Never again

Игнатий Махницкий
Мысли с бодуна
Мама, я больше не буду.
Не буду смотреть  телевизор – там все сошли с ума. Еще недавно я заставлял себя смотреть, как Пи-Дидди устраивает собственную фабрику звезд, и «черные сестры» учатся двигаться так, как они обычно двигаются в этих клипах. Даже в этом теперь мне отказано. Теперь почему-то Отар Кушанашвили (как бы грузин) и папа Децла, восставший из небытия, организуют группу в стиле R-n-B. Когда Кобзон представлял публике группу Deep Purple в «Юбилейном», я и то в меньшем шоке был. Но смотреть, как грузин пытается быть негром и учит петь по-негритянски московских мочалок – это выше моих сил. Я от души желаю, чтобы они попали в руки друзей Малькольма Икс, и те объяснили бы им, что значит быть настоящим негром.
Зачем трудиться, что-то создавать – можно просто переснять. Зачем покупать качественную музыку, или добротный сериал – давайте переснимем и перепоем. Одно сплошное караоке. Караоке-фильмы, караоке-клипы, скоро будет караоке-живопись.
А по первому каналу в передаче, похожей на учебник кулинарии, рассказывали, как разрезать девушку и нафаршировать ее битым стеклом.
Мне не нужен большой экран, плазма или жидкие кристаллы в кредит без процентов, потому что я больше не буду смотреть телевизор.
Мама, я больше не буду смотреть по сторонам.
Иначе мне покажется, что моя память мне с кем-то изменяет, и я помню не то, что было. Я вижу афишу с надписью New Wave, но в концерте – не New Order, Spandau Ballett и The Smiths, а Валерия, Киркоров или кто-то еще из поющих зомби. Я помню не то, что было. Я не могу смотреть по сторонам. Я проезжаю по трассе знак «добро пожаловать в Санкт-Петербург», а дальше – один сплошной плакат «Закрыто на снос аварийного здания».
Мама, я больше не буду ходить в Интернет.
Последний раз, когда я там был, я увидел всепоглощающий лозунг «План Путина – Спасение для Народа». Путин – Спаситель. Договорились. Второе пришествие, или Страшный Суд? Есть ли ступень выше, чем наместник Бога на земле? А мы-то в это время на даче помидоры сажали… А тут такие дела…
Мама, я больше не буду ездить по дорогам в своей самодвижущейся коляске.
Кто-то очень умный закрыл сразу все улицы, не оставив пути к отступлению, и я знаю, кто. Я сегодня видел его лицо сквозь дымку черного стекла. Он смеялся над нами, зажатыми между разрытой дорогой и запрещающим знаком. Потому что сам он спокойно ехал под этот знак, и еще сердито хрюкнул на меня каким-то органом своего черного бронированного джипа с номерами ООО.
Мама, прости, я больше вообще ничего не буду. Мне страшно, я лежу, накрывшись с головой одеялом, и боюсь, что сквозь щелку вместе с лучом солнца ко мне проникнет РЕАЛЬНОСТЬ. Весь мир идет на меня войной… Цой…