Воскресенье

Алексей Филиппов
  ВОСКРЕСЕНЬЕ
  В небе, по левую руку от путника, медленно катила крупная серебристо-матовая луна. Печально катила она сейчас, чувствуя, что её время стремительно растворяется за чуть порозовевшим горизонтом. Недолго оставалось луне царствовать в безмерно-темном куполе таинственного небосклона, усеянного блестками испуганных звезд. Еще чуть-чуть, только - и всё.... Уходило её время. Уходило, как бы опасаясь, другого - сильного и яркого светила. Вот уж и краешек того медленно показался на безграничном степном горизонте. Вернее, сперва как-то разом здорово посветлело всё вокруг, а потом стало появляться оно - второе светило на небе. При его появлении луна испуганно побледнела и заторопилась подальше от этого юного надменно яркого соперника. Смутилась луна, словно мышь серая, узревшая, как из-за угла стала высовываться морда хитрого рыжего кота. Испугалась луна солнечного явления, а вот путник, медленно бредущий по песчаному берегу, пока еще серого моря, ждал солнца. Он не любил мрака: ни мрака в небе, ни мрака в душе. В его душе мрака не было, но - это только его душа. За неё он был спокоен, а вот тоска о душах других постоянно и нудно грызла сердце усталого странника. Именно эта тоска никогда не давала ему покоя. Он должен был спасти их, а иначе для чего он сюда пришел?
  Над морем висел рыхлый туман, из которого внезапно вырвалась рыбацкая лодка, спешившая к берегу. В лодке той сидели люди. Их было двое. Путник остановился и стал внимательно взирать на лодку, а, вернее, на людей в ней. Ему нужны были помощники. Сделать мир чище в одиночку весьма трудно. Тьма всегда крепко вгрызается в свои владения. Много силы надо, чтоб очистить от этой злой бестии, хотя бы частичку человеческой души. Он же хотел очистить все души от густой липкой грязи греховных помыслов. Все.
  А рыбаки уже вытаскивали лодку на берег. Они очень торопились и постоянно озирались по сторонам.
   - Люди, - обратился странник к рыбакам, не дойдя шагов пяти до лодки.
   - Чего?! - испуганно стал таращить глаза светловолосый рыбак с крупным мясистым носом. - Ты кто?!
   - Люди, пойдемте со мной, - улыбнулся путник. - Вы нужны мне.
   - Куда еще? - зло сверкнул взором товарищ светловолосого, часто потирая лиловый шрам на правой щеке.
   - Я хочу сделать вас ловцами душ человеческих.
   - Чего?
   - Я научу вас многим чудесам, и мы вместе спасем мир. Возьмем на себя все грехи людские. Спасем людей и очистим их души. Пойдемте со мной.
   - Андрюха, чего он? - прищурился рыбак со шрамом на щеке. - Издевается?
   - Придурок, - усмехнулся светловолосый. - Из психушки, чай, сбежал. Шиза. В табло бы ему сейчас закатать, да некогда. Давай, Петруха, сети скорее сворачивать, а то рыбинспектор ненароком явиться может. Его всегда в самый неподходящий момент сатана приносит. Вот, тварь. Ему даже воскресенье нипочем. На всё плюет, погань. Давай скорее, давай.
  Рыбаки начали торопливо выбирать из сетей рыбу и кидать её в коляску, стоявшего рядом, мотоцикла. Рыба падала на ржавое металлическое дно, лихорадочно там билась, часто открывая рот, словно хотела прокричать людям что-то важное. А может, и кричала она истошно на своем, на рыбьем языке, но ни слушать, слышать её никто не хотел. Люди торопились.
   - Друг, - вновь обратился путник к Петру, только что выпутавшему из сети крупную рыбину, - загляни к ней в рот. Погляди, погляди там и пальцем пощупай.
   - Чего? - оскалился Петр, и уж чуть было в ухо дерзкому советчику не съездил, но какая-то странная сила удержала его от столь великого соблазна и заставила сунуть в рыбий рот палец.
  Во рту палец тут же нащупал что-то твердое и таинственное. И в миг, разорвав рыбьи губы, извлек Петр на свет тяжелое старинное кольцо.
   - Ни ..., - вытаращил на находку глаза изумленный мужик. - Андрюха, глянь сюда.
  Второй ловец рыбы бросил очередную жертву своего промысла в коляску мотоцикла, обтер руки о штаны и тоже стал рассматривать кольцо.
   - Ты, чего, фокусник? - чуть слышно спросил Андрей, внимательно всматриваясь в лицо улыбающегося незнакомца. - Когда успел подсунуть кольцо?
   - А ты тоже любую рыбу возьми, - игнорируя вопросы рыбака, продолжал улыбаться путник. - Возьми и найдешь там то, чего больше всего желаешь. Возьми.
  Андрей торопливо выхватил из сети судорожно бьющую хвостом рыбину, и резким движением рук разорвал ей напополам голову. Хрясть! И тут к ногам рыболова упал плотно свернутый и обтянутый полиэтиленовой пленкой рулончик из денежных купюр. В кино детективном такие рулончики часто показывают. Андрей разорвал пленку и обомлел.
   - Баксы, - только и сумел прохрипеть обескураженный рыбак. - Ни хрена себе. Ты кто?
   - Пойдемте со мной, и я научу вас творить многие чудеса, - не переставал улыбаться фокусник. - А главное, я научу вас верить. И мы с вами спасем весь мир.
  Он хотел еще что-то сказать, но не успел. Петр потихоньку взял из коляски мотоцикла топор, и осторожно подобравшись к путнику сзади, резким ударом раскроил ему череп надвое.
   - Ты, чего! - истошно заорал Андрей.
   - А ты не понял?! - оскалился на него Петр. - Не понял?!
   - Чего, "не понял"?
   - Это же кидалово! Он нас развести решил. Понял? Бесплатный сыр только в мышеловке. Уходить нам надо.
   - А с ним как?
   - Давай бросим в море.
  Рыбаки положили труп в лодку, отплыли от берега метров двести и ....
  Домой Андрей пришел уже в одиннадцатом часу. Как обычно. Всё было, как обычно. Рыбу барыге оптом продали на базаре, взяли пузырь да раздавили его на двоих за сараем. Всё, как всегда. Хотя, нет. Всегда у них не было двух тысяч долларов, из чрева рыбьего явившихся, и трех тысяч деревянных за кольцо, которое барыга у них вместе с рыбой купил. Все деньги они поделили, как всегда. По-братски.
  Андрей умылся, надел чистую рубаху и сел к праздничному столу.
   - Иисус воскрес, - улыбнулась Андрею жена.
   - Чего?! - испуганно вздрогнул рыбак.
   - Праздник, ведь, сегодня, - засмеялась жена. - Воскресенье Светлое. Неужто забыл?