Часть V. Забыть адмирала! Глава 1

ЗАБЫТЬ АДМИРАЛА!
историческое расследование с размышлениям

Часть V. Забыть адмирала!

       Все мы предпочитаем жизнь смерти, все наши мысли и чувства, естественно, влекут нас к жизни.
       Если ты, не достигнув цели, останешься в живых – ты трус.
       Если же ты умрёшь, не достигнув цели, то, может быть, смерть твоя будет глупой и никчёмной, но зато честь твоя не пострадает.
       Ямамото Цунэтомо.
       «Сокрытое в листве», 1716 г.

       Глава 1.
       Как сложились судьбы некоторых из наших героев, чьи имена нам теперь хорошо знакомы? Кем они были до Петропавловска и что с ними стало потом?
       Второму главнокомандующему объединённой эскадрой, старому французскому адмиралу Огюсту Феврье-Депуанту, который в юности (по его собственным рассказам) был пажом императрицы Жозефины, а с сентября 1853 года по март 1854-го – весьма уважаемым комендантом французских колоний на острове Новая Каледония (которые сам же колонией и объявил), как мы уже знаем, не довелось вернуться домой во Францию. Он скончался на борту своего флагманского фрегата «Форт» в 1855 году, терзаемый тяжёлым физическим и душевным недугом. Во Франции он не забыт: в городе Гиделе есть улица его имени. И не только там, на Новой Каледонии тоже. Также его портрет можно увидеть на открытках, конвертах и почтовых марках.
       Французские лейтенанты Луи-Фредерик де Лакомб, Альфред-Антуан Франсуа Лефевр-Лакав-Лаплань и Жан-Филипп Александр Бурассэ после Петропавловска стали кавалерами ордена Почётного легиона, причём вторые два – посмертно.
       Печальна и судьба Чарлза Аллана Паркера. В феврале 1831 года он – второй лейтенант дивизии морской пехоты в Портсмуте; с 1833 по 1836 год плавал на кораблях Её Величества «Конуэй» и «Пик». В июле 1837 года получил чин первого лейтенанта и был переведён в дивизию морской пехоты в Портсмуте; в 1838-м служил на корабле «Ниагара» на Великих Канадских озёрах, как раз во времена Канадского восстания, там показал себя храбрым командиром и был ранен. Затем был назначен в дивизию в Вулвиче, а с августа 1847 года блестяще служил капитаном в дивизии в Чатхэме. 13 августа 1853 года Паркер получил своё последнее назначение на Тихоокеанскую эскадру, на «Президент», в том же самом капитанском звании, и по праву считался одним из самых бравых английских офицеров.
       На скромной памятной плите в церкви Св. Марии (Госфорт, Камбрия) его безутешная вдова написала, что в 1854 году ему было всего-навсего сорок лет*.
       * Хотя на самом деле сорок один.
       Сразу после гибели Паркера командование морскими пехотинцами принял лейтенант Эдуард Гоф Макколм, который также был тяжело ранен в том бою. Макколму, который принадлежал к военной семье (его брат также служил в Королевской Морской пехоте, а отец был лейтенантом на знаменитом корабле «Дредноут» и участвовал в Трафальгарской битве), повезло больше – он ушёл в отставку в звании майора.
       Ричард Барридж пришёл во флот в сентябре 1808 года, на борт H.M.S. «Скайларк», и плавал в угрюмом Северном море. Там же он служил поочередно ещё на двух кораблях – «Термагант» и «Рэйнбоу». Довелось ему поучаствовать в обороне Сицилии и в отражении нашествия Мюрата в 1810 году; он отважно дрался у берегов Испании и Италии, в том числе и против береговых батарей, он видел падение Генуи в апреле 1814 года. Судьба заносила его в Вест-Индию и на Ньюфаундленд, и снова в Средиземное море – на кораблях «Эск», «Дрэйк» и «Фаэтон». 4 июля 1826 г. он получил чин лейтенанта («Пелорус»), потом попал служить в Индию на корабле «Вулф», а в 1834-м снова был назначен на Средиземное море, на «Портленд» к кэптену Прайсу. В 1838 году Барридж успешно сдал экзамены на командование кораблём и был назначен командиром на «Тандерер», там же в Средиземноморье, а затем служил у мыса Доброй Надежды. В октябре 1843 года «Тандерер» был выведен из боевого состава британского флота, и вместе с ним Барридж ушёл в отставку. В апреле 1845 года он женился на Мэри, вдове купца Джорджа Грина, эсквайра, но ровно через год и десять дней сам овдовел, а ещё через полгода его нашёл чин кэптена вместе с назначением на фрегат Её Величества «Президент», на котором восемь лет спустя он встретил своего старого командира по Средиземке... После событий 1855 года он был назначен командовать «Амфитритой»; в 1864 году, уже в отставке, получил чин контр-адмирала, а скончался в Клэпхэме, графство Сёррэй, в 1871 году.
       Джордж Палмер стал офицером в 1851 году, а лейтенантские эполеты надел в 1853-м, перед самой Крымской войной. Оправившись от полученной в Петропавловске раны, вместе с кэптеном Барриджем он был переведён на шлюп «Амфитрита», затем на корвет «Тринкомали» и закончил Крымскую войну на «Монархе», флагманском корабле контр-адмирала Брюса. В 1855 году ему довелось ещё раз посетить Петропавловск, а вторым русским городом, который он видел, был Аян. Палмер честно служил амбициям своего правительства на «Эдинбурге» и «Прокристе» (в Гибралтаре, уже лейтенантом-коммандером), в 1865-м был назначен инспектирующим офицером Береговой охраны в Рамсгэйте, а ещё через два года – коммандером на «Розарио» в Австралии. В апреле 1870-го стал кэптеном. В октябре 1873 года ушёл в отставку, но в итоге всё же получил чин адмирала. Свои годы он закончил у себя дома в деревушке Хейшотт в Вест-Сассексе, оставив потомкам дневники и письма. Та деревушка до сих пор очень маленькая – даже ещё меньше, чем Килликум.
       Эдуард Маршалл, командир парохода «Вираго», усердно выполнявшего всю черновую работу на эскадре в 1854 году, пришёл во флот 3 января 1829 года. Несколько лет служил в Северной Америке, Вест-Индии и Англии на кораблях «Сапфо» и «Каледония» (это был флагманский корабль сэра Дэвида Майлна). 7 июля 1843 года Маршалл был представлен на лейтенанта, а 29-го был назначен на «Винчестер» – на мыс Доброй Надежды. Затем, в 1845 году, H.M.S. «Конуэй», а через два года – «Нимрод». В 1852 году стал коммандером, а ещё через год получил уже хорошо известную нам «Вираго». После событий 1855 года он два года командовал паровым шлюпом «Девастэйшн» в Портсмуте, а скончался в 1862-м.
       Лейтенант фрегата «Президент» Уильям Джордж Хепбёрн Морган, судя по длинному имени, происходил из знатной семьи, но на флот прибыл волонтёром и честно прошёл свой путь к офицерским эполетам, ухитрившись в одном только 1848 году получить звание младшего лейтенанта и лейтенанта – всего через полгода. Тем не менее, дальнейший карьерный рост Моргану не сопутствовал, и в марте 1868 года он ушёл в отставку коммандером.
       А вот карьера флаг-лейтенанта Эдуарда Генри Ховарда сложилась весьма удачно. Тринадцати лет, в 1845 году, он стал военно-морским кадетом, а в девятнадцать – младшим лейтенантом. Перед самой Крымской войной Ховард получил звание лейтенанта и был назначен к Прайсу флаг-офицером. За какие такие особые заслуги – выяснить, увы, пока не удалось. После ранения в Петропавловске Ховард он был флаг-офицером адмирала Брюса, затем вернулся в Англию, и уже в следующем году участвовал в бомбардировке крепости Свеаборг, за что награждён Медалью Балтики. В 1857 году произведён в коммандеры, в 1864-м – в кэптены. А с сентября 1874 года он стал британским военно-морским атташе в Европе; ещё через четыре года – адъютантом Её Величества Королевы Великобритании. В отставку ушёл в чине контр-адмирала, будучи президентом Национального картографического комитета. Здесь всё, в основном, понятно – Ховард явно тяготел к штабной деятельности, и именно на этом поприще сумел хорошо себя проявить.
       Другое дело – Эллейн Блэнд, который, как мы помним, был старшим офицером фрегата «Пик». Во флот он пришёл в 1832 году и плавал на корабле «Друид», где стал мичманом, а в 1839 году получил чин младшего лейтенанта. На этом же корабле (а затем и на H.M.S. «Экселлент») Блэнд служил в Вест-Индии и Англии, а в 1845-м был назначен лейтенантом на «Рэйсхорс» в Индию. В январе 1846 года он отличился на берегу в управлении огнём батарей при разгроме повстанцев в Новой Зеландии. Потом, как мы знаем, он был первым лейтенантом на «Пике», и был ранен во время штурма Петропавловска; на этом же фрегате участвовал в захвате фортов Пейхо, за что получил Китайскую медаль. В сентябре 1858 года произведён в коммандеры, в сентябре 1873-го ушёл в отставку в чине кэптена.
       Кажется, я знаю, чего ждёшь ты, читатель.
       Вот этот карабкающийся по вантам симпатичный и серьёзный мальчуган – юный моряк сэр Фредерик Уильям Эрскин Николсон, баронет. Он родился 22 апреля 1815 года в семье генерал-майора сэра Уильяма Николсона, баронета, и Мэри, дочери Джона Рассела, эсквайра, внучки знаменитого историка доктора Робертсона. Был отдан в Королевский военно-морской колледж, и в четырнадцать лет пришёл во флот. В 1837 году, когда Прайс уже был в чине кэптена, Николсон получил эполеты лейтенанта. Два года он служил в Лиссабоне на «Тринкуло», потом был назначен на «Блоунд» и направлен в Китай. Хорошо показал себя в мае 1841-го в операциях против Кантона и уже в августе был назначен старшим офицером (чин – коммандер). Там же, в Китае, заслужил право быть аттестованным на командирскую должность, и 14 декабря 1844 года был назначен командовать кораблём «Фэнтом», Средиземноморье, где 12 мая 1846 г. лично командовал разборками с мавританскими пиратами на африканском побережье. Корсары позарились на купеческий бриг «Рут», и состоялся бой – как на море, так и на берегу. Николсон потерял при этом всего девять человек: восемь раненых, включая своего первого лейтенанта, а также был убит мичман Ричард Бойз. Сам баронет получил две пули... ну, скажем так, чуть выше головы и чуть ниже ноги, а ещё ему камнем разбило губы. В результате он был представлен к чину кэптена, возвратился в Англию и находился в отставке на половинном окладе, наслаждаясь мирной жизнью и ореолом бывалого рубаки. В мае 1847 года Николсон женился на Мэри Клементине Мэрлон, единственной дочери эсквайра Джекобса Лоха и внучке кэптена Фрэнсиса Эрскина Лоха... Вообще-то, неплохо: четыре года в лейтенантах и три в коммандерах. За семь лет, минуя чины мичмана и мэйта, вырасти от лейтенанта до кэптена – недурственный служебный рост. Тем более что без особых заслуг. Достаточно ознакомиться с историческими фактами, как легко Британия завоевывала Китай. Ну, и этот бой с мавританскими пиратами, двойное ранение – в шляпу и в левый каблук... Ясно, что не последнюю роль в карьере сыграли известная фамилия, титул баронета и обширные связи в адмиралтействе. Потому что показать себя бравым кэптеном на Тихоокеанском театре военных действий Николсону, как мы знаем, не улыбнулось. Офицерскую шпагу после суда 1854 года ему всё же вернули, но молча, без фразы «Возвращаю вам вашу шпагу и вашу честь» и без добавления слова «сэр». Кроме того, на груди баронета стало очень пусто – совсем как у юного мичмана, попавшего на службу в несчастливое мирное время. Контр-адмиральские эполеты он ждал аж до 1863 года, а потом многое как-то подзабылось, и дальше всё пошло своим чередом: апрель 1870 года – вице-адмирал, январь 1877 года – адмирал, причём к тому времени уже ровно три года Николсон находился в отставке. Больше мне добавить нечего.

       *    *    *
       Очень интересно читать историю британского флота.
       Для примера возьмём относительно современную популярную книгу Роберта Джексона «История Королевских ВМС» (см. список литературы). Сколько грандиозных побед и знаменитых кораблей, великих открытий и приключений! Она пестрит именами – сэр Мартин Фробишер, сэр Фрэнсис Дрэйк, адмирал лорд Худ, адмирал лорд Хок, адмирал лорд Нельсон. Она стреляет гордыми названиями – «Дискавери», «Арк Ройал», «Соверен», «Виктори», «Дюк оф Веллингтон»... Британские корабли исправно бороздили воды всех океанов планеты, решая задачи, продиктованные грандиозными аппетитами короны.
       Но в ней, в этой истории, нет места контр-адмиралу Прайсу.
       Точно так же в ней почему-то нет места линейному кораблю «Ройал Оук», бездарно потерянному Королевским флотом в Скапа-Флоу. О Крымской войне – две строчки, и то лишь как о переходном периоде от паруса к паровой тяге. Про крейсер «Худ», гордо названный в честь адмирала лорда Сэмюэля Худа и погибший в Датском проливе, там есть – но лишь потому что это событие предварило триумфальное потопление немецкого «Бисмарка», а вот про первый крейсер «Худ», потопленный теми же немцами в Первую мировую, мне почему-то не попалось. Равно как и о том, как крейсера и эсминцы в 1942-м бросили на растерзание конвой PQ-17. Зато про громкую победу над «Шарнхорстом» и про избиение «Тирпица» там есть, а вы как думали.
       Оказывается, не любит гордая Британия вспоминать о конфузах своего флота. Ох, не любит. Не хочет она поведать, как обошлись со славным Нельсоном лорды адмиралтейства, нет в книге про это ни слова. Не нравится англичанам рассказывать о бессилии Королевского флота у Одессы и Севастополя, у Колы и Соловков, у Петропавловска и в Де-Кастри. А уж тем паче – о гибели более чем половины эскадры от урагана в Балаклавской бухте. Крымская война, несмотря на победу в Крыму, для британской истории как бельмо на глазу. Так что не нужен ей ни контр-адмирал Прайс, ни кэптен Николсон.

       *    *    *
       О Дэвиде Прайсе осталась только статья в «Словаре Национальной Биографии» и несколько строчек современных историков, где всё одно и то же. И ещё памятная плита в церкви Св. Майкла в деревушке Килликум, поставленная его сестрой и племянницами, на белой шероховатой поверхности которой выбиты печальные строки:
       «Светлой памяти Дэвида Пауэлла Прайса, эсквайра, контр-адмирала Белой эскадры Королевского флота, рыцаря Ордена Освободителя, мирового судьи графства Брекнокшир. Он был вторым сыном Риса Прайса из Булчребанна, в этом же приходе, дворянина, от Анны, дочери покойного Дэвида Пауэлла из Аберсенни, в приходе Дифинок, дворянина. Его военная карьера началась при обстреле Копенгагена в 1801 году, и в течение богатого событиями периода от того дела до всеобщего мира в 1815 году он совершил серию блестящих подвигов, и во всех он проявил умение, храбрость и преданность английского моряка. Как сын, муж, брат или друг он был равно непревзойдён. Он умер, командуя объединённой англо-французской эскадрой у Петропавловска 29 августа 1854 года в возрасте 63 лет».
       И это всё.
       Но зато англичанам есть чем ответить. Это памятники-корабли.
       Кто не знает знаменитую «Катти Сарк», поставленную на вечную стоянку в Гринвиче и ставшую символом мирового парусного флота, пусть так и не сумевшую завоевать корону самого быстрого чайного клипера? Когда на ней случился пожар, это было национальной трагедией (да что там национальной – плакали моряки чуть ли не всего мира). А кто не слышал о «Виктори», флагманском корабле Горацио Нельсона в Трафальгарской битве? Если будете в Англии, можете заехать в Портсмут, взойти на её палубу и тронуть штурвал, освящённый прикосновением рук славного одноглазого адмирала.
       Так же, как и «Тринкомали», да-да, тот самый корвет, который наткнулся в тумане на «Аврору», который заходил в Авачинскую губу в 1855 году в составе эскадры адмирала Брюса, и с которого был произведён обмен пленными. Этот корвет успешно проплавал весь XIX век, после небольшой модернизации был переведён в ранг фрегатов, а сегодня стоит на воде в закрытом доке города Хартлпуля, что на восточном побережье Великобритании. Он полностью готов к отплытию – нужно только развесить по реям паруса, отдать швартовы и открыть ворота дока. Это корабль-музей, и всё на его борту сохранено таким, каким оно было полтораста лет назад. При вращении штурвала поворачивается руль (правда, покрутить вам вряд ли дадут), а на орудийных палубах – станки с покоящимися на них пушками, которые не могут выстрелить лишь потому, что порох в картузах ненастоящий. Таких кораблей-памятников в Англии огромное множество – от яхт до подводных лодок и крейсеров – например, крейсер Второй мировой войны «Белфаст». Британия по привычке считает себя владычицей морей (или тоскует о былом статусе?) и ревностно поддерживает в своих гражданах любовь к флоту – как старинному, так и современному. И будущему.
       Между прочим, американская «Конститьюшн», однотипная с фрегатом «Президент» 1800 года, тоже до сих пор на плаву...
       А ещё в Великобритании есть такая очень интересная штука, которая называется «Navу List» (он же Naval Register) – военно-морские списки. Они составляются и публикуются аж с 1668 года, и благодаря им Королевский флот был абсолютно прозрачен для широкой публики, сиречь для налогоплательщиков. Кто и когда в каком чине на какой корабль назначен и сколько ему платили, куда пошёл этот корабль, что для него было закуплено и почём, огромное множество прочей информации было всегда доступно для любого жителя Соединённого Королевства. Не знаю насчёт того, как обстоят дела сегодня, но не составляет особого труда узнать всё о юном Джонни Кёрклэнде, о котором упоминает в своём письме Джордж Палмер. Эти списки доступны через интернет – а вот попробуйте-ка узнать, сколько рублей получил капитан 2 ранга Михаил Тироль в ноябре-месяце 1854 года или отследить служебный путь офицера, менее известного, чем, скажем, Николай Фесун. В Испании, Франции и многих прочих странах выделяемые военному флоту деньги разворовывались нещадно; в британском же, благодаря «Нэйви лист», был порядок, о котором во многих странах и не мечталось. Эти списки также играли немаловажную роль в популяризации военно-морской службы. Royal Navy был государством в государстве, и у них поистине есть чему поучиться даже сегодня. Уж во всяком случае, гордости за заслуги флота в росте могущества государства – а это каждый корабль и каждый моряк, от сопливого юнги с кровавыми мозолями на ладонях до увешанного орденами седого адмирала. С подтверждённой реальными документами историей.
       Теперь взглянем, чем можем похвастать мы. Ну, «Аврора», понятно, только не тот фрегат «Аврора», а крейсер революции, в своё время не прославившийся при Цусиме. Там же, в Санкт-Петербурге – ботик Петра I (разумеется, современная копия), подводные лодки Д-2 и С-189. Во Владивостоке – «Красный вымпел» и гвардейская подводная лодка С–56, командиром которой, кстати, был Г. И. Щедрин, автор книги «Петропавловский бой». Атомную лодку К-3 «Ленинский Комсомол» вот уже 15 лет собираются переделать в музей, но сложно сказать, когда это будет. И всё. Из парусников – «Штандарт» и «Полтава», но: это современные копии-реплики, более или менее соответствующие. В них не живёт Дух Того Корабля.
       Это сегодня, по состоянию на 2018 год, а при первом издании этой книги не было ни С-189, ни «Полтавы», а внутрь «Декабриста» вообще не пускали, такой вот странный был музей (как там обстоит сейчас – не знаю).
       Да, я вижу, что с мёртвой точки всё же сдвинулось. Будет флотский корабельный музейный комплекс в Кронштадте, он уже начал формироваться и открыт для посещений. Но это капля в море, и заметим: всё в одном городе. В Севастополе нет, на Северах нет, на Тихом океане всего два.
       Старые корабли при Советской власти нещадно ломались и резались повсеместно – кроме тех, которым выпало счастье на время стать её идолами. Так было в начале 60-х прошлого века с трофейной шведской королевской баркой «Хусарен», которая с 1789 года символизировала победу русских над шведами и пережила даже жуткую эпоху военного коммунизма. Примерно в это же время в Казани были сожжены галера «Тверь», построенная в 1767 году для Екатерины II и разъездной катер Павла I (1798 г.). Да что там царские яхты – даже из баркентины с революционным именем «Кропоткин» в 1970-х годах в Севастополе додумались сделать ресторан. Оскорблённый корабль не выдержал такого плевка в душу и вскоре сгорел дотла. А где (ну, например) легендарный лидер «Ташкент», знаменитый советский эсминец, пусть и итальянской постройки?
       Худшие традиции были унаследованы теми, кто пережил распад СССР. Где он, гвардейский крейсер «Варяг» проекта 58, символ нашего ракетного флота времён «холодной войны»? Где «Владивосток», где «Севастополь»? Где старые линейные артиллерийские крейсера проекта 68-бис – «Сенявин», «Дзержинский», «Чапаев», «Нахимов», «Ушаков» и все остальные? Сколько советских и российских адмиралов прошло через их кубрики и орудия главного калибра, но... забыли они о своих курсантских годах. Где наша гордость, весь наш подводный флот от «малюток» до «БДРов»? Где тяжёлые авианесущие крейсера? Список кораблей, криминальным способом проданных за границу на металлолом в 1990-х, огромен и ужасен. Он потрясает. Крейсера, противолодочные и десантные корабли, эсминцы, сторожевики, плавбазы, подводные лодки, знаменитая «звёздная экспедиция» и легендарные разведчики «чарли-чарли-браво», ракетные катера... нам тогда некогда было помнить – одни набивали карманы, другие старались выжить. Остались только фотографии и интернет-форумы ветеранов.
       Мы за копейки (нет, за центы и юани) продавали свою гордость, свой флот, свою историю, а стало быть, самих себя. Давайте вспомним слово, означающее продажу самого себя – оно во все времена было одним и тем же.
       Не проданные на слом корабли валялись на корабельных кладбищах, на всех флотах, рыжие от ржавчины, тоскливо глядя на торжество окружающей жизни пустыми глазницами иллюминаторов своих боевых рубок. Страшное зрелище – умирающий корабль. А у нас агония могла длиться и десятки лет. И наш Флот чуть не умер от самой страшной болезни – от забвения. Оттого, что его не любили, не знали и не помнили. И что творилось с названиями кораблей, которые переименовывались в угоду времени... Да и по сей день лично у меня возникают вопросы.
       Боюсь сглазить, но вижу: что-то изменилось. Есть надежды. Должен быть на Чёрном море новый «Меркурий» и новый «Азов». Смею надеяться и верить, что будут.
       Но состояние памятника торпедному катеру в городе воинской славы Петропавловске-Камчатском однозначно показывает, что мы до сих пор ужасно больны, и что на историю нашего славного Флота нам по-прежнему наплевать.
       К сожалению.


*   *   *
иллюстрация вверху: главная артиллерийская палуба корвета (впоследствии фрегата) «Тринкомали» – Хартлпуль, Великобритания, наши дни.


Рецензии
Ваше историческое расследование с размышлением глубоко содержательно. Труд ценен фактическим материалом, раскрывающим самоотверженный героизм , достойный памяти поколений. В осознании НЕОБХОДИМОСТИ ПОМНИТЬ ( а не просто в понятии память) -главное...Тогда не окажутся заброшенными могилы ни Александра Максутова 2-го, ни Василия Степановича Завойко, ни других:"время безжалостно к могилам - если людям нет дела до них"( Нельзя забывать ГЕРОЕВ!)... Авторская гражданская позиция принципиально честная и в оценке событий, и в оценке проблем, поэтому заслуживает уважение читателя.Произведение имеет художественную, познавательную, воспитательную ценность."Ты уходишь отсюда....богаче, чем был"! Спасибо за достойное творчество! С уважением и пожеланием Удач - Марина Татарская.

Марина Татарская   13.03.2018 13:01     Заявить о нарушении
Спасибо вам за добрый отзыв!
Кстати, в ближайшее время будет дообработана дополнительная информация, позволяющая более точно локализовать место захоронения. Так сказать, "по вновь вскрывшимся обстоятельствам". Надеюсь, к концу апреля внесу необходимые правки.
С уважением - Юрий

Флибустьер -Юрий Росс   09.04.2018 16:13   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.