А. Максимов. Так было... 84. Фермеры - 1

Виктор Сорокин
Анатолий Максимов. ТАК БЫЛО... 84. Книга вторая. Франция–Россия

Фермеры (1)

После путча люди были в ажиотаже – обуяны необходимостью поделиться мыслями и соображениями с первым встречным. В гостницу Россия приходили работники радио и телевидения и буквально «гонялись» за нами, гостями, в поисках ответов на свои вопросы. Один из них записал наш разговор на магнитофон, содержание которого появилось в московской газете на следующий день.

Оказалось, что этот человек (Николай Лозняков), как и многие другие, был не журналистом, а преподавателем в Институте инженерного транспорта на кафедре высшей математики.

Я попытался ему объяснить, что я не давал ни согласия, ни разрешения на появление нашего разговора в печати, но было предельно ясно, что такая этика ему неизвестна. Зато он умел протягивать руку (подайте, Христа ради!) или держать открытой ладонь за спиной (на всякий случай!). Все его выступления обладали незаурядной «пробивной силой», тем более по отношению к нам, наивным эмигрантам!

– Завтра, – обратился ко мне омский журналист (Игорь Вономисов), – мы устроим маленький симпозиум (такое помпезное название носили встречи с коллегами) на волнующие, и я бы сказал, на жизненные темы, возникшие буквально на днях.

«Омский журналист» тоже был не журналистом, а преподавателем на кафедре государственного права в Омском университете.
На «симпозиуме» мне преподнесли неожиданный подарок: предложили выступить на тему «Как будем жить завтра?».

– Разрешите мне начать с того, что несколько лет тому назад было высказано Н.С.Хрущевым. Он призвал критиковать руководителей «невзирая на личности»! Возможно, он понял, что система, форма общественного устройства была такова, что люди превратились в быдло, покорно подчиняясь воле руководства и позволяя эксплуатировать себя. Но, на всякий случай, в его руках был безотказно действующий рычаг – партийный билет! Все знали, что если его «попросят» сдать билет, то он лишится всех партийных кормушек, и что с этого момента он становится «никем».

... Я коснулся этого вопроса неспроста. Два дня тому назад я вызвал такси. Мне было сказано, что впредь расплата за услуги будет приниматься только в долларах!
– Объясните, пожалуйста, почему вы требуете оплаты в долларах? Мы же в России, а не в Чикаго!

Ответ был очень простой:
– Знаете ли вы в чем заключается разница между Польшей и США? Никакой разницы – доллары циркулируют и в Польше, и в Соединенных Штатах. Так вот, Президент подписал указ о роспуске коммунистической партии! Раз партия распущена, то нет больше партийного билета! Теперь наступило иное время: все что было запрещено раньше – сегодня разрешено!

– Другими словами, наступили времена тотального хаоса! – закончил я свое «выступление».
– Что же мы можем сделать?
– Да ничего особенного, вобрать шею в плечи и переждать, пока пройдет первый шторм, экономический, самый тяжелый для страны. Таким он был, таким, если не хуже, он и будет.

... Ни в одной нормальной стране, если нет чрезвычайного положения, на сбор урожая фруктов, овощей, зерновых и пр. не посылают школьников, студентов и армейские подразделения. А в Советском Союзе посылают! Почему? Потому ли, что он не организован, как другие государства, или же потому, что организованный сбор урожая экономически выгоден для государства?

Те, кто не видел прижатые колосья к земле или кто не ездил по рассыпанному по дорогам зерну, будут утверждать, что бывают отдельные, несознательные граждане, но что в общем – «все обстоит нормально»! Как правило, так же думает население страны в своей массе.

А как думает руководство страны, которому известны «темные стороны» в сельском хозяйстве? Те, кому доступны архивы дореволюционного периода и которые могли бы поинтересоваться аграрными реформами П.А.Столыпина, которые выдвинули Россию на уровень житницы Европы? Парадокс положения заключается в том, что западные страны изучают причины успеха упомянутых реформ и, параллельно, причины разрухи советского сельского хозяйства!

Общепринято думать, что мужик (это не оскорбительное выражение!) в единении с природой способен совершать чудеса, будь у них обоих независимость от властей. Если же нормальное существоввание природы сталкивается с регламентами, наказами, приказами и прочими суррогатами человеческой фантазии, она перестает жить, она чахнет!

На следующий день, во время завтрака, ко мне подошли областной депутат (А.П.Аулов) и исполнительный директор Ассоциации крестьянских хозяйств Среднего Урала. Эта ассоциация существовала еще до путча и выполняла функции, как и все профсоюзы, приводного ремня правительственных решений – сверху вниз!

Не буду настаивать на косности мышлений и рассуждений исполнительного директора. Однако это явление заставило меня призадуматься: был ли директор «пассивным» по своему характеру? Был ли он осторожным – сохранял служебное место и имел чем накормить детишек? Был ли он детищем режима? Или же сам режим подыскивал «сотрудников такого профиля»?

– Мы вас приглашаем в Екатеринбург для встречи с нашими фермерами и обеспечим вам проживание в нашем городе!
– Спасибо за приглашение – приеду...

Шесть месяцев спустя я прилетел в Екатеринбург. Но каким путем!?

Депутат и президентская охрана обошли паспортный контроль, пронесли чемоданы мимо таможенников и примостили меня в гостиницу, в которой М.С.Горбачев принимал иностранных гостей!

Я очутился в проходной. В углу стояла кровать для охранника и рядом с ней – тумбочка с телефоном. Проходную занял депутат. Потом следовала просторная комната с большим письменным столом, уставленным электронной техникой и наставлением как ею пользоваться. В открытую дверь была видна ванная комната, в которой я обнаружил снаряды для утренней зарядки, электронные весы, массажный стол, несколько халатов и стопку полотенец.

Мне сказали, что ресторан находится на втором этаже, и объяснили, что обед или ужин состоит из трех блюд, что в зале стоит большой стол с закусками, которые, по вашему выбору, будут поданы на стол с графинчиком водки или коньяка, и что стоимость обеда или ужина, с закусками и графинчиком – один рубль!

Зал аэропорта внутренних линий забит народом. Перед каждым окошком стоят плотные очереди. Чтобы пересечь зал, надо пересечь очереди, которые никого не пропускают: каждый боится потерять свое место!
– Пропустите... не раздевайте меня...
– Ничего... легче будет ходить!

Вечерний рейс в Екатеринбург. Депутат залез с головой в окошко и пытался выговорить «посадочный для иностранца», не предъявляя при этом его паспорта. Ничего не получилось
– Попытаюсь на ночной, – сказал он, – и куда-то исчез.

Через некоторое время вернулся в сопровождении Юры, у которого была какая-то бумага в руке. Оказалось, что это была справка (на бланке Министерства внутренних дел!), которая удостоверяла, что мой паспорт находится в отделе безопасности и что я могу передвигаться по стране без ограничений!

Посадочный был выдан, и в пять часов утра (по местному времени) самолет приземился в Екатеринбурге (много позже я узнал, что в ресторане аэропорта был «юрин уголок», который за определенную мзду выдавал любого вида справки).

На следующий день состоялась первая встреча с местным фермером, Николаем Ивановичем Орловым. Я прилетел в этот город по делу, а не ради его туристических достопримечательностей. Обращаясь к Н.И.Орлову, я сказал, что для серьезных разговоров о будущем развитии фермерского хозяйства в России было бы полезно приехать «на стаж» во Францию и посмотреть, как оно поставлено в этой стране, и что сегодня ни обещать, ни, тем более, предлагать я ничего не могу. Поговорю во Франции – и тогда наш разговор примет более конкретную форму, т.е. – да или нет!

Реакция моих собеседников была «нейтральной». То ли Николай Иванович усомнился по поводу того, может ли что-нибудь получиться, то ли подумал, что приехал «трепач», который для вида задает «умные» вопросы, а после его отъезда все остановится...
На практике получилось по-иному.

Я рассказал моим знакомым французам, что бываю довольно часто в России и что в свою последнюю поездку встретился с местными фермерами. И сообщил, что теперь вместо колхозной системы управления сельским хозяйством появляются ростки индивидуального фермерства и что такое начинание следовадо бы поддержать!
– Но как?
– Пригласить несколько человек во Францию, чтобы они увидели, как тут работают и какими пользуются машинами, как организовано обслуживание фермерских хозяйств во Франции и т.д.

– Да ты что, не понимаешь, что ли, что они внедрят у себя все, что увидят у нас, и затем станут нашими же конкурентами?! – раздались протесты со стороны чуть ли не большинства французских фермеров.
– Подождите, друзья! Перенять передовую технику – это одно. Применить ее к местным политическим, экономическим и климатическим условиям – это другое. Необходимо также учесть, что никто не в силах противостоять расспространению информации, и поэтому рано или поздно, она будет доступна российским фермерам. А пока лучше найти с ними дружеский язык.

Продолжение следует.