Фортель судьбы

Фортель судьбы
(отрывок из повести)

Под кованым, крытым черепицей козырьком у входных дверей магазина «Гном» дождь уже не казался докучливым кровососом. Клубящиеся хищными москитами дождинки, не умея пробраться внутрь защищенного навесом пространства, бессильно разбивали свои жала о мрамор ступеней. Иные ловкие струйки, выделывая замысловатые па, дотягивались до носков ботинок, но тут же растекались в жалкие кляксы и падали по каскаду ступеней на черный асфальт. Старший наряда сержант Петров снисходительно скривил губы: «Так-то, здесь тебе нас не достать!».

- Ты чего бормочешь? – хрипло, выкашливая дождь, спросил его напарник, рядовой патрульно-постовой службы Горшков.

- Радуюсь жизни, - Петров похлопал себя по щекам и с шумом выдохнул воздух. - Помню, был как-то в санатории на Черном море, тоже в сентябре. Дождина лил целыми днями. А я на террасе в шезлонге, в руке стакан пива, а кругом море шумит - красота! В общем, радовался жизни.

- Оптимист, - Горшков попытался прикурить сигарету, но отсыревшая зажигалка отказывалась работать. Щелкнув несколько раз, Горшков спрятал ее в карман и в сердцах сплюнул: - вот он, Ешкин кот, дружественный Китай. А я ведь бывал в Китае и на Черном море пару раз - губернатора сопровождал.

- Ну да, - ухмыльнулся Петров, - тебя, слышал, выперли из ФСО, ты ведь в соседней области служил?

- В соседней, - кивнул Горшков, - только не в ФСО, а в службе охраны тамошнего губера.

- А чего выперли-то? Или военная тайна?

- Да какая там, Ешкин кот, тайна? - Горшков опять сплюнул. - Об этом и в прессе писали. Правда, туда попала официальная версия, на самом деле все было не так.

- Ну и как же было на самом деле? - Петров опустил подбородок и исподлобья взглянул на напарника. - Или слабо рассказать?

- Да чего там рассказывать, - Горшков махнул рукой, но, видя, что сержант не отводит вопросительного взгляда, начал говорить:

- Приехал к нам, значится, высокий начальник из столицы. О мертвом, как говорится - или хорошо или ничего. Поэтому лично о нем ничего и не скажу, все равно хорошего про него не слышал. Ну, приняли его, конечно, по самому высшему разряду: банкеты, бани, охота, рыбалка, девочки… А потом, в завершении программы, решили покатать на самолете, показать область, так сказать, с высоты птичьего полета. Не знаю, чей там получился недосмотр, но в воздухе у самолета мотор стал барахлить. Летчик кричит: прыгайте, мол, парашюты в углу. И еще что-то там кричал, да никто не разобрал, шумно очень было. Это потом мы узнали, что он просил зеленый мешок с нашитым красным квадратом не брать, в нем, дескать, вместо парашюта бельишко грязное лежит, комбезы там, трусы, носки ну и прочая дрянь. Я уж и не знаю, что тут вышло: злой рок или просто случай… Одним словом, этот самый мешок с красным квадратом на московского гостя как раз и нахлобучили. Спешка, понимаешь, дикая была. Его, кажется, третьим или четвертым выпихнули. Я, Ешкин кот, и выпихивал. Эх, кабы знал! Но ведь как лучше хотел? Помню, кричал он, сопротивлялся, а ему: извиняйте, мол, Анатолий Борисович, но для вашего же блага так лучше будет. Повернул его носом к небу и толкнул промеж лопаток… А вскоре и сам сиганул. Лечу, помнится, любуюсь: красота-то какая вокруг – леса, поля, озеро, речка змейкой вьется! А на душе все равно кошки скребут: что-то не так! Приземлился на поле, кругом лепешки коровьи…

- Ну и дальше что? – нетерпеливо вскинул подбородком Петров.

- А что дальше? – вздохнул Горшков. – Не знал я, Ешкин кот, что минутой назад на этом самом поле одной лепешкой стало больше…

- Ну, ты… - Петров закашлялся, пытаясь подавить пароксизм дикого смеха. Ему на удивление живо представилась вся вышеописанная сцена. На матовой завесе дождя, словно на экране своего домашнего «панасоника», он увидел, как «нахлобучивают» на спину маститого московского гостя мешок с грязным бельем и с матерком выпихивают в пасть открытого люка…  - ну ты… - он, два раза согнувшись пополам, неимоверным усилием погасил приступ кашля, - душегуб…

- Во-во! – Горшков ткнул командира в грудь указательным пальцем. – Прокурор, что разборки учинял, так меня и называл. Засажу, кричал, Ешкин кот, до конца дней! Однако, дело за отсутствием состава преступления прекратили, уволили за несоответствие с волчьим, Ешкин кот, билетом. А вот летуну не повезло: ему халатность пришили и на три года упекли, хотя самолет-то он все-таки сумел посадить. А я, Ешкин кот, после целый год работу искал. В нашей области меня даже ларьки охранять не брали. Вот у вас повезло, топчу асфальт.

- Да уж… - Петров запнулся, подбирая нужные слова. - Ага, - он удовлетворенно причмокнул, - фортель судьбы, иначе и не назовешь.

- Как? - Горшков непонимающе наморщил лоб, немного помолчал и гулко щелкнул пальцами: - прав ты, сержант, на все сто – бардак у меня с судьбой, тут уж к бабушке не ходи.

- Так, - Петров вдруг построжал и положил руку на штатную кобуру, - видишь там, на автобусной остановке, два мужика тусуются?

- Вижу и что? – пожал плечами Горшков.

- А то, - Петров застегнул доверху молнию куртки и поднял воротник, - по сводке грабеж был недавно в этом районе, как раз два мужика фигурируют в деле. Пойдем-ка проверим этих хлопцев.

- Пойдем, - печально вздохнул Горшков и привычным движением расстегнул кобуру…


Рецензии
М-да...
По-больше бы нам всем таких охранников и таких фортелей
Глядишь- и жизнь наладится. А то асфальт-то мы топтать уже научились- теперь бы нам и Удачи немного
Спасибо за надежду)))

Гогия Тер-Мамедзаде   13.09.2011 20:39     Заявить о нарушении
Удача нам действительно не помешает. Но и головой своей надо думать, поменьше верить вранью (в контексте выборов оно обрушится лавиной). И удача тогда не минует нас. Спасибо!

Изборцев Игорь   14.09.2011 12:19   Заявить о нарушении