Снова от автора. Послесловие для тех, кто дочитал

Я помню, как разваливался Советский Союз. Как сначала в восьмидесятые постоянно приходилось пояснять россиянам, что в Казахстане живут не только казахи, и, тем не менее, они тоже казахстанцы. Как потом, откуда ни возьмись, появились какие-то «патриоты», легко путавшие патриотизм с национализмом, а то и вовсе с оголтелым фашизмом - и появились они, к сожалению, не только в национальных регионах, но и в самой России. Потом партийные боссы республиканских ЦК вдруг сделались такими же «патриотами», хваставшимися, что по ночам после съездов КПСС тайком читали Коран и Лесю Украинку в оригинале.

Я помню, как люди перепутали демократию с колбасой, а независимость и суверенитет - с возможностью не делиться скудным набором продуктов в своих магазинах с соседями. Как потом наступила эта самая независимость друг от друга, а никто (вообще, никто!!!) из простых людей в это не поверил, и странную аббревиатуру СНГ, возникшую в конце декабря 1991-го года, в шутку расшифровывали как «С Новым годом!»

А еще я помню, как Россия вдруг отказалась включать другие республики в «рублёвую зону», и российские купюры в Казахстане «вылавливались» обывателями, потому что реальный курс российского рубля к рублю советскому, который фурами и железнодорожными вагонами ввозили в нашу республику со всего бывшего СССР, отличался от официального в разы.

В девяностые я пересекал казахстанско-российскую границу по нескольку раз в год, и каждый раз условия пересечения становились всё жестче и жёстче. В принципе, я понимал тогда и понимаю сейчас логику россиян: наркотрафик, незаконная миграция - все понятно... Только мне кажется, это какой-то негосударственный подход, не «великий». Вот пойти освобождать Балканы от Османского ига или заступиться за единоверцев-грузин, или выставить казачьи станицы по периметру территории проживания народа, попросившего помощи, это удел великих. А защищаться от наркотиков путем усечения дружественного, а то и своего собственного пространства, извините, нет. Так же как вылавливать в столице собственных сограждан - «понаехавших», но не зарегистрировавшихся. Просто потом не надо спрашивать, откуда берутся «цветные революции» и сепаратизм. И устраивать дискуссии о том, почему наши дети становятся нацистами, тоже глупо...

Я описал десять своих путешествий, и главное, что я вынес из них - это то, что везде я встречал «своих», «наших». Меня сейчас, через восемнадцать лет после развала страны, всё чаще интересует вопрос: а где еще остались МЫ? МЫ - это не только русские, и даже не обязательно «русскоязычные». МЫ - это те, кто способен делать рейтинги телекомпаниям просмотрами фильмов «Берегись автомобиля!» и «Мимино». МЫ - это те, кто ждёт лета, чтобы выехать на приусадебные участки, гордо называемые «дачами», ходит на концерты Пугачёвой, знает творчество группы «Ялла» и способен горевать по поводу кончины Муслима Магомаева и Владимира Мулявина. МЫ - это те, кто слетал в космос с Байконура, строил БАМ, героически защищал Севастополь и освобождал Европу от фашизма. Только не надо говорить, что МЫ - пенсионеры. НАС, молодых, тоже много!

МЫ разные, и это хорошо. Я, собственно, в этой книге и попытался рассказать, какие МЫ непохожие - со своими обидами и комплексами, юмором и привычками, великим наследием и очень обыденным настоящим. МЫ иногда смешные (1), а иногда яростные, бываем подозрительными, но чаще - наивными. Мы отличаемся друг от друга, но всё-таки это МЫ, жители одного большого пространства, у которого осталось только корявое название: «бывший Советский Союз»...

Как там Владимир Владимирович сказал? «Величайшая геополитическая катастрофа»? Да, Бог с ней, с геополитикой, развал страны - это, прежде всего, величайшая людская катастрофа! Не только для «русскоязычных», оказавшихся «за границей», и не только для национальных чиновников, «присосавшихся» к союзному бюджету. Самое главное - распад СССР контузил, изувечил, покорёжил НАС!

Покорёжил, но ведь не убил! Вы знаете, везде - абсолютно везде, где я бывал, я видел НАС, и НАС по-прежнему много. Да, есть совершенно противоестественные барьеры. Да, пересекающие границы люди подчас делают всё для того, чтобы у этих барьеров появился смысл. Да, изменилось многое - и дело даже не в переименованных улицах и городах - в конце концов, я тоже мечтаю о том, чтобы главная площадь Новосибирска, наконец, стала Театральной, и не в пресловутой «независимости» - никто, я думаю, сейчас и не помышляет о восстановлении Союза. И уж тем более - дело не во флагах, валютах и прочих атрибутах «самостийности»... МЫ изменились - я это увидел и попытался здесь передать. Но всё равно это МЫ!


(1) Искренне надеюсь, что после общения с людьми в других странах и городах тоже стал героем чьих-то баек.


Рецензии