Аманда и ее друг-любовник

С Амандой я познакомилась на йоге, в фитнес-студии. Аманда преподавала немецкий язык иностранцам, и она быстро заметила "высокое качество" моего немецкого:

- Ты хорошо говоришь по-немецки! Ты только что использовала сослагательное наклонение в прошедшем времени!

Аманда походила на одну мою бывшую подругу, тоже немку, Катрин, и сначала я заметила их внешнее сходство. Обе они высокие, стройные, обе восхищаются всеми подряд и разговаривают с придыханием - но в немецком языке даже положено придыхать К, П и Т (для удобства можно запомнить слово КАПИТАЛ, в нем имеются все эти согласные), произношение с придыханием производит хорошее впечатление, чуть ли не аристократизма. Представляю: говорить про КАПИТАЛ Карла Маркса и старательно придыхать все К, П и Т.

- Давайте восклицать, друг другом восхищаться! - это пел Окуджава.

И Катрин, и Аманда так и делали: восклицали и восхищались.

Когда начались наши разногласия с Катрин, стала я замечать неискренность ее восклицаний и восхищений. Так, работали мы с ней вместе в одном проекте, и в том институте было несколько африканцев из Конго. С одной девушкой мы были в одной группе. И Катрин так это с тем аристократичным придыханием восклицала, как бы она хотела родиться и вырасти в Конго, потому что тогда знала бы она с детства несколько языков, какие не знает сейчас, или не знает вообще, или знает, но немного: французский, английский и конголезский язык лингала. Я ехидно заметила, что не знала бы тогда Катрин немецкого, и Катрин на полминуты задумалась и с льстивой и восторженной улыбкой воскликнула, что она бы хотела родиться и вырасти в Конго с немецкой киндермэдхен (няней).

И разговаривали мы с парнями из Конго, из другой группы. И Катрин, узнав, что один из них не женат, воскликнула, как жаль, что он неженат, потому что не может Катрин познакомиться с его красавицей женой (за неимением таковой) и потому что все негритянки - красавицы. Парни продолжали вежливо улыбаться и после этой глупости, и даже не сообразили они сказать, что Катрин сама красавица, хоть и не негритянка. И Катрин - вся такая довольная собой и своей ловкой лестью.

Вот и Аманда с фитнеса так же. Правда, она старше, чем Катрин. Аманде на вид лет пятьдесят. Восхищалась Аманда, как и Катрин, не только мной, но и всеми, кем только можно. И тренершей, проводившей гимнастику в бассейне, тоже восхищалась - каким-то образом Аманда углядела в ней самые распрекрасные душевные качества - а углядеть душевные качества в тренерше, скачущей перед нами на краю бассейна, нам, скачущим перед тренершей в воде, сложно; тут уж нужно большое желание. И это желание у Аманды явно имелось, сравнимое с желанием Катрин углядеть красоту в несуществующей жене ее знакомого негра. Оказалось, что та тренерша учится в гумбольдском университете на германистике и специализируется на преподавании немецкого языка как иностранного. И Аманда сообщила мне, что она сама преподает немецкий иностранцам и что она очень рада, что такие прекрасные люди, как та тренерша, продолжат дело ее жизни. А уж тренершами по йоге Аманда и подавно восхищалась. Какие они изящные, душевные и духовные!

Аманда на фитнесе занималась только в воде и на йоге. Она года два назад упала с лестницы-стремянки у себя на кухне - и позвонком о край посудомоечной машины. Еще бы пара миллиметров, сказали ей тогда, и эта травма могла бы кончиться совсем плохо, а так - не совсем плохо, а только позвонок поврежден, и отсюда боли.

Аманда уже до травмы занималась спортом, причем не просто спортом, а престижным - парусным спортом в яхт-клубе на Ваннзее. Когда сразу после травмы она не могла заниматься парусным спортом, то все равно не выходила из клуба. Вступить в тот престижный клуб трудно до невозможности, стоит только выйти, и обратно тебя просто так не примут, придется ждать много лет в длинной очереди жаждущих стать членами престижного яхт-клуба на Ваннзее в Берлине. Когда мы познакомились с Амандой поближе, она рассказала, что в яхт-клубе не так уж весело. Женщины в нем глупы и необразованны, ни с кем из них Аманда не разговаривает на ТЫ, со всеми на ВЫ, и я тут спросила, не коробит ли ее то, что я с ней, с Амандой, на ТЫ. Аманда успокоила меня, ласково похлопав по руке:

- Нет, нет, что ты! Ты - милая.

А мужчин в яхт-клубе меньше, чем женщин, и они нарасхват, к ним не пробиться, и избалованы они женским вниманием.

Кроме яхт-клуба, Аманда еще завсегдатай престижного кафе, где собирается образованная публика: артисты, журналисты. И пишу я это и думаю: с каких пор, интересно, артисты и журналисты считаются чем-то типа элиты? Кажется, они всегда считались богемой, до которой "приличные" люди или снисходили, или опускались. Наверно, среди артистов и журналистов такое же расслоение, как и среди прочих: те, кто печатается, и те, кто играет в дорогих театрах или в кино, - элита, а остальные - богема, или "сцена". Но близких друзей у Аманды и там нет, и тоже она со всеми там на ВЫ.   

Аманда давно разведена, бывший муж давно женат повторно, а их взрослая дочь еще не замужем. И у Аманды друг, врач. Bрачи в Германии - особая, высшая, каста. Мне одна знакомая врачиха рассказывала с удивлением, как воспринимали ее профессию в России. Она в три года была привезена родителями в Германию из России и страшно гордится своей головокружительной - для немцев - карьерой: из грязи и во врачи! - а в России она была прошлым летом, и кому там ни скажет, что она врач, так те реагируют типа: Ах ты, бедняжка! А в Германии - совсем другое дело. Тут даже до сих пор часто в объявлениях о знакомстве при перечислении своих завидных достоинств пишут: сын врача. И я удивлялась, зачем же он пишет, чей он сын, когда ему уже давно пора самому быть чем-то. А мне объясняли, что это намек на будущее неплохое наследство от папы-врача.

Амандин друг, врач, был на шесть лет моложе Аманды, и Аманда этим очень гордилась. Они постоянно писали друг другу эсэмэски, и друг восхищался тем, что пишет Аманда. И сам он был не только врачом, но и писал стихи. И даже выпустил книгу с стихами - такой и врач, и поэт. Bстретились две одинаково тонко чувствующие литературу и поэзию души - Аманда и ее друг. И даже обсуждали они свои эсэмэски друг с другом как литературные произведения.

И как-то сказанула я Аманде, что я тоже "в некотором роде" пишу. И Аманда спросила меня, что именно я пишу, о чем. И я неосторожно сказала, что могу принести дать ей почитать, что я пишу. Аманда, естественно, напугалась, что ей и в самом деле придется читать написанное мной, и постаралась выпутаться из неловкого положения, сказав, что я, должно быть, пишу очень поэтично и романтично, насколько она меня знает. Ну и я не стала ее разубеждать и навязывать ей чтение моих творений.

Примерно год назад Аманда гуляла в лесу, в одном из "лесов" посреди Берлина, в Груневальде. Она шла по дорожке и вдруг - навстречу ей идет ее друг, и идет он не один, а с молодой женщиной. Аманда от неловкости спряталась в кустах, чуть ли не скатилась в кусты с дорожки, и ее друг с незнакомкой прошли мимо нее, беседуя друг с другом. А что они говорили, Аманда не поняла, от волнения или просто не услышала. В тот же вечер Аманда сказала своему другу, что она видела его с другой женщиной, и он стал говорить, что это его знакомая с какого-то конгресса, и неужели бы сама Аманда отказалась бы от прогулки и беседы с симпатичным молодым человеком...  Аманда была потрясена. Ее отношения с другом-врачом продолжались уже шесть лет, и она им гордилась, и никогда ей и в голову не приходило, что он может втайне от нее встречаться для прогулок с другими женщинами. И в течение всех шести лет Аманде приходилось гулять в одиночестве, друг отговаривался от прогулок с ней своей занятостью.

А я в тот вечер встретилась с моим другом и рассказала ему об Аманде, а он сказал сочувственно: Шайссэ! В том смысле, как нехорошо получилось, что Аманда встретила своего друга совершенно случайно с другой женщиной. А попозже я его еще раз спросила, что за девушка на фотографии на стене среди множества других фотографий. Там и мои фотографии, и фотографии его собак в разном возрасте, и фотографии его детей и племянников в разном возрасте, и кузены, и кузины, и даже моя сестра с мужем и ребенком. И про ту фотографию, где он с рыжеволосой девушкой за столиком с кружками пива, я уже спрашивала: Кто это? И он бодро ответил: А это Эстер! - и я тогда была вполне удовлетворена ответом. А тут, под влиянием истории Аманды, посмотрела я на фотографию повнимательнее и спросила, кто такая Эстер. И он рассказал, что они с Эстер познакомились прошлым летом и в настоящий момент обсуждают, не съехаться ли им друг с другом и не жить ли им вместе.

И потом я еще думала: хорошо, что я не расхвасталась Аманде про своего "престижного" друга. Типа "а мой чиновник не хуже твоего врача".   

Недавно встретила Аманду, на йоге. После долгого перерыва йога была для меня трудна и мучительна - очень скучно было мне подолгу неподвижно дышать в одной позе. После йоги подошла я к Аманде. Аманда восторженно и с придыханием рассказала мне, что она основательно обследовалась у всех врачей, и все анализы, и сердце, и печень, и давление у нее,  как у двадцатилетней девушки. А ведь ей уже шестьдесят восемь лет! Тут я очень удивилась. И посмотрела на Аманду уже придирчиво. Пожалуй, руки-ноги у нее тоньше и морщинок на лице и на груди больше, чем у среднестатистической сорокалетней женщины. Хотя - нет, и на руках не висит кожа или мясо как кисель вместо трицепсов, как у многих женщин, и не жилистые у нее руки, как у американской певицы Мадонны в пятьдесят лет. Да и в остальном Аманда хорошо выглядела, сравнимо с пятидесятилетней Мадонной.

Только позвонок тот поврежденный выглядит очень плохо, на рентгеновском снимке. Зато врач сказал, что держится Аманда молодцом. И спросила я, что это значит. А это значит, что Аманда ведет активный образ жизни и не ноет и ни на что не жалуется. И бывший друг Аманды, врач, когда они расставались, сказал ей, что она была хорошей женщиной, с хорошим характером, никогда не ныла и не жаловалась... И хотела Аманда спросить, почему же он тогда не хочет дальше быть с ней, но не спросила.

И опять рассказала она мне, как хорошо было ей с ним. И сейчас хватает ей, в принципе, общения, но общение это не то, что с близким другом. Не хватает ей телесной близости, ласки, прикосновений. Тут Аманда задумалась и вспомнила, что когда они были вместе, друг ее, врач, много работал, и денег у него было немного. А потом работы стало меньше, а денег вдруг стало много, потому что он продал свой праксис. Может быть, поэтому он и расстался с Амандой, решил, что теперь он найдет себе подругу моложе и интереснее. Но и Аманда тоже надеется еще встретить мужчину, которого полюбит, и надеется, что будет опять не одна.

*** Фотография Акселя Маурушата (Axel Mauruszat): 2006-07-24 Берлин, Груневальд.


Рецензии
На это произведение написана 21 рецензия, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.