Древнерусская Дубна в исследованиях В. А. Кучкина

Существенную роль в изучении истории древнерусской Дубны сыграли исследования Владимира Андреевича Кучкина – доктора исторических наук, главного научного сотрудника и руководителя Центра по истории древней Руси Института Российской истории РАН.

В.А. Кучкин – автор многочисленных исследований по истории средневековой Руси, исторической географии, генеалогии и древнерусской литературе. Он родился в 1933 г., в 1957 г. окончил исторический факультет МГУ и с этого времени работает в Институте Российской истории РАН (в советские годы – Институт истории СССР). Руководимый им научно-исследовательский центр занимается проблемами общественного строя Древней Руси, возникновения и развития древнерусской государственности, политической истории русских княжеств IX-XIV вв., изучением политических, генеалогических и торговых связей с сопредельными государствами, вопросами древнерусского летописания и публицистики, комментированием и изданием памятников XI-XIV вв.

Существенная часть научного творчества В.А. Кучкина посвящена локализации древних топонимов и уточнению территорий и границ древнерусских княжеств.

В 1980 г. В.А. Кучкин защитил докторскую диссертацию «Формирование государственной территории Северо-восточной Руси в X-XIV вв.», а в 1984 г. эта диссертация была опубликована в виде монографии в издательстве «Наука».

Этот научный труд посвящен истории образования и развития государственной территории Северо-Восточной Руси. Исследование охватывает период с X в., когда земли Волго-Окского междуречья вошли в состав Древнерусского государства, и до конца XIV в., когда ясно обозначился процесс консолидации земель северо-восточных княжеств под властью московских князей. В работе рассмотрены вопросы территориального развития Ростовской (позднее — Владимиро-Суздальской) земли в X-XII вв., её распад на ряд княжеств в начале XIII в., территориальные изменения, вызванные ордынским игом, эволюция территорий в XIV в., приводятся данные о древнейших городах и селах центральной России.

Тщательный анализ немногочисленных письменных источников XII-XIV вв. В.А. Кучкин подкрепил изучением широкого круга документов XV-XVII вв., содержащих сведения о владениях отдельных древнерусских княжеских родов. Разработанная исследователем строгая методика их анализа, основанная на тщательном сопоставлении генеалогических и историко-географических данных, позволила получить результаты, которые дали возможность нарисовать конкретную картину внутреннего политического деления едва ли не всех княжеств Северо-Восточной Руси (См. статью П.В. Лукина и П.С. Стефанович «Юбилей В.А. Кучкина», опубликованную в журнале «Древняя Русь. Вопросы медиевистики», № 2(16), июнь 2004).

В.А. Кучкин первым из отечественных историков сделал вывод о том, что древнерусский город Дубна, представлявший собой пограничную крепость Ростово-Суздальского княжества на границе с новгородской землей, оказался взят штурмом новгородскими войсками в ходе войны 1149 г. в числе шести городов, располагавшихся по Верхней Волге.

Результаты исторических изысканий В.А. Кучкина активно использует в своих работах авторитетный историк и археолог, доктор исторических наук Сергей Васильевич Белецкий, впервые в исторической науке сделавший вывод о том, что древнерусская Дубны была построена в 1132-1134 гг. (см. http://www.proza.ru/2010/05/27/976); на материалы исследований В.А. Кучкина неоднократно ссылаются в своих работах дубненские историки и краеведы.


Фрагмент из первой главы монографии В.А. Кучкина «Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в X–XIV вв.» (Москва, издательство «Наука», 1984), посвященный войне 1149 года, в котором рассматривается вопрос об истории древнерусской Дубны:

«События начала 1149 г. показывают, что на границах Ростовской земли с Новгородской к тому времени был построен ряд крепостей. Как уже говорилось, зимой 1149 г. киевский князь Изяслав Мстиславич организовал большой поход на Юрия Владимировича. В нем приняли участие новгородцы и смольняне. Предполагалось также участие черниговских князей. Было решено соединиться всем на устье р. Медведицы [1]. Устье Медведицы принадлежало Ростову, но это было наиболее удобное место встречи союзников, двигавшихся по Волге (Ростислав Смоленский), Мете и Медведице (сам Изяслав с новгородцами) и с юга из Черниговской земли. Черниговские князья в поход так и не пошли. На устье Медведицы соединились дружины Изяслава и Ростислава. По свидетельству Лаврентьевской летописи, Изяслав «с Новгородци, дошедъ Волгы и повоевавъ ю и не оуспЪ ничтоже Гюргеви и дошед Оуглеча поля, поворотися Новугороду...» [2]. Новгородская первая летопись дает иную картину событий. Изяслав и новгородцы «мъного воеваша людье Гюргево и по ВолзЪ възяша 6 городъкъ, оли до Ярославля попустиша, а головъ възяшя 7000, и воротишася роспутия дЪля» [3]. Наиболее подробное описание похода сохранила Ипатьевская летопись. Согласно этому источнику, Изяслав с новгородцами подошел к устью Медведицы. Спустя четыре дня к нему присоединился Ростислав Смоленский. Отсюда союзники двинулись вниз по Волге и подступили к Кснятину. Не получив никаких известий от Юрия, к которому они еще раньше отправили своих послов, Изяслав и Ростислав «начаста городы его жечи и села и всю землю его воевати обаполы Волъгы; и поидоста оттолЪ на Оуглече поле и оттоуда идоста на оустье Мологы» [4]. Став здесь, братья пустили полки «воевать къ Ярославлю». Дождавшись возвращения посланных войск, захвативших «полонъ многъ», киевский и смоленский князья из-за начавшейся распутицы ушли восвояси [5].

Сопоставляя показания трех летописей, можно убедиться в том, что известие Лаврентьевской летописи наиболее кратко и тенденциозно [6]. Размеры опустошений, произведенных зимой в начале 1149 г. Мстиславичами в Ростовской земле, в ней явно преуменьшены. Данные Новгородской и Ипатьевской летописей совпадают между собой и дополняют друг друга. Из Ипатьевской летописи становится очевидным, что левобережье Волги в районе устья р. Нерли принадлежало Ростову. Здесь были «городы... и села», которые пожгли Изяслав и Ростислав. По-видимому, города являлись пограничными крепостцами, поставленными Юрием, а села — центрами княжеского или боярского землевладения в этом районе. Новгородская I летопись называет точное число — шесть поволжских городков, взятых союзниками. Несомненно, что это наиболее значительные ростовские города, стоявшие на Волге. К их числу могут быть отнесены Кснятин и Угличе Поле, которые упоминаются в летописных описаниях похода 1149 г., а также Молога [7]. С какими же пунктами могут быть отождествлены три других города? Судя по тексту летописей, Ярославль не был взят противниками Юрия. Следовательно, его нельзя отнести к числу трех неизвестных городов. От Кснятина до Мологи, кроме Углича, никаких городов на Волге не было и в более позднее время. Очевидно, три неизвестных города стояли на Волге выше Кснятина. Действительно, здесь были три города, расположенные близ или при впадении в Волгу трех ее крупнейших притоков: Тверцы, Шоши и Дубны. Это города Тверь, Шоша и Дубна. Тверь впервые упоминается в начале 60-х годов XII в. [8], Шоша и Дубна - почти на полвека позднее [9]. Несомненно, однако, что эти города существовали раньше первого упоминания о них в письменных источниках [10]. Стратегическое местоположение Твери, Шоши и Дубны, запиравших движение по Волге и ее притокам в глубь Ростовской земли, указывает на их довольно раннее возникновение как военных крепостей. Думается, что Тверь, Шоша и Дубна входили в число тех шести волжских городков, которые были взяты Изяславом и Ростиславом, точнее, последним при его движении по Волге к устью Медведицы [11]. Во всяком случае, бесспорно то, что к концу 40-х годов XII в. Юрий поставил ряд городов по Волге и за Волгой, чтобы укрепить порубежные места своего княжества. Вместе с тем это показатель формирования границы между Ростовской и Новгородской землями. Таким образом, вопреки существующему в литературе мнению, относящему формирование границы на верхней Волге между Ростовом и Новгородом к последней четверти XII - началу XIII в. [12], граница эта устанавливается в 30-40-е годы XII в., что было связано не только с распространением здесь ростовских и новгородских даней, но и с теми военными столкновениями между князьями Новгорода и Ростова, которые начались в 30-е годы XII в.

Примечания

1. Полное собрание русских летописей, том 2, столбцы 368, 369, 371. Это обстоятельство дало повод А.В.Кузе предполагать, что суздальские земли в 40-х годах XII в. простирались лишь до р.Медведицы (Куза А.В. Новгородская земля. - В кн.: Древнерусские княжества X-XIII вв. М., 1975, с.198). Но в таком случае трудно объяснить, почему в 1147 г. Юрий Долгорукий повоевал не район р. Медведицы, а Поместье, т.е. территорию, лежавшую за верховьем Медведицы.

2. Полное собрание русских летописей, том 1, столбец 320, под 6657 г. О дате события см.: Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. М., 1963, с.61.

3. Новгородская первая летопись, с. 28.

4. Полное собрание русских летописей, том 2, столбец 371.

5. Там же, столбцы 371-372.

6. Следует заметить, что статья 6657 г. Лаврентьевской летописи в целом сокращает статью 6657 г. Ипатьевской летописи, однако не в рассказе о походе Изяслава на Юрия. Ср.: Насонов А.Н. История русского летописания XI- начала XVIII века. М., 1969, с. 92.

7. Город Молога прямо в летописях не называется. Из позднейших материалов известно, что он стоял при впадении р. Мологи в Волгу. Последним пунктом Ростовской земли, до которого дошли Изяслав и Ростислав, было устье р. Мологи. Здесь они оставались довольно продолжительное время, дожидаясь возвращения посланных к Ярославлю полков. Остановка войск в устье Мологи имела, конечно, смысл только в том случае, если здесь было поселение.

8. Государственная библиотека СССР им. В.И. Ленина, фонд 98, № 637, лист 389 (Сказание о Владимирской иконе Божьей матери).

9. Новгородская первая летопись, с. 55, под 6724 г.

10. Археологические раскопки на месте древней Дубны, стоявшей на мысу между правым берегом Волги и левым берегом Дубны, в четырех км к северо-востоку от современного г. Дубна, показали, что поселение здесь существовало в XI-XIII вв. (для датировки поселения концом Х в. твердых оснований нет). См.: Успенская А.В. Древнерусское поселение близ г. Дубна. - Труды Государственного Исторического музея, М., 1966, вып.40, с.105-111.

11. Н.В. Шляков полагал, что шесть городков, взятых у Юрия в 1149 г., это Кснятин, Устье Кашинское, Городище (Городец), Прилуки, Чепцы (Святославле Поле) и Угличе Поле (Шляков Н. Указ. соч., с.19). Однако археологическое обследование берегов Волги от Кснятина до Углича никаких городищ в этом районе не обнаружило (Очерки по истории русской деревни X-XIII вв. М., 1956, с.155-156 и карта (Труды Государственного Исторического музея, вып. 32).

12. Насонов А.Н. «Русская земля» и образование территории Древнерусского государства. М., 1951, с. 193, 195-196».


Статья из серии «Дубненский край».

Опубликовано в газете «Вести Дубны», № 43 (37) от 4 октября 2010 г.

Предыдущая статья: «Исследования древнерусской Дубны C. В. Белецкого» - http://www.proza.ru/2010/05/27/976

Следующая статья: «Дискуссия об историческом предшественнике» - http://www.proza.ru/2010/11/08/1149

_______________________________________________________________

Интернет-портал Дубненского общественного фонда историко-краеведческих исследований и гуманитарных инициатив «Наследие» – http://nasledie.dubna.ru/


Рецензии