Камрань. Глава 24. Клад

24
Клад

Отдышавшись на пирсе и немного обсохнув в тени под брезентовым пологом, я обречённо полез в свои изрядно уже раскалившиеся на солнце оранжевые доспехи. Возникшую было неуверенность в благополучном исходе мероприятия я быстро поборол, представив маслянистые глазки нашего замполита, с деланным сочувствием глядящие на меня, налитую кровью физиономию Бивня и прищуренный, до самой совести пронизывающий взгляд штабного нашего особиста. Едва только видение это пронеслось в голове, как мне почему-то сразу же захотелось побыстрее залезть в вонючий ИСП и погрузиться в нём куда угодно, хоть в самые недра местной канализации.

Справедливости ради должен заметить, что хоть я и выказывал всем своим видом явное неудовольствие от предстоящего погружения, но всё это было больше напускное. Вопрос, погружаться ещё раз или нет, передо мной уже не стоял. Было одно немаловажное обстоятельство, настойчиво требующее моего скорейшего возвращения назад. Снова очутиться на дне мне было просто необходимо. Причиной тому стала одна очень неожиданная и даже совершенно невероятная находка.

Роясь в многолетних залежах хлама под пирсом, я наткнулся на нечто, весьма меня заинтересовавшее. Подозрительно тяжёлая болванка метровой длины и толщиной с руку показалась мне чем-то очень знакомой.
Ещё во Владивостоке, когда мы стояли на ремонте в заводе, я нашел бесхозный обрезок медного прута килограммов под сорок (и такое случалось в те изобильные социалистическим имуществом благословенные застойные времена). Я чуть не надорвался, пока тащил это сокровище к себе на лодку. Там подальше от посторонних глаз я тщательно пришхерил его в трюме первого отсека.

Через неделю, решив проверить заначку, я разочарованно обнаружил, что меня обокрали. Проведённое минирасследование результатов не дало. Трюмный первого отсека, старший матрос Картабаев Ангар Садыкович, отличник, между прочим, боевой и политической подготовки, к тому же ещё и комсомолец, искренне клялся, что он здесь ни при чём. Он делал настолько невинными свои хитрые глазки, так старательно стремился смотреть мне прямо в глаза, что я ему тут же поверил, и со временем о пропаже почти забыл.
И вот такая находка! Хотя я ещё не был до конца уверен, что обнаруженная болванка действительно моя, но предчувствие настойчиво говорило, что это именно так. Правда оставалось не совсем ясно, как она здесь оказалась, да это было и не столь важно!

Кроме того, мне под руку попались несколько кусков электрического кабеля внушительной толщины и неопределённой длины, концами уходящих в самую глубину мусорного рифа. Всё это я не мог самостоятельно ни вытащить из завалов, ни переместить на поверхность, поэтому, погружаясь во второй раз, тащил за собой несколько грузоподъёмных строп, с помощью которых Вася поднял бы на борт все мои находки.

Если всё обнаруженное бесхозное имущество оказывалось медью, то мы с Василием автоматически становились владельцами огромного (по местным меркам) состояния! Таким образом, на дно меня тянул уже и чисто меркантильный интерес.
Внизу стало заметно светлее. Солнце стояло уже почти в зените. Свободно пробиваясь на глубину, оно золотило морское дно, корпус субмарины и, весело кривясь, дрожало где-то высоко над головой.
За тот час, что я провёл на берегу, илистая взвесь улеглась, и видимость полностью восстановилась. Уже зная, как легко можно нарушить этот хрупкий баланс, я осторожно, почти не дыша, принялся вновь обследовать зону поиска и наметил участки, где пока ещё не ступала моя нога. Напрягая глаза, я пристально всматривался в серые развалы перед собой. Но как ни старался я быть ловким и аккуратным, как ни задерживал дыхание перед каждым движением, невесомые частички ила постепенно вновь сложились в непроницаемые тучи, и видимость упала до нуля. Вновь пришлось мне становиться на карачки, и, склонив голову к самому дну, ползать взад и вперёд вслепую, ощупывая и перебирая попадающиеся под руку предметы.

И вдруг я почувствовал, что держу в руках автомат! Да, ошибки быть не могло: вот ствол, вот рукоятка, вот магазин! Радости моей не было предела. Я вылез из облака пыли, отошел на несколько шагов в сторону и рассмотрел находку. Да, это действительно был он, автомат Калашникова собственной персоной, только какой-то странный. Но так как стёкла моих очков опять сильно запотели, я не обратил на это обстоятельство особого внимания, и, привязав находку к опущенному с борта шкерту, дёрнул Васе, чтобы поднимал.
Покончив с главным делом, которое, собственно говоря, и загнало меня сюда, на глубину, я принялся обвязывать шкертами и ранее обнаруженные ценности: металлическую болванку и пять концов электрокабеля. Обвязав, я три раза дёргал за строп. Вася проворно поднимал груз наверх, натужно скрежеща на палубе торпедопогрузочной лебедкой. Покончив и с этим делом, я ещё раз внимательно осмотрелся и призадумался. Воздуха оставалось минут на двадцать.
– А почему бы не прогуляться по морскому дну, теперь уже просто так, для души? – Подумал я. И не найдя ничего, что могло бы помешать этому мероприятию, решительно двинулся в зеленеющую даль моря, растягивая за спиной страховочный фал.

Стая перламутровых рыбок вновь накинулась на меня, облепила со всех сторон и принялась виться вокруг. Возможно, ярко-оранжевый цвет водолазного снаряжения был тому причиной, или просто я показался им чем-то симпатичен. Безусловно, приятно было такое повышенное внимание местного населения к своей персоне.

Я побрёл от лодки в направлении моря, с интересом поглядывая по сторонам. С удалением от пирса дно становилось всё более чистым и светлым. Закончилась полоса серого ила, и под ногами в солнечных лучах заиграл желтоватый песок. Редкими оазисами возвышались пучки тёмных волнистых водорослей, тянущихся к свету. Словно собака на поводке, не опережая, не отставая, сбоку от меня неотступно следовала какая то любознательная рыбина, тупорылая, чёрная, похожая на пелингаса, не очень большая – около метра длинной.
Осторожно переставляя тяжёлые бутсы, я шагал по песчаному дну. Опасаясь наступить на отдыхающего под слоем песка иглохвостого ската (с которым ранее меня уже сводила судьба в местных водах), я тыкал кочергой в подозрительные холмики и неутомимо продвигался вперёд.

Страховочный фал разматывался всё больше и больше. Отойдя от пирса метров на тридцать, я в недоумении остановился. Впереди, прямо по направлению движения, неясно чернела какая-то объёмная конструкция кубической формы. Возникала дилемма: продолжать движение или возвращаться назад. Воздуха в баллонах оставалось едва на обратный путь, но зуд искателя приключений и исследовательский азарт не позволяли оставить обнаруженный объект неизученным.
Пройдя ещё немного вперёд, я вплотную приблизился к странному сооружению. Им оказался железный куб метров около трёх высотой, густо облепленный ракушкой и опутанный со всех сторон зеленоватыми трубами различного диаметра. Мой намётанный взгляд тут же определил, что за металл может скрываться под слоями благородного окисла цвета настоявшегося купороса.
– Медь!!! – Выдохнул я благоговейно в духоту шлем-маски, и душа моя затрепетала от ощущения неожиданно постигшей нас удачи.
Беглого взгляда было достаточно, чтобы удостовериться: я нашёл настоящий клад! Медных трубок, заглушек, фланцев, клапанов и прочего добра на данном агрегате было навинчено не меньше тонны! Вот это сюрприз! Спасибо разгильдяю Ряхину!
Странный предмет лежал на грунте с небольшим перекосом на один борт в окружении изогнутых железных балок, похожих на гигантские рёбра динозавра. На ржавой поверхности непонятного механизма явственно различались ряды крупных, с пятикопеечную монету, заклёпок, из чего можно было с уверенностью судить о его возрасте – никак не меньше семидесяти лет. После, в начале тридцатых годов в судостроение повсеместно была внедрена электросварка, и клепаных корпусов больше не делали.
Обойдя таинственный куб со всех сторон, и составив приблизительное мнение о размерах неожиданно настигшего нас богатства, я двинулся в обратный путь. Я горел желанием побыстрее сообщить Васе хорошую новость и немедленно совместными усилиями приступить к разработке золотоносной жилы. Для этого надо было, вооружившись запасом инструментов, вернуться сюда и для начала попытаться открутить что-нибудь ценное.
Весь обратный путь я летел, как на крыльях, распугивая одиночных рыб и не разбирая дороги. В моей голове громоздились грандиозные планы по инвестиции вырученных средств.

За те десять минут, что занял обратный путь до пирса, я уже точно знал, какую «французскую» косметику куплю жене в хунтотовской лавке под пальмами. Я также детально определил, какой телевизор встанет дома на смену нашему чёрно-белому «Крыму» и какой марки видик займёт место на полочке возле него. Мой допотопный тяжеловесный бобинник уже уступил место сверкающему двухкассетному «Шарпу», а себя я видел со стороны этаким жутко деловым, облаченным в нечто непостижимо модное, варёно-джинсовое.
Составив этот джентльменский набор типовых желаний молодых людей конца восьмидесятых, я призадумался: на большее фантазии в те времена у меня не хватало. Я с ужасом начал думать, куда же девать остальные деньги, которые – я не сомневался – ещё останутся у меня в немалом количестве. Я вновь принялся оживлённо размышлять, как бы и где безопасно обменять вырученные вьетнамские донги на доллары, как потом контрабандно привезти их в Союз и какому бы надёжному моряку отдать, чтобы тот привёз из Японии праворульную машину.
– А как потом решать проблему рэкета? – Ещё больше озаботился я. – Как уберечь кровью заработанную частную собственность от шакалов, которые тучами вьются возле всех прибывающих из Японии судов? Углубившись в размышления на эту новую животрепещущую тему, я не заметил, как добрёл до пирса.

Но грандиозным планам восторженного идиота не суждено было сбыться. От проблемы куда девать лишние деньги судьба милостиво меня избавила, и, надо сказать, надолго и качественно. Качественно настолько, что до сих пор мне в жизни так и не удалось с данной проблемой столкнуться. Фортуна, слегка поманив обнадёживающей улыбкой, затеплив в душе огонёк надежды, показала в итоге лишь жалкую гримасу и стыдливо увильнула в сторону.


Рецензии
Такая интрига! И не сбылось. А почему?

Олег Журавлев   26.10.2009 21:38     Заявить о нарушении