обрывки мыслей

Выходишь на улицу. Свежо и совсем не холодно. По пустынным улицам время от времени редкие авто проезжают. Первые автобусы выходят на линию.
Работа не задалась. В путёвку; «к диспетчеру» и опять домой.
 - Тринадцать минут рабочего времени - словно пустой этот день, или не твой он вовсе.  День иной судьбы встал перед глазами с утренней зарёй.
Что-то должно поменяться. Как предчувствие в скованной чашкой крепкого кофе голове врезалась мысль.
Вернуться домой, или просто погулять…
И всё бы ничего, да с кем поделиться этими дарованными небесами дарами?
Молчание кругом, лишь редкие машины. Заложник времени текущего столь быстро, что успеть лишь можно, что украсть, съесть на бегу. И всё. Тогда к чему глубокие познания внутреннего мира человека, если не в цене сегодня они?! Раз в год, снесёшь свои труды в архив, а дальше… Само слово «АРХИВ» попахивает прошлым. Будущего ещё нет. Позывов нет. Одни лишь напоминания о том, что куришь, жизнь гробишь, либо ещё чего.
Вот и второе слово «гробишь».
 
…О жизни размышлять велят
Мне зорьки утренние своды
Они, как будто говорят,
Что юности уходят годы.

Уж мир в душе не отыскать,
К развязности примкнуть не в силах.
Возможно, ль снова мне познать
Любви великие посылы…

Размышляешь, копаешься в себе. Ищешь возможности нового, какого-то обновления твоей души. Приходишь домой, берёшь Пушкина, («ДОРИДЕ 1820» А.С. ПУШКИНА) и читаешь ты уже не то, что там написано. Нечто иное встаёт перед глазами.

Как между слов иная жизнь предстаёт:

Не верю, что любим, что сердцу нужно верить,
Немилые мои, что могут лицемерить,
И лишь притворства круг сжигая томный жар
Бесстыдством в явь, ничтожною ценою в дар…

Ничтожеством очередная дружба, да ценою лишь в бокал шампанского, что отравой медленно сжигает плоть изнутри. В архив… Точно. В архив.

Подняться,было бы зачем?
За пять земли, что шагом ты отмерил?
За вздох, что бронхи холодит
Но остудить тебя не может.
Сжигает изнутри. Сжигает...
... любое проявление заботливости в отношении тебя. Не понимают. Хотят что-то подсказать, научить, слепо веря в своё величие перед тобой, как им кажется. Представляют тебя упавшим духовно, психологически.
Они верят и знают, что их дети не оставят их в часы такие, в часы заутренних раздумий.
Светает, и …
Последний, жёлтый лист слетает.
Вороны, просыпаясь, каркают мне в след.
И рыжий кот, купированный хвост желает
Чтоб я пустил его, соседа, в наш подъезд…

Обрывки, лишь обрывки мыслей, как будто дети мои, разлетелись по миру. Кто в архив упал на десятилетия, кто в Интернете зависает, радуя читателя своей малостью и незначительностью. А кто и раздражает народ своим убожеством, что может лишь в отсутствии музы быть призван на служение. А кто из "деток" может лишь поддеть отца своего к написанию новых, пусть не великих, а таких вот, легкомысленных отпрысков…



 2009-10-27


Рецензии