Не успели поздороваться с однокашниками, как в класс влетел Алёшка Ступин и сел впереди нас.
  - Санёк, привет. Мне Наталья сказала, что вы здесь.
  - Привет, малой.
  - Лёша, тебя не узнать. Такой симпатичный парень,- сказала Римка, чем ввела его в краску.
  - Рима, а где твоя подруга?- спросил я.
  - Шилова готовится стать мамой. Животик уже сильно заметен. Поэтому не приехала.
Вошла Наталья Николаевна.
  - Здравствуйте, все, кого я не видела. Мы поднимемся в актовый зал. Там сейчас будет выступать директор и приглашённые гости.
 Затем она обратилась к Алёшке Ступину:
  - Алёша, я всегда подозревала, что ты очень способный мальчик, просто твою неуёмную энергию следует постоянно контролировать. Кстати, по физике у тебя в этой четверти пятёрка,- обрадовала Алёшку Наталья Николаевна - передай маме, что я тобой довольна.

 В зале ещё звучали хвалебные речи, когда Римка шепнула мне:
  - Саша, поехали в наше кафе.
  - Я не против. Алёша, ты с нами?
  - Ну да.

  В кафе, куда мы приехали, было занято менее половины столиков. Оно радовало глаз цветными витражами и таинственным полумраком. Публика была обычной, кафешной. Официантка встретила нас как родных.
  Я посмотрел на Римку с некоторой опаской и перевёл взгляд на Алёшку. Тот отвлёкся от созерцания бокала с шампанским, поднял голову и улыбнулся. Вполне по-человечески. Сегодняшний Алёшка заметно отличался от вчерашнего. На среднем пальце его левой руки красовалось серебряное кольцо Славки. Память о брате. Размышляя, я на время позабыл о Римке. Я смотрел в невероятно синие глаза Алёшки и проклинал себя за несдержанность. Казалось, мы уже давно сидим и пялимся друг на друга, на самом деле прошло несколько секунд. Я слизал мороженое с ложки. Мой язык скользнул по холодному металлу, возвращая меня в реальность.
  От меня не ускользнул ревнивый взгляд Алёшки.  На какую-то секунду я увидел на нём маску вроде тех, что продают в магазинах игрушек.  После второго бокала шампанского вернулось ощущение, что всё в мире не так уж и скверно. Я за себя порадовался и признался себе в любви к нему, в пик эйфории дивного вечера. В одну секунду мне словно всё открылось: "Лёшка меня ревновал к Римке." Я видел, как ему нелегко справляться с эмоциями.
  Мне казалось, что Римка всё время ожидающе присматривается ко мне. Пока я пил кофе с шоколадным бисквитом, Алёшка уплетал мороженое.
  - Я смотрю - Алёшка Ступин так к тебе привязан,- сказала Римка, когда Алёшка отошёл к бару за соком.
  - Да он у меня с руки ест,- отшутился я.
  - Он так похож на Славика...
Алёшка принёс сок и мы сменили тему.
  - Рим, тебе заказать такси на Дзержинку?
  - Нет, я позвоню Володе и он меня отвезёт.
  - Это тот парень, который привёз тебя на серебристой "Тойоте"?
  - Да. Мы с ним в одном институте учимся, только на разных курсах. Он сын известного профессора.
"Римка уже увлеклась другим, излечившись от безответной любви",- подумал я.

 Морозный ветер колол щеки. В цветочной палатке я купил три тёмно-красные розы. Римка просто лоснилась от удовольствия, когда я вручил цветы. Так было всегда, когда она получала то, что хотела. Она никогда не сделала ни одного неверного шага, не сказала ни одного неверного слова, не позволяля себе засунуть любопытный нос глубоко в чужие тайны.... Римка поцеловала в щёку Алёшку, потом меня и села в машину. Я ничего не мог придумать в знак нашей признательности, как только помахать ей в след. Благоухая, как цветущий дендрарий, она одарила нас очаровательной улыбкой. Способность этой красивой девчонки нравиться самой себе и получать от этого удовольствие - восхищала. Роскошная девушка, королева снов любого мальчишки.

  - Сань, а ты сейчас куда?- спросил Алёшка, когда серебристая "Тойота" скрылась за светофором.
  - А у тебя есть какие-то предложения?
  - Мама просила, чтобы я привёл тебя к нам. Батя лежит в урологии с почками. Мы с ней вдвоём дома.
  - Ну хорошо.
  - Тогда поехали?
  - Давай две остановочки пешком пройдём. Не будем троллейбус ждать.

Поглощённый своими мыслями, я замешкался в прихожей.
  - Проходи, проходи,- подтолкнул он меня.
  - Мам, мы пришли!
  - Мальчики, быстро мыть руки и за стол,- в её голосе было столько теплоты.
  - Галина Ивановна, мы из кафе,- ответил я.
  - Чем вас там кормили? Наверное сладкого наелись. Саша, никак не могу заставить Алёшку покушать. Вечные перекусы, бутерброды. Может он с тобой поужинает?
  - Ну, если только с Санькой, тогда другое дело,- с иронией вмешался в разговор Алёшка.

  - Алёша, я завтра с утра к отцу в больницу, а ты в течении дня съездишь,- сказала Галина Ивановна, когда мы вставали из-за стола.
  - Хорошо, мамуль.

 В Алёшкиной комнате, где мы часто уединялись со Славкой, несколько мгновений мы смотрели друг на друга, а потом одновременно опустили глаза. Причину я понял практически мгновенно: он что-то хотел спросить.
  - Лёша, тебя что-то беспокоит?
  - Сань, тебе нравится Римка?
В этот момент он казался мне мечтателем, а может быть, он пытался предугадать, какой будет моя реакция на его откровения. Его взгляд поставил всё на свои места. Он просто человек, как любой другой. Он ревновал и это делало его ближе, человечнее.
  - Лёша, Римка никогда не была девушкой моей мечты. Мы только друзья,- успокоил я юношу.
  - Сань, я опять разочаровал тебя?
Парень способен к адекватной самооценке. Редкое качество для юноши.
  - Алёша, разве ты не знаешь, что всё, что бы ты не сделал, не может разочаровать меня? Я за тёплые, заботливые дружественные отношения – без вспышек ревности.
  - Я никогда ни к кому не испытывал такого чувства, какое испытываю к тебе. Я люблю тебя так, что это причиняет мне боль. Это счастье, что ты позволяешь мне любить себя,- попытался оправдаться Алёшка.
  - Лёша, любовь лечит любую душу, любовь даёт свет и энергию, любовь может подарить душе крылья и поднять её в небо. Любить можно кого угодно и когда угодно, если только товарищ не слишком сильно сопротивляется. Была бы любовь, а кого ею обливать-какая суть разница.
  Алёшка ловил каждое моё слово. Я любовался им и не стеснялся своих странных мыслей и желаний. И это постоянное желание – излить на него свою любовь – прикосновениями ли, словами, взглядами…
 Он осторожно снял колеблющуюся вуаль приличия скрывающую низменные позывы, обнажив состояние души в этот божественный миг. Минуту спустя он уже потихоньку ласкал меня, шептал ласковые слова, нежно целовал, поцелуи становились всё более страстными, и его напряженность пропала, а робость испарилась. В его объятиях и поцелуях было какое-то волшебство. Мы просто обнимали друг друга, совершенно замерев, за исключением почти неощутимых касаний его твёрдого бугорка о моё бедро.
 - Если бы ты только знал, как мне трудно удержать свои руки, когда я думаю о тебе,- признался он.
 Меня трогало его смущение, робость, удивительно уживавшиеся в нём.
Алёшка, согретый любовью, расцвёл. Я и раньше за ним замечал проявление повышенного интереса к представителям своего пола. Он жил в совершенно фантастическом мире, созданном журналами для девочек. Когда не нервничал, а это было чаще всего, он был весьма привлекательным пареньком. А как он   морщил свой милый веснушчатый носик или прикусывал губу, когда смотрел на меня своим томным взглядом. Мы в тишине наслаждались друг другом, без слов отдаваясь обожанию.
 Он прекрасно знал, как быстрее стимулировать друг друга, чтобы достичь обоюдного удовольствия. Алёшка действительно старался на совесть, и хотя он и не приближал меня к оргазму, мне очень нравилось то, что он делал. Глаза его горели долгим умным пламенем, а тело отдавало и принимало жизнь полнокровно, расставаясь с драгоценной коллекцией всех чувств, связанных с наслаждением.

 После той чудесной ночи я чувствовал себя очень близким к Лёшке, но зная, что нельзя полностью занимать время друг друга, старался встречаться с ним не так часто, как хотелось. График учёбы у нас не совпадал, так что мы даже не смогли как следует надоедать друг другу.
 Позволять кому-либо быть самим собой - значит наблюдать за ним, сохранять с ним контакт, не прилагая никаких усилий к его изменению.
 Я прогонял от себя мысль о том, что Алёшка заменил мне Славку. Но она время от времени сверлила мозг и мне начинало казаться, что всё это было не со мной.
Алёшка стал для меня всем. Он действовал на меня успокаивающе, он заполнил пустоту, которую я ощущал без Славки. Хотя высшим счастьем, о каком я мог лишь мечтать, было возвратиться туда, в это прошлое. Воспоминания мои стали счастьем, моим неразменным капиталом.
 Любовь наносит раны, которые не заживают никогда, и никакими словами невозможно заставить эти раны затянуться. В этом противоречии и есть истина: когда заживают раны от любви, сама любовь уже мертва.
Для любви не существует вчера, она не думает о завтра, она всё делает по своему разумению, не прибегая к расписанию…

  Мы спали долго и крепко. Без сновидений. Как спят счастливые люди. Он разбудил меня часов в девять. Лизнул в висок по-кошачьи и засмеялся. Глаза я не открывал, но улыбка меня выдала.
  - Не прикидывайся, что спишь,- засмеялся он и с головой нырнул под одеяло. -Что у нас тут есть интересного?
Алёшка прижался к моей груди, и мы некоторое время лежали, слушая биение сердец друг друга и испытывая всё, что положено в этом случае.
Рука его проникла в мои плавки и все мысли разом улетучились.Через несколько минут мы обнялись, а ещё через полчаса обливались в ванной водой.
Я не хотел секретов между нами. Смакуя вспышки откровенности, связывающие нас  каждый раз, когда вверял свое тело его телу, наслаждался вновь вспыхнувшим маленьким огоньком неожиданного стыда.

 Сейчас, находясь рядом с Алёшкой, я знал, что являюсь частью его мира. Мы жили в новом мире, границы которого существовали только в нашем воображении. Наш интерес друг к другу лежал в запредельной области.
  Зима, словно чувствуя, что весна неизбежна, напоследок решила побаловать москвичей и приезжих гостей знатным морозцем. Алёшка поёжился.
Встречные прохожие, кутаясь в воротники, обходили нас и смыкались сзади. Я понимал, что он впустил меня в тепличную атмосферу своей души, где жили ласка, доброта, радушие.
 Мы остановились у станции метро. Его рука сжала мою руку, а глаза лучились, лицо сияло.
  - Какие у тебя планы на следующие выходные?
  - Я ещё не знаю. Давай созвонимся,- ответил я.
  - Хорошо. Ну, пока?
  - Пока.
 Я наклонился к Алёшке, поцеловал его в нос и поправил ему капюшон. Всё прежнее его очарование было в его улыбке, но и оттенок чего-то озорного.
Он снова втянул руки в рукава куртки так, что они свисали, как у клоуна. Ну типичный тинейджер.
 Эскалатор стал уходить у меня из-под ног, когда я спускался в метро. Не покидало состояние дежавю...

  Мы стали встречаться буквально каждый день. И чем больше мы встречались, тем больше меня тянуло к Алёшке, я ощущал потребность в его присутствии рядом со мной. Алёшка звонил мне днём во время моих занятий в институте, встречал после них и тем самым постоянно присутствовал в моей жизни. В последний раз в кафе, встретившись друг с другом взглядами, мы оба поняли, что теперь нас двое... Когда жизнь сосредотачивается вот так, в одном мгновении, и забываешь обо всём на свете, это наверное, и есть самое полное счастье.
  Счастливых минут у человека не так уж много, и я,  вспоминая, переживаю заново чудесные мгновения.
Время делает нас сентиментальными. Возможно, в конце концов, именно время заставляет нас страдать.

Будьте счастливы.

20.12.2010    Москва.


Рецензии
На это произведение написано 13 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.