Ожидание

     Джеймс выпустил из рук нож и потянулся за большими ножницами. Он дрожал. Казалось, ещё мгновение и его больше не будет. Его просто не станет. Он перестанет существовать...
     Вспомнил жену. Маленькую, хрупкую женщину с огромной любовью к нему, Джеймсу. К детям. Вспомнились мальчики. Взрослому четырнадцать, младшему восемь. Они оба были похоже на отца Джеймса, на своего деда.
        Сердце бешено колотилось. Он одел резиновые перчатки и взял в руки огромные ножницы. У него не было выбора. Не было выбора вообще. Джеймс вытер пот рукавом... В шестом отсеке лодки пожар. Дым уже проникает и сюда. Ещё немного и этот противный газ заполнит все вокруг. Что потом? Потом будет смерть всех. Всего экипажа. Всех. А если и сейчас кто-то в шестом отсеке?
     Джеймс ещё секунду помедлил и протянул ножницы к кабелю. Обхватив кабель с обеих сторон, зажмурил глаза. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.  Резким движением нажал на обе ручки ножниц. Легкий щелчок и кабель безжизненно повис, одним концом освободившись из держателя. Второй конец, под напряжением, поблескивал своими зловещими срезами проводов.
    Джеймс вздохнул. Ничего не случилось. Его не отбросило высокое напряжение как его друга много лет назад. Он жив...
    Поднялся с колен и прошел в другой отсек. Открыв дверь, огляделся. На него смотрели все. Глаза матросов, только начавших службу, были просящими. В них сидел страх. Страх перед неизвестностью, перед смертью.
      «Хм... Думают нам не страшно...» - подумал Джеймс и опустился рядом с сержантом. Дик глянул на лейтенанта и похлопал по плечу:
     -Все нормально, Джеймс?
Джеймс ответил улыбкой. Губы слегка дрогнули и выдали расшатанные нервы за последние полчаса:
     -Да Дик, все хорошо... Все хорошо...
     -Так, все по местам! Пожар устранен. Разошлись, разошлись..! – крикнул на личный состав Дик и расположился с Джеймсом. –А я думал все – приплыли. Труба нам!
     -Ещё неизвестно тот ли кабель перехватили или нет... – ответил устало Джеймс.
     -Да мы сейчас подождем, что ребята скажут оттуда –Дик махнул рукой вниз, -...  и тогда решим, что следующее.
     -Ты капитану доложил?
     -Да. Сразу.
     -Где он?
     -Сверху. Он мужчина! Всем сразу раздал команды и теперь вот... – Дик посмотрел на Джеймса.
     -Что «вот»?
     -Ну как только услышит что пожар потушен, свяжется с базой.
     -Дик, с базой он уже связался. Это точно. Абсолютно. Теперь все зависит от повреждений у нас.
     -А что, может быть что-то ещё серьезней? – сделал выпученные глаза рыжеволосый сержант.
     -Дик! Ты что, с луны свалился? Который год ходишь в море?
     -Четвертый. Ты Джеймс, меня не пугай. Я пуганный. И из лодки выходил один раз полуживой. –Дик посмотрел внимательно на лейтенанта, -Ну чего смотришь? Скажи – что ещё может быть серьезней?
     -Да дежурство наше может полететь к чертям... Если мы перехватили силовой провод, ни один дурак нас не пустит на дежурство с такой неполадкой.
     -Хм... так это же просто красиво! Ну скажи, зачем корячиться полтора месяца в дозоре, если можно уйти на базу после двух недель?
     -Дик! – Джеймс строго посмотрел на приятеля.
     -Что? Что-то не так вякнул?
     -Так другие будут корячиться за нас!.. Ведь один черт кто-то пойдет в этот район дежурить.
     -Ну ведь не мы... – Дик поднялся и уперев руки в низкий потолок, потянулся, -А что? Ещё скажи, что ты со мной не согласен. – продолжил сержант глядя на Джеймса.   
     -Не согласен... – устало сказал Джеймс и открыл дверь в кубрик.
     -Класс! Это только в кино все герои горят чертовским желанием работать в консервной банке под водой! Сказки венского леса... –блестнул остроумием сержант.
     -Чего? Какого леса?
     -Венского...Ну!? Что молчишь? – Дик глядел на приятеля. Тот не ответил отвернувшись. Зашел в кубрик. В коридоре остался один Дик.
     Лейтенант закрыл дверь за собой и лег на койку. Прикрыл глаза. За бортом раздавался еле слышно шум двигателя. Шли тихо, не нарушая баланса. Джеймс повернулся на другой бок.
     «Четвертый год!.. Люди всю жизнь ходят в море и то порой панику разводят, а ты четвертый год...» - улыбка разошлась по губам и Джеймс опять ощутил тот страх перед кабелем.
     Ему было страшно четыре раза в жизни. По-настоящему страшно, до тошноты. Первый  раз он не считал – это было ещё в юности. Там страх имел особый вкус, неосознанный. А вот последних три - уже будучи взрослым. Или лучше сказать так – видавшем виды служаке. И все три раза были в море и под огромной толщей воды. За свои шестнадцать лет службы, он видал многое и встречался со многими. Но вот с такими как Дик, ему приходилось встречаться очень редко. Рыжеволосый сержант был лет на семь-восемь его младше. Работал раньше в какой то конторе перебирая бумажки, а потом вдруг решил пойти во флот. Пробыв в учебке полтора года, он окончил её с отличием и сразу же был направлен на подлодку. Стройный и рыжий, с вьющимися волосами, он одновременно напоминал рыцаря средневековья с прекрасными манерами и зарвавшегося подростка, которому нипочем порой перегнуть палку в самом удивительном направлении. Но службу Дик нес хорошо. Уверенно и со вкусом. Джеймс уже служил с ним второй год и оставался доволен его мастерством управления людьми.
     Только сегодня Джеймс оборвал его грубо. Когда произошло воспламенение ветоши в шестом отсеке, Дик срочно вызвал к себе двух матросов и приказал им выяснить причину возгорания. Те вернулись через пять минут кашляя и с красными глазами. Установить причину не удалось, но они доложили о кабеле, который оказался в огне и при горении издавал удушающий газ. Этот силовой кабель был под напряжением. Дик, не раздумывая, приказал обесточить кабель.
     -Не получится, сержант. – произнес один из матросов.
     -Не понял! Почему не получится? – спросил сразу же Дик.
     -Переключатель в огне тоже.
     -Так перекусите кабель! – резко парировал Дик.
     -Как? – спросил один из ребят с выступившими каплями пота на лбу.
     -Вот так! – и Дик показал пальцами ножницы. Потом увидел, что слова не доходят до матросов, он повысив голос резко спросил:
     -Я не понял. Я что-то не ясно сказал? Вперед! – и резко махнул рукой, отвернувшись в другую сторону.
     -Стоять! – сказал в это время Джеймс. Он увидел панику на лице молодых матросов. Понял, что те боятся даже пойти туда, а не то что кабель резать. И лейтенант решил пойти сам. Ему не нужно объяснять что делать и как делать, он знаком с оборудованием и знает хорошо абсолютно все отсеки лодки. Он спокойно повернулся к Дику и скрывая волнение, заговорил:
     -Так сержант, докладываешь капитану о повреждении - срочно. Говоришь о принятых мерах по устранению и сидишь здесь до поступления других команд. Понял?
     -Да! Понял лейтенант. Сэр. –ответил Дик и этим тоном своим успокоил Джеймса.
     В тот момент Джеймсу показалось, что Дик готов его оттолкнуть и сам юркнуть в эту низкую дверь для устранения дыма и пожара. Но это было в тот момент. А сейчас? Сейчас, буквально пять минут назад, перед ним сидел другой Дик – циничный и холодный. Такой недружелюбный и пустой.
     Во флоте так не бывает. Во флоте есть только друзья. Друзья везде, во всех отсеках и каютах. От "недрузей" здесь избавляются быстро. Они уходят сами. Джеймс не хотел таким видеть именно Дика. Просто не хотел...
     В дверь постучали.
     -Лейтенант – к капитану! – раздался голос Дика. По его интонации Джеймс понял – пожар ликвидирован полностью.
     Каких-то несчастных тридцать шесть членов экипажа. Лодка, огромная субмарина, бороздящая толщу воды, обслуживалась таким малым количеством людей. Порой становилось страшно при виде этой громилы над водой. Но вдуматься сколько всего людей в ней, сразу же возникало недоверие к этой громадине.
     И вот всех, или почти всех, Джеймс встретил на пути к капитану. Ребята были измучены и усталы. Некоторые улыбались словно в большом торговом центре, одними губами и больше ничего. Джеймс прошел к капитану и закрыл дверь за собой.
     Келси повернулся к Джеймсу. Чистое лицо было расстроено. Плотно сжатые губы выдавали волнение капитана. Он молча указал на стул и сел сам напротив.
     -Ну что, расскажи все с самого начала.
     -Что рассказывать то?
     -Что там натворили твои пехотинцы? – капитан всегда так называл матросов. До этого он служил в элитных подразделениях морской пехоты и проявил себя с очень практичной стороны. Повысив в должности, его направили на подлодку. Скорее всего посчитав, что такие офицеры принесут намного больше пользы в собственной стране, нежели в других странах, где согласно политическим курсам нужно постоянно быть наготове, удерживая какие то непонятные никому силы.
     Сначала его перевели на обычную подлодку, потом на эту. Но привычки привитые в наступательных подразделениях так и остались казалось даже в его характере. Джеймс же увидел с самого начала – так как Келси относится к матросам, да вообще ко всему экипажу, так при всей его службе не относился никто. Редко встретишь капитана, который знает не просто имена матросов, а знает ещё и откуда родом и кем был раньше, до флота. Внимательность нового капитана к людям была безграничной. Но при всей внимательности к личному составу и веселости с ними, Келси держал всех в строгих рамках армейской субординации.
     Как то раз увидев прекрасное расположение духа Келси, Джеймс тихо спросил:
     -Капитан, как удается тебе быть ближе всех к матросам и в то же время не терять уважение среди них?
     -Что ты имеешь в виду, Джеймс?
     -Да я даже не знаю... Просто все у тебя капитан, просто как-то. И в то же время никто не ноет от твоих команд. Не жалуется. Хотя ты их отдаешь намного строже, чем все  капитаны вместе взятые за мои годы службы.
     -Джеймс,..-сказал протяжно Келси, - я может тебе и не ответил бы на этот вопрос, но мы с тобой равны. Ты прослужил столько, сколько и я во флоте и знаешь что такое флот. Но! – Келси глянул на лейтенанта и улыбнулся, - Но твои предки англо-саксонцы. И имеют свою удивительность. Мои же исконно русские. А у русских людей, у исконно русских, в крови переживать за близких своих... – Келси опустил голову, хотел видимо что-то ещё добавить, более значительное, но промолчал. А затем положил аккуратные руки на стол, которые никак не подходили под его мощный торс и продолжил:
     -Не все правда переживают за своих. Не все... Но те кто не переживает, скорее всего и не был никогда русским...
     -Я думал ты польских кровей, Келси. – сказал Джеймс глядя на капитана.
     -Нет, я русский. – и встав из-за стола, вышел из каюты.
Вот и сейчас, Джеймс сидел перед капитаном и скорее чувствовал нежели знал, что так положено - сказать нужно все и без утайки. Начав с самого важного, Джеймс вскользь коснулся того, что это его вина в перекусывании силового кабеля.
     -А ты не взваливай все на себя. Не потянешь! Силенок не хватит. Понял? – и строго глянув в глаза, спокойно продолжил: -Давай дальше...
     Когда Джеймс закончил, Келси встал и прошелся в дальний угол. Стал спиной к лейтенанту. Джеймсу даже показалось, что он забыл о нем. По сути дела Джеймс был вторым лицом на лодке. Но когда он сам задумывался, что в случае гибели капитана,он, Джеймс обязан вести корабль самостоятельно, ему становилось не по себе. Он понимал, переплюнуть настоящего капитана, может только сам капитан. Только сам Келси. Вот и сейчас он спокойно смотрел на плечи Келси  и ещё раз убеждался в какой-то несостоятельности при случае подменить Келси...
     -Ладно. Все ясно. Будем гореть вместе.
     -Где гореть? – не сразу понял Джеймс.
     -Там. – спокойно сказал Келси. – Ты вот что, подготовь документы к прибытию на базу и давай подежурь сам, чтобы ещё чего нибудь не произошло. Мы сейчас «голые» идем. – он поднял палец вверх, - Заметь – голые и в чужих водах. Так что все в боевой готовности. Давай, действуй! Я тебя сменю попозже.
     -А ты что, уже доложил о пожаре?
     -Хм... не просто доложил, а уже имею приказ прибыть на базу «NNN» в такое то время.
     -Так ведь это два дня ходу?
     -Да... Два дня. Мы больше не потянем.
     -Ты хочешь всплыть?
     -Да, хочу. И очень хочу. Нам это просто необходимо. Но не сейчас, через пару- тройку часов. Ночью.
     -Ясно. – ответил Джеймс и направился к выходу.
     -Джеймс? –окликнул капитан.
     -Да. – Джеймс повернулся и сразу же по глазам Келси увидел, что тот хочет сказать что-то не очень приятное. Джеймс напрягся. Капитан подошел вплотную и глядя в глаза, леденящим шепотом сказал:
     -А какой черт тебе, лейтенанту, дал право прыгать на силовой кабель?
     -Так это...
     -Что «это», лейтенант? Что черт тебя дери - «это»?
     -Келси, это вынужденно было. Что они, знают где резать, что ли?
Келси подошел ещё ближе. На его лице Джеймс увидел тонкие сосуды. Глаза смотрели в глаза. Джеймс не выдержал и опустил свои.
     -Слушай меня внимательно, лейтенант! Слушай сюда! – своей фразой Келси заставил поднять глаза Джеймса, - Если ещё раз ты позволишь себе выполнять работу предназначенную матросам, я напишу рапорт на тебя! Понял?
     Джеймс молчал. Он не знал что сказать. Ему казалось это был поступок за который нужно награждать, а не топтать в грязь. Он смотрел на капитана и продолжал молчать.
     -Ты понял, лейтенант?
     -Понял капитан. Сэр.
     -Все. Иди. Я заменю тебя позже. При всплытии будешь со мной.
     -Да капитан. Сэр.
Джеймс развернулся и вышел. Ему не нужно было объяснять уже больше ничего. Он все понял. Капитан умел говорить так, что слова доходили через желудок, через неприятное щекотание последнего. Теперь и ему самому, Джеймсу, его поступок с силовым кабелем показался ребячеством. Да, даже и сержант прав. Тысячу раз прав...
     Джеймс отстоял дежурство часа четыре и все это время данные проверял сам, по несколько раз. Повреждения на лодке были серьезные действительно. Теперь это было видно и невооруженным глазом. Одним словом - субмарина не была боеготова.
     Они всплыли ночью. Под звездами плескались волны. Тишина была такая, от которой хотелось бежать. Эта глубина тишины всегда вводила в грусть Джеймса. Он стоял не двигаясь, прислушивался к стуку собственного сердца. Кто-то тронул его локоть. Он обернулся. Рядом с ним стоял Дик. В блеске звезд, его светлые глаза отдавали чем то земным и приятным.
     -Ну и чего ты пугаешь? – сказал уныло Джеймс.
     -Да разве тебя можно испугать, лейтенант?
     -Можно... если сразу.
     -Ну и что, капитан испугал тебя?
     -Да нет... Сказал, что вместе гореть будем...
     -Где гореть?
     -Там... –Джеймс уныло махнул рукой в сторону земли.
     -Ясно. – Дик подошел ближе. –Да ты не робей. Все будет путем.
     -Дик, если лодка горела по нашей вине, нас так дернут, что хватит по самые гланды.
     -Вот вы интересные, офицеры. У вас вроде бы и выдержки поболее чем у нас, а боитесь оплеух от начальства, что дети от матери-дуры. Что вы все ходите унылые? Чего переживать? Приплывем на базу, потом самолетом домой, к себе... –он глянул на Джеймса, -Ты  часто на самолете летал?
     -Чего?
     -Бог мой! Ты что, оглох от своих переживаний? Я спрашиваю на самолете часто летал?
     -Да... Ну и что?
     -Да я говорю про наши, армейские.
     -Дик, ну и вопросы у тебя?! –Джеймс покачал головой и опустил глаза в водную темноту.
     -Ладно, хотел взбодрить тебя. Не получилось. Бывай... – И Дик хлопнув по плечу лейтенанта, пошел внутрь. Джеймс остался один.
     Матросы то и дело выходили на мостик и заходили внутрь. На поверхности отдавало прохладой. Свежий ветер шел откуда то с северо-востока. Яркие звезды мигали своими бесконечными глазами, и Джеймс слушал тишину. Его никто не беспокоил. Капитан вышел, постоял минут пять с Джеймсом и уходя лишь бросил фразу:
     -Погружаться будем, проконтролируй здесь наверху.
Это означало «постой здесь пока все будут проветриваться...»
     -Нет проблем... –ответил Джеймс. Ему было все равно где стоять. В такие моменты он был всегда безразличен ко всему происходящему. Ему хотелось одного – чтобы его не трогали. Вот именно после сильных стрессов на службе, он все чаще и чаще задумывался – может уже хватит ходить в море? Может достаточно его семье постоянных ожиданий его? И ещё  – он не любил нештатных ситуаций на флоте. Знал наверняка – если после дежурства их никто не трогает в течении двух, а то и двух с половиной недель, то после подобных ошибок дадут не более двух дней. И потом до очередного похода придется ходить на базу и делать неизвестно что, только чтобы не сидеть дома...
     Он вздохнул. Связался с предпоследним отсеком.
     -Ну что, вы закончили?
     -Да, лейтенант. Сэр.
     -Все. Давайте погружение.
     -Есть сэр.
Джеймс ещё раз вздохнул, глянул на черное, звездное небо и опустился внутрь. Он был последним. На палубе не осталось никого. Пройдя к себе, он слегка перекусил принесенный ужин и раздевшись, лег в кровать. Эта ночь будет его. Капитан остался дежурить сам, призвав к себе лишь Дика.
     Следующий день прошел спокойно. Субмарина подплывала к берегам и они шли уже в своих водах. От этого было больше уверенности у матросов и больше волнения у него и капитана. Часов в шесть вечера они подошли к базе. Отдав необходимые распоряжения, капитан распустил личный состав до отправки самолета.
     -Ну что, все собрал? – спросил Келси зайдя к лейтенанту.
     -Да вроде бы...
     -Ну давай. – и вышел ожидая Джеймса на палубе.
     Вокруг субмарины уже собрались буксиры и береговые матросы отдавали последние распоряжения для ввода лодки в технологический бункер. Келси топтался вокруг и смотрел на громадину подпоясанную тросами. Джеймс прыгнул на землю и огляделся.
     -Что, разучился ходить по твердому грунту?
     -Келси, почему у тебя одни и те же вопросы, когда мы приходим домой?
     -Хм... ну допустим до дома нам еще в воздухе болтаться часов пять. Потом пока до дома доберешься... в общем часов через десять будем дома. – он опустил взгляд себе под ноги, потом глянул мельком на Джеймса и скороговоркой сказал:
-А вот опускаться на землю после похода, я не привык до сих пор. Все два-три дня первых думаю что плыву. Вот и подумал опять, что у тебя так же...
     -Нет Келси. У меня не так. Я ведь во флоте с самого начала служу. Привык.
     -Как-то грустно ты это сказал. Словно жалеешь о чем-то. Или может указываешь, что служишь больше меня во флоте?
Джеймс остановился. Взгляд был живой и открытый. Ему стесняться капитана было нечего. Он знал, Келси никогда больше не повторит свои оскорбительные слова сказанные вчера на субмарине.
     -Келси, я ни на что не указываю. Но ведь ты не просто идешь со мной сейчас. Ты хочешь ещё что-то сказать. Я прав?
     -Да, прав. Ну допустим во первых - я все же считаюсь с тобой. Не один год знаем друг друга. Но ты мысль понимаешь верно. Я действительно хочу тебя спросить... – капитан задумался, - Джеймс, а у тебя нет желания сразу полететь на базу. Доложить все как было и потом домой?
     -То есть вот так и прямо к генералу? Да?
     -Да.
     -Нет Келси. Так будет хуже.
     -Почему?
     -Потому, что мы не будем иметь возможности привести себя в порядок. Генерал этого не любит. У нас так заведено... – он глянул на Келси, -Да и отдохнуть хочется.
     -Ты считаешь, что потом мы не отдохнем?
     -Келси, я не знаю как у тебя было в подразделениях, но у нас при «нештатке» отдыхать не дают.
     -Ясно. Спасибо за инфо...
     -Да нет проблем. Они сами нас вызовут...
     -Ты уверен? –капитан глянул на сослуживца.
     -Как в том, что мы сейчас идем к самолету...
Джеймсу было приятно что капитан считается с его мнением. Если человек умеет признать свою неосведомленность в чем то, он всегда вызывает доверие. Уважение к Келси было и Джеймс этого не скрывал.
     Ровно в половине девятого экипаж субмарины сидел в брюхе огромного армейского лайнера. Через шесть часов все будут дома.
     Джеймс расположился возле иллюминатора и смотрел на сумерки южного  города. Закат высвечивался из-за горы словно пожар на небосклоне. Алое свечение гор на заднем фоне вырисовывало серых великанов. Они такие тяжелые, громоздкие статуи смотрели на Джеймса, притягивая своей мощью.
     Джеймс закрыл глаза. Спасть не хотелось вообще. Прошлая ночь удалась и он выспался. Он повернулся и посмотрел на капитана. Тот умостившись сзади уже казалось спал во всю. Джеймс улыбнулся и потерся о спинку сиденья. Так приятно было осознавать прибытие домой, что он невольно почувствовал внутренний озноб. Так было всегда с ним по возвращении с дежурства. Он радовался словно ребенок.
     Армейский лайнер набирал высоту. Горы превратились под крыльями самолета в маленькие холмики с причудливостью изгибов своих хребтов. Облака то там то здесь проплывали внизу и огибая несуществующие преграды удалялись. Матросы собравшись в кучку мирно перебрасывались отдельными фразами. То там то здесь раздавался смех молодых крепких мужчин. Джеймс уже пожалел что сел несколько вдали от них. Их разговоры часто вызывали улыбку на лицах бывалых служак. И лейтенант любил слушать эту речь. Без прикрас жизни и с веселостью в голосе. Только армия может сплотить вокруг себя таких разных по цвету кожи и  по интонации речи. Сплотить вместе и заставлять говорить прямо о красоте жизни, о всевозможных её проявлениях в сердцах мужской части света, переплетая это все в кучу с крепкими словечками человеческого лексикона.
     Джеймс сделал вид, что устал сидеть в одном кресле и перекинув свой мешок, спокойно пересел поближе к матросам. Среди них был Дик, который время от времени вставлял свои слова и раздавался громкий смех мужчин. Джеймс поправил серое одеяло на плечах и умостился поудобнее на новом месте.
     -...и потом бросил мне ключи, сказал «Все сынок, теперь этот трак твой! Что хочешь то и делай с этой грудой железа! »...-говорил о чем то Верн. Уже видавший виды матрос с коротким ежиком. Таким коротким что казалось порой - он просто лысый.
     -Да-а-а... ты выкрутился! – поддержал его напарник по отсеку Весс. Они вместе служили уже около двух лет. И если Верн имел огромную грудь и мощные руки, то Весс напротив – был щупл собой и на военного не походил ни капли. Даже квадратной формы очки и то наводили на мысль о ученной степени этого человека. Но уж никак не на опытного матроса огромной субмарины.
     -А я «блин» закрылся в тот день у себя и прошерстил все журналы о наворотах на траках. Короче к вечеру уже знал, что делать буду завтра.
     -Это что, ещё до флота было? – спросил ненавязчиво Дик.
     -Да конечно до флота. О чем ты, сержант? Я сейчас могу такой трак себе позволить без папиных вложений! Закачаешься!
     -Ну ты не качайся... Болтай дальше! – перебил его Дик.
     -Ну так я вот и говорю – через пару месяцев я как въехал во двор отца, у того чуть инсульт не приключился. А перед его глазами такая ляля стоит. Весь в никеле, в хроме. С выпячивающимися трубами! Такой весь зверюга!..
     -Я чего то не понимаю, а при чем здесь твоя подруга?
     -Какая? – не понял Верн.
     -Ну о которой ты начал ныть, что она уехала, поэтому ты не знаешь чего делать будешь. –не унимался Дик.
     -А-а-а, это... Так я её и подцепил только из-за трака... Она так в первый день и пропела: «Если бы не твоя машина, я бы на тебя и не глянула!»
     -А я на твою рожу даже при очень золотом никеле не гляжу! – вставил фразу Кайл. Сразу же раздался смех со всех сторон. Упитанная физиономия Кайла напоминала доброго поросенка, и подарив огромную улыбку Верну, он этим ещё больший смех вызвал.
     -Е-е-е... Хорош! – парировал Верн. –Я бы тоже не глянул на твою лоснящуюся морду...
     -Но ведь смотришь! – продолжил Кайл.
     -Смотрю... – непонятливо ответил Верн не соображая куда тот клонит.
     -Потому что служим вместе! А!??? Как я?
     -Вот блин! – улыбнулся в ответ Верн,  -Но дело Кайл ни в тебе и не во мне... – и развернувшись к остальным, продолжил: - Так что мужики буду я скучать после этого дежурства. Один. Без подруги. И даже мой зверюга не поможет. Нет подруги. 
     -Ничего... Найдешь кого-нибудь чтобы скучно не было.
     -Не-а... Не хочу... Мне с ней неплохо...
     -Ну тогда страдай... Тоже полезно!– заключил Дик и отвернулся.
После полуминутной паузы, слово вставил спокойный Минг, сидевший прямо в проходе поближе ко всем.
     -А я тоже скучать не люблю. Каждый вечер буду менять подружку. А что? Пока молод пока и нужно...
     -Во! Правильно смотришь на жизнь! – поддержал его сержант.
Джеймс невольно пригляделся к Дику. В каждом разговоре он участвует. Каждого послушает и к каждому со своим, личным словом подойдет. «Смотри! И не устает ведь! Молодец! Внимателен к людям! Я наверно так не могу!» -подумал Джеймс и опять выглянул в окно. Стояли сумерки.
     -Ну а ты что будешь делать когда придешь на базу? – Дик смотрел в глаза молодому матросу. Это был первый поход матроса и Дик не стесняясь, давил взглядом ещё «необстрелянного» Стива.
     -В зависимости сколько будем иметь выходных. – спокойно сказал Стив и улыбнулся Дику.
     -Ну если неделю, нормально?
     -Если неделю – поеду на рыбалку...
     -А если две? – продолжал Дик
     -Хм... поеду на рыбалку. – в тон своему голосу опять повторил Стив.     
             -А если три недели? – Дик уже смотрел во все глаза на Стива.
     -... да на рыбалку поеду! Чего пристал?!! – вставил за него Кайл.
Все засмеялись. Засмеялся и Стив. Дик похлопал его по плечу и радостно произнес:
    -Нет брат, наверно мы будем иметь дня два, три. А то может и этого меньше. Так что рыбалку придется отложить до следующего похода...
     -Да нет проблем, сержант. –спокойно ответил Стив.
     -Ты что серьезно? – спросил молчавший до этого Марк.
     -Спроси у лейтенанта если мне не веришь.
     -А почему?
     -При «нештатке» много гулять не дадут. – со знанием дела заключил Дик и откинулся на спинку.
     Джеймс не желая отвечать матросам на этот вопрос отвернулся к окну. Ему вообще хотелось закрыть глаза, но он подумал что нехорошо так делать. Многие видели что он не спит. Но только отвернулся, его окликнул Минг.
     -Лейтенант, это серьезно что не получим больше трех дней?
     -Придем на базу – видно будет. Не знаю... Посмотрим...
     -Это не очень хорошо. – заключил Минг.
Дик повернул голову и спросил:
     -Лейтенант, а были у вас ещё «нештатки» в жизни? Сколько по вашему будем отдыхать?
     «Вот черт! И субординация тебе на лицо и уважение старшего по рангу перед матросами! Вот черт, молодец!»-пронеслось в голове у Джеймса и он улыбнулся.
     -Ну ты же сам знаешь, сержант. Уже и сказал всем – дня три не больше! Я тоже так думаю, если честно. – сказал уважительно Джеймс Дику.
     Матросы замолчали. На лицах чувствовалась грусть. Ведь любому человеку не важно что он делал, главное делал и поэтому... поэтому нужен положенный отдых. А по чьей вине «нештатка» произошла, это волнует только лейтенанта и капитана. Им гореть...
     -А-а-а... Какая разница! Я, когда прилетим, позвоню жене. Обрадую её что буду дома. Она мне купит хорошего джина, приготовит что нибудь домашнее и эти три дня я проведу все одно – в семье, с женой и...  и с удовольствием... Три дня – значит три дня! Какая разница!?– произнес задумчиво Крис. Он всегда отличался рассудительностью. Ходил в море механиком и справлялся прекрасно со своей задачей. Даже в этой «нештатке» он отличился. Когда пожар уже бушевал во всю, и проводка оплавившись издавала удушающий газ, он сбавив обороты субмарины, отключил два последних двигателя. Тем самым устранил дополнительное тепло в соседнем отсеке, через перегородку. Крис сделал это без чьей либо команды, но то что заслужил настоящую похвалу от капитана потом, это знали все. Джеймс ходил с Крисом последних десять лет и обнаруживал удивительную хладнокровность в нем при нештатных ситуациях и авариях. Они вместе уже прошли через три аварии. Но и то, что капитан похвалил Криса, о многом говорило и о капитане.
     Раньше Джеймс думал, что Келси не очень то силен в технике. Но когда Келси похвалил механика, пожав ему руку в знак благодарности Джеймс понял – одобрить поступок механика в данной ситуации может только человек, который очень хорошо разбирается в самом устройстве субмарины. В мельчайших её деталях конструкции и уязвимых местах.
     Джеймс опять улыбнулся. На этот раз мысленную улыбку он адресовал Крису. Настоящий профессионал! Даже в семье все разложено по полкам и с уверенностью.
     -Ну и зачем? Зачем звонить? – глаза Дика пытливо смотрели на Криса.
     -То есть как зачем? – не понял тот.
     -Зачем звонить? Лучше приехать так! Сюрпризом! Раз  и вот я на пороге! – Дик хлопнув в ладоши улыбнулся.
     -Да нет... Я так не буду делать... ни к чему это...
     -Ну и зря! Это же классно! Аля! Сюрприз! – и Дик привстав на колени выбросил ладошки вперед. –Иди моя любимая! Я тебя так сильно желаю!
     -А я тебя нет... – женским голосом пропел Кайл...
Ребята прыснули смехом вновь.
     -Зря ты это сказал. – резко одернул Кайла Дик.
     -Так я не про тебя. Это была просто шутка. – глаза Кайла захлопали. Он понял, что перешел грань.
     -Нет Дик, глупо это все. Не позвоню! Проверю чем занимается она, когда меня нет! – Крис медленно повернул голову к Дику, -Мы ведь не дети. Уже восьмой год вместе. Что уже выяснять?!
     -Ага... Выяснять может не нужно ничего, но верить нельзя до конца. – Дик на секунду задумался, -Женщинам вообще верить нельзя! Никогда не верь женщине!
     Крис посмотрел на Дика. Хотел что-то сказать, а потом махнул рукой отвернулся.
     -Что я не прав, Крис? По твоему не прав, да? – Дик положил руку на плечо механика.
     -Да отстань... Я не буду эту тему обсуждать... Не хочу. Сказал позвоню жене – значит позвоню и все тут.
     -Нет проблем. Мы можем спросить кого-нибудь другого. Посмотрим какое мнение у других. – И Дик оглядевшись вокруг, остановил взгляд на Бреноне.
     -Бренон, я ты будешь звонить жене?
     -Да, буду. К чему эти игры? Проверять нужно было когда встречаешься, а сейчас...-Бренон развел руки в стороны глядя на испытывающий взгляд
сержанта, -Ну и зачем?   
     -Смотрите какие вы все... интересные? Неужели все так думают? Стив, ты ещё не женат?
     -Нет. –спокойный взгляд молодого матроса несколько поубавил спесь Дика. И тот после паузы решил все же спросить опять.
     -Ну вот ты как считаешь – можно женщине доверять или нет?
     -Ты спрашиваешь меня? – Стив смотрел спокойно и невозмутимо.
     -Да тебя, тебя!
     -Сержант, ты спрашиваешь о женщине вообще или о жене собственной? – вставил вопрос Минг.
     -Да подожди ты, не тебя спрашиваю. – и взгляд от Минга перекинулся опять на Стива.
Матрос посмотрел на сержанта спокойно, помолчал раздумывая о чем-то и устроившись поудобнее в кресле, сказал:
     -Ты Дик сколько лет женат? Наверно года два, да?
     -Два с половиной уже.
     -Ну вот, и встречался ты со своей женой наверно очень мало. Да?
     -Что в твоем понимании мало? Четыре месяца это мало?
     -Ну для кого как... – казалось Стив вообще не обращает внимание на слова Дика. – Вот поэтому ты и хочешь приехать сюрпризом. В общем ты ещё не знаешь её хорошо...
     -Что-то я не понимаю куда ты клонишь?
     -Да никуда он не клонит! – вмешался в рассуждения до этого молчавший Грант. – Все хотят приехать и прийти в семью, только ты хочешь приехать и увидеть что-то. Что-то такое... неизвестное... Может новую форму любви. Ожидание тебя такого необычного! Вот и выдумываешь неизвестно что...
     -Ты это серьезно?
     -Да, очень серьезно... – Грант посмотрел на Дика. –Сержант, живи сам и давай жить другим. Женщина, - он помедлил, - любая женщина, заметь – любая!, всегда сделает то, что захочет сама, что выгодно ей и что хорошо для нее. И если ты её любишь, то не захочешь  нарываться на всякий бред, а просто позвонишь...
     -А как же она знает эта женщина, что ты её любишь?
     -Слово «любишь» - глагол. А любой глагол указывает действие. – Грант отвернулся и закрыл глаза.
     -Ясно Грант. Спасибо за учебу! –И Дик опять посмотрел на Стива, - Так что то я не понял к чему ты это все говорил? К чему эти рассуждения о наших встречах?
     -Да что ты прицепился к нему? – не выдержал опять Минг, - Что тут непонятного? Все хотят позвонить и увидеть стол с вином и радость о возвращении папочки в семью. Ты хочешь приехать и увидеть другого мужика у себя в постели... вот и все! Чего тут непонятного?
     После секундной паузы Дик прыгнул на Минга. Тот увернулся и Дик грохнулся на кресло сам.
     -Я тебе покажу другого мужика! – прошипел Дик и опять бросился на Минга. Они покатились по полу. Дик что-то ещё нашептывал и старался задавить Минга. Тот отвечал бойкими ударами в ребра сержанта.
     -Прекратить! Встать! Разошлись по местам своим! Быстро! –над ними стоял капитан. Своей грациозной силой, Келси стоял над двумя подчиненными, заложив руки за спину. Те поднялись перед капитаном и глядя ему в глаза тяжело дышали. Келси посмотрел на обоих. У Дика текла кровь изо рта. Минг стоял с царапиной через всю щеку.
     -Чего уставились? Один туда приводить себя в порядок, другой – туда! – И Келси указал противоположные туалеты салона. – Быстро! Потом сев рядом с Джеймсом, небрежно спросил:
     -Чем позабавили?
     -Да так, философией на тему семейных отношений... – сказал улыбаясь Джеймс и вкратце рассказал, что произошло. Смех не сходил с губ лейтенанта.
     -Вот глупые... Господи, до чего же глуп мужик без женщины в своих выводах. Рисует всякую ересь в голове. Слушай, а может это наша работа, а? –Келси глянул на Джеймса, а затем добавил. –Ладно...  Я пойду к пилотам, посмотрю что к чему...
     -Хорошо. Я здесь посижу. Ты не возражаешь?
     -Хочешь продолжение спектакля увидеть?
     -Ага... – Джеймс улыбался. Келси встал и пошел к пилотам.
Минут через пять вернулся Минг. Он улыбнулся одними губами и плюхнулся в свое кресло. Потом развел руки в стороны и обращаясь ко всем, молвил:
     -Ну не выдержал мужики, не выдержал...
     -Да ладно, все хорошо... – сказал кто-то с боку.
     -Бывает... – добавил другой. В салоне растворилась тишина и лишь мерные звуки двигателей создавали дисбаланс  салона. Наверно каждый думал о своем. Кто-то мечтал как увидит жену, кто-то мечтал о новой подружке на этот отдых. Кто-то вытирал щеку с все ещё выступающей кровью...
     Джеймс ещё раз улыбнулся глядя на матросов и подумал о своей жене. Да, ему хочется её увидеть. Сколько бы не прошло времени в разлуке, а видеть её хотелось всегда. Даже один раз его родители заметили, что когда Джеймс возвращается с похода, то они с женой ходят по дому друг за дружкой ещё долгое время. Все никак не могут наговориться, насмотреться, натрогаться.
     «Слово «любишь» - глагол. А любой глагол указывает действие...» - вспомнил Джеймс слова Гранта. Улыбнулся про себя. Думать о предполагаемом действии было приятно. Он опять поежился в кресле и бросил взгляд в окно. За окном блестела луна. Желтая, с какими то темными пятнами по бокам. Большое облако медленно заползало на луну, скрывая её желтизну и пятна.
     «Тоже любит... Тоже действует..» - невольно подумал лейтенант и опять растворил улыбку глядя на небо.
     Рядом в кресло сел Дик. Полностью приведя себя в порядок, он выглядел спокойным.
     -Э-э-эх. Позабавились... – вылетело от него.
     -Да, неплохо... – в тон ему сказал Джеймс.
     -А что? Что я такого спрашивал? – Дик смотрел вопросительно на Джеймса. Тот улыбнулся и пожал плечами.
     -Нет серьезно лейтенант, ты что будешь делать?
     -Позвоню жене... – ответил Джеймс. Глаза лейтенанта смотрели спокойно и строго на Дика. Словно могучая рука обхватила Дика и перестала выпускать его эмоции наружу.
     -Наверно я чего-то не понимаю в этой жизни... – ответил Дик потупив взгляд в пол.
     -Наверно... – ответил Джеймс и опять отвернулся к окну. 
     Джеймс позвонил жене ещё не сходя с самолета. Он знал, ему нужно ещё часа два-три, чтобы покинуть воздушную базу. За это время супруга может и приготовить что-нибудь к его возвращению и сама приготовиться.
     Матросы сразу же устремились на выход и подождав автобус весело забрались в него. Джеймс стоял и с завистью смотрел на них. Ему тоже хотелось бросить все и очутиться в родном доме. Очутиться сразу – раз и уже в домашней одежде и с уютом вокруг.
    -Ну всего тебе, лейтенант.
    -Давай Дик.
Сержант приблизился к Джеймсу.
    -Может все таки звякнуть?
    -Может... – ответил уклончиво Джеймс. Ему не хотелось вообще думать. Он уже позвонил и услышал полный восторга голос своей женщины. Все остальное его просто не касалось. Он гнал от себя это все остальное.
     -Нет... не буду... Приеду сюрпризом!
     -Удачи тебе, сержант. – ответил Джеймс и улыбнулся.
Сержант протянул руку Джеймсу и пожав ладонь, побежал к автобусу.
К Джеймсу опять пробралась тоска. Хотелось побыстрее домой. Нетерпение нарастало, готово было выпрыгнуть из лейтенанта и погнать своей энергией к автобусу с матросами.
     -Что, уже не терпится домой? – спросил подошедший Келси.
     -Да, чертовски хочу домой.
     -Потерпи ещё чуть. Я подкину тебя.
Джеймс это и так знал. Для офицеров любая база выделяла машину всегда, которая и отвозила их домой. Тем более что в штате их субмарины было не так и много офицеров.
     -Ладно, поехали... – молвил тоже с грустью Келси и прыгнул в джип.
     Джеймс зашел в спальню младшего. Тот уже спал. Знал он или нет о возвращении отца – неведомо. Но молодой организм требовал свой отдых и свалил маленького человечка с надеждой увидеть папу завтра. Джеймс погладил его по голове. Присел на кровать с краю.
     Это было удивительно. Всегда удивительно сидеть в спальне младшего и говорить с ним, а самому, в мыслях  быть рядом с женой. Быть рядом с ней и чувствовать её. Чувствовать женскую теплоту и прикосновение, думать о ласке и грезить об этом все ещё ходя по дому и разговаривая с домашними.
     Как просто устроен мир. Каждый склеивает свои дни из мелочей, из разнообразных кусочков жизни свое счастье. И тот кто терпелив и умеет ждать получает сполна свое. Вот так и Джеймс – ходил по дому всякий раз и ждал, ждал это волнующее событие. С самой юности своей он понял одну простую вещь – реальное чувство основано на терпении и ожидании. Только пройдя эти две ступени человеческих взаимоотношений, получаешь великое творение собственного «я» опоясанное чьей-то реальной любовью. Ведь только недалекие хотят встретить и полюбить сразу и навечно. Нет, так не бывает. Недостатки сидящие в каждом человеке порой способны разрушить любое чувство. Нет, терпение нужно, необходимо...
     Вот и сейчас, Джеймс гладил по голове сына, а мыслями вновь возвращался к жене. К своей женщине, которая тихо, по кошачьи ступая за стенкой, тоже ожидает его, мужчину. Смысл бытия удивительно прост как в сущности и все гениальное. «Живи и давай жить другому»...
     Джеймс закрыл дверь сына и зашел в свою спальню. Все. Теперь начинается его время. Его и жены. И уже больше ничто не сможет помешать. Он так ждал этого. Так долго, так терпеливо, так настойчиво...    
     Два дня пролетели незаметно. Соблюдая традицию, Джеймс вышел с супругой из ресторана и пошли вдоль набережной. Они всегда прогуливались перед очередным походом в море.
     -Как долго вы будете на базе?
     -Не знаю... как получится. –Джеймс улыбнулся и глянул на супругу.
     -Я устала ждать. Честно – устала. – это уже был не первый раз, когда супруга вот так говорила. Она как будто не жаловалась, но каждый раз Джеймс только вздыхал. Ему казалось бесполезным в очередной раз объяснять, что по другому не получается.
      -Я тоже устал... – сказал он в ответ.
      -Ладно, не дуйся. Мне просто действительно надоело ждать.
     -Ну немного ещё осталось. Еще год-два и все, уйду на землю.
Женщина улыбнулась и покачала головой. Джеймс хотел спросить чему это она так улыбнулась, но не стал. Чувствовал, если спросит, опять услышит про усталость ожидания. 
    На скамейке, прямо у самой дорожки сидел Дик. Рядом стояла бутылка завернутая в пакет. Джеймс сразу понял, что в пакете алкоголь. И алкоголь намного крепче чем простое пиво. Джеймс приостановился. Дик смотрел на лейтенанта затравлено, словно был озлоблен на весь мир. Зрачки бегали, взгляд постоянно менял направление, перескакивая от супруги Джеймса на самого офицера.
     -Привет Дик.
     -Привет Джеймс. Как - все нормально? – сказал сержант и взглянул на женщину.
     -Да, все в порядке. А у тебя?
     -У меня тоже – все в самом что ни на есть порядочке! – слова прозвучали как вызов. В глазах ещё больше сверкнула озлобленность. Он взял бутылку и открыв, опрокинул её. Зажмурился на секунду и поставил бутыль на место.
     Женщина поняла, что мужа необходимо оставить наедине с приятелем. Улыбнувшись, она отошла в сторону и стала спиной к ним. Океан отдавал приятным вечерним свечением, радуя взор человека.
     Джеймс проводил взглядом жену и присел рядом с Диком. Взял бумажный пакет и вытащил бутылку. «Black Jack. Whisky.» -значилось на этикетке.
     -Неплохо... – сказал задумчиво лейтенант. Ему были симпатичны люди, употребляющие дорогой алкоголь. Казалось, что выпивая качественное спиртное, никогда не станешь беспробудным пьянчужкой. –Ну и по какому поводу вечеринка?
     -Не строй меня, лейтенант! У меня свободное время – что хочу, то и делаю!
     -Ладно, нет проблем. – ответил Джеймс и уже собрался вставать.
     -Прости лейтенант. Прости. –рука Дика легла на плечо сослуживца. –Плохо мне. Понимаешь? Хреново...
     -Да я вижу, Дик. Вижу... У тебя что-то случилось?
     -Не знаю. Наверно случилось... Наверное...
Джеймс молчал. Пусть сам скажет если захочет. Он не любил лезть в чужие души. Зачем? Все одно ничего не докажешь и не объяснишь. Каждый видит свою жизнь по своему, так зачем пытаться навязать свое? Нет, Джеймс просто сидел. Откинувшись на спинку, он закинул ногу за ногу и потянулся. Дик опять взял бутылку и отпил. Скривившись, поставил на место. Потом глянул на Джеймса и словно решаясь на какой то необычный секрет, заговорил:
     -Джеймс, её нет дома. Её уже нет дома два дня...
     -Кого? – не понял сразу Джеймс.
     -Моей жены... – голос надорвался.
Джеймсу показалось, что ещё чуть и Дик заплачет. Потом сообразив, что это от спиртного, Джеймс успокоился. Значит не все потеряно. Значит ещё соображает, не идет на поводу эмоций.
     -...два дня... Я не знаю что сделаю когда увижу её!
     -Чего ты кипятишься? Ты кругом звонил? – и увидев вопросительные глаза сержанта, продолжил: -Ты звонил её подругам, родителям, друзьям?
     -Зачем? Зачем?!! Ведь её дом здесь, куда можно было идти?! Два дня! И ночью!!! Понимаешь Джеймс, два дня и две ночи!!!
     -Нет, не понимаю... а вдруг что-то случилось?
     -Что? Что случилось?
     -А вдруг она у родителей? Вдруг в больнице? Да мало ли могло случится, Дик?
     -Да она здоровее меня втрое! Какая больница?!
     -Ну а родители?
     -Да туда я вообще звонить не хочу. Я не в ладах с её мамочкой. Дура старая, вечно свой нос совала в наши дела!   
     Джеймс развел руки. Улыбнулся. Улыбка получилась что ни на есть хорошая. Словно голос сказал вместо губ – ну на нет и суда нет!
     -Ну что же мне делать... что делать... – Дик не спрашивал, он просто говорил, словно оправдывая кого-то, а может себя.
Джеймс встал. Повернулся к Дику и строго сказал:
     -Ты позвони родителям её. Нехорошо это. Вдруг что-нибудь случилось.
     -Не буду. Звонить я никому не буду... – опустил голову, раздумывая о чем-то, -Зачем я буду звонить? Зачем? Пусть они переживают! Все они! А я не хочу!
     -Ты уже один раз не звонил...
     -Да, не звонил. И сейчас звонить не буду. Хотят быть со мной - сами найдут. А я разыскивать никого не собираюсь. –опять молчание и через какое то время вновь всплеск злости, - Два дня, Джеймс! Два дня!!!
     -Дик, это тупо... – спокойно сказал лейтенант.
     -Почему? – ехидная улыбка покрыла лицо сержанта.
     -Потому что ты и жена уже одно целое. Не стоит выяснять ничего. Просто найди её. Ей приятно будет... – Джеймс хотел добавить «а если не будет приятно, так тогда уже уверен хоть будешь, что делать...», но не стал. Дик и так в состоянии войны между собой и собственным сердцем. Джеймс это видел по глазам сержанта. Дику жалко было себя, жалко до глубины души.
     -Джеймс, я отгул на завтра возьму.
     -Нет. Не возьмешь. – строго сказал лейтенант, -Экипаж должен быть в полном составе.
     -Мне нужно, необходимо. – в глазах появилась тоска.
     -Нет. Завтра в восемь, на базе, у седьмого ангара - сбор. Не опаздывай. – строгость в голосе поубавила спесь сержанта. Он поник головой, а потом резко поднялся, оправил свитер, словно это был морской китель и улыбнулся сарказмом:
     -Ну тогда пойду и развлекусь. Если я не нужен жене, то кое-кому ещё очень даже необходим.
Джеймс не знал что сказать. Он улыбнулся одними губами и протянул руку Дику:
       -Не опоздай на сбор.
     -Нет сэр. Буду ровно в восемь сэр. Лейтенант сэр! – отчеканил сержант и согласно уставу развернулся и пошел прочь. Джеймс только усмехнулся молодости и покачал головой.
     -Как интересно получается, вот хочешь я тебе расскажу что-то?
     -Ты про сержанта своего?
     -Да, про Дика...
     -Не нужно рассказывать, я все слышала...
Джеймс глянул на жену, остановился. Повернул её к себе и глядя в глаза медленно произнес:
    -Как же мне приятно, что ты понимаешь все с полуслова! Как приятно, что тебе не нужно объяснять многие вещи по несколько раз! Как приятно что ты со мной! Милая моя...
     Женщина улыбнулась, кокетливо глянула куда-то в сторону. Ей пришлись по душе слова мужа, но она почему то повернулась и высвободившись от рук, пошла дальше по набережной. Джеймс глядел ей в след. Вот она свернула с дорожки и зашагала к пляжу. Сняв обувь, она ступила на прохладный, вечерний песок ногами и оглянулась:
    -Ты догоняешь или нет?
    -Да-да... конечно... – очнулся от своих фантазий Джеймс.
Когда он подошел, супруга уже сидела на брошенном старом лежаке. Охватив свой длинный жакет руками, она куталась в него. Глаза смотрели в даль. Там на горизонте медленно приближался военный крейсер с очередного дежурства. Огромный корабль на полторы тысячи человек команды, разбрасывал воду в разные стороны. 
     Джеймс сел рядом и обнял жену.
     -Я понимаю жену Дика. Очень понимаю... – еле слышно произнесла женщина. Джеймс посмотрел вопросительно. Она уловила этот взгляд. Усмехнулась грустно, прижалась сильней к мужчине:
     -Я правда её понимаю... –она замолчала на секунду, - Тогда мы только поженились. Помнишь? Потом было первых два месяца жизни совместной. Наш отдых в Европе. Помнишь?
       Джеймс кивнул.
     -Помнишь как мы были в Париже, в Риме, на Средиземном море... Я тогда чувствовала себя самой счастливой в мире. Казалось, что это будет вечно, что я всегда буду с тобой и мне всегда будет всего достаточно. В том отпуске даже мысль о том, что будет по другому меня убивала и я не думала про это... –она замолчала. Грусть наполнила глаза и они глянули на мужа. Взгляд между жалостью к себе и сожалением о чем-то смотрел на Джеймса. Он только сильней прижал женщину. Она благодарно улыбнулась.
     -А потом твой поход... первый поход... В то время я думала что сойду с ума. Каждый вечер включала телевизор и слушала новости. У меня был такой страх что с тобой что-то случится, что я не могла найти места. Как это было страшно...
     -Я ведь звонил тебе.
     -Да, я помню. Ты звонил и я успокаивалась. Хотя, если сейчас вспомнить сколько раз я хотела позвонить тебе сама в то время, то наверно можно сбиться со счета.
     -Ты даже хотела звонить когда мы поговорили?
     -Джеймс! Я хотела звонить каждый час тебе! Понимаешь? Каждый час! Думала сойду с ума в квартире...
     -Да-а-а... Квартира была маленькая...
Супруга усмехнулась. Глянула на мужа как на глупого мальчика, погладила его руку:
     -Да при чем здесь размер квартиры? При чем? Мне было мало места кругом – даже в городе, на пристани здесь... У океана...
     -И что, у тебя так всегда?
     -Почти... Потом ты приехал и я несколько успокоилась. Во второй твой поход я уже не так билась в догадках, уже меньше смотрела новости. Но желание с кем нибудь говорить о тебе, было ещё сильнее и страшнее. –она улыбнулась, отстранилась от Джеймса и глянула в глаза, - А я ведь тоже несколько ночей ночевала не дома...
     -Когда?
     -Тогда... до своей первой беременности. Да и после ночевала у Синди, когда уже с животом ходила... Ты удивлен?
     -Да-а-а... – он не просто был удивлен. Его поразило то, что до сих пор об этом она не говорила. Она просто молчала.
     -Не удивляйся. Тяжело одной когда знаешь что носишь ребенка от человека, который может и не вернуться...
     -Ну что ты такое говоришь? Ну что может случится со мной?
     -Джеймс, ты помнишь когда было четыре дня без твоих звонков?
     -Ну не четыре. Дня три, не больше...
     -Это для тебя – «не больше». А для меня это было четыре дня которые превратились в месяцы!
Джеймс посмотрел недоверчиво на жену. Он хорошо помнил даже сейчас, почему он не звонил. Это была первая авария под водой. Ему было страшно. Очень страшно. Они сидели в закрытой субмарине и не могли ничего сделать. Вокруг царила жуткая тишина. Лодка лежала на дне под толщей воды и слышался лишь легкий скрежет металла от огромной тяжести над ней.
Два дня... он помнил эти два дня. Словно всевышний играл шутку, желая  испытать на какое время их хватит. Их хватило. Хватило на все время. И когда спасатели вытащили их на поверхность, некоторые плакали. Джеймс никогда ещё не видел такого огромного количества слез у мужчин. Тихие, безмолвные слезы радости блестели на глазах не желая прятаться. На лицах было счастье. Счастье радости жизни, небу, океану. Радость каждому человеку встречаемому на палубе корабля спасателей.
Джеймс ещё один день не звонил специально жене. Ему хотелось успокоится, не показывать свое волнение от произошедшего. Он был уверен – голос выдаст его, скажет чувствующей женщине, что не все в порядке. Жена тогда ходила с первым. Его сын не был ещё рожден... После той аварии Джеймс резко  пересмотрел свою жизнь. Стали совершенно несущественны многие вещи, которыми он гордился. Он совершенно перестал интересоваться политикой и охладел к новым красивым автомобилям. И именно после тех двух дней стал веселей. Страсть какая-то появилась неведомая раньше. С того момента жизнь лейтенанта приобрела огромный смысл и радость простого существования.
И сейчас, он сидел на пляже перед женой и по его спине пробежал озноб. Такой, еле заметный. Тело и мысли вспомнили мгновенно страх под толщей воды. Он не выдавая себя, глянул на супругу ещё раз:
     -Так получилось...-сказали губы улыбаясь.    
     -Да. Я понимаю. – ответила задумавшись женщина и отвернулась. На её лице возникла жалость. Прямыми линиями обозначив глаза и губы, жалость посмотрела на Джеймса: - Я тогда каждый день приходила на причал и смотрела в даль. Я так хотела увидеть твою лодку, я так желала этого, что когда возвращалась домой, ног не чувствовала. И в глаза словно кто-то насыпал песка. Так они болели... – Она положила руку на локоть Джеймса, не давая сказать, - Даже представляла – вот сейчас увижу маленькую точку и вас всех на палубе, стоящих в линию...
     -Я знаю...
     -Ничего ты не знаешь, Джеймс. Ничего... –она глянула грустью. Подумала о чем-то. Подняла глаза к небу и застыв в такой позе продолжила: - Я не знаю как у других Джеймс, не знаю. Но могу точно сказать –  каждый день на причале я высматривала твою лодку, каждый раз говорила себе – «вот ещё минуточку построю и пойду домой, вот ещё минуточку... ещё чуть-чуть...», а потом уходила. Уходила ни с чем... -  она замолчала опять, глянула прямо в глаза мужу, -Потом так гадко возвращаться домой, сидеть одной и спрашивать себя – почему не позвонил? Что случилось? Как он там? Жив ли в этом чертовом океане? А может уже и не нужна? Может у него давно кто-то есть? Может уже забыл? О-о-о! Как это страшно! Как это страшно ждать! Ждать и теряться в догадках! Думать, что уже никому не нужна и ребенок мой тоже никому не нужен!..
     -Ну что ты!? Ну перестань. Ну кто мог ещё быть кроме тебя?.. я же в море! Там ведь нет никого! – Джеймс взял виновато руку жены и прижался к ней. Она погладила его по голове, провела ладонью по шее и поцеловала в короткую стрижку. Джеймс поднял глаза. Жена смотрела на него. Смотрела долго, рассматривая складки морщин и желтоватый оттенок глаз. Потом улыбнулась.
     -Да я понимаю что в море, что нет другой... а все одно – страшно... – затем усмехнулась, убрала руку от мужа и выпалила: -Джеймс, мы сильные когда уже наши дети выросли, когда они уже сами ходят и могут заботится о себе. А вот тогда... тогда мы слабые. Очень слабые и нет никакой защиты. Всякий может обидеть. А вы... в мо-о-оре. Слу-у-ужба... так на-а-адо! Кому надо, Джеймс? Кому?
Она замолчала. Глянула пристально на мужа:
     -Джеймс, дурак твой сержант. Просто дурак... –замолчала, всмотрелась опять в глаза мужчины. – Ожидать кого-то это счастье... – улыбнулась встрепенувшемуся мужу, -Это действительно счастье. Только тогда это счастье, когда сама знаешь что нужна. Просто нужна... А Дик твой –«не позвоню!».. Дурак.
Джеймс смотрел на подругу. Подавил жалость абсолютно не нужную сейчас:
     -Может сказать это Дику?
     -Зачем? –спросила жена не понимая.
     -Ну настоять чтобы позвонил, нашел её.
     -Джеймс, они сами разберутся. Может ей так нравится когда не звонят. Да и потом, ты не убедишь его. Ему нужна заноза в сердце которая болит. Нужна.
     -Ну а жена его?
     -А что жена? Что? Мы не знаем её. Как она чувствует, что..? Я ведь говорила про себя, Джеймс...
Джеймс посмотрел на женщину, улыбнулся. Поднялся, потянулся вечернему солнцу и подал руку супруге:
     -Пошли. Что-то прохладно мне.
Маленькая фигурка поднялась и устроившись поудобнее рядом, обвила рукой талию мужчины. Солнце уже садилось за горизонт. Оставалась лишь маленькая полоска...
    Джеймс зашел в здание. Утренние газеты лежавшие на столе были уже разобраны матросами. Джеймса поприветствовали и он взяв со стола последнюю, спросил ближайшего:
    -Где капитан?
     -Я его не видел ещё, сэр. Лейтенант, сэр.
Глянул на свои часы. Было без четверти восемь. Часы на стене показывали то же время. Он обвел всех присутствующих. Ещё целых пятнадцать минут, а уже все были здесь. Или не все? Джеймс ещё раз осмотрелся - ещё нет сержанта, одного из механиков и двух молодых, ходивших с ними в первый раз.
     -Ясно... – спокойно сказал Джеймс вслух и вышел на улицу. Южное солнце уже добросовестно пригревало. Лейтенант одев очки от солнца, зашел за угол. Здесь в тени стояла прохлада и Джеймс, недолго думая развернув газету, присел в беседке для курящих. На глаза попалась статья о новом проекте моста в южной части города. Джеймс улыбнулся, не понимая как там можно построить и попытался вникнуть. Прочитав бегло строки он нашел не интересной информацию и перевернул страницу.
     -Привет лейтенант.-сказал капитан с улыбкой, -Как настроение?
     -Привет Келси. Да нормально...
     -Ну пошли. Нам его сейчас портить будут...
     -А-а-а... Совсем не испортят... – махнул рукой Джеймс.
Перед входом в штабной корпус, стояла машина военной полиции. От неё отделился офицер и отдав честь Джеймсу и Келси спросил:
    -Прошу прощения. Вы офицеры лодки «Nnn»?
    -Да. – ответили почти одновременно Келси и Джеймс.
    -Нам с вами необходимо побеседовать.
     -Нет проблем, капитан. – сказал Келси.
     -Вы отдали распоряжения насчет личного состава? – вновь последовал вопрос от военной полиции.
    -Там сержант, он все знает. – ответил на этот раз Джеймс.
    -Боюсь что сержанта у вас нет. Поэтому назначьте старшего на время вашего отсутствия, сэр. Капитан, сэр. – офицер военной полиции, имевший чин равный с Келси, называл звания официально. Это было необычно.
     Джеймс с Келси переглянулись. Обоим не понравился этот тон. Келси развернулся и спокойным голосом, подчеркивая имя лейтенанта, сказал:
     -Джеймс, дружище, сходи назначь кого-нибудь на время нашего отсутствия.
     -Нет проблем, Келси. – ответил подыгрывая капитану лейтенант.
Офицер военной полиции оставался спокойным. Он даже вида не показал, что этот театр именно для него.
     «Вот черт! Я с ним ещё на вечеринки ходил! Вот черт! Строит из себя неизвестно что!» - бродили в голове Джеймса неприятные мысли про офицера военной полиции.   
     Назначив одного из матросов старшим, он пошел обратно. Раздражение Джеймса бросалось от одного человека на другого. Он, вопреки своим привычкам  сначала ругал Дика:
     «Ну какого черта?! Ну ясно же сказал – сегодня весь штат должен быть в сборе! Ну чего непонятного?..» Затем почти такие же по колориту фразы коснулись офицера военной полиции. Была лишь одна разница – Джеймс не понимал – почему, что могло изменится в их личных отношениях? Ведь они были приятели. Закончили вместе ВУЗ, ходили в походы поначалу вместе. Они не были близки, но оставались хорошими приятелями. И тут на тебе – официально и только по рангу!
     «Ну что нашло на тебя? Чего ты как петух разговариваешь с нами? Чего, а? Из-за «нештатки»? Только из-за «нештатки»? Ну-у-у... Ты не прав, брат. Это с каждым кораблем случится может... – он приостановился на секунду, -А почему собственно сержанта у нас уже нет? Он что, написал рапорт?.. Ладно, сержант. С тобой я особо переговорю...» - с этими мыслями он и зашел в штабное крыло военной базы.
     Келси и Джеймс вышли из штабного корпуса. Время подходило к обеду. Они даже не сговариваясь направились к буфету, расположенному рядом. Первый заговорил Келси.
    -Жаль сержанта... Теперь нового дадут. Пока он пообвыкнется к нам всем, время пройдет...
    -Да-а-а... Глупо все это. Очень глупо... – сказал задумчиво Джеймс.
    -Да, Джеймс. Глупо. А впрочем...
    -Кошмар... –ответил автоматически Джеймс и представил сцену нарисованную офицером военной полиции.
     Дом Дика. Вот сержант полупьяный появляется на кухне со стороны гаража. Он не один. С ним подружка, одна из тех, которыми всегда кишит любой бар. Им весело. Дик ставит недопитую бутылку на стол и пристает к девице. Она визжит, смеется. Он усаживает её рядом с бутылкой. Лезет с приставаниями. Её одежда летит в разные стороны. Дик тоже смеется и хочет целовать. И тут удар по голове. Дик оборачивается. Стоит его жена. На ней домашний халат. В руке бутылка. Из неё капает виски. Дик не понимая ничего протягивает руки к супруге. Она опять его бьет по голове. Дик медленно садится на пол. Девица сильно кричит. Смотрит на супругу матроса. Женщина в третий раз бьет бутылкой со всей силы голову Дика. Бутылка разбивается на мелкие осколки. Девица выскочив на улицу истошно кричит. Соседи вызывают полицию...
     Джеймс передернул плечами.
     -Интересно, что же будет жене сержанта?
     -Ничего. – ответил Келси, -Она беременна. На четвертом месяце.
     Джеймс застывает. Перед глазами упрямо проплывает картина...
     ...Пустая набережная, шум волны и гул военных кораблей. Летающие чайки и не очень яркое солнце. И его жена... она ходит взад и вперед по набережной. Её большой живот дышит морем и тянет вниз. Хочется присесть. Но шаги мерно выхаживают вдоль океана, а глаза смотрят вдаль убегающих волн.
     «Еще немного и пойду домой... еще чуть подожду и все...» - говорит она себе и смотрит на горизонт. Встречаются одинокие прохожие. Они дарят улыбку будущей маме. Думают что ребенку хорошо. Он на свежем воздухе. Ещё там, а уже так много дышит. А она просто ждет мужа с похода...
     Ожидание, это такое счастье...


                Март 2009


Рецензии