Выживание

                1
   Олег Петрович Кузнецов проснулся рано утром. Он, как в прошлом человек военный, всегда просыпался рано и, слушая шум машин, непрерывным потоком идущих по трассе, шел собираться на работу. Маленький частный дом, в котором жил Олег со своей женой Людмилой и дочерью Машей, находился рядом с оживленной трассой Москва-Киев в небольшом поселке Киевской области. Но сегодня Олег проснулся совершенно по другой причине – его разбудила тишина. Он лежал не двигаясь на своей кровати и прислушивался. Несмотря на все его усилия, ничего, кроме тиканья часов и дыхания своей жены, он не услышал. Куда делся постоянный шум проезжающих мимо машин, к которому все в поселке давно успели привыкнуть?
На часах, висевших на стене напротив кровати, было ровно восемь. Он посмотрел на жену: Людмила спала так тихо и безмятежно, что не хотелось ее будить. Осторожно поднявшись с кровати, он снял со спинки стула свои вещи и медленно оделся. Олег на цыпочках проскользнул мимо комнаты, где, как маленький ангелочек, спала его шестилетняя дочь, и вышел на крыльцо. Обувь стояла у порога. Во дворе Олег Петрович по привычке прошелся по территории, проверяя, все ли в порядке. Все было как обычно – сарай закрыт, гараж, в котором жил его старенький «жигуленок», тоже. Животных у них не было. Закончив осмотр двора, Кузнецов открыл калитку и вышел на улицу. Небо было чистым, ярко-синим, лишь тоненькие желтые облачка проплывали где-то вдалеке.
Его дом стоял в десяти метрах от широкого асфальтового полотна трассы. Выйдя за калитку, Олег Петрович уставился дорогу. Она была абсолютно безжизненной. Не веря своим глазам, Кузнецов вышел на трассу и посмотрел в обе стороны. Хотя видимость была отличная – на километры вперед, дорога была пуста. На ней не было ни души.
«Что же случилось?» – спросил сам себя Олег. Обычно даже в главный национальный праздник Украины – День независимости – трасса была оживлена, а сегодня все просто вымерло. Он постоял несколько минут, пытаясь услышать вой сирен пожарных расчетов или простое гудение машин, но, так ничего и не услышав, развернулся и пошел к соседнему дому, хозяина которого звали Максим. Это был старый товарищ Олега, который тоже обычно поднимался рано, хотя и был всю жизнь гражданским. Кузнецов постучал в окно. Никто не отозвался. Выждав минуту, он постучал снова, на этот раз громче, – безрезультатно.
– Вы что, все с ума посходили? – крикнул Олег, вернувшись к своей калитке. Оказавшись дома, он обнаружил, что Людмила уже проснулась и оделась (очевидно, тоже интуитивно почувствовав непорядок). Она была на кухне и уже ставила на плиту чайник.
– Ну что там? – спросила она.
– Бред какой-то. Никого нет, ни машин, ни людей. Некрасовых, и то нету. А они всегда рано поднимаются. Может, сегодня праздник какой-то? – сказал Олег, садясь за стол.
– Нет, обычный понедельник, десятое июля.
Олег Петрович растерянно развел руками:
– Тогда я ничего не понимаю.
– А может, ЧП какое случилось? Или война? Всех эвакуировали, а нас забыли предупредить? – предположила Людмила. На ее обычно спокойном лице читалась тревога.
– Бред, – уверенно сказал Олег Петрович. – Я сам двадцать лет служил и знаю, что такое невозможно в современных условиях. Сейчас не сорок первый год, кругом радио, телевидение, Интернет, журналисты, в конце концов. Нет, никакое крупное ЧП незамеченным не останется. Кстати, включи радио.
Кузнецова осторожно, с некоторой опаской, достала миниатюрный радиоприемник Samsung и включила частоту, которую они всегда слушали. Былая уверенность Олега в невозможности крупных бедствий в современное время сильно пошатнулась, когда вместо бодрого голоса ди-джея из динамика приемника послышались треск и прерывистые завывания.
– Попробуй другой канал, – сказал Олег.
Ситуация не изменилась и после прощелкивания всех известных им радиостанций. Супруги молча переглянулись.
Олег снова прошел в спальню и, несколько мгновений порывшись в шкафу у окна, достал из него небольшую шкатулку. Открыв ее, он извлек оттуда начищенный и пахнущий ружейным маслом ПМ с именной надписью на стволе: «Кузнецову О.П. от друзей из ВДВ». В коробочке также лежали две обоймы. Олег взял одну и, вставив ее в пистолет, вернулся на кухню.
– Куда направляешься? – спросила жена.
– Пойду по округе пройдусь, посмотрю. Может, и случилось чего. Ты на всякий случай разбуди Машу, – сказал Олег Петрович.
***
Поселок вымер. Олег Петрович прошелся по нему вдоль и поперек, стучался в дома, звал людей, но все было безрезультатно. Всегда рассуждающий логично, Кузнецов находился в полнейшей растерянности. Если действительно случилось ЧП, почему не предупредили их? Эвакуация – это вам не игра в прятки, там обычно участвуют и милиция, и МЧС, и прочие властные структуры, такое утаить невозможно. «Что же могло случиться? – думал Кузнецов. – Атака террористов? А где тогда были грохот выстрелов и крики жертв? Почему все строения и здания в поселке стоят нетронутыми?»
Как ни старался, ответов на эти вопросы он не нашел, зато, занятый их решением, вышел к местному продуктовому магазину. Магазином было небольшое одноэтажное здание, по размерам едва превосходившее сарай Олега Петровича. Над дверью красовалась старая, поблекшая вывеска «Продукты».
В единственном на весь поселок лабазе трудился старый друг Олега Петровича – Виктор Синицын, попросту говоря, Витек. Он был человеком состоятельным, одновременно являясь хозяином магазинчика, сам торговал в нем, лишь изредка доверяя это ответственное дело своему семнадцатилетнему сыну. Посмотрев на часы, Олег направился к двери магазинчика. Было уже девять, а Синицын обычно открывал свой магазин без пяти. Недолго думая Кузнецов потянул ручку двери на себя и зашел внутрь.
В магазинчике царил полумрак, окна были зашторены. Осторожно осмотревшись, Олег сразу же заприметил очертания своего старого друга. Витек стоял за прилавком, как и всегда, вот только на этот раз стоял спиной, что-то сосредоточенно разглядывая на стеллажах с продуктами.
– Эй, Витек! – позвал его Олег. – Ну хорошо хоть тебя нашел. Куда все подевались?
Друг не ответил ему, и Олег подошел ближе.
Синицын продолжал молча рассматривать стеллажи с чипсами, шоколадками, растворимым картофельным пюре и прочими нехитрыми товарами.
– Вите-е-ек! – громко позвал его Олег Петрович. – Ты что, не слышишь меня?
Наконец тот услышал и медленно повернулся к Олегу.
Вместо того чтобы протянуть другу руку, Олег Петрович застыл как вкопанный, уставившись на Витька. «Мля!» – только и смог проговорить он. Это был не Виктор Синицын, вернее, не совсем он – какая-то насмешливо-жуткая карикатура. Перекошенное лицо с обвисшими мышцами, голова немного набок, руки безвольно свисали двумя плетьми.
Существо начало выбираться из-за прилавка.
– Не подходи, – сказал, Олег, оцепенело смотря на своего бывшего друга.
Зомби тем временем сделал первый шаг навстречу Кузнецову.
Усилием воли выйдя из оцепенения, Олег Петрович отпрыгнул назад и вытащил пистолет.
– Стоять! – рявкнул Кузнецов.
Зомби продолжал, старательно перебирая одеревеневшими ногами, приближаться к своей жертве. Раздался выстрел. Монстр вздрогнул, из раны на животе слабо потекла тоненькая струйка темной крови. Надолго это его не остановило. Существо, некогда бывшее Кузнецову другом, снова перло прямо на него. Следующий выстрел пришелся в голову. Зомби гулко плюхнулся на пол и затих.
– Фу! – громко выдохнул Олег, вытирая холодный пот со лба.
Только теперь он осознал, что стрелял в своего друга, у которого остался несовершеннолетний сын. Подойдя к телу, неподвижно лежащему на полу, Кузнецов перевернул его. Существо, которое он застрелил, назвать Виктором, да и вообще человеком, было трудно.
– Да что же такое происходит?! – закричал Олег.
Внезапно, как бы ответом на его вопрос, с улицы донеслись истошные вопли и стоны. Подойдя к окну, Кузнецов отодвинул штору. То, что он увидел, заставило его похолодеть.
Мертвый несколько минут назад поселок ожил. Только на улицы вышли не привычные и знакомые Олегу Петровичу жители, а зомби, похожие на убитое им существо.
«Людмила! Маша!!!» – словно выстрел, прозвучало в голове Кузнецова.
Забыв об опасности, Олег Петрович выскочил из магазина и пулей бросился домой. По пути его пытались остановить живые мертвецы, но Олег легко уворачивался и расталкивал их, решив зря не тратить пули. Мысленно он благодарил судьбу за то, что она сделала его ветераном ВДВ, а не штабной крысой с обвислым брюхом и одышкой. Высокий рост, хорошая спортивная форма и обилие опасных ситуаций на службе сделали его подготовленным почти к любой опасности. И сейчас, в свои сорок лет, Олег Петрович бегал еще достаточно резво, чтобы дать фору даже молодым людям, не говоря уже о гниющих мешках плоти – зомби. До своего дома Олег Петрович добежал за десять минут, при этом оторвавшись от преследования живых трупов.
Опрометью влетев в дом, Олег застал свою жену и дочь мирно завтракающими на кухне. На столе стоял заварочный чайник, на большой тарелке было разложено печенье. Мария, единственная дочь Олега, белокурая шестилетняя девочка в сиреневом платьице, похожая на свою мать, спокойно пила чай. Кузнецов облегченно вздохнул – его семья пока была в безопасности. Увидев запыхавшегося Олега с пистолетом в руках, Людмила побледнела и встала из-за стола.
– Что случилось? – встревожилась она.
Вместо ответа Кузнецов побежал в спальню. Когда Людмила пришла следом, он уже паковал чемодан, выбирая из шкафа наиболее ценное.
– Да что произошло?!
– Некогда объяснять! – прикрикнул на нее Олег. – Давай помогай! Нужно собрать все самое необходимое. Мы срочно уходим отсюда.
– Уходим… – повторила Людмила, не осознавая смысл этого слова.
– Да, и быстро! Документы наши я уже положил, запасную обойму забрал тоже. Давай на кухню, заверни чего-нибудь из еды, и побыстрей!
Несмотря на отсутствие объяснений, Людмила послушалась и побежала на кухню. Она прекрасно знала, что ее муж – человек уравновешенный и слов на ветер не бросает, поэтому беспрекословно стала собирать продукты. Быстро наполнила термос горячим чаем, завернула в тряпицу полбуханки хлеба, что оставалась на кухне, достала из холодильника головку сыра, кусочек копченой колбасы и положила все это добро в большую корзину, накрыв сверху полотенцем. Со стороны все выглядело так, словно она готовилась к семейному пикнику, вот только слишком уж торопливо.
– Лекарства взять не забудь! – послышался из спальни голос Олега.
Снова кинувшись к холодильнику, Людмила достала небольшую сумочку с лекарствами и бросила ее в корзину. Внезапно из спальни донесся резкий звук разбитого стекла, а вслед за ним – два хлопка пистолетного выстрела. У Людмилы сжалось сердце. Маша, испуганно наблюдавшая за происходящим, заплакала и прижалась к маме.
На кухню вбежал Олег с озверелым взглядом и бледным лицом. В одной руке он держал раздувшийся от вещей чемодан, в другой дымился пистолет.
– Быстро к машине! Мы уезжаем! – от волнения голос Олега сел и стал скрипучим.
Людмила, никогда не видевшая своего мужа в таком состоянии, взяв за руку дочь, быстро вышла во двор. Олег пошел следом, прикрывая тылы.
– Открывай ворота! – сказал Олег Петрович, держа под прицелом вход в дом.
Вдруг со стороны соседского забора послышался треск, и старые доски начали расходиться. В образовавшуюся дыру протиснулась голова соседки – жены Максима Некрасова. Да вот только от соседки мало чего осталось – глаза ввалились, кожа потемнела, нижняя челюсть была перекошена. Людмила с Машей дико закричали, а в этот момент из их дома во двор выбежал сам Максим, внешне полностью идентичный своей супруге.
– На улицу! – закричал Олег.
Семейство Кузнецовых выбежало на улицу. Там стоял такой шум, что им даже показалось, что на трассу вернулись машины. Выйдя на асфальтовое полотно, они поняли, что ошиблись. По трассе Москва-Киев от центральной части поселка шла дружная толпа живых мертвецов. Они с лихвой компенсировали отсутствие машин – шумели и шипели так, словно по дороге двигалась автоколонна дальнобойщиков.
– Что же это? – дрожащим голосом спросила Людмила, прикрыв дочери глаза рукой.
– Нужно покинуть поселок! – вместо ответа сказал Кузнецов.
Взяв Машу на руки, Людмила вместе с мужем побежала в сторону леса.

                2
  Отдышаться они смогли, только когда поселок остался позади, а вокруг появились высокие деревья. Зомби отстали от них, когда они только покидали поселок, а от него до леса было не меньше трех километров. Из всего семейства не устала только Маша, которая все опасные минуты провела на руках у мамы. Девочке помогало еще и то, что у Кузнецовых был очень сильный характер, это передалось и дочери. Любой ребенок, оказавшийся на месте Маши, был бы в шоковом состоянии, но она была абсолютно спокойна. Как только Людмила опустила дочь на землю, та как ни в чем не бывало начала осматриваться вокруг и, присев на траву, разглядывала лесные цветы.
– Что теперь? – спросила Люда мужа.
Олег Петрович поставил чемодан на землю и, устало привалившись спиной к дереву, закрыл глаза.
– Очевидно, ты была права насчет ЧП. Вероятно, что-то случилось. Экстренное, ни на что не похожее.
– Например?
– В самых лучших традициях американских ужастиков, – сказал Олег Петрович. – Нашествие инопланетян, секретный вирус, массовое сокращение рабочих мест… Выбирай любой вариант, это теперь ничего не изменит.
– Почему же уцелели мы?
– Не знаю, – буркнул в ответ Олег.
– Наши соседи, друзья, знакомые… Их лица были… – начала Людмила.
– Не думай об этом, – оборвал ее Олег. – Ты лучше подумай о Маше. Ради ее благополучия мы оба должны оставаться в здравом уме. Ведь еще неизвестно, что ждет нас дальше.
Людмила кивнула.
– Что дальше? Ты уже что-то придумал?
– А что тут думать, – сказал Олег. – И так все ясно. Нам нужно попасть в райцентр. Там нам окажут помощь.
– Думаешь, они знают, что здесь произошло? – спросила Люда.
– Не думаю, что потерю целого поселка и превращение его жителей в смертельно опасных тварей можно скрыть.
– До него двенадцать километров. Мы пойдем туда пешком?
– А ты хочешь вернуться за машиной? – спросил Олег.
Люда потупила взгляд.
– Вот и я об этом, – тяжело вздохнул Олег. – По моим расчетам, пищи и воды нам хватит на три дня, но придется экономить... Все, хватит лясы точить, пойдем.
На этот раз они пошли не торопясь, экономя силы. Кузнецовы отлично знали этот лес, как и все окрестности, поэтому заблудиться они не боялись. Олег Петрович шел впереди, держа наготове ПМ, его женщины – следом. Он прекрасно понимал: если что-то ужасное случилось с жителями его поселка, значит, почти наверняка это случилось с кем-нибудь еще, например, с местными животными. Эти края соседствовали с Чернобыльским национальным заповедником, и сюда частенько забегали зверушки оттуда, кабаны например. Олег сам любил охоту и при удобном случае с удовольствием отстреливал радиоактивных хрюшек и волков. А после всего увиденного в поселке он и думать боялся, как могут выглядеть измененные заповедные звери.
Лес в этих краях не был густым, но все деревья – лиственными, поэтому, хотя пройти можно было свободно, видимость не была полной. В лесу преобладали осины и дубы, кое-где встречались клены. Мягко ступая по подстилке из опавших листьев, семья продвигалась вперед. Олег Петрович хорошо знал, куда нужно идти, сам частенько любил здесь гулять, ходил сюда за грибами, да и просто любоваться красотой природы. Сейчас Кузнецов с опаской смотрел вокруг: он заметил, что, чем больше они углубляются в лес, тем больше природа теряет свой прежний вид. Куда пропали красота и гостеприимность леса? Почему больше не слышно пения птиц? На эти вопросы Олег ответить не мог. Вроде бы все осталось по-прежнему, но что-то изменилось. Едва уловимое, неосязаемое – атмосфера леса стала другой. В каждой веточке, в каждом листочке царила напряженность, которой раньше Олег никогда не чувствовал. Что конкретно случилось, Олег не знал, но в одном был уверен – ему это не нравится.
После часа пути Маша начала хныкать и жаловаться на усталость. Олег решил устроить привал. Расстелив полотенце на покрытой листвой земле, Людмила усадила дочь и разложила содержимое корзинки. Люда и Олег уселись на корточки рядом.
Припасов было негусто, поэтому рацион Олега и Людмилы состоял сегодня из маленьких бутербродиков и пары глотков воды, но для дочки ничего не жалели. Хотя Кузнецов и не ел до этого весь день, он решил сегодня больше не тратить припасов: неизвестно, что еще может случиться впереди.
– Наелась? – обратилась к дочери Люда.
– Да, – сказала Маша.
– Собирай еду и пойдем дальше, – сказал Олег Петрович.
Снова уложив все припасы в корзину, Людмила потянулась за полотенцем, но Маша не захотела вставать.
– Доча, вставай, пора идти, – ласково сказала Людмила.
– Не хочу, – заупрямилась девочка.
– Почему?
– Мне здесь хорошо, – ответила дочка.
– Дочь, сейчас не время капризничать, слушайся маму, – строго сказал Олег.
Маша подобрала с земли камень и разозленно кинула его в сторону.
– Это что такое?! – возмутился Олег Петрович. – Ну-ка вставай, а то схлопочешь!
Дочь испуганно поднялась с полотенца.
– Сейчас нам не до твоих капризов! – сказал Олег Петрович. – Если еще раз…
Людмила остановила гневную тираду мужа и указала куда-то рукой. Увидев испуганное лицо жены, Олег одним быстрым движением выхватил ПМ из кармана брюк и обернулся.
Никаких ужасных созданий там не было, но то, что он увидел, потрясло его не меньше.
Камень, который кинула Маша, висел в воздухе и быстро крутился вокруг своей оси.
– Что за… – промолвил Олег Петрович.
В ту же секунду камень вдруг взорвался, обдав его гранитной крошкой. От неожиданности Олег упал на спину.
– Олег! – вскричала Люда и бросилась к нему.
– Я в порядке, – заверил ее Кузнецов, поднимаясь. – Оставайтесь на своих местах.
Он осторожно сделал несколько шагов к тому месту, где взорвался камень. Зачерпнув горсть земли, он метнул ее туда. Метрах в шести от Олега образовался миниатюрный смерч высотой метра в два. С шипением земля покружилась несколько секунд и разлетелась во все стороны.
Обкидав границы невидимой ловушки землей, Олег Петрович осторожно повел своих вперед. С этого момента он стал постоянно проверять дорогу и заставил семью идти след в след во избежание подобных напастей. Несколько раз таким образом Олег Петрович спасал жизнь себе и своим близким, выявляя новые ловушки. Постепенно он научился делать это и без прокидывания. Например, если он видел, что камень слишком глубоко вдавлен в землю или один из концов лежащей на земле палки странно приподнят – значит, впереди новая невидимая западня.
Благодаря стараниям Кузнецова день прошел благополучно. Когда начало вечереть, Олег решил остановить путешествие и готовиться к ночлегу. После всего увиденного сегодня он не захотел располагаться на земле – мало ли что может приключиться, тем более ночью и в неизвестно почему изменившемся лесу. Для ночлега он выбрал высокий дуб с толстыми раскидистыми ветвями. Самая нижняя ветвь была на двух с небольшим метровой высоте. Поблагодарив Всевышнего за то, что во время торопливого сбора вещей при бегстве из дома он не забыл взять моток толстой веревки, Олег Петрович полез наверх.
Выбрав самые подходящие для ночлега места, он привязал один конец веревки к ветви, а другой сбросил вниз. Сначала переправил наверх все вещи – Людмила обвязывала их веревкой, а Олег поднимал. Затем она, посадив дочку на шею, поднялась сама. Прежде чем заснуть, Кузнецов крепко привязал своих женщин к дереву, чтобы они ненароком не свалились во сне вниз. На него самого веревки не хватило, но Олег сумел удобно устроиться на трех растущих рядом ветвях.
– Сколько, по-твоему, мы прошли сегодня? – спросила Люда.
– По-моему, километра три, не больше, – предположил он. – Из-за того, что теперь приходится постоянно проверять дорогу, мы тратим в два раза больше времени, чем могли бы.
– Как думаешь, скоро придет помощь? – спросила Люда.
– Помощь? – не понял Олег.
– Ну да, военные, МЧС, вертолеты. Ведь на то, что здесь творится, просто невозможно махнуть рукой.
– Надеюсь, что скоро, – тяжело вздохнул Олег Петрович. – Ладно, спи давай. Нам нужны все наши силы, ведь завтра будет новый день…

                3
  Ночь прошла спокойно, ничто не потревожило сон семейства Кузнецовых, и с первыми лучами солнца все пробудились. Олег Петрович, прежде чем спуститься с дерева, на всякий случай обкидал пространство вокруг желудями, растущими на том же дубе. Удостоверившись, что внизу не угрожает опасность, глава семейства первым слез с дерева. Приняв вещи, которые спустила с дерева Людмила, он благополучно переправил вниз жену и дочь.
Позавтракав все в том же экономичном режиме, они снова отправились в путь. На этот раз двигались в темпе, Олег Петрович привычно обкидывал пространство впереди в поисках ловушек, женщины молча шли позади. Где-то через час лес стал редеть, и вскоре они вышли к большому полю. Всего пару дней назад на этих полях трудились их земляки, теперь здесь царила тишина, только ветер шуршал, колыша пшеничные колоски. Вдалеке за этими полями зеленела полоска лесной посадки, сразу за ней был районный центр, куда и направлялось семейство Кузнецовых.
– Нам надо туда, – сказал Олег Петрович, указав рукой на посадку. – За посадкой город.
Спорить с этим никто не стал.
Но прежде чем они смогли отойти от леса на десяток метров, внезапно недалеко раздался многоголосый собачий лай. После лесной тиши этот звук был таким неожиданным, что Кузнецовы чуть не подпрыгнули на месте.
– Откуда это? – прошептал Олег Петрович.
– Оттуда, – указала Люда на запад, – по-моему…
Вскоре лай повторился снова, вслед за ним и вой. Звук доносился с запада и быстро приближался. Через мгновение им открылось жуткое зрелище. Примерно в полутора километрах от них из леса выбежала одинокая фигура. Это был мужчина в синих джинсах и светлой футболке. Он дико кричал и изо всех сил бежал вперед. Видно было, что человек изможден и бежит уже долго. Еще через мгновение из той же части леса бурым потоком выскочили собаки и бросились за ним вдогонку. Обычные с виду собаки – дворняги, только все как одна крупные, размером с овчарку, и их было много, не меньше двадцати. Оглянувшись на бегу и увидев настигающих его зверей, человек припустил еще сильнее.
– Он бежит в нашу сторону, – сделал вывод Олег Петрович, крепко сжав в руках ПМ.
– Давайте поможем дяде, – сказала Маша.
Людмила вопросительно посмотрела на мужа.
– Если бы патронов было больше или собак меньше, помог бы, – тяжело вздохнул Олег. – А сейчас пригнитесь и спрячьтесь в пшеницу, чтобы он нас не заметил и не привел стаю прямо сюда.
Вскоре поле огласил дикий крик – собаки настигли свою жертву. Маша хотела было закричать, но Люда зажала девочке рот. Псы навалились на человека всеми сразу и быстро прикончили несчастного, его крики прекратились, вместо них теперь слышались утробный рык собак и звук рвущейся одежды. Кузнецов поморщился. В другое время и в другой ситуации он бы непременно помог бедолаге, даже под угрозой собственной жизни. Но сейчас в опасности оказалась его семья – единственные в мире люди, которых он любил больше жизни. И ради их блага он был готов на все.
– Быстро, пока псы заняты, нам нужно обойти их, – прошептал Олег Петрович. – За мной.
Пригнувшись, стараясь не слишком возвышаться над колосьями пшеницы, Кузнецовы начали удаляться от обезумевшей своры. Олег Петрович понимал, что одного трупа такой большой стае хватит от силы минут на пять, а потом они снова обратят свое внимание на окружающий мир. Осторожно пробираясь по полю, стараясь не шуметь, Олег вел свое семейство в сторону райцентра. Он знал, что только там была единственная надежда на спасение. Метр за метром, шаг за шагом, все дальше были они от ужасных монстров и ближе к спасению, Олег уже начал успокаиваться, как вдруг тишину взорвал пронзительный крик его дочери.
Кровь похолодела в его жилах, спина под рубашкой стала влажной. Сняв пистолет с предохранителя, Олег обернулся. Маша наткнулась на скелет. Обглоданные, еще свежие, с ошметками мяса, человеческие кости лежали на земле, сокрытые пшеничными колосьями. Людмила тоже ужаснулась, но сдержалась от крика и закрыла рот дочери, но было уже поздно. Где-то позади раздался веселый собачий лай.
– Вот черт! – сказал Олег Петрович. – Бежим!!!
Подхватив Машу на руки, Людмила бросилась вперед, Олег побежал следом, готовясь в любой момент прикрыть женщин. Лай все приближался. Вот уже в десяти метрах от них показалась первая собачья морда. Олег видел ее мельком, оглядываясь на бегу, ему показалось, что у собаки не было глаз. Он выстрелил. Мимо. В последний момент собака отскочила в сторону, увернувшись от пули.
«Что за черт?!» – ужаснулся Кузнецов.
В этот момент Людмила, бежавшая впереди, споткнулась и с дочерью на руках упала на землю. Олег подбежал к ним и замер с пистолетом наготове.
– Скорее в сторону леса, я их задержу! – сказал он. Но было уже поздно, стая настигла их.
Выстрелив, не целясь, Олег, к удивлению для себя, попал. Коричневая, изъеденная лишаями туша пса свалилась в пяти метрах от него. Людмила и Маша прижались к Олегу – дочь свернулась калачиком у самых ног отца, а Люда, вооружившись чемоданом, заслонила ее.
«Пах-пах-пах» – раздавались выстрелы. Кузнецов снял еще двух псин, бросившихся в атаку. Собаки, получив отпор, изменили тактику: они стали носиться вокруг семейства кругами, время от времени пытаясь напасть с разных сторон. Пару раз они заходили со спины, но Людмила умело отбивалась от них чемоданом, а Олег расстреливал в упор.
Одна обойма уже опустела. Быстро вставив последнюю, Олег тяжело вздохнул. Только пять псин валялись на поле лапами кверху, оставалась еще дюжина, которая вполне могла прикончить их. Вот псы снова попробовали кинуться в атаку, на этот раз сразу пятеро и со всех сторон. Двоих Кузнецов уложил без проволочки, третий оказался проворнее и от одной пули увернулся, но тут же получил другую и затих в паре шагов от человека. Двое других одновременно напали сзади, на самое слабое звено в обороне – Людмилу. Женщина закрылась чемоданом, но твари с двух сторон вцепились в него и начали тащить на себя. Через секунду с сухим треском чемодан раскрылся, и его содержимое вывалилось наружу. Обернувшись, Олег из пистолета уложил нападавших, но как раз в этот момент, почуяв слабину, на него кинулся матерый пес. Олег Петрович оглянулся лишь в последний момент, когда зверь уже был в прыжке, но выстрелить все-таки успел. Туша свалилась на него сверху, сбив с ног. Сбросив с себя мертвую собаку, Кузнецов одним прыжком поднялся. Псов оставалось еще с десяток, а вот патронов в пистолете уже не было.
«Вот, похоже, и все, – подумал Кузнецов. – Ну ничего, сам здесь лягу, но Люду с Машей я вам не отдам!!!»
Взяв в правую руку пистолет рукояткой вперед, словно молоток, Олег приготовился к последнему бою.
– Идите сюда, идите, – приговаривал он.
В этот момент, почуяв, что бояться больше нечего, собаки разом перешли в атаку. Десять быстрых тел разом взмыли воздух, готовясь порвать глотки и насладиться свежей плотью.
Олег Петрович, не ожидавший такого, закрыл собой жену и дочь...

                4
    Тяжелый и звонкий треск рассек воздух и эхом прокатился по полю. Через мгновение он возобновился вновь и не прекращался секунд десять, прежде чем снова все затихло.
Кузнецов открыл глаза. Первое, что он увидел, было синее небо и лицо склонившегося над ним мужчины в камуфляжной форме. Мужчина был моложе его лет на десять, а также еще выше и крупней. Олег закрыл глаза и открыл их снова. Нет, это был не мираж. Это было настоящее человеческое лицо.
Попытавшись подняться, Олег ощутил острую боль в руке.
– Тихо, тихо, не так быстро, – сказало склонившийся над ним человек. – Экономь силы.
– Помоги подняться, – сказал Олег Петрович.
Парень подал ему руку, и Кузнецов, опершись на нее, поднялся. Перед Олегом Петровичем предстало поле недавней битвы. Пшеница была примята на круге примерно метров десять в диаметре. С высоты птичьего полета могло бы показаться, что здесь, на поле, совершил посадку легендарный НЛО, о чем так любит писать желтая пресса.
Повсюду были раскиданы трупы собак. У Кузнецова сжалось сердце – в эпицентре этого круга неподвижно лежали Людмила с Машей. С виду они были в порядке. Над женщинами склонились двое мужчин в камуфляже, еще двое ходили по полю и рассматривали мертвых собак. Все эти люди были вооружены автоматами, на поясах виднелись кобуры с пистолетами. Забыв обо всем, Олег Петрович подбежал к своим родным. Склонившись над женщинами, он пощупал пульс – обе были живы.
– Не волнуйтесь, они в порядке, – заверил его один из бойцов, – нисколько не пострадали, только в обмороке. Я вколол успокаивающий нервную систему раствор, через несколько минут они придут в себя.
Олег облегченно вздохнул.
– Кто вы? – спросил Кузнецов, обратив, наконец, внимание на незнакомцев.
На бойцов регулярной армии они не были похожи – ни погон, ни нашивок с эмблемой флага. «Может быть, спецназ или еще что-то в этом роде…» – думал Олег Петрович.
– Вам повезло, что остались в живых, – сказал вояка, который помог ему встать. – Мы подоспели в самый последний момент. Хорошо вы их проредили в одиночку. Уважаю. А от вас вообще животину пришлось отдирать. Даже мертвая, она так в вас вцепилась, что челюсти пришлось прикладом разжимать.
Только сейчас Олег обратил внимание на свою правую руку – предплечье было перебинтовано. Рука побаливала, но терпимо.
– Не беспокойтесь, мы сделали вам обеззараживающую инъекцию, а также ввели новую вакцину от бешенства. Так что сорок уколов в пупок вам не понадобятся, – усмехнулся боец. – Да, кстати, меня зовут Калаш, я командир группы. Тех, кто сейчас наблюдает за вашими женщинами, – Танкист и Игла. Танкист – что слева, Игла – справа. А вот этих парней, что изучают сейчас результаты вашего «семейного пикничка», – Винт и Трепач.
– Очень приятно. Меня зовут Олег Петрович. Вы не ответили, кто вы.
– Да уж, – тяжело вздохнул Калаш. – Мы неофициальное подразделение министерства обороны. Себя называем сталкерами. Это все, что вам нужно знать.
– Как? – не понял Олег. – Сталкерами? Вроде фильм такой раньше был.
– Да был, тока я его не смотрел, книжку вот читал, тока кто написал – не помню, – сказал Калаш.
– Ясно, – сказал Олег Петрович. – Слушайте, бойцы, может, поможете нам с семьей добраться до райцентра, а?
Калаш поморщился:
– Вы туда направлялись?
– Да, а что? – насторожился Кузнецов.
– А то, что нету райцентра больше. Мы через него сюда шли. Без оружия туда лучше не соваться – зомби и аномалиями там просто кишит.
Олег Петрович так и застыл, не зная, что сказать.
– Что же вообще случилось? – спросил он. – Откуда все это, почему и как?
– Вот это мне с ребятами и предстоит выяснить. Пока знаем только, что вся эта гадость пришла со стороны Чернобыльского национального заповедника.
– Чернобыль? – повторил Олег Петрович. – Я так и знал, что это место еще напомнит о себе…
– Безопасный периметр установили только в десяти километрах от райцентра, – сказал боец.
– А как же нам-то быть? – спросил Олег. Сейчас, впервые за последние дни, он ощутил настоящий, сковывающий тело и отравляющий душу страх.
– Хороший вопрос, – задумался Калаш. – Мы вообще не предполагали, что внутри периметра могут быть живые, да и задачи перед нами другие стоят. Ну, по моим прикидкам, два варианта есть. Первый – мы даем вам оружие, делимся припасами, медикаментами и объясняем кратчайший путь до периметра. Второй – вы идете с нами, вглубь зоны оцепления. Мы выполняем свою миссию, а потом, когда за нами прилетит вертолет, забираем вас с собой. Ну, вам конечно подписку предстоит черкнуть о неразглашении. Я видел ваш наградной пистолет, думаю, у вас с этим проблем не будет, а, десантура?
Олег Петрович только кивнул. Все его мысли были заняты выбором из этих двух зол. После всего, что он видел за последние дни, он почти полностью утратил веру в свою способность в безопасности довести свою семью до периметра. А если районный центр и правда превратился в подобие его поселка, из которого он с семьей еле спасся, то думать о том, чтобы в одиночку защитить семью, было глупо. С другой стороны, углубляться в недра зараженной территории было еще большей глупостью, даже под прикрытием спецназовцев.
– Слушай, так нельзя, – обратился Олег к Калашу. – У меня здесь ребенок. Его нужно эвакуировать из зоны немедленно.
– Дружище, – строго сказал Калаш, – у нас есть приказ, а в сестры милосердия ни я, ни мои ребята не нанимались. У тебя отличный и вполне честный выбор – либо бери оружие и проваливай, либо иди с нами и не путайся под ногами.
С минуту Олег и Калаш сверлили друг друга глазами, но Олег вскоре поколебался и отвел взгляд. Он, как человек военный, прекрасно понимал, что Калаш был прав. Приказ есть приказ, особенно в частях специального назначения. Придется выбирать из двух зол меньшее.
– Мы пойдем с вами, – решил Кузнецов.
Командир отряда сталкеров согласно кивнул и направился к своим бойцам.
В это время Люда и Маша начали подавать признаки жизни. Забыв обо всем, Олег бросился к ним.

                5
  День под прикрытием отряда сталкеров прошел для семьи Кузнецовых спокойно. Группа направилась на юго-запад, то есть почти возвращалась к мертвому поселку, проходя мимо него и двигаясь дальше. Сталкеры шли этаким пятиугольником – трое бойцов во главе с Калашом впереди, двое на расстоянии нескольких метров прикрывали тылы. Кузнецовых поставили в центр пятиугольника, чтобы в случае угрозы защитить их. Командир отряда щедро выделил Олегу две новых обоймы к его «макарову», так что в случае необходимости тот мог поддержать отряд огнем.
Группа шла быстро, не останавливаясь. Экономило время, прежде всего, то, что вместо прокладывания дороги постоянным пробрасыванием камнями или землей сталкеры пользовались специальным прибором, который звуковым сигналом предупреждал, если на пути появлялись ловушки, или, как их называл Калаш, аномалии. За весь день им никто встретился, только где-то вдалеке пару раз слышался холодящий кровь вой. На вопрос Олега, что это, сталкеры только пожимали плечами. Вообще за все время они лишь изредка отвечали на вопросы Олега Петровича, а сами разговор не начинали.
К вечеру, когда Калаш объявил привал, группа уже успела оставить мертвый поселок далеко позади. На ночлег расположились в том же лесу, где вчера ночевали Кузнецовы. Бойцы развели костер и расстелили спальники вокруг него. Калаш отдал свой спальник Людмиле с Машей и первым пошел в дозор. Олег Петрович вызвался дежурить вместе с ним.
Ночь выдалась звездная, светила полная луна и в округе все было тихо. Свежий ночной воздух очень бодрил. Вот и сейчас, стоя в карауле, Олег Петрович с наслаждением дышал полной грудью. Конечно, не забывал он и поглядывать по сторонам, держа наготове свой ПМ. Дежурить договорились по двое – для небольшого лагеря этого было вполне достаточно. В округе все было тихо, казалось, будто и нет никакой опасности, а все, что случилось за прошедшие дни, – дурной сон. Но после всего пережитого Олег знал, что это иллюзия и все может измениться в один миг.
Он не торопясь прохаживался возле лагеря, всматриваясь в темноту леса, готовый в любую минуту поднять тревогу. Спать ему, конечно, хотелось, организм после пережитых стрессов требовал восстановления сил, но Олег понимал, что сейчас в лагере среди сталкеров – его жена и дочь, и ради их безопасности надо потерпеть. К тому же первая вахта – самая лучшая, подежуришь час с лишним – и вся ночь твоя.
– Не спится? – тихо сказал Калаш за спиной Кузнецова.
Олег обернулся. Перед ним стоял командир сталкеров, положив руки на старый автомат АК-47, висящий на ремне. Как бывалый вояка, Кузнецов оценивающе посмотрел на оружие. Скорее всего, это был самый первый серийный вариант «Калашникова», образца 1947 года. Скорострельность у него, конечно, была не очень, зато калибр – 7,62 мм – был куда приличнее современных 5,45-миллиметровых модификаций. Поскольку у его товарищей-сталкеров были АН-94, то, вполне возможно, прозвище Калаш пошло именно отсюда.
– Я смотрю, вы крепкие ребята, – сказал Калаш, указав в сторону Людмилы и Машы. Женщины тихо спали, завернувшись в спальный мешок. – Спят так беззаботно, крепко, словно у себя дома, а не в зоне поражения.
– Они сильные, – сказал Олег.
Сталкер понимающе промолчал.
– Бывал в горячих точках? – спросил Калаш, взглядом указав на наградной ПМ Кузнецова.
Кузнецов кивнул.
– Вот и пригодился боевой опыт, – сказал сталкер.
– Я этому не рад.
– Так и я тоже, но что ж поделать.
Несколько минут они молчали, всматриваясь в ночную темноту. Все было спокойно.
– Слушай, а тебя Калашом прозвали из-за автомата? – спросил Олег Петрович.
Сталкер улыбнулся:
– Ага, это типа талисман такой. Как-то пару лет назад накрыли группу незаконных торговцев оружием, среди самых разных валын, и новых и старых, был раздолбанный, почти никакой АК-47. Я забрал его себе, наши умельцы его восстановили и официально закрепили за мной. Уж не знаю, почему я выбрал его, а не крутой новый ствол, как-то по сердцу пришелся, что ли. С тех пор так и приросло ко мне прозвище это.
– Далеко еще до вашего пункта назначения? – спросил Олег Петрович.
– Не очень, завтра к вечеру будем там. Как задание выполним, так по рации вызовем вертолет, он нас всех и заберет отсюда.
– Но радио здесь не работает, – сказал Олег Петрович. – Перед тем как уйти из поселка, мы пробовали, включали приемник, но толку не было.
Сталкер поморщился.
– Ну, у нас особенные рации, последних моделей, связь напрямую со спутником, – объяснил Калаш.
– Со спутником, говоришь? – переспросил Олег.
– Ну да. Ладно, ты тут следи за всем, а я пойду спать. Утомился что-то.
Глядя за тем, как Калаш уходит, Олег Петрович только покачал головой.
«Что-то здесь нечисто», – подумал он.

***
Новый день для Кузнецова начался после того, как окончивший свое дежурство боец разбудил всех. С наслаждением потянувшись, Олег Петрович вдохнул свежий лесной воздух и блаженно улыбнулся. Он чувствовал себя очень хорошо, хотя проспал немногим более пяти часов. Поднявшись, Олег еще раз потянулся, разминая затекшие части тела. Его жена с дочкой также проснулись бодрыми.
Только небо, серое, затянутое тяжелыми грозовыми тучами, не внушало оптимизма.
– Скоро пойдет дождь, будет тяжело идти, – сообщил Кузнецов сталкерам.
– Не-а, глубоко в зоне всегда так, – ответил Трепач.
«Всегда так… – повторил про себя Кузнецов. – Они же говорили, что им самим ничего не известно». От хорошего настроения Олега Петровича не осталось и следа.
После завтрака все вновь отправились в путь.
Двигались так же быстро, как и вчера. Впереди шел Танкист, технарь отряда, проверяя путь детектором аномалий. Олег Петрович пытался говорить с ним, спрашивал, откуда у него такой прибор, но вместо задушевной беседы получал короткие рубленые фразы: «Откуда надо», «Это секретная информация» и т.п. Олег догадался, откуда у него такое прозвище – сам по себе Танкист был крупным мужиком и неразговорчивым, а голос у него басистый, чуть приглушенный. Получалось что-то типа «глухо, как в танке». Вообще, в отряде никто особо разговорчивым не был, за исключением Трепача. С этим сталкером было все понятно, прозвище свое он получил заслуженно, однако дураком он не был. Трепач охотно беседовал на самые разные темы, не касающиеся зоны поражения, особенно часто общался с Людмилой, чем вызывал недовольство Кузнецова. Его жена была очень красивой женщиной, стройная, светловолосая, и Кузнецов поневоле начал ревновать.
– Не нравятся мне они, – шепотом говорил он жене, когда сталкеры удалялись вперед.
– Да ладно тебе, – отмахивалась Людмила. – Они спасли нам жизнь и скоро выведут отсюда, а ты вместо благодарности чем-то недоволен.
– За то, что спасли жизнь, – спасибо им, но что будет дальше, я не знаю, – сказал Олег Петрович.
– Ты думаешь, они нас могут бросить здесь? – спросила Людмила. Маша, идущая рядом с ней, испуганно посмотрела на отца.
– Не знаю. Не волнуйтесь понапрасну, но и будьте начеку.
Время от времени сталкер Игла, медик отряда, интересовался здоровьем Кузнецовых. К счастью, никаких осложнений не было ни у кого. Калаш и Винт хранили молчание, иногда обмениваясь жестами. Они шли во главе группы, рядом с Танкистом, а Игла с Трепачем замыкали. К полудню, по прикидкам Олега, они успели отдалиться от мертвого поселка километров на десять. Лес в этих местах становился гуще, и темп продвижения отряда замедлился. Когда Танкист остановил группу, солнце было в зените.
– Ну наконец-то привал, – обрадовалась Людмила.
– Не похоже на то, – сказал Олег.
– Дальше идти нельзя, – сказал Танкист. – Впереди мощный аномальный фронт.
Все как по команде уставились вперед. На первый взгляд там не было ничего – обычные деревья, но это только на первый. Присмотревшись, Олег Петрович увидел легкое колебание воздуха над землей. Как будто марево, еле заметное, от горячего воздуха.
– Обойти можно? – спросил Калаш.
–Думаю, да, но это займет время, не меньше двух часов, – сказал Технарь. – Можно пойти на восток, сделать петлю и обойти участок.
– Тогда вперед, привала до этого не будет, – скомандовал Калаш.
Все нехотя пошли прочь от опасного сектора. Только Трепач продолжал всматриваться вдаль.
– Не отставать! – крикнул ему Калаш.
– Иду уже, – откликнулся сталкер.
Подняв с земли камень, он, размахнувшись, что есть силы швырнул его в марево аномалии.
Внезапно длинный столб пламени вырвался из ниоткуда метрах в десяти от сталкера и ушел вверх, прямо в крону ближайшего дерева. Листья вспыхнули, как порох, и пламя в считанные секунды охватило ствол и ветки. Вслед за первым огненным столбом в воздух взвился второй, за ним третий, четвертый, и через минуту лес впереди запылал.
– Да ты охренел!!! – взревел Калаш.
– Э, ну… – раскрыл рот от удивления Трепач.
Калаш в два прыжка оказался возле своего болтливого соратника и крепко зарядил ему прямым в челюсть. Трепач был здоровым мужиком, но удар Калаша свалил его с ног.
– Еще раз нарушишь дисциплину – живым домой не вернешься, понял? – зло сказал командир.
Олег Петрович не интересовался разборками бойцов, он с опаской наблюдал, как огонь в лесу распространяется все быстрее. Людмила крепко прижала дочь к себе. Остальные сталкеры не вмешивались в дела командира и Трепача.
Трепач поднялся на ноги, сплюнул кровью, вытер рукой разбитую губу и пошел было на своего командира. В последний момент он почему-то остановился, посмотрел на своих боевых товарищей и сказал:
– Извини, командир, не повторится.
Еще несколько мгновений они буравили друг друга взглядами, но потом Калаш смягчился:
– Давай вперед, Трепач, займи свое место в группе.
Огонь тем временем начал перекидываться на ближайшие деревья и траву.
– Бежим! – крикнул Олег Петрович.
Он взял дочь на руки и побежал вместе со всеми. Отряд помчался в восточном направлении. Ведущим был Танкист, который на бегу проверял путь своей электроникой, от него теперь зависели жизни всех. Огонь все наступал, перекидываясь с одного дерева на другое.
«Ветер – враг наш. Пока он дует в нашу сторону, нам не спастись!» – думал Олег Петрович.
– Может, отступим и вызовем вертолет? – предложил он командиру сталкеров. – В этот раз все равно вы задачу не выполните.
– Нет, – коротко ответил Калаш.
В этот момент впереди, метрах в десяти, из леса выскочила большая черная собака, точно такая же, как и напавшие на Кузнецовых в поле. За ней – еще одна, и еще. Собаки, не замечая людей, неслись куда-то в направлении мертвого поселка. Все остановились и вскинули было оружие, но Калаш запретил стрелять.
– Не будем им мешать, – прошептал он.
Калаш был прав, это гон: зверье неслось со всех ног, спасаясь от огня, обезумев от страха. В такой момент лучше не попадаться им на пути и не привлекать их внимание, иначе страх обернется яростью.
Подождав, пока последняя псина унеслась прочь, Калаш дал команду двигаться дальше:
– Мы должны обойти аномалии и выйти к объекту до темна.
– Это уж точно, похоже, здесь и ночью светло будет, – процедил Трепач, кивнув на огонь позади.
Калаш метнул на своего соратника злобный взгляд, и тот сразу замолчал. Группа лавировала между плотными рядами деревьев. Сзади дышала жаром стихия и время от времени слышались визг и предсмертные стоны каких-то тварей, не успевших спастись от огня.
Вскоре Танкист повернул группу в южном направлении – таким образом, получалась та самая петля, с помощью которой Калаш хотел обойти аномальный фронт. По идее, все должно было быть правильно, но планы сталкеров нарушил неистовый визг, и Винт внезапно взлетел в воздух метра на три и ударился о ствол ближайшего дерева. Откуда-то сбоку, из гущи кустарника и молодых деревьев, выскочила здоровая чушка, вслед за ней еще и еще.
«Кабаны! – удивился Олег Петрович. – Таких никогда не видел!»
Омерзительные мутанты, каждый размером чуть больше теленка, с четырьмя огромными клыками, в разные стороны торчащими из пасти – их было восемь, четыре взрослые особи, две поменьше, очевидно, самки, и два поросенка. Они так же, как и собаки, спасались от стихии, но вот только теперь люди стояли на их пути.
Без всяких команд группа бросилась врассыпную, пропуская разъяренных животных вперед. Олег Петрович быстро увел своих женщин подальше и велел им прятаться за толстым стволом большого дуба. Потеряв людей из вида, первая зверюга, атаковавшая Винта, который до сих пор лежал без движения, вдруг резко остановилась, разворачиваясь на месте со значительным заносом, словно тяжелый внедорожник. Наметив себе новую цель – Олега Петровича, – кабан пошел в атаку. Его собратья поступили точно так же.
Сталкеры встретили мутантов дружным огнем из автоматов. Как ни странно, первые очереди не скосили животных, как должны были бы, а только разъярили.
Олег, видя всю тщетность усилий сталкеров, решил применить другую тактику. Вместо того чтобы убегать от кабана, он побежал прямо на него и, когда до зверюги оставались считанные метры, резко подпрыгнул. Как в лучших традициях комедийных боевиков, он оседлал мутанта, только задом наперед. Почуяв, что на спине появился ездок, кабан начал брыкаться, пытаясь сбросить обнаглевшего человека. Олег понимал, что если упадет, зверюга растопчет его, и изо всех сил вцепился тому в бока. Получилось что-то вроде родео.
Сталкеры тем временем смогли завалить двоих мутантов, еще один, раненый, убежал прочь, уводя за собой самок и молодняк. Бойцы решили было помочь Кузнецову, да только стрелять никто не решился – уж очень резво скакал кабан, был риск попасть в ездока. Сталкерам оставалось только наблюдать за бешеной свистопляской.
От диких выкрутасов монстра голова у Олега пошла кругом и начало подташнивать. «Пора с этим заканчивать!» – подумал он и, держась одной рукой, другой сумел достать пистолет. Наведя ПМ прямо в бок твари, Олег выстрелил в упор. Кабан дико завизжал и еще сильнее закружился на месте. Выстрелив еще два раза, Кузнецов понял, что толк от этого небольшой. Тогда он сделал невообразимое – потянулся вперед, рискуя свалиться прямо под задние ноги монстра, и, засунув ствол ПМ прямо в задний проход кабана, нажал на спуск. Тварь завалилась на бок, и Олег наконец-то очутился на твердой земле. Но радоваться было рано – огонь был уже рядом с ними. Подняв раненого Винта и забрав Людмилу с Машей, группа вновь помчалась вперед.

                6
  Хотя силы уже были на исходе, группа смогла оторваться от пожара, вернее, пожар оторвался от них. Ветер к концу дня переменился и дул уже в противоположную от людей сторону, поэтому Калаш приказал устроить небольшой привал. Лес в этих местах начал редеть, окрестности стали лучше видны, поэтому и неожиданностей от местной фауны ждать не приходилось. Во время получасового перерыва люди немного отдохнули и смогли обработать раны Винта. Кабан-мутант сломал ему два ребра, но бронежилет сталкера принял на себя основную силу удара могучих клыков зверя, и открытых ран на теле не было. Игла наложил тугую круговую повязку ему на грудь и вколол обезболивающее.
– Смеркается, – сказал Олег Петрович, вглядываясь в небесную свинцовую мглу. – Еще пару часов – и будет совсем темно.
– Не боись, – сказал Калаш, – до нашей цели осталось идти не больше часа.
Трепач, вызвавший огненный хаос, едва не прикончивший всю группу, молчал все время привала. Людмила пыталась морально поддержать сталкера разговорами. Трепач лишь благодарно улыбался, но своей прежней активности не проявлял. Невдалеке над лесом возвышался густой столб черного дыма – пожар продолжал свою разрушительную работу, очищая окрестности от всего живого.
А Олег Петрович не отходил от своей дочери. С умилением и восхищением он думал о том, что Маша, несмотря на пережитые ужасы сегодняшнего и прошедших дней, не проявила и намека на слабость. Да, она кричала от страха при появлении опасностей, она плакала, когда сегодня ее папу чуть не разорвал кабан-мутант, но там, где любой другой ребенок впал бы в шоковое состояние и повредился бы слабеньким еще рассудком, Маша сохраняла удивительное спокойствие. Сейчас, когда Олег Петрович прижимал ее к себе и гладил по голове, девочка была так же спокойна, как дома.
«Сильная девочка у меня растет!» – подумал Кузнецов.
Тем временем прошло отведенное на перерыв время, и Калаш снова поднял группу в путь.
Шли медленно, Игла помогал Винту, который самостоятельно передвигался с трудом, поэтому, случись что сейчас, идти быстрее не получилось бы. Но, к счастью, обошлось без сюрпризов. Когда солнце только-только спряталось за горизонт, группа вышла к обветшалому двухэтажному зданию, и Калаш торжественно объявил, что это и есть их цель.
Олег Петрович припоминал этот дом. Только когда он видел его последний раз, а это было месяца два назад, тот выглядел иначе. Одинокое строение было очень хорошо отремонтировано, и вокруг него по периметру стоял крепкий металлический забор. Несколько раз туда приезжали и уезжали дорогие джипы. Среди жителей поселка это место и вызывало интерес, и отбивало охоту узнать о нем побольше. Ходили слухи, что кто-то из столичных богачей построил это здание для своей фирмы, а в лесу – чтобы не отвлекал городской шум. Теперь это место изменилось до неузнаваемости, а от металлического забора даже следов не осталось.
– Так это был объект военных? – спросил Кузнецов.
– Да, – сказал Калаш.
– Что ж там было?
– А вот это вам знать не положено, – сказал командир сталкеров.
Калаш приказал своим людям проверить дом, а сам остался с раненым Винтом и Кузнецовыми снаружи. Голый дверной проем без двери раньше был парадным входом. Быстро вбежав туда, выставив вперед стволы автоматов, Танкист, Игла и Трепач скрылись из виду. Все время, пока они оставались внутри, Калаш, Олег Петрович и Винт держали наготове оружие, всматриваясь в темный дверной проем. Людмила с дочерью стояли за их спинами. Напряжение спало, только когда из окна второго этажа высунулся Трепач и сообщил, что все чисто.
***
Внутри здания царил хаос: повсюду валялись обломки офисной мебели, обрывки каких-то документов. Олег Петрович поднял один лист и прочитал: «Акт приема и сдачи продукции». Смяв его, он бросил листок обратно на пол.
– Да уж, если что-то и было здесь, то теперь один мусор остался, – сказал Кузнецов, обращаясь к сталкерам. – Уж не за ним ли вы сюда пришли?
– Зачем мы сюда пришли – дело наше, – сказал Калаш. – Ты и твоя семья можете не беспокоиться, наша миссия почти завершена, завтра мы кое-что здесь проверим, и для вас этот кошмар останется позади.
«Очень надеюсь», – подумал Олег.
На ночлег расположились на втором этаже здания. Здесь было наиболее прилично, в одной из больших комнат даже сохранился длинный кожаный диван, на котором, видимо, размещались важные гости в ожидании хозяина этого здания. Также сохранилась пара стандартных офисных стульев. Диван в этот раз решено было уступить раненому Винту, а Людмила с Машей устроились на стульях. Электричество в здании отсутствовало, а костер решили не разжигать. Да и свет в одиноком здании посреди леса мог только навлечь лишние неприятности на их головы. На часах Калаш приказал стоять Танкисту, присоединиться к нему решил Кузнецов.
Первая пара часов прошла спокойно, снаружи уже была непроглядная темень. Танкист с Олегом договорились о порядке дежурства. Сталкер контролирует второй этаж, прохаживаясь по территории и наблюдая из окон, а Олег Петрович остается на первом, охраняя вход в здание. Кузнецов понимал, что на первом этаже может быть опаснее, и разумнее было бы поставить туда автоматчика, но любопытство взяло верх, и он решил изучить здание. Под предлогом патрулирования он исследовал каждую комнату на первом этаже. Их было всего три. В одной, примыкавшей к входу в здание, вероятно, было что-то вроде проходной, на полу даже осталось место от вертушки, две другие были чем-то вроде кабинетов. Закончив осмотр этажа и не обнаружив ничего интересного, Олег решил выйти наружу и обойти здание по периметру.
Снаружи накрапывал небольшой дождик, что было очень хорошо, поскольку могло наконец-то утихомирить бушующую невдалеке стихию. Последствия пожара ощущались и здесь – в воздухе пахло гарью. Олег Петрович медленно двигался по периметру здания. В округе все было спокойно, никакого шума, воя или еще чего-либо настораживающего. Обойдя одну стену и повернув за угол, он увидел небольшое сооружение – сложенная из бетонных плит коробка, размером чуть больше деревенского сортира, стояла метрах в десяти от двухэтажного здания. Внутри нее чернел пустой дверной проем, рядом с которым лежала сорванная с петель железная дверь. Держа ПМ наготове, Олег осторожно приблизился к постройке. Это был не сортир, а вход в какой-то подвал или что-то вроде этого. Каменные ступени лестницы круто уходили вниз и исчезали во тьме. Оттуда веяло холодом, а от черной зияющей пустоты по спине бежали мурашки. Отпрянув от проема, Кузнецов обратил внимание на дверь, лежащую рядом. Толстая и тяжелая железная дверь была сорвана с петель. Их остатки виднелись на бетонном строении – они были выворочены наружу.
«Значит, дверь вынесли изнутри, – сделал вывод Олег Петрович. – На взрыв вроде не похоже – иначе бы пострадали бетонные плиты. Что же за сила смогла такое сделать? А если эта сила все еще там…»
Отпрянув от двери, Олег, не отводя взгляда от входа в подземелье, медленно попятился в сторону двухэтажного здания. Когда его спина уперлась в кирпичную стену, он опомнился и быстро зашагал вперед. Вернувшись на второй этаж, Кузнецов подошел к Танкисту:
– Слушай, там снаружи какое-то подземелье есть. Вернее, я точно не знаю, может, просто подвал какой, но вход в него рядом с этим зданием. Там еще дверь рядом лежит, вывороченная изнутри.
На Танкиста особого эффекта слова Кузнецова не произвели, он спокойно выслушал его и лишь вопросительно посмотрел.
– Может, надо Калаша разбудить? – сказал Олег Петрович.
– Не надо его будить, – уверенно сказал сталкер. – Он и так об этом знает.
Олег Петрович уставился на Танкиста:
– А, так именно там находится ваша цель?
Сталкер кивнул.
– А чего же вы ждете и сейчас туда не лезете? – спросил Олег.
– Рассвета ждем, – ответил Танкист. – Как утро наступит, так сразу и пойдем.
Тут на диване зашевелился Винт. Морщась от боли, он поднялся и зашагал к лестнице.
– Ты чего, подежурить захотел? – спросил Танкист своего товарища.
Не дойдя пары шагов до лестницы, Винт обернулся и состроил недовольную гримасу:
– По нужде надо выйти. Или ты захотел мне помочь?
Танкист показал ему средний палец и собрался было сказать что-то скабрезное, как вдруг выражение его лица резко изменилось. Олег Петрович, наблюдавший за этой сценой, также побледнел, уставившись за спину раненого сталкера.
– Чего это с вами? – не понял Винт.
За спиной сталкера, переливаясь и мерцая, возникли призрачные очертания огромного существа – ростом больше двух метров и шириной около одного. Существо появилось бесшумно, словно привидение, и заняло весь дверной проем.
Винт, почуяв неладное, быстро обернулся и уставился на диковинное создание, но удивиться он не успел. Тварь взмахнула огромной когтистой лапой, и голова сталкера отлетела на середину комнаты, забрызгивая все вокруг кровью. В момент удара тварь обрела реальные черты, и на месте призрачного существа появилось огромное черное создание, с кривыми лапами и щупальцами в нижней части черепа.
Когда голова Винта, покинув тело, упала на пол, кровь попала на спящих рядом с проходом Людмилу и Машу. Они тот час же проснулись и дико закричали, увидев монстра. С мест повскакивали спавшие сталкеры и тут же взялись за оружие, но выстрелить никто не успел. Монстр, почуяв угрозу, одним быстрым движением схватил самую неопасную, по его оценке, жертву и выбежал с ней из комнаты, снова становясь почти невидимым. Этой жертвой, конечно, стала Маша. Все произошло очень быстро, поэтому она поняла, что произошло, когда тварь уже выбежала из комнаты. С первого этажа здания раздался протяжный крик девочки.
Внутри у Олега Петровича все похолодело. Весь мир в одночасье пошатнулся для него. Смыслу его жизни, любимой и единственной дочери, угрожала опасность. Забыв обо всем на свете, Олег бросился в погоню за тварью. Следом побежала Людмила, а за ней – сталкеры. Выбежав на улицу, Олег не раздумывая бросился к входу в подземелье. Почему-то он был уверен, что появившаяся так неожиданно тварь пришла именно оттуда.
Добежав до бетонной коробки, Олег Петрович остановился. Несколько мгновений он молчал, вслушиваясь и всматриваясь в непроглядную черноту подземелья. Сзади подбежали жена и сталкеры.
– Она там? – спросила Людмила.
Олег Петрович не ответил.
Внезапно откуда-то из глубины донеся тоненький крик Маши. Не раздумывая ни секунды, Олег побежал вниз по лестнице и скрылся во тьме.

                7
   Казалось, лестница никогда не закончится. Олег Петрович насчитал уже десять пролетов. За ним шли Трепач и Танкист, которых Калаш любезно выделил в помощь Кузнецову. Они освещали путь фонариками, закрепленными под стволами автоматов. Танкист из осторожности продолжал проверять путь детектором, но пока ничего странного не обнаружил. Наконец луч фонаря выхватил из темноты окончание лестницы и кусок бетонного пола. Все трое как по команде замерли, прислушиваясь. Кругом царила гробовая тишина.
– Я насчитал тридцать метров, – прошептал Танкист. – Мы на глубине тридцати метров под землей.
– Вы знаете план подземелья? – спросил Олег у сталкеров.
– Только поверхностно, – сказал Трепач. – Мы раньше здесь никогда не были.
– Большое оно? – спросил Олег Петрович.
– Три подземных уровня, расположенных один над другим, – сказал Танкист. – Каждый уровень – это сеть лабораторий и служебных помещений общей площадью в один квадратный километр.
Олег Петрович выдохнул:
– Ну вы и понастроили, ребята, дерьма всякого. Лучше бы детских садов и школ побольше.
Сталкеры промолчали в ответ.
Не говоря больше ни слова, Олег Петрович спустился с лестницы и пошел вперед, держа наготове свой «макаров». Внутри был настоящий военный бункер, какие обычно показывают в американских фантастических боевиках. Здесь были и узкие бетонные коридоры, и тяжелые металлические двери, часть из которых была выломана, и разбитые компьютеры последних моделей. Местами из стен и с потолка торчали обрывки кабелей, которые время от времени испускали снопы искр, в воздухе висел тяжелый неприятный запах жженых проводов. На полу валялись обрывки документов и разбитое стекло.
Кое-где даже сохранилось освещение, лампы аварийного света еще работали на неповрежденных консолях и участках стен. Танкист и Трепач теперь шли впереди Олега, методично осматривая каждое помещение, прежде чем перейти дальше. Оно и понятно – сталкеры хоть как-то знали это место, да и вооружение у них получше, чем у Кузнецова. Если снова появится эта тварь, то ее лучше будет встретить огнем из двух автоматов, чем одним ПМом.
– Маша! – прокричал Олег. – Отзовись!!!
Слова Олега Петровича гулким эхом пронеслись по уровню и, отталкиваясь от стен, вернулись обратно укороченными обрывками. Все трое сразу замерли, прислушиваясь. Ответом на зов была тишина. Троица двинулась дальше по уровню. Бойцам стали попадаться тела ранее работавших здесь людей. В одной из комнат лежала верхняя половина тела, на котором сохранились остатки белого лабораторного халата, нижней его части нигде не было видно. Далее, прямо на полу в коридоре, лежал обглоданный скелет без каких-либо остатков одежды.
– Да уж, кто-то здесь изрядно повеселился, – ухмыльнулся Трепач.
Танкист и Олег косо посмотрели на сталкера.
– Да ладно, я же шучу, – сказал Трепач.
Переглянувшись, Танкист с Олегом пошли по коридорам. Осторожно продвигаясь дальше и дальше, методично проверяя каждое помещение, они вышли в просторный зал, сплошь уставленный столами с компьютерами. Несмотря на общую разруху подземного комплекса, это помещение почти не пострадало. Здесь было электричество, и некоторые машины еще работали, о чем говорили включенные системные блоки и мигающие кнопки на мониторах. Все компьютеры были связаны между собой кабелями, уходящими в стены. Видимо, где-то в подземелье существовал единый центральный компьютер, местный сервер, куда сходилась информация со всех машин в этом комплексе. Танкист и Трепач, кивнув друг другу, сели за работающие компьютеры и застучали по клавиатурам. На экранах мониторов пошли длинные ряды цифр и непонятных символов. Олег Петрович вопросительно посмотрел на них:
– Мне нужно отыскать свою дочь!
Сталкеры словно не слышали его.
– Эй, ребята, мне нужна ваша помощь! – настаивал Олег.
Трепач повернулся к нему:
– Мы и помогаем. Сейчас разберемся с компами и точно определим, есть ли здесь живые люди.
– Так вы этим сейчас занимаетесь? – успокоился Кузнецов.
Вместо ответа Трепач снова уставился на монитор. Танкист достал из кармана какое-то устройство и, нагнувшись, подключил его к системному блоку под столом, после чего снова стал выстукивать на клавиатуре барабанную дробь. Олег Петрович, наблюдавший за ними, не был специалистом по компьютерам, но что-то он, конечно, понимал. Он не раз пользовался компьютерами на службе, когда надо было распечатать документы или зайти в Интернет. Но то, что делали сейчас сталкеры, не было похоже на помощь, о которой они говорили. Скорее, они делали что-то свое, возможно, то, ради чего пришли сюда, и, судя по всему, на судьбу Маши им было глубоко наплевать. Простучав по клавишам очередную дробь, Танкист вытащил из системного блока свое устройство – им оказался небольшой черный цилиндр с USB-входом, похожий на флэшкарту. Сразу после этого аварийный свет мигнул и все работающие компьютеры отключились.
– Что это было? – спросил Кузнецов.
Сталкеры молча поднялись из-за столов.
– Теперь пошли назад, – сказал Трепач. – Здесь нам больше нечего делать.
– То есть как?! – не понял Кузнецов.
– Так, – сказал Танкист. – Мы выполнили свою задачу здесь, теперь пришло время эвакуироваться. Как обещали, мы заберем с собой твою жену и тебя.
– А Маша??? – ошарашенно сказал Олег Петрович.
– Посмотри правде в глаза, нету ее больше, – ответил Трепач. – Та тварь никого в живых не оставляет.
– И мы не собираемся рисковать своей шкурой ради твоей обезьянки, – сказал Танкист.
Олег Петрович вскинул пистолет и направил его точно в лоб сталкера.
Трепач в ответ нацелил свой «Абакан» на Олега.
Внезапно откуда-то снизу, из-под пола, послышался шум. Он нарастал с каждой секундой – беспорядочный гомон детских голосов, какой бывает в начальной школе после звонка на перемену.
– Что это? – спросил Трепач, продолжая целиться в Кузнецова.
– Без понятия, – отозвался Танкист. – Но думаю, нам лучше убраться отсюда.
Совет запоздал. Из коридоров необследованной части комплекса вывалилась толпа отвратительных сморщенных карликов в бесформенных балахонах, расползающихся от ветхости. Сталкеры и Олег Петрович разом, как по команде, развернулись и открыли огонь по шумной толпе. Автоматные очереди в полутьме эффектно полыхнули огненным дождем, и с десяток гротескных фигур в балахонах превратилась в окровавленный фарш. ПМ Кузнецова тоже бил не переставая, отправляя в небытие одного карлика за другим. Толпа все напирала, пополняясь новыми бойцами из темных коридоров подземной базы. Сталкеры с Олегом стали отступать назад, пытаясь вернуться к лестнице, ведущей на поверхность. Кузнецов, несмотря на опасность, очень не хотел возвращаться пустым, но прекрасно понимал, что мертвым он едва ли сможет спасти свою дочь. Внезапно его дилемма разрешилась сама собой. Со стороны спасительной лестницы вдруг также послышался зловещий гомон карликов. Люди замерли в нерешительности. Из ближайшего коридора вдруг вылетел кирпич и размозжил голову Трепачу – брызги крови вперемешку с мозгами полетели во все стороны. Прежде чем Танкист с Олегом смогли что-то понять, со всех сторон разом выскочила бушующая толпа карликов и, словно лавина, накрыла людей.
***
Рассвело. Дождь прекратился, и через свинцовую пелену туч проступило солнце. Калаш, Игла и Людмила прождали возвращения своих всю ночь, но безрезультатно. Командир сталкеров постоянно вызывал их по рации, но или сигнал не проходил так глубоко под землю, или само пространство зоны не пропускало его. Людмила вся извелась, не зная, чем помочь двум своим самым родным людям, а сталкеры, напротив, вели себя очень сдержанно и спокойно. Положив свои рюкзаки на землю, они, усевшись на них, молча ждали, время от времени вызывая бойцов по рации. К утру никто так и не отозвался.
– Мы же говорили вам, что радиосигналы здесь не проходят, – сказала Людмила.
– Так то радио, а это не совсем оно, – пояснил Калаш.
– Может, кто-нибудь из вас спустится вниз и проверит, что с ребятами? – спросила Люда.
Сталкеры промолчали.
У Людмилы до сих пор перед глазами стояла страшная сцена, когда ее дочь схватил ужасный монстр и уволок в подземелье. Мысль о том, что она может больше никогда не увидеть дочь, а возможно, и мужа, ужасала.
– Если у вас не хватает мужества спасти своих же товарищей, тогда дайте оружие мне, я сама спущусь вниз! – решительно заявила Людмила.
Сталкеры переглянулись. Калаш поднялся и подошел к женщине, положил руки ей на плечи:
– Не волнуйся так. Танкист и Трепач – отличные бойцы, да и муж твой вроде тоже не хлюпик. Найдут они твою дочурку, и все будет хорошо.
Людмила немного успокоилась.
– Поэтому не надо по пустякам впадать в истерику, – продолжал Калаш. – Ты меня поняла?
Людмила кивнула, чуть улыбнувшись.
– Вот и отлично, – сказал сталкер.
Развернувшись, он уже зашагал было назад, как вдруг Людмила резким движением рванула пистолет ТТ из кобуры сталкера и приставила его к виску командира группы. Калаш просто опешил, явно не ожидая такой прыти от хрупкой миловидной женщины, и осторожно поднял руки.
– Эй, ты чего? – прошептал он.
– Пустяк, говоришь? Сейчас я тебе устрою пустяк, ты, мелкий ублюдок! – рявкнула на него Кузнецова.
Игла, тоже обалдев от увиденного, встал со своего рюкзака и потянулся за пистолетом в кобуре.
– Стоять! – закричала она на доктора. – Если дернешься, умрет сначала он, потом ты!
– Чего ты хочешь? – спросил Калаш.
– Сейчас сначала Игла, потом мы с тобой спустимся в подземелье и пойдем искать мою дочь, – сказала женщина. – Это понятно?
Калаш кивнул и дал знак врачу, чтобы тот шел к бетонной будке. Игла медленно поплелся к входу в подземелье.
– Вот так, – сказала Людмила, следя за действием сталкера. Это было ее ошибкой.
Как только она чуть отвлеклась, следя за врачом, и ослабила хватку, Калаш резко повернулся и изо всех сил врезал женщине кулаком по лицу. Людмила без чувств повалилась на землю, пистолет выпал из ее рук.
– Вот стерва! – сказал Калаш, пнув бессознательное тело женщины. – Игла, собирай вещи и готовься отходить. Если через час никто не появится, мы уходим.
– А как быть с ней? – спросил доктор, указав на Людмилу.
– Пусть здесь остается, вместе со своей драгоценной семейкой, – сказал Калаш. – Да и свидетели лишние нам не нужны.

                8
   Вокруг плясала красно-желтая круговерть. Голова Олега Петровича гудела страшно, похоже, по затылку прошлись куском арматуры. Звон в ушах заглушил остальные звуки, превратившись в равномерное дребезжание, от которого мир ходил ходуном. Сознание Кузнецова то улетало в бездну беспамятства, то выныривало оттуда. Наконец, напрягшись, собрав все свои силы в кулак, Олег открыл глаза.
Он лежал на железном решетчатом полу. Помещение, в котором он оказался, было слабо освещено тусклым желтоватым светом аварийных ламп. Напрягаясь изо всех сил, Кузнецов поднялся и осмотрелся. Он находился в огромном помещении, таком огромном, что Олегу показалось, что здесь сосредоточился целый квадратный километр. Вокруг него стояли закрытые цистерны, каждая из которых в диаметре была метра три, а в длину не менее десяти. Потолок помещения высотой около десяти метров был покрыт крупными железными плитами. «Наверное, я на нижнем ярусе подземелья», – подумал Кузнецов. Вокруг не было видно никого, но где-то поблизости слышался гомон карликов.
По привычке Олег Петрович коснулся пояса в поисках своего давно ставшего родным наградного пистолета. ПМ исчез. Должно быть, мерзкие карлики утащили его, когда волокли Кузнецова сюда. Чертыхнувшись, Олег медленно пошел вперед, постоянно озираясь по сторонам. Шум, похожий на детские голоса карликов, приближался. Осторожно Олег выглянул из-за одной из цистерн и чуть было не закричал.
Прямо на железном полу, расположившись полукругом, сидели карлики-мутанты, их было не меньше полусотни. Причем не только особи мужского пола, но и женщины. Слабый пол у этих существ явно не обладал особыми правами, поскольку самки сидели чуть поодаль. Некоторые из них держали на руках омерзительного вида голых младенцев, детеныши постарше возились и кувыркались прямо посреди мусора на полу, которого здесь хватало в изобилии. Воняло как в хлеву. В центре стойбища на большом кожаном кресле, принадлежавшем ранее какому-нибудь большому начальнику, восседал вождь. Отвратительный жирный правитель карликов был на голову ниже Олега Петровича, но соплеменникам наверняка казался гигантом. Его брюхо напоминало пивной бочонок, его мясистое лицо, видневшееся из-под нахлобученного капюшона, было покрыто морщинами и складками. Позади импровизированного трона находился алтарь карликов, вокруг которого был разложен самый разнообразный мусор: старая покрышка от колеса, кислородный баллон, огнетушитель и наградной ПМ Олега Петровича.
Но удивило Олега Петровича не первобытное племя, а его дочка Маша, сидящая на подлокотнике кресла вождя карликов-мутантов. Шестилетняя девочка была жива и здорова и с любопытством смотрела вокруг. У Олега Петровича екнуло сердце. С одной стороны, он был безумно рад, что его дочь жива, с другой, он не мог подвергать ее постоянной опасности пребывания среди этих злобных существ. Невозможно потерять Машу еще раз!
Напрягшись, до боли сжав кулаки, Кузнецов вышел из своего укрытия и направился к стойбищу. Тут же на него уставилось все племя. Вождь карликов свирепо зарычал, и горы мусора и кусков арматуры на полу вдруг сами по себе поднялись в воздух.
«Черт возьми! Да они же телекинетики! – удивился Кузнецов. – Что же за эксперименты проводили здесь военные?»
Маша, также увидев своего отца живым и здоровым, спрыгнула с трона и побежала к нему. Как только отец и дочь обнялись, все взлетевшие в воздух предметы опустились на пол. Никто из карликов не пытался нападать на Олега с дочерью – вождь не отдавал такого приказа.
–Как же я рад тебя видеть! – сказал сквозь слезы Олег. – Что с тобой произошло?
– Меня спасли эти смешные люди, – сказала Маша, указав на карликов. – Они убили чудовище и забрали меня сюда.
Олег Петрович с сомнением посмотрел на мутантов. Он ничуть не сомневался в словах своей дочери, но ни грамма не верил в благородство карликов-мутантов. Едва ли они спасли Машу из жалости, скорее, решили приберечь ее для какого-нибудь своего религиозного ритуала, в качестве жертвы, конечно. Также Кузнецов, воспользовавшись затишьем, осмотрел ближайшие части помещения. Его внимание привлекла большая лестница, проложенная по стене до самого потолка, в котором черным кружком виднелся открытый люк. А вот и путь на верхний ярус, только он находился за стойбищем мутантов. Еще рядом, прямо напротив лагеря, виднелся вход в туннель, он был закрыт металлической решеткой.
– Пошли, нам надо дойти вон до той лестницы, – прошептал Олег.
Медленно, стараясь не делать резких движений, шаг за шагом они стали обходить стойбище. Пока мутанты-телекинетики вели себя спокойно, лишь вождь неотрывно следил за каждым движением людей. Потратив на обход несколько минут, Олег с дочерью оказались напротив выхода на верхние ярусы, но до него надо было еще добраться.
«Что делать? Бежать или медленно приблизиться к лестнице? – думал Кузнецов. – Нет, бежать я не рискну. Один рискнул бы, с Машей – не могу».
Так же медленно они стали отступать к лестнице, шаг за шагом, метр за метром. Внезапно вождь яростно зарычал, и с десяток карликов устремились к нему.
– Вот черт! – сказал Олег, поняв, что не может больше двинуться с места. Мутанты ментальной силой держали его на месте.
– Отпустите нас! – закричала Маша.
Ее тоненький голосок заставил карликов немного ослабить хватку, но вождь снова издал яростный рык, и мутанты начали тащить людей назад. Олег Петрович сопротивлялся изо всех сил, но ноги сами скользили по металлическому полу, словно бы он стоял на льду, а сзади его кто-то подталкивал вперед.
Хватка карликов ослабла так неожиданно, что Олег Петрович не сразу понял это. Сделав пару шагов вперед, он остановился. Почти сразу раздался протяжный вой. Из туннеля рядом со стоянкой, сломав металлическую решетку, выскочили четыре монстра, точно таких же, как тот, что похитил Машу. Они тут же ворвались прямо в центр стойбища, разя когтистыми лапами направо и налево, оставляя вокруг себя трупы карликов. Племя пыталось сопротивляться, мутанты бросались в монстров арматурой и строительным мусором, некоторые даже пытались биться с ними голыми руками, но все это не помогало. Твари, пришедшие из туннеля, еще сильнее разъярились, под их натиском карлики просто не могли устоять. Вождь стойбища, вместо того чтобы героически спасать свое племя, спрыгнул с кресла-трона и трусливо сбежал.
– И нам пора, – сказал Олег Петрович.
Подхватив Машу на руки, он побежал к лестнице на верхний уровень. Добравшись до нее, Кузнецов для верности подергал лестницу – она была прочно вделана в стену. Посадив Машу на плечи, он приказал ей держаться за шею.
Олег начал взбираться вверх. Быстро перебирая руками и ногами, он легко преодолел расстояние в десять метров, отделявшее его от спасительного выхода из подземных ярусов комплекса. У самого люка он остановился и посмотрел назад. Стойбище было уничтожено. Те карлики-мутанты, что уцелели, беспомощно бегали по всему нижнему ярусу, пытаясь спастись от разъяренных монстров.
«Поделом!» – подумал Олег Петрович.
Подтянувшись, он через обод выбрался наружу и закрыл за собой люк.

***
Второй ярус подземелья, судя по всему, был активной испытательной лабораторией. Как и нижний, он представлял собой одно огромное помещение, только оно было заставлено разнообразными приборами. На потолке горели лампы аварийного освещения, наполняя помещение зловещим красноватым светом. Вдоль стен длинными рядами стояли десятки прозрачных цилиндров. Все они были пусты, некоторые – разбиты. Внутри их виднелись грозди проводов, свисающие из-под накрывающих цилиндры металлических колпаков. От них тянулись толстые кабели, уходящие прямо в стены, некоторые из них соединялись с консолями, но их было мало.
– Папа, что это? – спросила Маша.
– Причина всех наших бед, – ответил Олег.
Очень осторожно они продвигались вперед. Олег Петрович понимал, что, встреться им на пути кто-нибудь из обитателей этого подземелья, ему и Маше несдобровать. Без оружия ему не остановить монстров. Тем не менее Кузнецов все равно шел вперед, потому что не было выбора и в случае опасности он все равно был готов броситься на тварей с голыми руками, лишь бы дать возможность дочери уйти. Пока вокруг царила тишина. Не было слышно ни гомона карликов, ни тяжелой поступи тех тварей, что разбили их стойбище, ни скрежета, ни шороха. Только провода еле слышно гудели, говоря о том, что в них еще есть энергия.
Вскоре огромный коридор повернул, и они вышли в другую его часть. Здесь уже не было цилиндров, вокруг были обычные бетонные стены. Вдали виднелась металлическая сетка вроде рабицы, которая окружала шахту лифта. На ней висел труп человека в военной форме, рядом с ним лежало еще одно тело, облаченное в оранжевый герметичный костюм. Маша вскрикнула, Олег зажал ей рот.
– Лучше закрой глаза, – сказал он.
Это был Танкист. Он висел на сетке рядом с дверью в кабину лифта. На лице сталкера навсегда отразилась гримаса боли, металлические прутья сетки пронизывали насквозь его руки и ноги. Под телом была огромная лужа запекшейся крови. Должно быть, карлики только оглушили его, как и Олега, и Танкисту удалось бежать. Добраться он смог только сюда, где его жестоко казнили карлики-мутанты. Олег Петрович подошел поближе и начал обыскивать карманы сталкера. Пока он это делал Маша, закрыв глаза руками, стояла позади.
Карманы бойца были пусты. Очевидно, пакостные коротышки забрали все, что у того было. Обыскав одно тело, Кузнецов обратил внимание на другое. Перевернув труп в оранжевом комбинезоне, он в ужасе отшатнулся. Стекло гермошлема комбинезона было разбито и на Олега Петровича смотрели пустые глазницы черепа. В нос ударил смрад разложившейся плоти. Лицо трупа было съедено до кости. Судя по запекшейся крови и следам плоти, произошло это дня четыре назад. Обыск не имел смысла, но внимание Кузнецова привлек небольшой металлический чемоданчик, пристегнутый наручниками к правой руке мертвеца. Очевидно, у карликов не хватило ума, чтобы открыть его, и они решили, что предмет для них бесполезен.
С двух сторон на чемоданчике виднелись кнопки под цвет корпуса. Недолго думая Кузнецов одновременно нажал на них. Раздался щелчок и чемоданчик раскрылся. Внутри лежали большой запечатанный конверт с надписью «Совершенно секретно», черная флэшка и, что особенно порадовало Кузнецова, пистолет ТТ с запасной обоймой.
Заткнув пистолет за пояс и положив в карман запасную обойму, Олег Петрович без зазрения совести вскрыл конверт. Внутри оказались три листа формата А4, на каждом из которых стояли замысловатые подписи и печати «Одобрено». Кузнецов принялся читать каждый из них. Содержание первого листа гласило:
«Последние исследования по группе проектов «X-23» удачно завершены. Нами вывялены самые жизнеспособные проекты: 1. Проект «Бюрер»; 2. Проект «Кровосос»; 3. Проект «Химера». Вышеназванные проекты показали свою жизнеспособность и смогли выдержать конкуренцию с другими аналогами. В связи с этим прошу увеличить финансирование данных проектов как можно скорее.
С уважением,
руководитель исследовательского центра «Сфера-3» Репенюк И.А.»
Далее стояли дата и подпись.
Следующий лист говорил об усилении нестабильности в работе системы, и тот же самый Репенюк И.А. просил высшее руководство принять меры и разобраться с проблемами в главном центре, на ЧАЭС. Последний лист, датированный всего неделей назад, информировал руководство об усилении нестабильности системы до критической отметки и предупреждал, что вся система из десяти секретных научных центров начала давать сбой и создавать пси-излучение, которое способно изменять сознание людей и животных, вызывая необратимые изменения в организме. Это излучение могли выдержать только люди с очень сильной волей, духом, генетически предрасположенные к лидерству.
– Так вот значит почему мы не пострадали, – сказал Кузнецов. – И вот кто виновен во всем.
Также в последнем листке указывалось, что подробные технические схемы и описания всех проблем находятся на флэшке, которую Репенюк И.А. просил считать доказательством своей правоты.
– Можно открыть глаза? – спросила Маша, все еще стоявшая за спиной отца и закрывавшая глаза руками.
– Сейчас будет можно, дочка.
«Эта информация не должна достаться военным, я должен передать ее журналистам!» – подумал Кузнецов.
Спрятав флэшку в карман, он открыл решетчатую дверь и вызвал лифт.

                9
   Правая скула очень болела, должно быть, на лице остался здоровенный синяк. Людмила открыла глаза. Перед глазами была земля, она лежала на животе. Пошевелив руками, Люда поняла, что они не связаны. Женщина хотела было встать, но, услышав сзади разговор сталкеров, решила этого пока не делать.
– Еще пять минут – и мы уходим, – послышался голос Калаша.
– А как же задание? – спросил Игла.
– Начальству доложим, что искомый объект уничтожен, важная информация безвозвратно утеряна и опасности более не представляет. Если усомнятся – их проблемы. Пусть сами туда лезут, я сюда больше ни ногой.
– А как быть с ней? – спросил Игла.
– А что тут думать, – сказал командир. – Уберем ее как лишнего свидетеля, и вопрос закрыт. В рапорте укажем, что никто из гражданских не выжил.
– Когда ее убрать, сейчас или когда очнется?
– Давай сейчас, чего тянуть, – сказал Калаш. – Иди, сделай это, и уходим отсюда.
Послышались приближающиеся шаги. Людмила напряглась. Прямо над ней раздался щелчок передергиваемого затвора. Женщина резко перекатилась в сторону и ногой выбила пистолет из рук Иглы. Следующий удар пришелся в пах, и доктор, закричав, рухнул на землю.
Подняв пистолет, Людмила вскочила и выстрелила в Калаша. Не ожидавший нападения сталкер свалился с простреленным плечом. Люда не прекращала стрелять. Калаш сделал кувырок, уворачиваясь от пуль. Женщина была в ярости и заметила, что патроны кончились, только когда вместо выстрелов раздалось звяканье бойка о металл. В этот момент мощный удар сзади сбил ее с ног. Это Игла, превозмогая боль, отомстил обидчице.
– Вот сучара! – зарычал Калаш, держась за раненое плечо. – Мочи ее!
Игла достал нож.
Калаш одной рукой за волосы поднял женщину и развернул к своему товарищу. Доктор уже размахнулся, готовясь зарезать Люду, как вдруг раздался выстрел. Игла с дыркой в голове свалился на землю.
Из бетонной будки вышел Олег Петрович с пистолетом в руках, из-за его спины испуганно выглядывала Маша.
Калаш тут же спрятался за Людмилой и приставил нож к ее горлу.
– Брось оружие! – закричал он.
– Отпусти ее! – потребовал в ответ Кузнецов.
– Я перережу ей глотку, ты этого хочешь?! – вопил Калаш.
Тогда Олег медленно достал из кармана флэшку и показал сталкеру:
– Вы это там искали?
При виде флэшки Калаш переменился в лице:
– Отдай мне ее, а я отпущу жену.
– Сначала отпусти, – сказал Кузнецов.
– Отдай мне флэшку!!! – заорал Калаш.
– Как скажешь, – сказал Олег и кинул флэшку чуть правее от сталкера.
Калаш проследил за ее полетом и отвлекся, что было очень кстати для Людмилы, и она тут же ударила сталкера туфлей по голени. Калаш охнул и ослабил хватку. Этого было достаточно, чтобы женщина слегка пригнулась.
Ситуацией быстро воспользовался Олег. Грянул выстрел. Командир сталкеров с простреленным черепом повалился на землю.
Олег Петрович и Маша бросились к Людмиле.
– Живые! – радостно сказала она, обнимая мужа и дочь. Из ее глаз потекли слезы.
– Было непросто, – сказал Олег.
Людмила посмотрела на мужа и крепко поцеловала в губы:
– Спасибо, что вернул ее живой.
Радость воссоединения семьи прервал яростный вой, эхом донесшийся из подземелья.
– Убираемся отсюда, быстро, – сказал Кузнецов.
Подняв флэшку и снова положив ее в карман, Олег Петрович поспешил захватить с собой как можно больше припасов. Забрав рюкзаки Калаша и Иглы и закинув за спину автомат командира сталкеров, Кузнецовы поспешили покинуть страшный объект.

                10
   Прошло три дня. Олег Петрович решил, что лучше для семейства будет вернуться прежним курсом – обогнуть райцентр и выйти к периметру безопасности, где им помогут военные. И вот они оказались только на том самом пшеничном поле, где их чуть не загрызла большая стая слепых собак. Скудные запасы пищи, что были у них, закончились на второй день пути, а в рюкзаках сталкеров не было ничего, кроме боеприпасов и медикаментов. Людмила, Маша, да и сам Олег за последние дни заметно выбились из сил. Таща на себе два рюкзака и держа наготове автомат, Олег Петрович машинально шел вперед. Людмила прокидывала путь камнями, а Маша шла следом.
Изредка на их пути появлялись мутанты, но с оружием у Олега был полный порядок. Автоматные очереди сбивали спесь с любой животины и держали стайки слепых собак на расстоянии. Тем не менее Олег Петрович чувствовал, что, скорее всего, они не смогут дойти до спасительного периметра. Просто не хватит сил.
Поэтому когда в воздухе раздался привычный за годы службы стрекочущий звук, Олег не поверил своим ушам. Думал, от усталости начались галлюцинации. Но звук не умолкал, а напротив, все приближался.
– Вертолет, – обрадовался Олег Петрович. – Вертолет!!!
В воздухе появились пузатые очертания старого доброго Ми-8. Машина шла прямо к ним.
Для верности Олег Петрович дал в воздух длинную очередь, и все семейство начало громко кричать, привлекая внимание пилота.
Их заметили. Вертолет завис над ними и начал медленно снижаться.
Как только машина коснулась земли, широкая дверца вертолета открылась, и наружу высыпали люди в оранжевых защитных комбинезонах, точно таких же, как Олег видел в подземелье. Они были вооружены пистолетами и легкими английскими штурмовыми винтовками «Инфильд». Это был отряд ученых.
– Стоять, не двигаться! – закричали они на Кузнецовых. – Бросить оружие!
– Вы что, ребята, с ума сошли? – возмутился Олег. – Мы выжили после этих ваших ужасов, а вы еще и грубите!
– Не двигайтесь и опустите оружие, – более мягким тоном произнес ученый.
Олег Петрович бросил автомат на землю, и к ним сразу подошли двое ученых с похожими на дозиметры приборами. Включив приборы, они направили их на Кузнецовых, и на экранчиках стала отображаться какая-то информация.
Приборы затрещали и запищали.
– Мужчина и ребенок заражены, женщина здорова, – громко сказал один из них.
Людмила испуганно посмотрела на мужа и дочь.
– Вы о чем? – спросил Кузнецов.
– Женщину можно эвакуировать, а этих опасно брать с собой, – сказал ученый своим сослуживцам.
Двое в защитных костюмах взяли Людмилу под руки и потащили в вертолет. Женщина закричала и начала сопротивляться. Олег Петрович пытался было помешать им, но стволы винтовок тотчас нацелились на него и Машу.
– Мама! – закричала Маша.
Тогда Олег Петрович достал из кармана флэшку.
– Знаете, где я нашел ее? – сказал Кузнецов. – На объекте «Сфера-3». Она содержит очень важные для вас сведения.
Ученые переглянулись.
– Опустите оружие и эвакуируйте меня и мою дочь из этого проклятого места, а там уж делайте, что сочтете нужным, – сказал Олег Петрович.
Ученые опустили оружие.
– Отдайте нам флэшку, и мы заберем вас с собой, – сказал один из них.
Олег Петрович ухмыльнулся. Достав из-за пояса ТТ, он приставил его к флэшке:
– Быстро! Иначе я разнесу ваши драгоценные сведения!
Ученые нехотя расступились, освобождая Олегу путь в вертолет. Держа их в поле зрения, Олег с дочкой пошли к вертолету, им никто не препятствовал. Людмила помогла дочери забраться в кабину, Олег залез сам. Ученые зашли последними. Лопасти Ми-8 пришли в движение, и, поднимая тучи пыли, вертолет поднялся в воздух. Набрав высоту в несколько десятков метров, транспортник дал один большой круг над местом посадки и направился в сторону защитного периметра. Он помчался прочь из зоны, где, несмотря ни на что, выжила целая семья, еще раз доказав, что жизнь может все…


Рецензии