Сашка глава 8

Новый год.


Вечером перед новым годом Сашке позвонила бабка. Сказала, что приболела и в этот раз не приедет. Он спросил, не нужно ли ей денег или лекарства какие. Она отказалась. Обещала быть у него, как только поправится.

Едва он положил трубку – новый звонок. В трубке – голос на ломаном русском. Санька не сразу и сообразил, что это Хуан.
- Hola, Алекс. Я так давно тьебя не видель. Соскучился. Только вчера приехал. Давай встретимся? Хочу тьебя…
Похоже, Хуан так и не смог забыть его в своём солнечном Мадриде. Он каждую их встречу много-много говорил о своих чувствах. О том, какой Алекс «красиби и необыкновенны парен», звал с собой, говорил, что поможет устроиться в Испании. Но Алекс эти разговоры всерьёз не воспринимал. Теперь его сердце было пустым.

- Встретиться? Я сегодня не смогу, Хуанито. Давай через пару деньков, а?
- Me por que no? Почему не сьегодня? – Хуан был явно разочарован. – Я привёз тебе сувенир…подарки из Испанья. Так думаль о тьебе всё время. Te amo, Алекс. Те quiero mucho…
- Я понимаю, Хуан, - Сашка улыбнулся.
Хуан был «уни». С ним было, пожалуй, здорово. Сашка и денег-то с него брать сроду не собирался, но тот каждый раз совал и слышать не хотел, чтоб взять свои баксы и евро обратно. Было бы неплохо встретиться.
Но Вахтанг велел быть готовым к десяти, а на часах уже без четверти. – Я сегодня никак.
- Oкей. Те beso, amado mio, - голос испанца был расстроенным. Саньке даже стало его жалко:
- Я тебя тоже… те бесо, Хуан. Мучо. Созвонимся, да?
- Si. Hasta otra, querido!
- Пока.

Ехать с Вахтангом не хотелось. Было какое-то нехорошее предчувствие. С каким бы удовольствием он отправился сейчас к загорелому испанцу.
Вахтанг – злой, как сто тысяч абреков – запихнул его на заднее сиденье джипа и тут же ткнул физиономией себе в пах:
- Давай, ****ь, не спи.
Гари, привычно не обращая на них внимания, спокойно вырулил со двора.
Пока Санька обрабатывал Вахин член, абрек звонил кому-то и орал на своём тарабарском. Из обрывков знакомых слов Санька понял, что Ашот этим вечером возвращается. И новости, кажется, у него не слишком приятные. Вахо, искоса поглядывая на Сашкин рот, сопел, возбуждаясь, прямо в трубку, но разговора не прекращал. И лишь когда налитый кровью член его дрогнул в первом приступе оргазма, отбросил мобилу и больно вцепился Саньке в загривок. Так, что парень чуть не прикусил ему головку, но спохватившись, сглотнул всё, что оттуда исторглось.
- Мммм, хорошо, - Вахо расслабленно откинулся на спинку сиденья и погладил мальчишку по голове. Потом ухмыльнулся:
- Знаешь, куда едем?
- Нет. Куда?
Санька отёр рот и смог наконец выпрямиться.
- Секрет пока что, - подобрев, хохотнул Вахо.
Подумаешь, секреты. Санька уже привык. Но что бы то ни было – впереди новогодняя ночь. И он решил сегодня напиться в зюзю: устроить поминки по уходящему году и ушедшей любви. Если Вахо, конечно, не помешает…


***
- Георгий, я знаю, ты не очень-то их жалуешь. Но я прошу, будь снисходителен сегодня. Всё-таки праздник. И потом… Ашот - он нужный человек.
- Господи, ну за что мне это! – Георгий тяжело выдохнул, раздув щёки. Ну оно вот надо? Встречать новый год с этими ублюдками под одной крышей? Хорошо хоть, что Леонид предупредил. А то был бы прямо-таки сюрприз под ёлку.
- Ну потерпи. Забудь свою Германию. Тут Россия. А потому приходится на многое закрывать глаза и со многим мириться.
- Лёнь, неужели ты не знаешь, что за деньги у этого «нужного»?
- Жор, мы тоже не сбербанк. Хочешь сказать, что у тебя бизнес «с чистыми руками»?
- По крайней мере, я не убийца и не наркоделец. И никогда таковым не буду.
- Ой, не зарекайся, Георгий. Я сам не думал, чем придётся заниматься. А Ашот половину дохода имеет всё же от казино. И только вторую…
- Угу, и бОльшую, - Георгий Борисович покачал головой, понимая, что спорить с компаньоном бесполезно. Тот упорно настаивал на том, чтобы принять деньги от этих нерусских бандитов. Впрочем, и Леонид, и сам Георгий чистотой русской крови тоже похвастаться ну никак не могли.
- Ладно, Лёнь. Посмотрим, что у них за предложения. Только решать после будем, Окей?
- Я и не говорю, что всё уже решено, Жор. Но это не те деньги, от которых можно отказываться. Пусть поработают на нас. Почему нет? – Леонид весело подмигнул. И они вышли к гостям.

***
Загадочное место, куда они сегодня направлялись было похоже на загородный санаторий. В сосновом лесу километрах в ста от города вдоль расчищенного шоссе – едва ли не лучше, чем главная трасса - тянулся глухой забор красного кирпича. Долго тянулся. Санька в полутьме разглядел несколько крыш высоких строений. На подступах – охрана с собаками. Гари джип остановил, и внутрь заглянули суровые мордовороты в пятнистой униформе. Сашка ощутил невольный холодок, когда, кивнув и продемонстрировав калаши, охрана впустила их внутрь, и ворота плавно поплыли, закрываясь и отрезая весь мир позади.

Санька глянул на Вахо. Тот был вроде бы спокоен. И Санька тоже постарался успокоиться.
На подъездной дорожке к ближнему трёхэтажному зданию, того же красного кирпича, стояло несколько тачек. Под угловатой чёрной лакировкой Санька опознал пару знакомых броневиков. И сразу понял - тот, «козырной» - тоже тут. Стало интереснее.
Не успели они с Вахо войти в услужливо распахнутую швейцаром дверь, как сзади, на той же подъездной дорожке показался синий джип Ашота. Вахо заметно приободрился и даже заулыбался. И уже чуть ласковее подтолкнул Саньку в дом.

Народу было – битком. Размалёванные девицы (солидных тёток не видно), сверкая брюликами и немыслимыми декольте, жались к пиджакам своих папиков. А те, надутые и самодовольные, ревниво оглядывали чужих подружек, сравнивая, видимо цену этих ножек.
Ашот и Вахо, скинув шубы на руки гардеробщикам, с видом почётных гостей сразу же направились здороваться с хозяевами. Санька был вынужден тащиться за ними. Его распирало любопытство: что за народ и куда он попал? Искал глазами «козырного». Странно было, что тот чел трётся там же, где Ашот и Вахтанг. «Козырной» казался серьёзным и реально крутым. Неужели тоже из этих?
Впрочем, Саньке было плевать на всяческий «бизнес». Лишь бы его поменьше трогали, остальное - не для его ума. Прикидывал, с кем из вот этих «господ», удивлённо посматривающих на него, придётся иметь сегодня дело по указке Вахи или Ашота. Должок-то он ещё Ашоту не весь отдал.

А «домик» был ничего так себе. Обстановочка вполне приличная. И официанты с подносами хрусталём в глаза слепят. На столах – чего только нет. Прямо как в том ресторане, куда с Робертом ходили – не еда, натюрморты сплошные. Роберт… Санька стиснул зубы. Но додумать не успел: нос к носу столкнулся с «козырным». Тот выставил навстречу клинышек бороды. В волнистых волосах полно седых прядок. Костюм – обрезаться можно – безупречен. Одеколон дорогущий и приятный до истомы в животе. А глаза – морозом от взгляда продрало до самого копчика. Знакомый тяжёлый взгляд, неуютный.
Санька поспешил отступить за спину Вахо, который, следом за Ашотом, протянул «козырному» и его приятелю – светлоглазому господину средних лет - руку для приветствия. Заметил Санька и что Вахе «козырной» руки не подал. Только Ашоту и то не сразу. А вот приятель «козырного» - тот, поручкавшись с обоими, ласково похлопал абреков по плечам и пригласил наслаждаться вечером. На Саньку глянул мельком, с понятием. Знал, видно.

Санька был рад, когда в общий зал вернулись. Музыка была, как в ресторане. Певичка пела. Знакомая какая-то. Санька не смог вспомнить, как зовут, но по телеку её не раз видел – это точно. И ещё лица знакомые попадались. Но это уже было неинтересно. Взял стакан невысокий, широкий. Чёрт, лучше бы водки! Официант вытаращился на него с сомнением, чуть поднос не выронил, когда Санька три кубика льда щипцами себе в виски положил и тут же выпив, новый стакан взял. Вахо, занятый разговором с Ашотом, лишь покосился, но ничего не сказал. И Санька залпом второй без всякой закуски осушил. Говно, а не виски. Или Санька ничего не понимает в этом. Но как бы ни было – приятная волна жарко протекла сквозь жилы. И всё стало по-фигу. Он огляделся, ища местечко поукромнее. По виду своих абреков понял, что пока лучше не путаться у них под ногами. А ему даже лучше. Вообще забыли бы про него – было бы отлично. Только вряд ли так будет. К тому же здоровенный детина в дверях глаз с него не спускает. Значит, если что, Вахо всегда будет знать, где его искать. И Санька направился поближе к столику с бутербродами и телевизору. Уютный диванчик возле елки принял его с распростёртыми объятиями.
Уже сквозь расслабленную полудрёму Санька услышал:
- Кто это ребёнка сюда притащил?
- Тсс, кисуня, тише. Это не ребёнок. Это «девочка» того чеченца...
Поганенький смех.
«Девочка»? Да насрать! Санька закрыл глаза, чтоб ничего не видеть и не слышать. Позовут, когда нужен будет.


***
- Жор, ну ты чего, ей-богу? Давай вернись. Неудобно же…
- Что? Мне? Неудобно? Перед кем, перед этими?
У Георгия руки чесались кому-нибудь сейчас морду набить. При всём том, что он давненько себе не позволял никаких эмоций. Но эти два хачика определённо выводили его из себя. Ашота ещё можно было терпеть. Но Вахо с его гнусной рожей.
Леонид пытался друга урезонить:
- Ну что особенного? Подумаешь, предложили в карты сыграть.
- Лёнь, ты вообще понимаешь, что говоришь? Мне - садиться за стол с этими отморозками? И играть в карты на «бизнес»? Здесь что – зона? Я что-то пропустил, пока в России не был? Ты пригласил меня на вечеринку, обещал только солидную публику.
- Ну, здесь в основном такие и есть…
- А эти двое? Какого чёрта!
- Жор, ну я же тебе всё объяснил. Это, как ни прискорбно, наши «соседи», куда от них?
- Соседи? В гробу я видал таких «соседей»!
Георгий перевёл дух. И по застывшему лицу Леонида понял, что пора взять себя в руки. В самом деле, ну что изменится от эмоций?
- Ладно. Хорошо. Но имей в виду: пока мы принимаем этих хачей у себя, они так и будут считать, что им всё дозволено.
- Ну, если не принимать, мы не сможем держать их под контролем, согласись?
Георгий с издевательской усмешкой уставился на Леонида. Тот, похоже, зря шампанского выпил. Соображает, что говорит?
- Ну да, под контролем. Тешь себя иллюзиями. А они тем временем будут использовать наших пацанов в качестве подстилок. Всё, идём. Поговорим с ними… на их языке. Раз ты так настаиваешь.
И он, не оглядываясь на оторопевшего Леонида, вышел из комнаты, зло сверкнув глазами. Он знал, что предпримет. И был уверен, что всё получится.


Санька очнулся от того, что кто-то настойчиво толкал его в плечо. Открыл глаза, припомнил, где находится. Надо же – яркий свет притушили и вокруг лишь мерцание разноцветных огней больно резало глаза. От грохота музыки стучало в висках. Он поморщился и встал.
- Иди за мной. Тебя твой «папа» ищет. – Проорал ему в самое ухо посланный за ним детина.
Санька рот разинул: как это он Ваху назвал? Но раздумывать было некогда.

Ашот и Вахо оказались в небольшой дальней комнате. Туда не доносился шум общего веселья. А приглушённый бордовый свет лился откуда-то из-под потолка. Вся комната от этого казалась красной. Яркое белое пятно образовывал овал игорного стола посередине. Вокруг в удобных бархатных креслах расположились игроки. Вахо – встрёпанный и злой, как ураган, зыркнул на Саньку такими глазами, что захотелось бежать подальше отсюда. Ашот, с каменным выражением надменного лица, сидел, уставясь в веер карт. Третьим игроком был «козырной». Холёная бородка. Вдумчивый и спокойный взгляд. Улыбка. Четвёртым – светлоглазый хозяин вечеринки. Тоже улыбался. Мягко и нарочито беззаботно. А в воздухе пахло палёным, несмотря на кондиционер и деодоранты.

Санька испуганно попятился к двери и наткнулся на каменную грудь приведшего его охранника. Тот спокойно придержал мальчишку за плечи и подтолкнул к столу с игроками.
Вахо истерично кинул карты на стол и разразился отборной бранью на своём тарабарском вперемешку с русским матом. Ашот что-то жёстко процедил сквозь зубы, отчего Вахо тут же заткнулся и лишь стиснул виски кулачищами. Санька в жизни его таким злым не видел. И неприятный липкий пот выступил тут же на Санькином лбу. А ледяной ручеёк покатился щекотно меж лопаток.
Ашот поднялся, ухмыльнулся, кивнул «козырному» и светлоглазому. Вахо вскочил из кресла с львиным рыком. Санька втянул голову в плечи, когда тот, вне себя, двинулся к нему. Что тут такое стряслось?
- Твой новый хозяин, - процедил, не разжимая зубы, Вахо и кивнул на стол позади. Санька непонимающе глянул за его спину.
- Аааа, - Вахо оскалился и занёс над растерянным Санькой ручищи, но Ашот перехватил его и снова что-то отрывисто сказал. И подтолкнул взбешённого Ваху к двери мимо Саньки.
А Сашка остался стоять, ни жив, ни мёртв. Не в силах сообразить своим оплавленным выпивкой и перебитым сном мозгом, что же всё-таки происходит.

Георгий тоже поднялся из кресла и переглянулся с Леонидом. Тот выдохнул, усмехнулся и покачал головой:
- Ну ты даёшь, приятель.
Глянул с интересом на бледного мальчишку в дверях.
- И что ты с ним теперь собрался делать? Думаешь, Вахо это так просто оставит?
Георгий Борисович развёл руками.
Конечно, здорово было видеть, как бесится этот абрек. Довольно гладко всё вышло: Ашот предложил сыграть по-настоящему.
- Деньги – это для фраеров наживка. Предлагаю реальные ставки.
- И что же? – Георгий недобро сверкнул глазами. – На «дела» играть станем?
- А что, на дела. Или боязно?
Георгий усмехнулся снова: готов был к такому. Чего ещё от этих ожидать? Прикинул, какова цена. Ашот затребовал зону открыть для своего бизнеса. Это значило, что в гостинице и ресторане дилеры, которых парни Георгия Борисовича регулярно с лестницы спускали, смогут работать беспрепятственно. Нет, надо всё же Кольке разгон устроить! Ведь обещал же порядок навести. Да, видно, никак.
- Хорошо. Но срок установим. Три месяца. На больше не согласен.
Ашот кивнул: его это устраивало. В случае проигрыша, через три месяца можно будет к разговору вернуться. И они кинули карты. Георгий Борисович легко выиграл. Впрочем, был почти уверен в себе. Сыграв прежде несколько конов «на мелочишку» понял, с кем дело имеет. И соглашался на ставку почти без опаски. Почти, но исключать случай всё же было нельзя.
Ашот проигрышем не удовлетворился, хоть и оставался видимо спокоен. Вахо же взвился: ненавидел проигрывать. И завёлся на крупное. Предложил ещё кон – отыграться. Но Георгий не согласился. И тут Вахо в разнос пошёл: ставку немыслимую предложил – долю в казино. Ашот уже не удержался, вспылил:
- Что делаешь, сука? Бизнесом распоряжаешься общим? Соображаешь, да?
- Из своей доли предлагаю, - огрызнулся Вахо.
- Ты своей шлюхой распоряжайся, а дело не тронь!
Говорили по-русски, чтоб хозяев не обидеть. Понимали, где находятся. Но Ашот удавил бы Ваху сейчас. Тот только упрямо склонил голову и глаза кровью налил. Обстановочка накалилась. Но Георгий Борисович вдруг голос подал:
- А что, пожалуй, я соглашусь. Давай, Вахтанг, сыграем на «девку» твою.
И прищурил глаза в непонятной улыбке. Не понравилась эта улыбка Ашоту. Что задумал Георгий Борисович? Шутит так непонятно или по- серьёзу? Вахтангу не понравилось ещё пуще. Но в азарте его уже было не остановить.
- Хорошо. Ставлю ****ь против бизнеса. Отыграю – наши условия прежние. Нет – заберёшь мою шлюху себе.
Георгий сжал зубы, выдохнул носом, чтоб не сорваться. Как же он хотел выиграть теперь! Во что бы то ни стало. Ну, так и вышло.

А вот что с пацаном теперь делать – об этом и не думал. Прав Леонид, хачи этого так не оставят. И не надо даже глаз Вахиных вспоминать. И слов его переводить. Георгий глянул на Саньку: ну что трясёшься, парень?


Рецензии
Парень, словно вещь... Больно и горько.

Галина Польняк   30.01.2012 23:00     Заявить о нарушении